Текст книги "Зима возмездия (ЛП)"

Автор книги: Андреас Грубер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 20 (всего у книги 27 страниц)

ГЛАВА 47

ГЛАВА 47

Заглянув уже во все ниши на первом этаже клуба, Пуласки оставил напоследок индивидуальные кабинки. Он чуть приоткрыл первую дверь – и застал врасплох двух женщин с мужчиной. В полумраке было видно, что для Торфхоффа этот тип слишком молод. Пуласки поспешно прикрыл створку.

Парочка у него за спиной возмутилась, прозвучало слово «извращенец».

Пусть думают что хотят. Всё лучше, чем правдой устроить панику. Она всё равно неизбежна, едва коллеги переступят порог клуба.

Но пока до этого не дошло, он намеревался хотя бы относительно незаметно отыскать даму в красном. А когда найдёт – задержит.

Оставались ещё две кабинки, потом он поднимется наверх, к комнатам для пар.

В следующей кабинке на матраце лежал пожилой мужчина, на нём сидела женщина, а на крючке висело что-то красное. Пульс у Пуласки участился.

Это они!

Он шагнул внутрь, сунул руку под пиджак – к подплечной кобуре с «вальтером». И тут же увидел, что на крючке всего лишь красная блузка да лифчик с рюшами того же цвета.

– Слышь, проваливай! – рыкнул мужчина.

Пуласки убрал руку с оружия.

Не Торфхофф!

– Извините, – пробормотал он и хотел развернуться, как вдруг в коридоре пронзительно вскрикнула женщина:

– У него оружие!

Несколько посетителей закричали. Пуласки торопливо застегнул пиджак – и тут же на плечо сзади легла тяжёлая ладонь. Он резко обернулся. Лысый вышибала из фойе. Очевидно, его привели гости, которым не пришлось по нраву поведение незваного гостя.

Шум вокруг нарастал – весть о посетителе с пистолетом расходилась как пожар по сухой траве.

– Прошу за мной! – потребовал лысый.

– Меня зовут Пуласки, я из уголовной полиции, – сказал он как можно тише, чтобы лысый разобрал его слова сквозь музыку. – Сейчас я полезу в карман и покажу удостоверение.

– Не-а, – буркнул вышибала и сжал плечо крепче. – Разберёмся снаружи, в кабинете, а не здесь!

– Уберите руку! Это полицейская операция. – Голос Пуласки стал жёстче; он кивнул на последнюю кабинку. – Я сейчас туда загляну.

Тем временем вокруг них собралось несколько любопытных, глазевших на сцену.

– А ордер на обыск у вас есть? – поинтересовался лысый.

Вот же умник нашёлся!

– Нет. И не нужен. Промедление опасно.

Пуласки перехватил пальцы вышибалы и вывернул запястье так, что того с криком повело набок, и он рухнул на колени.

– Тише, – прошипел Пуласки. – Я только загляну в эту кабинку. Не больше!

– Проваливай, извращенец! – выкрикнула какая-то женщина.

– Молчи, у него оружие!

В этот миг дверь последней кабинки распахнулась, и в коридор вышла женщина с длинными каштановыми волосами. На высоких каблуках, с сумочкой и в обтягивающем красном платье.

Чёрт, я так и знал!

Не отпуская лысого, Пуласки свободной рукой выхватил пистолет.

– Стоять!

Но женщина уже повернулась к нему спиной и проталкивалась сквозь толпу прочь.

Одна из посетительниц заглянула в открытую кабинку и зашлась истерическим воплем. За ней – другие. И тут началось по-настоящему. Толпа хлынула во все стороны гигантской волной, и Пуласки с трудом удерживался на ногах, чтобы его не снесло.

Дай я сейчас предупредительный выстрел в потолок – паника станет окончательной. Чёрт!

Он попытался прицелиться в женщину в красном, но мечущиеся посетители то и дело перекрывали линию огня. Да и стрелять здесь было бы чистым безумием.

Пуласки отпустил пыхтящего вышибалу, протиснулся к последней кабинке и заглянул внутрь. Теперь стало ясно, отчего гости в истерике бросились врассыпную. По всей видимости, это и был Торфхофф – с голым низом он лежал на полу в огромной луже крови, и она всё расплывалась вокруг. На голове – полиэтиленовый пакет; из раны на сонной артерии пульсирующими толчками била алая струя.

– Вызовите врача и «скорую»! – рявкнул Пуласки, но его никто не услышал – он уже стоял у кабинки в одиночестве.

Страх оказался сильнее вуайеризма, и публика в панике ринулась к выходам. Даже вышибалу как ветром сдуло. Пуласки взглянул в ту сторону, куда скрылась брюнетка, потом снова в кабинку.

Что делать? Догнать её и задержать? Или попытаться спасти Торфхоффу жизнь? Сердце у него ещё бьётся – иначе крови не вытекало бы столько.

– Fuck! – выругался Пуласки.

Он сунул табельное оружие в кобуру, бросился в кабинку, опустился на колени прямо в кровавую лужу и сорвал с головы мужчины пакет. И правда – Торфхофф.

Рот распахнут, язык вывалился, глаза смотрят прямо, и зрачки реагируют – сужаются.

Хороший знак! Лишь бы лысый тем временем не вернулся с битой.

Пуласки прижал основание ладони к ножевой ране на шее, другой рукой выудил из кармана мобильник. Перепачканными в крови пальцами кое-как набрал номер экстренной службы. Наконец соединилось, и он зажал телефон между плечом и ухом.

В эту секунду музыка в клубе смолкла. Тем отчётливее стали слышны крики людей, рвавшихся к гардеробу и выходу. Вопили вразнобой. Оружие, убийство, кровь, теракт.

Отлично ты всё провернул!

Наконец в трубке отозвалась женщина. Он назвал имя, адрес и сообщил всё, что знал о Торфхоффе и его ранении. Затем положил мобильник на тумбочку рядом с лампой и прижал к ране обе ладони.

– Держись, старина. Мы справимся!

Самые свежие детективы и триллеры – на торрент-трекере «NoNaMe Club»

ГЛАВА 48

ГЛАВА 48

Кристина стояла в женском туалете и сквозь дверь слышала суматоху в соседнем гардеробе.

К счастью, в кабинках никого не было. Она запихнула парик в сумочку и провела ладонью по голому черепу, снимая два длинных волоса, отцепившихся от парика. Затем наспех, как могла, смыла с рук кровь Торфхоффа.

Снаружи всё ещё бушевал хаос.

Значит, время у меня ещё есть.

Она достала чёрную помаду и густо мазнула по губам. Потом стянула с себя своё хитрое красное платье-двусторонку, вывернула наизнанку и быстро снова надела. Теперь на ней было чёрное коктейльное платье с красной каймой.

Перед зеркалом она разгладила ткань, перекинула через плечо ремешок сумочки и сдвинула брови. В одно мгновение её было не узнать.

Лысая высокая амазонка в тёмном вышла из туалета и растворилась в толпе. Большинство ломилось к гардеробу – никто не хотел покидать клуб полуголым. А Кристина даже не стала забирать из шкафчика свою шубу – так в общем потоке и подалась к выходу.

Теперь кое-кто знал, как она выглядит, – но всё равно пора было менять образ. Она и не рассчитывала, что пять дней проходит в красном незамеченной. И всё-таки запас прочности кончился только к самому финалу.

Тот пожилой в пиджаке, которого я заметила краем глаза и который и устроил весь этот переполох, меня выследил. Но как? И кто он вообще такой? Да какая теперь разница! Всё прошло на волосок. И ты ещё далеко не на улице!

Толпа вдруг застопорилась. Кристина оказалась всего в нескольких метрах от фойе – оно работало как игольное ушко и с напором не справлялось. Но дело было не только в этом. Дальше виднелась распахнутая дверь на улицу. Перед клубом стояла полицейская машина, и переливчатый синий свет проникал внутрь. Ей казалось, что сквозь гомон и выкрики она различает потрескивание раций.

Чёрт! Надо отсюда выбираться!

Сзади напирали, чей-то локоть врезался ей в позвоночник, но дальше хода не было. Видимо, полицейские по какой-то причине придержали поток.

Кристина чуть повернула голову.

– Огонь подбирается, но, к счастью, мы скоро выйдем, – прошептала она, будто бы оглядываясь назад, однако так, чтобы пара впереди тоже услышала.

– Пожар! – тут же выкрикнул мужчина перед ней.

По толпе пошла паника. Сзади напирали безжалостно, и теперь Кристина и сама проталкивалась вперёд. Все кричали наперебой.

И вдруг ей почудился запах палёных волос. Дым, обжигающий жар и даже смрад горелой плоти!

Просто почудилось? Конечно, что же ещё?

И всё же это походило на дежавю – что-то силилось пробиться сквозь подсознание, что-то, что дремало там, в глубине. На миг, посреди давки, она прикрыла глаза и позволила видению подняться – стремительному и кошмарному, как всегда.

В одно мгновение Кристина оказалась уже не в фойе клуба, а в тесном тёмном помещении. Перед ней стояла девочка, кричавшая как резаная и никак не способная остановиться. И надо всем этим – страшный запах горелой кожи и обугленных волос.

Снова и снова одна и та же проклятая сцена! Эта девчонка – я сама? И не мои ли это страхи перед будущим, видения полной трансформации? Гони это прочь!

Вся в поту, тяжело дыша, Кристина распахнула глаза и жадно глотнула воздух. И в ту же секунду снова в полной мере услышала окружавший её гвалт.

– Пожар! Выпустите нас! – крикнула какая-то женщина, и толпа наконец сдвинулась.

Людей понесло через фойе к выходу, и Кристине оставалось лишь отдаться общему течению.

Гони кошмар прочь! Сосредоточься!

Перед выходом стояли двое полицейских, которые, судя по всему, силились пробиться внутрь клуба. Слева от здания только что притормозила вторая патрульная машина, оттуда выходили ещё двое в форме. Скоро они начнут переписывать данные.

К счастью, машина Кристины стояла справа, ниже по улице. Она ступила на первую ступеньку под открытое небо, ощутила холод и вдохнула колючий морозный воздух.

Несколько полуголых посетителей метнулись на ту сторону улицы, и, пока полицейские оборачивались им вслед, она сбежала по ступенькам, незаметно свернула направо и растворилась в ночи.

Самые свежие детективы и триллеры – на торрент-трекере «NoNaMe Club»

ГЛАВА 49

ГЛАВА 49

Глаза Торфхоффа остекленели и безжизненно уставились в потолок.

– Нет! – В горле у Пуласки мгновенно пересохло, к горлу подкатила тошнота.

Он схватил Торфхоффа за плечи и перевернул на спину. Распахнул расстёгнутую рубашку – обнажилась гладко выбритая грудь. Нащупал грудину, сцепил пальцы в замок, поставил основание ладони и надавил изо всех сил, налегая на руки всем своим весом.

– Ну же, давай! – рявкнул он и надавил снова.

Снова и снова. В такт музыке, которая звучала только у него в голове.

А-а-а-а, Staying Alive, Staying Alive.

Когда-то он слышал, что эту песню «Bee Gees» записали в том самом ритме, в каком бьётся человеческое сердце.Если держаться его – теоретически почти невозможно ошибиться.

Пуласки вздрогнул, услышав, как хрустнули рёбра. По вискам стекал пот; он сам уже почти не мог вдохнуть и начал хрипеть, но давил так, будто его ладони вот-вот проломят грудную клетку насквозь. С каждым нажатием из раны выплёскивалась новая порция крови – но он продолжал.

Сильнее! Не сбавлять!

Кровообращение должно было пойти, однако ничего не происходило, только из горла Торфхоффа при каждом нажатии вырывалось хрипящее бульканье – хотя человек был уже мёртв. И мёртвым останется.

Через пять минут Пуласки сдался. Тяжело дыша, он опустился на пол и ледяными, дрожащими, перепачканными кровью пальцами потянулся к ингалятору. Только вот сил поднять руку и сделать вдох уже не хватало.

Тебе, чёрт возьми, надо было гнаться за этой бабой!

– Оставайтесь на полу и не двигайтесь!

Пуласки поднял голову.

Перед кабинкой стоял лысый. Лицо у него было белое как мел, а в руке он действительно сжимал бейсбольную биту.

– Полиция уже прибыла? – невозмутимо спросил Пуласки и поднялся на трясущихся ногах.

Лысый отступил на шаг, но промолчал.

Ну и молчи. Если повезло, полиция уже здесь и перекрыла все выходы.

В тот же миг с обеих сторон в коридор протиснулись двое полицейских в форме, с оружием наизготовку, и оба уставились на Пуласки.

– Руки вверх! Не двигаться!

Только этого не хватало!

У его ног в луже крови лежал Торфхофф, а сам он стоял рядом – задыхающийся, потный, с окровавленными руками.

– Моя фамилия Пуласки, – выдавил он. – Я…

– Бросьте это!

Он опустил взгляд.

– Это ингалятор. От астмы.

– Бросьте!

Пуласки крепче сжал баллончик.

– Я полицейский из Лейпцига. Это я вам звонил – как раз для того, чтобы вот этого не случилось, – прохрипел он и кивнул на пол. – Мужчина мёртв. Ножевое ранение в шею.

Полицейские сначала уставились на труп, потом на него.

– Моё табельное в кобуре, – продолжил Пуласки. – Не делайте глупостей. Сейчас я воспользуюсь ингалятором. Затем достану из кармана пиджака удостоверение.

Те кивнули, но оружия не опустили.

Пуласки медленно сделал вдох, потом двумя пальцами вытащил удостоверение, раскрыл его и в виде исключения держал перед носом у этих двоих болванов так долго, что они могли бы выучить его наизусть.Не хватало ещё, чтобы при исполнении меня пристрелил какой-нибудь нервный коллега.

– Хорошо, простите, господин обер-комиссар, – выговорил один.

– Так. А теперь оружие опустить. – Пуласки вышел из кабинки. – Вы только вдвоём?

– Нет, мы приехали двумя экипажами. Двое других снаружи.

– Хорошо. Всё перекрыть, это место преступления. И передайте по рации, чтобы ваши коллеги перекрыли улицу в обе стороны, если этого ещё не сделано.

– Нет, не сделано. Мы хотели сначала посмотреть, что…

– Господи! – выругался Пуласки. – Да зачем я вообще с вами разговариваю? Вы, там! – Он ткнул пальцем во второго. – Рацию в руки! Перекрыть улицу! Вызывайте подкрепление. Пусть оцепят и все прилегающие переулки. Записывать номера всех машин, которые будут проезжать. Мы ищем молодую женщину, лет двадцать – двадцать пять, в красном платье и туфлях на высоком каблуке. Длинные тёмно-каштановые волосы. Скорее всего, в шубе. Передвигается, вероятнее всего, на автомобиле.

Полицейский снял с пояса рацию и отошёл в сторону.

– А вы, – Пуласки набросился на первого, – оцепите здание! Никто не входит, никто не выходит, пока мы не установим личности всех гостей. Понятно?

Тот кивнул.

Затем Пуласки повернулся к лысому, который стоял с битой в руке, точно мокрая курица, и таращился на него.

– А вы, лысый! Я видел камеру в мокрой зоне. Запись ведётся?

Вышибала покачал головой.

– Это только прямая трансляция на монитор.

– Другие камеры в здании есть? В фойе, может быть? Или снаружи, на улице у входа?

– Нет.

– Чёрт. – Пуласки рукавом смахнул пот со лба. – Когда приедет «скорая», проводите врача и санитаров к этой кабинке.

– Вы думаете, там ещё можно что-то сделать?

Пуласки помассировал переносицу, взглянул на неподвижного Торфхоффа и едва заметно покачал головой.

Не дёргайся. Всё равно ты бы его не вытянул.

Пятью минутами позже Пуласки стоял на улице. О пальто, оставшемся висеть в гардеробе, он начисто забыл.

Теперь его пробирало до костей. Но возвращаться в свинг-клуб времени не было. Внутри коллеги опрашивали персонал и оставшихся примерно шестидесяти гостей, а он торчал снаружи рядом с одним из полицейских и слушал по рации, что приносят оцепление и местный розыск.

Полицейский пристегнул рацию к ремню и беспомощно посмотрел на него.

– Пока что женщина к нам в сети не попалась.

И уже не попадётся.

Улицу запрудили три патрульные машины, автомобиль уголовной полиции, две «скорые» и машина реаниматолога – так плотно, что Пуласки не выехал бы отсюда в обозримом будущем. Он повернулся к коллеге.

– Когда пойдёте в клуб, прихватите моё пальто – оно одно висит на крючке, не ошибётесь, – и стаканчик кофе.

– Но я туда не пойду.

Пуласки устало посмотрел на него.

– Чёрный, горячий, без сахара.

Ворча себе под нос, тот двинулся к клубу.

Значит, брюнетка ушла. Дерьмо! После смерти Торфхоффа у Пуласки не осталось ни одной зацепки, где убийца ударит в следующий раз. Учредители «Casino Kotten Deutschland GmbH» были теперь все мертвы, как и двое управляющих, и юрист фирмы.

Кто следующий в списке? Сам Рихард фон Коттен? Его семья?

С этим человеком, чьи фирма и место жительства находились в Вене, надо было срочно поговорить.Только как? Через австрийское Федеральное ведомство уголовной полиции? Или напрямую через венский уголовный розыск?

Он презрительно покачал головой.Слишком долго и слишком много правовых и бюрократических вопросов. Пуласки слишком хорошо знал, что такое ведомственная машина, чтобы ждать, пока она раскачается. На это сейчас точно не было времени.

Он вытащил из кармана мобильный и открыл список контактов. На экране ещё темнели засохшие пятна крови Торфхоффа.В Вене я знаю лишь одного человека, через которого могу быстро и без лишних осложнений выйти на нужные сведения.

Пока коллега, неся пальто Пуласки на одной руке и стакан кофе в другой, выходил из клуба и пересекал улицу, телефон уже устанавливал соединение.

На экране светилось:Эвелин Майерс.

Пуласки поднёс трубку к уху и стал ждать гудков.

Самые свежие детективы и триллеры – на торрент-трекере «NoNaMe Club»

ГЛАВА 50

ГЛАВА 50

Едва Эвелин и Фло сели в машину и выехали с парковки санатория Нагорски, она пересказала ему всё: и встречу с Рихардом фон Коттеном, и их разговор, и телефонный звонок Хайнриху фон Коттену.

– Ну и дерьмо! – выругался Фло.

– Вот именно! Особенно учитывая, что Островский нам больше не поможет.

– А старший инспектор Ганзер?

– На него тоже можно теперь забить! Обычный опер из Федерального ведомства. Что он без Островского может сделать? С этой минуты мы предоставлены сами себе.

Несколько минут они ехали молча, вдоль Дунайского канала, в сторону центра. Позади собиралась гроза, и в зеркале заднего вида Эвелин видела светлую завесу града, нагонявшую их. На одном участке трассы погасли фонари, потом снова зажглись.

И тут зазвонил её мобильный. Она бросила быстрый взгляд на телефон, торчавший в центральной консоли.

– А ты, кстати, можешь удалить шпионское приложение, которое отслеживает мобильник? – спросила она, пока тот всё ещё трезвонил.

– Если это Android Lost – без проблем. Если что-то поумнее – будет сложнее.

– Хм. – Эвелин посмотрела на экран приборной панели. Высветился номер с немецким кодом.

Это последний звонок с этого аппарата , – поклялась она себе.Куплю новый, чтобы фон Коттен больше не мог за мной следить.

Она приняла вызов через громкую связь.

– Да, слушаю.

– Эвелин Майерс? – спросил мужской голос с немецким акцентом.

– Вальтер Пуласки! – изумлённо воскликнула она. – Давно вас не слышно. – Она невольно просияла, и на мгновение все её тревоги отступили. – Как поживаете?

– Жаловаться грех. – Пуласки рассмеялся собственному каламбуру: он же знал, что она адвокат. – А вы?

– Более или менее, – она преуменьшила то, что на самом деле её мутило. – Когда же вы наконец воплотите в жизнь свой давно обещанный визит в Вену?

– К сожалению, не сейчас. У меня тут события накатывают одно за другим.

– Кому вы это говорите, – вздохнула она.

– Я звоню по делу. – Голос его внезапно посерьёзнел. – Времени мало, нужна срочная справка.

– И, как же иначе, опять в обход обычной процедуры. – Она улыбнулась. – Валяйте.

На мгновение его стало плохо слышно. На заднем плане трещала рация, выл то ли полицейский, то ли санитарный сигнал.

– В Германии за последние дни произошло пять убийств высокопоставленных менеджеров. – Голос звучал загнанно. – У жертв есть кое-что общее: все они работали на «Casino Kotten Deutschland GmbH». Материнская компания находится в Вене. Случайно не знаете Рихарда фон Коттена, владельца?

Эвелин и Фло обменялись изумлёнными взглядами. Фло наморщил лоб.

– Это может быть ловушка? – прошептал он.

Эвелин покачала головой и снова повернулась к динамику.

– О да, я его знаю, – ответила она. – За что убили этих менеджеров?

– Сейчас слишком долго и сложно объяснять. Что вы можете рассказать мне о Рихарде фон Коттене?

Эвелин искала на обочине, где притормозить, и завела машину перед путепроводом на парковочную полосу. Движения здесь почти не было, но она всё равно включила аварийку.

В тот же миг их накрыла гроза. Ветер взвыл и закачал кузов, над крышей пронеслись ветки, по металлу забарабанил град. За считаные секунды дорога покрылась льдом и побелела почти до снежной голубизны.

Эвелин взглянула в зеркало, отстегнула ремень и устроилась поудобнее.

– О нём мы могли бы рассказать вам очень многое, – сказала она громко. – Смотря что вы хотите знать.

– Кто это – «мы»?

– Со мной в машине мой ассистент, Флориан Цок.

– Ему можно доверять?

– Разве иначе он был бы моим ассистентом?

– Один – ноль в вашу пользу, Эвелин.

– О каких убийствах речь?

– Ну… – Пуласки помедлил. – Убит директор фон Коттена по онлайн-играм. И юрист. И руководитель производства. И руководитель сбыта. А только что у меня на руках умер его финансовый директор.

– Вот же дерьмо! – вырвалось у Фло.

– Что вы сказали? – переспросил Пуласки.

– Ничего, – поспешно ответила Эвелин. – Чем мы можем вам помочь?

– Подозреваю, что одним из следующих в списке может оказаться кто-то из австрийских управляющих фон Коттена. Или он сам.

Это уже произошло. Она подумала о Иоганне Вульфе.

– Рихард фон Коттен сейчас в Вене.

– Вы уверены?

– Совершенно. – Она поморщилась.

– Я бы запросил для него личную охрану. И сам охотно с ним поговорил бы. Вы могли бы это устроить? – Чёрт побери! – выругался вдруг Пуласки. – Заткнитесь хоть на минуту! Не видите, я разговариваю!

– Алло? – позвала Эвелин.

В трубке слышались возбуждённые голоса и сирена.

– Да, я снова на связи. У нас тут целая заваруха.

– С фон Коттеном поговорить будет непросто. – Эвелин вспомнила недавнюю встречу с ним, Верманом и Нагорски. – Но вы не поверите тому, что я сейчас скажу: десять дней назад здесь, в Вене, тоже произошло убийство. Убили директора фон Коттена по разработке.

– Вы знакомы с делом?

– Ещё в как.

– Похоже, мы с вами снова занимаемся одним и тем же.

И правда. Каждые несколько лет судьба сводит нас вместе.

– Когда именно произошли убийства в Германии? – спросила она.

– Похоже, всё началось четыре дня назад.

– Вот же дерьмо, – повторил Фло, на этот раз тише.

Из динамика донеслись крики.

– Тут один сбежать пытается! – заорал Пуласки. – Держите его!

– Пуласки, вы на связи?

– Да, простите.

– У меня есть догадка, кто может быть убийцей, – сказала Эвелин. – И вашим, в Германии, и нашим – в Вене. Это один и тот же человек. Молодой мужчина по имени Михаэль Коттен.

Пуласки расхохотался: – При всём уважении к вашей интуиции, – отозвался он, – на этот раз вы ошибаетесь. Убийца – женщина. Молодая, чертовски красивая брюнетка.

Эвелин улыбнулась. Новость не удивила её ни в малейшей степени.

Я бы жизнь поставила на то, что в женском обличье он хорош собой.

– Вы сейчас в Лейпциге?

– Пока ещё в Галле-на-Заале, но завтра буду дома. А что?

Эвелин на секунду задумалась.Покончить с этим делом можно лишь одним способом.

– Я еду к вам в Лейпциг.

Самые свежие детективы и триллеры – на торрент-трекере «NoNaMe Club»