Текст книги "Сказка старого эльфийского замка (СИ)"

Автор книги: Анна Морецкая

сообщить о нарушении

Текущая страница: 30 (всего у книги 34 страниц)

Впрочем, Корр на Сапфирона был не в обиде за такое приветствие. Поскольку он и в обычной-то жизни подобным условностям значения не придавал. А сегодня так и вовсе был бы рад видеть кого угодно и без всяких расшаркиваний, лишь бы его избавили от толстого мозгоклюя. Тем более что вместе с приветствием властного гнома, сопровождающий его молодой служка, вернул Ворону и его оружие, давеча отобранное перед входом в приемную. Потому Корр ответил вполне искренне:

– Безмерно рад нашей встрече, достопочтенный Сапфирон, – и признался, – вы весьма вовремя появились и вытащили меня оттуда. Я вам очень за это благодарен!

Гном усмехнулся на это и тихим голосом сказал, оглядываясь, не стоит ли кто чужой рядом:

– Думаю, вы уже догадались господин, что вытащить вас оттуда поскорее было обоюдоважной задачей…

– Есть такое… – так же тихо ответил и Корр.

Но гном не удовлетворился всего лишь приглушением их голосов и, продолжая взглядом ощупывать стены помещения, потянул гостя на выход. И только спустя пару минут быстрой ходьбы, продолжил разговор:

– Так что опустим взаимные благодарности и перейдем к делу, приведшему вас под Гору? – предложил Сапфирон и, дождавшись подтверждающего кивка от собеседника, продолжил: – Из письма Хризола я понял, что вы спешите, так что могу вас сразу перенаправить в архив. Я там уже предупредил о вашем интересе и вас ждут.

– Отлично! – воскликнул Корр, благо они уже ушли из тревожащих гнома покоев и двигались по общему коридору, который был не только огромен, но и заполнен народом, спешащим по своим делам и внимания на них не обращающим… почти. Так, только кланялись все низко, но не задерживались и бежали дальше.

– Если от меня лично вам ничего больше не требуется, то вот этот славный страж проводит вас до места, – и опять дождавшись подтверждения своим словам… попросил: – Если несложно, то когда будете отправляться обратно, захватите кое-какую почту для Хризола в Эльмер. Я хорошо заплачу, – и он замах руками, – и не бойтесь – там много не будет, я знаю ваши возможности. Так, парочка писем.

– Сочту за честь оказать услугу такому уважаемому человеку, – склонился Корр в прощальном поклоне. На том и расстались. Ворон побежал за быстро удаляющимся стражем. А Сапфирон, поймав равновесие после ответного поклона, тоже куда-то потрепал. Служка, понятное дело, за ним.

Воин, бывший у Корра за провожатого, двигался действительно быстро и угнаться за ним в тоннеле переполненном и пешим, и конным, и даже крутящим стремена трехколесных мускулей народом, было сложно. И хотя вся эта толпа и колыхалась гораздо ниже уровня взгляда Корра, но и стражей в ней было немало. Так что приходилось внимательно следить, чтоб следовать именно за «своим шлемом» и не спутать его с другим. Так что по сторонам глазеть было строго противопоказано. Лишь мимоходом отмечалось, что «улица» была широка и высока, а в некоторых местах от нее отходили ответвления.

По ощущениям от покоев градохранителя убежали они довольно далеко, а когда пришлось спуститься и в клетке на пару этажей, то и того белее стало понятно, что теперь они совсе-ем в другом месте находятся. И вот, похоже, окончание их путешествия – как на обычной улице перед ними была высокая дверь в стене и несколько ступеней к ней. Когда страж ударил в молоток, в створке открылась маленькая дырка, и на них уставился чей-то глаз. С минуту их пристально разглядывали, но потом все же впустили.

Небольшой холл или приемный зал, убранный с чисто гномьей роскошью, два стража возле дверей, в которую они вошли, и служитель чего-то в длинной черной мантии с белым плоеным воротником. Ага, не чего-то, а архива! Поскольку тот сразу представился и пригласил Корра пройти за собой:

– Вас уже давно ожидают, господин. Оставьте оружие здесь и следуйтеза мной.

