444 000 произведений, 109 000 авторов.

Электронная библиотека книг » Ариэль Салливан » Соответствие (ЛП) » Текст книги (страница 19)
Соответствие (ЛП)
  • Текст добавлен: 30 октября 2026, 06:00

Текст книги "Соответствие (ЛП)"


Автор книги: Ариэль Салливан



сообщить о нарушении

Текущая страница: 19 (всего у книги 29 страниц)

– Легким испугом?! – в кабинет снова бесцеремонно ворвался возмущенный Барретт. – Да я вообще-то вывихнул мизинец на правой руке, которой спускаю курок! Едва ли это можно назвать «легким испугом».

– А что со Жнецом? – поинтересовалась я.

– С ним все в порядке.

Я ненадолго замялась, прежде чем задать главный вопрос:

– А ты сам?

– Я в поря…

– Да какой там в порядке! – взорвался Барретт. – Этот твой маленький герой бросился вытаскивать наших ребят прямо из-под удара. В итоге в него на полной скорости влетело тяжелое металлическое заграждение и буквально припечатало к каменной стене туннеля, когда силовиики прорывались внутрь. Как результат: несколько сломанных ребер и тяжелое внутреннее кровотечение. Если бы Кейн и Бри не подоспели вовремя и не вытащили его…

Хэл перестал гладить мое бедро и наградил Барретта убийственным взглядом.

– Никто не просил тебя совать нос в чужие дела, – резко оборвал его Хэл.

– Хэл, ты поступаешь несправедливо, держа ее в полном неведении, – не уступал Барретт, и в моей душе родилась искренняя благодарность к рыжему.

– Я сам решу, что ей говорить, – отрезал Хэл.

– И сейчас ты принимаешь в корне неверное решение.

– Хэл, пожалуйста, расскажи мне правду, – тихо попросила я.

– Нет. – Хэл мягко сжал мою ногу. – Я не могу, Эмелин. По крайней мере, не сейчас. Чем меньше ты знаешь обо всем этом, тем в большей безопасности находишься. Если тебя вдруг начнут допрашивать иллумы, ты просто не сможешь им ничего выдать. Я не позволю им отнять у меня еще что-то, что мне по-настоящему дорого.

Мое сердце пропустило удар, а в животе все сжалось от сладкого предчувствия. Он сказал, что я ему дорога.

Барретт продолжал стоять у двери. Его губы были сжаты в тонкую линию, но в глазах читалось молчаливое, грустное понимание. Он больше не стал давить на друга.

– Хэл, я уже пообещала Скворцам, что буду помогать сопротивлению. Мне это необходимо, – твердо произнесла я. Я просто не знала, как иначе смогу выносить Коллина и всю эту элиту, и как вообще смогу жить в ладу с собственной совестью.

– Это было до того, как Жнец ясно дал понять, что тебя нельзя впутывать в наши дела, – отрезал Хэл.

– Чертовы птицы, вечно от них одни проблемы, – одновременно с ним пробормотал Барретт.

– Но неужели нельзя как-то переубедить Жнеца? – не уступала я.

– Я не стану это обсуждать, – отрезал Хэл, и я пристально посмотрела ему в глаза, пытаясь понять причину такой категоричности.

Прежде чем я успела настоять на своем, Барретт повернулся к Хэлу:

– Нам пора уходить. Мы и так торчим здесь слишком долго.

Хэл низко опустил голову, его дыхание стало тяжелым и прерывистым. Я инстинктивно запустила пальцы в его густые волосы, не до конца понимая, насколько это правильно и уместно в данный момент. Когда Хэл не отстранился, я мягко повторила движение, слегка царапая ногтями его кожу. Из его груди вырвался тихий, глубокий стон. Оглянувшись, я заметила, что Барретт демонстративно отвернулся к выходу.

Хэл аккуратно отодвинул кресло и глубоко вздохнул. Его костяшки пальцев побелели от напряжения, когда он мертвой хваткой вцепился в край стола, пытаясь подняться. Я тут же поднырнула под его руку, чтобы облегчить ношу, и он тяжело навалился на мое плечо. Хэл уткнулся лицом мне в шею, ожидая, пока утихнет резкая боль, и прежде чем я успела опомниться, мы оказались в крепких объятиях друг друга. Его обычно спокойный, ровный пульс теперь бешено колотился прямо у моей щеки.

Меня с головой накрыло чувство вины. Ему ни в коем случае нельзя было приходить сюда. Услышав шаги, я подняла голову: к нам приближался Барретт. В его взгляде больше не осталось прежней веселости или хитрости, только искреннее беспокойство за друга.

– Нам правда нужно возвращаться, Хэл, – негромко позвал он. Хэл даже не шелохнулся.

– Я скоро вернусь к тебе, – тихо пообещал Хэл, неохотно отстраняясь.

– Просто поправляйся, – прошептала я в ответ.

– Ты сегодня без линзы, – вдруг заметил Хэл, внимательно вглядываясь в мое лицо.

Барретт подошел еще ближе, явно готовый подхватить друга, если тот начнет падать. Насколько же сильно Хэл преуменьшал серьезность своих ран?

– Почему ты ее сняла? – спросил он.

– Я ни разу не видела никого из элиты или иллумов с того самого званого ужина.

Хэл тяжело выдохнул. Было ли это признаком очередной вспышки боли или же облегчением от того, что я все это время не виделась с Коллином, я так и не поняла.

– Раньше я наивно полагала, будто эта линза – мой единственный билет в нормальную, счастливую жизнь, – призналась я. – Но теперь… теперь все изменилось.

Я подняла глаза и увидела, что они оба смотрят на меня как завороженные. На лице Барретта отразился неподдельный шок. И у меня перехватило дыхание от того, сколько нежности и чего-то совершенно незнакомого мне прежде читалось в янтарных глазах со звездными искрами Хэла.

Барретт протянул руку, чтобы помочь Хэлу идти, но тот упрямо попытался его оттолкнуть. Рыжий лишь недовольно рявкнул в ответ:

– Хватит строить из себя героя, здесь не перед кем выпендриваться. Просто прими помощь, упрямый ты осел.

Хэл недовольно проворчал что-то сквозь зубы, но все же оперся на плечо Барретта. Тот, несмотря на свой невысокий рост, с легкостью принял на себя вес друга. Я молча провожала их взглядами, пока они не скрылись за поворотом коридора. Хэл так и не попрощался со мной. И в тот момент я отчетливо поняла, что, скорее всего, никогда не смогу сказать ему «прощай», и никакое светящееся золотом запястье не сможет этого изменить.



Весь остаток дня я просидела за голограммами, изводясь из-за Хэла: из-за боли, что терзала его, и моего полного бессилия. Первые несколько картин представляли собой пейзажи, и я просмотрела их быстро. После обеда я открыла следующий файл и мгновенно оцепенела.

На картине была изображена женщина с темными распущенными волосами и сросшимися бровями. Она стояла топлес, грудь была обмотана белой тканью, напоминающей бинты, такая же повязка дважды охватывала ее поясницу. Фоном служила бесплодная земля и небо цвета индиго. Лицо женщины выражало решимость, но взгляд приковывал разлом посередине: там, где должен быть позвоночник, виднелась сломанная колонна, разрывающая тело пополам. Я присмотрелась и увидела, как бесчисленные маленькие металлические гвозди пронзают кожу. Невольная дрожь пробежала по спине. «Сломанная колонна». Меня заворожила явная боль этой женщины, ее бесстрастный взгляд, брошенный прямо на зрителя, зияющая дыра, выставленная на всеобщее обозрение. Я долго сидела, не в силах оторваться.



Привычный звуковой сигнал возвестил об окончании дня. Я заставила себя отвести взгляд и нажала «удалить». Внесла кое-какие заметки в отчет, собрала вещи и поднялась на поверхность. Тревога плелась следом, затаившись где-то рядом. Когда я вышла из атриума, солнце почти село.

Ло нашлась у посадочных капсул.

– Привет, – позвала я, направляясь к ней. Мы не виделись почти неделю. – Ты в порядке?

– Ничего не слышала, – пробормотала Ло, пока мы продвигались в очереди.

– Хочешь поехать вместе?

Ло пожала плечами. Мы встали рядом, между нами повисло странное молчание.

При посадке в капсулу мы приложили запястья к сканерам. Я села рядом с ней, и капсула тронулась. Ло сидела, глядя в пустоту, волосы ее были заплетены в косу. Неужели она так переживала из-за Грегори?

При мысли о Хэле тревога внутри меня сменилась неприятным предчувствием, капсулу окутала жуткая тишина. Никто из женщин не смотрел в свои коммуникаторы. Никто не разговаривал. Все, как и Ло, смотрели перед собой стеклянными глазами.

Я повернулась к Ло, внимательно разглядывая ее. Голубые глаза остекленели, солнечные волосы заплетены кое-как, пряди выбились, одежда помята. Никогда еще она не выглядела такой неряшливой. Мое беспокойство усилилось.

У всех вокруг был такой же отсутствующий взгляд, и до меня дошло, что случилось с обладательницами незначительных дефектов.

Я была слишком занята тем, что происходит внизу, и не следила за поверхностью. Баланс, который проповедовала Табита, подразумевал, что обладательниц незначительных дефектов попросту накачивают седативными, чтобы они стали покорными.

Я схватила коммуникатор и открыла контакт Коллина. Начала печатать, но остановилась. Коллин не выходил на связь после убийства, после того как я сказала, что он сделал неправильный выбор. Я хотела спросить его об этом, но ведь это он мог стоять за всем происходящим.

Я удалила сообщение, заметив золотистое свечение, заполнившее капсулу в полумраке. Моя метка союза была видна всем, но никто не свистел. Никто даже не посмотрел.

Кроме одной женщины, зажатой между двумя одурманенными обладательницами незначительных дефектов. Волосы ее были собраны в пучок. Ее глаза, встретившись с моими, были настороженными и цепкими. Она посмотрела на мое запястье, затем перевела взгляд на мои разноцветные глаза. Женщина улыбнулась и подмигнула, от чего у меня волосы встали дыбом.

Капсула остановилась у наших жилых отсеков. Две обладательницы незначительных дефектов и Ло вышли, не оглядываясь. Я бросилась за ними, но замерла на пороге.

– Добавки.

Я резко обернулась к женщине с ясными глазами, но она смотрела прямо перед собой.

– Он знает? – прошептала я, боясь произнести имя Жнеца вслух.

– Конечно, знает. А теперь беги, зверушка. Они наблюдают за тобой.

Причина их поведения ударила меня почти так же сильно, как слово «зверушка». Какая же я была дура. Я не принимала добавки, а они все принимали. ГИ говорил, что они планируют изменить состав добавок, чтобы успокоить меня. Но никто другой не получил такого предупреждения. Это было не просто успокоительное, они пичкали обладательниц незначительных дефектов наркотиками.

Я побежала за Ло, проскользнув в закрывающиеся двери лифта. Вторая фраза женщины глубоко засела у меня в груди. За мной наблюдают, но кто именно? Обе стороны? Я никогда раньше не видела ее в транспортных капсулах. Внезапно слова Хэла о том, что быть известной – значит быть уязвимой, заставили мысли лихорадочно скакать. Сколько шпионов у Жнеца? Насколько масштабна эта операция?

Двери открылись, Ло вышла. Я последовала за ней по коридору в ее жилой отсек. Только когда дверь полностью закрылась, я подошла к ней. Комната была меньше моей и выходила окнами на Нижний Город.

– Ло, послушай меня. Ты каждый день принимаешь добавки?

Она даже не моргнула.

– Конечно.

– Ло, ты должна прекратить. Они что-то добавили в них.

– Мы должны, Эмелин. – Ло смотрела куда-то поверх моего плеча. – Я должна добиться успеха в контракте.

– Это важнее, чем партнер. Не принимай их, – настаивала я.

Ло издала невнятный звук, просканировала запястье, и комнату наполнил голос автоматики. Она подошла к гардеробу, где висела только серая одежда. Разделась и натянула серый домашний костюм.

Я взглянула на ее черные ящики и столешницу: везде валялись подносы и пустые стаканчики из-под добавок.

– Я приберусь. – Я собрала подносы и сложила их, когда первый ящик издал сигнал. – И принесу тебе поесть.

Я запихнула подносы во второй ящик, прежде чем открыла первый и схватила ее порцию каши и добавок. Нам никогда не давали добавки с вечерним приемом пищи. Я выхватила таблетки из подноса.

Кто-то из тех, кто был на ужине, пошел против иллумов. Кто-то рассказал Жнецу об обладательницах незначительных дефектов раньше, чем я успела это сделать. Голова снова пошла кругом.

Жнец знал. Почему он еще не положил этому конец? Возможно, потому что был ранен, может даже едва мог ходить… Я больше ничего не понимала.

Я протянула Ло поднос. Она уставилась на него, сделала три глотка, после чего поплелась к кровати и рухнула на нее. Я подошла следом.

– Ло, утром не принимай добавки. Ты слышишь меня?

Ло открыла глаза и посмотрела на меня. За пеленой тумана в них читалось отчаяние.

– Почему… что я сделала не так, Эмелин? Они сказали… ты… почему Грегори не согласен на контракт? – бессвязно закончила она.

– Ло, я не знаю. Это неважно. Сейчас я хочу, чтобы ты пообещала мне не принимать добавки. Они подмешивают в них что-то, чтобы ты стала такой.

– Неважно… у тебя иллум. Твое будущее определено, – заплетающимся языком пробормотала Ло, и ее веки стали тяжелеть.

– Ничье будущее не определено. Послушай, Ло, мы во всем разберемся с Грегори, но ты должна прекратить их принимать.

Она пробормотала что-то невнятное, и ее дыхание выровнялось. Часть меня хотела остаться рядом, чтобы убедиться, что с ней все в порядке, но мне нужно было просканироваться. Я не хотела привлекать к себе, да и к ней, лишнего внимания. Зайду сразу после окончания комендантского часа завтра. Надеюсь, она не успеет позавтракать до этого. Я накрыла ее одеялом и ушла.

Сон не шел, я ворочалась, и мысли, отравленные страхом, не давали покоя, пока неизвестность не победила, окончательно исказив мое восприятие реальности.

Я пыталась вызвать свой старый сон, в котором кружилась в красивом платье в объятиях мужчины из элиты, готового меня спасти, отчаянно нуждаясь в этой простоте и надежде, что она когда-то дарила. Чем больше я пыталась ухватиться за этот образ, тем дальше он ускользал, обнажая свою хрупкость и лживость. Его не существовало, и никогда не будет. Слишком многое изменилось в мире и во мне.

Сон все же настиг меня, а вместе с ним и темный туннель с шепотом, зовущим меня по имени, преследующим. То ли подталкивающий вперед, то ли пытающийся удержать. Я не понимала.

Казалось, прошло лишь мгновение, когда я проснулась от того, что Фрида призвала меня к сканированию. Я побрела к сканеру, потащилась к трем черным ящикам, взобралась на столешницу и прислонилась головой к стене, пока Фрида зачитывала свой отчет. Мне хотелось, чтобы она сказала, когда закончится вся эта ерунда с менструацией, но она молчала. Я больше не доверяла добавкам, но скучала по тем, что подавляли мой цикл. Я вздохнула, закрыв тяжелые веки.

– Твои показатели значительно улучшились, Эмелин.

Я резко повернулась к Фриде. Она улыбалась.

– Рада видеть, что наш план работает. Я сообщу иллумам эту прекрасную новость. – Только не это, подумала я. – Наслаждайся завтраком, а затем мы начнем урок.

Черный ящик подал сигнал, я забрала еду и быстро ее съела. Контейнер с добавками я проигнорировала. Я не принимала их со дня, предшествовавшего тому ужину.

– Сегодня мы повторим несколько выученных нами танцев. Наслаждайся, Эмелин.

Остаток урока пролетел слишком быстро, каждый шаг и поворот вытягивали из меня разочарование и прочищали мысли.

Урок закончился танцем, который становился моим любимым. Он был быстрее, с более мощными всплесками музыки и бесконечными вращениями. Когда музыка стихла, я была вся в поту и тяжело дышала, но на мгновение почувствовала себя легче.

Я открыла контейнер с добавками, разглядывая разноцветные пилюли разных форм. Никогда больше их не приму, если смогу этого избежать.

Можно было отдать добавки Хэлу. Может, он поймет, что в них содержится.

Я высыпала таблетки в белый клатч, рядом с браслетом и ножом.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ СЕДЬМАЯ



День внизу тянулся невыносимо медленно. Сообщений не было. Разумеется, я не особо рассчитывала, что Хэл придет, ведь после вчерашнего ему требовался покой, но каждый раз, глядя на пустой дверной проем, я все равно испытывала разочарование. Мне так хотелось увидеть, как он стоит там, небрежно опираясь на косяк со своей неизменной ухмылкой. Приходилось постоянно напоминать себе, что он серьезно ранен. И все же какая-то часть меня эгоистично верила, что ради меня он явится наперекор любой боли и последствиям.

Когда смена наконец закончилась, я отыскала Ло в атриуме и с облегчением заметила, что она выглядит гораздо живее, чем утром. Под глазами подруги все еще были синяки, но взгляд стал ясным, а чистые волосы были аккуратно заплетены в косу.

– Как ты себя чувствуешь? – спросила я.

Утром она не ответила на мой стук, по дороге на работу мы разминулись, и я успела не на шутку перепугаться. Вокруг нас привычно суетились обладательницы незначительных дефектов в одинаковой серой форме, и их глаза казались совершенно тусклыми.

– Намного лучше, даже аппетит появился, – ответила Ло, и на ее губах скользнула мимолетная улыбка, которая тут же угасла. – Они действительно нас травят, – прошептала она, едва заметно покачав головой. – Как ты вообще догадалась?

– Поначалу я и сама ничего не понимала, просто перестала принимать добавки после того званого ужина. А потом ГИ проговорился, что их состав изменили ради моего же спокойствия. Сперва я решила, будто это касается только меня одной, но вчера наконец сложила все факты воедино.

– Значит, тебе никто об этом не распространялся? Ни Коллин, ни твои братья?

– Нет, наши отношения явно не предполагают подобных откровений.

– Но у тебя хотя бы не было таких жутких побочных эффектов, как у меня?

– Нет, обошлось, – ответила я. – А что конкретно случилось утром? Я долго стучала в твою дверь.

– Проснулась посреди ночи от сильного озноба, меня жутко трясло, а потом начало выворачивать наизнанку. Утро выдалось не из легких. Я очень долго отмокала под горячим душем, а как только закончился комендантский час, сразу побежала искать Бекку. Ее смена завершается как раз в это время. Я буквально вымолила у нее стимулирующий напиток в надежде, что это поможет прийти в себя. Хуже ведь уже не будет, верно? Грегори все равно не выходит на связь.

– Нас накачивают наркотиками, Ло, – упрямо повторила я ее же слова. – Разве это не более насущно?

Ло покачала головой.

– Да, сейчас он нужен мне как никогда. Там, наверху, людей ничем не накачивают.

На самом деле обитатели облаков получали все необходимые вещества в виде инъекций, поэтому было попросту невозможно определить, что именно содержится в этих ампулах. Впрочем, я не могла представить, чтобы иллумы травили элиту. В этом не было никакого смысла, ведь элита и без того слепо подчинялась любому их приказу.

Я тяжело вздохнула.

– Ло, я уверена, что у Коллина есть на то веские причины. В следующий раз, когда мы увидимся, я обязательно обо всем спрошу.

– Ты разве еще не разговаривала с ним?

– Ни разу с того самого ужина. – Я поспешила перевести разговор на другую тему, чтобы не выдавать волнения. – Тебе не стоило караулить Бекку с утра. Что, если бы надзиратели заметили, что ты покинула сектор?

– Если меня в итоге ликвидируют, то и о контракте больше беспокоиться не придется.

Я испуганно перехватила ее за руку.

– Ло, даже не думай говорить такие вещи!

– Ладно, ладно, прости, – она примирительно похлопала меня по ладони, и я ослабила хватку. – Как думаешь, почему Коллин так долго не объявляется?

– Уверена, у него полно забот с управлением сектором, – уклончиво ответила я, обведя взглядом толпу обладательниц дефектов, которые безмолвно брели по коридору, глядя в пустоту. – В конце концов, он иллум, и весь этот порядок исходит напрямую от него.

– Эмелин, спасибо тебе огромное за то, что заставила меня выбросить эти таблетки. Прости, что не поблагодарила тебя сразу.

– Пустяки, я же знаю, что ты поступила бы точно так же.

Мы вместе толкнули высокие стеклянные двери и вышли на улицу. Я зажмурилась, подставляя лицо угасающим лучам солнца, как вдруг Ло испуганно ахнула. Она мгновенно побледнела, неотрывно глядя в сторону посадочных капсул.

– Боже, здесь отряд элиты, и они при оружии, – едва слышно прошептала она, и ее голос ощутимо дрогнул.

Я медленно проследила за ее взглядом. Возле платформ действительно прохаживались десятки мужчин в темно-зеленой форме, которые бесцеремонно лавировали между женщинами в серых платьях, крепко сжимая в руках винтовки.

– Быстрее, двигаемся к капсулам, – скомандовала я.

– Зачем они вообще здесь? – испуганно пролепетала Ло.

– Не знаю, просто иди и не вздумай смотреть им в лица.

Я уставилась исключительно себе под ноги, мы плечом к плечу пробивались сквозь очередь к посадочным платформам. Ло испуганно прижалась ко мне, и в этот момент коммуникатор в кармане издал громкий, отчетливый сигнал. Меня мгновенно охватила паника.

– Это у кого там прибор шумит? – раздался резкий, властный окрик неподалеку.

Тяжелый хруст сапог по асфальту стремительно приближался к нам, и страх мертвой хваткой сдавил мне горло, когда коммуникатор пискнул во второй раз. Ло судорожно вцепилась в мою ладонь. Усиленный контроль и тотальное наблюдение, вот о чем предупреждала Табита в своем секретном обращении к иллумам. Похоже, обычного усыпления бдительности женщин с помощью седативных препаратов им показалось мало, и они решили задействовать армию.

– Слушай, выходи по-хорошему вперед, и все пройдет гладко и просто, – раздался голос солдата совсем рядом со мной.

Его напарник лишь цинично рассмеялся в ответ.

– А я бы как раз предпочел, чтобы возникли хоть какие-то трудности. Когда все слишком просто, становится скучно.

– Да брось, они тебя даже не слышат, – лениво протянул третий силовик. – Они же тут все как ходячие мертвецы.

– Если нас услышит кто-то из командования, у нас будут серьезные неприятности.

– Не у нас, а у них. Иллумы щедро раздают повышения за каждого обнаруженного бунтовщика среди этих дефективных.

Если бы я не промолчала, то выдала бы себя с головой, ведь по моим ясным глазам они сразу поняли бы, что я не принимаю добавки. С другой стороны, Коллин по-прежнему оставался моим официальным партнером. Я считалась его прямым продолжением, законной собственностью иллума, и, возможно, одна только эта связь могла бы обеспечить мне хоть какую-то защиту. А что, если вместо этого меня подвергнут еще более тщательному досмотру? В любом случае, мне требовалось во что бы то ни стало выиграть время, чтобы Ло успела благополучно сесть в капсулу. Я крепко сжала ее ладонь, после чего решительно отпустила ее. Сердце в груди неистово колотилось.

– Это мой коммуникатор, – громко произнесла я, делая уверенный шаг в сторону от Ло.

Я услышала, как подруга резко и испуганно вдохнула воздух, но заставила себя не оборачиваться. Трое солдат в темно-зеленой броне тут же переключили все внимание на меня. На них была точно такая же экипировка, как и во время Разлуки, а лица их полностью скрывали массивные шлемы. Силовики остановились в шаге от меня, и их оружие тускло блеснуло в сгущающихся вечерних сумерках.

– По какой причине ты получаешь сообщения в столь поздний час? – требовательно спросил один из них.

– Полагаю, мне пишет мой партнер, член совета иллумов.

Эти слова показались мне отвратительными на вкус и осели на языке горьким пеплом. Один из силовиков презрительно фыркнул.

– Что, долгая жизнь под землей заставляет тебя воображать невесть что?

От шока и подступившей обиды сердце забилось еще сильнее, с силой ударяясь о ребра.

– Живо отдай мне свою сумку, – скомандовал солдат, стоявший ближе всех.

Если они обыщут ее, то найдут белый клатч, в котором лежат запрещенные добавки, блокирующий браслет и боевой нож Хэла. Настоящий, первобытный ужас сковал все мое тело.

– Дважды повторять я не стану, – предупредил первый силовик, сделав угрожающий шаг вперед.

За его спиной еще один военнослужащий целенаправленно направлялся в нашу сторону, пока бесконечный поток женщин в серых платьях безмолвно продвигался к посадочным платформам.

– Ты чего застыла? А ну шевелись! – внезапно рявкнул солдат.

Я испуганно подняла глаза и с облегчением поняла, что он обращается вовсе не ко мне, а к замешкавшейся Ло. Холодный пот градом покатился по спине. С момента официального утверждения нашего союза с Коллином я не раз попадала в двусмысленные ситуации, но эта определенно была самой опасной.

Солдат прямо передо мной слегка наклонил голову, и в зеркальном визоре его шлема отчетливо отразились мои глаза: разные, необычные и абсолютно ясные. К нашей группе подошел еще один силовик, который был заметно крупнее остальных трех.

– Вы что, ослепли? А ну посмотрите на ее запястье, – грозно рявкнул он на своих подчиненных.

Этот глубокий голос показался мне смутно знакомым. Я послушно подняла руку, демонстрируя им светящуюся метку.

– И что с того?

– А то, придурки, что перед вами законная партнерша высокопоставленного лица, – отрезал великан.

– Черт, Фредрик, ты это серьезно?

Крупный солдат молча кивнул, подтверждая свои слова. Остальные силовики тут же попятились назад, опасливо переводя взгляды с меня на командира. Сбоку послышались легкие, торопливые шаги. Я не стала оборачиваться, чтобы лишний раз не привлекать внимания к Ло, но в груди наконец затеплилось облегчение.

– И почему ты сразу не сказала, чья ты партнерша? – недовольно выплюнул тот силовик, что хотел обыскать меня.

– Вы не слишком-то были настроены мне верить, – холодно ответила я.

Крупный солдат лишь глухо хмыкнул под шлемом и зашагал прочь.

– Проваливай отсюда, живо, – гаркнул мне на прощание второй.

Дважды повторять не пришлось. Я изо всех сил бросилась бежать к платформам, лихорадочно выискивая в толпе светлую макушку. Дыхание перехватило от быстрого бега. Наконец я заметила Ло у самой двери капсулы. Она стояла, испуганно уставившись себе под ноги. Я буквально ввалилась к ней в отсек.

– Прости, мне пришлось оставить тебя там, – Ло была на грани настоящей истерики, ее лицо стало белым как мел.

– Даже не думай извиняться. В следующий раз, если что-то подобное повторится, беги сразу и не жди меня. Статус Коллина в состоянии защитить меня, но его авторитета явно не хватит на нас двоих.

Я поспешно вытащила из кармана коммуникатор. На экране светилось одно официальное уведомление от властей и еще одно короткое послание с незнакомого номера. Я тут же спрятала устройство обратно в сумку.

– Эмелин, ради всего святого, что вообще происходит? – испуганно прошептала Ло.

– Я пока не знаю, но обязательно во всем разберусь. Заходи скорее в капсулу.

Я осторожно оглянулась через плечо: солдат в зеленой броне на площади становилось все больше.

– Поехали вместе со мной, прошу тебя, – дрожащим от страха голосом взмолилась подруга.

Тревога плотным кольцом окутала меня, и я отчетливо спиной почувствовала, что за мной пристально наблюдают.

– Ло, мне пришло официальное системное оповещение. Когда я приложу свое запястье к сканеру, автоматика капсулы сделает объявление на весь сектор. Я не хочу, чтобы ты была рядом и попала под подозрение вместе со мной. Иди же.

Я мягко подтолкнула ее внутрь кабины. Она послушно зашла в капсулу, и наши взгляды встретились в последний раз перед отправлением. Челюсть Ло была плотно сжата, и по губам я отчетливо прочитала ее беззвучное: «Береги себя». Тяжелые герметичные двери сомкнулись, и удушающая тяжесть ужаса немного отступила, когда кабина на полной скорости сорвалась с места.

Затылок неприятно закололо от ощущения, будто на меня смотрят. Я резко развернулась и увидела, что неподалеку от меня по-прежнему стоит тот самый крупный силовик. Направляясь к соседней свободной платформе, я буквально втиснулась в последнюю отходящую капсулу и поспешно приложила светящееся запястье к сканеру.

Воздух тут же наполнился монотонным голосом автоматической системы оповещения. Я без сил опустилась на сиденье, и двери плавно закрылись. Перед самым стартом я успела заметить сквозь прозрачное стекло, как командир отряда элиты слегка наклонил голову, внимательно наблюдая за мной, словно оценивая каждый мой шаг.

Капсулу мощным рывком швырнуло высоко вверх, так, что воздух с силой вырвался из легких. Но тяжесть этого пристального, изучающего взгляда прожигала мне спину всю дорогу до верхних уровней.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю