Текст книги "Я - Рин Шварцер (СИ)"

Автор книги: Yirtimd2

сообщить о нарушении

Текущая страница: 27 (всего у книги 40 страниц)

Глава 40. Шэрон Крюгер

До общежития мы с Лаурой дошли без новых происшествий, хотя несколько встреченных по дороге студентов провожали нас настолько «понимающими» взглядами, что слухи со станции явно обогнали нас и уже успели добраться до академии каким-то неизвестным военной науке способом.

Лаура сначала пыталась держаться с привычным достоинством наследницы школы Арсейдов, однако возле главных ворот окончательно сдалась, ускорила шаг и тихо попросила меня не смотреть по сторонам, поскольку каждый второй человек там улыбался. Я честно смотрел только вперёд, но от этого становилось ещё хуже, так как теперь казалось, будто весь город выстроился вдоль дороги и молча обсуждает поцелуй, парк, расстёгнутую рубашку, а заодно грядущую свадьбу, к которой мы сами пока не имели никакого отношения.

Старое здание нашего общежития показалось за деревьями, знакомые окна отражали дневной свет, а возле входа не валялось ни одного учебного сапога, тренировочного полотенца или ящика, который Гайус несколько недель обещал отнести на склад. Уже это должно было меня насторожить, поскольку класс номер семь умел поддерживать порядок лишь в том случае, когда Това лично приходила с проверкой и смотрела на каждого тем самым укоризненным взглядом, после которого даже Сара начинала делать вид, будто она ответственная взрослая женщина.

Лаура открыла дверь, вошла первой и сразу остановилась. Я едва не налетел на неё со спины, шагнул в сторону, после чего тоже замер.

Прихожая выглядела знакомой, но при этом одновременно совершенно чужой. Деревянные панели на стенах блестели под светом ламп, пол оказался вычищен настолько тщательно, что в нём отражались ножки обувной стойки, бронзовые ручки лишились тёмного налёта, а старые царапины возле лестницы кто-то заделал и покрыл свежим лаком. Перила больше не шатались, трещина возле нижней ступени исчезла, дверца шкафа закрывалась ровно, а медная табличка с номером общежития выглядела так, будто её установили утром.

– Мы точно пришли туда? – спросил я.

Лаура обвела прихожую внимательным взглядом.

– Здание вроде наше.

– Тогда кто похитил общежитие и поставил на его место улучшенную копию?

Она подошла к перилам, провела пальцем по гладкому дереву и посмотрела на чистую перчатку.

– Здесь обновили покрытие.

– Я вижу! А ещё кто-то отполировал бронзу, починил шкаф, выровнял дверцу и каким-то образом победил пятно возле стены, которое Сара пыталась отмыть эти недели.

– Возможно, академия наняла работников во время нашего отсутствия.

– Тогда почему никто не предупредил?

Из зала донёсся звон посуды. Следом раздался голос Сары, которая кому-то советовала поставить чайник ближе к краю стола, а потом получила такой вежливый ответ, что моментально замолчала.

Мы с Лаурой переглянулись.

– Там кто-то есть, – сказала она.

– Спасибо, мастер наблюдения.

– Ты снова хочешь получить в плечо?

– Нет, я ещё прошлый удар помню.

Лаура пошла к себе, чтобы отнести меч и переодеться, а я направился к своей комнате. По дороге обнаружились новые странности: пыль исчезла с рамок, ковровая дорожка лежала на удивление ровно, петли на дверях перестали скрипеть, а маленький столик возле лестницы больше не качался под весом одной книги. Кто-то не ограничился уборкой и прошёл через всё здание с инструментами, маслом, лаком, тряпками, щётками и какой-то маниакальной идиосинкразией к любой форме запущенности.

В комнате меня ждало ещё более пугающее зрелище. Кровать была застелена, книги расставлены по размеру, тренировочная форма висела в шкафу, а на столе не осталось ни одной случайной бумажки. Даже запасные ремни для меча лежали свёрнутыми в аккуратные кольца. Я поставил дорожную сумку на пол, посмотрел на идеально ровное покрывало и на всякий случай открыл ящик стола. Внутри находились мои вещи, только теперь каждая занимала отдельное место, монеты лежали в маленькой коробке, карандаши оказались заточены, а письма от семьи были перевязаны синей лентой.

– Так, – пробормотал я. – Либо здесь появилась горничная, либо в общежитии завёлся маньяк-чистюля, который ночью ползает по комнатам и сортирует чужие труханы.

Последняя мысль заставила проверить шкаф внимательнее. Труханы действительно были аккуратно сложены.

От этого стало уже страшно.

"Надеюсь их никто не нюхал…"

Я разобрал сумку, убрал отчёты в стол и отправился в душ, поскольку после подземных каналов, поезда и двух пробежек по Тристе хотелось окончательно привести себя в порядок. Душевая встретила меня тем же пугающим совершенством. Плитка блестела, между швами исчез серый налёт, краны сверкали, медные трубы были отполированы, а ручки поворачивались легко и без привычного скрежета. Кто-то заменил треснувшую полку, починил защёлку на двери и даже закрепил расшатавшуюся лампу.

Я несколько секунд стоял посреди помещения с полотенцем в руке и смотрел на собственное отражение в металлической трубе.

– Мда уж, это точно маньяк…

После душа я переоделся в чистую форму, ещё раз проверил светлую линию на левом боку и спустился на первый этаж. К этому времени из зала доносились голоса всего класса. Эллиот расспрашивал Гайуса о каком-то блюде, Макиас требовал от Фи перестать таскать еду до начала завтрака, а Юсис с привычной невозмутимостью объяснял ему, что попытка командовать Фи является пустой тратой сил.

Я вошёл в зал и снова остановился.

На длинном столе стоял завтрак, который имел крайне мало общего с тем хрючевом, что Сара обычно готовила для нас по утрам. Вместо подгоревшей каши, пережаренных яиц и хлеба, способного использоваться в качестве метательного оружия, перед каждым местом находилась аккуратная тарелка с нежным омлетом, небольшими колбасками, ароматными овощами и золотистой картошкой. В центре стола лежали свежие булочки, фруктовые ломтики, маленькие пироги и несколько блюд с тонкими блинчиками. Чай был разлит по фарфоровым чашкам, рядом стояли кувшины с соком и молоком, а на отдельной этажерке красовались небольшие десерты, которые я ожидал увидеть в дорогом кафе, но никак не в нашем обшарпанном общежитии.

Сара сидела во главе стола и выглядела настолько довольной, будто сама всё приготовила, хотя на ней не было фартука, волосы оставались уложенными, а кухня за её спиной не горела.

– Сара-сан? – спросил я. – Вы чего это, решили нас так порадовать? Заказали завтрак в ресторане?

Она взяла чашку, сделала маленький глоток и отвела глаза в сторону.

– Ну-у-у, вообще-то нет…

– Тогда кто готовил?

– Сейчас увидишь.

Я посмотрел на остальных. Эллиот улыбался, Гайус с интересом рассматривал неизвестный соус, Макиас уже успел открыть блокнот и записывал что-то о составе завтрака, Юсис сидел спокойно, Лаура прятала улыбку после нашей пробежки, а Фи держала в каждой руке по булочке. Только Алиса вела себя странно. Она сидела ближе к окну, нервно постукивала пальцами по краю стола и упорно смотрела на тарелку, хотя остальные уже давно переговаривались.

Из кухни появилась девушка с большим серебряным подносом.

Первым делом я заметил короткие светло-лиловые волосы, уложенные мягкими прядями вокруг лица, а затем яркие зелёные глаза и спокойную улыбку, которая выглядела настолько безупречно, что сразу заставляла вспомнить профессиональных слуг из богатых домов. На голове у неё находился белый кружевной чепец с тёмными лентами, высокий воротник украшала синяя брошь, а пышный бордовый бант лежал поверх светлой ткани. Белая блузка с широкими оборками переходила в коричневый корсет со шнуровкой, длинные рукава тёмного винного оттенка были украшены ремешками, а широкая юбка сочеталась с белым передником и высокими коричневыми сапогами.

Девушка держала тяжёлый поднос одной рукой без малейшего усилия. На нём стояли чайник, две чашки, сахарница и ещё одна этажерка с пирожными.

"Вот это да-а-а! У нас появилась настоящая горничная! Интересно, а из какой семьи её прислали? Неужели Альбареа решили таким вот образом позаботиться о Юсисе, а заодно поселить рядом с нами шпиона, который будет записывать, кто сколько раз ругал герцога Кройцена?"

Я покосился на Юсиса, однако он не выглядел встревоженным, не пытался скрыться под столом и вообще наблюдал за девушкой с обычным вежливым интересом.

Алиса же опустила глаза ещё ниже.

"Ага! Значит, дело отнюдь не в Юсисе…"

Девушка поставила поднос на свободный край стола, слегка поклонилась и улыбнулась всему классу.

– Доброе утро! Меня зовут Шэрон Крюгер. Начиная с сегодняшнего дня я буду помогать вам с хозяйством, уборкой и приготовлением пищи. Прошу не стесняться, кушайте на здоровье! Всё приготовлено специально для вас.

– Так это вы всё тут отмыли?! – спросил я.

– Да, господин Рин.

– Откуда вы знаете моё имя?

– Я заранее изучила список жильцов!

Ответ прозвучал настолько естественно, что к нему трудно было придраться. Всё же мысль о возможной шпионке не исчезла, поскольку нормальный человек за несколько часов не превращает старое общежитие в выставочный дом и не запоминает всех жильцов по списку с такой лёгкостью.

Я сел рядом с Лаурой, взял ложку и попробовал омлет.

На несколько секунд Барехард, военные склады, исчезновение Юсиса, арест Макиаса, возможная внутренняя война и подозрительная горничная перестали существовать. Омлет оказался мягким, внутри находился сыр, зелень и мелко нарезанные овощи, а соус дополнял всё настолько удачно, что мне захотелось закрыть глаза и просто продолжать есть.

– Ммм… Как же хорошо, – пробормотал я.

– Вкусно? – спросила Шэрон.

– Очень! Мы в последний день в Барехарде нормально не поели, поэтому в поезде пришлось жевать орешки Фи.

Фи перестала есть.

– Ты сам меня тогда попросил.

– Потому что другой еды не было.

– Мог и не брать.

– Я не жалуюсь. Просто после орехов это выглядит как награда за спасение империи.

Лаура попробовала блинчик и сразу же похвалила тонкое тесто. Эллиот спросил рецепт соуса, Макиас заявил, что нормальный завтрак значительно повышает способность к учёбе, а Юсис признал, что даже повара в некоторых домах Кройцена готовят хуже. Сара слушала все похвалы с широкой улыбкой, словно лично нашла Шэрон, обучила её и теперь собиралась получать благодарность за каждую тарелку.

– Значит, теперь вы будете готовить постоянно? – спросил Эллиот.

– Пока моё присутствие необходимо, – ответила Шэрон.

– Тогда оставайтесь навсегда, – сказала Фи.

– Фи, нельзя приглашать людей жить с нами только ради еды, – заметил Макиас.

– Можно.

– Нет, нельзя.

– Сара ведь тут живёт.

Сара медленно поставила чашку.

– Я вообще-то ваш инструктор.

– Но ты готовишь хуже, так что мы тебя отпускаем.

– Эх, вот оно как значит… хнык… – Сара притворно утёрла слезинку, а Фи продолжила невозмутимо есть.

Юсис прикрыл рот салфеткой, скрывая улыбку. Лаура опустила глаза в тарелку, а я решил не вмешиваться, поскольку Фи и так озвучила очевидную истину.

Гайус до этого момента ел спокойно, пробовал каждое блюдо и благодарил Шэрон за добавку. Наконец он положил вилку на край тарелки и спросил с обычной прямотой:

– Госпожа Крюгер, а откуда вы вообще прибыли и за что нам такая радость на голову свалилась? Это типа чё, директор так решил наградить наш класс за успешно выполненные задания?

Шэрон на секунду задумалась.

– Да нет! Я прибыла по просьбе госпожи Ирины Райнфорд, чтобы проверить условия проживания юной госпожи Алисы и при необходимости оказать ей помощь…

– Шэрон!

– Ой…

В зале стало тихо.

Алиса сижела покраснев до ушей и сжав губы.

Шэрон прикрыла губы пальцами.

– Шэрон, – произнесла Алиса настолько спокойно, что в этом спокойствии уже чувствовалась грядущая катастрофа.

– Прошу прощения, юная госпожа! Похоже, я раскрыла сведения, которые вы предпочитали бы сохранить в тайне.

Все тут же повернулись к Алисе.

Макиас первым снял очки, протёр их салфеткой и снова надел, словно надеялся увидеть за столом другую девушку.

– Райнфорд?

Эллиот широко раскрыл глаза.

– Та самая Райнфорд?

Гайус посмотрел на Шэрон, затем на Алису.

– Корпорация, которая производит поезда, оружие и орбальные механизмы?

– Да, – тихо ответила Шэрон. – Юная госпожа является дочерью председательницы корпорации.

Юсис приподнял бровь.

– Значит, Алиса Райнфорд.

Фи откусила булочку.

– Звучит знакомо.

Я же уставился на Алису и внезапно вспомнил наше первое знакомство, красную форму, дорогой лук, уверенность в обращении с орбальными механизмами и её странную реакцию на разговоры о компании.

И тут Лаура искренне воскликнула.

– Так у тебя фамилия не Шопенгауэр что ли?!

Алиса резко повернулась ко мне.

– Нет! Это этот придурок придумал!

– Э-э-э?! А чего я-то сразу виноватый?!

– Ты всем сказал, что моя фамилия Шопенгауэр!

– Ну пошутил и пошутил! Я-то думал, ты потом сама представишься нормально, а оно во как оказывается.

– Я представилась как Алиса!

– Без фамилии!

– Потому что не хотела её называть!

– Так откуда мне было знать, что ты наследница главной промышленной семьи империи?!

Макиас посмотрел на Лауру.

– Ты действительно несколько недель считала, что её фамилия Шопенгауэр?

– Я ничего не считала. Просто Рин так сказал, а я решила что ну и ладно, хрен с ней!

– Оно вообще не эребонийское, – заметил Юсис.

– Зато запоминается!

– Меня весь класс так называл всё это время! – возмутилась Алиса.

– Только иногда.

Фи подняла руку.

– Я вот всегда тебя так называла.

– Спасибо тебе, Фи!

– Всегда пожалуйста.

Эллиот попытался остановить спор, но случайно спросил.

– А почему ты вообще скрывала фамилию?

После чего она покраснела ещё сильнее. Гайус спокойно сказал.

– Происхождение ничего не меняет, поскольку ты остаёшься всё той же девушкой с луком, которая сражалась вместе с нами всеми в подземелье и с провинциальной армией.

Макиас же как обычно поправил очки и сказал.

– Семья Райнфорд имеет огромное влияние, но я не стану разворачивать тут вам политическую лекцию…

Юсис молча пил чай.

Лаура же сообщила.

– Я уважаю твой выбор учиться вместе со всеми без использования положения своей семьи. Хотя вот горничную надо было сразу вызвать хотя бы втихаря! Вот с ней конечно случился залёт я считаю.

– Тебя только это и волнует…

Сара откинулась на спинку стула.

– Ну вот, тайна раскрыта! А теперь можно спокойно есть.

– Вам легко говорить! – сказала Алиса. – Вы знали с самого начала.

– Я инструктор! Мне положено знать такие вещи.

– Тогда почему вы позволили Рину называть меня Шопенгауэр?!

– Было смешно!

– Сара-сан!

Через несколько минут зал снова наполнился голосами. Макиас спорил с Юсисом о влиянии корпорации на военную промышленность, Эллиот спрашивал Алису о поездах, Фи пыталась получить третью порцию, а Гайус расспрашивал Шэрон о том, сколько времени понадобилось на уборку здания. Никто не начал обращаться с Алисой осторожнее, никто не стал кланяться дочери председательницы и никто не увидел в ней другого человека.

Она сидела среди привычного галдежа, сердито ела завтрак и время от времени бросала на меня обвиняющие взгляды. Постепенно напряжение в её плечах ослабло. Её фамилия перестала быть большой тайной уже через несколько минут, поскольку рядом находился второй сын герцога Альбареа, сын имперского губернатора, наследница школы Арсейдов, загадочная бывшая наёмница и парень, который каким-то образом за ночь залечил глубокую рану. На этом фоне наследница промышленных гигантов выглядела просто ещё одним необычным человеком в классе, где обычных людей вообще было как-то уж очень подозрительно мало.

После завтрака Шэрон начала собирать посуду. Я хотел было ей помочь, но она мягко забрала тарелку из моих рук и попросила отдыхать после поездки. Лаура отправилась в тренировочный зал, Эмма решила отнести отчёт директору, а Макиас с Юсисом собирались оформить отдельную жалобу на действия провинциальной армии.

Алиса дождалась, когда остальные разойдутся, а затем подошла ко мне и сказала:

– Рин, нам нужно поговорить!

– Если ты про Шопенгауэра, то я уже всё понял.

– В парке…

– Почему все серьёзные разговоры со мной теперь происходят в парке?

– Просто иди уже и не спорь!

Она развернулась и вышла из зала. Я посмотрел на Сару, но та слишком внимательно изучала пустую чашку. Шэрон стояла у кухни с подносом и улыбалась так спокойно, будто не замечала ничего подозрительного.

Через несколько минут мы с Алисой уже шли по знакомой дорожке. После истории с Лаурой парк начал казаться местом повышенной опасности, особенно кусты возле скамеек, однако Алиса выбрала тихий участок возле маленького пруда и остановилась под деревом.

– Я хотела объясниться, почему скрывала свою фамилию, – сказала она.

– Да ладно, не парься ты.

– Я ещё даже не начала!

– У нас в классе сын герцога есть, так что кому ты нужна вообще такая красивая?

Алиса покраснела и ударила меня кулаком в плечо.

– Ай! Меня бить можно только Лауре.

– Что?!

– Она уже дважды сегодня ударила, значит, получила временную лицензию.

– Ты неисправим.

– Зато теперь ты не переживаешь.

Она отвернулась к воде, несколько секунд молчала, но потом всё же продолжила:

– В детстве каждый человек рядом сначала видел фамилию. Учителя боялись делать замечания, знакомые пытались понравиться матери через меня, а взрослые обсуждали корпорацию даже тогда, когда обращались ко мне. В академии я хотела хотя бы некоторое время оставаться обычной девушкой. Без Райнфорд, заводов, денег и ожиданий.

– Получилось?

– До сегодняшнего утра.

– Я имею в виду раньше.

Алиса задумалась.

– Ну… Да-а-а. Вы всё время спорили со мной, ругались, смеялись, заставляли лезть в подземелья, сражаться с разбойниками и солдатами и не обращали внимания на то, кто моя мать. Это было приятно.

– После раскрытия ничего не изменилось.

– Я заметила.

– Макиас даже не успел произнести разоблачительную речь про промышленный капитал.

– Юсис остановил его пристальным взглядом.

– Вот видишь! Класс развивается, так что и тебе тоже стоит.

Она улыбнулась, затем стала серьёзнее.

– Ты совсем на меня не сердишься?

– За что? За то, что ты дочь председательницы? Было бы странно, а вот если бы ты призналась, что тайно работаешь на общество любителей подгоревшей каши Сары, тогда пришлось бы подумать.

Из ближайших кустов раздался голос Фи:

– Так что? Это и был твой великий секрет?

Мы с Алисой медленно повернулись.

В листве шевельнулись ветки, после чего оттуда одна за другой появились Фи, Эллиот, Эмма, Гайус, Макиас, Юсис, Лаура, Сара и Шэрон с небольшим чайным подносом. Они умудрились спрятаться всей группой, хотя Гайус был слишком высоким, Юсис выглядел оскорблённым самим фактом сидения в кустах, а Сара держала ветку над головой, чтобы та не цеплялась за плащ.

– Вы что это здесь делаете?! – спросила Алиса.

– Следили за вами, – честно ответила Фи.

– Фи! – прошептала Эмма. – Мы просто собирались убедиться, что они просто спокойно поговорят, а не начнут ругаться!

– Это называется следили, – заметил Юсис.

Макиас поправил очки.

– Идея принадлежала инструктору.

– Не перекладывай всю ответственность на меня! – сказала Сара. – Вы сами за мной пошли.

– Вы сказали, что в парке может произойти новая романтическая катастрофа, – напомнил Эллиот.

Шэрон стояла позади всех и улыбалась.

– Я сочла разумным принести чай.

– Шэрон! – Алиса закрыла лицо ладонями. – Даже ты?!

– Я должна присматривать за юной госпожой!

Лаура вышла из-за кустов последней, посмотрела на меня, а потом на красную Алису и усмехнулась.

– Ну давай, ты его ещё поцелуй тоже, чтобы он себя обладателем гарема ощутил!

– Лаура! – крикнули мы одновременно.

Она невозмутимо сложила руки на груди.

– На станции это называлось благодарностью. Возможно, Алисе тоже есть за что его поблагодарить.

– Я никого целовать не собираюсь! – Алиса огляделась, заметила лежавшую возле дорожки длинную палку и схватила её обеими руками. – Вы все сейчас у меня получите!

Сара первой поняла серьёзность её намерений и помчалась прочь между деревьями. Фи скрылась в другой стороне, Эллиот побежал следом за Гайусом, Макиас с Юсисом одновременно попытались убежать через узкий промежуток между кустами и застряли, а Эмма тихо вскрикнула, когда Алиса замахнулась палкой над их головами. Лаура рассмеялась и легко уклонилась от первого удара, после чего тоже побежала по дорожке.

– Стоять! – кричала Алиса. – Я вам покажу романтическую катастрофу!

– Юная госпожа, прошу вас не размахивать палкой! Такое поведение подходит для детей, но не в вашем возрасте! – мягко попросила Шэрон, быстро двигаясь следом за ней с подносом в руках так спокойно, будто участвовала в обычной прогулке.

– Почему ты за мной бежишь?!

– Следует убедиться, что никто не пострадает.

– Они уже точно пострадают!

Я остался возле пруда и смотрел, как весь класс разбегается по парку с хохотом. Сара пряталась за Гайусом, Макиас требовал от Юсиса не толкаться, Юсис обвинял его в неспособности нормально бежать, Фи уже забралась на дерево, а Лаура подзывала Алису к себе и в последний момент отступала за дерево.

Алиса несколько раз попыталась догнать их, а потом сама начала смеяться. Палка опустилась, напряжение окончательно исчезло с её лица, а раскрытая фамилия перестала выглядеть катастрофой.

Наш прежний конфликт тоже закончился без торжественных обещаний и длинных объяснений. Она признала право другого человека на рофлы, хоть это и стоило ей некоторых неудобств. Я больше не чувствовал необходимости оправдываться перед ней за ту шутку, а она перестала смотреть на меня как на того, кто злонамеренно подъёбывает товарищей.

Шэрон остановилась рядом и предложила мне чашку чая.

– Полагаю, господин Рин, теперь всё разрешилось благополучно?

Я взял чашку и посмотрел на Алису, которая снова погналась за Лаурой.

– У нас это называется благополучно?

– Никто не обижен, все смеются, а юная госпожа больше не тревожится из-за своей тайны.

– Когда вы так говорите, это даже звучит разумно.

– Благодарю вас!

Она улыбнулась, а затем посмотрела в сторону общежития, где теперь блестели окна, работали все замки и не оставалось ни одной пылинки.

Я сделал глоток чая и снова подумал, что появление Шэрон Крюгер слишком хорошо решило сразу все бытовые проблемы нашего класса. Она умела готовить, убирать, ремонтировать, незаметно следить за людьми, заранее узнавать имена и появляться с подносом там, где никто не ожидал увидеть горничную.

"Ладно… Может, она вовсе не шпионка. Может, просто очень талантливая горничная, которая пугает меня своей нереальной идеальностью…"

В этот момент Шэрон повернулась ко мне, словно услышала мои мысли и улыбнулась ещё шире.

Я медленно отвёл глаза к парку.

"Нет. Всё-таки подозрительная…"