А потом опять немного беготни по каменному лабиринту и вот – дверь перед ним открыли… и сразу закрыли за его спиной, оставив Ворона наедине с хозяином кабинета. А это был именно кабинет, притом самый обычный с виду – шкафы с книгами и свитками по стенам, в проемах между ними карты разных местностей и большой письменный стол, заваленный бумагами.

Возле него спиной к Корру стояла маленькая, что ожидаемо, хрупкая, а это уже неожиданно, и белобрысая, что просто ни в какие ворота, фигурка.

«– Вот потому Хризол и называл нового управляющего архивом странной личностью!», – догадался Ворон. Потому как этот гном был однозначно очень молод, что в их – гномьем обществе, всегда равнялось только началу жизненного пути и достижений на нем. А тут сразу управление древним архивом. Впрочем, этот пацан принадлежал к королевской семье Претигемма, так что его путь наверх… собственно, там и начинался.

Но вот светлые волосы парня, перехваченные в нескольких местах кожаными ремешками, и спускающиеся гладким хвостом по шитому камнями кафтану до пояса, озадачили Корра не на шутку. Потому что блондинистых гномов не бывает! В принципе! Они, как правило, черноволосы, хотя довольно часто встречаются и рыжие всех оттенков, и темно-русые, но уж точно не как этот пацан! Совсем он белый или все же русый оттенок чуть присутствует в еговолосах, было непонятно в свете ламп, окрашивающих все вокруг в теплые тона. Но что он яркий блондин, было видно сразу.

А так малый держался уверенно. Ноги его, в мягких сапожках, стояли широко расставленными в устойчивой позе, руки заложены за спину, а подбородок явно высоко вздернут.

«– Ну-ну, посмотрим малыш, так ли ты великолепен, как хочешь показать!» – насмешливо подумал Корр в ожидании, когда гном обернется. Все ж особа королевских кровей и разговор начинать ему.

И задохнулся, выпучив глаза, когда тот, дав на себя насмотреться со спины, все же повернулся. Вот знаете… а, не знаете! Такого и ожидать никто не мог! Потому как с миловидного курносенького лица парня на Корра воззрились огромные серебристо-серые глаза… светлых эльфов! Слышите?! Глаза – светлых! Которые не передаются детям, даже при малейшем разбавлении чистой крови!

– Что, все так плохо? – спросил парень поникшим голосом.

– Плохо – что? – странный вопрос своей непонятностью немного перебил оторопь и Корр смог заговорить.

– Я выгляжу, – пояснил молодой гном, уже, похоже, не ожидая ничего хорошего в ответ.

– В смысле? Вы очень симпатичный парень, ваше высочество, только немного необычный внешне. Ну, для гнома, – продолжая недоумевать, ответил Ворон.

– Я-то вот глупая надеялась, что хоть иноземец не найдет мою внешность безобразной, – растроенно протянул парень, видно посчитав слова гостя о симпатичности простой вежливостью… так, стоп!

– Вы девушка?! – в очередной раз пораженный, Корр не смог удержать явной непростительной для воспитанного мужчины грубости.

– Хоть это мне удалось… – совсем не обидевшись, а скорее с легкой довольной нотой в голосе, произнесла та и слабо улыбнулась. – Принцесса королевского Дома Аргенталь Капитадамская к вашим услугам, – представилась она.

– Скорее я к вашим, ваше высочество! Коррах Перрн! Нижайше прошу прощения за свое невольное высказывание, – и низко поклонился, чуть не метя рукой пол.

– Да ладно, здесь, – девушка повела рукой вокруг, – я на службе, а вы посетитель. Тем более что сама хотела ввести вас в заблуждение, – и уселась в одно из кресел, жестом приглашая и его приземляться в соседнее.

Корр сел, выжидательно глядя на принцессу. Куча вопросов, конечно, крутилась на языке, но он стоически держался, ожидая пока сама девушка, возможно, что-то прояснит.

– А вы, как мне сказали, оборотень-птица? – меж тем, она сама начала разговор с вопроса.

– Ворон, ваше высочество.

– Очень интересно! Вы из тех самых воронов, которых почти изничтожили светлые? – продолжила расспрос любознательная особа.

– Из них. Других оборотней из птиц Многоликий, как известно, не сотворял.

– Ага, тогда понятно, почему моя внешность вам тоже неприятна. Эти гады светлые и вашему народу успели досадить! – растроенно всплеснула девица руками.

– Ну, досадить – это, конечно, мягко сказано! В той бойне, три тысячи зим назад, из моего хоть и небольшого, но все же тогда не уступающего численностью другим кланам оборотней, народа выжило всего несколько семей. Но вы-то тут причем, ваше высочество? Да, внешность у вас нехарактерная для гномов, но разве светлые действительно имеют к этому отношение? Насколько я помню из истории, ваш народ всегда находился с ними в конфронтации и межрасовых браков между вами никогда не случалось.

– Так и есть, Птица. Но правы вы только в одном: во все времена наши отношения с эльфами, особенно светлыми, никогда дружелюбием не отличались, – задумчиво молвило принцесса, и посмотрела на него проникновенно: – Но вы могли все же слышать сказку или балладу, возможно частично перевранную, но все же рассказывающую о том, как гномий король женился на эльфийской принцессе…

– Да, припоминаю, читал что-то такое в книге сказок моей младшей сестры… – ответил ей Корр тоже задумчиво. При этом действительно припомнив ту злосчастную книгу, из-за которой сестрица влипла в ужасную историю, в которой и ему довелось поучаствовать. Да собственно, он и сейчас продолжал жить в этой истории, поскольку долг жизни Алексину – оберегать его дочь, он отдавал именно за спасение сестры.

Но принцесса не дала ему глубоко погрузиться в воспоминания, заговорив вновь:

– Так вот, это не сказки. Подобное произошло на самом деле. Углубляться в историю не стану – расскажу кратко, – и, вздохнув тяжко, как будто все, что предстоит ей рассказать – дело нелегкое, начала.

Корр слушал пораженно, невольно холодея от мысли, что возможно и другие такие вот сказки, что он находил в древней библиотеке Силваля, совсем и не детские книжки на ночь! А самые настоящие случившиеся истории, которые посчитали за выдумку, потому, что они рассказывают просто о невероятных событиях!

А голос принцессы журчал тем временем, перебирая события давно минувших дней. Начало сей истории уходило корнями в те годы, которые протекали задолго даже до сотворения Отцом оборотней, можно сказать, с Изначальных времен.

Все знают, что для Битвы со Злом Многоликий сотворил сначала драконов, а потом эльфов. Драконы были созданиями совершенными – сами себе и оружие, и защита. А эльфы, кроме дарованной Многоликим магией, ничего не имели. Ни дыхания огненного, ни когтей, ни чешуи. А война продолжалась, и стали тогда эльфы магию на защиту и оружие тратить. А она им, магия-то, была совсем не для этого дана, а для уничтожения скверны Зла. И решил тогда Многоликий, в мудрости Своей, дать им в помощь гномов, которые были способны из обычных даров земли создавать и защиту, и оружие. Как для себя, так и для старших братьев.

При такой мощи, какую образовывало войско Многоликого из драконов и одетых в непробиваемый доспех, имеющих разящее оружие эльфов и гномов, Зло не устояло и сдало свои позиции. А вскоре и битвы с ним сошли на нет. А потом погибли и драконы. И остались воинственные эльфы один на один с гномами.

А гномы тем временем в трудолюбии своем переплюнули эльфов в мастерстве к созданию вещей разных – оружия, посуды и даже драгоценностей. А потом и механикзмы придумывать начали. И все без помощи магии, так как в мудрости Своей Многоликий не дал гномам распоряжаться ею по собственному усмотрению, как эльфам, но позволил волшебство внутрь вещи вкладывать. А внутрь вложенная магия это не эльфийская или человеческая, сверху наложенная – ее ни время, ни маг, ни эльф не снимет, она навечно внутри останется.

