Текст книги "Наперекор моим ошибкам (СИ)"

Автор книги: Дина Сдобберг

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 32 страниц)

Глава 43

Марина.

Ещё только открывая дверь, я слышала, как волнуется по ту сторону Мурз. Кот жил со мной уже долго, но каждый раз переживал, когда я уходила. А когда возвращалась, подолгу не слезал с рук, громко урча и подставляя крупную голову под ласку.

Вот и сейчас он демонстрировал нетерпение то запрыгивая на тумбочку под зеркалом, то прыгая на пол и прижимаясь боками к моим ногам.

– Сейчас-сейчас, – сама по себе появилась улыбка. – Подожди, дай мне сапоги расстегнуть. Эх, опять молнию придётся менять.

Сапоги были старыми, уже и краска не спасала от протёртостей и лопнувших сгибов. И я давно откладывала на новые, но этот сезон собиралась доходить в этих.

Потом отнесла сумку, с которой уходила на работу на кухню, разобрала, одежду нужно было постирать, а посуду из-под обеда вымыть. И взяла кота на руки. Мурз словно выдохнул с облегчением. Как будто он считал, что вот этот момент и означает, что я пришла домой и всё хорошо, ничего не меняется.

После того, как Мурз получил свою долю приветственного внимания, я занялась завтраком. Как выяснилось, Мурз предпочитал кушать обычную еду. С удовольствием локал бульон от щей с размятыми овощами. Благодарно урчал, расправляясь с печенью и отварной курицей, никогда не отказывался от омлета или яичницы-болтуньи.

Но особой его любовью пользовалась обычная овсяная каша на молоке. Почему так, я конечно не знала. Наблюдать, как крупный кот перебирает от нетерпения лапками, пока я остужаю его порцию, было очень забавно. И когда я возвращалась с суток, я всегда варила нам кашу. Такой знак, что благодарю Мурза за ожидание и радостную встречу.

Первым делом я мыла посуду, из которой кушал Мурз. Для этого я положила старую толстую разделочную доску на подоконник, а на неё ставила две миски. Одну для воды, вторую для еды. Когда уходила на смену, ставила ему ещё две больших миски с едой. Ещё в первые дни заметила, что Мурз кушает аккуратно, не переедая. Если я клала много еды, то он съедал только часть, а остальное доедал через время, когда чувствовал голод.

В туалете с появлением в квартире Мурза стоял лоток. Но Мурз им пользовался только в крайнем случае, когда я случайно оставляла крышку унитаза закрытой. Как оказалось, этот умнейший кот для своих нужд использовал унитаз.

Правда я от этих открытий иногда расстраивалась, потому что всё больше убеждалась, что Мурз просто потерялся. Ветеринар сказал, что кот абсолютно здоров. Даже дёсны без изменений и воспалений. Кот не страдал от мочекаменной болезни, не был кастрирован, и даже не унаследовал уже стандартный набор уязвимостей от одного из родителей. Потому что ветеринар мне долго показывал что-то и утверждал, что Мурз это помесь мейн-куна и скорее всего, в первом поколении, потому что явные признаки какого-то там фенотипа.

Единственной проблемой с Мурзом была необходимость постоянного вычёсывания. Даже проблема с когтями решилась сама по себе. Я полезла в шкаф за краской и вытащила старые, ещё дедовы валенки, которые по неизвестной мне самой причине всё ещё не выкинула. Мурз набросился на них с гортанным мявом, впиваясь когтями в жёсткий войлок.

Мы позавтракали, я приняла душ, запустила стирку. Решив, что по магазинам я пройдусь когда закончится стирка, я устроилась в углу дивана, с пледом и чаем. Мурз, не смотря на солидный возраст, развлекался, охотясь на меховую мышку. У меня было своё развлечение. Дочь нашего анестезиолога приехала домой с повышения квалификации и привезла мне копию редкой монографии самого Александра Фёдоровича Тура.

Его "Физиология и патология детей периода новорождённости" издавалась всего четыре раза, и эти книги были большой редкостью. Рядом лежала тетрадка, в которой я делала пометки по мере чтения.

