Текст книги "Орден Скорпионов"

Автор книги: Айви Эшер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 44 (всего у книги 48 страниц)

– Убирайся отсюда, Сти, или Эго вышвырнет тебя и будешь ночевать на улице! – кричит служанка, направляясь к нашему столику с подносом, полным еды. – Ты ведь знаешь, что не стоит приставать к господам, – ругает она пьяницу.

Тот, похоже, вот-вот свалится под стол.

– Все в порядке, – заверяю я ее, с удовольствием слушая бессвязный бред Сти. Потому что мы здесь именно за этим – смотреть, слушать и выискивать зацепки.

Мы пробирались вдоль побережья, прислушиваясь и следуя за всем, что могло бы послужить зацепкой. Пьяный бред, который только что слетел с еле шевелящегося языка Сти, оказался самым интересным из всего, что мы до сих пор слышали.

– Ты слишком добра, но у тебя и без того полно работы. Еще и не поужинаешь толком, – уверяет она меня, ставит перед нами ужин и отпихивает Сти подносом.

Наконец, она уходит, а я хмурюсь и смотрю на «скорпионов».

– Под работой она имеет в виду вас троих? – спрашиваю я, недоумевая. – Или вы думаете, она имела в виду работу в целом? Я выгляжу как фейри, «у которой и так полно работы»?

Курио и Тарек хихикают, копаясь в своем рагу.

– Может, Маррет рассказала ей о нашем приезде? – подтрунивает Риалл, и я смеюсь. – К восходу солнца о нас заговорит весь город.

Я зачерпываю огромную ложку сальми и запихиваю ее в рот. Я мычу от восхитительного вкуса и аромата, что взрываются у меня на языке, но мой взгляд прикован к Сти. Тот пытается вскарабкаться на стул у барной стойки, но это ему дается с трудом.

– Он говорил о том, о чем я думаю? – шепчу я, между тем как укладываю рагу в рот. Глазами я быстро обшариваю окружающее пространство, чтобы убедиться, что никто из пьяниц не подслушивает. – Ты слышал раньше о Налроре?

Тарек качает головой и отрывает кусок хлеба от нетронутой буханки в центре стола.

– Звучит не очень знакомо, но я посмотрю. Если то, что он говорит, правда, то это может дать нам ответ на вопрос, что делают Айджиины и зачем им нужны союзники.

– Думаешь, существует заговор, цель которого – свергнуть королей? – Курио говорит так тихо, что почти шепчет, и настороженно озирается по сторонам. – Если они собираются бросить вызов королям, то они безумны.

– Никто и не говорил, что это разумно. И не забывай об источнике данной информации – он не может даже на стул сесть.

Мы все оглядываемся на Сти как раз вовремя: он падает со стула и шлепается на задницу.

Тарек качает головой и возвращается к еде.

– Как я уже сказал, стоит поискать подтверждение его словам. Мало ли что успело измениться. Но я бы не стал делать ставку на пьяные бредни.

– Может ли это как-то быть связано с принцессой? – спрашивает Курио. – Может, есть какая-то ветвь рода, которая, по мнению простых фейри, должна быть у власти, но это не так. Подобное заявление может легко рассчитывать на поддержку.

– Верус ссылался на Общее Дело. Не совсем похоже на кружок рукоделия, – замечает Риалл.

– Племянник королевы, Лейев, – наследник, верно? – спрашиваю я, пытаясь вспомнить, что мне рассказывали о Ночном Дворе, когда мы только начинали путешествовать по нему. – Может быть, заговор нацелен на него, а не против четырех королевств? Может, заговорщики считают, что он не должен наследовать корону, потому что есть другой кандидат?

– Наверное, это возможно, но у Дворов есть договоры. Они должны поддерживать друг друга в случае народных волнений или какой-либо другой реальной угрозы, – возражает Тарек.

Курио фыркает и смотрит на него.

– На бумаге – да, но всем известно, что они мгновенно вцепятся друг в друга, если посчитают, что это в их интересах.

– Справедливо.

– Кого бы мы поддержали в войне? Гипотетически, конечно, – спрашивает Риалл, и Курио с Тареком фыркают.

– Это зависит от того, кто и кого будет пытаться убить, – шутит Тарек, и Риалл весело хмыкает, а затем отправляет в рот ложку сальми.

– Пусть они все сгорят, – тихо ворчу я в свое рагу.

Курио смотрит на меня, и на его лице медленно появляется улыбка.

– Что? – спрашиваю я с невинным видом. – Они с радостью позволят фейри, вроде Тиллео, Дорсина и остальных, что оправдывают свои действия королевским бездействиям, разрушить свои Дворы до основания. Ордена охраняют королевства, но лишь пока им хорошо платят. Большинство фейри слишком заняты тем, что просто пытаются выжить, чтобы что-то с этим сделать. И если что-то сможет нарушить этот порядок, я – за.

– А если это что-то хуже того, что есть сейчас? – спрашивает Тарек.

Я пожимаю плечами.

– Что может быть хуже этого?

– Война, – ровно отвечает Риалл.

– Может быть, для кого-то… – соглашаюсь я, но гнев тонкой струйкой течет по моим венам, и я продолжаю уже жестче: – Но слишком многих из нас выкинули из общества, мы уже на войне. Вы трое – самый могущественный Орден во всех королевствах, и даже вы знаете, что такое сражаться за еду, безопасность и выживание. Уверена, что многие фейри могут сказать то же самое. Они все – хворост, который только и ждет искры.

Высокая дверь в таверну распахивается. Все посетители разом поворачивают головы в сторону громкого шума и завывания ветра, который изо всех сил старается протиснуться мимо трех фигур, стоящих у входа. По моим рукам бегут мурашки, сердце начинает испуганно колотиться.

Я разглядываю плотные накидки фейри, и меня пронзает тревога. Они светло-серого цвета, и я узнаю их из тысячи – на подолах по канту вышиты блестящие звезды, в которых отражается волшебный свет.

Ощущение, будто мы материализовали их здесь силой мысли, и Айджиины поэтому зашли именно в эту таверну.

Три капюшона медленно поворачиваются, внимательно оценивая обстановку, пока не останавливаются на нашем столике.

Я чувствую, как они смотрят на нас из глубины капюшонов. Фигуры поворачиваются к нам и приближаются, а в моем сознании вспыхивает знак «опасность», и адреналин бьет по мне, словно таран.

56

Я небрежно опускаю руку, чтобы достать один из кинжалов на ноге, но Риалл предупреждающе сжимает мое бедро.

Я перевожу взгляд с приближающихся Айджиинов на Риалла, прослеживаю направление его взгляда – он смотрит на остальных посетителей таверны. Оказывается, никто не обращает внимания на вновь прибывших. Все фейри вернулись к своим стаканам и беседам, как будто присутствие трех укутанных в плащи фигур – это пустяк, на который не стоит обращать внимания.

У меня по позвоночнику пробегает холодок.

Вероятность того, что мы наткнулись на тот же город и ту же таверну, что и случайная группа Айджиинов, ниже, чем вероятность того, что они уйдут отсюда живыми, если доставят нам хоть какие-то неприятности.

Они что, следили за нами?

Я еще раз оглядываю посетителей. Жуткое отсутствие реакции или настороженности по отношению к этим незнакомцам – это предупреждение, от которого у меня мурашки бегут по коже. Возможно, Айджиины охотились на нас так же, как мы на них, но у меня закрадывается подозрение, что дело тут в другом.

Мы прокладывали себе путь по побережью от города к городу, не знали, с чего начать и чем все закончится, но мы надеялись, что наткнемся на что-то, что поможет нам понять смысл того, что мы уже знали.

До сих пор наши поиски проходили спокойно. Они не приносили нам ответов, и я не заметила, как привыкла к тому, что мы просто ничего не находим и отправляемся в следующий город, ожидая того же результата. Однако здешние фейри, похоже, знают этих Айджиинов и чувствуют себя в их присутствии вполне комфортно. Их появление тут – обычное дело. То, как они отреагировали на нас, и отсутствие какой-либо реакции на этих существ в капюшонах говорит мне о том, что город Кригер – это либо место, где живут Айджиины, либо он расположен достаточно близко к их дому, чтобы они стали уже привычным зрелищем для местных жителей.

Я схожу с ума от необходимости что-то предпринять, мне хочется немедленно потребовать объяснений, но предупреждение Риалла было вполне ясным. И Тарек, и Курио вернулись к еде, как будто приближающиеся Айджиины для них так же незначительны, как и для всех остальных. Я единственная, кто продолжает наблюдать за тем, как первая фигура из троицы откидывает капюшон.

Я ожидала увидеть волосы цвета лунного света и бледную кожу, но вместо этого… девушка демонстрирует темно-русую гриву, кожу насыщенного цвета охры и яркие карие глаза. Она подходит к нам, ее взгляд полон снисхождения, она качает головой, как будто чем-то разочарована. Она не выглядит слишком враждебно и не тянется к оружию, как того ужасно хочется мне. Она выглядит скорее раздраженно, что странно в данной ситуации. Как будто она ожидала чего-то от нас, а мы этого не сделали.

Я выравниваю дыхание и заставляю свое бешено колотящееся сердце успокоиться.

Мы прочесывали побережье в поисках ответов. Тот факт, что они просто ходят вокруг так, будто ждали нас, одновременно тревожно и подозрительно многообещающе.

Фейри подходит ближе, и я замечаю, что пялюсь на нее. Ее это, кажется, нисколько не беспокоит, но я откидываюсь на спинку стула и натягиваю на лицо ту же маску осторожного внимания, что и другие «скорпионы». Теперь я выгляжу невозмутимо, но на самом деле внутри меня все кричит от тревоги и предвкушения.

– Ты пытаешься разозлить Фалин? – спрашивает прекрасная фейри, поравнявшись с нашим столом. – Я понимаю, вы с Лютином любите выпустить пар, пока она не видит. Но только не в мою смену – не хочу, чтобы меня понизили в звании из-за того, что ты трахалась с какими-то чужаками, проезжавшими мимо. Включи мозги и придерживайся Плана, как все мы.

– Бева! – шипит одна из скрытых накидкой фигур позади нее. В этом звуке слышится звонкое женское порицание.

– А ты кто? – Курио подносит эль ко рту и делает глоток.

– Я – ее проблема, а не твоя. – Она жестом указывает на меня. – И я предлагаю так все и оставить, – рявкает она.

– Бева! – снова предупреждает стоящая позади фейри, но ее голос слишком красив и нежен, чтобы воспринимать ее всерьез.

Я хмурюсь, глядя на высокопоставленную фейри. Курио весело вздергивает бровь, но я вижу, что он, как и я, пытается понять, что за хрень сейчас происходит.

Бева вновь смотрит на меня.

– Осторожнее, – предупреждаю я самоуверенную незнакомку, мне не нравится неуважение и пренебрежение, которое она проявляет к Курио – не говоря уже обо мне.

Она либо в беспамятстве и не знает, кому только что нагрубила, либо она одурманена и хочет умереть. В любом случае я очень хочу посмотреть на то, когда она осознает свою ошибку и обмочит свои светло-серые кожаные штаны. Понятия не имею, почему она разговаривает со мной так, будто знает меня, – обращается как с каким-то дерзким мальчишкой, который заслуживает того, чтобы его хорошенько отругали. Так или иначе, она так и напрашивается на встречу с одним из моих клинков.

– Нет, правда, кто ты? – спрашиваю я, и Бева закатывает глаза, а после смотрит на меня с раздражением.

– О, оставь это! Твои чары тут никого не обманут. Лютин не мог сделать их получше или ты специально оставила свое лицо, чтобы заманить в кровать этих троих? – Она жестом указывает на «скорпионов» и смотрит на них так, будто только что разглядела пятно грязи на своей накидке.

– Все в порядке, мы не хотели никому доставить неприятностей, – вмешивается Тарек, прервав мою растерянную реплику.

Я с недоумением перевожу взгляд с Бевы на него. Тарек – само очарование, но он так внимательно смотрит на трех Айджиинов, что я понимаю: он разрабатывает план. Хотя им может показаться, что он выглядит игриво. Его взгляд останавливается на мне: Тарек беззвучно просит позволить вести беседу ему.

– Если тебе нужно уйти, – он обращается исключительно ко мне, и слово «уйти» звучит на его губах особенно мягко, – мы не будем держать на тебя зла. – Тарек подмигивает мне, жест сальный, но многозначительный.

Наконец, до меня доходит, что он имеет в виду, и сердце начинает колотиться в груди. Беспокойство поливает рагу в моем желудке, а мысли вихрем кружатся в голове.

Тарек хочет, чтобы я подыграла Айджиинам в том, что здесь происходит. И либо я по собственной воле шагну в ловушку, либо воспользуюсь чудом, которое заставило этих троих принять меня за кого-то другого. Это, конечно, безумие, но все же три незнакомца смотрят на меня и чего-то от меня ждут.

Неужели мои чары делают меня похожей на кого-то из их знакомых?

Но как это возможно, ведь это мое лицо?

Мои мысли устремляются к Верусу, к тому моменту, когда он узнал меня. Но его реакция сильно отличалась от той, что продемонстрировали Бева и двое фейри в капюшонах у нее за спиной. Хатус назвал Айджиин призраками, но Верус смотрел на меня так, словно я действительно была призраком. Бева же выглядит обеспокоенной моим присутствием в таверне и злится, что я все еще сижу здесь, вместо того чтобы делать то, что, по ее мнению, я должна делать.

Во имя королей, что за игру они затеяли?

В попытке потянуть время я отодвигаю пустой стул у кучи наших накидок.

– Почему бы вам не присесть ненадолго. Выпейте чего-нибудь. Снимите напряжение, – предлагаю я, но в моем тоне звучат ядовитые нотки, которые, я надеюсь, чуть подсобьют с Бевы спесь.

Один из фейри, стоящих за спиной Бевы, делает шаг вперед, словно собираясь принять мое предложение, но Бева со скоростью молнии выбрасывает руку вперед и бьет таинственную фигуру в накидке в грудь. Фейри замирает на месте, и, клянусь, я улавливаю тихий раздраженный вздох.

– Хорошая попытка, но я не Лютин, Осет. Пойдем, пока кто-нибудь еще не заметил твоего отсутствия и Полумесяцы не устроили сбор.

Воздух застывает в моих легких.

В ушах стоит гул и звон.

Я упираю кулаки в бедра, чтобы руки не дрожали.

Откуда, черт возьми, она знает мое имя?

Я чувствую вкус смятения и паники во рту – похоже, будто съела ложку соли. Это невозможно выплюнуть или попытаться спастись от резкого вкуса. Но я не могу и проглотить эту горечь или утопить ее в чем-то другом. Все, что я могу сделать, – это просто подождать, пока соленый вкус и жжение исчезнут самостоятельно, пока в голове у меня проносятся ужасающие сценарии. Мне нужно все осмыслить.

Эта Бева, кем бы она ни была, каким-то образом узнала меня. Она знает мое имя. Она хочет забрать меня с собой, потому что как-то ответственна за меня. Ее манера поведения напоминает мне охранника, но это…

Что-то щелкает в моей голове, и меня потрясает шокирующее осознание.

Принцесса? – шепчет голос Веруса в моем сознании, и я вижу его серое от ужаса лицо. А потом его голос звучит так, будто он увидел призрака.

Ты мертва.

Я перевожу взгляд с Бевы на «скорпионов», и у меня внутри закипает ярость.

Королевства побери, неужели это правда? Неужели я действительно гребаная принцесса? Кто-то задумал избавиться от меня, а потом… занять мое место?

В моей груди нарастает буря: изумление и гнев захлестывают меня, а грохот пульса отдается в ушах.

Так вот что все это значит? Какая-то другая фейри использует мое имя и носит мое лицо, и никто не догадывается об этом… или догадывается?

Я сглатываю истерический смех, который пытается вырваться из моего горла. Из всех возможных вариантов, произошедшего со мной, которые я обдумывала с тех пор, как Верус использовал туру и воткнул кинжал в собственное горло, я никогда не думала ни о чем подобном. Может быть, никто никогда не искал меня, потому что никто и не знал, что меня похитили? Если это так, то кто же тогда притворялся мной все это время?