И толи позавидовали эльфы, толи натура их высокомерная не позволила им принять это, но решили они тогда поработить гномов. Они приходили под стены городов и атаковали, а гномы оборонялись. Вполне успешно, надо сказать, поскольку стены крепостей, с заложенной в них магией, сами берегли своих создателей, и щиты их к эльфийской магии были нечувствительные, и онагры с катапультами пристреляны. И даже находились мастера у гномов, которые наконечники для стрел и болты арбалетные так ковали, магию в них вкладывая, что они потом направление меняли в полете, чтоб именно эльфа достать!

Многоликий тогда в горе был по драконам убитым, а потом, пытаясь тоску Свою пережить, принялся творить оборотней разных – Детей удивительных и отчасти ему подобных, умеющих менять свои лики.

А война между гномами и эльфами длилась уже не одно тысячезимие. Были и большие побоища, и периоды затишья, постоянно прерываемые пограничными стычками.

Но решил Многоликий однажды, что хватит этой войны – нужно Детям Его в мире жить. И Волей Своей повелел закончить бойню полюбовно. А что может быть полюбовнее, чем брак между враждующими сторонами? Вот только эльфийские короли гномьих принцесс в жены брать не захотели, ссылаясь на то, что их чувство прекрасного не позволит им подойти к столь некрасивым с их точки зрения созданиям, и тогда замысел Отца пойдет прахом. Потому как брак на бумаге – это не брак, нужна кровь, объединенная в детях враждующих сторон.

А у гномов, как раз только зим двадцать как, на трон молодой король взошел да к тому же неженатый. Вот и решил Отец: одну из эльфийских принцесс ему в жены отдать. Сначала из темных дев хотели невесту выбрать. Всем же известно, что темные эльфы более до жизни жадны, потому и детки у них все же почаще рождаются, чем у хладнокровных светлых. Но тут уже гномы встали на дыбы – у эльфов-то светлые первородные, да и в войны они первыми всегда ввязываются. И пришлось королю светлых эльфов свою единственную дочь отдавать – второй раз нарушить Волю Отца эльфы не посмели.

И у гномов был праздник большой, а у эльфов чуть не траур объявили, но свадьба между королем Корундом и принцессой Росаэль совершилась. Говорят не перед статуей Многоликого венчались, а Сам Отец в храм снизошел, чтоб благословить молодых.

– И возможно, благодаря этому такие разные во всех отношениях люди жили вместе в любви и согласии, – закончила свой рассказ принцесса.

– Сложно верится, что между ними действительно был лад, – задумчиво протянул Корр.

– Да – нет, все у них было хорошо, – усмехнулась принцесса, – есть много баллад сложенных про их любовь. Все я пересказывать не стану, но вот самую последнюю из них упомяну – самую красивую и печальную, про то, как умерла моя прародительница. Когда почил король Корунд, а гномы-то гораздо меньше эльфов живут, то королева Росаэль не к родным вернулась, а в тот же день на кровать свою брачную легла и больше так и не поднялась, пока не умерла сама. Говорят, от тоски по мужу… только розу рубиновую, что он своими руками сработал и ей к свадьбе подарил, к себе прижимала. Я к ее надгробию, где она там лежит с цветком на груди, в камне запечатленная, каждый Великий праздник свечу ставлю.

– Впечатляющая история, – покачал головой Ворон.

– Да. Только вот, толи благодаря живому благословению Отца, толи крепкой королевской крови с двух сторон, но в семью с тем браком пришло и проклятие. Теперь у нас – Капитодамских, даже спустя уж столько тысяч зим после той свадьбы, иногда рождаются такие дети, как я – с противной глазу любого гнома внешностью. У меня один из братьев вот совсем урод. Хорошо, что хоть наше рождение не влияет на общее количество деток, которое способна родить женщина. Мы ведь хоть и не эльфы, но как все первые Дети Многоликого не очень плодовиты. Но в отличие от них брачные договора на двести зим не заключаем. У нас пара живет вместе, как и у простых людей – до смерти одного из супругов. Потому трое-четверо детишек в семьях это большая редкость. И если б такие уродцы, как я, влияли на общее количество детей в королевской семье, то возможно уже давно бы выродился и весь Дом, и править было бы некому. Потому как короля, с такой исконно противной всем внешностью, гномы бы на престоле не потерпели.

– Отчасти я их, конечно, понимаю, – кивнул Корр, – но вы-то не мальчик. Насколько я знаю, в королевстве у вас, как и у простых людей, и у эльфов, девочки корону не наследуют. И дочери всех Первых семей обычно служат цели поощрения и приближения какого-то рода к трону. Я могу понять, что самим девушкам это положение дел не особенно нравиться, но пока повсеместно наблюдается именно такой порядок. Поэтому, извините, но я не пойму, почему такая проблема с именно вашей внешностью – вы же все равно остаетесь королевской дочерью! И я видел, как побледнел лицом толстяк-градоправитель и беспрекословно отказался от своих намерений в отношении меня, когда получил от вас даже не официальный приказ, а всего лишь какую-то писульку на клочке бумаги!

– Все так – да не так, – задумчиво протянула девушка, и пояснила: – Выйти замуж за второго или третьего сына дома, или упаси Многиликий за мужчину из побочной ветви, я не могу. Но, как вы понимаете, подходящих возрастом и еще не обремененных брачными обязательствами подходящих женихов из лучших семей, не так много. И вот, тот же самый Кристал, не далее как зим десять всего назад, отказал батюшке, когда тот вздумал сватать меня за его наследника, вдруг объявив, что тот уже обручен. И это притом, что о невесте никто до этого не слышал, а помолвки в первых домах тихо не проходят. И я думаю, что этот случай не единственный, просто мне не обо всем говорят.

– Ваше высочество, но вы очень миловидная девушка! – вскричал Корр. – Да, невысокая, но многим мужчинам нравятся такие женщины! Выйдите из-под Горы, поживите в Мире. И, думаю, уже скоро найдется кто-то, кто оценит вас по достоинству! Вот скоро моя воспитанница станет королевой Эльмерии… – начал было Корр, но тут вспомнил все, на полчаса забывшееся под грузом сказок и горестных историй, что привело его сюда – в гномий архив в частности, и под Гору в целом. И поник. Но собравшись с духом все же продолжил: – Вот сейчас найду нужное в вашем архиве и… а вы к ним потом и приедете.

– Ха, хотелось бы мне почувствовать себя невысокой и женственной – здесь-то меня часто принимают за здоровенного парня! И чтоб никто неприязненно не таращился на мои светлые волосы… так что, я подумаю о вашем предложении. Пока-то я вот только и выбила себе место здесь, где с Миром знакомлюсь да, как считает батюшка, тоску свою разгоняю. И давайте уже приступим к поиску нужных вам документом. Потому как чувствую я, что для вас это важно, – и, поднявшись из кресла, дернула за шнурок, висящий над столом.

Тут же где-то за дверью раздался звон колокольчика и почти сразу створки распахнулись и впустили в кабинет пятерых служащих в черных маниях с белыми воротниками. Они подобострастно откланялись и замерли в ожидании приказа своего необычного управляющего. А девушка, не глядя на них, повела рукой, приглашая Корра следовать на выход из кабинета.

Пошли. Очередной, слава Многоликому, недолгий лабиринт из коридоров и вот они оказались в небольшой совершенно пустой комнате, в которой лишь посередине стоял невысокий каменный постамент. Но нем размещалась одна единственная масляная лампа, с потолка к которой спускался висящий на цепи медный диск. Когда Ворон обошел его и разглядел, то понял, что тот отполирован так, что мог сойти и за зеркало.

Тем временем в комнату втянулись и служители, шедшие следом за ними с принцессой. И повинуясь безмолвным указаниям начальницы, принялись зажигать лапу на постаменте и открывать высокие, широкие и тоже обитые медью, а от того тяжеленные двери в какое-то совершенно темное помещение.

А стоило дверям распахнуться полностью – о чудо, как свет зажженной лампы отразился от медного диска и мощным лучом заскакал по таким же плоским кругам, развешанным, как оказалось, по всему огромному помещению. И чем дальше «скакал» луч, тем большая часть его освещалась, давая понять, что это и есть непосредственно архивное хранилище.

– Сами понимаете, господин Коррах, что огонь к бумаге, пергаменту и старой коже лучше близко не подносить совсем. Всегда может случиться чья-то неловкость, а то и злой умысел, – решила кое-что объяснить принцесса, – впрочем, так освещаются почти все большие пространства под Горой. Обратите внимание, когда будете в городе – иначе такую большую пещеру и не осветишь так хорошо. Никаких ламп и факелов не хватит.

«– А ведь я даже и не задумался об этом – почему там так хорошо все видно! Прям, почти как днем наверху!» – пораженно подумал Корр, тем временем разглядывая четырех воинов, окруживших постамент с лампой. Да-а, тут все серьезно!

А девушка меж тем ему предложила:

– Озвучьте нам свой запрос, господин. И мои люди примутся за дело.

– Ага, – согласился он, собираясь с мыслями, – итак, мне нужен подробный план одной крепости, которая была построена вашими мастерами.

– Временные рамки и местность, где стоит крепость? – теперь задал вопрос тот служитель, что встречал Корра в холле архива. Видно старший из них.

– Примерно тысяча, тысяча с небольшим зим назад – сразу после того, как столица Эльмерии была перенесена из нынешнего Старого Эльмера в Золотой – на Королевские Холмы. Так вот, в то время были построены сразу четыре оборонительные цитадели в полудне пути от столицы. Две смотрят на Заревое море, а две остальные – на горы. Вот, из последних мне и нужна та, что расположена на юго-запад от столицы и носит название Цитадели Над Рекой.

– Нам все понятно, господин, – ответил служитель с поклоном и, подхватив… лампу, ринулся в хранилище. Другие гномы последовали за ним, тоже при этом, вооружившись… ярко горящими сосудами. А как же строжайший запрет?! Корр недоуменно воззрился на принцессу, но спросить не успел – та рассмеялась и подала ему такую же:

– Смотрите, она только похоже на обычную, но огня в ней нет. Ими мы подсвечиваем, если нужно что-то рассмотреть вблизи или прочесть.

И точно, в руках Корра была лампа, вроде такая же, как и остальные все здесь – с емкостью, стеклянным верхом и ручкой, но вот вместо масла и горящего фитиля, в ней было навалено что-то непонятное, разглядеть которое он не смог из-за бьющего в глаза близкого света.

– Это Адоледовы грибы, – пояснила девушка, – как и одной свечой, много ими не осветишь, но вот рассмотреть что-то поможет неплохо. Пройдемте и мы в хранилище.

Слева и справа от основного прохода в стороны убегали другие – уже составленные высокими полками. Эти узкие коридорчики убегали вглубь и терялись из виду. Периодически вдоль главного прохода поднимались пары мощных колонн, поддерживающих свод. Но так как на них и крепились медные «зеркала», перенаправляющие свет по огромному залу, то выше них столбы начинали тонуть в темноте, пока совсем не пропадали из виду. Так что сам потолок оказался совсем невиден, и понять насколько высоко он расположен, не представлялось возможным. Даже Корр с его острым зрением, сколько не напрягал глаза, рассмотреть его не смог.

Ну, да и ладно.

На тех же колоннах висели и разные таблички, странными обозначениями очень напоминающие те, что он видел в рельсовых тоннелях. Так что Корр быстро сообразил, что это тоже какие-то указатели, но, сколько не вглядывался в них, разобрать ничего не смог.

– Вы все равно ничего не поймете, господин Коррах, – сказала, шествующая с ним рядом принцесса. – Там написано на языке гномов.

– А разве гномы не говорят на общем?! – искренне удивился он, потому как о том, что те имеют не только собственный язык, но и письменность, никогда даже не слышал.

– Да, говорят, и давно. Но свой язык у нас появился после Последней битвы, когда мы еще не воевали с эльфами, но и почти не взаимодействовали с ними. А других народов тогда Отец еще не сотворил. И мы довольно долго успели пожить сами по себе. Сейчас это мертвый язык, как и древнеэльфийский, с которым он, конечно, имеет общие корни. Так что на нем никто давно уже не разговаривает, и осталась лишь письменность, которую и используют для разных обозначений и иногда в написании важных документов.

– А что на них, если не секрет, конечно?

– Не секрет. Вот эта, например, – принцесса указала на ближайшую дощечку по левой руке, – обозначает, что в этом направлении хранятся документы, связанные с делами темных эльфов, эпохи до Большой битвы с простыми людьми. Те, что остались у нас позади, говорят о самых старых и даже древних хранимых бумагах, а вернее, свитках из кожи. А потом шли документы времен нашей с ними войны. По правую руку, кстати, такие же отделы с документами от светлых. Далее пойдут по левую руку наши – гномьи записи, а справа от оборотней, с подразделами по кланам. И только в самом конце начнутся секции бумаг относящиеся к королевствам простых людей. У них, как вы знаете, самая короткая история – всего три тысячи зим насчитывающая.

– А с чисто драконьих времен что-то осталось?! – спросил Корр, впечатленный емкостью хранилища и четким порядком в нем. У них вон в Силвале, в сравнении с этим, считай, полный бардак по полкам.

– Есть, – тем временем отвечала на его вопрос принцесса, – но очень немного. И они хранятся в отдельной комнате под особой охраной.

И вот, когда они дошли до того места, где таблички видны были на каждом подпорном столбе, слева в глубине одного из проходов показались и служащие. Здесь, на внутренних сторонах стеллажей, можно было рассмотреть и более маленькие дощечки, на которых, видимо, обозначались местности и года по королевству Эльмерия.

– Неужели вы столько настроили? – опять изумился Корр, разглядывая плотно заполненные полки.

Принцесса рассмеялась, но все же ответила:

– Нет, конечно! Документы по строительству – это самая малая часть того, что вы видите здесь. А в основном это денежные документы: третьи копии договоров, расписок и всевозможных обязательств. А так же подтверждения закрытых дел и долги по незавершенным. Всевозможные копии наследных дел и купчие, оформлявшиеся в наших Процентных домах. Вы же знаете, что такие дела считаются самыми верными. И недаром – гномы все скрупулезно собирают и ничего никогда не теряют.

Ага, а они тогда с Алексином вот засомневались и оформили все в конторе простых людей. Лучшей, как тоже говорили, но вот оказавшейся подвластной некоторым значимым в королевстве особам. И огребли проблем на несколько зим. А если б не такой же третий экземпляр, о составлении которого тогда подсказал знакомый гном и припрятанный Корром у своих родных, то были бы они с Лиссой и совсем бедные! А из тех проблем могли вообще не выпутаться. Да-а…

– Но еще здесь хранятся и копии межгосударственных договоренностей, переписка власть имущих за все времена, мемуары значимых людей и познавательные записки купцов о нравах народов, с которыми гномы торгуют, – меж тем продолжала девушка свой рассказ. – В общем, много чего здесь есть – всего и не перечислишь.

А пока они с принцессой беседуя, и неспешно дефилируя по главному проходу, снова дошли до полок с документами по Эльмерии, архивариусы, похоже, успели провести немалую работу. Старший из них, увидев начальницу с гостем, слез с высокой угловой лестницы на колесах, и направился к ним.

– Ваше высочество, господин, – с поклоном произнес он, и развел руками, – мы ничего не нашли. В ближайшие двести зим после переноса столицы, никаких оборонительных сооружений около нее не строилось. Только уже через четыре века было возведено второе кольцо охранных стен с башнями вокруг разросшегося к тому моменту города. Но его строили сами простые люди и к нам сведения о нем попали только потому, что Совет Эльмера брал большой заем у Голдэйских на его строительство.

– Как так?! – взвился Корр в испуге, – Вы же говорили, что у вас ничего не теряется!

– Без паники, господин Коррах! – строго прикрикнула на него принцесса и грозно посмотрела на ссутулившегося перед ней старшего архивариуса: – Вы позорите всех гномов в глазах иноземного гостя, мой совсем неуважаемый Даларфуг! Я должна вас учить, как искать запрошенные документы?! Вас, пятую сотню зим находящегося в стенах архива?! Нет после переноса столицы, значит, смотрите там, где располагаются бумаги «до» него и «во время»! Крепости стоят и поныне, и это точно работа наших мастеров, потому как ее ни с какой другой не спутаешь. Поэтому бумаги быть обязаны! А у простых людей, как известно, память такая же коротка, как и их жизнь! Потому могло и позабыться точное время постройки цитаделей.

И все это было произнесено настолько свысока и царственно, что сразу стало видно, в ком здесь течет крепкая королевская кровь, а кто тут только на побегушках. Ворон даже впечатлился таким неожиданным новым образом девушки. До этого-то момента она с ним вполне на равных себя показывала…

И точно, не прошло и получаса по внутренним тикалкам Корра, как подстегнутые начальством гномы нашли искомое. Один из тех, что был в эту минуту на лестнице, громко завопил:

– Нашел! Нашел! Вот документы по Лесной Цитадели, а рядом… точно, по той, что Над Рекой! – и быстро стал спускаться вниз, удерживая целую кипу бумаг в руках. – Оказывается, сначала их отстроили, а потом уж и столицу переносить стали!

Второй гном схватил лестницу, с которой тот только что слез, и покатил в главный проход, в котором так и стояли все это время Корр и принцесса. А придвинув ее к ним, нажал на какие-то крепления, сложил, и верхняя площадка той превратилась в довольно удобную столешницу.

Ну, как удобную… стол, конечно, был сработан под гномов, и Ворону пришлось низко склониться к нему. Но вот объемная подшивка больших листов легла на него вполне уверенно.

– Вам нужна копия всего документа? – спросила девушка сразу, как убедилась, что это именно то, что они искали.

– Нет, – сказал Корр, – только те листы, где указаны подземные ходы. И не те, что сделаны были для защитников крепости, а тайные, для вашего – гномьего пользования.

– Наш народ живет торговлей и в мире с другими народами! И всегда выполняет свои обязательства! А потому, наши мастера строят строго по обговоренным с заказчикам планам, – твердо ответила та, вдруг опять превратившись из милой во всех отношениях девушки в принцессу крови.

– Я знаю точно, что наученные долгим противостоянием с эльфами, ваши мастера такие тайные ходы делают обязательно. На случай если те, кто заказывает им строительство военных замков, потом вдруг захотят с вашим народом повоевать, – тоже не мягко сказал на это Корр.

– Это закрытая информация! – ответила властная гномка, понизив тон своего голоса до такого холода, что в нем, похоже, даже ледышки засверкали.

– Ваше высочество, я вас прошу… нет, умоляю, – опускаясь перед принцессой на колени, взмолился Ворон, – мне надо спасти оттуда очень близкого человека – мою воспитанницу. И это мой долг жизни ее отцу, близкому другу, который давно умер и оставил ее еще ребенком на мое попечение! Это, – он повел рукой, в сторону лежащей на столе подшивки, – наша последняя надежда! Тот человек, что ее удерживает – маг некромант, который вознамерился с помощью пленницы, добиться престола Эльмерии. А войска, которые уже стоят под стенами цитадели, если пойдут на приступ, будут долбиться в стены не один день! И мы боимся, что черный маг обозлиться и с Лиссой что-нибудь сделает! Мы хотели тайно… небольшой, но крепкой группой… сначала девочку вытащить… а уж потом…