Текст книги "Ненастоящий Отец – Чжан Мин (СИ)"

Автор книги: Артем Белозаров

сообщить о нарушении

Текущая страница: 19 (всего у книги 33 страниц)

Глава 27. Там, где лес перестал дышать

Рассвет застал двух девочек на дереве, где широкие ветви образовывали естественное ложе. Листва над ними дрожала от лёгкого ветра, высоко в кронах заливались трелями птицы. Сюэ и Минчжу, прижавшись друг к другу, дремали, пока солнце медленно выталкивало тьму с неба. Всю ночь они не смыкали глаз, прислушивались к каждому шороху в чаще, опасаясь диких зверей или озлобленных преследователей. Лишь с рассветом, когда очертания мира стали чёткими, девочки позволили себе немого поспать.

Когда солнце поднялось выше, его лучи скользнули по лицам сестёр, будто нарочно хотели разбудить. Сюэ и Минчжу недовольно поморщились и открыли глаза. Потерев озябшие руки, они спустились с дерева, несколько мгновений стояли, оглядываясь по сторонам, но не заметив ничего подозрительного, расслабились. По земле стелился туман, оставляя на траве серебристые капли, однако чистое небо обещало жаркий солнечный день.

– Никаких следов людей, – облегченно выдохнула Сюэ, потирая сонные глаза. – Кажется нам удалось от них сбежать.

– Да, – зевнула Минчжу, – Они медленные и неуклюжие. Им нас никогда не догнать.

– Не хвастайся! – нахмурилась старшая сестра, – Взрослые хитрые и сильные. Будь начеку!

– Мы всегда убегаем хотя стали сильнее, – пожаловалась младшая, – Не честно!

– Тот хромой дядька опасный! С ним что-то не так…

– Папа же подарил нам кинжалы! Мы должны защищаться!

– Тогда придется ранить людей, – заметила Сюэ. – Ты готова к этому?

– Не знаю, – задумчиво вздохнула девочка. – Когда я вспоминаю, как кричал тот нищий… и кровь из раны у него на ноге, то чувствую себя плохо. Но ради тебя, я готова сделать это еще раз!

– Мне тоже не нравится, когда кто-то обижает Минчжу! – Сюэ приобняла сестру. – Не переживай. Ты спасала меня! Они сами виноваты!

– Да! Они плохие! Я никогда их не прощу! – малышка мужественно сжала кулачки.

– Хорошо. Будем тренироваться! Не позволим нас обижать! Но пока не станем еще сильнее, лучше убежать. Хорошо?

– Да! Станем еще сильнее и тогда всем покажем! – обрадовалась Минчжу.

Урчание ее живота прервало разговор, и девочка погладила его, будто успокаивала.

– Я бы что-нибудь съела… хоть корешок, – пробормотала она.

– Мы ничего не взяли из припасов, когда бежали, – вздохнула Сюэ. – Придется поискать.

– Тогда хотя бы воды… Пить хочется. Идем к реке!

– Нельзя, – покачала головой старшая, – Вода там грязная. Забыла? Отец говорил ее надо кипятить. Лучше вернемся к ручью, мимо которого пробегали прошлым вечером.

– Назад? А как же плохие люди?

– Мы заметим их раньше, чем они нас и потом просто убежим.

– Ладно. Тихо и быстро, как мыши, – кивнула Минчжу.

Морщась от прикосновения мокрой травы к коже, девочки направились к ручью. Сюэ шла первой, ладонью раздвигая низкие ветки и придерживая рукой, чтобы те не хлестнули Минчжу. Потревоженная мошкара взлетала из-под их ног, пищала в ушах, роем кружила вокруг теплой вкусной добычи. Сестры не обращали внимания, они привыкли ходить по лесу и двигались почти бесшумно, обходя сухие ветки или трескучие заросли.