Мне мгновенно хочется взять Беву и ее маленький вооруженный контингент в заложники. Я хочу запереть двери этой таверны и разрисовать ее стены кровью, если никто мне не объяснит, что за хрень тут происходит.

Я стараюсь дышать ровно, несмотря на гнев, и думать, прорываясь сквозь туман жажды насилия. Эта жажда поет во мне, словно сирена, призывая заставить всех в этой комнате заплатить за все то зло, что мне сделали.

Но я знаю, что не могу.

То, что произошло с Верусом, послужило для меня ценным уроком: сила – не всегда выигрышная стратегия. Но как же невероятно трудно держать голову прямо, а свою ярость скрывать под маской беспечности и легкого раздражения! Мне не нужна сила, когда ответ смотрит мне в лицо, нетерпеливо постукивая ногой в ожидании, когда я по ее команде встану и последую за ней.

Какая-то часть меня думает, что следовать за этой Бевой, куда бы она меня ни отвела, – это плохая идея. Но эта часть заглушается невообразимой реальностью того, что передо мной – шанс. Такой шанс, вероятно, больше не представится, а значит, я не могу упустить его. Особенно когда мы уже слишком долго ищем ответы или хотя бы намек на то, что мы на правильном пути.

Этот намек не мог бы светиться ярче, даже если бы горел, как само солнце.

Что бы это ни было, второго шанса у нас не будет. Если я облажаюсь, то могу потерять всякую надежду на то, что когда-нибудь разберусь во всем этом. Эти фейри считают меня кем-то другим, кем-то, кого они готовы препроводить прямо в центр того, что я так давно хотела узнать. Их секреты и сопутствующие им ответы тщательно спрятаны где-то, и если я проявлю смекалку, то смогу заставить этих троих показать мне, где именно они лежат.

Я надеялась на одну подсказку, одну зацепку, которая указала бы нам верный путь. Но, похоже, у судьбы были другие планы – она вывалила целую кучу возможностей прямо нам в руки. Теперь мне нужно понять, как держать себя в руках и не спятить.

Словно почувствовав мою внутреннюю борьбу, Риалл наклоняется ближе.

– Не волнуйся, Звереныш, – уверяет он меня, проводя пальцами по следам наших Кровных уз на горле. Они скрыты ровной кожей чар, но я знаю, что они там. – Не расстраивайся, если не можешь остаться. Может быть, мы еще встретимся снова. Случались и более странные вещи.

Словно вспышка, у меня перед глазами проносится картина: «скорпионы» вылезают в окно из кабинета Дорсина и бросают меня там. Ее быстро сменяет момент, когда судьба буквально швырнула «скорпионов» к моим ногам: вот они выходят из повозки, в которой приехали на Торги.

В голове проносится все, через что мы прошли и что преодолели, чтобы оказаться здесь. И я знаю – несмотря ни на что, они всегда меня прикроют.

Я не одна.

У меня все получится.

Я могу притвориться той, за кого меня принимают эти фейри, или попаду в ловушку, которую уже для меня приготовили. Но «скорпионы» придут за мной, и вместе мы узнаем правду и уничтожим всех и все, что встанет у нас на пути.

– Я буду рад вновь встретиться с тобой, – говорит Риалл, и его самоуверенная ухмылка вызывает у меня ответную улыбку.

Бева фыркает и бормочет что-то себе под нос по поводу Риалла, но я слишком занята тем, что черпаю силы от воодушевления, пылающего в глазах «скорпионов». Я укрепляюсь в своей решимости, возвожу вокруг себя стены благодаря их непоколебимому доверию и веры в меня.

Я тревожно и глубоко вздыхаю, но этот вздох больше похож на недовольное хмыканье.

Я наконец встаю, подчиняясь приказу Бевы.

Не говоря ни слова, я беру из кучи свою накидку.

– Где ты взяла это дерьмо? – спрашивает Бева, разглядывая черные шерсть и мех.

– Следи за своим гребаным языком, – огрызаюсь я, не успев остановиться.

Черт. Эту фейри очень сложно не хотеть убить.

