Текст книги "Магическое агентство "Призрачный свет" (СИ)"

Автор книги: Анна Завгородняя

сообщить о нарушении

Текущая страница: 20 (всего у книги 29 страниц)

Глава 38 Увядшие лилии

Келья была маленькая, темная, с крошечным окошком, расположенным на высоте моего роста, и жутко сырая. От холода не спасало даже одеяло, слишком прохудившееся и напомнившее мне о днях жизни на чердаке госпожи Ветровой. Я не стала жаловаться на обстановку Варваре Потаповне, предполагая, что мои коллеги по агентству сейчас находятся не в лучших условиях, но душа, кажется, и сама заметила, как меня потряхивает под скудным одеялом.

– Вот он – аскетизм! – выдала Варвара Потаповна и присела на единственную скамью, стоявшую под окном. – Жить впроголодь и в холоде, а потом умереть и снова торчать в этих стенах, будто узник.

Я фыркнула, вспомнив скудный ужин, который мне принес монах обители. Совсем молоденький, но хмурый, брат поставил на скамью поднос, на котором стояла кружка, хвала всем богам, горячего молока, а рядом на деревянной тарелке лежал кусок серого хлеба с сыром. Вот и вся еда.

– Не спишь? – спросила душа, и я вздохнула в ответ. Уснешь тут, когда все тело бьет мелкая дрожь, а согреться никак не получается вот уже битый час! И это при том, что я, позабыв обо всех приличиях, забралась в постель в одежде. Без нее я бы, без сомнений, к утру присоединилась к сонму призраков, обитавших в этом благословенном месте. Потому как замерзла бы заживо.

Хм, подумалось мне, что, если я прогадала и стоило выбрать сарай для ночевки? Что-то мне сейчас подсказало, что там могло быть потеплее, чем в этой келье.

– Иногда я рада, что ничего не чувствую, – принялась рассуждать Варвара Потаповна, усевшись на край постели. – Но вот ни за что на свете не отказалась бы еще разок попробовать мороженое, или выпить бокал сладкого красного вина! – душа блаженно улыбнулась, а я перевела взгляд с призрака в сторону двери, заметив, что ниже, там, где между дверью и полом оставался зазор, промелькнул голубой свет. Сразу стало любопытно, что же это могло быть. Проплыл призрак, или по коридору прошел кто-то, несущий синее пламя? А что я знала о синем пламени? Да то, что оно предвестник неприятностей и темных душ.

Решительно откинув в сторону одеяло, я быстро надела обувь и под удивленным взглядом Варвары устремилась к двери.

– Ты это куда? – ахнула душа.

– Тсс! – ответила я и прижалась ухом к деревянной поверхности.

Призрак вопросительно приподняла бровь.

– Будьте так добры, выгляньте в коридор через стену, – попросила я душу, – и скажите, что видите.

Потаповна на мою просьбу лишь пожала плечами, но покорно сделала то, что было велено. Она просунула голову в коридор, так что я наблюдала только заднюю часть ее светящегося тела. А миг спустя вернулась в келью.

– Там призрак, – проговорила Потаповна. Глаза ее стали круглыми от удивления.

– Еще один из монахов не пожелавший проститься с этим чудесным и гостеприимным местом? – прошептала я, не удержавшись от толики сарказма, направленного, впрочем, не на Варвару.

– В том-то и дело, что нет! – удивил меня ответ души. – Там не монах. Там… – она выдержала паузу, – девушка.

– Что? – переспросила я, а затем решительно распахнула дверь и вышла в коридор, успев заметить хвост души, скрывшейся за поворотом.

Женский призрак в мужской обители! Что может быть еще более необычным?

Я шагнула вперед, размышляя, как поступить дальше, когда Варвара Потаповна закрыла проход, выплыв вперед и хмуря брови.

– Куда собралась, а, Полиночка? – строго спросила она, уперев руки в бока.

– К Арбенину, – выпалила я, вспомнив, что келья моего нанимателя находится совсем рядом. – Конечно, я не собираюсь следовать за этим призраком одна, – объяснила Варваре свои намерения. – Хотя она светлая… А светлые, как мы знаем, не могу причинить вред.

– В этой обители все возможно, – ответила загадочно моя собеседница. Я же решительно подошла к келье Николая Дмитриевича и постучала в дверь.

Он открыл незамедлительно, будто только и ждал моего появления. Но когда наши глаза встретились, я заметила толику удивления в мужском взоре.

– Вы? – спросил он.

– Ждали кого-то другого? – я бросила быстрый взгляд в сторону, где скрылась девушка-призрак, и быстро объяснила причину своего появления на пороге в столь поздний час.

– Девушка? – сдвинул брови Арбенин.

– Я подтверждаю: самая настоящая девушка, – кивнула Варвара Потаповна, зависнув за моей спиной. – То есть уже неживая, а призрак.

– Она светлая, – добавила я, словно это могло что-то объяснить.

Арбенин сухо кивнул, позвал Карата и вышел. Я заметила, что князь тоже не раздевался. Холод здешнего места и его обитателей оказался не по плечу даже такому сильному магу, как Николай.

– Куда она ушла? – спросил Арбенин, а сам шагнул к соседней келье и ударил кулаком в дверь, сказав: – Анатоль, выходи. Мы ждем тебя. Надо кое-что проверить.

Я указала направление, а спустя пару секунд в коридор вышел Шуйский, тоже одетый и готовый к приключениям, судя по хмурому выражению его спокойного лица.

– Что может делать призрак женщины в обители? – спросил Арбенин.

Анатоль пожал плечами.

– Вариантов много, – ответил он. – Здесь могла умереть какая-то незнакомка, попросившаяся на постой. Все же, тракт рядом и прежде бывало, что в двери обители стучались проезжие. На моей памяти прежний настоятель не отказывал нуждающимся в помощи.

– И все же, это выглядит подозрительно, – проговорил князь. – А значит, нам надо отыскать эту душу и поговорить с ней, чтобы исключить причастность призрака девушки к происходящему в обители. – Арбенин наклонился к Карату и приказал: – След, Карат. Искать.

Призрачный пес тявкнул, затем принялся нюхать воздух вокруг нас.

– Он что, может уловить следы призрака? – поинтересовалась я.

– Все оставляет свой след, – ответил Николай. – Даже те, кто давно умер.

– Здесь множество призраков, – удивилась я.

– Но женщин всего две, полагаю, они имеют свой аромат. Варвару Карату искать не нужно, что понятно и без лишних слов. Мир мертвых не так прост, как нам кажется. Для нас они просто бестелесные духи. Конечно же, у призраков нет запахов в привычном понимании этого слова. – ответил князь. – И нам с вами этого не уловить. К тому же девушка только что была в коридоре. След ее души самый яркий.

– О! – только и смогла сказать я. – Даже не слышала о таком!

– Это что? Он меня может унюхать? – восхитилась Варвара Потаповна.

– К сожалению, Карат чувствует только след светлых душ, таких, как он сам. Поэтому в поиске темных он, увы, бесполезен. Но сейчас Карат справится. Вы ведь сказали, что призрак был светлым, – закончил Арбенин и оказался прав.

Призрачный пес неожиданно тявкнул и бросился вперед. Николай поспешил за ним, а уже следом побежали и мы с Анатолем. Шуйский призрака не видел, поэтому мог ориентироваться только по нам с Арбениным.

Вот мы повернули за угол. Коридор тянулся дальше. По обе стороны находились двери, за которыми скрывались кельи.

Карат все бежал. Мы спешили за ним, оставив за спиной жилую часть обители, петляя в переплетении узких ходов здания. Когда впереди показался тупик, Карат вдруг в нерешительности остановился и принялся вертеться на месте, принюхиваясь к запахам. Но, как мне показалось, ничего уловить не мог.

– Где мы? – отдышавшись, спросила я, рассматривая помещение, в котором оказалась. Это была просторная, широкая комната. Четыре мраморных фигуры мужчин, одетых в облачение, стояли по углам, смиренно склонив головы над руками, сложенными в молитвенном жесте. На стенах чадили факелы. Окон здесь не было, отчего в помещении сильно пахло ладаном и маслом.

– Карат? – обратился к псу Николай Дмитриевич. – Ищи.

Пес тявкнул и бросился обнюхивать стены. Он то поднимался на лапы, царапая прозрачными когтями камень, а то и вовсе проходил сквозь стену, проваливаясь до середины туловища. Бедняга очень хотел помочь и выполнить приказ хозяина, но, кажется, не справлялся.

– Может она вообще через стену упорхнула, – предположила Варвара. – И ищи свищи эту девушку!

– Вы знаете, что это за комната? – спросила я у Анатоля, который стоял, спокойно сложив руки за спиной.

– Да, – ответил Шуйский. – Дальше нет ничего. Ранее этот зал использовали для проведения обрядов. Еще при жизни прежнего Настоятеля здесь находился алтарь для дарственных даров богам. Мы с братьями ставили свечи, приносили цветы и вино. В особый день года, когда праздновалась жатва, подношения оставляли на алтаре на всю ночь. Утром смотрели, сколько оставалось в бокале вина, завяли ли цветы и прогорели ли свечи.

– Цветы? – оживилась я. – Уж не лилии?

– Нет, – покачал головой Анатоль. – Цветы могли быть любыми. Просто живые, а не созданные бытовыми магами.

– Понятно, – я опустила плечи, ощутив разочарование.

Куда мог скрыться призрак? Прошел сквозь стену? Но тогда почему Карат не может найти след?

Я не была готова сдаться. Чувствовала, что призрак девушки имеет отношение к смертям. Возможно, она что-то видела и, в отличие от призраков монахов, готова пойти на контакт, поэтому и показалась мне?

Чтобы хоть чем-то занять себя, я пошла вдоль стен, рассматривая статуи монахов и неожиданно поняла: они отличались. Если не присматриваться, то статуи казались одинаковыми, вот только руки…

– Боюсь, мы потеряли след, – Арбенин посмотрел на поникшего Карата. Пес сел и заскулил, слабо вильнув хвостом, будто извиняясь.

– Посмотрите на руки монахов, – позвала я мужчин.

Анатоль приблизился ко мне.

– Вот, – я указала на пальцы первой статуи. Варвара подплыла ко мне, зависла за плечом и принялась рассматривать монаха.

– Руки как руки, – проговорила душа.

– Ничего не вижу, – пожал плечами Шуйский.

– Тогда посмотрите на этого монаха, – позвала я, переместившись ко второй скульптуре.

Анатоль нахмурился, а вот Николай, после беглого осмотра рук монахов, взглянул на меня и произнес:

– Только женщина может обратить на подобное внимание.

Я усмехнулась.

– К вашему сведению, Николай Дмитриевич, я не особо люблю украшения, но здесь меня заинтересовали кольца. Видите, – я указала Анатолю на перстень, украшавший средний палец второй статуи, – он гладкий. А значит…

– Значит, к нему прикасались.

– Терли, – кивнула я. – Да так, что камень стал совсем гладким. Что, если…

Анатоль посмотрел на меня другими глазами. В его взоре промелькнуло одобрение, а я подавила слова, готовые сорваться с губ. Потому что объяснение было уже ни к чему, ведь маг и так все понял, без лишних слов. А я мысленно похвалила себя, хотя не могла понять, как можно было не заметить столь очевидные вещи, как гладкие кольца на пальцах статуй? Скульптор изобразил кольца на разных пальцах. Если у первой статуи перстень красовался на большом пальце правой руки, то у второй он был на среднем, у третьей на безымянном, а у четвертой и вовсе на мизинце левой.

– Ай, да Полиночка! – возликовала Варвара Потаповна и одарила меня такой довольной улыбкой, словно я была ее ребенком и она гордилась моими первыми достижениями.

Шуйский обошел все статуи и сказал:

– Вы правы, княжна. Можно попробовать.

– Здесь определенно есть потайной ход, – согласился Арбенин, – но мы не знаем последовательности, в которой надо прикасаться к кольцам.

– Думаю, в этом я смогу помочь, – заметил Анатоль и поднял руки, выпуская магию.

Как и прежде, его сила открыла старые следы, поднимая силуэты тех, кто когда-то находился в комнате. Вот мы увидели несколько братьев обители. Но они лишь потоптались в помещении и исчезли. Дальше проявился силуэт высокого мужчины. Он тоже постоял в центре комнаты, кажется, молясь, затем ушел. И лишь с третьей попытки Анатолю удалось задуманное.

Я во все глаза следила за темной фигурой монаха, который передвигался от статуи к статуе, касаясь к перстням: большой палец, указательный, мизинец и безымянный, а затем просто прошел через стену между вторым и третьим монахом. Нетрудно было догадаться, что именно там находился проход.

– Вот и наш код, – похвалил Шуйского Арбенин. – Но, прежде чем мы отыщем тайный ход, надо позвать остальных, – добавил князь. – То, что мы найдем, может быть опасно.

– Тогда оставайтесь здесь. За Степаном, Зиновием и Нестором пойду я. Хотя бы потому что лучше знаю обитель и не заблужусь в лабиринте этих коридоров, – предложил Анатоль.

– Хорошо, – ответил Николай Дмитриевич. – Ступай. Мы останемся здесь с Полиной Ивановной и будем ждать вашего прихода.

Князь посмотрел на Варвару Потаповну и вдруг попросил:

– Вы не могли бы сопроводить Анатоля? На случай если рядом покажутся души монахов?

Потаповна даже встрепенулась.

– Я не хочу, чтобы Настоятель узнал, где мы и что делаем, – объяснил призраку Арбенин.

– Полагаете, он может быть замешан в этом деле? – спросила я.

– Скажем так: это мера предостережения, – ответил Николай.

– Зачем ему тогда просить нас о помощи? – я задала вопрос и тут же осеклась, вспомнив дело в шахте, когда Огинский буквально бросил нас на растерзание демону.

– Я с радостью! – сказала Варвара Потаповна и вместе с Анатолем, они поспешили выполнить поручение князя, оставив нас с Николаем наедине. Это, если не считать Карата.

Едва стихли шаги Шуйского, как для меня время потянулось в ожидании. Чтобы хоть как-то его убить, я принялась ходить от статуи к статуе, рассматривая лики, спрятанные под капюшонами. Все они оказались разными. Скульптор постарался на славу. Ведь, казалось бы, кто станет заглядывать под капюшоны монахам?

– Вы очень наблюдательная девушка, – голос Николая заставил меня застыть подле очередной статуи. По спине пробежали мурашки, и я невольно поежилась: с чего быть подобной реакции?

– Поистине, ценное приобретение для моего агентства, – добавил Арбенин. Он подошел и встал рядом. Заложив руки за спину, князь тоже принялся рассматривать статую.

– У них лица разные, – проговорила я и тут же поняла, насколько глупо прозвучала фраза.

– Вряд ли это играет важную роль, – Николай повернул голову и посмотрел на меня, отчего создалось ощущение, что он просто ищет повод поговорить со мной, воспользовавшись ситуацией. Но о чем? О работе?

Наши взгляды встретились и снова по телу пробежали мурашки.

– Как полагаете, что мы найдем за стеной? – выпалила я, ощутив волну неловкости, которая грозилась окатить мои щеки румянцем. А вот это мне не надо! Вдруг Арбенин еще что-то себе придумает? Он внимательный, чуткий и умный. Сразу поймет, что интересен мне не только как работодатель.

Я поспешно перевела взгляд на стену, за которой находился тайный ход, или комната. Сердце в груди забилось так быстро, словно я не стояла на месте, а бежала сломя голову. Даже дышать стало трудно.

Ну почему Анатоль и другие все не возвращаются, подумала, а потом поняла, что прошло слишком мало времени.

– Тело, – вдруг произнес Николай и я закусила губу.

– Что? – спросила тихо.

– Вы поинтересовались моим мнением о том, что скрывается за стеной, – улыбнулся мягко князь. – Насколько мне подсказывают опыт и интуиция, там находится тайная комната, а в ней тело девушки, чей призрак вы видели недавно, и кто привел нас сюда. Скорее всего, она хочет, чтобы мы ее нашли.

– Одни загадки, – я вздохнула, стараясь отвлечься от размышлений на тему «Николай Арбенин и почему я так реагирую на князя». – Эта обитель полна светлых душ, но у меня создалось такое ощущение, что все добропорядочные служители здесь закончились.

– Религия всегда была особой силой, которую нельзя недооценивать, – взгляд Николая скользнул по моему лицу, опускаясь от глаз на губы. Затем мужчина резко перевел взгляд и устремил его на статую. Я же отошла от князя и встала напротив стены, за которой, возможно, скрывалось то, что мы ищем.

– Душа была светлой, – сказала я, – значит, она не может держать ответ за убийства, произошедшие в этих стенах.

– И все же, я надеюсь, что мы найдем ответ, или хотя бы подсказку, – Арбенин был спокоен и уверен в себе. Я сделала глубокий вдох и постаралась взять себя в руки. А еще отчаянно ждала возвращения Варвары. Когда спустя несколько минут слуха коснулся торопливый топот шагов, Карат протяжно тявкнул, и я выдохнула с облегчением.

Варвара Потаповна влетела первой, опередив следовавшего за ней Анатоля и остальных магов агентства.

– Ох! – только и проговорила душа. Тон ее голоса и взгляд сказали мне больше любых слов.

– Вас видели! – произнесла я, чувствуя, что права.

– Боюсь, что да, – поникла душа.

Анатоль вошел в комнату и быстро проговорил, выступив на защиту незримого призрака.

– Она не виновата. Коридоры слишком резко поворачивают.

– А этот призрак выскочил, как черт из табакерки! – подхватила слова Шуйского старая дама. – Увидел нас и деру дал! Шустрый такой, как заяц! – возмутилась она. – Я-то первым делом господину Шуйскому все и сказала. Так что мы спешили, как только могли.

– Но не факт, что уже сейчас сюда направляется Настоятель и братья обители, – закончил за Варвару Анатоль. – Нам следует спешить.

– Действуй, – кивнул Шуйскому князь и Анатоль набрал нужный код, потерев перстни в особой последовательности. Я ничуть не удивилась, услышав тяжелый шорох и звук отодвигаемой стены, часть которой ушла во тьму, открыв проход в таинственные глубины обители.

– Все это чудесно, – сказал Зиновий, приблизившись в открывшемуся проходу, – но, если мы сейчас зайдем, а дверка раз и закроется?

– Ты прав. Кто-то должен остаться, – согласился Арбенин. – Возможно, для того, чтобы выйти тоже нужно задействовать какой-то код или сигнал. А у нас может не оказаться времени, чтобы искать код по ту сторону. Так что, Зиновий, запоминай, – улыбнулся князь и удивленный великан, вздохнул, явно уже пожалев о необдуманных словах, сорвавшихся с губ.

Пока Арбенин называл Мамаеву последовательность, а тот запоминал, я подошла ближе к черному проходу. Из темноты пахло затхлым воздухом, сыростью и…

– Гниль, – прошептала я с тревогой. Мне стало не по себе, потому что в тот миг я поняла: Николай не ошибся. Мы не найдем ничего приятного в этой темноте. Но отступать нельзя. Надо разобраться до конца, что произошло в обители и кто убивает братьев.

– Мамаев, мы надеемся на тебя, – сказал Зиновию Анатоль.

– Карат, вперед, – велел псу Арбенин и, пробудив на ладони огненный шар, первым шагнул в темноту.

Глава 39 Увядшие лилии

– Что у вас всех с лицами? – взволнованно спросила Варвара Потаповна. – Полиночка, почему это ты прикрываешь нос платком?

Я ничего не ответила, подумав лишь о том, как повезло душе, что она не чувствует больше запахи. Потому что дышать было невыносимо и никакой платок не спасал положение – вонь пробивалась через ткань, раздражая обоняние.

Скудный ужин просился наружу. Я старалась не дышать носом. Боялась, что еще немного и не выдержу! А так не хотелось опозориться перед агентами!

Этот сладкий и отвратительный запах смерти был повсюду. Я успела даже испугаться, что моя одежда пропитается им насквозь!

– Полина, вам лучше на это не смотреть, – произнес Шуйский, когда коридор закончился просторной комнатой, лишенной даже намека на окна. Нашим взорам предстала квадратная каменная коробка с сырыми стенами, сочившимися влагой, и…

– Боже, – я поспешно отвернулась, когда взгляд выхватил тело девушки, лежавшей на полу.

Варвара Потаповна вскрикнула, а затем тоже отвернулась и начала отчаянно бормотать под нос молитву. Арбенин подошел ближе к телу и, присев рядом с несчастной на корточки, поманил к себе магический огонек.

Пламя спустилось ниже, и князь осмотрел девушку.

– А вот и цветы, – проговорил он, разглядывая увядшие лилии, которыми буквально был устлан пол под телом мертвой. – По крайней мере, с этой загадкой все понятно.

Справившись с очередным приступом тошноты, я заставила себя повернуть голову, но тут же тихо вскрикнула, увидев то, что находилось на противоположной входу стене.

То, что я не заметила сразу. Или, если быть точнее, того…

– Что здесь могло произойти? – проговорил Николай, размышляя вслух. Он не стал касаться тела несчастной, встал, осторожно обошел тело и, приблизившись к стене, посмотрел на мужчину, прикованного цепями.

– Еще один мертвец и, судя по сроку разложения, умерший немногим позже девушки, – высказал предположение Арбенин.

Я скользнула взглядом по светлому платью и темным волосам той, кто лежала на каменном полу. Посмотрела на цветы, сохранившиеся лучше, чем бедняжка, вспомнила призрак, явившийся мне этой ночью, и поежилась от неожиданного холода, пробежавшего по плечу. Оглянувшись, встретила взгляд призрака, зависшего за моей спиной.

– А у нас тут гости, – сказала Варвара Потаповна и Николай повернул голову, взглянув на призрак девушки, чье тело сейчас лежало на полу.

– Мы пришли помочь, – произнес он, пристально глядя на душу.

Она была светлая и очень красивая, с большими, печальными глазами, в которых плескалась горечь. Призрак не сказала ни слова, лишь подплыла к мужчине, закованному в цепи и несколько секунд, висела в воздухе, рассматривая незнакомца.

– Кто он и что с вами произошло? – спросил Арбенин.

Душа обернулась, смерила князя взглядом, а затем подняла руку и указала на меня. Я невольно отступила на шаг не понимая, почему призрак выделил именно меня. Душа подняла руку к своему горлу и сделала резкое движение, словно перерезала его.

– Ужас какой! – проворчала Варвара Потаповна. – Кажется, бедняжку зарезали.

– Думаю, девушка хочет сказать, что женщине не место в обители, – заметил Николай, обратившись ко мне. А потом подошел ближе к призраку убитой и тихо попросил: – Вы можете поговорить с нами?

Девушка посмотрела на Арбенина и отрицательно покачала головой, а затем открыла рот и показала на свой язык. Точнее, на то, что от него осталось.

– Боже! Боже! – проговорила Потаповна, озвучив мои мысли. – Кто это так с тобой, а? Бедная, – моя призрачная старшая подруга покачала головой, – бедная девочка.

– Может, расскажете нам, что здесь происходит? – не выдержал Анатоль. – Я не слышу призрака, но чувствую, что он здесь.

– Это девушка. Именно ее увидела в коридоре обители княжна, – быстро объяснил князь. – Она не может говорить. Ей перерезали горло, но прежде отрезали язык, видимо, чтобы не кричала.

– Какая жестокость, – Варвара Потаповна не выдержала. – Я лучше полечу отсюда и составлю компанию Зиновию. Не могу видеть этот кошмар.

Душа развернулась и улетела, оставив нас. В тот момент я снова позавидовала призраку.

– Этот человек, – Арбенин привлек внимание призрачной девушки, – кто он и за что его приковали цепями?

Девушка пожала плечами.

– Это он вас убил? – спросил Николай Дмитриевич.

Душа тут же яростно качнула головой и вдруг настороженно застыла. Я снова ощутила холод. На этот раз он был сильнее и яростнее. Ледяной воздух струился со всех сторон и нехорошее предчувствие сжало мое сердце.

Карат обеспокоенно метнулся в сторону, затем бросился к хозяину и снова отбежал от него, прыгнув в темный коридор. Он словно просил нас покинуть тайное место, где нашли свою смерть двое несчастных людей.

– Анатоль, – не обращая внимания на усиливающийся холод, Николай обратился к Шуйскому, – попробуй пробудить здесь тени. Я хочу знать, что здесь произошло.

Бывший служитель богов быстро кивнул и подошел к телу, призывая магию. Я же стояла, обхватив себя руками за плечи и следила за реакцией призрака девушки.

Она волновалась, но при этом неотрывно следила за действиями Шуйского. А когда Анатоль резко опустил руки, ударив магией по холодным камням пола, душа словно застыла, а вместе с ней замерла и я, когда поняла, что магия не отзывается.

– Не получается, – произнес спокойно Анатоль. – Кто-то уже поработал здесь и уничтожил все следы светлой магией. Кто-то из братьев обители. – Он поднялся на ноги и, достав из кармана платок, вытер ладони.

Карат был первым, кто услышал шаги. Пес повернулся в сторону выхода и, вскинув голову, тихо зарычал. Призрак девушки издал короткий вскрик и бросился в сторону, ускользнув через стену. Миг спустя из темноты коридора на свет магического пламени вышел Зиновий. Следом за ним, ступая мягко и почти бесшумно, вошли братья обители, следом за которыми с виноватым видом летела Варвара Потаповна. Впрочем, это было еще не все, потому что призрачной стеной за монахами стояли души почивших братьев обители. Все те, кого мы видели в здании.

– Я не успела, – проговорила Варвара Потаповна дрожащим голосом. – Они появились внезапно! И сразу поспешили сюда. И этот их брат… – проворчала она, но так и не закончила фразу, потому что один из монахов откинул назад капюшон, скрывавший его лицо, и поднял голову. Я видела этого монаха впервые и поразилась глубине и холоду синего взгляда молодого мужчины, едва разменявшего третий десяток лет. А еще как-то сразу стало понятно, что несмотря на относительно юный возраст, он является старшим по сану среди окруживших нас братьев обители.

– Вас пригласили сюда не для того, чтобы вы совали свои носы туда, куда не следует, – произнес незнакомец. – Мы мирные люди, но до тех самых пор, пока не нарушаются наши законы, установленные самими богами, – продолжил он и, медленно подняв руку, шевельнул пальцами, выпуская светлую магию, очень похожую на ту, которой владел Анатоль.

Я невольно попятилась к агентам. Николай вышел вперед и закрыл меня собой, что не укрылось от быстрого взгляда старшего монаха.

– А как же закон, запрещающий причинять вред гостям обители?

По губам монаха скользнула легкая улыбка, которая, впрочем, была далека от радостной.

– Мы не собираемся причинять вам вред. Просто выполните свою работу, получите плату и уходите, – сказал он. – А эти люди, – взор говорившего обратился к девушке и прикованному к стене мужчине, – их судьба вас не касается. Они посмели нарушить наши законы, за что и получили свою кару.

Я нервно сглотнула, подавив в себе желание вцепиться в руку Арбенина, ища в нем защиты. Вот нисколечко в меня не вселяли веру слова мерзкого монаха о том, что нас, дескать, отпустят. Слишком уж недобрыми были глаза, сверкавшие холодом.

– Ну что вам стоило просто отыскать убийцу, уничтожить его и отправиться восвояси? – спросил старший из монахов. Он единственный говорил. Остальные братья обители молчали, как и те призраки, кто стояли за их спинами. Я посмотрела на скрещенные руки живых священнослужителей и вздрогнула, заметив светящуюся магию под соединенными ладонями мужчин.

– Мы всегда тщательно выполняем свою работу, – спокойно сказал князь Николай. – Не зная истока проблемы, ее не решить.

– Просто найдите убийцу. Остальное вам знать не надо! – не выдержал монах, рявкнув на Арбенина.

И тут холод стал почти невыносимым. Мне показалось, что меня приняла в свои объятия сама зима.

Не выдержав, я обернулась. Взгляд вырвал из копошащихся теней на стене одну: огромную, черную, вытягивающуюся вперед. Она будто выливалась, текла меж камней, соединяясь в нечто огромное и пугающее до дрожи в коленях.

Схватив Николая за руку, я потянула ее на себя, привлекая внимание князя. Стоит отдать ему должное. Он не стал задавать глупых вопросов, просто обернулся и впился в мое лицо взглядом.

– Темная душа! – прошептала я, удивляясь, как это Арбенин не видит кошмарную высокую фигуру, растянувшуюся на большую часть комнаты, закрывшую собой несчастного, умершего в цепях.

– Где? – быстро спросил Николай и мои подозрения подтвердились: он не видит опасности!

Разбираться, что к чему, не было времени. Я просто вскинула руку, заметив, что Анатоль, пока мы с князем объяснялись, следил за нами. Шуйский быстро оценил ситуацию. Он резко вскинул руку. Магия, дрожавшая на его пальцах, сорвалась в сторону стены с мертвецом, но тень оказалась слишком проворной. Она словно предугадала момент удара и растеклась по сторонам, спрятавшись с естественными тенями, сливаясь с ними. Так что магия Анатоля ударилась чуть выше тела, висевшего на цепях.

– Матушка-заступница и все добрые боги! – взвизгнула Варвара Потаповна и полетела прочь из комнаты.

– Что? – рявкнул старший монах.

Прошло несколько долгих секунд, прежде чем он понял, что произошло.

– Оно здесь? – спросил монах и начал смотреть по сторонам, подобно своим братьям. Вот только никто из присутствующих, за исключением меня, не видел, как тень снова поднялась над каменным полом и стеклась в высокую фигуру, одетую в черное облачение.

– Он снова здесь! – вскрикнула я.

– А это проблема, – проговорил Николай.

– Уходим, – принял решение старший монах и развернувшись к выходу, первым бросился вон из комнаты. Следом за ним побежали братья обители, а призраки умерших монахов с жутким воем разлетелись в разные стороны. Толку от них было мало, как и проку. Зато я поняла, для чего были нужны все эти светлые души. Все просто: они следят за теми, кто живет в обители. И если кто-то нарушает законы аллесианцев, тут же докладывают Настоятелю, а уж он карает нерадивых своей праведной дланью. Впрочем, откуда в Настоятеле Павле праведность? Смех, да и только. В тот миг мне показалось, что в обители нет ни одного монаха, который после смерти сможет стать светлой душой.

– Так, Полина, где темная душа? – крикнул Анатоль.

Я неотрывно следила за призраком, словно сотканным из черного дыма. Он осторожно склонился над телом девушки, бережно поднял в пола несколько лилий, после чего стремительно взлетел вверх и…

…пронесся мимо нас, обдав потусторонним холодом, от которого у меня даже зубы занемели, как от глотка горной родниковой воды. А миг спустя из темноты коридора раздался вопль, полный отчаяния, и мое сердце сжалось от ужаса.

– Скорее! – Николай потянул меня прочь из комнаты. – За ними.

– С монашков станется запереть нас в этой зловонной клоаке! – согласился Степан, и мы побежали.