Могучие кроны деревьев шумели на ветру, копошилось мелкое зверье среди густой постилки, на камнях грелись ящерицы, а мимо с жужжанием пролетали пчелы. Ни один звук или запах не выбивался из общей картины, словно хорошо сыгранный оркестр на фоне идиллии природы. Вскоре впереди послышалось знакомое журчание похожее на крохотные колокольчики, будто ручей звал путников, обещая утолить жажду. Через несколько шагов за деревьями блеснула поверхность воды, и девочки ускорили шаг.

Вдруг Сюэ остановилась так резко, что Минчжу уткнулась в её спину. Перед ними на земле лежал человек. Его мертвые глаза уставились на них, со смесью страха и удивления, а синеватые губы застыли в предсмертном крике. Несмотря на иссохшее лицо, сестры сразу узнали в нем одного из тех бродяг, что напал у реки.

Минчжу прикрыла рот обеими руками и попятилась, но Сюэ схватила ее за одежду, остановив на месте. Медленно обернувшись, она взглядом просила сестру не двигаться, и та несколько раз кивнула. Взгляд девочек, против воли, снова скользнул к мертвецу. По его бледному лицу поползла большая многоножка и несколько муравьев. В груди зияла огромная рана, будто ему вырвали сердце, однако брызг крови нигде не было видно ни на траве, ни на листьях, ни на одежде.

Чуть дальше, на небольшой поляне между деревьями, лежали ещё четверо, разложенные странным образом, будто спицы сломанного колеса, лучами расходясь от пустого центра. На лбах каждого виднелись жуткие знаки, вырезанные ножом, и судя по запекшейся крови на лицах они были живы, когда символы наносили.

Из-за дерева вышел хромой воин в чёрном. По центру круга из мертвецов он поставил пиалу с темной жидкостью, разложил черный свиток, после чего склонился над телом. После недолгих приготовлений, он начал выводить иероглифы на руках бродяги. Кисть касалась кожи медленно, а затем воин начал напевать. От этой мелодии казалось, воздух в лесу вмиг потяжелел, на поляну опустилась тень.

Девочки замерли на месте и старались даже не дышать, глядя на жуткую картину. Минчжу крепко держала Сюэ за руку, а та чувствовала, как дрожит сестра, будто лист на ветру. Они обе многое пережили, не раз видели умерших людей, но сцена перед ними представляла нечто более ужасающее, чем сама смерть. Ни один слух или рассказ торговца не упоминал ничего о подобных ритуалах. Неподалеку хрустнула ветка, сердца девочек чуть не выпрыгнули из груди.

Хромой резко поднял голову. Его быстрый, хищный взгляд полоснул по деревьям. Черные, окутанные гарью глаза, высматривали жертву. В глубине их вспыхивало тусклое красное свечение, как тлеющий уголь или едва сдерживаемое безумие. На миг звуки вокруг стихли, журчание ручья пропало, будто лес тоже боялся дышать. Ни стрекоз, ни птиц, ни хруста веток, повисла тяжёлая тишина.

Сюэ с Минчжу едва не побежали сломя голову, но старшая силой заставила себя и сестру присесть на корточки и не двигаться с места. Сквозь густую листву они наблюдали за мрачной фигурой на поляне. Как только человек в черном отвернулся и продолжил жуткий напев, они сделали несколько шагов назад.

– Уходим… медленно, – прошептала Сюэ, – смотри под ноги…

* * *

Девочки пятились назад очень медленно, словно двигались сквозь вязкую смолу, выверяя каждый шаг, боясь издать лишний звук. Когда фигура человека в черном наконец скрылась за деревьями, они побежали. Ноги сами понесли их вперед, подальше от того жуткого места. Ветки хлестали по лицу и цеплялись за одежду, трава резала лодыжки, но Сюэ с Минчжу не останавливались ни на миг. В ушах все еще звенел мрачный напев, подгоняя бежать быстрее. Сестры боялись обернуться и увидеть человека в черном, бегущего следом.

Несмотря на весь ужас, они не сбились с пути и вскоре вышли к реке. С самого утра у них по рту не было ни капли, а после долгого бега губы пересохли и язык припал к небу. Девочки просто не могли пройти мимо. Они ненадолго остановились, чтобы попить воды и в тот момент не имело значения насколько она грязная. На берегу обе упали, на мокрую траву совсем на чуть-чуть. Земля ощущалась холодной и приятно успокаивала ноющие мышцы.

Утолив жажду, сестры вернулись под тень деревьев и побежали дальше, держались рядом с рекой. Плеск воды или крики речных чаек служим им ориентиром, помогая не заблудится. Две маленькие фигурки продирались через чащу леса, пока голод высасывал из них силы. На ходу они срывали листья, чтобы просто пожевать, но их руки все еще дрожали, а пальцы не слушались.

Небо начало вновь темнеть, потом появились звезды, лес наполнился звуками ночных птиц и завыванием хищников. К тому времени Сюэ с Минчжу окончательно выбились из сил, но продолжали брести через заросли. На перепачканных лицах виднелись дорожки слез, уже высохшие, в волосы набились мелкие листья и веточки. Девочки постоянно спотыкались, почти не чувствуя ног.

– Не останавливайся. Нельзя. Он… может… идти за нами, – бормотала младшая.

– Все, Минчжу, хватит. Давай отдохнем, – Сюэ остановилась и пошатываясь подошла к сестре, нежно погладив ее по плечу.

– Хорошо, – ответила та пустым голосом.

– Ищи похожее дерево, как прошлый раз.

– Угу, – молча кивнула та в ответ.

Все еще голодные, сестры взобрались высоко на крону дерева, где устроились на ночь. Перед сном, как велело руководство из отцовского свитка, они долго медитировали для успокоения сердца и восстановления пошатнувшейся воли. Изнурительная пробежка подтолкнула их к пределу и, вопреки усталости, энергия внутри бурлила больше обычного. Сами того не заметив, девочки просидели так до рассвета, пока капли росы не собрались на волосах.

После целой ночи медитации эмоции немного улеглись, на их место пришла пустота, словно душа ненадолго оцепенела. Не проронив ни слова, погруженные каждая в свои мысли, сестры спустились по шершавому стволу на землю, глубоко вдохнули ароматный воздух леса. Хотя обе не спали целые сутки, медитация помогла восстановить силы. Решив не задерживаться на одном месте, Сюэ с Минчжу сразу двинулись дальше.

Зоркие глаза девочек подмечали кабаньи тропы, места, где на коре деревьев виднелись следы когтей или застряли клочки шерсти, но ничего из этого больше не вызывало эмоций. Они обходили их по привычке, не задумываясь, так же как затаившихся среди травы змей. По пути сестры собирали ягоды, грибы или съедобные растения, чем немного утолили голод. Время от времени они с делали глубокий вдох. Запах травы и листьев немного успокаивал, напоминал о днях спокойствия и безмятежности.

Хотя жуткий ритуал остался далеко позади, время от времени вспыхивал в памяти против их воли. Сюэ представляла вырезанные знаки с запекшейся кровью, символы на руках мертвецов, словно они двигались, хотели переползти с кожи на кожу, от чего она вздрагивала и брала за руку Минчжу. Казалось, стоило им остановиться, как та поляна снова появилась бы перед глазами. Младшая сестра о чем-то говорила с ней, но Сюэ потерялась в своих мыслях.

– Вот этот гриб вкуснее… если пожарить, то будет еще лучше… – до неслись до нее слова Минчжу.

– Угу, – кивала она в ответ.

Однако такой роскоши, как жалость к себе или нерешительность Сюэ не могла себе позволить, слишком много дел ждало впереди, предстоял еще долгий путь. Редко она впадала в уныние, привыкла испытывать боль, голод и страх, они всегда жили рядом. Девочка выносила каждый удар судьбы, заботилась о сестре, а потом ждала наступления нового дня или следующего, где было бы меньше боли и страха. Оцепенение длилось недолго, Сюэ вновь упрямо нахмурила брови.

– Нам нужны корзинки, – произнесла она. – Соберем больше еды. Здесь ее много, а потом кто знает.

– Угу, – согласилась Минчжу. – Сейчас?

– Нет, сначала нам надо найти место для ночлега и хорошо отдохнуть. Завтра начнем готовится.

Вечером они вновь медитировали и просидели так до полуночи. После перекуса орехами, собранными по дороге, Сюэ и Минчжу уснули среди густой кроны раскидистого дерева. Они не полностью понимали, как работала загадочная техника из свитка, но к ним вернулось прежнее душевное спокойствие и крепкий сон. Поздним утром их разбудили назойливые комары, пищащие в ушах. Несмотря на многочисленные укусы, девочки хорошо выспались впервые за двое суток.

Покинув ночное укрытие, Сюэ неторопливо собрала росу с папоротников в бамбуковые фляжки, всегда висевшие на поясе, в то время как Минчжу обошла округу и принесла несколько корешков съедобных растений, пять сыроежек и довольно много ягод. Видимо люди редко появлялись здесь, потому лес изобиловал разной едой.

По пути девочка насобирала сухих веток, наковыряла кинжалом трухи из пня, немного мха, после чего свалила все кучкой под деревом. Из мешочка, что всегда носила с собой Минчжу достала огниво и после недолгих усилий развела огонь, она положила ровно столько мха, чтобы пламя занялось, но недостаточно для большого количества дыма.

– Переживаю за нашего слугу Хоу… – вдруг произнесла она, – Как он там? Тот человек… не тронул его?

– Не беспокойся. Они сразу побежали за нами, – уверено ответила Сюэ. – Мальчишка справится. Он хитрый… даже слишком.

– Хе-хе, это точно. У меня хороший слуга. Найдем отца и вернемся за ним. Ладно?

– Эм… если отец будет не против.

– Угу, – кивнула Минчжу.

Пробуя поджаренный на костре гриб, она щурилась от удовольствия, потом вынула корешки и несколько клубней дикого картофеля, зарытые в угли. Когда их разломили, от светлой начинки пошел пар, и Минчжу с удовольствием съела свою часть даже без соли. На ее лицо вернулась улыбка, девочка вытерла нос, оставив под ним след из сажи, чем вызвала улыбку у старшей сестры.

– Теперь надо сделать плетеную сумку и запастись едой, – напомнила она.

– Ладно. Ты плети, а я соберу еще еды. Хе-хе, я лучше тебя в этом деле! – расплылась в улыбке Минчжу, привычная жизнерадостность вернулась к ней или она просто делала вид, но Сюэ все равно полегчало.

– Ты просто обжора! Не уходи далеко!

Проводив взглядом сестру, она сбегала к реке и собрала все нужные материалы для плетения сумки, после чего устроилась у костра и приступила к работе. Время от времени девочка поднимала голову, искала глазами Минчжу среди подлеска, а убедившись, что та в порядке и тихо собирает стебли травы или выкапывает корешки, снова сосредотачивалась на сумке. Когда Сюэ закончила работу, под ее ногами уже лежали ягоды на больших листьях папоротника, рядом с ними кучка орехов и клубней дикого картофеля. Отдельно лежало странного вида растение.

– Что это? Похоже то, что мы уже собирали, – она подняла стебель и осмотрела со всех сторон.

– Да. Мне тоже показалось знакомым, – согласилась Минчжу, – Только почему оно фиолетовое и такое большое?

* * *

– Эта трава не из книжки, – вспомнила Сюэ, – Ее старик Ду Цзе нам показывал.

– О! Точно! Жалко она там одна такая, – Минчжу присела перед сестрой на корточки, разглядывая фиолетовые стебли, – Остальные обычные…

– Остальные?

– Угу, там целая полянка.

– Их тоже надо собрать! Продадим. У нас с тобой всего пять монеток.

– Они же завянут по дороге. Сколько нам идти до города?

– Не знаю. Все равно лучше собрать. На всякий случай.

– Что с этой большой травой будем делать? Тоже хочешь продать? – Манчжу подняла взгляд на сестру.

– Не знаю. Придумаем по пути, – ответила та и поднялась на ноги, – Нам пора. Туши костер. Идем дальше.

Сначала Сюэ убрала клубни дикого картофеля и крепкие корешки, на дно сумки, сверху орехи, потом ягоды, завернутые в лист, последним положила фиолетовое растение, название которого они забыли. Минчжу выкопала его вместе с корнем, как ее учил лекарь Ду Цзе. К тому времени, как Сюэ закончила собираться, костер потух под горкой земли и девочки двинулись в путь.

Лес вновь шумел, покачивая густой гривой деревьев, его мелкие жители шуршали листвой, деловито летали дикие пчелы, пролетая по своим делам. Девочки вновь обращали внимание на бурлящую жизнь вокруг них. Они больше не бежали, однако и задерживаться не хотели. Ненадолго остановились у поляны с лекарственными травами, где Минжу нашла фиолетовый стебель и собрали несколько плотных пучков на продажу, заполнив сумку до верху.

Чувствуя вернувшиеся силы, Минчжу устроила охоту на змей и жаб. На привале она, как заправский повар ловко разделала добычу, сняла шкурки и отложила отдельно, планируя продать в городе вместе с травами. После общения со стариком Ду Цзе девочка прониклась медициной, а точнее прибылью с лекарств и теперь жалела, что ей негде хранить мешочки с ядом. Они тоже стоили денег.

Закончив разделку, она принялась жарить мясо на углях, поливая соком из ягод и посыпая листьями ароматных трав для пикантности. Из-за пояса она достала крохотный кусок соли и очень бережно поскоблила его ножом, приправив мясо. Хотя лягушки и змеи не представляли из себя ничего особенного или ценного в качестве пищи, Минчжу светилась от счастья, вдобавок старшая сестра похвалила ее за труды. Впервые за долгое время они досыта наелись.

– Меда бы достать, – мечтательно произнесла Минчжу, наблюдая за пролетающей мимо пчелой.

– Слишком долго искать улей, – напомнила ей Сюэ. – Нам лучше поспешить. Мы не знаем, что «он» там делал…

– Снова побежим?

– Немного. Вспомни, как мы бегали с отцом. Тебе всегда нравилось. Вечером помедитируем. Ты же хотела стать сильнее.

– Да! – с перепачканным сажей лицом маленькая Минчжу изобразила свой самый грозный вид.

Путешествие по лесу продолжалось, миновал еще один день. На привале Сюэ достала еду для перекуса, чтобы добраться до клубней картофеля, выложила пучки травы, потом фиолетовый стебель. На сей раз от него исходил сладковатый запах ягод. Покопавшись в сумке, она вынула сверток с ежевикой, а внутри нашла лишь сморщенные почерневшие остатки.

– Минчжу, смотри! Твое растение съело ягоды!

– Ох! – младшая сестра в одно мгновение оказалась рядом и ткнула пальцем в сочные стебли фиолетового чуда, – Оно не опасное?

– Нет. Всего-то растение, но очень странное.

– Вот бы дедушке Ду Цзе показать. Наверно куча денег стоит.

– Только кому его продать? – задумалась Сюэ. – Если оно ценное, то могут просто забрать или обмануть.

– Может сами съедим?

– Старик Ду Цзе не велел есть того, о чем мы не знаем. Вдруг оно ядовитое.

– Ага, – согласилась Минчжу и, изображая лекаря добавила, – Понос или запор лучшее, что с вами случится. От чужих еду тоже не принимайте! Запомнили? Хе-хе-хе.

Необычное растение не напугало их, дремучая чаща тоже больше не казалась такой же страшной, хотя сами девочки не заметили перемен в себе.

Фиолетовый стебель очень увлек Минчжу. В мгновение ока она обежала округу и собрала еще ягод ежевики, так как хотела точно убедиться, что растение их съедает, а еще увидеть процесс своими глазами. Тем временем Сюэ изготовила новую корзинку, специально под лекарственные травы, а наполненную едой отдала младшей сестре.

Девочки продолжили идти вдоль реки. Лес редел, запах воды постепенно смешивался с запахом рыбы и дыма, крики чаек слышались чаще. Между деревьями показались небольшие хижины на сваях у реки, другие побольше на берегу. Рядом с ними сушились сети, лежали весла и перевёрнутые лодки.

Рыбацкая деревня нашлась сама, сестры шагнули в неё, не заметив границы. Мужчины в коротких штанах чинили сети, женщины хлопотали по хозяйству, на ходу сплетничая между собой. Деревня жила своей жизнью и двух крохотных девочек заметили не сразу. Их маленькие, худые фигурки затерялись в суете повседневной жизни, слились с бегающими вокруг детьми.

Из всех жителей деревни, только один человек заметил появление чужаков. Он отложил инструменты и медленной походкой шел им навстречу. Его фигура сразу привлекла внимание Сюэ и Минчжу. Они остановились на месте, положив ладони на кинжалы, и ждали. За несколько шагов мужчина остановился и некоторое время молча разглядывал гостей. Он возвышался над ними как скала, огромный с темной кожей, плечами шире двери и шрамом через все лицо, будто кто-то пытался разрубить его мечом. Рядом с ним девочки казались совсем крошечными.

– Эй! Гон Су, кто это у тебя там? – напряжение разрядил женский голос. – Какие милые малышки. Ты чего их пугаешь.

– Кто вы! Чего надо? – пробасил он, не обращая внимания на женщину, от мощи его голоса сестры вздрогнули.

– Мы… продаём лекарственные травы… – тихо сказала Сюэ, насторожено сдвинув брови, прижала к себе плетеную сумку. – Свежие… редкие.

– Хм. Покажи.

– Вот, – девочка протянула один зеленый стебель.

Гон Су взял растение, поднес к лицу и придирчиво осмотрел со всех сторон, сжав лист пальцами, потянул носом воздух. Пахло сочнее, чем обычные лекарственные травы. Хотя сорвали его, очевидно, день или два назад, цвет остался насыщенным, сок сохранил аромат.

– Три серебряных за пучок, – проговорил великан. – Тут в лесу мало кто покупает. Других клиентов не найдёте.

Если бы девочки никогда не продавали лекарственные травы, то сразу бы согласились, однако такая цена звучала, просто как насмешка над ними. Сюэ упрямо нахмурилась, сжала губы, на миг обернулась на сестру, бдительно охранявшую ее, а потом вновь посмотрела на мужчину.

– Эти травы вы сами не найдёте. – голос девочки дрогнул, но прозвучал твёрже, чем ожидала сама, – Даже если пойдёте искать. Они не растут здесь… и не растут возле реки. Только… там.

– Хм, – ухмыльнулся Гон Су, но прозвучало, как раскат грома, потом его улыбка стала шире, – Ха! Четыре серебряных за пучок.

– Эм… – Сюэ быстро огляделась по сторонам, но во взглядах жителей деревни не увидела злобы, лишь любопытство, – двенадцать серебряных.

– О! – великан улыбнулся во все зубы.

Перед ним терялись даже взрослые мужчины, дрожали как листья, отводили взгляд, но две крохи, каждая из которых могла уместиться у него на ладони, смотрели прямо в глаза. Гон Су едва не рассмеялся вслух, представляя на их месте двух мелких тигрят с взъерошенной шерстью. С восхищением он смотрел на сестер, одних добравшихся сюда через лес.

– Десять серебряных и не одной монетой больше! – произнес Гон Су.

– Идет, – Сюэ знала, когда нужно отступить.

– Следуйте за мной. Деньги в доме.

Под любопытными взглядами жителей деревни Гон Су дошел до большой хижины, а за ним, не отставая две девочки. Бдительности они не теряли ни на миг, внимательно следя озираясь по сторонам. Вдруг Минчжу застыла на месте, ее взгляд не отрывался от простого деревяного щита со следами когтей. На вид очень грубого и простого, но очевидно прочного.

– От-откуда у вас этот щит? – с тревогой воскликнула она.

– Щит? Ничего особенного. – хмыкнул Гон Су, – Течение принесло, а парни просто выловили из реки.

– Течение? Откуда течение? Что там? – Сюэ тоже заметила щит, и не сводила с него взгляда.

– Выше по течению Город Пуян, – пожал плечами великан.