Я знаю, что должна разыграть карты правильно, быть той, за кого они меня принимают, но я не собираюсь терпеть оскорбления в адрес моих «скорпионов».

Я люблю свою накидку. Я была в восторге, когда Тарек набросил ее мне на плечи. Бева может оставить свои мысли при себе, пока я не передумала идти за ней и не решила выпотрошить ее.

Бева, на удивление, никак не реагирует на мою колкость. Я натягиваю капюшон на голову и благодарю его за тень, которую он теперь отбрасывает на мое лицо, и за то, что он заглушает мой тихий вздох облегчения.

Почему-то мое грубое предупреждение не вызвало у них подозрений. Это заставляет меня задуматься о той, за кого они меня принимают, и как она обычно общается с этими охранниками. Похоже, мое раздражение не является чем-то новым для них. Опять же, если они так ее унижают, как эта Бева пыталась унизить меня, то тут любой фейри в конце концов сорвется.

Я пытаюсь успокоить свою тревогу и страх, проводя ладонями по кинжалам, висящим у меня на поясе. Я жалею, что не надела доспехи и не пристегнула к себе весь свой арсенал. Я не ожидала, что подобное случится, и меня раздражает это, но все же – внезапно черная туника и кожаные сапоги кажутся мне недостаточной защитой, что может понадобиться мне сегодня ночью. У меня несколько кинжалов, пристегнутых к поясу и бедрам, но я чувствую себя неприятно обнаженной и уязвимой. Но у меня нет другого выбора, кроме как пойти и сделать это. По крайней мере, все оружие, которое у меня есть, теперь спрятано под накидкой. Это создает какую-то иллюзию безопасности, даже если это не так. В случае, если мне придется драться, никто не заметит, как я достаю оружие, и это немного успокаивает.

Я бросаю последний взгляд на своих соулмейтов. Они выглядят отдохнувшими и расслабленными.

Риалл доедает свой ужин как ни в чем не бывало. Он даже тянется к моей тарелке и забирает мою еду, как будто она не должна пропадать.

Вот засранец.

Тройка в серых плащах окружает меня, когда мы приближаемся к выходу, и я мгновенно напрягаюсь. Бева идет впереди, а двое молчаливых Айджиинов встают сзади. На всякий случай я крепко сжимаю в руке кинжал и изо всех сил стараюсь прогнать подальше напряжение и опасения и сосредоточиться, но это трудно.

– Спасибо за весточку, Эго, – обращается Бева к бармену и направляется к входной двери, а я следую за ней.

Я поворачиваю голову к фейри, который, судя по всему, и сдал меня Айджиинам. Он краснеет.

Хорошо.

Снег снова начал падать, и ветер дико воет, проносясь по улице и протискиваясь между магазинами, словно пытаясь вырваться на свободу. Свежее белое одеяло покрывает дорогу и витрины магазинов, оно хрустит под нашими ногами, когда мы выходим из тепла таверны.

Я надеюсь, что снег не будет идти слишком обильно, чтобы скрыть все следы, которые могут понадобиться «скорпионам», – они должны проследить мой путь, куда бы мы ни направлялись.

Меня молча ведут по улице, и я слежу за каждой тенью, что лежит в пределах моей досягаемости – на случай, если мне придется бежать. Надеюсь, хождение в тенях не является обычным делом для этих фейри.

Капюшон Бевы снова глубоко натянут – она пытается защититься от холода, а мне любопытно, почему у нее не такой же необычный цвет волос и глаз, как у тех, кого послали тогда за «скорпионами». Я полагала, что все Айджиины похожи на нас с Верусом, но, возможно, это не так.

– Значит, ты заставила весь город шпионить за мной? – ровно спрашиваю я – хочу незаметно собрать всю возможно полезную информацию и надеяться, что нигде не налажаю.

– Все знают, что Лютин – плохая компания, но, по крайней мере, он один из наших. Где ты вообще нашла этих фейри? Они бродячие наемные убийцы? – фыркает Бева. – Конечно, Эго и Хиннет сразу заподозрили неладное.

– Разве нам не нужны союзники? – я рискую, повторяя слова Веруса об Айджиинах этим охранникам, и надеюсь, что это сработает.

Один из фейри за моей спиной вздрагивает, а Бева раздраженно качает головой.

– Думаешь, Полумесяцы действительно думали об этом, когда делали заявление? Черт, Осет, они выглядели так, будто с радостью бы оторвали тебе голову, надругались над ней, а потом бы использовали в качестве ночного горшка, пока не найдут голову какой-нибудь новой доверчивой девушки, чтобы заменить ей твою.

Я усмехаюсь.

Если бы она только знала, с кем разговаривает.

– А мне они показались весьма соблазнительными, – осмеливается признать одна из охранниц за моей спиной.

Голос у нее глубже, чем у той, которая до этого шипела на Беву в таверне.

– Да, тебе показалось, Тайим, – бросает Бева через плечо, и мы подходим к первым деревьям Калеранского леса.

Большой лесной массив окружает Кригер с одной стороны, с другой у него – побережье Эританского моря. Мы не наугад выбирали города для исследования – наш выбор основывался на замечании Риалла о том, что кровь Веруса на вкус такая, будто он прожил всю жизнь в туманном лесу. А также на подсказке о том, где побывал лорд Дэрал, прежде чем его зарубили. Мы действовали наугад, но Тарек был прав – здесь точно что-то было, и это стоило наших поисков.

– Ты размером с бедро одного из них, Осет. Что бы ты делала, если бы они набросились на тебя одновременно? – резко спрашивает Бева.

– А я бы могла придумать пару вещей, которые можно было бы проделать со всеми тремя, – поддразнивает Беву фейри с нежным голосом.

Я улыбаюсь, слыша вырвавшийся из Бевы возмущенный вздох, и еле сдерживаю желание полоснуть ту игривую сучку по горлу.

Я на взводе и меня все раздражает, и вся эта ситуация вызывает тревогу и рождает всевозможные новые вопросы и эмоции. Я знаю, что в какой-то момент все это пойдет прахом. Они поймут, что совершили ошибку, и я должна быть готова к этому.

Мы входим в лес, и я внимательно слежу за тропинкой, которую выбирает Бева. Длинные тени тонких стволов тянутся к нам, словно мерзкие пальцы, по гладкому искрящемуся снегу. В ночи кричит какой-то зверь, но лес молчит, только по снежному ковру хрустят наши сапоги, и мы уходим все дальше в бороздчатые тени.

Под пеленой падающего снега лес выглядит необычайно пустым. Насколько хватает глаз – кругом деревья, и все они выглядят одинаково. Поэтому природа кажется более однообразной, чем я привыкла. Не знаю, как долго мы идем, но мне кажется, что проходит не так уж много времени, прежде чем лес начинает идти под уклон. Огромные скальные выступы подступают ближе к тропке, затем мы огибаем кряж, и я делаю все, чтобы не застыть в восхищении.

В вогнутой расщелине меж двух огромных холмов расположилась деревня.

В центре стоит большое поместье – оно выглядит скорее практично, чем величественно. Оно будто оглядывает с вышины множество маленьких домиков, спускающихся вниз по склону, как ступеньки на лестнице. В основании всего этого – два длинных непритязательных здания, которые сразу наводят на мысль о казармах. Вокруг них достаточно расчищенной земли, чтобы множество фейри могли бы собираться там и проводить тренировки.

Я задерживаю дыхание, ожидая, что хоть какой-нибудь намек на узнавание просочится в меня.

Нет. Ничего.

Под густо падающим снегом мерцают факелы, высвечивая патрули, охраняющие окраины деревни как снизу, так и сверху. Теплый свет льется из окон многих домов, и если долго смотреть на него, то он расплывается, превращаясь в море звезд на склоне холма.

Я следую за своими провожатыми по, должно быть, исхоженной тропинке, прячущейся под растущим слоем снега. По мере того как мы приближаемся к нагромождению домиков на холмах, я замечаю лестницу, ведущую вверх через ряды домов. Лестница упирается в самую высокую точку деревни – большое поместье. И у меня возникает стойкое ощущение, что ведут меня именно туда.

Незаметно я пытаюсь оценить сильные и слабые стороны этого места. Замаскированные охранники, держащие в руках факелы или фонарики, лениво прохаживаются по периметру, словно это скорее рутинная работа, чем необходимость. Я насчитала всего дюжину таких внизу и еще полторы дюжины на гребне над поместьем.

Никто не останавливает нас: мы пересекаем плац, проходим мимо казарм и начинаем подниматься по лестнице. Как и в городе, погода загнала всех в дома, и поэтому трудно определить, сколько фейри тут живет. Одной небольшой группой фейри с необычным цветом волос и глаз, которую мы видели, дело не ограничивается – подобного мы не предполагали.

Я стараюсь не терять бдительности, пока мы поднимаемся наверх. В грудь словно натолкали камней, и сердце разбивает их один за другим, пока я пытаюсь осознать, что происходит. До сих пор не могу понять, как я вообще здесь оказалась. Ничто не кажется знакомым, не будоражит воспоминания, нет даже намека на узнавание. Все здесь так же странно и чуждо мне, как и тогда, когда я очнулась в той клетке.

Я перешагиваю со ступеньки на ступеньку, ожидая, что в любой момент из-за домов выскочат охранники и бросятся на меня. Они повалят меня на землю и, несомненно, начнут истерически хохотать – ведь я так глупо попалась в их ловушку. Но ночь по-прежнему тиха. Путь к поместью свободен, а я с каждым шагом становлюсь все более тревожной и напряженной.

Я хочу открыть свои тайны, хочу увидеть, что там, за глухой стеной в моем сознании? Но по мере того, как я осознаю размеры этого места, я начинаю задаваться вопросом – а какие еще секреты скрываются за деревянными дверями и каменными стенами? Немногочисленные фейри, патрулирующие поместье снаружи, одеты в одинаковые светло-серые накидки. Это говорит о том, что они либо Айджиины, либо связаны с ними. Но из-за этих же накидок я не могу разглядеть, есть ли у кого-то из них такие же странного цвета волосы и глаза, как у меня.

Мы достигаем вершины крутой винтовой лестницы, и только благодаря тренировкам я не дышу как загнанная лошадь от такого подъема. Если бы я с трудом взобралась на верхнюю площадку, это, наверное, выдало бы меня. Любой местный житель привык подниматься на эти холмы. Вместо того чтобы продолжить путь и направиться парадным дверям особняка, меня ведут к большому дому поодаль. Трудно сказать, какого он цвета, но сделан он из камня. Кажется, что он должен сливаться со скалами и зеленью холма, что позади него. Ночью деревня хорошо просматривается: освещенные дома, патрули с факелами, но подозреваю, что днем этот дом-крепость очень эффектно вписывается в окружающий пейзаж.

Когда мы приближаемся к боковому входу, к которому меня ведет Бева, мы внезапно проходим через невидимый барьер, от которого у меня по всему телу пробегают мурашки. В голове зазвенели тревожные колокольчики: значит, мы только что прошли сквозь защиту, которую я не могла обнаружить заранее.

Я задерживаю дыхание, но со мной ничего не происходит, и никто из конвоя никак не реагирует – значит, все, что произошло, нормально. Мне тут же хочется убедиться, что я все еще могу ходить в тенях, а затем достать оружие и попытаться его применить, на случай, если их заклинание что-то сделало со мной, о чем я еще не знаю. Вместо этого я стискиваю зубы и держу рот на замке. Клинков в моих ладонях тоже нет – я просто иду вслед за Бевой через широкую арочную дверь.

Каким-то непостижимым чудом мне удалось проделать этот путь, но я знаю, что не стоит позволять ложным ощущениям спокойствия и безопасности усыпить мою бдительность. Я слишком хорошо знаю, как быстро все может пойти прахом.

Мои мысли возвращаются к «скорпионам». Может, они уже где-то в лесу, молча прослеживают цепочку наших шагов? Они следят за деревней? Или им пришлось задержаться в таверне, чтобы не вызывать подозрений у хозяина и горожан?

– Тайим, иди и сообщи командиру, что в городе может находиться группа наемников. Нужно присмотреть за ними, пока не уйдут. – Бева отдает приказ, и, так же тихо, как и все время, что она шла у меня за спиной, Тайим исчезает.