Текст книги "After 3 (ЛП)"

Автор книги: Анна Тодд

сообщить о нарушении

Текущая страница: 54 (всего у книги 63 страниц)

– Нет, нет. Ты ничего не сделал. Это моя проблема, – ее губы дрожат.

– Оу, – мне жаль, что я не смог сказать что-то еще, что-то лучше, что-нибудь.

– Да, – она тянет руку вниз живота, и я чувствую, как в машине исчезает весь воздух.

Как это мерзко, как я мерзок, моя грудь разрывается; маленькие девочки с каштановыми волосами и с серо-голубыми глазами, маленькие белокурые мальчишки с зелеными глазами, маленькие чепчики, крошечные носочки со зверушками – все виды дерьма, от которого мне хочется блевать, вихрем проносятся в моей голове, и я чувствую головокружение, когда они вырываются прочь, лишая нас воздуха, и уносятся туда, где умирают мечты о будущем.

– Я имею в виду, вполне возможно, есть небольшой шанс. Но будет большой риск выкидыша, и мой уровень гормонов – он очень плохой, так что я не думаю, мне придётся изводить нас вечными попытками забеременеть. И, в случаи чего, я бы просто не смогла справиться с потерей ребенка, или пытаться безрезультатно несколько лет. Наверное, быть матерью просто не для меня.

Она говорит все это, пытаясь заставить меня чувствовать себя лучше, но это не убеждает меня, не позволяет ей думать, будто она держит все под контролем, ведь очевидно, что это не так. Она смотрит на меня, ожидая, что я что-то скажу, но я не могу. Я не знаю, что ей сказать, и я не могу ничем помочь, я чувствую злость, обиду по отношению к ней. Это чертовски глупо и эгоистично и совершенно неправильно, но блядь, я это чувствую, и я боюсь, что если открою рот, буду говорить то, чего не стоит. Если бы я не был таким мудаком, я бы утешил ее. Я бы поддержал ее и сказал, что все будет хорошо, что мы можем и не иметь детей, мы можем усыновить, или что-нибудь еще, или вообще ничего.

Но вот как в реальности: мужчины не литературные герои, они не меняются в одночасье, и часто мы не можем что-то предпринять, поступить как надо в этой чертовой жизни. Я не Дарси, а она не Элизабет.

Тесса едва сдерживает слезы, когда пищит:

– Скажи что-нибудь?

– Я не знаю, что сказать, – мой голос еле слышен, и в горле стоит ком. Такое чувство будто я проглотил горсть пчел.

– Ты не хотел детей, так? Я не думала, что это будет иметь такое значение… – если я сейчас посмотрю на нее, увижу, что она плачет.

– Я не хотел, но теперь, знать, что это невозможно…

– Оу, – я рад, что она перебила меня, потому что кто знает, что бы я ляпнул дальше.

– Ты можешь просто отвезти меня обратно… – я киваю и завожу машину. Это пиздец, когда то, чего вы никогда не хотели, так вас ранит.

– Прости, я просто… – я останавливаюсь; никто из нас не в состоянии закончить предложение.

– Все нормально, я понимаю, – она опирается локтем на открытое окно. Ясно, она пытается спрятаться от меня как можно глубже.

Чувства подсказывают мне, что нужно утешить ее, подумать о ней и о том, как это влияет на нее и как она сейчас себя чувствует. Но мой разум настроен однозначно, чертовски однозначно, и я злюсь. Не на нее, на ее тело, на ее маму за то, что она родилась с этим, что все не функционирует как нужно. Я зол на весь мир за то, что, черт побери, он нагнул меня снова, и я злюсь на себя за то, что не могу сказать ей ничего, пока мы едем через город.

========== Глава 286. ==========

Песни к главе:

The Fray – Syndicate

The Fray – Ungodly Hour

Taylor Swift – Treacherous

One Direction – Through The Dark

***

POV Гарри

Несколько минут спустя я чувствую это, тишина настолько громкая, что она причиняет боль. Тесса пытается сидеть тихо сбоку от меня, но я слышу ее дыхание, и как она пытается сдерживать себя, контролировать свои эмоции.

В груди все чертовски сжимается, пока она просто сидит рядом, позволяя моим словам обосновываться в ее голове. Почему я всегда так дерьмово поступаю с ней? Я всегда говорю неправильные вещи, независимо от того, сколько раз я обещаю, что не буду. Неважно, сколько раз я пообещал, что буду меняться, я все время это делаю. Я всегда отдаляюсь от неё, оставляя её разбираться со всем дерьмом самой. Не в этот раз.

Я не могу сделать это снова; она нуждается во мне больше, чем всегда, и это мой шанс показать ей, что я могу быть рядом, когда она так нуждается. Тесса не смотрит на меня, когда я проворачиваю руль и останавливаюсь на обочине. Я включаю аварийку и надеюсь, что проклятые копы не появятся, еще больше все усложнив.

– Тесс, – я пытаюсь привлечь ее внимание, пока мои мысли мечутся. Она не отводит глаз от своих рук, лежащих на коленях, – Тесса, пожалуйста, посмотри на меня, – я тянусь чтобы прикоснуться к ней, но она отдергивается, и ее рука громко ударяется об дверь, – Эй, – я отстегиваю ремень и наклоняюсь в ее сторону, беру оба ее запястья в свои руки.

– Я в порядке, – она слегка приподнимает подбородок, показывая, что все нормально, но её красные глаза говорят об обратном.

– Ты не можешь припарковаться здесь, это оживленное шоссе.

– Мне плевать, где я припарковался. Я все испортил, я больной наголову, – я запинаюсь, подбирая нужные слова, – Мне так жаль. Я не должен был так реагировать.

После нескольких ударов её сердца, она поднимает глаза на меня, и смотрит мне в лицо, избегая встречаться взглядом.

– Тесс, не закрывайся от меня снова, пожалуйста. Я так сожалею, я не знаю, чем я думал. В любом случае, я даже не рассматривал идею о том, чтобы иметь детей, и вот сейчас я заставляю тебя чувствовать себя плохо, из-за этого дерьма… – мои слова кажутся еще жальче, когда я произношу их.

– Ты тоже имеешь право быть расстроенным, – спокойно отвечает она, – Я просто нуждалась в тебе, чтобы поговорить об этом… – последнее слово она произносит так низко, что ее едва слышно.

– Мне наплевать, что ты не можете иметь детей, – выпаливаю я. Блядь, – Я имею ввиду, мне наплевать на детей, которых мы не сможем иметь.

Я пытаюсь исправить ситуацию, которую сам создал, но выражение её лица ясно дает понять, что все становиться еще хуже.

– То что я пытаюсь сказать – лучше того дерьма, что я несу. Я пытаюсь сказать, что люблю тебя, и я бесчувственный мудак, потому что меня не было все это время. Я так привык обращать внимание в первую очередь на свои чувства, и я сожалею об этом, – мои слова, кажется, оживили её, и она решилась смотреть мне прямо в глаза.

– Спасибо, – она освобождает запястье из моих рук, и я не хочу отпускать ее, но я чувствую облегчение, когда она поднимает руку, просто чтобы вытереть свои глаза.

– Мне жаль, что ты чувствуешь, будто я оставил тебя, – но я уверен, что у нее есть что сказать мне, – Не сдерживайся. Я знаю тебя; скажи то что должна сказать.

– Я ненавижу то, как ты отреагировал, – фыркает она.

– Я знаю, что я…

Она вытягивает руку перед собой

– Я еще не закончила, – она прочищает горло, – Я всегда хотела быть матерью, сколько я помню. Я была как любая другая девочка, играющая в куклы. Быть матерью-было для меня очень важно. Я никогда не задумывалась и не беспокоилась о том, что я могу ею не стать.

– Я знаю, мне…

– Пожалуйста, дай мне договорить, – она стискивает зубы

Так, я действительно должен заткнуться, вот хотя бы раз. И вместо ответа, я просто киваю и молчу.

– Сейчас я чувствую эту невероятную потерю. И у меня нет сил, чтобы беспокоиться о том, что ты меня обвиняешь. Это нормально, что ты тоже чувствовать утрату. Я хочу, чтобы ты не прятал от меня свои чувства, но у тебя не было этой мечты, что разрушилась сейчас. Еще десять минут назад ты не хотел детей, поэтому я не думаю, что это справедливо по отношению ко мне.

Я жду пару секунд и поднимаю бровь, как бы спрашивая разрешения начать говорить. Она кивает, но тут раздается громкий гудок, заставляя Тессу едва не выскочить из машины.

– Я отвезу тебя обратно к Вэнсу, – говорю я, – Но я хотел бы остаться и побыть с тобой, – Тесса смотрит в окно, но едва заметно кивает, – Я имею ввиду, чтобы утешить тебя. Я должен быть рядом, – она закатывает глаза, все еще едва заметно.

POV Тесса

Гарри и Вэнс неловко обмениваются взглядами, когда мы проходим мимо них в коридоре. Так странно, что Гарри здесь со мной после всего, что произошло. Я не могу не заметить то, как он старается и его самообладание, которое он проявил, придя в этот дом-дом Вэнса.

Проблем столько, что трудно сосредоточиться на чем-то одном: поведение Гарри в Лондоне, Вэнс и Энн, смерть моего отца, мое бесплодие.

Это слишком и, кажется, этому не будет конца.

Но мое облегчение от того, что я наконец-то рассказала ему о своем бесплодии – огромно.

Но всегда есть, какая-та не состыковка, которая появляется, когда не ждешь, и всегда падает на плечи одного из нас.

И сейчас это НьюЙорк.

Я не знаю, должна ли я рассказать об это сейчас, когда между нами и так все непросто. Я ненавижу то, как Гарри отреагировал, но благодарна за то, что он проявил раскаяние за тотальную невнимательность к моим чувствам. Если бы он не вернулся и не извинился, я не думаю, что заговорила бы с ним когда-либо снова.

Не могу сосчитать, сколько раз я намеревалась прекратить все, говорила об это, клялась себе с тех пор как встретила его. Я должна сделать себе одолжение и научиться придерживаться своих слов.

– О чем ты думаешь? – спрашивает он, закрывая за собой дверь спальни.

– О том, что я бы не разговаривала с тобой, – отвечаю я честно, без всякого сомнения.

– Что? – он подходит ко мне ближе, и я отступаю назад.

– Если бы ты не извинился, мне бы было нечего тебе сказать.

– Знаю, – он вздыхает, проводя рукой по волосам.

Я не могу перестать думать о том, что он сказал: «Я не хотел, но сейчас, когда это невозможно…»

Я все еще в шоке от этого, и это точно. Я никогда не думала, что услышу от него такие слова. Казалось бы, его мнение изменить не получится; но, все же, как всегда в наших ненормальных отношениях, оно поменялось как раз после того, как все стало невозможным.

– Иди ко мне, – Гарри распахивает объятия, зовя меня к себе, но я мешкаю, – Пожалуйста, позволь мне утешить тебя так, как я должен был. Позволь мне говорить с тобой и выслушать тебя. Прости меня.

И я иду в его объятия. Это чувствуется не так как раньше, более прочнее и реальнее, чем раньше. Он обнимает меня крепче, прикасается щекой к моей макушке. Его волосы, с боку слишком длинные, щекочут мне кожу, и я чувствую, как он прикасается губами к моим волосам.

– Расскажи мне, как ты себя чувствуешь. Расскажи мне все, о чем ты со мной не говорила, – произносит он, усаживая меня рядом с собой на кровати. Я скрещиваю ноги, а он облокачивается о спинку кровати.

Я рассказываю ему все. Рассказываю о моей первой консультации, на которую я пошла для того, чтобы мне назначили противозачаточные таблетки. Рассказываю о том, что я знала о возможной проблеме еще до того, как мы уехали в Лондон. Он стискивает зубы, когда я говорю ему, что я не хотела, чтоб он знал, и сжимает кулаки, когда я говорю, что боялась, что он будет счастлив по этому поводу. Он молчит и перебивает меня, едва я успела сказать, что собиралась как можно дольше ему об этом не говорить.

– Почему? Зачем тебе это? – он опирается на локти и пододвигается ближе ко мне.

– Я думала, ты обрадуешься, и не хотела этого видеть, – я пожимаю плечами, – Я бы лучше держала это в себе, чем услышала о том, какое это для тебя облегчение.

– Если бы ты сказала мне об этом перед поездкой в Лондон, все было бы по-другому.

– Да, еще хуже, я уверена, – я пристально смотрю на него. Я надеюсь, он не будет винить меня в том, что произошло в Лондоне.

– Ты права. Ты знаешь, что ты права, – он, кажется, хорошо подумал, прежде чем говорить, еще одно улучшение.

– Я рада, что не говорила никому, прежде, чем не выяснила наверняка.

– Я рад, что я первым об этом узнал, – он смотрит мне в глаза.

– Я сказала Ким, – я чувствую себя немного виноватой за то, что сначала не сказала все ему, но его не было рядом, чтобы побыть со мной.

– Что ты имеешь в виду, ты сказала Ким? Когда? – Гарри хмурится.

– Я уже давно сказала ей о моей проблеме.

– Ким знала, а я нет?

– Да, – я киваю.

– А Лиам? Он тоже знает? Карен? Вэнс?

– Почему Вэнс должен знать? – я раздражена. Он смешон.

– Ким вероятно сказала ему. Лиаму ты тоже сказала?

– Нет, Гарри. Только Кимберли. Я должна была рассказать кому-то, и не могла достаточно полагаться на тебя, чтоб рассказать это.

– Ох, – его тон грубый и его хмурость подавляет.

– Это правда, – я сказала тихо, – Я знаю, что тебе неприятно это слышать, но это правда. Ты, похоже, забываешь о том, что не хотел иметь со мной ничего общего до того, как умер мой отец.

POV Гарри

–Я всегда хотел тебя, ты знаешь это. Я просто не мог остановиться разрушать единственную хорошую вещь в моей жизни, и мне очень жаль. Я знаю, это так мерзко, что у меня это заняло так много времени, и меня раздражает, что твоему отцу пришлось умереть, чтобы привести мою задницу в форму, но сейчас я здесь – и люблю тебя больше, чем когда-бы то ни было, и меня не волнует, что у нас не может быть детей, – определенно, мне не нравилось то, как она смотрела на меня, и я вызывающе добавил: – Выходи за меня.

Она посмотрела на меня с ужасом.

– Гарри, ты не можешь так просто сказать это, прекрати это говорить! – ее руки лежали на груди, словно она защищала себя от моих слов.

– Хорошо, сначала я куплю тебе кольцо..

– Гарри, – предупредила она, сжимая губы в тонкую линию.

– Ладно, – я перевел взгляд на нее, и, думаю, она хотела дать мне пощечину, – Я так люблю тебя, – я дотронулся до нее.

– Да, сейчас это так, – она маняще отступила.

– Я люблю тебя очень долгое время.

– Разумеется, – промямлила Тесса. Как она может быть настолько милой и отвратительной в одно время?

– Я любил тебя, даже когда был идиотской задницей в Лондоне.

– Ты не показывал это, и не важно, сколько ты будешь об этом говорить, если ты не доказываешь это или не позволяешь мне чувствовать правду в твоих словах.

– Я знаю, я был сумасшедшим, – я остановился на надоедании. Сколько еще недель пройдет, пока все это не закончится?

– Ты позволил ей надеть твою футболку, после того как трахался с ней, – Тесса посмотрела куда-то вдаль, останавливая свой взгляд на стене.

Что?

– О чем ты говоришь? – я мягко повернул ее голову, чтобы заставить ее посмотреть на себя.

– Та девушка, сестра Марка. Джанин, думаю, я где-то слышала это имя.

Я посмотрел в изумлении.

– Ты думаешь, что я занимался с ней сексом? Я же сказал тебе, что я не делал этого. Я даже ни к кому не прикасался в Лондоне.

– Ты говоришь это, а сам практически машешь презервативом перед моим лицом.

– Я не делал этого, Тесса. Посмотри на меня, – я пытался убедить ее, но она не верила мне, – Я знаю, это выглядело так…

– Это выглядело так, словно она носила твою футболку.

Меня раздражало, как выглядела Джанин в моей футболке, но она бы не заткнула свой поганый рот, если бы я не дал ей ее.

– Я знаю, она носила ее, но я не трахал ее. Неужели ты настолько заблуждаешься, что думаешь, что я бы сделал это? – мое сердце екнуло при мысли о том, что я оставил ее ходить с этим дерьмом в ее голове в последние несколько недель. Я должен был понять, что наш предыдущий разговор не был закончен на этом.

– Она вешалась на тебя!

– Она поцеловала меня и пыталась заигрывать со мной, но это – все.

Тесса издала какой-то негромкий звук и закрыла глаза.

– Я даже не беспокоился за нее, только за тебя, – сказал я, чтобы попытаться объяснить получше, но она покачала головой и подняла руки, чтобы остановить меня.

– Хватит говорить о ней, иначе мне станет плохо, – я знаю, ее раздражает это.

– Мне тоже станет плохо. Я сбросил ее на пол, когда она коснулась меня.

– Что ты сделал? – Тесса уставилась на меня.

– Меня буквально вырвало, и мне пришлось бежать в ванную, потому что мне стало плохо от того, что она дотронулась до меня.

– Правда? – мне было интересно, знала ли она, что на кончиках ее губ виднелась улыбка, когда я рассказывал ей о том, как меня вырвало.

– Да, – я улыбнулся ей, пытаясь поднять настроение, – Не будь такой счастливой из-за этого, – сказал я, но если это поднимает ей настроение, то я весь в ее распоряжении говорить об этом.

– Хорошо. Надеюсь, тебе действительно было очень плохо, – она уже улыбалась в полный рот.

Мы самая идиотская пара.

Идиотская, но совершенная, это так.

– Мне было действительно плохо! – сказал я, удерживая момент, – Очень сильно плохо. Мне так жаль, что ты думала не то все это время. Неудивительно, что ты была зла на меня, – в какой-то степени это имело смысл, но в то же время, она всегда злилась на меня в последнее время, – Теперь ты видишь, что я не трахаюсь со всеми подряд, – я саркастически поднял бровь, – Ты возьмешь меня назад и позволишь мне сделать из тебя самую честную женщину?

Она резко повернула голову на меня.

– Ты обещал, что не будешь говорить это.

– Я не обещал. Слово “обещал” никогда не было озвучено.

Она была готова дать мне пощечину в любую минуту.

– Ты кому-нибудь собираешься говорить о том дерьме? – сказал я, чтобы сменить тему, что-то типо того.

– Нет, – она закусила губу, – Я не думаю. Не в ближайшее время.

– Никто не должен знать, пока мы не возьмем его в течение нескольких лет. Я уверен, что есть уйма чертовых детей, ожидающих, пока родители купят их. Все будет хорошо.

Я знаю, что она не приняла мое предложение пожениться, или даже дружить со мной, но я надеялся, что она не воспользуется возможностью напомнить мне об этом.

Она мягко посмеялась: – Чертовы дети? Пожалуйста, скажи мне, что ты не думаешь, что где-то в городе есть магазин, где можно купить ребенка, – она поднесла руку ко рту, чтобы остановить свой смех.

– Разве его нет? – я пошутил, – А что же тогда Babies R’ Us?

– Боже мой, – она откинула голову, разразившись смехом.

Я преодолел небольшое расстояние между нами и взял ее руку.

– Если этот чертов магазин не полон детей, разложенных по полочкам, готовым для продажи, тогда я подам в суд за ложную рекламу.

Я состроил мою лучшую ухмылку для нее, и она вздохнула, утомленная смехом. Я знал, что это было. Я определенно знал, что она думает.

– Тебе нужна помощь, – она выдернула свою руку из моей, вставая.

– Да, – я наблюдал за ее исчезающей улыбкой, – Да, она мне понадобится.

– Лиам уезжает через несколько дней, ты не хочешь повидать его? – я напоминаю ей.

– Эмм, да. Давай вернемся в Пулман.

***

–Вы двое путешествуете по штату Вашингтон гораздо больше всех, кого я знаю, – говорит Лиам, смотря на нас с дивана в гостиной моего отца.

После того, как мы вдоволь насмеялись, я убедил Тессу, что нам нужно вернуться и повидаться с ее другом, прежде чем он уедет навсегда. Я был уверен, что она сразу же согласится – она любит общаться с Лиамом, в конце концов, но она сидела спокойно в течение нескольких секунд, прежде чем согласиться.

Я ждал на ее кровати, в то время как она, из-за известных обстоятельств, собирала почти все, что у нее было, и затем я ждал в машине, пока она слишком долго прощалась с Кимберли и Вэнсом.

Я пристально смотрю на Лиама.

– Так ты вообще почти никого не знаешь, так что это не в счет, – дразню я его. Он глядит на свою маму, сидящую на стуле, и я знаю, что он хочет ответить что-то эдакое, и если она не сидела бы там, он, безусловно, ответил бы.

Вместо этого он просто закатывает глаза, говорит, – Ха-ха, – и возвращается к книге на своих коленях.

Он стал приятней в последнее время.

– Я рада, ребята, что вы решили выезжать пораньше. Дождь и так сильный и можно представить, что будет на дорогах к концу ночи, – Голос Карен мягкий, она улыбается мне, заставляет меня отвести взгляд.

– Ужин уже в духовке, будет готов в ближайшее время.

– Пойду, переоденусь, – говорит Тесса за моей спиной, – Спасибо что снова разрешили мне остаться здесь, – она поднимается вверх по лестнице.

Я остаюсь внизу несколько секунд, а потом плетусь за ней наверх как щенок. Когда я вхожу в ее комнату, на ней только лифчик и трусики.

– Хороший выбор времени, – я бормочу, когда она смотрит на меня, стоящего в дверном проеме.

Она обнимает себя за грудь, затем спускается к бедрам, и я не могу не улыбнуться.

– Сейчас немного поздно, не находишь?

– Тшшш, – она ругает меня и стаскивает рубашку через влажные от дождя волосы.

– Ты знаешь, молчание не мой конек.

– А что именно твой конек? – она смеется надо мной, покачивая бедрами, пока натягивает штаны по талию. Эти леггинсы…

– Ты не носила эти леггинсы с йоги… Уже давно, – я тру щетину на подбородке и смотрю на плотный, черный материал, который плотно обтягивает ее ноги.

– Не начинай про них, – она машет на меня пальцем, – Ты спрятал их от меня; вот почему я не носила их, – она улыбается, но кажется удивленной своим игривым настроение. Она пристально смотрит на меня и выпрямляет спину.

– Неа, – вру я, гадая, когда же она их нашла в нашем шкафу в этой чертовой квартире. Глядя на ее зад в них, я вспоминаю, почему я их спрятал.

– Они были в шкафу.

Как только я говорю, всплывает изображения Тессы, роющейся в том шкафу, ища штаны, заставляют меня смеяться, пока я не вспоминаю про кое-что еще, чего я бы не хотел, чтобы она находила. Я смотрю на нее, ища в ее лице признаки, что мое упоминание о шкафе напомнило ей, что она нашла эту чертову коробку.

– Что? – спрашивает она, натягивая на ноги пару розовых носков. Отвратительная, девчачья вещь в горошек, охватывает ее ступни.

– Ничего, – вру я, стараясь игнорировать свою паранойю.

– Ладно… – она выходит.

Я следую за ней вниз, снова, как щенок, и сижу рядом с ней за обеденным столом.

Та Сар… Девущка снова здесь, сидит, уставившись на Лиама, будто он драгоценный камень или подобное дерьмо. Это явно определяет ее как человека со странностями.

Тесса машет ей.

– Эй Софи, – она отводит взгляд от Лиама ровно на секунду, чтобы улыбнуться в ответ Тессе и помахать мне.

– Софи, поможешь мне с ветчиной? – приветливо спрашивает Карен.

Большой обеденный стол украшен зажженными свечами и цветочными композициями. Мы болтаем, пока ждем Карен и Софи, которые режут ветчину.

– Хм, это здорово. Соус действительно хорош, – Тесса стонет от удовольствия. Эти женщины и их проклятая еда.

– Можно подумать, вы, ребята, говорите о порно, – говорю я, слишком громко.

Тесса наступает под столом мне на ногу, а Карен прикрывает рот рукой пока кашляет с полным ртом еды. Все удивляются, когда Софи смеется. Лиам кажется смущенным, но выражение его лица смягчается, когда он замечает, как задорно она смеется.

– Кто говорит? – она хихикает. Лиам мило уставился на нее, и Тесса сияет, смотря на них.

– Гарри. Гарри говорит что-то подобное, – Карен улыбается, и в ее глазах играет юмор. Ладно, это странно.

– Ты привыкнешь к нему, – Лиам недолго смотрит на меня, прежде чем переключатся обратно на свою барышню.

– Я имею в виду, если ты много вдруг… Не, то, что ты будешь работать много, – его щеки ярко-красные.

– Если ты хотела стать, я имею в виду. Не то, что ты хотела бы быть.

– Она получит его, – я вывел его из страдания, и он похож, идет в бой сам.

– Я делаю, – она улыбается Лиаму, и, клянусь, его лицо меняет цвет с красного на фиолетовый. Бедняжка.

– Софи, сколько ты уже находишься в городе? – Тесса вмешивается, сменяя тему, стараясь таким способом помочь ее другу.

– Всего несколько дней. Я собираюсь уезжать, возвращаюсь в НьюЙорк в следующий понедельник. Мои соседи там уже со скуки умирают.

– Сколько у тебя соседей? – спрашивает Тесса.

– Три, все тансовщицы.

Я смеюсь.

Тесса натужно улыбается. – Ух ты.

– Ох, черт! Артисты балета, не стриптизерши, – Сара заливается смехом, и я присоединяюсь к ней, только чтобы посмеяться над облегчением Тессы, которое отражается на ее лице.

Большую часть разговора Тесса расспрашивает в женских штучках, и я терплю их обоих, только сосредотачиваясь на движении губ Тессы, когда она говорит. Мне нравится, как она после каждых нескольких укусов останавливается, и чопорно вытирает губы салфеткой, продолжает есть.

Ужин так и продолжается, пока мне не становиться до смерти скучно, а у Лиама не краснеет лицо.

– Гарри, ты все же не пойдешь на церемонию вручения дипломов? Я помню, что ты отказался идти, но может ты передумал? – говорит Кен, в то время как Карен, Тесса и Сара убирают со стола.

– Нет, не передумал, – я ковыряю в зубах ногтем.

Он продолжает делать это, говорить это дерьмо при Тессе, чтобы заставить меня идти через душный зал, где тысячи людей будут вонять дезодорантом, потом и еще какой нибудь хуйней, как дикие звери.

– Не передумал? – спрашивает Тесса. Я возу взглядом с нее на моего отца, – Я думала ты передумал? – она прекрасно понимает, что делает.

Лиам усмехается как придурок, Карен и Сара болтают на кухне.

– Я… – начинаю я. Черт возьми. Глаза Тессы полны ожидания и, катись оно к черту, я сдаюсь.

– Да, конечно, хорошо. Черт возьми, я пойду на выпускной, – это такая ерунда.

– Спасибо,– благодарит Кен. Я понимаю, что он благодарит Тессу, а не меня. Надо его просветит.

– Вы двое такие… – начинаю я, но решаю замолчать из-за предупредительного взгляда Тессы, – Вы двое такие замечательные, – говорю я вместо этого.

– Вы двое коварное дерьмо, – повторяю в своей голове, снова и снова, так как они самодовольно ухмыляются.

Комментарий к Глава 286.

Поздравьте меня, у меня начались каникулы!! :D

Поэтому, думаю, я сумею довести этот фанф до конца за 10 дней :)

========== Глава 287. ==========

Песни к главе:

Matt Nathanson – Come On Get Higher

The Fray – Never Say Never

Imagine Dragons – Demons

One Direction – Something Great

***

POV Тесса

Каждый раз, когда во время ужина Софи говорила о Нью-Йорке, я начинала паниковать. Я знаю, что я сама затронула эту тему, но я только пыталась отвлечь внимание от Лиама. Я знала, что он был смущен, и я сказала первую вещь, которая пришла мне на ум. Так произошло, что эта тема одна из тех, которые я не должна была упоминать перед Гарри. Я должна сказать ему сегодня вечером. Я кажусь смешной незрелой трусихой, скрывая это от него. Успехи, которые Гарри сделал в последнее время, или помогут ему справиться с новостями хорошо, или он взорвется.

Я никогда не знаю, что ожидать от него; эмоции могут выплеснуться, так, или иначе. Но я также знаю, что я не ответственна за его эмоциональные реакции, и что я должна сама рассказать ему это. Прислонившись к дверному проему столовой, стоя в прихожей, я наблюдаю, как Карен вытирает верхушку печи влажной салфеткой.

Кен спит на кресле в гостиной. Лиам и Софи сидят за обеденным столом в тишине. Он украдкой смотрит на девушку. Они встречаются взглядами; когда Софи поднимает глаза, и она улыбается Лиам. Я не уверена, как я чувствую себя по этому поводу, слишком легко он забыл свои предыдущие отношения и увлекся кем-то другим. С другой стороны, кто я такая, чтобы судить чужие отношения? Ясно, что я не имею никакой подсказки, как вспомнить свои собственные.

Здесь в коридоре, который соединяет гостиную, столовую, и кухню, я вижу самую прекрасную картину: людей, которые многое значат для меня в этом мире. Она включает и самое важное – Гарри, который сидит спокойно на диване в гостиной, безучастно смотря на стену. Я улыбаюсь его идее пойти на церемонию вручения дипломов в июне.

Я не могу вообразить его в мантии, но это, конечно, то, что я жду с нетерпением. Я знаю, согласие Гарри это сделать, много значит для Кена. Кен не один раз говорил, что никогда не ожидал, что Гарри закончит университет.

И теперь, когда правда их прошлого открылась, я уверена, Кен не ожидал, что его сын передумает и согласится с типичной церемонией вручения дипломов. Гарри Стайлс совсем не типичен. Я прижимаю пальцы ко лбу, желая, чтобы мой мозг функционировал должным образом. Как должна я воспринимать его теперь?Что, если он предложит приезжать в НьюЙорк? Он сделает это? Если он действительно предложит, должна ли я согласиться?

Внезапно я чувствую его взгляд на себе и, конечно же, когда я смотрю на него, он изучает меня со своего места в гостиной. Я смотрю в его зеленые любопытные глаза, на его нежный рот, сжатый в ласковую линию. Я говорю ему взглядом “я в порядке, просто думаю”, улыбаясь, смотрю, как Гарри хмурится и встает. Несколькими длинными шагами, он пересекает комнату и наклоняется, упираясь одной ладонью в стену для поддержки, нависая надо мною.

– Что тебя беспокоит? – спрашивает он. Громкий голос Гарри отрывает внимание Лиама от Софи.

– Я должна поговорить с тобой кое о чем, – спокойно признаю я. Он не выглядит заинтересованным, как должен быть.

– Хорошо, что это? – он наклоняется ближе, слишком близко, и я пытаюсь отступить, только для того, осознать, что он загнал меня в угол. Гарри поднимает другую руку, чтобы полностью заблокировать меня, и когда наши глаза встречаются, ухмылка появляется на его лице, – Ну..? – он нажимает.

Я смотрю на него в тишине. Во рту пересохло, и когда я пытаюсь что-то сказать, я начинаю кашлять. Это всегда происходит, в тихом кинотеатре, в церкви, или разговаривая с кем-то важным. В основном в ситуациях, где кашель не уместен. Например, прямо сейчас. Кашляя, я не могу остановиться, в то время как Гарри смотрит на меня, а я задыхаюсь перед ним. Он отступает и целеустремленно идет на кухню.

Он обходит Карен и возвращается ко мне со стаканом воды. Кажется, я чувствовала себя подобно в тридцатый раз за прошлые две недели. Я беру стакан, и чувствую облегчение, когда прохладная вода успокаивает мое зудящее горло. Я знаю, что даже мое тело пытается отступить из сообщения этих новостей Гарри, и я хочу похлопать себя по спине и одновременно ударить себя по подбородку. Если бы я сделала такое, я думаю, что Гарри почувствовал себя немного виноватым передо мной из-за моего безумного поведения и возможно сменил тему.

– Что происходит? – он смотрит вниз на меня, протягивая руку, чтобы забрать пустой стакан.

Я начинаю качать головой, но Гарри настаивает: – Нет, нет, ты должна мне сказать.

– Мы можем выйти на улицу? – я поворачиваюсь к двери патио, пытаясь дать ему понять, что хочу поговорить наедине. Мы должны, вероятно, возвратиться в Сиэтл, чтобы обсудить этот беспорядок. Или дальше. Дальше хорошо.

– Снаружи? Почему?

– Я хочу поговорить с тобой о чем-то. Наедине.

– Хорошо, конечно.

Я делаю шаг перед ним, чтобы сохранить равновесие. Если я выйду, первая на улицу, то у меня может быть шанс повести разговор. Если я начну разговор, то у меня может быть лучший шанс, чтобы не позволять Гарри завершить разговор войной. Возможно. Я не убираю руку от Гарри и чувствую, что его пальцы ласкают мои.

Вокруг очень тихо – только мягкий отголосок храпа, заснувшего Кена, и низкий рокот посудомоечной машины на кухне. Когда мы выходим на веранду, все звуки исчезают, и я остаюсь одна наедине со звуком своих хаотических мыслей и низким урчанием Гарри. Я благодарна за любую песню, которая спокойно заполняет воздух, но это недостаточно и помогает мне сосредоточиться на чем-то за пределами разговора, который, несомненно, состоится. Если я удачлива, у меня будет несколько минут, чтобы объяснить мое решение, прежде чем он осознает новости.