Текст книги "Наперекор моим ошибкам (СИ)"
Автор книги: Дина Сдобберг
сообщить о нарушении
Текущая страница: 24 (всего у книги 32 страниц)
Глава 64
Роман.
Поднявшись на Ладони я понял, почему Марина хотела именно сюда. За спиной был почти отвесный склон, и каким образом по нему забираться, если ты не горный козёл, я, честно говоря, не представлял. А вот с трёх оставшихся сторон открывался потрясающий вид на окружающие склоны. Были видны несколько небольших речушек, и водопад вдалеке, рядом с которым Амиран устроил кафе на воде.
– Раньше та долина была дикая, а вот там скапливался мусор, который попадал сюда с весенними водами, – рассказывала Белка, жадно оглядываясь по сторонам. – Сейчас стало лучше. Я уже успела смириться, что больше этого не увижу. А здесь так красиво... Я скучала.
– Самое красивое здесь это ты, – обнял я её со спины. – Твоя первая высота?
– Да, мы с папой сюда поднялись. Я была маленькой, и мне казалось, что мы покорили чуть ли не самые высокие горы, – засмеялась Белка. – На самом деле эта точка даже за подъём не считается. Я же говорю, тренировочные точки. Тебе Леропыч рассказал?
– Нет, – уткнулся носом в её макушку. – Там сбоку буквы М и ЛД и дата. Тебе восемь лет было. Догадался. Ну, и фотку ты мне сама показывала, помнишь?
– Да, мы торжественно их выбивали, – повернулась ко мне Марина. – Спасибо. Не спорь. Ни с кем другим меня Лада просто бы не отпустила. Я знаю.
– У меня десяток инструкций на все возможные случаи, тонометр и таблетки при себе. И даже шприцы с ампулами. Ну и машина, которая быстро и мягко доставит тебя в больницу, – важно сообщил я. – Лада лично проверила, чтобы я всё выучил.
– С чего это она решила тебе так помочь с организацией? – удивилась Белка.
– Её Упырь развёл, – заржал я. – Она высказалась, что я необучаемый. А Дэн начал спорить, что наша пятёрка в основном за разведку отвечала. А там дураки как-то не особенно задерживаются. Короче, у них завязался спор. Дэн настаивал, что если мне что-то нужно, я схватываю на лету и запоминаю моментально. Лада утверждала, что налицо отсутствие способности к построению логической цепочки, а также запоминания и сопоставления фактов. Отсюда вывод, что любое обучение в моём случае бесполезная трата времени и сил. В результате, Упырь предложил ей самой, чтобы всё было честно, обучить меня чему-то, связанному например с тобой. Если я усваиваю, то он устраивает её день рождения. Я тут же предложил представить, что мы с тобой вдвоём идём в горы. Лада покрутила пальцем у виска, но начала учить. В конце с удивлением сказала, что теперь и впрямь можно тебя со мной отпускать. Ну и дальше я дожал. Мол, ребята, вы меня тут юзали как собаку Павлова, где моя печенька?
– Думаю, что она ещё и из-за моего решения сохранить беременность уступила. Ни она, ни я не верили, что итог будет благополучным. Да и... С возрастом моё состояние будет только хуже, а ребёнок сможет начать с начала. Я ей честно сказала, когда узнала, что это единственный верный выход, – опустила Марина взгляд. – Заменить жизнь калеки на новую, полноценную.
– Ты так не говори, – почувствовал какую-то злость я. – Ты не калека. И те, благодаря кому, ты себя в неполноценности убедила, сами ущербные. Да, и я в том числе! И ты тоже хороша. Решила уйти и всех бросить? Мотьку, Булку или как там её звать будем, девчонок, Мурза, меня? Я один раз тебя упустил. Хватит.
– Ром, у меня реальные проблемы, – начала она.
– Вот со всеми этими проблемами я тебя забираю. Насовсем, навсегда. – Перебил её я. – Я не так себе этот разговор представлял. А сейчас понял... Не хочу я ничего обсуждать! Я просто больше не хочу быть без тебя.
– Ну, мы вроде и так уже вместе живём, – улыбнулась Белка. – На самом деле осталось просто какие-то твои вещи перевезти со съёмной квартиры.
– Не просто. Я по-настоящему хочу, Марин. – Смотрел я в её глаза.
– Не понимаю, – хмурилась Белка. – Мы же не понарошку. Мотя ко мне привык, я беременна. Это не по-настоящему?
– Выходи за меня замуж, – выпалил я.
– Ты разве не говорил, что всё это чепуха? Что если люди хотят вместе жить, то они и будут жить, а все эти штампы и прочее, это просто выносящая мозг ерунда, – нахмурилась она, вспоминая мои же слова.
– Белка! – рыкнул я. – Хватит мне кровь сворачивать! Да, со всей этой ерундой! Чтобы ни у кого, ни с каких сторон никаких вопросов не возникало. И разговор как на вашем последнем вечере тоже! Сейчас.
Последней частью моей подготовки к этому дню было кольцо. Его я бегал искал по всем магазинам города. Ювелирок было с десяток, одних санлайтов четыре штуки. Но везде, услышав мой вопрос, мне только пальцем у виска крутили.
– Девушка, у вас есть кольцо с белкой? – без всякой надежды спросил в каком-то магазине на выходе из тц, в котором когда-то работал охранником.
– С белкой? – задумалась девица с надписью "управляющий" на бейдже.
– Я уже кажется всех обошёл, – продолжил разговор я, не слыша сразу привычного нет.
– У больших сетевых магазинов ассортимент примерно одинаковый. А у вас запрос, скажем так, не типовой. А серию с животными в золоте сейчас кроме "Платины" никто и не выпускает. Это Кострома. Знаете, давайте пройдём к соседнему магазину. У девочек, у единственных в округе, поставки от "Платины", – она позвала какую-то Алису и передав той ключи с брелком сигнализации с ремня, повела меня в сторону витрин, стоящих прямоугольником.
– Не влетит? Ну, мол клиента к конкурентам повели, – спросил я.
– Расширяйте ассортимент, включите в линейку уникальный товар, – пожала плечами управляющая. – Со мной руководству сложно, я знаю, чем аргументировать свой ответ. Зато теперь, когда вам понадобится что-то более обычное, цепочка или браслет, вы куда придёте с большей вероятностью? Туда где вам сразу сказали нет, или где хотя бы попытались помочь?
– Вообще-то да, – кивнул я, поймав себя на мысли, что так и сделаю.
У девчёнок из "Русского золота", островка мимо которого я прошёл даже не обратив внимания, оказалось сразу два кольца с белками. Одно вроде белки, обхватывающей палец своим телом с камешком, а вот второе полностью золотое, было широким, наверное сразу сантиметр золота, и по этому ободку, как по стволу забиралась наверх белка.
– Уже закрытая серия, скоро наверное отзовут, – говорила продавец. – Оно одно осталось. И то, из-за размера. Шестнадцатый. Никому не подходит.
– А мне пятнадцать и пять нужен, – вспомнил я цифры, которые тщательно замерял.
– Если выберете это кольцо, то нужен как раз шестнадцатый. Кольцо полновес, не облегченка, выемок внутри нет. А чем шире кольцо, тем плотнее оно садится на палец. Такие кольца, как это, нужно брать на полразмера, а то и на размер больше, – подсказала управляющая. – Иначе на суставе будет застревать и фалангу передавливать.
Я хоть и сомневался, но решил послушать совета.
Сейчас я достал это кольцо из кармана под молнией и сразу нацепил на палец малой. Кольцо действительно село так, как будто было по размеру.
– Ну вот, – довольно любовался лапкой с колечком я. – Хорошо вышло.
– И главное быстро, я даже ответить не успела, – засмеялась Маринка.
– Всё равно оно твоё, для тебя покупал, – вот сейчас я начал переживать.
Малая могла удивлять, поступая совсем не так, как от неё ждали. Сейчас как пошлёт, мол, тогда тебе штамп ставить не хотелось, вот и нечего мне навязывать.
– Да, – еле слышно произнесла она.
– Да? Точно? – переспросил я. – Шанса передумать у тебя нет, Марин.
Она кивнула и спрятала лицо у меня на груди.
Мы ещё час любовались окрестностями, приговорив по термокружке с ягодным чаем.
– Ром, а мы здесь надолго? – спросила она, когда мы спустились.
– Ещё на пару дней. Нравится? Можем же повторять, – довольно лыбился я.
– Да, конечно нравится. Но я по другому поводу, – посмотрела она на меня своими невероятными глазищами. – Давай Мотю сюда заберём?
– Марин, я хотел, чтобы ты отдохнула. Тут горы кругом, – напомнил я.
– Вот. Я их Матвею и покажу. А то мне не по себе. Почему он без нас? Мы же не болеем, не уехали по работе, – развела руками Марина.
– Хорошо, будет так, как ты захочешь, – потеплело у меня на сердце.
Сабир нашему визиту если и удивился, то виду не подал. А Кира только по-лисьи улыбалась. По пути заехали в магазин. И пока я разгружал машину, только и слышал, как Мотька на руках у Белки удивлённо окал. И даже не удивился, когда обнаружил, что Марина поднесла его к склону и поддерживает, пока сын старательно ощупывает камни.
Вечером я потянул семейство в источники. Мы их аккуратно оформили, чтобы ничего не испортить. Зато сейчас здесь было сразу несколько купален, обложенных камнем и с каменными седушками.
– Давай его мне, – протянул я руки.
– Неа, я сама, – осторожно спускалась Марина.
– Сама так сама, – я соскользнул в купальню и подстраховывал их снизу.
– Оооо, – вытаращил глаза Мотька.
Одной рукой он держался за шею Марины, а другой уже тянулся к воде. Белка, смеясь, показала Мотьке новый аттракцион. Она держала его на руках под живот и осторожно тянула его по воде. Сын быстро понял, что в таком положении очень удобно устраивать бурю не только руками, но и ногами. И усиленно грёб, визжа от радости.
– Такими темпами нам нужно будет в доме бассейн строить, – ворчал я, наблюдая за весельем этой парочки.
Зато спать укладывать никого не надо было. Мотька вообще, чуть ли не за ужином уже вырубался.
Мы ещё два дня наслаждались уединением. Вроде и развлечений никаких здесь не было, но нам было весело и хорошо. Мы постоянно смеялись, ныряли в купели или бочки на террасе. Просто сидели на улице с чаем.
– Нет, идея всё-таки обалденная, – кивал я, решив, что нужно будет обязательно парням рассказать.
Это место надо было как-то расширять. Сюда люди точно будут приезжать.
Настроение было настолько хорошим, что даже то, что мы не смогли въехать во двор дома из-за перекопанной коммунальщиками дороги, его не испортило.
– Придётся завтра дальше идти к машине, – пожал плечами я, оставляя машину у магазина через дорогу.
Возле подъезда стояли две соседки и беседа была не из приятных.
– Айше, никогда же такого не было, – жаловалась Светлана Васильевна, соседка Белки по лестничной клетке. – Всегда порядок в подъезде. А тут выхожу, глазок жвачкой залепили. Ну, что за хулиганство! Можно было бы на детей подумать, но у нас в подъезде даже школьников нет.
– Может кто из ребят погреться забегал? Я позавчера выхожу, смотрю сидят прямо на ступеньках. Спрашиваю, вы к кому, – отвечала её собеседница. – И ведь врут. Говорят, друга ждём.
Мы, не особо прислушиваясь, поздоровались и пошли домой. Белка шла с Мотькой, а я нёс сумки. У двери я оставил сумки и достал ключи.
И понял, что дверь открылась уже после первого проворота ключа. Белка ночью могла встать и проверить, закрыта ли дверь. И на сколько поворотов. Всегда три! Глаза сами поднялись вверх, туда где Белка обычно незаметно клеила белую ниточку. Нитка висела сорванная, на одном конце.
В голове моментально сложилось всё это с услышанной у подъезда жалобой о заклеенном глазке.
Я осторожно вынул телефон и протянул его назад, Белке.
– Марин, – тихо скомандовал я. – Спускайся вниз, лучше вообще постучись к тёте Вере и Наде. На телефоне контакт пост один, им говоришь, чтобы срочно поднялись в квартиру, потом тоже самое Мавру, Шаману и Упырю. Поняла?
Та только кивнула, осторожно отступая.
Через минуту я услышал, как она передаёт мои слова, быстро спускаясь.
Я вдохнул и распахнул дверь, шумно затаскивая сумки вовнутрь.
Глава 65
Роман.
В башке молнией сверкнула мысль, что коммунальщики похоже оказали нам услугу. Из-за того, что гости не видели мою машину, они скорее всего не подготовились к нашему возвращению. И неизвестно, успел бы я отослать Марину с Мотькой.
Взгляд зацепился за брошенные на тумбочке ключи. Та самая связка с зелёным ключом домофона, которая пропала вместе со старой курткой Белки в квартире моей матери.
Я изображал обычное возвращение ничего не подозревающего человека домой. Наверняка товарищи в курсе, что я тут очень частый гость. Время утекало, и надо было быстро решать, в какой комнате искать гостей. Я предположил, что он выбрали спальню. Удобно наблюдать за входом в подъезд в ожидании хозяев. Вернее хозяйки.
В углу стояли засунутые друг в дружку старые валенки, которые Мурз использовал как когтеточку. Ещё раз похвалив себя, что не просто попросил кого-то приходить кормить кота, а сплавил Мурза подальше, я незаметно поднял валенки.
Резко швырнул их в комнату и заскочил следом, ударив по выключателю. В комнате было трое, ещё один заскочил следом за мной, со стороны зала.
Но я не идиот, чтобы оставлять за спиной большую часть квартиры, не зная кто там. Летящие валенки навели шороху, прилетев прямо в голову тому, кто видимо затаился напротив входа.
Представив на секунду, как ничего не подозревающая Белка, быстрым шагом входит в комнату и врезается в этого амбала, я почувствовал, как во мне проснулось бешенство.
Самый шустрый, успевший кинуться мне наперерез, быстро об этом пожалел. Осколки сломанной кости пропороли его кожу чуть выше локтя.
– Не хер чувствовать себя как дома, и раздеваться, – рыкнул я, всаживая кулак в бок второго.
Мышечный корсет на теле неравномерен, и есть места, которые никак не накачать. Например, рёбра сбоку, примерно на уровне солнечного сплетения, если нет жира, практически беззащитны. А броники ребята решили не надевать.
Резкий, громкий хруст лучше всего подсказал, что я угадал с местом удара. Мой противник начал хватать воздух ртом, видимо не хватало дыхания. Да и становящаяся всё более красной от крови слюна намекала, что сломанные рёбра задели или вообще пробили лёгкое.
Однако ребята пришли в гости не с пустыми руками. Тяжёлая бита опустилась со всего размаха уже на мою руку, на внешнюю сторону кисти. И тут же, что-то тяжёлое прилетело мне в голову. Я успел на рефлексе отдернуть голову, и удар пришёлся по челюсти. Почти сразу заполнившийся кровью рот подсказал, что меня снова ждёт встреча со стоматологом.
– Баба где? – заверещал тот, которому я в самом начале сломал руку. – Её велели притащить. Этого с@ку кончайте! И так...
Что там у него "и так" мы все узнать не успели. Время, что потребовалось парням, приставленным в качестве охраны к Марине, на то, чтобы добежать до квартиры истекло. И к нашим посиделкам добавились ещё три комплекта кулаков. У парней и стволы при себе были, но стрелять в квартире в жилом доме было чревато.
Хотя один из подосланных дебилов вытащил нож и начал им размахивать. Тихий и незаметный Омар быстро его угомонил, вывернув руку так, что этот герой собственным ножом проткнул себе ляжку. Не зря Мавр всегда говорил, что если не умеешь пользоваться ножом, то лучше не трогай. А то и выглядишь смешно, и сам себя повредишь с большей вероятностью.
А ещё был очевиден большой про@б в организации охраны. Мы почему-то исключили момент, что какие-то гондоны будут ждать Марину уже в её квартире, а не вести от работы или ещё откуда.
И хорошо, что я заметил тот след, который оставило на Белке пережитое.
Оставшихся на ногах придурков быстро скрутили и уложили в рядочек. А ещё минут через десять в квартиру вломились Шаман, Упырь и Мавр. С такой толпой, как будто здесь не четыре у@бка, а целая армия в засаде.
Естественно на это, а ещё на шум начали выглядывать и возмущаться соседи.
– Что здесь вообще происходит? – ругалась Светлана Васильевна. – Ой!
Увидев мою рожу, она испуганно прикрыла рот рукой.
– Простите за шум, – уверенно поднималась по лестнице Марина. – Пришли домой, а в квартире воры. Это они вам дверь испачкали, чтобы вы случайно не увидели, как они дверь вскрывают. Рома их удерживал, чтобы не сбежали. А это наши друзья и родственники на помощь приехали.
– Мариночка, но в полицию же надо было сразу звонить! – заохала соседка.
– Правильно, – добавил сосед снизу. – Полицию вызывайте, может прикроют хоть на пару лет. А пока те едут, этому ворью хорошенько пи@ды ввалите! Нашли кого грабить! У нас же здесь одни олигархи живут!
– Спокойно, господа. Всех вызвали. И полиция уже тут, и прокуратура, – следом за Мариной поднимались Глеб и пожилой мужик в парадной строевой форме.
Впрочем этого вполне хватило, чтобы убедить всех, что вот она, власть закона. На самом деле, спроси обычного человека, чем отличается парадная форма двух прокуратур, и никто не ответит. А мне одного взгляда хватило, чтобы понять, кто это.
Помимо присутствия Глеба, выдавало папашу и действительно явное сходство, которое не смогли скрыть ни возраст, ни болезнь. Даже гладко выбритый череп не сильно мешал узнаванию.
– Мариш, давай ты на улице побудешь, а? – предложил я, не желая чтобы она видела погром в своей квартире.
– Нет! – сжала она губы так, что они превратились в тонкую линию. – Они же за мной пришли, да? Опять?
– Что значит опять? – тут рядом нарисовался брательник.
– Долгая история, потом расскажу, – отмахнулся я.
– До твоего потом не все могут дожить, так что лучше не откладывать, – встал прямо передо мной отец. – Может в квартиру пройдём? Осмотрим место происшествия.
– Белка, правда, не стоит, – попытался я всё же остановить Марину, запоздало вспомнив, что эпицентр погрома находится как раз в спальне.
Она с таким вниманием и старанием создавала там уют, обустраивала гнёздышко для Мотьки. А сейчас там всё сдвинуто, детская кроватка сломана, на полу лужи крови, светлый ковёр безвозвратно испорчен.
Марина отвела взгляд в сторону, ещё крепче прижав к себе Мотьку. Сын, на удивление молчал и играл в гляделки с моим папашей, только руки на шее Марины не расцеплял.
– Всё настолько плохо? – тихо спросила она.
– Как в стишке. Помнишь? Приходил ко мне Серёжка, поиграли мы немножко, – попытался отшутиться я и поймал застывший взгляд Марины.
Стараясь её успокоить, я совсем забыл о своих боевых трофеях во всю челюсть. А тут как специально и на свет вышел, и побитой стороной морды развернулся. Постарался отвести за спину руку, чем только привлёк внимание Белки. Кисть опухла и на ней наливалась цветом здоровенная гематома. Я подозревал, что просто холодным компрессом я точно не обойдусь.
– Малая, это не так страшно, как выглядит. Правда. Я привычный. И давай-ка мы Мотьку пересадим на другой насест. Марин, ну давай всё-таки к тебе побережнее относиться, а? Мотька вообще-то не пушинка, а ты с ним на руках по лестницам. Ты хочешь чтобы Алина и Лада спорили, кто мне первый башку свернёт? – постарался успокоить я Белку.
– И правда, Марина, а давай парня сюда. Посидит на руках у дядюшки Владушки, – не дожидаясь ответа попытался забрать Мотьку Влад.
– Ром, – развернулась боком, отворачиваясь от Влада Марина. – Я сейчас не ору от страха, только потому, что держусь за Матвея. Не отбирайте его. И... А если я кого-то узнаю?
– Слушай, а ведь верно, – почесал затылок Влад.
– Как же я не хочу, чтобы ты всё это видела, – вздохнул я. – Давай всё же Мотьку Владу отдадим, а для успокоения ты меня за руку держать будешь.
Я уступил и повёл её в комнату. Зашли мы на эпичном моменте. Папенька мой, сидел на краю кровати и уже вёл допрос. Тот, что сам себе в ляжку нож всадил попытался папеньку послать.
– Я ничего не знаю, просто решили развлечься и бабок тряхануть, – уверенно заявил он.
– Да? А если подумать? – мило улыбаясь спросил мой папаша, одним движением загоняя ручку в рану на ноге дебила.
Тонкий, совсем не мужской визг наполнил комнату.
– Так, собирайте этих у@бков, – скомандовал я. – В другом месте поговорим. Кругом люди живут, им на работу завтра!
– Ром, – сжала мою руку Белка, и кивнула на орущего. – Это водитель маминого партнёра.
– Того, у которого сын Толик? – уточнил я.
Малая только кивнула.
Глава 66
После слов Марины я, Мавр и Шаман переглянулись. Упырь был занят тем, что осматривал того, которому я поломал рёбра.
– Долг врача? – нехорошо ухмыльнулся глядя на это Глеб.
– Я медпрактику нарабатывал там, где быстро привыкаешь латать своих и прдлатывать чужих. А вдруг чего интересного расскажет. Например, кто именно автор и исполнитель тех художеств, которые мы порой находили. – Холодно ответил Упырь. – У меня со временем выработалось правило, что любой должен дожить до первого допроса. Собственно, как и пережить дорогу до места допроса.
– Какое хорошее правило, – скорее оскалился, чем улыбнулся Глеб. – Но замечание верное. Здесь поговорить по душам не выйдет, а выводить этих надо. Вот только нет гарантии, что за ними самими не присматривают.
– Ром, – еле-еле сжала мою руку Белка.
– Что случилось? Плохо? Голова кружится? – тут же уже по настоящему перепугался я.
– Нет, сердце бьётся, как после пробежки. Но мне не плохо, я просто... Злая. – Нахмурилась Белка.
После этих слов, на неё как по команде развернулись бошки нашей компании.
– Так это хорошо, – чуть притянул её к себе поближе я, переплетя пальцы здоровой руки с её. – Пусть лучше ты будешь злая, чем напуганная. Сейчас мы тут покумекаем, и поедем куда-нибудь в хорошее место. Отдыхать.
– Я поэтому и влезла. – Нахмурилась Белка. – Два года назад дом, который примыкал к этому, признали аварийным, расселили и на его месте построили высотку с торговым центром на первых этажах. А технический этаж, раньше он у всех домов здесь был общий, строили же квадратом, теперь выходит на крышу торгового центра. Там летом кальянная и ночное кафе с уличным кинотеатром. А лестница бывшего углового подъезда осталась как пожарная.
– А заканчивается она где? – тут же оживился Влад.
– На первом этаже. Там теперь парковка и зона разгрузки для магазинов торгового центра. Я точно знаю, потому что постоянные жалобы на машины и мусор во дворе, – уточнила Белка.
– Мне пять минут, до машины добежать. Там я всё пробью, – поднял большой палец Белке Влад. – Очень вовремя ты влезаешь. То с переходами для парка подсказала, то теперь здесь.
– Сук@ недобитая, – процедил подранок. – Ну, вывезете вы нас, ну, прикончите. И? Дальше-то что? Не поняли ещё, в чью сторону пердеть пытаетесь? Вас самих прикопают и не особо напрягаясь, просто, чтобы не так заметно выделывались. В себя придите.
– А если всё так, как вы говорите, Пётр Николаевич, то зачем вы вообще сюда пришли? Если ваш хозяин такой влиятельный и сильный, то чем ему могла помешать я? Простая медсестра? – прямо и даже как-то очень спокойно спросила его Белка.
– Да как муха навозная жужжишь над ухом, тебя в прошлый раз добить поленились, думали сама сдохнешь. – Выплеснул очередную порцию дерьма этот водитель Петя.
– Пасть прихлопни! Хозяин? Это у тебя хозяин похоже, под чурбанов легла. Чернильница еб@ная! – взвился тот, которому я сломал руку.
– Дружок, я тебе ж вроде руку сломал, а не голову. Почему мозг работать перестал? – удивился я.
– Страх удивительная эмоция. Он оголяет всё то, что на самом деле в душе человека. И только страх, лучше любого зеркала, показывает истинную сущность человека. – Вздохнул Мавр. – Кто-то со страху штаны уделывает, но до последнего стоит на своей позиции. А кто-то последние остатки человеческого облика теряет.
– Что-то знакомое, – прищурился я.
– Так это великий философ и мыслитель нашего времени Монгол сказал, – фыркнул Упырь. – Про тебя же и сказал. Помнишь, когда на минных заграждениях стояли? Там из соседнего отряда парень заистерил и падать на землю начал. А ты рявкнул на всё поле, что если кто хоть шевельнётся, лично в фарш покромсаешь и в пустую черепушку насрёшь. А с самого пот в три ручья при каждом шаге. Ты же ведущим пошёл. Ты ж тогда затыкался только делая шаг, а потом минуты три три так матерился...
– Другого времени для ностальгии не нашёл? – прервал я его воспоминания, заметив заинтересованные взгляды Белки, отца и Глеба.
– Вы правда нас убьёте? – вдруг тихо спросил последний из компашки, который прятался в зале. – Совсем?
– Да них@я они не сделают, не посмеют, – огрызнулся тот, со сломанной рукой. – Им же эта бл@дь уже сказала на кого мы работаем.
– У тебя язык что ли лишний? Или ты сам себя так успокаиваешь? Ещё одно оскорбление и мне станет похрен, что ты там можешь знать. Другие расскажут. Ты меня понял? – присел рядом с ним на корточки я.
– А то мы, чурбаны, такие тупые, что сами ну никак не догадаемся, кого бояться надо, – внимательно посмотрел на этого водителя Мавр.
И посмотрел так, что даже до этого уё@ка что-то дошло. Он забегал взглядом по всем находящимся в комнате. Чуть дольше задержал взгляд на папаше, точнее его форме, и Глебе.
– Всё из-за тебя, – дёрнулся он в сторону Белки.
Он хоть и был ранен, да и руки ему украсили наручниками, но я рефлекторно встал перед Белкой. Хотя она даже не вздрогнула.
– Я просто дала вам сдачи. Я о вас даже не вспоминала, это вы решили снова ко мне прицепиться, – спокойно ответила она. – У меня нет физической силы. Нет оружия и кулаков, нет связей и власти. Я обычная. И вы решили, что можете надо мной издеваться и решать, могу ли я нормально жить и жить вообще. Просто потому, что вы сильнее. И наверное это так. Но я оказалась частью большой семьи, где защищают даже таких слабых, как я. Это называется не лечь под кого-то, это называется найти своё место и своих людей.
– Умница! – кивнул ей Сабир. – Я рад, что ты сделала такой выбор. И приняла решение стать частью нашей семьи. Я знаю сразу двоих мужчин, кого это решение сделает очень счастливыми. Ты ошибаешься только в одном. Ты не можешь быть слабой или обычной. Тебя приняли горы. А они не терпят слабых и гнилых. Горы зовут только тех, чей дух высок и крепок, как они сами. Это мой дед так говорит. А он глупости не скажет.
Влад отзвонился, что мы можем идти, указанным Мариной путём.
– Ни с одной камеры не отследят, гарантирую. А физически следить за такой территорией это армию надо. Тем более, что посторонние наверняка и не в курсе наличия прохода между зданиями. Там единственное, возможно дверь или решётку вскрывать придётся, – предупредил он.
– Зачем? Не надо ничего ломать, – остановила нас Белка. – Ключи у каждого ответственного по подъезду. У нас это тётя Вера.
– Точно! Сейчас сгоняю, – чмокнул её в макушку я.
– Я с тобой, для солидности, – поддержал меня Глеб.
– Сходим мы с Глебом, – поднялся мой папаша. – А Марина позвонит и предупредит ответственную тётю Веру о нашем визите, заодно сообщит причину. А ты сгоняешь не дальше вот этого молодого человека с интересными правилами. Чтобы он посмотрел, что у тебя с рукой. И это... Хоть тряпку какую холодную к челюсти приложи. А то уже поллица а-ля свёкла.
Проблемы при выводе из квартиры доставили только двое из четырёх нападавших. Что собственно и было ожидаемо. Тот самый водитель пытался орать на весь подъезд, что мы убийцы, чтобы люди вызвали настоящую полицию.
– Дожили! Бандитов с поличным задержали, а они орут, буянят и чего-то требуют, – вздохнула тётя Вера, поднявшаяся нас проводить и закрыть за нами дверь пожарного выхода. – Ни Ершова, ни Берии на вас нет! Мигом бы вас определили, кого руду добывать, кого дамбы в Сибири строить, а кого Мосводоканал сломанной лопатой рыть! И не шипеть мне тут матерно! Меня не напугаешь!
– Действительно! – с восхищением подтвердил папаша. – Какая женщина!
– Вот кобеляка, – хмыкнул я, заметив и заблестевший взгляд, и расправившиеся плечи папани. – Жить осталось два понедельника, в прямом смысле смерть посрать отпустила, а он туда же. Женщинами восхищается, хоть от самого венками пахнет.
– Лимонное масло, экстракт бергамота и нероли, ну и табак. Настоящая мужская классика, – как-то по особенному неожиданно фыркнула тётя Вера, проходя мимо.
– Вот сейчас я не понял, – почесал затылок я.
– Там змея, – округлив глаза и понизив голос произнёс Глеб, усиленно косясь куда-то вниз.
– Чего? Какая змея и где это там? Там, куда ты косишься, только ширинка. Не думаю, что её содержимое для тебя до сих пор секрет, – не понял я о чём речь.
– Внизу, в квартире у этой женщины, змея. Хз сколько метров, – начал объяснять Глеб. – Дверь открыла девчонка, худенькая такая, глазастая. А на шее оно. Или она. Короче змеюка, в мою руку толщиной, кольцами так намотана. Чего ты так смотришь, словно я бред несу? Сам офигел. А эта девочка говорит, что им принесли усыплять. Завели, а потом надоело. А это не кошка, просто так на улицу не выбросишь. И Надя, ну, девочка эта, говорит, что змея здоровая и очень ласковая. И контактная, что редкость. Ей мол тепло нужно, поэтому она всё время норовит на шее повисеть.
– А, ну тогда всё понятно. – Сообразил я. – Надя, внучка тёти Веры, работает в ветеринарке. У нас все подъездные коты ухоженные и с мед обслуживанием. И собаки Надю третьей дорогой обходят, а то у неё на каждую пометки о прививках. И на регулярной основе раздача глистогонок. Теперь вот змею под опеку взяла.
– Да я от одного вида, чуть не заорал, а на шее носить... – передёрнуло Глеба. – А эта внучка ни в одном глазу. Улыбается.
Для допроса мы повезли всю компанию на тренировочную базу. Только я с Владом ненадолго отделились, чтобы завезти Марину с Мотькой к Сабиру.
По дороге я заодно узнал, каким образом братец с папашей оказались в Белкиной квартире.
– Ты велел позвонить Мавру, Шаману, Упырю, всем нашим. Ну, ты так сказал. Я сначала позвонила на пост один. Потом нажала последние вызовы, там всё есть. И Мавр, и Шаман, и Упырь. По контактам я бы долго лазила. – Подробно рассказывала Белка. – А дальше был контакт "Глеб брат". Я вспомнила, что ты друзей называешь братьями. И решила, что это то же кто-то близкий. И набрала. Только странно, когда я сказала, что это Марина, он переспросил назвав мою старую фамилию, мамину.
– Марин, а ты его не узнала? – улыбнулся я.
– Вы очень похожи, – нахмурилась Белка.
– Это да. Но помнишь свою учительницу по танцам? Ну, которая вас с этим Димой тренировала? – напомнил я.
– Аллу Анатольевну? Конечно, – кивнула Белка. – Строгая, но очень добрая. Она за нас так всегда волновалась.
– А её сына? – улыбался я.
– Точно, Глеб. Он ещё учился в кадетском корпусе, поэтому редко появлялся. Но в начале он даже тренировался с нами, – удивлённо расширились глаза Марины. – Вот почему он со мной разговаривал, как будто сто лет знает. Но... Как же...
– Помнишь, я тебе рассказывал, что меня мать нагуляла от женатого мужика? Вот, тем мужиком был муж твоей преподавательницы и отец Глеба. Сейчас Глеб работает участковым, когда сообщал мне о матери, мы и познакомились, – объяснил я.
– Странно. Он же учился в Суворовском, – размышляла Белка.
– А оттуда проще всего или в армейское училище, или в милицейскую академию. Папа прокурор, поэтому наверняка парня уговорили в милицейскую, – вставил Влад.
– Тем более, – не спорила Белка. – Как он в участковые попал?
– Сказал, что здесь свободно было это место, а ему срочно нужно было перевестись в родной город. Мой отец серьёзно и неизлечимо болен. Поэтому Глеб здесь, наплевав на карьеру, – объяснил я.