Мелодия звонка стала для меня неожиданностью. Ещё больше удивил тот факт, что звонил Роман.

– Белка, можно воспользоваться твоим приглашением привозить Мотьку? – судя по голосу он явно торопился.

– Да, привози, – не стала я вызнавать подробности.

Роман приехал буквально через десять минут.

– Кошак, привет, – поприветствовал он Мурза, внимательно наблюдавшего за гостями.

Матвей меня сразу узнал и заулыбался.

– Малая, я возможно пропаду на пару дней, – положил он на тумбочку конверт. – Тут наличка и карта, в конверте пин. Ни в чём себя не ограничивайте. Поняла?

– Ага. А ты поесть хоть успел? У меня правда только каша, – предложила я.

– Да я сожрал завтрак, который наш Монгол своей Язве готовит, – засмеялся Роман. – Ты лучше точильный камень одолжи на пару минут. У тебя же был такой классный, от бабушки-повара. Не выбросила?

– Нет, – удивилась я просьбе. – Можешь сразу не возвращать, если торопишься. Потом вернёшь.

– Спасибо, Малая, – чуть приобнял меня он.

А вот Мурз моей щедрости не оценил. Когда Роман затягивал шнурки на своих военных ботинках, кот подскочил и несколько раз полоснул когтями по рукам Ромы.

– Ого, – хмыкнул Роман. – Белка, да у тебя кот сторожевой породы! Молодец, котяра! Охраняй. Так всегда и делай.

– Ну, зачем? Вот чему ты его учишь? – возмутилась я. – Ты в прошлый раз ему сказал, что самая страшная кошачья месть, это нагадить в обувь. Мурз Ладе обувь испортил. Замшевые зимние сапоги! Ты представляешь, сколько они стоят?

– Честно говоря не очень, – я успела заметить его быстрый взгляд на мои сапоги на коврике у двери. – А чем это она его так обидела?

– Ругалась, что я сдурела, раз подобрала зверя с возможными непонятными болячками, от лишая до вообще неизвестной заразы. И вообще, раз он старый и не кастрированный, то наверняка ссыт где ни попадя, помечая территорию, – вздохнула я. – Советовала сходить к ветеринару и всё-таки кастрировать как минимум.

– Серьёзно? А с чего она решила, что может на тебя орать? Ты к ней что ли кота принесла? – приподнял брови Роман. – За такое и я бы ей сапоги уделал.

– Ром, – возмутилась я и решила перевести тему. – Ты обычно в джинсах и в ботинках или вообще в кроссовках. А сегодня... Снова какая-то хорошая девочка попала в беду?

Не знаю, почему у меня вырвался этот вопрос полный зависти и обиды.

– Нет, хоть ты и права, сегодня у меня обувка и шмотки из прошлого, – помрачнел Роман. – Помнишь, я рассказывал о брате Сабира, Кайрате?

– У которого странным образом появились двое детей и старший по срокам родился раньше, чем он собственно начал жить с его матерью? – вспомнила я немного забавные трудности незнакомого мне парня.

– Он самый. Вот этих детей какая-то сволочь забрала, и требует с их матери выкуп. Она чиновником в администрации работает, – мрачно произнёс Роман.

– Как? – я рефлекторно прижала Мотю к себе. – Вы же их найдёте? Этих людей?

– Даже не сомневайся, – он сказал это просто, серьёзно и строго. Без бравады, но с мрачной уверенностью.

Он не сыпал угрозами и обещаниями, но я поняла, что похитителей уже приговорили. И никаких сомнений в их судьбе не было. Но я почему-то не почувствовала ужаса, понимая, что скоро кого-то мне неизвестного убьют.

Роман действительно торопился, поэтому почти сразу ушёл. Я пыталась отвлечься, поэтому сосредоточилась на Матвее. И только тогда поняла, что у меня пустой холодильник. Я хоть и сомневалась, но позвонила Лене. Та ворчала, что завтракает и не собирается нестись куда-либо сломя голову, чтобы позаботиться о чьём-то чужом ребёнке. Но пришедшая сразу после окончания разговора смс, что скоро она приедет, говорило совсем обратное.

