Текст книги "Ненастоящий Отец – Чжан Мин (СИ)"

Автор книги: Артем Белозаров

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 33 страниц)

Глава 24. У реки

Недалеко от Баохе, на берегу реки, две крохи с оружием в руках готовились противостоять незваному гостью. Их волосы, заплетенные в косы, слегка растрепались за день и локоны колыхались на ветру, маленькие брови хмурились, а глаза светились решимостью. Хотя им не хватало опыта сражения с людьми, они не собирались уступать новый дом и запасы еды хилому оборванцу, пускай он выглядел старше их на два года.

– Постойте! Я не плохой! – мальчик встал на колени и поднял руки.

– Что тебе надо? – спросила Чжан Сюэ, своим самым грозным голосом.

– Уважаемая госпожа! – обратился к ней оборванец.

– Мы бездомные. Какая я тебе госпожа? – фыркнула та.

– Уважаемый бездомный?

– Ха? – скривилась девочка.

– Великий бездомный?

– Тебя все-таки надо побить!

– Н-не надо … – мальчик прижался лбом к земле и крикнул, – Хочу стать вашим верным слугой! Если позволите …

– Что? – удивилась девочка.

– О! – глаза младшей заискрились любопытством.

– Ерунда какая. Говори, как нас нашел?

– Хм… Вы торговали рыбой, значит жили рядом с рекой. Я просто пошел вдоль берега и нашел это место. Вот.

– Ого! Да ты умный! – похвалила младшая.

– Спасибо, юная госпожа!

– Не называй ее госпожой!

– Бу-у-у, я хочу быть госпожой!

– Зачем … ох … – старшая девочка потерла лоб, – Давай сначала. Почему ты хочешь нам служить?

– Я наблюдал за вами. Вы сильные, у вас есть еда и деньги. Во всех трущобах нет никого лучше! – мальчишка поднял голову, сел и преданно посмотрел на сестер, – Я сирота! Мне нужны сильные покровители, чтобы прожить хорошую жизнь.

– Что, если ты ошибся? – спросила старшая.

– Это мой выбор! Я приму последствия! … эм … и еще … вы красивые, – добавил мальчик с очень серьезным лицом, – Уверен вы найдете богатого мужа.

Младшей сестре его слова очень понравились, и она кивала, будто все сказанное имело смысл, а старшая смотрела на него открыв рот, не веря, что человек мог произнести подобное вслух. Никто никогда не называл ее красивой, поэтому Сюэ немного смутилась, но быстро взяла себя в руки. Некоторое время девочка внимательно рассматривала кандидата в слуги, словно хотела прочитать его мысли. Жизнь на улице научила ее не доверять незнакомцам, однако сейчас помощник бы им не помешал.

– Как тебя зовут? – спросила Сюэ.

– Все называют меня просто Хоу или малыш Хоу.

– Ладно. Я дам тебе шанс доказать свою искренность, – наконец, произнесла она.

– Ура! У меня есть слуга! – младшая подпрыгнула на месте.

– Я так рад за вас юная госпожа!

– Не называй ее госпожой!

– Бу-у-у. Пусть называет!

– Ох, ладно. Не важно, – сдалась Сюэ, потом она указала пальцем на мальчишку, – Я запрещаю тебе здесь ночевать! Уходи!

– Ха? Но как же … скоро солнце сядет. Мне ни за что не добраться до города? – жалобно произнес он. – Я умру по дороге …

– Хорошо. Оставайся, но только сегодня, – она положила руку на рукоять кинжала и добавила, – Я с тебя глаз не спущу.

– Спасибо, госпожа, – поблагодарил мальчишка.

– Хмф.

С большой неохотой старшая Сюэ позволила ему остаться, хотя сильно сомневалась в искренности его слов. Предыдущий опыт общения с беспризорниками научил ее не верить незнакомцам ни в коем случае. У подобных людей всегда имелся скрытый мотив. По ее мнению, мелкий оборванец хотел узнать секрет ловли рыбы, но сообразительная девочка не собирались ничего рассказывать. Она отвела младшую сестру в сторонку для разговора.

– Нельзя верить первому встречному! – шепотом ругалась она, – Чему ты обрадовалась? Если он тебя обманул?

– Хм? Думаешь он хочет нас обидеть? – младшая с сомнением взглянула на мальчику, – У него не хватит сил.

– Он может что-нибудь украсть или хуже того, расскажет о нас плохим людям.

– Прости, – виновато ответила Минчжу.

– Не говори ему ничего о ловле рыбы и не показывай наши ловушки. Ясно?

– Да.

– Лечебные травы тоже не показывай. Мы даже тренироваться при нем не можем! Видишь сколько проблем из-за твоей жалости?

– Просто … нам бы не помешал помощник, – тихо пробормотала Минчжу.

– Как я уже сказала, мы его проверим. Запомни! Ничего ему не рассказывай. Поняла?

– Угу.

Пока солнце окончательно не скрылось за горизонтом, девочки приготовили рис и по доброте душевной выделили небольшую порцию маленькому оборванцу. В благодарность за еду он вымыл их посуду и котелок речным песком, а заодно прохлопал циновки. Младшая сестра выглядела так, будто завела собаку и легонько похлопала мальчика по голове за хорошую работу.

Ночь прошла спокойно. Незваный гость спал у костра, свернувшись калачиком и не доставлял хлопот. На утро его отправили за хворостом в лес и пока он ходил, сестры вытащили на берег ловушки, достали из них всю рыбу, набившуюся за ночь, несколько штук непригодных к продаже пожарили на завтрак. Освободившиеся ловушки тщательно проверили, починили поврежденные, и вернули на место.

Мальчик очень старался проявить себя и притащил довольно много хвороста, а в придачу к нему два тонких бамбуковых бревна. Ему стоило больших усилий дотащить их до реки, но труды не пропали даром, с ним поделились целой рыбиной. Чуть не плача от счастья он запихивал в рот питательное мясо, приготовленное с приправами и солью. Такой вкусной еды уличный попрошайка давно не пробовал, будто умер и попрал в рай. Вкус ощущался солёным и слегка пережаренным.

* * *

Наблюдая за ним, Сюэ хмурилась все утро. Она не любила лишние траты и очень надеялась, что вся эта еда не пропадет впустую и мальчишка принесет хоть какую-то пользу, прежде чем сбежит. Сразу после завтрака девочка вручила ему корзину с отборной крупной рыбой из ночного улова, а затем отправила на городской рынок, чтобы все продал. На вырученные деньги она попросила купить небольшой мешок риса.

– Больше мы его не увидим, – уверено произнесла Сюэ, когда фигура тощего мальчишки скрылась из вида.

– Неа, он обязательно вернется! – не согласилась Минчжу.

– Хмф. Если он продаст рыбу, то получит деньги. Ему незачем возвращается. Мы от него избавились, – махнула рукой старшая, – Забудь о нем. Займемся тренировками. Скоро нам не понадобиться ничья помощь.

День пролетел незаметно. Девочки и думать забыли про уличного оборванца, но ближе к вечеру он все-таки вернулся обратно с заказанным мешком риса. Старшая из сестер хмурилась еще сильнее, чувствуя подвох, а младшая радовалась. Новому слуге удалось продать всю рыбу по хорошей цене, поэтому после покупки мешка риса остались деньги.

За проделанную работу его наградили сытным ужином, о котором он мечтал весь день. Ему не часто доводилось пробовать еду, приправленную драгоценной солью и ароматными травам, а тем более есть ее дважды в день. От одного только запаха мальчик чуть не подавился слюной. Помимо основной награды его поощрили похлопываньем по голове и улыбкой. Такие хорошие дни выпадали ему не часто.

После сытного ужина старшая сестра отправила его к реке мыться и стирать одежду. Плавая в прохладной воде у берега, он ощущал настоящее блаженство, будто наконец нашел брильянт среди невыносимой грязи повседневной жизни – настоящий дом, пусть и без крыши. Даже после тяжелого дня он ощущал на душе необычайную легкость.

С того времени бывший попрошайка ежедневно ходил продавать рыбу и делал это с завидным усердием и без жалоб. Тяжелой работы он не боялся. Хотя с уловом не всегда везло, ему удалось заработать на новый мешок риса до того, как закончился предыдущий. Мальчик питался два раза в день, от чего чувствовал себя по настоящему счастливым. Его жизнь наконец совершила крутой разворот и началось время сытого блаженства.

Однажды вернувшись из города, он застал странное зрелище. Младшая из сестер стояла на одной руке вниз головой, на вершине высокого камня при том умудрялась общаться со старшей Сюэ. Смысл разговора Хоу не понял, но девочки выглядели счастливыми и воодушевленными, казалось, они добились чего-то важного, но он не заметил ничего особенного, только их одежда выглядела грязной и маслянистой.

– Первая заклалка тела! – крикнула Минчжу и спрыгнула с камня, ловко приземлившись на ноги, – Теперь я тоже сильная!

– Ты просто слишком легкая, – покачала головой сестра. – Первый этап – это только начало.

– Я сильнее всех детей нашего района!

– Тц. Не задирай нос! Ты чуть сильнее, чем была, но со взрослыми тебе не тягаться. Даже не пытайся! Поняла? Не забывай об осторожности.

– Ладно … – опустила голову Минчжу.

– Но ты все равно молодец, – Сюэ погладила ее по голове. – Хорошо постаралась. Отец бы тобой гордился.

– Хе-хе-хе, – ее улыбка расцвела словно цветок.

Начиная с того дня девочки заметно изменились и временами демонстрировали силу не меньшую, чем у детей одиннадцати или даже двенадцати лет. Привычная работа давалась им легко, и они начали браться за более сложные задачи. Раньше они и подумать не могли об улучшении своего дома у реки, теперь же занимались этим с большим энтузиазмом.

После нескольких проб и ошибок они расширили навес над поленницей, где хранили хворост, усовершенствовали сушилку для травы, поставили еще одну для одежды, а набравшись опыта построили для нового слуги шалаш, по примеру того, как сделал отец. Вокруг лагеря они поставили несколько столбиков с натянутой между ними веревкой. При соприкосновении с ней раздавался звонкий шум бамбуковых палочек, один раз ловушка среагировала на мышь, и хвостатый воришка испытал на себе всю полноту гнева Минчжу. Он пал в неравном бою, прибитый палкой.

– Мелкий воришка! – обвинила она мышь.

Жизнь казалась простой и спокойной, но прошло почти два месяца, как отец девочек ушел с караваном и до сих пор не вернулся. С каждым днем тревога в их крохотном сердце росла, но они скрывали беспокойство друг от друга. Младшая иногда сидела на берегу, тихо наблюдая за течением или рисовала веточкой на земле, а потом поднимала голову в сторону дороги, ожидая увидеть знакомую фигуру отца.

* * *

Однажды, вернувшись из города, их новый слуга принес два засахаренных яблока и с натянутой улыбкой вручил сестрам. Потом он суетливо начал наводить порядок в лагере, при этом болтая без умолку, хотя обычно молчал. Одна история за другой сыпались на девочек, от чего Сюэ начала злится.

– Что случилось? – не выдержала она, – Ты ведешь себя странно.

– Н-ничего не странно, – глаза маленького оборванца забегали. – Обычно…

– А ну говори! – девочка встала со своего места, угрожающе нахмурив брови.

– Караван … он вернулся. Вашего отца с ними нет. По району хотят слухи …

– Что?

– Караван, – начал повторять парнишка, – вернулся …

– Ты все врешь! Не будут тебя слушать! – вскочила на ноги Минчжу, а потом пулей помчалось к городу.

– Постой! – Сюэ с бледным лицом бросилась за ней. – Вот же …

Не понимая, что делает, будто в тумане маленькая девочка бежала по дороге, в душе все еще теплилась надежда, что оборванец Хоу ошибся. Их отец часто задерживался, но всегда возвращался домой. На пол пути к городу она остановилась и села у дороги, обняв ноги. Когда тень старшей сестры закрыла ее от солнца, девочка подняла на нее заплаканные глаза.

– Я не знаю куда идти, – призналась она. – У кого спросить?

– Пойдем к дому Чжао, – сказала старшая, – и узнаем точно.

– Угу.

С их выносливостью девочки вмиг добежали до города, промчались по улицам и еще до наступления темноты постучали в ворота дома Чжао. Однако, привратники их не пустили, не стали отвечать на вопросы и даже пытались прогнать палкой. Когда у них не получилось попасть по ловким детям, разозленные слуги обещали спустить собак, если те не уберутся. Всю ночь Сюэ и Минчжу провели перед воротами ожидая утра. После рассвета к ним наконец вышел воин.

– Значит вы дочери Чжан Мина. Мне жаль, – поклонился он, – из-за моей жадности на него напал медведь и … мне жаль.

– Что с ним случилось? – Сюэ хотела знать точно. – Вы видели своими глазами, господин?

– Вообще-то я не видел… – почесал затылок мужчина, – но медведь быстрый, да и вижу домой он не вернулся…

– Но… но… он мог убежать от зверя, – не сдавалась Минчжу.

– Эх, – вздохнул воин, покачав головой, – он снял с пояса мешочек с монетами и отдал сестрам, – Вот. Тут немного, но на первое время хватит.

В один миг их небольшой семьи не стало, а платой за это стали жалкие десять монет серебром. Они остались совсем одни в полном опасностей мире без родных и близких, потеряли опору в жизни, а вместе с ней надежду на благополучие. Раньше одно лишь существование отца служило им щитом, даже когда он уходил на заработки, теперь же их могли превратить в товар, при чем дешевый.

Девочки не помнили, как вышли из города, в голове них творился полный беспорядок. Хотя их глаза покраснели, ни одна из сестер не проронила ни слезинки. Они упрямо отказывались верить в гибель отца, отказывались оплакивать его раньше времени, боясь, что тогда попрощаются с ним навсегда. Держась за руки, они молча шли вдоль берега.

– Я не верю, – наконец произнесла Минчжу, – Он точно жив и вернется!

– Да, – согласилась Сюэ. – Отец очень сильный.

– Где же он ходит так долго?

– Неверное что-то случилось. Появились важные дела.

– Поскорей бы …

Рядом неторопливо протекала река, порывы ветра поднимали рябь на ее поверхности, и та серебрилась на солнце, словно чешуя дракона. В отличие от душного города здесь пахло травой и лесом. Время от времени до слуха доносился всплеск воды. Звуки природы успокаивали, возвращали душевное равновесие.

До своего дома у реки девочки добрались только на закате, к тому времени на небе появились первые звезды. На берегу их встретил запах готовящейся еды и дыма от костра. На бамбуковых шпажках запекалась рыба, в маленьком котелке варился рис, распространяя приятный аромат. Ничего не случилось, все вещи лежали на своих местах, а чумазый мальчишка встретил их улыбкой.

Когда его хозяйки в спешке убежали, он очень переживал, боялся, что маленький уютный рай исчезнет, но видя их возвращение не мог скрыть радости. Боясь испортить им настроение или разбередить свежие раны, мальчик ни о чем не спрашивал, просто молчал. Он достал тарелки, положил рис с отборными кусочками рыбы, налил горячего чая в чуть потрескавшиеся чашки, и лишь время от времени бросал осторожный взгляд на своих хозяек. Казалось, все хорошо и жизнь вернулась в свое прежнее русло.

– Фуф, – облегченно вздохнул Хоу, себе под нос.

На следующий день парнишка по обыкновению встал пораньше и отправился собирать хворост. Ему хватало сообразительности понять, что сестры специально скрывали от него секрет ловли рыбы, а настойчивость могла лишь вызвать у них недоверие. По возвращении он услышал звуки сражения и бросив охапку хвороста побежал к берегу.

Пробравшись через заросли камыша, он увидел, как пятеро нищих пытались поймать крохотных девочек и попутно разоряли дом у реки. В руках они держали дубины и когда замахивались на детей не жалели силы. К счастью, ни разу не попали. Чуть в стороне стоял крепкий мужчина по виду воин и руководил нападением.

– Вы двое заходите им за спину, – кричал он, – Лови! Лови!

– Эй! Мы тут все разрушим, если вы не сдадитесь, – угрожал запыхавшийся нищий, как бы нелепо это не звучало.

Девочки кружили рядом с лагерем ловко избегая цепких рук нищих и уклоняясь от их оружия. Хотя у них не хватало решимости сражаться со взрослыми на равных, они не убегали, а лишь с болью в сердце наблюдали за уничтожением дома у реки. Горшки с запасами разлетались на части, а содержимое падало в грязь. Шалаш трещал под ударами дубин. Глаза девочек наполнились слезами, они до последнего надеялись спасти хоть что-то, но не вышло.

– Хочешь сделать хорошо, сделай сам, – с этими словами воин достал из-за пояса дубину и прихрамывая направился к одной из девочек, – Теперь вы заплатите за смерть моего отряда, соплячки. Умирать вы будете медленно.

– Минчжу, брось все! – крикнула Сюэ, побежав к сестре и утаскивая ее за собой, – Бежим к папе!

– К папе?

– Мы сами найдем его!

– Правда?

– Эй! Держите их! – кричал воин, но нищие выдохлись, один даже упал в грязь и просто сел на земле переводя дыхание.

– Мы будто белок руками ловим, – жаловался другой, запыхавшись, – Хаф-уф-уф. Че они такие шустрые?

– Она меня порезала! Эта сука меня порезала!

Мальчик наблюдал за развернувшей сценой с тяжелым сердцем. Едва наладившаяся жизнь рушилась на глазах, а новые хозяйки убегали, забыв о нем. Пусть они провели мало времени вместе, но он привязался к ним.

– Мы вернемся за тобой, – донесся до его слуха звонкий крик Минчжу, – Мы найдем папу и вернемся за тобой!

Мужественно утерев накатившие, было слезы, маленький слуга улыбнулся и медленно отполз обратно к лесу. Он собирался ждать, но не здесь, осень обещала быть холодной и ему придется вернуться в город.

Глава 25. Командир Тан Гуй

Ярко горели факелы, огонь костров танцевал на ветру, а бандиты форта Земляного Дракона продолжали напиваться и набивать животы, словно последний раз в жизни. Чжан Мин вернулся на свое место рядом с Лин Бо, словно не уходил. Хотя он пропадал больше четырех часов, подвыпившие люди не заметили его отсутствия, только лохматый бандит бросил многозначительный взгляд на его мокрые волосы и одежду.

– Ты в корыто свалился что ли? – тихо спросил он.

– Вроде того.

– Ясно. Теперь ты тут самый чистый. Ха-ха-ха.

С волос капала свежая колодезная вода, несколько спутанных локонов закрывали лицо и Чжан Мин машинально провел рукой, убрав их назад. После всех потраченных сил на раскопки земли он очень устал и проголодался, поэтому накинулся на еду голодным волком, жареное мясо жадно рвал зубами. Перед ним стоял кувшин с вином, но он не сделал из него ни единого глотка. Чжан Мин просидел со своим отрядом Бурой Свиньи до рассвета, только потом ушел обратно в барак.

По пути он сделал крюк, обошел все места, где стащил материалы, осмотрел их в предрассветных лучах солнца, свернул к свинарникам, издалека бросил взгляд на старый сарай. Распахнутая настежь дверь все так же впускала и выпускала мух, примятые сорняки за ночь поднялись снова и мерно покачивались на ветру, скрыв следы. Ни что не выдавало вчерашние ночные раскопки.

Вернувшись в барак, он лег на потертую циновку и попытался забыться сном. По началу постоянно ворочался с боку на бок, так как разные мысли и переживания лезли в голову. Юные пленницы напомнили ему о прежней жизни в городе, о старой покосившейся лачуге и двух милых девочках, уплетающих рис за обе щеки. Ему вспомнилась их совместная рыбалка на берегу реки, тихий плеск воды и умиротворение.

«Как же хорошо было», – подумал Чжан Мин, зевнув, – «Девочки наверно потеряли меня. Как раз сейчас я должен был вернуться из похода с кучей денег. Надо выбираться отсюда, а то они волнуются», – с мыслями о доме, наконец, заснул.

От полуденного зноя над улочками форта дрожал воздух, насекомые наперебой стрекотали в траве, назойливые мухи кружили над вспотевшими людьми, а улучив момент ползали по ним. После двух дней пьянства бандиты не обращали на них внимания и громко храпели, выдыхая застойный перегар. Воздух барака стал не пригоден для дыхания нормальному человеку, поэтому Чжан Мин выполз наружу и досыпал в тени раскидистого дерева рядом с тренировочной площадкой подальше от остальных.

В ленивой полудреме жители форта провели этот день и два следующих, прячась от солнца днем, а вечером медленно истощали запасы вина и мяса, выделенные для праздника. Хотя столы с площади убрали, бандиты собирались небольшим компаниями и продолжали напиваться. Их душа не могла насытиться всего несколькими днями пьянства. Они веселились, играли в кости, отвлекаясь лишь на свою смену в дозоре, поэтому никто не искал пленниц или пропавшего бандита.

«Видать главари неплохо заработали, раз позволили такую гулянку», – думал Чжан Мин. – «Вот бы добраться до их сокровищ».

В отличие от других он больше не прикасался к вину, и пока жители крепости расслаблялись, незаметно заботился о трех девочках в яме. Прежде чем оказаться в крепости они неизвестно сколько времени провели в пути, а, просидев в яме, начали откровенно смердеть. Беспокоясь об их здоровье, Чжан Мин притащил за сарай бочку воды, запасную одежду, позаимствованную у бандитов, после чего заставил пленниц вымыться и постирать одежду.

Убедившись, что в поблизости все еще никто нет, а Лин Бо с друзьями налаживал связи с бандитами, он позволил пленницам посидеть в траве под звездами, обсохнуть и подышать свежим воздухом, пока их одежда сохла на ночном ветру. Сам он вынес ведро, служившее туалетом.

– Как красиво, – прошептала девочка, глядя на небо, – Звезды очень яркие.

– Да, – отозвалась другая.

– Надеюсь мама смотрит на меня оттуда … ум, – всхлипнула третья, – Мама, я скучаю …

Обняв колени и положив на них подбородок, все трое сидели среди высокой травы, наслаждаясь свежим воздухом. В свете ночного неба слезы на их щеках блестели, словно драгоценные камни, а с распущенных волос капала свежая вода. Сердце Чжан Мина сжалось от созерцания такой картины, но на лице не дрогнул ни один мускул. Он опасался показывать девушкам сочувствие или хотя бы жалось, чтобы они не переставали бояться бандитов и не делали глупостей.

«Как только решат, что тут есть добренькие дяди, останутся без головы и я вместе с ними».

Пока бандиты занимались опустошением запасов вина, Чжан Мин незаметно улучшал и укреплял укрытие, благо конструкция позволяла. Через неделю крохотный погреб превратился в довольно уютную комнатку из древесины. Небольшие, но прочные бревна служили опорами или несущими балками, а толстые доски крышей. Ровный деревянный пол защищал девушек от холода, позволял растянуться во весь рост на мягких матрасах из соломы.

Теперь укрытие напоминало простенький дом, только под землей. В углу стояло большое ведро с водой, из-под крышки которого торчала ручка ковша, рядом широкий горшок с запасом еды, а чуть дальше на небольшом ящике громоздилась посуда. Мешок полный сушеных овощей и фруктов висел у стены. Напротив них лежали хорошие циновки, матрасы и толстые одеяла, одолженные у бандитов, где девушки спали. У выхода из укрытия появилась прочная лестница, девочки в любой момент могли вылезли наружу, но свобода ограничивалась старым сараем, дверь которого теперь запиралась снаружи.

* * *

– Я принес вам масляную лампу, на всякий случай, – Чжан Мин поставил на ящик внутри укрытия изящную вещицу, – но не зажигайте без нужды или задохнетесь! Поняли?

– Угу, – согласились девушки, хлопая своими большими глазами.

– Если меня долго не будет, запасов еды хватит на неделю или больше, так, что не бойтесь.

– Угу.

«Господи, за что мне все это?» – он вылез наружу и вернул сколоченные вместе доски пола на место.

Жизнь форта медленно возвращалась в прежнее русло и пропажу вещей из домов начали замечать. Люди не досчитались одеял, циновок и прочих мелочей, на кухне пропал целый мешок сушеных фруктов и столько же сладкого картофеля. Воровство в форте случалось не редко, но части самих домов еще никто не крал. Местные не знали, что думать, в растерянности глядя на отсутствующую стену или дыру в потолке вместо люка на чердак. У некоторых пропали двери, и никто не мог придумать зачем они могли понадобиться.

Горные бандиты не отличались вниманием к деталям, поэтому вместо поиска настоящего виновного или хотя бы его следов, они затевали ссоры между собой, вспоминая старые обиды. Нашились суеверные люди, обвинившие во всем призраков, после чего на всех домах появились желтые талисманы, отгоняющие духов. Другие предположили, что вещи сожгли, с пьяных глаз приняв за дрова. Без своих командиров бандиты носились по форту, как безголовые куры.

– Ха-ха-ха, славно погуляли! – только лохматый Лао Юй радовался, к тому же у него ничего не пропало.

К счастью, Чжан Мин успел закончить все земельные работы и замести следы. Старая постройка с ржавыми инструментами никого не интересовала, а заросли сорняков с репейником делали ее и вовсе скучной. Вдобавок, люди, охранявшие пленников, продолжали молчать о потере троих человек, возможно решили, что их никогда не было. Никто не подозревал о существовании укрытия.

Тем временем Чжан Мин ломал голову над тем, как выбраться из логова бандитов вместе с тремя девочками. Проведя столько времени на горе, он отлично знал весь план крепости, куда можно заходить, а куда лучше не соваться, где начинались бараки других отрядов и с кем отношения у Бурой Свиньи складывались не лучшим образом. Он осмотрел стену изнутри и снаружи, как делал много раз с тех пор, как попал сюда, под разными предлогами поднимался на смотровые вышки, окидывая взглядом лес, но не придумал ничего стоящего.

«Невозможно. Без диверсии просто невозможно», – стоя на вышке Чжан Мин потер ладонями лицо и тяжело вздохнул, – «Всю эту толпу надо отвлечь… так чтобы и думать ни о чем не могли…».

Скучающие бандиты устроили бы на него настоящую охоту, превратили бы в развлечение, если бы узнали о побеге, тем более вместе с пленницами. Погруженный в тяжелые раздумья Чжан Мин старался вести себя так же, как всегда, но находил места, откуда ему было видно старый сарай. Тренировки он проводил исключительно за свинарниками, медитировал там же среди высокой травы, будто цепной пес, охраняя пленниц, хотя сам того не замечал.

– Чжан Мин! – раздался неподалеку голос.

– А? Я тут, – ответил он, лежа на земле после практики меча.

– Тебя командир отряда зовет. Иди быстрее!

– Ха? Да, да, иду, – с нарочитым кряхтением он поднялся и поплелся за бандитом.

С каждым шагом волнение внутри него нарастало, на лбу выступила испарина, по спине ручьями заструился пот, а ладони стали скользкими, и он вытер их об штаны. С тех пор как Чжан Мин присоединился к банде, глава отряда полностью забыл о его существовании, а тут вдруг вспомнил и пригласил к себе. В свете недавних событий, такое совпадение очень настораживало, и он начал готовится к самому худшему.

«Если бы девушек нашли, то поднялся бы шум. Верно?», – утешал себя Чжан Мин.

Пока шел по грунтовым улицам форта, он прислушивался к звукам и голосам вокруг, искал глазами тревожные подсказки, но все выглядело слишком обычным. Попадавшиеся на пути бандиты бросали на него случайный ничего не выражающий взгляд, а когда его привели в дом командира отряда, там находился только один человек.

– Проходи, проходи, – махнул ему рукой Тан Гуй. Он сидел на полу, скрестив ноги, перед низеньким столом, где стоял кувшин с вином, и казался добрым малым.

– Да, господин, – отозвался Чжан Мин.

– Ха-ха, не будь таким вежливым. Присаживайся.

Прищуренные глаза командира отряда улыбались, будто увидели старого друга. Один рукав халата свободно болтался, а крепкая рука мечника, лениво почесывала волосатую грудь. Кроме дорогого меча, лежащего рядом, ничто не вызвало тревоги, наоборот, приятельское отношение расслабляло, располагало к общению и искренности. Чжан Мин сел напротив него, однако ни на миг не поверил в этот спектакль дружелюбия.

– Выпей со мной, – предложил Тан Гуй и наполнил небольшую пиалу вином.

– Благодарю! Большая честь для меня, – Чжан Мин принял чарку двумя руками, слегка поклонившись, тут он полностью полагался на воспоминания прежнего владельца тела, тот очень преуспел в заискивании и избегании неприятностей.

– Ха-ха, ты слишком вежлив. Вижу, ты много тренируешься?

– Да.

– Молодец. Правильно. Хорошо устроился у нас в отряде? Доволен? – непринужденно спросил Тан Гуй, глядя на вино в своей руке.

– Да, – кивнул Чжан Мин.

– Никто не доставляет тебе неприятности?

– Нет. Меня хорошо приняли.

Командир отряда перевел взгляд на Чжан Мина и некоторое время испытующе смотрел на него, а на лице все еще играла добрая улыбка. Вероятно, он давно знал об отношении к новичку и о постоянных драках, поэтому ожидал обычного для бандитов ползанья на коленях и мольбы о защите, но Чжан Мин даже не жаловался. Если он просто дурак, верящий в преданность, то не страшно, однако Тан Гуй не любил слишком хитрых.

– Ты же тот наемник из каравана? – спокойно спросил он и притворная улыбка исчезла с его лица, – Ту Хама видел тебя среди людей клана Чжао. Знаешь, у мастеров боевых искусств хорошая память. Так зачем ты здесь на самом деле?

* * *

По спине Чжан Мина пробежал холодок, ему почудилось, будто время на мгновение остановилось, воздух наполнил запах крови и леденящее душу дыхание смерти коснулось кожи. Он давно догадывался, что человек перед ним очень непростой к тому же привык убивать не задумываясь, чужая жизнь для него стоила меньше медной монеты. Во время большого пира Тан Гуй наслаждался страхом пленников, счастливо смеялся, держа в руках их жизни.

«Жуткий мужик. Раз не убил сразу, значит ему что-то от меня нужно или просто хотел посадить на короткий поводок», – после первоначального шока, Чжан Мин собрался с мыслями, – «Похоже о девушках он не знает».

– Кем я только не работал, господин, – с глупой улыбкой на лице он начал загибать пальцы, – носильщиком, землепашцем, погонщиком, теперь вот бандит … Однажды мне пришлось …

– Ладно, ладно, хватит, – жестом руки остановил его Тан Гуй, некоторое время он внимательно изучал новичка, после чего добрая улыбка снова вернулась на его лицо, и он продолжил, – говорят ты много тренируешься.

– Да, господин, хочу быть полезным, – слегка кивнул Чжан Мин.

Облегченно вздохнув, он расслабился и сел поудобнее, даже отпил вина из пиалы. Возможно, две недели назад из-за обнаружения своего прошлого Чжан Мин бы серьезно напрягся, но теперь у него появились более страшные секреты, а прежний стал казаться неважным. Не добившись нужной реакции Тан Гуй потерял интерес к дальнейшему разговору.

– В общем, через четыре дня мы отправляем отряд в Шеньжень. Ты пойдешь с ними. Говорят, ты неплохой воин.

– Да, господин! – поклонился Чжан Мин, – Могу я узнать, кто возглавит отряд?

– Ту Хама возглавит. Теперь иди, – махнул рукой Тан Гуй, будто отгонял надоедливую муху.

– Ха?

Мрачнее тучи Чжан Мин вернулся обратно на поляну за свинарниками, где недавно тренировался, и долго сидел среди высокой травы в глубоких раздумьях, скрестив на груди руки. Если бы он ушел вместе с отрядом Ту Хама, то назад бы точно не вернулся. В лучшем случае его бы просто убили, а останки бросили диким зверям, в худшем, пытали. Справится со всеми сразу у него бы не хватило сил.

«Бежать, как загнанный зверь? У них вроде луки есть, и тот гад давно достиг царства закалки тела … получится ли … Похоже меня по-тихому замочат», – усмехнулся Чжан Мин.

По началу Ту Хама не собирался его убивать, а хотел превратить в послушного пса, как делал с другими новичками или теми, кто не нравился. Однако, Чжан Мин прорвался, достиг нового уровня силы и подчинить его стало невозможным, как и убить по-тихому. За пределами форта все намного проще.