444 000 произведений, 109 000 авторов.

Электронная библиотека книг » Ариэль Салливан » Соответствие (ЛП) » Текст книги (страница 26)
Соответствие (ЛП)
  • Текст добавлен: 30 октября 2026, 06:00

Текст книги "Соответствие (ЛП)"


Автор книги: Ариэль Салливан



сообщить о нарушении

Текущая страница: 26 (всего у книги 29 страниц)

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ШЕСТАЯ



– Насколько сильно Хэл все еще ранен? – спросила я с тяжелым, прерывистым дыханием.

Легкие горели огнем. Джеральд крепко сжимал мою ладонь, увлекая то влево, то вправо, пока мы неслись по темным туннелям. Каждый шаг помогал заталкивать боль поглубже, похоронить ее там, где я никогда не смогу ее отыскать.

– При ранении ему пробило легкое. Он просто не выдержит такого бега, – бросил Джеральд, в последнюю секунду сворачивая в сторону. Я вслепую последовала за ним.

– Вот и отлично, – прохрипела я. Меньше всего мне хотелось, чтобы он бежал за нами.

В кармане брюк Джеральда пискнул передатчик.

– Черт. Черт, черт.

– Что там?

– Сообщения. Нижние системы перезагружаются. У нас почти не осталось времени.

– Беги быстрее! – поторопила я. Джеральд не оборачивался. Он припустил, его ладонь в моей руке стала влажной от пота.

Пока мы неслись сквозь тьму, меня преследовало стойкое ощущение, будто наяву ожил кошмар: топот наших ног громом разносился по туннелям, заглушая все, кроме тяжелого дыхания. На такой скорости говорить было невозможно.

Его передатчик пискнул снова, и мы со свистом затормозили перед той самой дверью, через которую я сюда вошла.

Он быстро набрал код на настенной панели. Дверь медленно пришла в движение.

– Я до последнего надеялся, что это не сработает. Помоги мне, – тяжело дыша, выдохнул Джеральд и налег на нее плечом.

Я навалилась на дверь всем телом, и она сдвинулась еще на несколько дюймов, ровно настолько, чтобы мы могли протиснуться. Джеральд отпустил ее и втащил меня вслед за собой. Комната была пуста. По ней разлилась золотистая вспышка, но когда я опустила взгляд, мое запястье не светилось.

– Шевелись, время на исходе, – скомандовал Джеральд.

Я последовала за ним, слишком запыхавшаяся, чтобы ответить. Джеральд метнулся по коридору и нырнул в комнату напротив, прямо возле лифта. Внизу лежала снятая панель.

В полу зияло небольшое круглое отверстие, открывающее доступ в узкий лаз. Джеральд заглянул внутрь.

– Барретт! – позвал он и как-то по-особенному, напевно, свистнул.

Никто не отозвался.

Джеральд резко всучил мне в руку черный куб.

– Береги его. Лезь вверх по шахте, потом сверни в средний туннель. Двигайся прямо. Там, где начнется уклон вниз, сбавь скорость. Ты выйдешь к круглой комнате. Из туннеля ни в коем случае не выходи! Там стоит огромный металлический агрегат. Он координирует работу чипов. Зашвырни этот куб прямо на него. И сразу же делай ноги, чтобы я успел его активировать.

Джеральд опустился на колени перед лазом, подставив сцепленные ладони, чтобы подсадить меня. В голове роились миллионы вопросов. Откуда здесь этот лаз? Они знали о нем всегда? Зачем размещать настолько важный объект на уровне обладателей дефектов? Для чего вообще этот куб? И откуда Джеральд знает, как с ним обращаться?

– Эмелин, посмотри на меня. – Я повернулась к нему. – У меня нет времени на разговоры. Мы с минуты на минуту потеряем контроль. Если энергосеть восстановится, все наши ребята на поверхности погибнут, а тех, кто с чипами, вычислят по маячкам. Восстание захлебнется. Мне нужно, чтобы ты сделала то, что я сказал, либо отойди, и я попробую сам. Обещаю, я вернусь и отвечу на все вопросы. Просто иди. Пожалуйста. Мне нужна твоя помощь.

Я сунула куб в карман и наступила ногой на его ладони. Джеральд резко подбросил меня вверх. Адреналин бурлил в венах, когда я карабкалась по лазу.

– Средний туннель, в саму комнату не заходи! Как только куб примагнитится к аппарату, крикни мне и сразу же убирайся оттуда к чертям собачьим! Остальное я сделаю сам. Давай!

Я ползла вперед не оборачиваясь. Влажные от пота ладони скользили по металлическим стенкам туннеля. Я не останавливалась, хотя все тело умоляло о передышке. Упиралась конечностями в стены, отчаянно пытаясь заглушить мысли, которые только и ждали момента, чтобы утянуть меня на дно.

Я ведь хотела помочь. Но не в роли безропотной партнерши и не в качестве слепого орудия. Именно этого я и хотела. Я не была до конца согласна с методами Жнеца, ведь спасения заслуживало куда больше людей, чем те, кто обитал внизу, но и иллумы были в корне не правы. Это не мир. Это суррогат.

Шахта выровнялась, и в кромешной тьме едва проступили три ответвления. Я вползла в среднее, пытаясь приучить глаза к полумраку. Туннель наполнял низкий, вибрирующий гул.

– Эмелин, быстрее! – донеслось эхо подгонявшего меня голоса Джеральда. Мне показалось, что он выкрикнул что-то еще, но из-за нарастающего гула я не разобрала слов.

Я прибавила ходу, как вдруг пол резко ушел у меня из-под ног, и я поскользнулась. Спуск оказался слишком крутым. Я покатилась кубарем вниз.

Я беспомощно сучила ногами, тщетно пытаясь уцепиться за гладкие металлические стенки. Сердце подлетело к самому горлу, и мысли скакали вместе со мной.

Следуйте протоколу иллумов, соблюдайте правила для населения с незначительными дефектами, постоянно самосовершенствуйтесь, и вы подниметесь, исполнив свое предназначение ради Всеобщего Блага.

Я больше не верила во Всеобщее Благо.

И я не имела права запороть еще и это дело. Пальцы скребли по металлу в отчаянной попытке притормозить падение, ища хоть что-то, за что можно зацепиться. Туннель наполнился омерзительным скрипом кожи о металл, пальцы обожгло дикой болью, а плечо с размаху врезалось в стенку.

Моя нога зацепилась за край желоба, и это наконец остановило падение. Сердце бешено колотилось, даже когда тело замерло.

Я сунула руку в карман, нащупывая куб, и окинула взглядом открывшуюся картину.

Ничего подобного мне еще видеть не доводилось. Стены были сделаны из металла, образуя клетку для гигантского пульсирующего механизма размером в несколько капсул. По краям медленно вращались массивные шестерни. Гул исходил от центрального источника неоново-голубого света.

По туннелю эхом разнеслось мое имя. Я наотмашь швырнула куб, и он намертво прилип к установке, словно магнит. Бросив взгляд вниз, я заметила на полу сотни точно таких же черных кубов самых разных размеров. Сколько же раз они уже пытались это провернуть?

– Готово! – закричала я.

– Убирайся! – отозвался Джеральд.

В ушах резко зазвенело. Я развернулась и бросилась назад, карабкаясь вверх со всей скоростью, на какую только было способно мое тело. Потные ладони то и дело проскальзывали по металлу. Добравшись до верха, я судорожно выдохнула.

– Сейчас активирую, зажми уши! – крикнул снизу Джеральд.

Я сжалась в комок, обхватив голову руками. В этот же миг по туннелю пронесся мощный поток раскаленного воздуха. Знакомый скрежещущий стон отсюда казался просто оглушительным.

– Ты цела?

– Да! – отозвалась я, чувствуя, что голова раскалывается от боли. Я поерзала, разворачиваясь, и соскользнула вниз по лазу, пока мои ноги не коснулись пола комнаты.

– У тебя получилось. Системы легли. Этот «черный ящик» не всесилен, вечно он заряд держать не сможет. Минут десять у нас точно есть, но этого должно хватить. – Джеральд быстро проверил свои безмолвные датчики. – Спасибо.

Я коротко кивнула.

– У меня есть вопросы.

Джеральд шумно выдохнул, и на его лице, хранившем следы колоссального облегчения, проступила понимающая улыбка.

– А ты упорная, да? Тебя так просто не проймешь.

– Да.

– Возможно, у меня есть ответы далеко не на все, но теми, что есть, я готов поделиться. – Джеральд убрал приборы в карман.

– И ты не станешь мне лгать? – спросила я.

– Я вообще не лгу, – спокойно и уверенно заверил меня Джеральд. – Если я не смогу открыть тебе правду из-за того, что это подвергнет опасности тех, кто мне дорог, я просто промолчу. Но лгать не стану.

Это было куда честнее всего, что мне доводилось слышать от других за всю мою жизнь.

– Почему ты не лжешь?

– И это твой первый вопрос? – Джеральд смерил меня спокойным, оценивающим взглядом. – Время у нас ограничено.

– Люди редко говорят правду.

– Так тупо проще. Чаще всего ложь наносит куда более тяжелый урон, чем самая горькая правда.

– Что это был за куб?

– Мы называем его «черной дырой». Объяснять принцип работы слишком долго. В его основе лежит та же технология, что и в блокирующих браслетах. Мы просто взяли ее за образец. Если объяснять на пальцах: он создает мощные помехи для систем слежения, но в гораздо более глобальном масштабе, попросту поглощая их энергию.

– Это твое изобретение? – поинтересовалась я.

– Нет, но я существенно доработал его, чтобы он эффективно справлялся с нашими задачами.

– Ты искренне веришь в дело Жнеца? – спросила я.

Челюсть Джеральда напряглась, и он медленно кивнул. Сердце снова подскочило к горлу. Мне жизненно необходимо было это выяснить.

– Скажи… я знакома со Жнецом?

Внезапно кто-то позвал меня по имени из коридора.

Джеральд мгновенно замер, а мои глаза округлились от ужаса.

– Ты же сказал, что он не может бегать? – испуганно прошептала я.

– Это не Хэл, – с абсолютной уверенностью отрезал Джеральд. Мне показалось, что его плечи заметно расслабились. – Должно быть, кто-то сумел запустить лифт, пока системы перезагружались. – Он бесшумно вернул панель на стену, маскируя лаз.

– Эмелин! – Шаги за дверью зазвучали отчетливее, но проследовали дальше по коридору, в направлении моего кабинета.

– С вопросами на сегодня покончено. Иди.

– А как же ты? – прошептала я, услышав далекий скрип открываемой двери.

– Рассчитываю, что ты сможешь отвлечь его, пока я буду пробираться назад, – ответил Джеральд.

– Тебе совсем не страшно? Ты не боишься того, кто там ходит?

– Нет. Твой партнер отправил бы за тобой только одного конкретного человека, а его я не боюсь. Иди. Твой брат заждался.

Мне безумно хотелось спросить, откуда ему это известно и почему он совершенно не боится моего брата, но мое имя прозвучало вновь. Я развернулась и оставила Джеральда одного.

Когда я вышла в коридор, там никого не оказалось. Но стоило мне сделать всего три шага, как из дверей моего кабинета показалась знакомая кудрявая шевелюра. Филипп вышел в коридор, держа в руках мою сумку и передатчик. Его волосы были взлохмачены, щеки горели румянцем, словно он бежал сюда со всех ног, а одежда сильно помялась. Я-то ожидала увидеть Грегори.

– Где тебя носило? – с ходу напустился на меня Филипп.

Я запустила пятерню в волосы, прекрасно понимая, что мои кудри сейчас выглядят ничуть не лучше.

– Искала выход.

– Тебе нельзя было покидать кабинет. – Филипп критически окинул меня взглядом. – Ну и вид у тебя. Живее, нам пора. Поговорим в жилом секторе. Они как раз сейчас принудительно запускают сеть.

Вдоль позвоночника прополз липкий страх. Хватило ли этих десяти минут тем, кто остался там, внизу? Где бы вообще это «там» ни находилось? И тут до меня дошло, что я упустила самый главный, жизненно важный вопрос: что именно они собирались предпринять?

– Почему Коллин прислал именно тебя? – спросила я. Нервы были на пределе, мы шагали мимо двери, за которой затаился Джеральд. В этот момент прибор Филиппа коротко пискнул. Он притормозил, извлекая его на свет. – Нам разве не пора идти?

Я была готова поклясться, что Филипп на секунду скользнул взглядом по той самой двери, и мне стоило огромных усилий подавить подступающую панику.

– Он сейчас нужен в другом месте. Ты партнерша иллума. Любой повстанец с радостью использует тебя, чтобы добраться через тебя до него и остальных иллумов.

Он уверенно зашагал дальше, пока мы не поравнялись с лифтом, затем поднес запястье к сканеру, но ничего не произошло.

Филипп принялся быстро печатать что-то, а его слова тем временем безжалостно вскрывали все те эмоции, что я так тщательно пыталась похоронить во время нашего бега. В наступившей тишине мое разбитое сердце жалобно стучало. И как мне теперь объяснить ему, что повстанец по имени Хэл уже вовсю меня использовал?

– Что вообще произошло? – спросила я, из последних сил сдерживая лавину чувств.

– Жнец организовал дерзкое нападение на один из корпусов, где хранятся репродуктивные добавки. Масштаб ущерба я пока не знаю. – Он оторвался от экрана коммуникатора, когда по коридору разнесся тяжелый скрежет металла, сменившийся ровным гулом, и двери лифта наконец распахнулись. – Коллин пока не выходил на связь. Он все еще там.

– Где «там»? – опешила я. Я была свято уверена, что Коллин отсиживается в полной безопасности высоко в облаках.

– На поверхности. Лично координирует подавление атаки, – пояснил Филипп, и мы шагнули внутрь кабины.

Тело била мелкая дрожь, дыхание сбилось. Мысли вихрем неслись в голове, путаясь и сменяя друг друга. Я буквально впилась ногтями во все те чувства, что грозили окончательно сломать меня, силой заставляя их подчиниться, пока двери лифта снова не открылись. Но вся моя внутренняя борьба мгновенно сошла на нет, стоило мне увидеть то, что ждало нас на поверхности.

В обычно тихом и безмятежном атриуме сейчас царили невообразимый хаос и крики. Прямо у дверей лифта нас дожидались шестеро бойцов штурмового отряда элиты, и один из них был на голову выше остальных.

Филипп коротко кивнул им.

– Двинулись! – зычно скомандовал великан, пристраиваясь прямо за моей спиной, пока остальные солдаты брали нас в плотное кольцо. Я отчетливо узнала этот голос, но никак не могла вспомнить имя. Он нажал какую-то кнопку на своем предплечье, и мы стремительно двинулись вперед.

– Филипп, да что происходит? – в панике выкрикнула я, а солдаты то и дело задевали меня своей тяжелой броней. – Филипп! – позвала я снова, но из-за их массивных спин ничего не было видно.

– Просто двигайся, Эмелин! – донесся откуда-то сзади голос брата. У меня просто не оставалось выбора. С сердцем, готовым выпрыгнуть из груди, я покорно семенила в центре конвоя, пока мы наконец не выбрались наружу, где весь воздух был пропитан едким дымом.

Что же ты натворил, Жнец?

– Бегом! – гаркнул впереди идущий солдат. Я прибавила ходу, стараясь не отставать.

Чуть поодаль нас уже ждала готовая к старту капсула. Конвоир спереди принялся что-то яростно кричать кому-то за спиной. Из-за плотного кольца штурмовиков я решительно ничего не видела, но вокруг отчетливо слышался топот множества ног – люди метались в панике, словно спасали свои жизни. По шее катился холодный пот, первобытный липкий страх держал меня мертвой хваткой. Куда более сильный и жуткий, чем тот, что я испытала в темных туннелях.

Кто-то грубо перехватил меня за локоть.

– Лезь внутрь, живей!

– Системы уже достаточно прогрелись, чтобы эта посудина вообще смогла оторваться от земли? – рявкнул солдат позади меня.

– Будем надеяться, – отозвался Филипп.

Я почувствовала, как меня бесцеремонно толкнули вперед, а затем буквально втащили внутрь капсулы. Филипп запрыгнул следом. Он прижал запястье к сканеру, и двери с глухим щелчком захлопнулись.

Я без сил рухнула в кресло. Капсула свечой пошла строго вверх, ощутимо медленнее, чем обычно, оставляя творящееся внизу безумие позади. В этот же миг передатчик Филиппа принялся без умолку и яростно пищать. Означало ли это, что энергосеть восстановилась в полном объеме?

Филипп смотрел куда-то мне за спину, и на его лице застыло выражение абсолютного, парализующего шока. Я медленно обернулась, и в ту же секунду леденящий ужас сковал тело. Вся та разруха, что царила в моей груди, была сущим пустяком по сравнению с той, что открылась взору снаружи.

Вся поверхность внизу была охвачена бушующим пламенем.

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ СЕДЬМАЯ



– Что произошло? – прошептала я.

– Не знаю, – признался Филипп, снова лихорадочно застучав по клавишам. – Жнец уже давно нацелился на этот корпус.

Я не могла оторвать взгляда от окна. Там, неподалеку от Пустошей, на самой окраине Верхнего города, бушевало яростное пламя, выбрасывая в небо огромные столбы густого серого дыма.

– И Коллин сейчас там, внизу? – спросила я.

– Да. Высший совет иллумов направил его туда.

– И от него по-прежнему никаких известий?

– С ним все будет в порядке, – отрезал Филипп.

Разве мог этот несчастный куб дать кому-то достаточно времени, чтобы спастись от такого ада? Сколько же людей из-за моего вмешательства оказались замурованы в этой огненной ловушке? Капсула плавно вошла в облака, наконец скрывая от глаз этот кошмар.

– Почему мы не там? Почему не помогаем им? – спросила я.

– У нас нет допуска для ликвидации подобных чрезвычайных ситуаций. Наши РАЗУМы просто не пропустят нас в ту зону.

– Так перенастрой их! Ты же постоянно это делаешь.

Филипп повернулся и пристально посмотрел на меня.

– На этот раз я бессилен.

Капсула замедлила ход и замерла возле уже знакомого мне балкона. Филипп первым вышел наружу, а я поспешила за ним. От едкого дыма першило в горле. Несколько недель назад Филипп и Коллин уже отправлялись на склад с припасами. Как же долго Жнец вынашивал этот план?

Стоило мне шагнуть в жилые помещения, как Филипп бесцеремонно всучил мне мои вещи.

– Держи.

Я выудила из кармана коммуникатор и быстро набрала короткое сообщение для Ло с просьбой черкнуть мне, как только она окажется в безопасности.

– А где Нора? – спросила я, убирая прибор.

– Просто уму непостижимо, – процедил сквозь зубы Филипп, поднимая с пола кружевной черный бюстгальтер. – Никогда не пойму, как мы вообще могли родиться от одних родителей. – Он круто развернулся на пятках и зашагал в сторону спален.

На диване лежала забытая книга, старинная и изрядно потрепанная. Я бросилась за братом, на ходу сопоставляя детали.

– Филипп, оставь их в покое, не вмешивайся!

– Еще чего, – выплюнул он и с силой забарабанил в дверь, сжимая в руке злосчастное белье. – Грегори!

За дверью послышалась какая-то возня, а затем она резко распахнулась. На пороге стоял Грегори, без рубашки, в низко сидящих на бедрах брюках.

– Младшая сестренка, – ничуть не смутившись, поприветствовал меня Грегори. – Филипп. – За его спиной я уловила шорох поспешных движений.

– Что ты здесь забыл? – требовательно спросил Филипп.

– Тебе расписать все в пикантных подробностях или устроит краткое резюме? – иронично протянул Грегори, скрестив руки на груди.

– Город атакован, и ты обязан находиться в Капитолии, а не здесь!

– Исключено, – просто бросил Грегори.

– Что значит «исключено»? Тебе был дан четкий приказ!

– Не было такого приказа. И вообще, если миру суждено взлететь на воздух, я нахожусь ровно там, где и должен быть, и плевать мне на последствия.

Из-за его спины показалась Нора, на ходу запахивая зеленый шелковый халат.

– Филипп, пожалуйста, пойми нас.

– И сколько раз я уже входил в твое положение, Нора? – закипал Филипп.

– Я бы сделала то же самое для тебя, ты же знаешь! – взмолилась она.

– Но ты не можешь, – с жестокой усмешкой отчеканил Филипп, – потому что нет у вас обоих такой власти.

Грегори заметно напрягся, но Нора вовремя перехватила его за руку.

– Пожалуйста, прикрой нас в последний раз, умоляю тебя, – взмолилась Нора.

– В последний раз? Да у вас этот «последний раз» никогда не кончится! Сколько можно наступать на одни и те же грабли? Сколько раз мне приходилось разгребать за вами дерьмо? – не унимался Филипп. – Вам нельзя продолжать в том же духе. Вас поймают, и расплата будет страшной. На этот раз вас не сошлют к неугодным партнерам. Вас попросту ликвидируют. Коллин не сможет вечно вытаскивать тебя из петли, Нора. Подумай наконец о детях!

В мгновение ока Грегори, только что стоявший рядом с Норой, оказался лицом к лицу с Филиппом, намертво прижав его к стене.

– Еще хоть раз приплетешь сюда ее детей, и это станет последним, что ты сделаешь в своей жизни, – прорычал Грегори, брызжа слюной от ярости.

– Грегори, прекрати! Умоляю тебя! Филипп ведь просто хочет как лучше! – Нора отчаянно тянула его за локоть. Я застыла как вкопанная, не в силах пошевелиться.

– Кто-то же должен о них позаботиться! – прохрипел Филипп, испепеляя Грегори яростным взглядом. – С этой секунды я блокирую твой РАЗУМ-доступ к этому сектору.

– Значит, я найду обходной путь! – рявкнул Грегори.

– Грегори, Грегори, остановись, – плакала Нора, оттаскивая его назад. – Хватит. Он прав.

Грегори замер, глядя на нее, и его ярость мгновенно сменилась глухим отчаянием.

– О чем ты говоришь?

По выражению лица Норы я сразу поняла, что сейчас произойдет. Мне нестерпимо захотелось сбежать, лишь бы не слышать слов, которые вот-вот сорвутся с ее губ.

– Мы должны положить этому конец. Филипп прав. Окружающие начинают кое-что замечать. Уильям уже в курсе, а Арабелла сейчас почти в том же возрасте, в каком была я, когда… – Нора судорожно сглотнула, – когда мне назначили партнера. Я не вынесу, если ей придется пройти через тот же ад, что выпал на мою долю.

– Что ты такое говоришь, Нора? – Голос Грегори задрожал. Он напрочь забыл и про Филиппа, и про меня. Вся его вселенная сейчас сузилась до нее одной.

– Ты прекрасно понимаешь, о чем я, – едва слышно прошептала она, и в ее сапфировых глазах вскипели слезы. Грегори отчаянно замотал головой, словно этот жест мог отменить неизбежное.

– Ты говоришь это не всерьез.

– Я обязана.

– Тогда скажи это вслух, – потребовал Грегори. Мое сердце сжалось от чужой боли, его горе было настолько осязаемым, что, казалось, выкачало из комнаты весь кислород. – Скажи это, Нора.

По бледному, искаженному страданием лицу Норы покатилась слеза. Грегори сделал шаг вплотную и нежно смахнул ее большим пальцем.

– Что ж, тогда я скажу это сам, – прошептал он. – Это был наш последний раз. Мы больше не можем так рисковать. – Плечи Норы затряслись в беззвучном плаче, Грегори ласкал ладонью ее щеку. – Я больше не вернусь. Так они будут в безопасности.

Нора безмолвно смотрела, как он уходит, давясь рыданиями, а затем бросилась за ним:

– Грегори, но как же… – Голос ее сорвался на крик. Она замерла посреди комнаты, судорожно вцепившись в полы зеленого халата, словно это была ее единственная ниточка к спасению.

– Я знаю, любимая, – только и обронил он на прощание.

Грегори развернулся, подхватил свою рубашку, обувь и решительно шагнул на балкон. Нора бросилась к себе в спальню и с грохотом захлопнула дверь.

Я осталась стоять один на один с Филиппом, который уже вовсю копался в своем коммуникаторе.

– Неужели для иллумов было бы таким уж страшным преступлением просто позволить двум любящим людям быть вместе? – тихо спросила я.

– Да, Эмелин, самым страшным, – глухо отозвался Филипп и, не оборачиваясь, вышел. Я скользнула в отведенные мне комнаты.

Заперев за собой дверь, я попыталась сделать глубокий вдох. Небо за окном окрасилось в зловещий оранжевый цвет, густой дым от пожарища окончательно поглотил синеву, стирая всякие границы времени суток. Я прямиком направилась в ванную. Выкрутила кран с горячей водой на полную, пока из трубы не повалил почти обжигающий пар. Возможно, высокая температура сумеет выжечь с моего тела само воспоминание о прикосновениях Хэла. Случайно мазнув взглядом по зеркалу, я оцепенела.

Внешне я ничуть не изменилась с сегодняшнего утра, но я решительно не узнавала женщину, которая смотрела на меня из отражения. Я отвернулась, не в силах созерцать собственное падение и то, как глупо я попалась на удочку.

Дышать было нечем, а его фантомные объятия жгли кожу, точно раскаленное клеймо. Я сорвала с себя одежду и в сердцах швырнула ее в дальний угол ванной.

Я погрузилась в воду, хотя она немилосердно обжигала тело, мгновенно окрашивая кожу в пунцовый цвет. Но я лишь приветствовала эту физическую боль. Пальцы рук нестерпимо саднило. Перевернув ладони, я разглядела крупные волдыри, напоминающие о спуске по металлическому лазу. Слезы готовы были хлынуть из глаз.

Руки Хэла на моем теле. Его губы, прижатые к моим. Ощущение его близости внутри меня. Та проклятая папка. Сломленная женщина с книгой на картине. Вентиляционная шахта. Гудящий генератор. Джеральд, честно отвечающий на мои вопросы. Пожар на поверхности. Грегори и Нора, чьи жизни только что разбились у меня на глазах.

Надрывный плач вырвался из горла, пробивая болезненный спазм, который едва не задушил меня. Я-то наивно полагала, что, отдавшись Хэлу, обрету любовь и право выбора. Думала, что, приняв сторону Жнеца, я выбираю свободу и наше общее будущее.

Я защищал тебя.

Но Хэл не защитил меня. Ни в той каморке, ни сегодня. К каким последствиям приведут наши сегодняшние решения? Меня попросту ликвидируют, если наши подпольные игры привели к тому, чему вообще не место в этом мире. И ведь мне было плевать на это, пока я свято верила, что у нас с Хэлом все по-настоящему. Какая же глупость.

Я была для него миссией. Очередным поручением. Рабочим заданием. Меня выбрали. Досконально изучили. И как далеко заходило это задание? Из всего того, в чем я ему так слепо исповедовалась, сколько он знал заранее? Сколько раз он просто умело подыгрывал мне, в то время как я грезила о подлинной духовной связи? Пока мое глупое, наивное сердце мнило, будто это нечто большее. Я настолько отчаянно хотела быть любимой, что даже не удосужилась присмотреться повнимательнее. До смерти боялась снова остаться одна. И Хэл прекрасно это знал. И вот итог.

Я снова одна.

Они уничтожают все красивое и необычное, – так Хэл отзывался об иллумах и отряде элиты.

Но я никак не могла смириться с мыслью, что он сам поступил точно так же.

Я отказывалась смириться с предательством.

Отказывалась смириться с разрушениями.

Я не могла дышать.

Просто не могла.

Паническая атака подкатила к самому горлу. Набрав в легкие как можно больше воздуха, я с головой ушла под воду. Она мгновенно смыла слезы, которые я так долго сдерживала, и весь мир вокруг наконец-то затих.

Я оставалась в этой спасительной тишине, с каждым ударом сердца пытаясь навсегда изгнать Хэла из своих мыслей. Легкие начали гореть от нехватки кислорода.

И все же я упорно сопротивлялась потребности дышать.

Лишь когда перед глазами заплясали мелкие огненные искры, я признала поражение. Я вынырнула на поверхность, судорожно глотая ртом воздух, и на плечи свинцовым грузом опускалась неизбывная тяжесть.

Сердце так и не смогло отпустить его.

Я машинально выдавила на ладони мыло и принялась яростно мылить волосы и тело, скребя каждый дюйм кожи, после чего снова ушла под воду, смывая пену. А затем повторила все заново, отчаянно пытаясь отмыться. Но сколько бы я ни терла кожу, ощущение липкой грязи не исчезало. Мне уже никогда не суждено было вернуться к той женщине, какой я была еще утром.

Коллин вернется из этого бушующего пламени, и я беспрекословно займу место его партнерши.

Плотная, удушливая темнота окутала сознание. На этот раз я не стала сопротивляться. Просто закрыла глаза.

И я снова оказалась в тех проклятых туннелях. Я бежала. Бежала изо всех сил, спасая свою жизнь, но теперь я была совершенно одна в этой беспросветной мгле. И я отчетливо понимала, что мне не выбраться.

Вдруг слева от меня шевельнулся чей-то темный силуэт, и мое имя отчетливо прорезало глухую тишину. Я в панике бросилась на этот зов. Дыхание окончательно сперло.

И там, в этой непроглядной тьме, я просто перестала бороться и отпустила себя.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю