Текст книги "Я - Рин Шварцер (СИ)"

Автор книги: Yirtimd2

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 40 страниц)

Глава 6. Лаура и Ответственность

На следующий день нам начали пояснять за всю эту хурму и очень быстро выяснилось, что в академии Тор нельзя то, нельзя это, нельзя вообще всё и даже нельзя было в носу ковырять и пердеть без предварительного разрешения у ответственного преподавателя, так что да, тут всё было сурово, хотя с другой стороны и качество обучения явно обещало быть соответствующим.

Нас начали методично мучить темами вроде того, как себя вести, как и с кем разговаривать, что делать в той или иной ситуации и к кому обращаться, если случилось что-нибудь странное, опасное или просто позорное.

Но по крайней мере нас не стали добивать лекцией о том, какой ложкой что есть, поскольку, видимо, предполагалось, что мы сами додумаемся, что суп вилкой есть не надо и что все прочие подобные моменты должны быть очевидны любому человеку, сумевшему дожить до поступления в военную академию.

И таки да-а-а, это было долго, муторно и с каждым часом всё больше напоминало особый вариант отсева для самых слабых духом, потому что мне пришлось собрать все свои душевные силы в кулак, чтобы не уснуть прямо за партой, пока нам зачитывали эти правила, поясняли их, заставляли конспектировать и затем ещё раз поясняли с примерами то, что мы только что записали.

К концу дня ничего удивительного в том, что все студенты поплелись к себе в общежития с опухшими головами, уже не было. Мы доковыляли до своих комнат и народ начал падать на кровати как мешки с картошкой, словно каждый из нас не слушал лекции, а целый день таскал камни на очередной имперской стройке века.

Я вот ещё взял себе попить чайку на кухне, а затем споткнулся уже в комнате и пролил немного чая на пол. Несколько секунд я смотрел на небольшую лужу, а потом устало махнул на неё рукой.

– Да и насрать…

Я допил содержимое чашки, поставил её куда-то на стол, добрался до кровати и издав тяжкий протяжный стон рухнул в её нежные объятия, потому что всё это и правда было пыткой, после которой хотелось просто закрыть глаза и провалиться в сон до следующего учебного года…

Я уже в общем-то собирался сладко уснуть, когда в коридоре раздался быстрый топот, а затем кто-то открыл чужую дверь и женский голос громко крикнул:

– Рин Шварцер!

– Чего?! – тут же отозвался Эллиот.

Дверь захлопнулась.

Я приподнял голову с подушки и несколько секунд тупо смотрел в сторону двери, пока в коридоре снова не раздался тот же голос:

– Рин Шварцер!

– Чего орёте-то?! – крикнул в ответ Макиас. – Хоть бы постучались! Да и вообще Рин вон в той комнате!

Дверь опять захлопнулась и тут мой усталый мозг начал смутно догадываться, кто именно мог сейчас ломиться в комнаты в поисках меня, а когда ручка моей двери повернулась, то я уже был морально готов и стоило ей распахнуться, как я с легким удовлетворением понял, что таки оказался прав…

На пороге стояла Лаура.

Она открыла рот, чтобы крикнуть, но я успел первым.

– Да-да, это я! Чего надо-то?!

Лаура скрипнула зубами, громко протопала ко мне и судя по её лицу, явно собиралась меня ударить, но на пути ей попалась та самая лужа чая.

– Кья-я-я!

Она поскользнулась и полетела прямо на меня.

Я от такого, конечно же, малость обалдел, потому что ещё секунду назад собирался спать, а теперь на меня сверху упала дочь клана Арсейд. Лаура тут же отпрянула, уставилась на меня с покрасневшим лицом и сдавленно выкрикнула:

– Ты… ты… ты что себе такое позволяешь вообще?!

Я на пару мгновений даже выпал из реальности, потому что такой уровень наглости был просто что-то с чем-то.

– А что я себе позволяю? – спросил я, глядя на неё снизу вверх. – Лежать на своей кровати и давать девушкам падать на меня?

– Что?! Нет! Ты вчера сделал со мной такое, что я тебе этого никогда не прощу!

– Чего?..

Я сразу вспотел, потому что уже успел подумать о том самом моменте в лазарете, когда я там помог ей, ну, в общем, привести себя в порядок, но Лаура с перекошенным лицом выкрикнула совсем другое:

– Ты, скотина, сказал медсестре, что мы с тобой сражались на дуэли и я проиграла тебе, а теперь об этом уже вся академия болтает!

– В смысле?

– Эта бабка рассказала об этом директору за завтраком и другим преподавателям! Это услышали студенты неподалёку и теперь по всей академии разнеслось, что в первой же дуэли в этом учебном году дочь клана Арсейд проиграла парню из клана Шварцер!

– Слушай, ну блин, она ведь старенькая и видимо не так поняла, что я ей там сказал, вот она и записала всё криво. Что тебе теперь, с ума сходить из-за этого, что ли?

– Так я же проиграла преподавателю Саре Валестайн! – Лаура сжала кулаки. – Она бывший брейсер А-ранга! Ей проиграть не стыдно, но какому-то чмошнику вроде тебя?! Я требую дуэли!

– Воу-воу-воу! Погоди-погоди! По правилам академии повторные дуэли с одними и теми же участниками нельзя проводить раньше, чем через месяц!

– Но так я дралась не с тобой!

– Ну блин, теперь-то все думают, что со мной! Так что потерпи, а то тебя выгонят нафиг, а потом уже можешь делать всё, что захочешь.

Лаура уставилась на меня и на её лице вдруг появилось очень странное выражение.

– Сегодня же вы правила академии изучали?

– Ну да, а что?

Она замолчала, покраснела ещё сильнее и после недолгой паузы выдавила:

– Научи меня правилам…

Я моргнул.

– Чё-ё-ё?

– Научи меня правилам, дебил!

– Э-э-э… да что-то не хочется.

– В смысле?! Ты должен… – в этот момент дверь за её спиной открылась, но Лаура этого не заметила и продолжила кричать:

– Взять на себя ответственность!

Я поджал губы.

Лаура застыла, а потом она медленно обернулась и увидела, что в дверях стоит весь наш седьмой класс.

У всех лица уже налились краской и в коридоре повисла такая тишина, что можно было услышать, как где-то далеко в туалете Сара смывает унитаз.

Гайус первым отвёл взгляд в сторону.

– Вот оно как…

После чего он развернулся и ушёл.

Макиас поправил очки трясущимися руками.

– Понятно…

И шатаясь потопал прочь.

Юсис каким-то чудом сохранил каменное лицо, хотя даже у него уши были красные.

– Картина ясная…

И он тоже ушёл, пытаясь фармить ауру, но затем он споткнулся и он быстро сделав несколько шагов поправил себя и постарался сделать вид, что ничего не было.

Эллиот посмотрел на нас с таким лицом, будто только что понял истинное устройство мира.

– Вот оно как… ну да это на самом деле многое объясняет…

Когда же парни ушли, то я увидел девушек.

Тут уже я сам покраснел и забеспокоился, потому что Алиса вполне могла, как обычно, зарядить мне по роже с ноги.

– Нет! Девчонки! Это вообще не то, о чём вы подумали!

Алиса, к моему удивлению, не заорала "Изврат!" и не прыгнула на меня с вертухи, вместо этого она лишь воскликнула:

– А-а-а!

Затем приложила ладошки к покрасневшим щёчкам, а потом ещё раз жалобно пискнула:

– А-а-а! А-а-а!

И убежала.

Серебровласая девушка, чьё имя я до сих пор так и не узнал, спокойно посмотрела на нас, пожала плечами и ушла, словно ничего особенно странного тут и не происходило.

А вот Эмма стояла на месте покрасневшая до ушей, а её губы заметно затряслись.

– Вот оно значит как… Рин-сан… я… я думала о вас лучше…

Она медленно развернулась, бросила на нас последний взгляд, блеснула очками и ушла. Её каблуки звонко цокали по полу и почему-то именно от этой реакции мне стало больнее всего.

"Блин, а с чего бы это так?"

Лаура наконец перестала смотреть в коридор и медленно повернулась ко мне.

Её лицо уже стало бордовым и казалось, что сейчас она либо меня убьёт, либо сама сгорит на месте от стыда, а затем она начала меня пинать и мне пришлось схватить её пяточки и она крикнула:

– Ты вообще понимаешь, что сейчас произошло, а?!

– Ну-у-у… да. Вы очень неловко сказали то, что не стоило говорить в такой ситуации и в общем-то вы наверное думаете, что это я каким-то образом всё это подстроил, но по сути это ведь не я говорил вашим ртом и не я заставил вас прийти ко мне сюда, чтобы мы оказались в таком положении. Так что вы, конечно же, можете меня побить, но это ничего уже не изменит.

Лаура смотрела на меня и её лицо наливалось краской всё сильнее и я уже приготовился к тому, что она сейчас взорвётся и вмажет мне с ноги, но вместо этого на моё лицо упали тёплые капли.

Я поднял взгляд и увидел, что Лаура плачет.

– Хнык… хнык… уа-а-а! Что же мне теперь делать?! Уа-а-а…

Она прижалась ко мне и начала плакать, а я в полной растерянности обнял её и принялся гладить по спине, надеясь, что так она быстрее успокоится и желательно передумает меня убивать.

Ну и конечно же именно в этот момент к нам подошла Сара.

– Чё у вас тут…

Даже она выпучила глаза.

– Мда-а-а… МДА-А-А!!!

После этого Сара захлопнула дверь, а я остался лежать на кровати с плачущей Лаурой на себе и с ощущением, что моя жизнь в академии Тор закончилась уже на второй день.

"И как мне теперь жить после всей этой дичи?"

* * *

Когда же Лаура более-менее успокоилась и перестала заливать мою рубашку слезами, я осторожно похлопал её по спине, потому что, честно говоря, вообще не понимал, как правильно обращаться с плачущей дочерью клана Арсейд, которая всего лишь минуту назад хотела набить мне морду, а теперь вцепилась в меня так, будто я был последней доской посреди кораблекрушения.

– Ладно, короче! – сказал я наконец, когда она уже стала хотя бы дышать чуть спокойнее и больше не издавала эти жалобные хныкающие звуки, от которых мне самому становилось неловко. – Давай уже иди к себе, приведи себя в порядок, а я там потом помогу тебе, блин.

Лаура подняла на меня покрасневшие глаза.

– Правда?

– Ага.

Она несколько секунд смотрела на меня с таким недоверием, будто в её семейном кодексе чести вообще не было раздела о том, что делать, когда какой-то подозрительный парень внезапно соглашается тебе помочь.

– И ты от меня разве ничего не потребуешь?

Я уже открыл было рот, чтобы сказать, мол, "да нет, я тебе и так помогу, потому что ситуация вышла тупая и лучше бы нам всем поскорее позабыть этот позор…" но потом мой измученный мозг, который за сегодняшний день пережил слишком многое, всё-таки включил последнюю оставшуюся рабочей извилину.

"А ведь она мне сейчас столько проблем устроила, что я ещё неделю буду по коридорам ходить как подозреваемый в каком-нибудь дурацком романтическом преступлении. Может стоит сделать так, чтобы она сама передумала и пошла просить помощи у кого-нибудь другого?"

И тут я с самым серьёзным видом сказал:

– Нет конечно же! Кто сказал, что я за просто так буду тебе помогать после всего случившегося? Ты должна будешь надеть костюм горничной и после этого искренне умолять меня о том, чтобы я тебе помог.

Лаура аж застыла, а затем воскликнула.

– Э-э-э?!

Её лицо начало наливаться краской заново, но теперь уже не от слёз, а от такого искреннего возмущения, что мне даже стало немного интересно, можно ли от стыда действительно воспламениться.

– А ты не охренел?!

– Ну, если тебе не нравится, то можешь обратиться к кому угодно ещё! Я же тебя не заставляю.

Лаура вскочила с кровати, резко поправила одежду и посмотрела на меня так, будто прикидывала мои размеры для будущей могилы.

– Ну и ладно! Кому ты нужен, козёл придурочный! Да и вообще полы протри уже, а то ходить опасно!

Она гордо обошла чайную лужу, распахнула дверь и ушла, оставив меня сидеть на кровати с ощущением, что я каким-то чудом одновременно выиграл и окончательно испортил себе жизнь.

Я посмотрел ей вслед, потом перевёл взгляд на лужу и пробормотал:

– Ох блин, как же я задолбался… дайте мне уже просто поспать, пожалуйста…

В общем, после этого прошло немало времени, так что я успел прокрутить в голове весь тот мыслекрут, который обычно возникает после подобных ситуаций, когда ты лежишь и заново переживаешь каждую фразу, выражения лиц присутствовавших.

Сначала я думал, что теперь меня будут обходить стороной как какого-то опасного извращенца, потом возникла мысль, что завтра Алиса всё-таки опомнится и ударит меня с ноги, затем почему-то вспомнился взгляд Эммы и от этого мне стало совсем уж скверно, потому что уж от неё я такого разочарования в глазах выдержать был явно не готов.

Но усталость всё-таки оказалась сильнее, веки начали тяжелеть, тело медленно утонуло в матрасе и я уже был на самой границе сна, когда дверь вдруг тихо открылась.

Я лениво приоткрыл один глаз, чтобы понять, кто там, и тут же распахнул оба.

На пороге стояла Лаура…

…в костюме горничной.

Она стояла красная как помидор, а затем через силу выдавила из себя.

– Вот, я переоделась, как ты и сказал…

Я сначала молчал, потому что мой мозг отказался обрабатывать увиденное, а потом всё-таки осторожно спросил:

– А чё, тебе никто не помог, что ли?

Лаура посмотрела на меня, тут же покраснела ещё сильнее и отвела взгляд в сторону.

– Я просто не хотела никого беспокоить из-за своих проблем…

И тут из-за её спины раздался спокойный голос:

– Она всех просила, но все отказали, потому что не хотят с ней связываться после всего того, как она себя опозорила.

Лаура резко обернулась.

– Фи-сан! Заткнитесь!

Сереброволосая девушка стояла в коридоре с таким безмятежным лицом, будто просто сообщила прогноз погоды.

– Но я ведь просто сказала всё как есть.

– Вас не спрашивали! Всё, идите уже отсюда!

Я понял, что Лаура сейчас опять разорётся, а если в коридоре снова соберётся весь класс, то это будет очередной цирк, так что я сказал.

– Ладно-ладно! Заходи уже и дверь закрой, пожалуйста, а то опять кто-нибудь заглянет, блин…

Лаура метнула в сторону Фи последний пылающий взгляд, вошла в комнату и закрыла дверь. Несколько секунд она стояла у порога, всё ещё красная, напряжённая и ужасно несчастная в этом дурацком костюме горничной, а потом подняла подбородок, будто собиралась идти на смертный бой.

– Ну так что?

Я посмотрел на неё и с трудом удержался от желания спрятаться под одеяло.

– Ну даже не знаю, блин, что мне с тобой теперь делать-то…

Глава 7. Искренние извинения

Я несколько секунд смотрел на Лауру и пытался понять, что мне с ней вообще делать, потому что ситуация уже успела перейти через все возможные границы нормальности, потом вернуться, помахать мне рукой и снова куда-то уйти в сторону полного безумия.

"Ладно, скажу ей сделать что-нибудь такое, после чего она сама от меня отвалит, потому что сил уже никаких нет".

Я сел на кровати, помассировал лицо ладонью и сказал:

– Ладно! Ты доставила мне дофига проблем, так что знаешь… давай-ка извинись как следует.

Лаура нахмурилась, будто я попросил её не извиниться, а отдать мне фамильный меч клана Арсейд в залог.

– Ну прости…

Сказала она это таким тоном, что даже старая скрипучая дверь в коридоре, наверное, проявила бы куда больше раскаяния, громко хлопнув. Более того, я заметил, как уголок её губ едва заметно шевельнулся, словно она сдерживалась от ехидной ухмылки и вот это-то меня уже окончательно взбесило.

– Не-не-не, так не годится. Давай поискреннее!

– А-а-аргх! – Лаура стиснула кулаки, затем с явным усилием заставила себя не сказать чего поязвительнее. – Ладно! Ха-а-ах… я извиняюсь.

– Не-не-не! Я имею в виду, проси у меня прощения, причём искренне.

– Да ты меня уже достал!

– Ну знаешь, не нравится – можешь идти, я же тебя не заставляю.

Лаура несколько секунд сверлила меня взглядом, потом всё-таки отвела глаза в сторону и процедила сквозь зубы:

– Ладно…

Она поклонилась, сложила руки перед собой и произнесла:

– Прости меня, пожалуйста!

При этом она скорчила такую ехидную рожу и так плохо сдерживалась от ухмылки, что я на несколько мгновений просто замолчал, потому что передо мной стояла девушка из древнего воинского клана, которая даже притвориться нормально не могла.

– Блин, ну ты вообще даже не стараешься! Ты, видимо, всё равно считаешь себя правой, да? А я тут как дурачок перед тобой распинаюсь блин… ладно, дело твоё!

Я завернулся в одеяло и отвернулся к стене.

За спиной повисла тяжёлая пауза, а потом Лаура сказала уже куда менее уверенно:

– Ну… слушай, чего тебе надо-то? Я же извинилась…

Я от такого аж обалдел, так что откинул одеяло, повернулся к ней и сел на кровати.

– Правда, что ли? Давай-ка я тебе покажу, как ты это сделала!

Я кашлянул в кулак, скорчил рожу, закатил глаза так, что сам едва не увидел собственный затылок и нарочито кривляясь максимально притворной интонацией произнёс:

– Ну прости меня! Пожалуйста! Я извиняюсь! Ну чё ты в самом деле-то, а?

Лаура не выдержала, резко покраснела и отвернувшись стала трястись.

– Пффф!

– Во-во! А ты вот так вот передо мной "извиняешься", понимаешь? Так что как я могу это воспринимать всерьёз?

Она помолчала, сжала губы, а потом с видимым усилием кое-как выдавила из себя:

– Ладно-ладно! Как мне тогда это сделать?

Я посмотрел на неё и в голове мелькнула очередная гениальная мысль, которая обычно приходит к человеку в тот момент, когда он слишком устал, чтобы отвечать за последствия.

– Короче… давай так! Делай "догеза". Только так я пойму, что ты искренняя.

Лаура уставилась на меня круглыми как блюдца глазами.

– Чего-о-о?!

– Ну, если не нравится, то дверь вон там!

– У-у-у…

По её лицу было видно, что внутри неё сейчас борятся гордость клана Арсейд, личное чувство стыда, желание ударить меня чем-нибудь тяжёлым и отчаянная необходимость всё-таки получить помощь. Борьба длилась недолго, но выглядела так напряжённо, что я даже пожалел о своей идее, хотя, если честно, лишь совсем чуть-чуть.

– Ладно, чтоб тебя…

Она медленно опустилась на колени, потом наклонилась пониже, вытянула руки вперёд и прижалась лбом к полу. Костюм горничной в этой позе смотрелся настолько абсурдно, что я на секунду просто завис, не зная, смеяться мне или заранее начинать писать завещание.

– Приношу свои самые искренние извинения! – громко произнесла Лаура и голос у неё заметно сорвался от стыда. – Прошу, прости меня, пожалуйста!

Я некоторое время молчал.

Лаура подняла своё лицо и тут я увидел, что ей действительно стало очень стыдно, во многом наверное ещё и потому, что её юбка сьехала вниз и мне стало видно кое-что. Она покраснела до ушей, губы у неё сжались в линию, взгляд метался куда угодно, лишь бы не смотреть прямо на меня и вся она сейчас выглядела такой уязвлённой, что даже моя усталость немного отступила в сторону.

– Ладно, сойдёт! Так ты хотя бы частично прочувствовала, что такое стыд, а то я уже начал подозревать, что тебя дома вообще ни разу нормально не наказывали. Вставай уже!

Лаура медленно поднялась, поправила юбку и посмотрела на меня с обидой.

– Что это вообще должно было значить?

– Блин, да на месте твоих родственников я бы тебя палкой каждый день бил и вообще, чего ты так странно себя ведёшь?

– В смысле?

– Ну, то есть, почему ты вчера утром в таком виде показалась? Ты же вроде как нормальная девушка, ну, когда на людей не бросаешься.

Лаура замолчала и её лицо стало серьёзнее, а вся эта нелепая дурашливость на мгновение отошла куда-то в сторону.

– Понимаешь… меня иногда накрывает и довольно мне сложно сдерживаться от своих порывов.

– Типа тебя реально плохо воспитывали и поэтому ты такая?

– Да не-е-ет! – возмутилась она. – Меня наоборот каждый день розгами лупили и не хотели отпускать сюда, потому что здесь за мной никто следить не сможет!

– Во как… и почему же?

Лаура отвела взгляд.

– Потому что во мне течёт кровь убийц драконов. Когда я убила того дракошу и его кровь забрызгала нас всех, что-то во мне пробудилось и я больше не смогла себя сдерживать, вот поэтому я так и повела себя вчера с утра.

Я почесал затылок и задумчиво посмотрел на неё.

– Понятно… ну и что мне тогда с тобой делать?

– Ну… не знаю.

Она сказала это тише, чем раньше, а потом как-то странно посмотрела на меня. В этом взгляде было слишком много смущения, надежды и упрямства сразу, что я понял, что если сейчас продолжу изображать мерзкого злодея, то сам же потом буду чувствовать себя самым распоследним уродом.

– Ладно, – сказал я наконец. – Давай я научу тебя правилам академии. Я наверное всё-таки не зря делал конспекты.

После этого началась долгая, муторная и душевно изматывающая лично меня пытка, потому что мало того, что утром меня самого мучили этими лекциями, так теперь я ещё должен был пересказывать их Лауре, которая внимательно слушала, пыталась записывать, периодически теряла нить, хмурилась, задавала вопросы и снова хмурилась, когда понимала, что ответ делает правила ещё более запутанными.

Я объяснял ей, к кому обращаться в случае конфликта между студентами, как оформлять жалобы, почему самовольные дуэли без регистрации могут закончиться дисциплинарным взысканием, где проходят построения, кто отвечает за расписание, почему нельзя просто прийти к преподавателю и потребовать решить проблему мечом и почему фраза "честь моего клана требует немедленного ответа" в академии скорее всего приведёт не к уважению, а к вызову к куратору.

Через какое-то время Лаура схватилась за голову.

– А-а-а! Это какой-то кошмар! Я с ума сойду от всего этого!

– Да я уже сошёл.

Она посмотрела на мои конспекты, а потом на меня и вдруг улыбнулась и сказала.

– Короче, слушай… я думаю, что нам с тобой надо немного расслабиться.

Я устало прищурился.

– Да? И как же?

– Ну… я знаю тут один способ и я думаю, что он тебе понравится…

– Эм, ладно, раз ты так этого хочешь, то давай, но ты первая это предложила.

– Хе-хе-хе, я надеюсь ты выносливый малый, а то без этого тебе будет тяжко! Учти, что ещё ни один парень не смог меня в этом деле превзойти!

– …э?!

– Даже зрелые воины в расцвете сил со мной не справлялись, так что ты уж не обессудь!

"Во что я опять вляпался?!"

* * *

В это же время президент студсовета Това Хершел сидела в кабинете, где на столе перед ней аккуратными стопками лежали бумаги, журналы посещаемости и несколько тяжёлых книг, которые выглядели так, будто ими можно было не только учиться, но и успешно оборонять малую крепость.

– У-у-ух!

Закончив очередной документ и сложив их в аккуратную стопку, Това встала и довольно потянулась, поправила волосы и с сияющим лицом посмотрела на оставшиеся бумаги.

– Ну что же! Пора бы уже заняться и остальными делами… так, что там у нас?

Она пробежалась глазами по списку и остановилась на нужной строке.

– Ага! Лаура Арсейд пропустила занятия в первый же день… причина… проигрыш в дуэли и отдых в лазарете. Ладно, допустим… надо бы её навестить и наверное объяснить некоторые вещи, а то она по-любому совсем запутается и ничего не сможет наверстать.

Това встала, потянулась к здоровенным книгам и с явной решимостью попыталась поднять всю стопку разом.

В кабинете сидел крепкий парень с добродушным лицом и наблюдая за этой картиной, он слегка забеспокоился.

– Эм, сейтокайчо*, мне вас сопроводить? А то вы так надорвётесь.

(*сейтокайчо – президент студенческого совета, если что и да так удобнее, а то странно было бы, если бы её всё время называли президентом, ёпта.)

– Да нет, я сама… и-и-и…

Книги опасно наклонились в сторону.

– Ладно, давайте я вам всё же помогу!

Джордж легко подхватил стопку и Това улыбнулась.

– Хе-хе! Спасибо, Джордж! Ты всегда такой добрый.

– Ха-ха! Да не за что, кайчо*…

(кайчо – сокращённое от сейтокайчо, неожиданно, да, понимаю.)

После этого они вместе вышли из кабинета и направились к общежитию седьмого класса. Това шагала впереди с довольным видом, явно радуясь возможности помочь новой студентке, а Джордж шёл рядом, неся тяжёлые книги и стараясь делать вид, что эта нагрузка его совершенно не утомляет.

– Фух! – сказала Това, когда общежитие наконец-то показалось впереди. – Как-то далеко их общага расположена.

– Да уж, это точно, – ответил Джордж, уже немного уставший от всей этой книжной горы.

Они вошли внутрь, поднялись на второй этаж и Това сверилась с планом расселения.

– Ага, вот оно!

Она подошла к нужной двери и осторожно открыла её.

– Лаура-сан?

Комната оказалась пустой.

– Хммм, странно…

В этот момент из своей комнаты вышла Алиса. Она увидела Тову, потом Джорджа с книгами, а потом открытую дверь и тут же спросила.

– Вы ищете Лауру-сан?

– Ну да, а что, она всё ещё в лазарете?

Алиса скорчила лицо, словно ей пришлось вспомнить что-то крайне неловкое.

– Э-э-э… нет! Она в комнате Рина Шварцера…

Това удивлённо моргнула.

– А что она там делает?

Алиса покраснела ещё сильнее.

– Да сходите и сами всё увидите… хотя нет, я лучше с вами пойду!

После этого она быстро потопала впереди них.

Това осталась стоять в коридоре с растерянным видом.

– Странно… а чего это она может делать у него в комнате?

Джордж напряжённо кашлянул и неуверенно сказал.

– Эм… ну-у-у… у меня есть некоторые предположения…

Това быстро направилась в сторону мужской части общежития следом за Алисой, а Джордж, глядя ей вслед, начал подозревать всё сильнее, что сейчас произойдёт что-то очень плохое.

– Кайчо, давайте лучше я…

Но Това внезапно застыла и увидел, как Алиса стоит у нужной двери и тянулась к ручке.

– Алиса-сан, а чего это вы…

Тове было невдомёк, что Алиса слышала доносящиеся изнутри звуки.

"ШЛЁП!"

– Ах, нет! Сжальтесь надо мной…

– Хе-хе-хе, ну уж нет!

"ШЛЁП!"

– Ах! Ну пожалуйста!

– Ну уж нет, это наказание за твою самоуверенность!

– Э?

Алиса застыла на месте как каменная статуя, прислушиваясь к доносящимся из комнаты звукам и словам.

"ШЛЁП!"

– Ах! Господин, что же вы делаете?

– Хе-хе-хе, ты была очень плохой девочкой…

"ШЛЁП!"

– Ах! Нежнее…

– Не ты ли сама меня просила быть пожёстче?

"ШЛЁП!"

– Ах, господин, я больше не могу…

– Как это ты разговариваешь со мной?

– Э-э-э?!

Несколько мгновений она вслушивалась, а затем её буйное воображение начало рисовать такое, отчего её лицо стало красным до кончиков ушей.

"ШЛЁП!"

– Ах! За что?

– Умоляй меня, только тогда я возможно изменю своё мнение.

"ШЛЁП!"

– Да, да, господин!

"ШЛЁП!"

– Ещё! Ещё! Я ХОЧУ ЕЩЁ-Ё-Ё!!!

"ШЛЁП!"

– СИЛЬНЕЕ! БЫСТРЕЕ!!!

– КЬЯ-Я-Я-А-А-А!!!

Завопила она, а затем начала падать без чувств.

Това успела подхватить её и встревожено закричала:

– АЛИСА-СА-А-АН!!!

А Джордж же подошёл к двери, трясясь от ужаса открыл её, заглянул внутрь и спросил:

– Что у вас тут творится?!

– Э?

– В смысле?

– Вы играли в "ладушки"? – удивленно спросил Джорджи.

– Ну… да… а что?

И тут Това завопила.

– ВЫ ОБА БУДЕТЕ НАКАЗАНЫ-Ы-Ы!!!

– ЗА ЧТО-О-О?!

* * *

После этого мы вместе с Лаурой сидели на полу перед какой-то маленькой девочкой и здоровяком, а я вдруг вспомнил, что это они в первый же день забирали у нас оружие у входа в академию для проверки.

Только сейчас эта маленькая девочка уже выглядела не вежливой старшекурсницей, а грозным карманным инквизитором, которому дали власть. Лицо у неё раскраснелось до ушей, щёчки были надуты, руки скрещены на груди, а ножкой она топала так сердито, будто собиралась пробить пол и достучаться до совести где-то в подвале общежития.

– Я поверить не могу! – воскликнула она, глядя на нас с таким возмущением, что мне стало неловко. – Как вы вообще имеете наглость такое вытворять?! У вас тут что это такое вообще?! У вас совсем нету стыда что ли?!

Лаура попыталась осторожно заговорить:

– Ну, эм, понимаете, мы вообще-то ничего такого не делали…

И здоровяк такой.

– Эм, сейтокайчо, кстати, насчёт этого…

– МОЛЧАТЬ! – тут же отрезала президент студсовета и грозно ткнула в нашу сторону пальцем. – Отчего тогда Алиса-сан потеряла сознание, а!?

Мы с Лаурой и здоровяком удивленно переглянулись, а она продолжала.

– Это полное и абсолютное бесстыдство и аморальщина! По-хорошему вас обоих уже надо было бы выпнуть отсюда, но вы оба слишком уж родовитые, так что придётся накопить серьёзный список ваших косяков! Как вас таких вообще воспитали, это же просто ужас какой-то!

Я опустил голову.

– Простите…

Она тут же повернулась ко мне.

– Чего ты извиняешься?! Думаешь, одними извинениями за такое можно отделаться?!

– Простите…

– И не извиняйся тем более вот так неискренне!

Я несколько секунд смотрел на неё, потом молча опустился ниже, сделал догеза и прижался лбом к полу.

– Простите, сейтокайчо! Это всё моя вина!

В комнате сразу стало тише.

– Твоя вина? – переспросила она уже совсем другим тоном. – В каком смысле?

Я продолжал смотреть в пол, потому что, если бы поднял голову, наверняка увидел бы лицо Лауры, а мне и так было достаточно паршиво.

– Это… это я заставил Лауру-сан делать то, что мы делали, потому что она проиграла мне в дуэли. Я запросил именно это и она была вынуждена согласиться и если уж вы хотите кого-нибудь выгнать, то лучше выгоняйте меня, а её просто накажите!

– Рин-сан… – тихо сказала Лаура.

Президент студсовета несколько мгновений молчала.

– Ммм… нгх!

Она вдруг подошла ко мне, грозно топая своими маленькими ножками и затем ка-а-ак вдарила мне по башке толстенной книгой, что у меня в глазах сразу рассыпались яркие искры, а вся академическая система правил на мгновение обрела очень конкретную физическую форму.

– Короче! – сказала она, прижимая книгу к себе и всё ещё глядя на нас сердито. – Я по доброте душевной, конечно, не буду вас сразу выгонять, потому что вы ещё можете исправиться, но только попробуйте ещё раз так сделать! А пока для вас у меня есть подходящее наказание, которое поможет вам подумать о своём поведении!

* * *

Через некоторое время я стоял на главной дороге, которая вела к Тору, ну и подметал её метлой.

Другие студенты ходили из академии в город за покупками, переговаривались, смеялись, а когда видели меня, тут же начинали хихикать, перешёптываться и ухмыляться так, будто перед ними был не наказанный первокурсник, а свежая городская "легенда".

Я некоторое время молча гонял листья к обочине и собирал их в мешки, а потом тяжко вздохнув посмотрел на метлу.

– Мда-а-а… ну в принципе, ладно! Могло быть и хуже…

К тому моменту, когда начало темнеть, я уже закончил подметать дорогу, сгребать листья в мешки и слушать чужие смешки за спиной. Спина затекла, руки ныли, ноги гудели, а я начал крутиться туловищем, пытаясь хоть как-то вернуть телу ощущение, что оно всё ещё не окаменело от усталости.

– Ой, блин, всё тело затекло… ладно, надо бы закончить с этим.

Я поднял последний мешок с листьями и подошёл к мусорке, возле которой обнаружил какого-то челика с белыми волосами. Он сидел прямо на мусорке с довольной лыбой и спокойно потягивал пивандрий из баночки, причём это были знаменитые "Три Топора".

В общем, ну сидит и сидит, да и хер с ним, но он же уселся именно туда, куда мне нужно было выкинуть мусор!

– Эй, слышь, ну-ка свалил!

Белобрысый поднял на меня глаза и расплылся в ещё более довольной улыбке.

– О! Господин дворник! Сорян, я вас не узнал! Вот, пройдите к вашему рабочему месту!

Он быстро вскочил, изящным жестом указал на мусорку и даже немного поклонился, будто открывал передо мной двери императорского дворца.

Я посмотрел на него, на банку, на мусорку и устало сказал: