Текст книги "Зима возмездия (ЛП)"

Автор книги: Андреас Грубер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 19 (всего у книги 27 страниц)

ГЛАВА 44

ГЛАВА 44

– Кто вы такая и что вам известно о Кристиане Квилле? – спросила Эвелин маленькую седую женщину.

– Я здесь работаю, а имя моё не имеет значения, – отозвалась сестра.

Эвелин не стала допытываться: швейцар у входа уже наполовину выдал ей имя – сестра Бригитта.

– Хорошо, пусть будет так. Давайте выйдем.

Фло потянул на себя створку, и они вышли на площадку перед входом. Отсюда мраморная лестница спускалась к посыпанной гравием дорожке, где под фонарём поблёскивал «ауди» Нагорского. Дальше тянулась гостевая стоянка – там, в темноте, осталась машина Эвелин, – а за ней начинался лес. Где-то ухнула сова, и ледяной ветер прошёлся по кронам деревьев.

Сестра Бригитта дождалась, пока Фло прикроет дверь, и быстро огляделась.

– Останемся здесь – тогда нас никто не увидит из окна. – Она зябла в тонком белом халате и сунула руки в карманы. – Я слышала, как доктор Нагорский орал. Даже сквозь дверь.

– Этого и впрямь трудно было не услышать. – Эвелин подняла воротник пальто. – У него часто такие приступы?

– Почти каждый день. Работать в этом санатории – сущий ад. По-хорошему, нам, персоналу, терапия нужнее, чем иным пациентам. А нашему шефу – нужнее всех.

– Почему же вы не уволитесь? – спросил Фло.

Она снисходительно улыбнулась:

– В моём-то возрасте?

В женщине было что-то располагающее – этакая бабушка-домохозяйка; и, судя по всему, унижения начальника ещё не успели окончательно её ожесточить.

– Я слышала, вы расспрашивали о Кристиане Квилле, – продолжила сестра Бригитта.

– Вы его знаете?

– Я была его сиделкой.

– Были? – переспросила Эвелин.

– Его привезли восемь дней назад. Посреди ночи. Ни обычной экскурсии по корпусу, ни знакомства с персоналом, как полагается новичкам, ему не устроили. Тогда я и поняла: с ним что-то не так. К тому же доктор Нагорский поместил его в старом крыле.

– В старом крыле? – переспросил Фло.

– Это позади главного здания. Там держат тяжёлые случаи. Окна с решётками, двери на замках. Доступ туда имеют единицы.

– Например, вы?

Женщина кивнула.

– Я работаю здесь уже пятнадцать лет – считай, стала частью обстановки. Можно сказать, мы с доктором Нагорским вместе ставили этот санаторий на ноги, когда он был ещё молодым врачом, чуть за тридцать.

– И всё равно он так с вами обращается?

– Именно поэтому. Знает, что я никогда не уволюсь и его не брошу.

– Рассказывайте дальше.

– С Кристианом Квиллом контактировали считаные люди: доктор Нагорский, два терапевта и я. Даже ночной швейцар его в глаза не видел.

– Вы всё время говорите о нём в прошедшем времени, – заметила Эвелин. – Что с ним? Он умер? Несчастный случай, его убили?

Сестра покачала головой:

– Нет, не убили. Хотя пытался покончить с собой – таблетками. Но взял не те и остался жив.

– Так что же с ним?

– Сбежал. Пять дней назад. Я знаю это точно: носила ему еду и убирала в комнате. Не знаю почему, но побег замяли.

– С чего вы взяли?

– Полиция здесь так ни разу и не появилась, а Кристиан Квилл по-прежнему официально числится у нас пациентом.

– Почему вы нам всё это рассказываете? – допытывалась Эвелин.

Сестра Бригитта глубоко вздохнула.

– Мне нравился Кристиан. Времени мы провели вместе немного, но это были по-настоящему близкие часы. Такой грустный мальчик – и такой ранимый. В этом заведении он бы пропал. А ещё мне кажется, что здесь с ним обошлись очень несправедливо. Не знаю, зачем вы приехали, но, как я поняла, вы адвокат. Помогите ему!

– Это вы помогли ему сбежать? – едва слышно произнёс Фло.

– Нет!

Ответ прозвучал слишком поспешно. Эвелин поняла, что женщина лжёт.

Но ясно стало и другое: убийца разгуливает на свободе. Общественность ни о чём не догадывается, а те, кто посвящён, – отец Михаэля Хайнрих фон Коттен, Петер Верман, Томас и Оливия Нагорские, – наверняка будут держать язык за зубами.

И теперь подмена, которую устроил Рихард фон Коттен, должна храниться в тайне тем более. Фон Коттен слишком многим рисковал. Вопрос лишь один: как далеко он готов зайти, чтобы и дальше скрывать истинную подоплёку дела?

Сестра, видимо, заметила тревогу на лице Эвелин и понизила голос почти до неслышного шёпота:

– Вы оба знаете, что он сделал, верно?

Эвелин прищурилась и промолчала.

– Знаете ведь, я права?

Фло пристально следил за реакцией сестры, и вдруг брови у него поползли вверх.

– И знаете, кто такой Кристиан Квилл на самом деле.

Сестра Бригитта резко замотала головой.

– Бросьте, вы работаете здесь двадцать лет и не знаете племянника матери доктора Нагорского? Его двоюродного брата?

И тут Эвелин осенило. В голове её разом сошлись два кусочка мозаики.

– Вы видели то видео в интернете, верно? И это вы анонимно сообщили полиции, что на нём – сын Рихарда фон Коттена.

Женщина сжала губы и опустила взгляд.

– Совесть за то, что выдали юношу, не давала вам покоя. А когда полиция за ним так и не пришла, вы поняли: во всей этой истории что-то не так, – продолжала наступать Эвелин. – И в конце концов помогли Михаэлю Коттену бежать.

Сестра Бригитта молчала.

– Но тем самым вы помогли убийце, – добавила Эвелин. – Вы это понимаете?

– Вы как адвокат ему тоже помогаете.

– Это не одно и то же.

Сестра Бригитта уставилась в землю. Голос её слегка задрожал.

– Вам бы только с ним познакомиться – тогда вы поняли бы. Он попал в эту историю невиновным, его в неё втянули. На это его толкнули отец и трагические обстоятельства жизни.

– Он повлиял на вас и манипулировал вами, – подвела черту Эвелин.

Выставив себя жертвой, – добавила она про себя.

– Вы могли бы подтвердить это в су…

– Нет! Больше я ничего не скажу. – Сестра Бригитта подняла глаза. – Если кто-нибудь узнает, что мне известно и что я ему помогла, – мне конец.

Эвелин и Фло молчали.

Сестра вынула руки из карманов и подышала на сложенные ковшиком ладони.

– Мне пора. Пока не заметили, что меня нет.

– Постойте! – Эвелин удержала её за локоть. – Вы только что сказали, что Кристиан Квилл всё ещё числится пациентом. Значит, в его комнате с тех пор ничего не трогали?

Сестра кивнула.

– Но личные вещи он забрал с собой.

– И телефон? – уточнил Фло.

– Телефон, одежду, деньги… всё.

Фло многозначительно глянул на Эвелин.

– Sase2go, – пробормотал он.

Ну конечно! Раз Михаэль забрал смартфон с собой, Рихарду фон Коттену, Верману или кому-то ещё пришлось выдать Геральду Дрёгеру новый аппарат – и они забыли установить на него это приложение.

– А зубная щётка, расчёска, полотенца в ванной – на месте? – внезапно спросил Фло.

Сестра Бригитта наморщила лоб:

– Да. А что?

Фло, ты гений!

Эвелин уже представляла себе сравнение ДНК со следами в пентхаусе Йоханна Вульфа.

– Вы не могли бы принести нам его расчёску?

– Я… – Она замялась и коротко глянула на вход в санаторий. Ситуация явно была ей не по душе.

– Вы правильно сделали, что заговорили с нами, – мягко сказал Фло. – Если хотите, я провожу вас до старого крыла. Нам нужна только расчёска.

Сестра сглотнула и расправила плечи.

– Кто сказал «А», должен сказать и «Б», верно? Хорошо, принесу. Только это надо сделать прямо сейчас. Идёмте, скорее, со мной.

– Спасибо, – отозвался Фло.

– Но если доктор Нагорский или кто-то из охраны застанет вас в здании, – я ничего не знаю, понятно?

– Разумеется. – Фло уже взялся за дверь. – Идём?

– Не здесь. Через боковой вход. Или вы хотите снова пройти мимо швейцара?

Эвелин растерянно посмотрела им вслед – своему ассистенту и этой маленькой, ещё крепкой даме, которая сначала выдала убийцу полиции, потом помогла ему бежать, а теперь зачем-то пыталась загладить свою вину.

В следующий миг Фло вместе с сестрой исчез в боковом проходе, и Эвелин осталась одна в холодной ночи. В воздухе сгущалась сырость, от леса по лугу тянуло прохладным ветром.

Она медленно спустилась по ступеням к гравийной дорожке, где стоял автомобиль Нагорского. Странно, что он до сих пор не вышел проверить, в самом ли деле они дошли до стоянки и уехали. По крайней мере, в окне его секретариата ещё горел свет. За занавеской Эвелин различила две тени – не больше.

Пока она стояла возле чёрного «ауди», в ночь вдруг ворвались фары. Машина миновала стоянку и направилась к санаторию. По гравию заскрипели шины.

Островский? Всё-таки приехал?

Крайне маловероятно.

В следующее мгновение Эвелин узнала автомобиль. В свете фонарей блеснула хромированная решётка радиатора, тускло мерцал серебристо-серый лак. «Роллс-ройс» – машина Рихарда фон Коттена.

Самые свежие детективы и триллеры – на торрент-трекере «NoNaMe Club»

ГЛАВА 45

ГЛАВА 45

Кабинка, в которую Торфхофф ввалился вместе с Кристиной, размерами едва превосходила гардеробную. Внутри помещались разве что матрас-футон, тумбочка с лампой да стойка с полотенцами, дезинфицирующим средством и влажными салфетками; ещё мусорное ведёрко и контейнер для презервативов.

До сих пор эту кабинку с тёмно-красной подсветкой Торфхофф видел только снаружи. Сам он предпочёл бы нишу с занавеской, но Кристине приглянулось именно здесь. Что ж, понятно – молоденькая, стеснительная, не привыкла, чтобы за ней подглядывали в постели. К тому же она шепнула ему на ухо, что собирается вытрахать ему мозги. И если в постели она хороша так же, как в поцелуях, обещание было отнюдь не пустое.

Не отрываясь друг от друга, они протиснулись внутрь, и Торфхофф ногой захлопнул дверь.

Кристина прижала его к стене и провела языком по груди – так, что бутылка шампанского, которую он всё ещё держал, выскользнула у него из руки. Она покатилась по полу, и остатки игристого вылились на ковёр.

А, наплевать!

Торфхофф закрыл глаза и отдался ощущению: острые зубки покусывали его сосок.

– У меня есть идея, – сказала она наконец и потянулась к сумочке на тумбе.

Он покосился в сторону:

– Это, что ли, твоя?

– Да, я её заранее сюда поставила. – Кристина вытащила прозрачный полиэтиленовый пакет. – Что скажешь, если я в момент твоего оргазма натяну тебе это на голову?

Он почувствовал, как член под боксёрами стремительно сдулся.

– Тебе настолько отвратительно моё лицо?

Смеясь, она придвинулась ближе.

– Наоборот, ты потрясающе выглядишь. Но обещаю – так ты словишь куда более сильный кайф, – выдохнула она ему в ухо.

– Я… – Торфхофф осёкся.

Не такая уж невинная и неопытная, как мне показалось.

– Нет. – Он улыбнулся. – Этого я делать не стану. А ты, если хочешь, натяни себе, хотя по мне так лучше было бы…

– Это ты её на себя наденешь, – отрезала она.

Так-так, девочка не в себе. А ведь как славно было бы провести вечер с такой горячей крошкой.

– Я думаю, лучше будет, если я…

Он умолк.

Чёрт! Что это?

Внезапно он ощутил, как комната медленно расширяется. Стены раздувались самым нелепым образом и снова сжимались, точно помещение дышало. Он инстинктивно оперся о стену. Из пор хлынул пот.

Никакой полиэтиленовый пакет ему не требовался, чтобы почувствовать удушье и головокружение – всё пришло само собой.

Она нахмурилась.

– Что с тобой?

– Мне вдруг так…

Теперь пот тёк и по лбу, желудок свело судорогой.Проклятье! Сердце заколотилось как сумасшедшее. Он наклонился, упёрся ладонями в колени. В глазах поплыло. Пол растягивался перед ним, а бутылка из-под шампанского уплывала в бесконечную даль.

Шампанское!

– Ах ты, чёртова сука… – прошептал он. – …ты что-то подсыпала мне в бокал.

– Лёгкое снотворное, – ответила она. – Чтобы ты не дёргался.

Она спятила!

Он попытался протиснуться мимо неё к двери, но Кристина удержала его и с поразительной лёгкостью толкнула на матрас. Падение шло словно в замедленной съёмке, а когда он опрокинулся на постель и уставился в потолок, веки на мгновение сомкнулись сами собой.

Нет! Нельзя отключаться! Думай!

– Но ты… ты… – пролепетал Торфхофф.

Сосредоточиться никак не удавалось. Мысли являлись толчками и исчезали раньше, чем он успевал их ухватить.

– Ты ведь тоже это пила.

Она склонилась над ним и шепнула:

– Я пила из своего бокала. А ты – прямо из горлышка.

Он перевернулся на бок и посмотрел на бутылку.

– Так это… было только там?..

Кристина кивнула, длинные волосы упали ей на лицо.

Но этого не может быть! Сердце колотилось, мысли путались.

– Я ведь и тебе… наливал из бутылки… в бокал.

– Верно. – Улыбаясь, она провела ноготком по его губам. – Только после этого я больше не пила.

– Зачем? Чего… ты хочешь?

Она перевернула его дальше на бок и легла позади. Он уже не мог двинуться, был совершенно одурманен, попытался закричать, позвать на помощь – но язык тяжело валялся во рту и не желал слушаться.

К тому же приходилось из последних сил сосредотачиваться на том, чтобы ровно дышать и не задохнуться. Будь доза чуть сильнее – сердце наверняка уже остановилось бы.

Тут он услышал шорох. В следующий миг она и впрямь натянула ему на голову пакет. Стало жарко, очертания кабинки виделись теперь смутно и искажённо сквозь прозрачную плёнку. Он поднял руку, но сил порвать пакет пальцами уже не хватало.

На помощь! Да зайдите же сюда хоть кто-нибудь! Столько народу в клубе – а я лежу здесь, беспомощный, один.

Тем временем Кристина зашевелилась за его спиной. Он почувствовал, как она задирает платье, а потом ощутил между ягодиц нечто твёрдое и одновременно тёплое.

Член!

– Ты… ты что – ?.. – прохрипел он.

– Да, – выдохнула она и поцеловала его в шею. – Я долбаная транса. И мой член хочет в тебя.

По телу пронёсся чистый адреналин.Нет! Пот стекал по вискам, пакет внутри запотел.

Тебе надо выбраться отсюда!

Он попробовал приподняться, размахнуться руками – но ухватил лишь её волосы. Когда он дёрнул, Кристина даже не вскрикнула. И это притом, что ему показалось, будто он сдирает их вместе с кожей.

Нет! Проклятье! Что это?

Он повернул голову – и увидел её лысой.

Чёртов парик!

Сквозь плёнку, уже плотно прилипшую к коже, он размыто разглядел очертания её лица.

Я знал, что где-то его видел!

– Это ты? – выдавил Торфхофф и почувствовал, что воздуха больше нет.

Да, это я, – подумала Кристина и туже стянула край пакета вокруг его шеи.

Он был первым, кто её узнал. Все прочие видели лишь то, что хотели: длинноволосую, милую, хихикающую, беззаботную Кристину в облегающем платье, которая обожала флиртовать, искала безумных приключений и была готова воплотить любые до сих пор неисполненные фантазии.

От отца она знала о его менеджерах многое – и о Торфхоффе в особенности. Например, что тот падок на молоденьких и что по пятницам вечером его никогда не застать у телефона: эти вечера он проводит в свинг-клубе. А поскольку в Халле и окрестностях такое заведение было только одно, шансов встретить его именно здесь хватало с избытком.

Оставалось лишь успеть подцепить Торфхоффа раньше, чем его уведёт у неё из-под носа какая-нибудь другая. Впрочем, при её фигуре у соперниц всё равно не было ни единого шанса.

Как же легко оказалось снять Клауса Хинце в «Country & Beat Club», подцепить Биркенталя в опере, позволить Ирис заговорить с собой на благотворительном вечере и соблазнить Зиглера в его номере отеля.

К Зиглеру, этому счастливо женатому старику, она даже испытывала что-то вроде жалости. Но именно с ним пришлось труднее всего. Мало было уговорить его на короткий романчик – на первое настоящее приключение за сорок лет; нужно было ещё и так упрятать член и яички в тесных узких трусиках, чтобы он ничего не заподозрил.

Когда во время анального он сдвинул её трусики в сторону, то едва не разоблачил её. Однако старик, мечтавший лишь раз в жизни пережить страстный роман, был в таком экстазе, что даже помыслить не мог, что спит с транс-женщиной.

А кто же лучше знает, чего хочет мужчина, чем та, что когда-то сама была мужчиной? Этим знанием она уже не раз искусно пользовалась.

Торфхофф хрипел, вывалив язык. Плёнка присосалась к лицу второй кожей, и его побагровевшая голова походила на кусок мяса, упакованного под вакуумом.

Кристина крепко стискивала пакет и всё глубже входила в него – сперва с гневом и яростью, потом всё жёстче, с чистой агрессией. И всё-таки было что-то хорошее в том, что операцию ей по медицинским причинам сделать не позволили. Только когда сопротивление Торфхоффа сломится и он осядет под ней, она кончит. А после возьмёт камеру и сделает снимки.

Но вдруг снаружи в кабинку донёсся нарастающий гвалт. Кристина замерла, подняла голову, прислушалась.

Люди кричали, ругались. Хлопнула дверь. Звуки шли из соседней кабинки!

Чёрт! Кажется, кто-то всё-таки заметил, что здесь творится!

Она оставила Торфхоффа, вскочила и одёрнула платье. Быстро схватила парик, нахлобучила на голову.

Тем временем пакет приоткрылся, и Торфхофф снова жадно глотал воздух.

Дерьмо. Капли его вырубили, но не убьют – отделается головной болью и провалом в памяти. А провал этот слишком короток, чтобы он забыл всё, что видел.

А он должен забыть!

Знаю!

Шум приближался.

Уноси ноги!

Она схватила сумочку. Опустила взгляд на Торфхоффа – тот лежал на матрасе, скрючившись, как младенец.

Этого маленького антракта ему пережить нельзя. Как-никак он видел твоё лицо, узнал тебя и сможет описать.

Не раздумывая, она достала из сумочки телескопический стержень и со щелчком его выдвинула. Три четверти метра прочной, холодной стали.

Не до игр!

Спасибо, знаю!

Она приставила остриё к горлу Торфхоффа и надавила. Мягкая кожа тут же подалась.

Давай уже, бей!

Самые свежие детективы и триллеры – на торрент-трекере «NoNaMe Club»

ГЛАВА 46

ГЛАВА 46

Серебристо-серый «роллс-ройс» подкатил к Эвелин и хрустя гравием, замер. Задняя дверца тут же распахнулась, и из машины вышел Рихард фон Коттен. Удивлённым он не выглядел – скорее напротив. Он сразу же направился к Эвелин с таким видом, словно явился сюда исключительно ради неё.

– Что вы делаете в этом месте, госпожа доктор Майерс? – спросил он мягко.

Прозвучало это не вопросом, а упрёком.

– Разве вам не следует готовить защиту моего сына?

Эвелин скользнула взглядом по машине с тонированными стёклами.Похоже, на сей раз Петер Верман остался дома.

– Чтобы защищать вашего сына, мне для начала следовало бы его найти, – ответила она.

Фон Коттен нахмурился.

– О чём вы?

– Хватит играть в кошки-мышки, – обронила Эвелин. – Если вы действительно тот умный человек, за которого я вас принимаю, то давно поняли, зачем я здесь.

Фон Коттен застегнул пальто, демонстративно огляделся и продолжил разыгрывать простачка.

– Уж не свидетелей ли защиты вы тут ищете?

– Похоже, вас это всерьёз тревожит. А я-то думала, ваш сын вам глубоко безразличен, – заметила Эвелин, не дожидаясь ответа. – Откуда вы вообще знаете, что я здесь?

И тут её осенило.

– Вы за мной следите!

В ту же секунду ей вспомнилось то странное чувство, что преследовало её в последние дни всякий раз, стоило выйти из дома.

– Слежу? Помилуйте! В наше время это уже излишне. – Фон Коттен усмехнулся. – А если бы и так, я приставил бы к вам охрану.

Ага, размечтался! Эвелин задумалась.Излишне? Что он имеет в виду? И вдруг ответ пришёл сам собой.

– Вы подсадили мне жучок в телефон!

– Вы сами оставили его у меня во время визита в мою виллу, – невинно отозвался фон Коттен.

– Мой телефон был заблокирован!

– Вы же не думаете всерьёз, что для кого-то это препятствие – заглянуть в его содержимое?

– Ах ты, мерзавец! – В горле у Эвелин перехватило. – Вы установили на мой телефон приложение?

Фон Коттен не ответил.

– Или жучок? Может быть, даже прослушиваете меня?

– Нет, прослушивать вас этим нельзя.

– Значит, только пеленгуете! И вы вот так запросто в этом сознаётесь?! – вне себя воскликнула она.

– Доказать это вам будет непросто. Да и какая разница, что я делаю. Со мной вы всё равно ничего не сможете поделать – что бы я ни творил. С такими, как вы, я разделываюсь ещё до того, как успею выпить первую чашку кофе и покормить рыбок в аквариуме. И лишь потом перехожу к действительно важным делам.

– И тем не менее со мной вы, похоже, ещё не покончили, иначе не стали бы являться сюда лично, чтобы меня припугнуть.

– А вы чувствуете себя запуганной? – невозмутимо осведомился он.

– А похоже?

Фон Коттен подступил вплотную, но она не отступила ни на шаг.

– Я подобралась слишком близко к вам и вашему изящному маленькому плану? Наступила на больную мозоль?

– Недурная попытка перейти в наступление. – Он одобрительно повёл уголками губ.

Эвелин твёрдо смотрела ему в глаза. Не будь Фло поблизости, она едва ли сумела бы вот так отбрить угрозы фон Коттена – посреди ночи, в этом богом забытом углу. Но Фло прикрывал ей спину, и выказывать слабость при фон Коттене она не собиралась.

С другой стороны, изображать неведение тоже не имело смысла. Фон Коттен прекрасно понимал, как далеко она зашла. Зато если удастся вывести его из равновесия, он, чего доброго, и оступится.

– Я уничтожу вас профессионально, если вы не доведёте процесс без эксцессов до конца, – прошептал он. – Как адвокат, вы обязаны защищать моего сына.

– Неверно, – поправила она. – Я обязана защищать своего подзащитного – а вашего сына вольна и обвинять!

Фон Коттен сглотнул.

– Как вам угодно. Я вас предупредил. Готовьтесь к тому, что я уничтожу вас не только профессионально, но и в личной жизни.

– Да неужели? —Возьми талончик и встань в очередь!

Он на мгновение обернулся, бросил взгляд на свою машину и коротко кивнул. В ту же секунду открылась передняя пассажирская дверца, и кто-то вышел. Петер Верман – в тёмных брюках и ветровке.Значит, я всё-таки ошиблась.

Он молча встал перед Эвелин и протянул ей мобильный.

– Это вам.

Озадаченная, она взяла телефон. По таймеру на экране было видно, что разговор длится уже три минуты. Эвелин медленно поднесла трубку к уху.

– Алло?

На том конце слышалось лишь тихое дыхание, и она уже готовилась услышать глухой, бесстрастный голос одного из верманских прихвостней.«Как вам уже сказал Петер Верман, мы знаем, где вы живёте. И знаем, что у вас в квартире два милых котёнка» – или что-нибудь в том же духе.

Но на другом конце провода оказался вовсе не громила.

Куда хуже!

– Уважаемая госпожа доктор Майерс, – проскрипел низкий голос, знакомый ей по многочисленным радиоинтервью. – С вами говорит начальник IV отдела по уголовным делам.

Хайнрих фон Коттен!

– Что вам от меня нужно? – Сердце её невольно зачастило.

С ним она ни разу не разговаривала лично и знала: даже такой человек, как Островский, в присутствии фон Коттена тщательно взвешивал каждое слово, чтобы не допустить ни ошибки, ни оговорки. Последствия были бы катастрофическими.

Она машинально подумала:известно ли Хайнриху фон Коттену, что Островский намерен его свалить? Наверняка известно. Он же не дурак.

– Вам известно, что я без труда могу лишить вас лицензии, – начал Хайнрих фон Коттен.

– Любого адвоката можно лишить лицензии при серьёзном нарушении, – ответила Эвелин.

– Раз уж вы сами заговорили о серьёзном нарушении: от доктора Нагорского я только что узнал, что вы без всяких полномочий копались в историях болезни пациентов его психиатрического санатория, причём этому есть два свидетеля. По-вашему, это серьёзное нарушение?

Во рту у Эвелин мгновенно пересохло.

– Старший прокурор Островский…

– Чепуха! – оборвал её фон Коттен, словно тема ему уже наскучила. – Я только что подал в прокуратуру заявление против Островского – о превышении должностных полномочий. Запрошенное им постановление об обыске для получения доступа к историям болезни санатория Нагорского было незаконным. Я его опротестовал, и коллегия судей Высшего земельного суда это рассмотрит. Так что на помощь вашего наставника вам больше рассчитывать не приходится.

Чёрт! Эта мразь свалила Островского. И всё же…

– Поскольку расследование ведётся в отношении вашей семьи, – произнесла Эвелин, – полагаю, вы заинтересованное лицо и потому…

– Есть ли основания для отвода – по-прежнему решают мои коллеги! А в вашем случае, госпожа Майерс, я доведу до сведения министра юстиции, какими методами вы работаете. А именно – подстрекательством к злоупотреблению служебным положением. Вдобавок я сообщу о ваших действиях в адвокатскую палату. Она возбудит против вас дисциплинарное производство, и вы лишитесь лицензии. Ну, как вам такая перспектива?

Эвелин ощутила во рту желчный привкус.

– Судя по вашему молчанию, я завладел вашим безраздельным вниманием, – продолжил Хайнрих фон Коттен. – Хорошо, слушайте: альтернатива всему этому – вы доводите процесс против Михаэля Коттена согласно плану и закрываете дело без лишнего шума.

То есть принуждение!

– А Островский? – спросила она.

– Он больше никогда не будет работать в прокуратуре и в лучшем случае выйдет на досрочную пенсию.

– Свой ответ я сообщу вам завтра утром, – сказала Эвелин, оборвала разговор без прощания и, не глядя на Вермана, вернула ему телефон.

Зато на Рихарда фон Коттена она уставилась в упор.

– Что, поджилки затряслись, раз приходится прибегать к таким средствам?

– Простите? – вырвалось у фон Коттена.

Главное – не выдать слабости и не показать, что я стою на чертовски тонком льду. Эвелин выдавила улыбку.

– Полагаю, вы и сами сейчас не очень-то представляете, где ваш мальчик.

Жила на шее Рихарда фон Коттена набухла. Он сжал кулак.

– Ты, маленькая шлюха, никак не уймёшься. Я…

В этот момент входная дверь распахнулась. Эвелин с облегчением опустила плечи в надежде, что наконец-то выходит Фло, но по шагам поняла, что обманулась. Обернувшись, она увидела доктора Томаса Нагорского.

Чёрт!

Врач торопливо сбежал по последним ступеням крыльца и взглянул сначала на Рихарда фон Коттена, затем на Вермана. В глазах его читалась тревога.

– Какого чёрта эта женщина всё ещё здесь? Она знает… – Он осёкся.

Во взгляде его сквозил неприкрытый страх, и глазами он, похоже, давал фон Коттену понять, что Эвелин обо всём догадалась.

Фон Коттен раздумывал недолго. Он кивнул Верману, и тот, шагнув вперёд, попытался схватить Эвелин за руку.

Она отпрянула, но Верман оттеснил её на пару шагов вверх, к входу в санаторий. Эвелин прошиб пот, сердце колотилось как бешеное.Это ещё что такое? Они что, обезумели?

И тут дверь открылась снова. На сей раз Эвелин даже не взглянула в ту сторону – она не хотела упускать Вермана из виду. В следующее мгновение за спиной раздались торопливые шаги и голос Фло. У неё словно камень с души свалился.

Она обернулась и увидела, как он, разговаривая по мобильному, совершенно непринуждённо и беспечно идёт к ней.

– Да, я как раз сейчас с Эвелин Майерс перед санаторием Нагорского в Нусдорфе, – говорил он, мимоходом кивая фон Коттену и Верману, словно встретить их здесь – самое естественное дело на свете. – У нас был приятный разговор с доктором Томасом Нагорским, Петером Верманом и Рихардом фон Коттеном, и сейчас мы возвращаемся в город. – Он рассмеялся. – Да-да, тот самый Рихард фон Коттен, ну вы знаете – старинная знать, удачно женился, теперь содержит несколько казино.

Мужчины настороженно следили за Фло.

Хватит, не переигрывай, Фло, – мысленно одёрнула его Эвелин, взяла под руку и позволила увести себя по гравийной дорожке к парковке. За спиной она слышала, как фон Коттен уже кому-то названивает.

Быстрым шагом они оставили троих мужчин позади. Когда отошли достаточно далеко и их уже нельзя было услышать, Фло закончил разговор.

– Уф, было на волоске, – прошептала Эвелин. – Щётку добыл?

– Да, и на ней даже осталось несколько волосков.

– Хорошо, – облегчённо выдохнула она, чувствуя, как приятно опираться на руку Фло. – А с кем ты, кстати, разговаривал?

Фло ухмыльнулся.

– Разговаривал? Я? Да ни с кем.

Самые свежие детективы и триллеры – на торрент-трекере «NoNaMe Club»