Текст книги "Сказки Космоса (СИ)"

Автор книги: Антон Дюна

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 27 страниц)

– А что на счет млекопитающих? – спросил маленький аёрнец. – Например, коровьи?

– Нет, их мы не едим, – растерянно отозвалась Селена. – Наверно потому, что их невозможно извлечь, не убив при этом саму корову.

– Отчего же! Можно дождаться, пока плод в ее чреве достигнет нужных размеров, и искусственно спровоцировать…

– Прошу, не продолжай! – взмолилась Селена. – Мы просто их не едим. Едим взрослых коров и маленьких телят, но пока теленок внутри коровы ему ничто не угрожает.

– Странно, – проговорил Финист. – Почти также странно, как яло-мийский чай из кишок.

– Сколько можно на нас пялиться, – процедил Алконост, и Кирина торопливо уткнулась в свою тарелку. Но Метеор обращался вовсе не к ней.

Финист и Рух посмотрели в сторону бара. Обнаружив, что его тайная слежка рассекречена, Бастет улыбнулся и поднял стакан в приветственном жесте. Гарпии медленно кивнули в ответ.

– Почему он на вас так смотрит? – осведомилась Селена.

– Не важно, – отмахнулся Алконост и добавил, поглядев на землянок, – просто будьте с ним… вежливы и осторожны.

Предостережение Алконоста еще больше напугало Милу. Девушка нервно потерла запястье. Селена с Кириной недоуменно переглянулись, но в этот миг в зал вошла целая стая гарпий. Они заняли длинный стол, забронированный специально для них, и окликнули троицу земляков. Алконост, Рух и Финист откланялись и ушли к своим.

Глава 4. Затерянный мир

Последующие дни Кирины наполнились съемками.

Сразу после завтрака в апартаменты к землянкам вторгались девочки Гамаюна, избавляя Кирину от терзаний перед забитым одеждой шкафом. На посольской парковке их поджидал бронированный лимузин. Участников шоу всегда сопровождали четверо могучих касианцев с силовыми щитами. Рогатые пришельцы имели свирепый вид, однако их назначение было скорее декоративным. Одним из условий пребывания инопланетян на Земле было их полное разоружение. Пришельцам разрешалось иметь при себе лишь средства защиты – силовые щиты, полностью неуязвимые для любого огнестрельного оружия. На деле, их безопасность была вверена земной гвардии, которая охраняла территорию Посольства и сопровождала пришельцев во время их редких выездов в город. Однако само присутствие четырех драконов обычно отбивало у панградцев желание приближаться к месту съемок.

Помимо четырех пар и охраны в лимузин, как правило, втискивалась Гвен. Мантикора следила за внешним видом звезд телешоу, подсказывала им реплики и советовала, как держаться перед камерой. Наготове у Гвен всегда была бутылка воды и палетка грима. К ее услугам чаще всех прибегала Селена: рыжая землянка продолжала заливаться неистовым пунцом при виде объектива. В перерывах они вечно о чем-то сплетничали, перешучиваясь и толкая друг дружку в бока.

Съемки проходили лишь на верхних ярусах Панграда, ниже шестой платформы лимузин не спускался никогда. Кирина не уставала дивиться тому, как выглядит ее родной город здесь, наверху. Просторные чистые улицы утопали в солнечном свете. Даже Шестерка, отделенная от неба седьмой платформой, была залита им до краев. Ее обитатели были не столь богаты как жители Поднебесного, однако амбиций им было не занимать. По их требованиям, власти города прорубали все новые и новые окна в седьмой платформе, отчего она сделалась дырявой как сыр.

– Это не настоящий Панград, – как-то заметил Алконост, недовольно озирая очередную локацию, где их уже поджидала съемочная группа. – Простые земляне, для которых мы снимаем шоу, никогда не видели этих мест.

Кирина была вынуждена с ним согласиться. Роскошные особняки, фешенебельные рестораны и вылизанные площади не имели ничего общего с тем Панградом, который знала она. Тот подлинный город, который желал увидеть Алконост, больше напоминал муравейник, в потемках которого мечутся слепые трутни.

– Ниже шестой платформы нам спускаться не безопасно, – пояснил Капитан.

– В таком случае, Космическое реалити – обыкновенный фарс.

И вновь аёрнец был прав. Съёмки напоминали кукольный спектакль, в котором восьми марионеткам полагалось улыбаться, жать руки и разрезать красные ленты на презентациях. Кирина удостоилась больших хромированных ножниц на торжественном открытии фонтана «Дружба народов», однако обычно эта честь выпадала Линде.

Но самыми мучительными были съемки в стенах Посольства. Они проходили в атриуме, обеденном зале или саду. Там участникам полагалось разыгрывать бытовые сценки, сдобренные диалогами о пользе межгалактической дружбы. Накануне таких спектаклей приходилось разучивать сценарии.

Так, Кирине с Церсеем выпало двухчасовое чаепитие, в ходе которого девушка дотошно расспрашивала Капитана об успехах в борьбе с короедами после внедрения яло-мийского инсектицида.

Линда нахваливала последнюю разработку Фармоса – препарат для необратимой химической стерилизации. Новинка обещала раз и навсегда решить проблему перенаселения в южных регионах ОЗ. Лернэ очень кстати располагал статистикой по численности землян, которую озвучивал с изумительно отсутствующим лицом. Мила восхищалась тем, как похорошела столица, обретя касианские фильтры для канализации.

– Вода в городе теперь чиста, как в роднике, – сбивчиво мямлила она.

– Да? В таком случае – выпей, – Бастет подтолкнул к ней стакан. – Сырая и прямиком из Клоаки, – сообщил он.

Мила испуганно отпрянула, и режиссер заорал «Стоп!»

Сегодня снимали эпизод с Селеной и Алконостом. Кирина наблюдала из окна, как пара третий час вышагивает по лужайке у стен Посольства. Оператор в клетчатой рубахе с камерой наперевес крался сбоку от них.

Накануне Селена вломилась в апартаменты Кирины в полном отчаянии.

– Пятьдесят страниц, – горестно причитала она, потрясая пухлой папкой перед лицом Кирины, – пятьдесят!

– О чем будут снимать? – уточнила Ферия.

– О касианских соляриях, которые помогут горожанам с нижних платформ восполнить нехватку солнечного света. Ровно пятьдесят страниц о спектрах и диапазонах, в которых я ничего не смыслю. Я прочла дважды, и никакого толка.

– И что ты собираешься предпринять? – сочувственно осведомилась Кирина.

– Алк пообещал рассказать большую часть текста сам, он хорошо разбирается во всем этом, – пристыжено созналась Сорса. – Мне нужно будет только вовремя кивать.

Теперь режиссер в смятении перелистывал сценарий, сбитый с толку импровизацией своих артистов. Он размахивал руками, призывая их вернуться к оригиналу, но дубль за дублем Селена улыбалась и кивала в ответ на монолог Алконоста.

Наконец, ассистент щелкнул хлопушкой последний раз, и трехчасовой променад Селены и Алконоста завершился. Оператор блаженно закурил, укладывая аппаратуру в чехлы и футляры. Два касианца немедля возникли за спиной режиссера, выжидая, когда земляне будут готовы покинуть Посольство.

Когда телевизионщики удалились, Алконост взмахнул пернатыми руками, передразнивая режиссера. Селена захохотала, навалившись на его плечо. Они о чем-то заговорили, но Кирина не услышала слов.

«Наверное, опять об Аёрне, – решила она и мысленно посочувствовала Сорсе.

Однако Селена не выглядела тоскливой. Проходя мимо яблони, она вдруг подобрала юбку и вскочила на скамью. Алконост с любопытством наблюдал, как она срывает зеленое яблоко с нижней ветки и вытирает его о подол. Когда Селена протянула фрукт ему, он воззрился на него с сомнением, и ей пришлось первой надкусить плод. Метеор последовал ее примеру и тут же скривился. Селена рассмеялась вновь.

В гостиную незаметно вошел Церсей. Он подошел к окну и поприветствовал Кирину.

– А эти двое, кажется, неплохо ладят, – удивленно заметил Капитан.

– А разве не должны? Мне казалось, в этом и есть цель шоу.

– Разумеется. Просто аёрнцы… – Церсей помолчал, подыскивая слово, – очень консервативны и изолированы. Обычно они предпочитают общество себе подобных.

– Ты хотел назвать их расистами? – догадалась Кирина.

Церсей внимательно посмотрел на нее.

– Только не говори об этом гарпиям, – серьезно попросил он, – но так и есть. Их девиз «Аёрна превыше всего», и это всегда надо иметь в виду, когда имеешь с ними дело.

– Это плохо?

Капитан поскреб когтями подбородок, раздумывая над ответом.

– Аёрна состоит в Союзе на особом положении, – уклончиво пояснил он. – И это не вполне справедливо по отношению к остальным метрополиям. У граждан Аёрны очень много привилегий. К примеру, судить их могут только дома, даже если они совершили преступление за пределами своей планеты. Гарпии скрывают от Союза устройство скоростных фантомов, и сесть за штурвал такого корабля может только аёрнец. Да что там говорить, мы даже не знаем, где находится Аёрна! – Церсей возмущенно качнул рогами.

– Почему гарпии столько лет скрывают от Союза свою планету? – с любопытством спросила Кирина.

Капитан пожал плечами.

– Они считают, что на Аёрне не место чужакам. За триста лет нашего контакта на ее поверхность ни разу не ступала инопланетная нога. Как после этого не считать гарпий расистами?

– А почему Сенат позволяет им все это?

– Аёрна – богатейшая метрополия Союза. С ее деньгами очень сложно спорить, – честно признался Церсей. – Кроме того, у планеты нет единого правительства. Восемнадцать краев Аёрны управляются Высокими Домами, каждый из которых вершит собственную политику. Договориться разом со всеми практически невозможно, – пожаловался дракон.

– А как же их Совет Высоты?

– Он ведает лишь общепланетарными делами, и гарпии каждый раз решают по-новому, что входит в их перечень, – Церсей покачал рогами. – Аристократия Аёрны – главный источник смут в Союзе.

– А как же Маёл? – напомнила Кирина. – На Маёле тоже правит знать.

– У Маёла лишь один Император и при нем вполне сговорчивый совет. На самом деле, монархия Маёла доживает свои последние десятилетия. И это скорее хорошо, чем плохо. Только не говори об этом мантикорам, – в этот раз Церсей скорее шутил, чем говорил всерьез.

– Тебе не по нраву аристократы? – с любопытством уточнила Кирина. – Всякие короли, цари и прочие?

Церсей кивнул.

– Как по мне, это – пережиток прошлого. Такая огромная власть не должна доставаться детям от отцов в придачу к дому и машине. Это порождает кучу проблем, – Капитан поглядел на Кирину, раздумывая, стоит ли продолжать. – Взять хотя бы Алконоста. Он умен и решителен, но кроме того – вспыльчив и скор на гнев. Его Патрон-отец уже не молод, и никто не знает, как поведет себя Алконост, взойдя на престол. То же самое касается Финиста и Руха, Браво и Хонора, всех остальных аёрнских наследников. Они могут продолжить политику отцов, а могут свернуть на сто восемьдесят градусов.

В кармане Кирины пиликнул телефон. Она машинально достала трубку и бросила взгляд на экран.

«Как твои дела?» | Новое сообщение от: Бруно.

Телефон едва не выскользнул из вспотевшей ладони. Кирина кинула встревоженный взгляд на Капитана, но то, кажется, ничего не заметил, поглощенный собственными рассуждениями.

– На другой чаше весов стоят Касиос, Яло-Ми и Земля. Наши народы объединяет то, что мы сами выбираем своих правителей, а не отдаемся во власть праправнуков мертвых королей.

Прежде, чем Кирина успела убрать телефон, экран мигнул вновь.

«Айзек передает тебе привет». | Новое сообщение от: Бруно.

В этот раз от касианца не укрылась ее тревога. Он озабоченно поглядел на нее, прервав свой монолог.

– С тобой все хорошо? Мне кажется, ты стала… белее.

– Все в порядке, – слишком громко ответила Кирина, стараясь перекричать бой крови в собственных ушах. Капитан скользнул взглядом по дисплею ее телефона. Сердце Кирины пропустило удар. – Это просто сообщение от моего брата, – пролепетала она, кляня себя за медлительность, – только и всего.

Секунду они с Капитаном молча смотрели друг на друга, и Кирина испугалась, что он прочтет правду на ее посеревшем лице.

– Думаю, тебе стоит поесть, – наконец, произнес Церсей. – Как раз подошло время обеда.

Кирина быстро кивнула. Капитан ободряюще улыбнулся ей.

– Не стесняйся вовремя меня затыкать. Когда речь заходит о политике, я могу позабыть обо всем на свете.

Кирина шумно сглотнула и укорила себя за нелепый приступ паники.

– Да, – согласилась она, спрятав телефон в карман, – пожалуй, пора подкрепиться.

Капитан вызвался составить ей компанию, и они покинули апартаменты.

Церсей оказался прав: время обеда уже подошло, и зал быстро заполнялся пришельцами. Девочки Гамаюна устроились за большим круглым столом, весело щебеча и стреляя озорными глазками по сторонам. Бастет занял свой пост у барной стойки. Стая аёрнцев во главе с Мастером Гамаюном чинно рассаживалась за длинным столом. Одно место осталось пустым: среди гарпий не было Алконоста.

Они с Селеной устроились за маленьким столиком под золотым витражом, о чем-то оживленно споря. Теплый вечерний свет, лившийся сквозь цветное окно, обратил рыжину Сорсы в настоящий пожар.

Заметив Кирину, Селена призывно замахала рукой. Алконост придвинулся ближе к ней, освобождая место.

– Мне как раз требуется твоя помощь, Капитан, – заявил он, ожидая, пока Церсей и Кирина умостятся рядом. Касианец вопросительно поглядел на него, и Алконост продолжил. – Мне пришлось столкнуться с вопиющим расизмом. Как Капитан, ты обязан вступиться за меня.

Церсей кинул быстрый взор на Кирину.

– Я готов выслушать твою жалобу, Алконост, – осторожно проговорил он.

Селена смущенно зарделась.

– Не надо, Алк.

Но Алконоста было не унять.

– Селена полагает, что земляне и маёльцы превосходят все прочие расы, – сообщил он. – По ее словам, мы и в подметки не годимся людям и мантикорам.

Капитан изумленно воззрился на Сорсу, и она возмущенно воскликнула:

– Алк все переврал! Я сказала совсем не то.

– Разве? – усмехнулся Метеор.

Капитан переводил растерянный взор между ними.

– Я лишь сказала, что млекопитающие более совершенны, – пояснила Селена, – с точки зрения эволюции.

– А разве это не расизм? – поддел Алконост и не сдержал смеха, заметив, как густо покраснела спутница.

– Это научный факт, – упрямо возразила она. – Звери могут жить везде, от тропиков до полярных льдов, они заботятся о своих детях и обладают высоким интеллектом.

– Как и птицы, – парировал аёрнец и встопорщил перья, поддразнивая ее. – Но в отличие от вас, зверей, птицы обладают шестым чувством – чувством стаи.

– Зато звери вынашивают своих детей в собственном чреве.

– Какое же это преимущество, – удивился Алконост. – Беременность делает будущую мать уязвимой, а ребенка – полностью зависимым от нее. О яйце же может позаботиться любой родич.

– Звери выкармливают своих детей молоком.

– Ну это просто омерзительно, – брезгливо скривился аёрнец, – кормить дитя выделениями собственного тела.

Селена беспомощно уставилась на Кирину в поисках поддержки.

– Не вижу причин для спора, – осторожно вставил Капитан, – вся жизнь одинаково совершенна. На Земле с ее нестабильным климатом властвуют звери, но на знойном Касиосе у них не было никаких шансов. Моя планета принадлежит рептилиям: они покорили сушу, океан и небо, обитают в толще земли и на вершинах гор, объедают верхушки деревьев в саваннах и тоннами пожирают планктон в морях. Рептилии живут дольше зверей, а значит, накапливают больше опыта. Они растут всю жизнь, и млекопитающие на их фоне остаются карликами. Чешуя защищает их как доспех. А вот на скалистой Аёрне никто не смог тягаться с птицами, – Церсей качнул рогами в сторону Алконоста. – Они взмывали в небо и разыскивали новую сушу посреди Великих озер, пока звери и рептилии ютились на одиноких скалах. А на Яло-Ми воцарились амфибии: такие же древние и ядовитые, как стоячие воды ее болот.

Селена притихла, внимательно слушая Капитана.

– Куда интереснее другое. На всех планетах разум выбирает примерно одинаковую форму. Поглядите на нас. Различия колоссальны лишь на первый взгляд. А вот сходство куда значительней, – Селена протянула руку за напитком, не сводя завороженных глаз с касианца. Вместо чашки она схватила тмиин, и острый край аёрнской посуды оцарапал ей губу. Землянка вскрикнула от неожиданности.

– Куда уж значительней, – хохотнул Алконост, протянув ей салфетку. Девушка промокнула губу и на бумаге отпечаталась кровь. Алконост прекратил смеяться и мигом посерьезнел. – Больно?

– Пустяки, – отмахнулась Селена и попросила Капитана, – продолжай.

– Здесь нет никакого секрета, – улыбнулся он, польщенный ее вниманием, – нужно лишь захотеть увидеть. Мы все ходим на двух ногах, у нас одинаковые пропорции тела, объем мозга и строение рук. Если бы наш внешний вид мог оценить кто-то непредвзятый, например, некий искусственный интеллект, то он бы нашел нас скорее похожими, чем разными.

Селена изумленно воззрилась на собственную кисть, точно увидев ее впервые, и накрыла ею ладонь Алконоста.

– И впрямь одинаковые, ты только взгляни!

Аёрнец бросил странный взгляд на ее белые бесперые пальцы.

– Спасибо, Цер, ты прекрасно все разъяснил, – произнес он, не сводя черных глаз с руки Селены.

– Рад помочь, Алконост, – отозвался Капитан.

– Зови меня Алком.

Любезное предложение Метеора смутило Церсея.

– Как скажешь, Алко… Алк.

– Но почему мы так похожи? – спросила Селена, продолжая сравнивать собственную кисть с ладонью Алконоста. Аёрнец не отнимал руки. – Ведь наши планеты разделены целыми галактиками.

– Ученые считают, что такая модель тела больше всего подходит для зарождения разума, – ответил Капитан. – Ходьба на двух ногах освобождает руки, а ловкие кисти могут работать с тонкими инструментами. Это стимулирует развитие мозга. Впрочем, есть вероятность, что вскоре нам придется пересмотреть свои взгляды на природу разума.

– Большое Ожидание, – кивнул Алконост.

– Большое ожидание? – переспросила Селена.

– Да, так называется один долгосрочный проект, связанный с открытием планеты Тетис-4. Алк тебе не рассказывал? – Землянка покачала головой. – Эта планета расположена в галактике Длинный Рог, у вас она известна под названием Веретено. Восемьдесят пять лет назад аёрнский фантом засек там планету с плотной атмосферой и совершил посадку. Экипаж обнаружил развитую биоту: целые леса из гигантских папоротников и хвощей, обилие животных, преимущественно членистоногих. Но позвоночные, в том числе, твои любимые млекопитающие, там тоже есть. И никаких следов разумной жизни. Такое случается, планет пригодных для жизни очень мало, и лишь единицы из них становятся колыбелью разума. Сейчас их известно всего пять. Или шесть, – поправил себя Церсей. – Экипаж прочесал весь Тетис-4 прежде, чем обратить свой взор к морям. И вот там-то их поджидал большой сюрприз. Мелководные моря Тетиса просто кишат жизнью. И посреди этого бульона проживает один вид осьминогов, который не дает нашим ученым покоя все эти годы. Их назвали большеголовами, но возможно однажды они сами подберут для себя более звучное имя. Эти осьминоги явственно выделяются из прочей фауны. Они обладают очень высокой кооперацией: сообща разыскивают пищу, защищаются от врагов и заботятся о потомстве. Они используют различные примитивные орудия: острые коралловые остроги, серпы из морских раковин, сети из водорослей.

Селена жадно ловила каждое слово Капитана.

– У большеголовов нет рук, однако их гибкие щупальца не уступают нашим пальцам. Их речь примитивна, но они могут говорить о самом важном: о хищниках, еде и детях. Одним словом, ученые предполагают, что эти осьминоги находятся в шаге от возникновения разума во всей его полноте. Если они окажутся правы, то это перевернет весь наш мир. Большеголовы могут стать первой водной разумной расой с принципиально отличным строением тела. Только вообразите: они дышат водой, все их конечности одинаково пригодны для перемещения и работы, у них нет ни одной кости, зато имеется по три сердца! На их фоне мы будет выглядеть, как родные братья и сестры, – подытожил Церсей.

Селена теперь сидела с приоткрытым ртом, и Алконост, на всякий случай, убрал тмиин подальше от нее.

Церсей продолжил:

– Аёрна потребовала от Сената объявить Тетис заповедной землей и запретить любое вмешательство в жизнь большеголовов. Доступ на планету имеют только ученые. Главная директива Большого Ожидания запрещает взаимодействовать с большеголовами и в целом попадаться им на глаза. Хотя, на мой взгляд, они знают о нашем присутствии.

– А ведь многие люди верят, что на заре нашей истории Землю посещали гости из космоса, – задумчиво протянула Селена. – Якобы всевозможные пирамиды и стоунхенджи не могли быть построены без инопланетного вмешательства.

– Вполне вероятно, что доля истины в этом есть, – серьезно ответил Капитан. – Но если пять-шесть тысяч лет назад у вас и гостили некие пришельцы, то это точно были не мы. В те времена мы еще сами баловались возведением гигантских гробниц, и от первых космических полетов нас отделяли тысячелетия.

– Выходит, где-то во Вселенной может существовать более древняя разумная раса, чем все мы?

– Отчего бы и нет? – пожал плечами Церсей. – Мы опередили большеголовов, почему не может быть кого-то, кто дал фору нам?

– Но почему они тогда не выходят на контакт теперь?

– Кто знает? Возможно, их просто никогда не существовало, и мы – пионеры разума во Вселенной, а может, напротив, они столь сильно обогнали нас и ушли так далеко вперед, что мы им уже не интересны. Или их Большое Ожидание слишком затянулось, и они сгинули, так и не дождавшись момента, когда мы будем готовы к встрече с ними. Вполне вероятно, что когда большеголовы построят свой первый звездолет, уже не будет никого из нас, чтобы поприветствовать их в космосе.

– Мне бы хотелось увидеть Тетис и большеголовов, – из груди Селены вырвался мечтательный вздох. Ее глаза загорелись уже знаком Кирине светом. Алконост внимательно разглядывал свою спутницу. – А еще ледяные города Маёла, и яло-мийские грибовые леса, и касианские пустыни-моря, и Великие озёра Аёрны. В космосе столько чудес!

– Не удивлюсь, если ты увидишь их все, – улыбнулся Алконост.

– Кроме Великих озер, – возразил Церсей и напомнил, – ведь Аёрна закрыта для чужаков.

Слова Капитана отчего-то вызвали раздражение Алконоста.

– И что с того? – резко перебил он. – Возможно, Селена станет нашим первым гостем.