Поэтому и звонок я приняла не глядя, думая, что это Лена хочет что-то уточнить.

– Малая, – услышала я голос Романа. – Я тебе сейчас скину номер машины, имена ребят и их телефоны. Они под окнами дежурить будут. Любой подозрительный чих и делай им прозвон. Они сразу поднимутся и проверят, кто там такой приболевший.

– Что случилось? – сразу переспросила я, понимая, что такие меры просто так не предпринимаются.

– Кайрат нам умную мысль толкнул, что не стоит ждать, когда жаренный петух клюнет в самые уязвимые места. Мы сейчас заняты, но это не означает, что самое ценное должно остаться без защиты. Да и нам так спокойнее, – прямо объяснил Роман.

– Спасибо, – поблагодарила я за заботу. – И, Ром...

– Да? – спросил он, услышав, что я замялась.

– Удачи. Пусть у вас всё получится, – выпалила я.

– Так и будет, малая. Так и будет, – с непонятным выражением произнёс Роман. – Спасибо тебе.

Он отключился и прислал обещанную смс с данными. А я пыталась понять собственное отношение к происходящему. Можно было конечно поговорить с Леной, но я решила скрыть, что знаю некоторые подробности срочных дел Романа и его друзей. Для себя я поняла одно, меня совершенно не беспокоит тот факт, что защищая свою семью, а именно так Роман относился к друзьям и их близким, побратимы, как они себя называли, нарушают закон.

Скорее наоборот, я видела в этом какую-то справедливость и торжество того самого закона, который должен был предотвращать подобные истории. Я искренне переживала за сыновей Кайрата и желала удачи Роману и его друзьям.

Но от того, что уезжая, он позаботился о нашей с Матвеем безопасности, почему-то становилось тепло на душе.

Глава 44

Марина.

Лена приехала, как и обещала. Я видела как она шла к подъезду. Проходя мимо огромного внедорожника, Лена замедлила шаг.

Машина на самом деле в нашем дворе смотрелась странно. И я думаю, что взгляды она привлекла с момента своего появления. Мы с Матвеем и с Мурзом наблюдали за мелкими птичками, усевшимися на ветку напротив моего окна. Мальчик уже активно интересовался всем вокруг, и его мир переставал ограничиваться стенами квартиры.

Когда во двор въехал этот дом на колёсах, даже Мурз повернул голову в сторону машины. Из машины выбежали два мужчины, и почти сразу раздался звонок домофона. Сняв трубку домофона, я услышала имена, которые до этого прислал Рома.

Мужчины осмотрели подъезд, напомнили мне, что в любом случае, даже в самом мелком подозрении, включая просто странный шорох, сразу делала прозвон. Мол, сразу поднимутся и проверят. И не надо стесняться, это их работа.

– А как вы в подъезд будете попадать? – улыбнулась я.

– У нас есть ключ, – показали мне таблетку от домофона. – Просто решили, что если мы сами пройдём и постучим в дверь, то можем напугать. Ни к чему это.

– Вам может покушать приготовить? Или хоть чая горячего? – предложила я, чувствуя себя неловко, что люди будут неизвестно сколько времени сидеть в машине при такой погоде.

– Спасибо, не переживайте, у нас всё хорошо, – в густой бороде мелькнула улыбка, сразу изменив внешность мужчин на куда менее пугающую.

Зато Матвей вообще не испугался бородатых незнакомцев, я специально наблюдала за его реакцией. Видно давно привык.

Похоже и Лене эта машина показалась знакомой, иначе бы она не одарила бы её столь пристальным вниманием. Я вспомнила, что Рома рассказывал о том, что один из его друзей приехал в город из-за Лены.

Вот только я своего знания подруге не выдавала, решив, что она сама расскажет в тот момент, когда будет готова. Впрочем, и с Ладой я не делилась догадками, что четвёртый друг Ромы из наёмников, это наш Денис. Упырь, как его звал Рома.

Лена надолго не задержалась. Ушла, едва я закончила кормить Мотю.

Я полностью сосредоточилась на Матвее, стараясь не думать о том, что сейчас происходит у Романа. Сейчас мне не нужно было держать лицо и прятать свои чувства. А я всё это время боялась за Романа, переживала за его друзей, за мальчишек, которым кто-то решил причинить вред. Даже боялась представить, что сейчас испытывает мать этих мальчиков.

А Матвей был тем самым солнышком, что разгоняло тучи моих страхов и переживаний.

Мурз сначала внимательно наблюдал за Матвеем. Даже приподнимался, принюхиваясь к запахам из кастрюльки, которую я как-то незаметно для себя отвела под детское питание. А когда я отдала ему остатки детского супчика, кажется Мурз окончательно принял появление в моей квартире ещё кого-то.

Когда я после обеда отнесла Матвея на кровать, Мурз последовал за нами. Я с удовольствием наблюдала за тем, как Мурз и Матвей играют. Кот клал лапу так, чтобы она была рядом с Матвеем, а когда тот тянулся, убирал. Мальчишка смеялся, кот урчал, показывая отличное расположение духа.

В погоне за неуловимой кошачьей лапой, Мотя сначала перевернулся на живот, а потом неожиданно встал на четвереньки. По тому, как он неуверенно двигался, было понятно, что это совсем недавно приобретённый навык.

– Ого, что ты у нас оказывается уже умеешь, – хмыкнула я.

Устав от игр и вволю насмеявшись, Матвей вскоре начал ютиться спать. Я не стала укладывать его в кроватку, просто переложила между собой и стенкой. И сама не заметила, как задремала.

А когда проснулась, то застала умилительную картину. Мотя спал, закинув руку и ногу на Мурза, чему кот был совсем не против.

– Совсем как папа, – хмыкнула я, вспомнив, что когда-то, Ромка точно также подгребал меня к себе под живот во время сна.

Я осторожно вышла из комнаты, решив, что успею приготовить полдник перед тем, как идти разбудить Матвея. Но мои планы нарушил радостный визг, вскоре раздавшийся из комнаты.

Бросив всё, я влетела в комнату, боясь, что мальчишка просто упадёт с кровати. Но оказалось, что Мотя сам сполз по краю кровати. И радостно дрыгался, почти приседая, облокотившись животом на кровать.

– Не виделись всего ничего, а он уже вон сколько всего умеет, – улыбнулась я.

Мотя повернул голову на мой голос, встречая меня широкой, хоть и беззубой улыбкой.

Пока кушали, я дала Матвею в руки десертную ложку. Получилась новая игрушка. Он долго пытался понять, что с ней делать. Потом старательно запихивал в рот и хмурился. Кажется, у мальчика уже установилась крепкая связь между ложкой и чем-то вкусным. Он явно понимал, что ложку нужно отправлять в рот, и появится еда. Но в этот раз так не получалось.

Я думала, что ребёнок будет держать ложку во время еды и так быстрее научится кушать сам. Понимание для чего нужен этот предмет придёт постепенно и само по себе.

Но стоило мне повернуться к нему с тарелочкой, как ложка полетела в сторону, а сам Матвей опёрся ручками о столешницу своего стульчика и приподнялся навстречу ложке в моих руках с раскрытым ртом.

– И правда на птенчика похож, – засмеялась я.

В этих заботах день пролетел незаметно. Я посматривала на телефон, но понимала, что наврядли у Романа есть возможность отправить мне смс с новостями, как у них там дела.

Матвею нравилось наблюдать за двором из окна. В сумерках, когда зажигались фонари и окна в соседних домах, он просто замирал у окна. Крутил головой и удивленно вздыхал.

Именно поэтому я и заметила, что во двор въехала машина Ромы. Мужчины, которые охраняли двор в его отсутствие вышли ему навстречу. Они поздоровались, о чём-то быстро переговорили и уехали. Роман посмотрел на мои окна и сел в машину. Но не уехал.

У меня в квартире нигде не горел свет, а время было хоть и не особо позднее, но учитывая возраст Матвея, мы вполне уже могли лечь спать.

– Папа твой похоже решил спать в машине, – сказала я Матвею, отходя от окна.

Я включила свет и нажала кнопку вызова.

– Что случилось? – в его голосе послышалась тревога.

– Ничего, – хмыкнула я. – Поднимайся. Мы ещё не ужинали и не купались, так что и спать не ложились. Необходимости ночевать в машине нет.

– Я могу с Мотькой поехать к Монголу на квартиру, ты отдохнёшь, – услышала я через пару минут тишины.

– Я с ним не устаю, но вот о том, что ребёнок начал ползать и встаёт на ножки, хоть и с опорой, было бы неплохо предупредить, – ответила я.

– А он начал ползать? – прозвучало в трубке недоверчивое.

– Поднимайся, – повторила я.

Глава 45

Роман.

Я держал трубку телефона около уха и молча смотрел на загоревшиеся окна её квартиры.

– Поднимайся, – тихо повторила она в телефоне.

– Да, конечно. Сейчас только до магазина метнусь, – как никогда ясно я видел перед собой цель. – Нам что-то нужно? Навряд ли Лена все сразу привезла.

– Конечно, нужно, – я угадал улыбку в её голосе.

– Можешь список скинуть на телефон? Я просто не уверен, что на слух всё запомню, – попросил я, трогаясь с места.

Маринка обещала прислать. И телефон булькнул почти сразу.

В магазине я сам себя поймал на мысли, что вот он я, хожу с тележкой по магазину со списком нужных продуктов и лыблюсь у ящика с заморозкой, вспоминая как несколько лет назад одна мажорка кривилась при виде пачек готовых пельменей. Мол, из мясного там, только случайно упавшая в чан мышь.

Это было вроде так обычно, но для меня казалось особенным. Так напоминало время, когда я был совершенно счастлив. И не понимая этого, я так легко отказался от неё – ключика к этому счастью.

Я спешил обратно, домой. Где меня ждал сын и женщина, которая была для меня самой желанной и самой недоступной. Одно я знал точно, я на изнанку готов вывернуться, чтобы стать ей нужным. Чтобы был повод вернуться.

Когда я вошёл в квартиру, меня уже встречали. Белка с до неприличия счастливым Мотькой на руках и трущимся у её ног котищем.

– Мне кажется, ты что-то напутал, – посмотрела на пакеты Маринка. – Я столько точно не писала.

– Я к твоему списку кое-что добавил от себя, – любовался я картиной. – Как вы тут?

– Спали, ели, любовались на огоньки в окно, ползали в догонки с Мурзом, – улыбалась Маринка. – Не переживай, ни одной царапины.

– Какой ответственный у нас нянь оказывается появился, – хмыкнул я. – Хорошо, что рыжий, а не серый. А то начнёт учить, как бутерброды есть, требовать завести корову и домик в деревне. С садом.

– Ну, разве плохо? – вроде Марина улыбалась, а глаза погрустнели.

– Так, идём на кухню, – сделал вид, что не заметил я. – Пакеты надо разобрать. И ужин сегодня готовлю я сам.

– Совсем сам? – удивлённо округлила глаза Белка.

– А что такое? Сомневаешься? – пользуясь тем, что она пошла на кухню, один пакет, я пока задвинул за тумбочку. – А в чём?

– Да сразу звонить Ангелине с вопросом есть ли у неё рабочий телефон Дмитрия или подождать? – засмеялась Белка. – Сам он ещё на больничной койке, но товарищи по работе наверняка на смене.

– Вот ты... Хотя чего это я? К тебе же сегодня Лена заходила, – продолжал шутить я.

– Лена? Не Язва? – уточнила Белка прищурившись.

– Монгол сильно обижается, когда его Язву называют Язвой, – хмыкнул я. – Тебе тоже не нравится. Приходится переходить с позывных на паспортные данные.

На кухне Белка усадила малого в стульчик, а сама села на стул рядом. Кот запрыгнул на подоконник. Там было его обеденное место.

На доске стояли миски, у другой стенки была самодельная лежанка. Белка взяла старое махровое полотенце, сложила в несколько раз, проложила внутри каждого полученного кармашка слой ваты, и прошила. Удивительно, но от этого как-то становилось уютнее.

Я быстро распихал покупки. Тушку охлаждённой сёмги отправил в раковину. Для Мотьки несколько очищенных от кожи и костей кусочков поставил вариться вместе с картошкой. Для себя и Белки поставил по паре рыбных стейков.

– А коту как правильно рыбу давать? Можно так или варить там или ошпарить? – показал я на кусок хвоста, специально оставленного для кота.

– Я не знаю, – подняла на меня взгляд Белка. – Слышала, что если сырую рыбу давать, то глисты могут быть.

– Так это может про сырую прудовую рыбу? Дикую? – хмурился я, потому что тоже что-то такое слышал. – И если постоянно. А он вон, раз покушает и снова на правильное питание.

Решили, что я избавлю рыбий хвост от кожи, плавников и костей, а само филе обдадим кипятком.

Мурз сидел, вытягивая шею и тщательно следя за моими руками. Несколько раз спрыгивал с подоконника. Но подходил к Белке и малому. И ни разу не мяукнул, выпрашивая угощение.

Но когда я уже хотел залить миску с рыбным филе кипятком, распушил хвост и начал зло урчать, словно перед дракой.

– Мне кажется, наш кошак возражает, – посмотрел я на Белку. – Его явно раздражает преднамеренная порча продукта.

– Давай так, – хоть и с сомнением решила Марина. – Ему наверное лучше знать.

Я отправил рыбу в большую миску на доске. Мурз сразу подбежал к своей тарелке. Я хотел его погладить, но кот так на меня посмотрел, что я передумал.

– Понял, мы не в настолько близких отношениях, – поднял обе руки я.

Пока я переворачивал рыбу, Белка приготовила Мотьке рыбно-картофельное пюре. Малой тоже попытался урчать как кот, только вышло совсем не угрожающе.

Пока Белка кормила Мотьку, она рассказала мне о том, как выяснилось, что малой ползает и даже стоит.

Я тем временем наколол кусочек рыбки, чуть макнул в соус тар-тар, который специально взял к рыбе, и неся над кусочком хлеба протянул Белке.

– Спасибо, – кивнула она. – А то так вкусно пахнет!

Внутри разлилось что-то очень горячее, довольное собой. Дикое, первобытное чувство. Об этом рассказывал Кайрат, когда объяснял, почему ему было так важно самому готовить для своей девочки, Горгоны. Он говорил, что это ощущение не сравнится ни с чем иным. Круто, когда та, от которой ты мозги теряешь, готовит для тебя. Круто, готовить вместе. Но то, что испытываешь, когда готовишь для неё ты, не описать словами, это можно лишь прочувствовать.

Мотьку зрелище того, что я кормлю Белку с ложечки, точнее с вилки, сильно развеселило. И он просто замирал, пока новая порция угощения не отправлялась к Белке.

После ужина, больше похожего на игру, мы устроились в комнате на полу. Мотька играл с Мурзом, действительно ползая за ним по комнате. Похоже новый навык так понравился малому, что он не собирался от него отказываться от него даже на время.

Белка внимательно наблюдала за их играми, при этом не менее внимательно слушая меня. Она расспрашивала о мальчишках Кайрата. Я рассказывал, опуская некоторые подробности.

– Странно, – задумалась Белка в конце. – Как они могли быть родственницами? Эта Карина видно очень сложный человек.

– Разве? Мне кажется её тётка, вот да, загадка природы, – удивился я.

– Да нет, – ответила Марина. – Просто мерзкая, злая и завистливая баба. Легче всего уступать всю жизнь своим порокам, получать что-то подлостью и обманом. Чтобы катится вниз много усилий не нужно. А Карина другая. Она сильная, волевая. Доверчивая и искренняя, но при этом решительная, с жёстким характером. Она со своей тётей словно свет и тень.

– Света в ней наверное действительно много, – удивился я таким рассуждениям. – Принять и по сути спасти чужого ей ребёнка... Ну, по факту. А она... Кайрат говорит, при всём желании невозможно отличить по отношению к детям, кого она рожала, а кого усыновила.

– Да это вообще не сложно. Вот как раз в этом случае всё понятно. Она не могла пройти мимо. И думаю, она честно у себя спросила в том моменте, сможет ли стать мамой этому мальчику, забыть, что он не её? Почему-то я уверена, что если бы у неё была хоть тень сомнения, она просто его не забрала. Вызвала опеку, постаралась бы помочь ещё как-то. Но не стала бы добивать мальчишку несбывшейся и ложной надеждой на любовь и настоящую семью. – Улыбнулась Белка.

Я смотрел на неё и пытался понять, она просто говорила о неизвестной ей девушке, или примерила ситуацию на себя. Увидела сходство нашей общей с Кайратом беды? Точно я знал только то, что своими словами она подарила надежду мне.

Марина легко поднялась и пошла в ванну. Вскоре послышался шум набираемой в ванну воды. Мотька среагировал на раз. Оживился, развернулся в сторону источника звука. А когда по коридору прошла Марина с большим махровым полотенцем вообще радостно пополз в сторону ванной.

– Он купаться так любит, – улыбалась Марина. – Представляю, что будет, если ему летом бассейн налить. Жаль негде.

Мурз запрыгнул на стиральную машинку и пристально наблюдал за Мотькой во время купания.

– Смотри, как спасатель на вышке, – кивнул я, придерживая Мотьку.

Тот сидел на подстеленной на дно ванны пелёнке и устраивал настоящую бурю вокруг, радостно визжа. Брызги долетали даже до кота, но тот переносил это всё стойко и пост наблюдения не покидал.

Белка хитро и проказливо улыбаясь, я с такой её улыбки прифигел, достала какую-то пластиковую коробку. Уже и забыл, что она когда-то улыбалась вот так. Тем временем Марина открыла коробку и просто высыпала всё содержимое в воду.

Мотька на минуту замер. По воде плыли разноцветные резиновые игрушки. Голубой дельфин, серый кит, белая уточка, зелёная лягушка, жёлтая лодочка, красная морская звезда, коричневая черепаха. Малой крутил головой, стараясь следить за всеми сразу, а потом началась настоящая охота.

– Ну, и как мы его теперь вытаскивать-то будем? – смеялся я.

Дав малому ещё немного поиграть, Белка решительно приступила к помывке. Я держал сына, а она его тщательно, но аккуратно намыливала мягкой мочалкой. А когда мыла волосы, её пальцы каждый раз задевали мои. И каждое прикосновение для меня отзывалось словно удар током.

Мотька наигравшись за день, накупавшийся, сонно моргал уже пока я сушил ему волосы, а Марина подогревала кефирчик на ночь. Стоило уложить его спать, как в кроватку запрыгнул кот и улёгся вдоль стенки. Мотька пытался щедро поделиться с котонянем своей соской, кот благородно отказался, отвернув морду.

– Устал сегодня, вырубился на раз, – хмыкнул я, выходя из комнаты.

Порядок на кухне пошёл наводить я, даже не став слушать Белкины возражения.

– Воспользуйся моей занятостью и займи душ, – подмигнул ей я. – А то когда я пойду, ждать замучаешься.

Когда я закончил с дежурством по кухне, Марина уже сушила волосы. Я чуть задержался, любуясь ею и с неохотой отправился под душ. Скинуть с себя шмотьё и встать под воду заняло секунды три, не больше. Ждать, когда сольётся вода и пойдёт теплая, я не стал. Надеялся, что холодный душ чуть прояснит в башке.

Но Марина явно не рассчитывала на такую мою скорость. Она вошла в ванну с чистыми и сухими полотенцами.

– Я утащи... – она замерла на полуслове, так и держа в протянутой руке полотенца.

Я кожей чувствовал её взгляд. Как будто кто-то вёл чем-то теплым по коже, перебегая от одного шрама к другому.

– Так много, – потрясённо выдохнула она. – Почему?

– Потому что дебил, – глухо произнёс я, протянув ей руку.