Текст книги "Я - Рин Шварцер (СИ)"

Автор книги: Yirtimd2

сообщить о нарушении

Текущая страница: 25 (всего у книги 40 страниц)

После возвращения в контору Макиас потребовал расписание составов на следующие две недели. Управляющий сперва отказался, однако Эмма сослалась на интересы торговой палаты и необходимость предупредить владельцев задержанных грузов. В расписании значились ещё семь армейских эшелонов. Все они направлялись в Барехард или на внутренние базы провинции Кройцен.

Мы вышли со станции и остановились в тихом переулке между складской стеной и закрытой мастерской. Фи некоторое время слушала шаги патруля, дождалась, когда солдаты пройдут дальше, а затем открыла пакет с орехами.

– Это подготовка к войне, – сказала она.

Макиас нахмурился.

– Откуда ты знаешь?

– Видела такие поставки раньше.

Она не уточнила, где именно, а мы не стали спрашивать. Фи знала оружие и военную логистику лучше любого из нас, поэтому её спокойный тон тревожил сильнее громкого предупреждения.

– Винтовки привезли полными комплектами вместе с ремнями, подсумками и боеприпасами, – продолжила она. – Значит, ими вооружат новые части. Артиллерия идёт с лафетами, запасными колёсами и инструментами расчётов. Кабель нужен для полевой связи, палатки и медицинские ящики предназначены для лагерей и лазаретов. Мостовые секции используют, когда армия собирается двигаться далеко от постоянных дорог.

– Возможно, герцог укрепляет границу провинции, – предположила Эмма.

Фи покачала головой.

– Тогда составы шли бы дальше на восток или передавались имперской армии. Всё остаётся возле Барехарда и внутренних гарнизонов.

– Кройцен не граничит с вражеским государством, – сказал Макиас.

– Поэтому оружие предназначено для конфликта внутри империи.

Слова повисли между нами. По дороге за стеной прошёл ещё один армейский грузовик. Молодые солдаты сидели на скамьях вдоль бортов и разговаривали между собой, не зная или не желая знать, зачем вокруг столицы провинции собирают столько оружия.

– Герцог Альбареа готовит собственную армию, – произнёс Макиас. – Не гарнизон для охраны городов, а силу, способную выступить против других провинций или центрального правительства.

– Да, – ответила Фи.

Я посмотрел в сторону верхнего города. Над крышами виднелись башни родового поместья Альбареа, куда утром увезли Юсиса.

– Его вызвали в тот же день, когда мы продолжили проверять военные поставки.

– Думаешь, герцог узнал о нашей работе? – спросила Эмма.

– Мы задавали вопросы чиновникам, разговаривали с торговцами и уже однажды столкнулись с провинциальной армией. Скрыть всё это трудно.

Макиас достал Аркус и вызвал Юсиса. Сигнал устанавливался несколько секунд, затем связь оборвалась. Он повторил попытку и получил тот же результат.

– Может, устройство выключено, – сказала Эмма.

– Юсис не выключил бы его после обещания вернуться, – ответил Макиас.

Фи тоже попробовала связаться с ним. Ответа не последовало.

Мы закончили проверку накладных и вернулись в гостиницу ближе к вечеру. Комната Юсиса оставалась пустой. Его дорожная сумка стояла у стены, книги лежали на столе, а поверх отчёта осталась ручка, которой он пользовался утром. Он не собирался задерживаться в поместье и взял с собой только меч.

Хозяин гостиницы передал письмо, доставленное час назад. Под гербом дома Альбареа находилось несколько официальных строк: господин Юсис останется в родовой резиденции до дальнейшего распоряжения, участие в полевом занятии временно прекращается, группе следует продолжить работу без него.

Личной подписи Юсиса не было.

Макиас перечитал письмо и положил его на стол.

– Он бы хотя бы объяснил.

– Возможно, ему не разрешили, – сказала Эмма.

– Тогда это уже не семейный разговор.

Фи прислонилась плечом к стене и снова вызвала Юсиса. Аркус молчал.

Я подошёл к окну. Вечерний Барехард выглядел спокойным: по улицам шли экипажи, в лавках зажигали свет, возле кафе расставляли столики. Между обычными повозками двигались армейские грузовики, увозя оружие к внутренним складам. Над городом возвышалась резиденция Альбареа, за стенами которой исчез наш товарищ.

Утром Юсис собирался вернуться к обеду. К вечеру вместо него пришла бумага с гербом и распоряжением не задавать вопросов.

– Завтра мы закончим поручения, – сказал я. – Одновременно выясним, что происходит с Юсисом.

Макиас посмотрел на меня.

– Нам официально велели не вмешиваться.

– Нам велели продолжать работу без него. Про запрет искать товарища там ничего нет.

Фи убрала Аркус.

– В поместье просто так не войти.

– Значит, сперва соберём информацию.

Эмма задумчиво посмотрела на светлую линию под моей рубашкой, где ещё утром должна была находиться глубокая рана, а затем перевела внимание на письмо Альбареа.

За один день мы обнаружили две вещи, которым пока не находилось нормального объяснения. Моё тело восстановилось намного быстрее, чем даже позволяла лечебная магия, а Великий дом Кройцен собирал армию для войны внутри империи. Где-то между этими событиями находился Юсис, которого вызвали к отцу и лишили возможности связаться с нами.

Возвращаться в Тристу без него никто уже не собирался.

Глава 37. Арест Макиаса

На следующее утро мы выбрались за северные ворота, чтобы сверить номера армейских эшелонов с журналом небольшой перегрузочной площадки. Работа заняла меньше часа: Макиас нашёл в ведомости стёртые строки, Эмма заметила одинаковые отметки возле вагонов, якобы отправленных на ремонт, а Фи по следам тяжёлых колёс определила, что ночью из закрытого ангара вывезли артиллерийские лафеты.

К городским воротам мы возвращались молча. Макиас нёс папку с найденными записями, Эмма следила, не придерживаю ли я заживший бок, а Фи шла впереди с пакетом орехов и остановилась возле последнего поворота.

Перед воротами стояли солдаты провинциальной армии. Двое находились у караульной будки, ещё шестеро перекрывали дорогу, а на стене над ними разместились стрелки с винтовками. Обычная проверка документов не требовала такого количества людей, поэтому я сразу положил ладонь на рукоять меча.

Офицер в сером мундире дождался, когда мы подойдём ближе, затем развернул лист с гербом Кройцена.

– Макиас Регниц?

– Да. В чём дело?

– По распоряжению командования провинциальной армии вы задержаны.

Макиас застыл, затем попытался взять документ.

– На каком основании?

Офицер сложил лист прежде, чем тот успел прочитать хотя бы строку.

– Все объяснения получите после доставки.

– Тогда покажите приказ об аресте.

– Мне велено установить вашу личность и доставить вас в гарнизон.

Я встал между ними.

– Он является учеником академии Тор и выполняет официальное полевое задание. Назовите обвинение.

– Отойдите, господин Шварцер.

– Сначала назовите причину.

Солдаты опустили ладони на оружие. Стрелки на стене развернули винтовки в нашу сторону, поэтому Фи тихо произнесла:

– Двенадцать. Ещё четверо за воротами.

Эмма шагнула ближе к Макиасу.

– Мы можем связаться с инструктором и городским управлением. До этого он никуда не пойдёт.

– Решение уже принято, – ответил офицер. – Попытка помешать задержанию будет расценена как сопротивление провинциальной армии!

Макиас оглядел солдат и вскинул подбородок.

– Вы хотя бы позволите мне оставить оружие товарищам?

– Оружие и Аркус будут изъяты до окончания разбирательства.

– Значит, вы заранее подготовились.

Офицер ничего не ответил. Двое солдат подошли с кожаными ремнями для связывания рук. Я сделал полшага вперёд, однако Макиас встал передо мной и тихо сказал:

– Не надо. Здесь начнётся бой прямо у ворот, а они потом заявят, что задержали опасного преступника вместе с вооружёнными сообщниками.

– Мы не знаем, куда тебя увезут.

– Поэтому вы должны остаться на свободе и выяснить.

Он снял дробовик, проверил предохранитель и передал оружие солдату. Следом пришлось отдать Аркус. Ремни затянули на его запястьях слишком туго, Макиас поморщился, но не позволил себе жаловаться.

– Я иду добровольно, – громко произнёс он. – Все присутствующие это слышали.

– Зафиксируем в рапорте, – сухо ответил офицер.

– Куда его доставят? – спросил я.

– Обратитесь в городскую комендатуру.

– Когда мы сможем его увидеть?

Офицер повернулся к воротам и приказал увести задержанного, оставив мой вопрос без ответа. Макиаса посадили в закрытую армейскую машину. Дверца захлопнулась, двигатель загудел, затем автомобиль проехал через ворота и скрылся между домами.

Фи смотрела вслед, пока шум мотора не растворился в городском гуле.

– Они ждали именно нас.

– Они ждали Макиаса, – сказала Эмма. – Остальных задерживать не собирались.

– Пока не собирались, – добавил я.

В комендатуре нас продержали больше часа. Имени Макиаса в журнале задержанных не оказалось, приказ нам не показали, место содержания не назвали, а на просьбу связаться с командованием ответили, что дело находится на рассмотрении.

Я поставил ладони на стойку.

– Его забрали у городских ворот на глазах у десятков людей. Прошло больше часа. Где он?

– Молодой человек, провинциальная армия действует в рамках своих полномочий.

– Тогда покажите документ с этими полномочиями.

– Подайте письменный запрос. Ответ поступит после регистрации и проверки.

– Сколько займёт проверка?

– Обычно от трёх до семи рабочих дней.

Эмма побледнела.

– За это время его могут перевести куда угодно.

Дежурный пожал плечами и повторил, что не уполномочен обсуждать действия командования. Я забрал со стойки чистый бланк, смял его и бросил обратно.

– Ждать официального решения я не собираюсь.

– Рин, – тихо позвала Эмма.

– Юсиса утром увезли в поместье, после чего связь оборвалась. Теперь Макиаса арестовали без обвинения и спрятали так, что его нет даже в журнале. Если мы сядем в гостинице и будем ждать ответа, к концу недели нас останется двое.

Дежурный поднялся.

– Советую следить за словами.

– А я советую вам найти запись о задержанном студенте, пока его отец не спросил, куда провинциальная армия дела сына имперского губернатора.

Упоминание Карла Регница заставило офицера снова уйти в служебную часть, однако ждать его возвращения я уже не собирался. Мы вышли на улицу и остановились возле лестницы к нижней площади.

– Штурмовать гарнизон втроём нельзя, – сказала Эмма.

– Я не предлагал штурм.

– А что делать будем?

– Сначала выясним, где держат Макиаса.

Фи прищурилась, глядя через площадь.

– За нами следят.

У газетного киоска стоял блондин в белой куртке. Он держал сложенную карту, но смотрел поверх неё на окна комендатуры. Когда мы пошли к нижней улице, мужчина убрал карту и направился следом, не пытаясь скрываться.

В узком проходе между домами я остановился и повернулся к нему.

– Представьтесь.

Незнакомец поднял пустые ладони.

– Спокойнее, Рин! Сара предупреждала, что ты сперва хватаешься за меч, а потом задаёшь вопросы.

– Вы знаете Сару?

– Товаль Рандоннер, брейсер. Ваша инструктор попросила присмотреть за группой после сообщения об исчезновении Юсиса. Я приехал утренним поездом и успел увидеть, как провинциальная армия увезла ещё одного ученика.

Он показал знак гильдии. Эмма проверила эмблему и кратко рассказала о событиях последних двух дней. При упоминании военных поставок лёгкая улыбка исчезла с лица Товаля.

– Я уже поговорил с людьми возле восточных казарм, – сказал он. – Макиаса доставили туда через служебные ворота. В обычных камерах его нет. Под главным корпусом сохранилось старое тюремное крыло, которым провинциальная армия пользуется для задержанных, не предназначенных для городского суда.

– Как туда попасть? – спросил я.

– Через ворота можно только с приказом коменданта. Официальный запрос от гильдии займёт время, поскольку командование сперва отправит его в канцелярию герцога.

– Тогда официальный путь отпадает.

Товаль внимательно посмотрел на меня.

– Сара говорила, что ты упрямый.

– Сара хорошо меня знает.

– Я могу попробовать надавить через гильдию и связаться с губернатором Регницем.

– Макиаса забрали именно потому, что он сын губернатора. Пока сообщение дойдёт до Хаймдалля, его успеют перевести или заставить подписать нужные показания.

Эмма сжала ремень сумки.

– Рин прав. Люди, которые скрыли задержание, не собираются ждать честного разбирательства.

Товаль свернул карту и жестом предложил двигаться дальше. Мы прошли через нижний район, спустились к старой набережной и остановились возле закрытой мастерской, где шум воды заглушал разговор.

– Барехард построен над несколькими подземными водными путями, – сказал Товаль. – Старые каналы подводили воду к фонтанам, мастерским и резервуарам верхнего города ещё до появления современных насосов. После орбальной перестройки большую часть ходов закрыли, но сами тоннели остались.

Он разложил карту на деревянном ящике. Под обычным планом улиц тонкими синими линиями были нанесены каналы. Один начинался возле речного шлюза, проходил под нижними кварталами и раздваивался перед восточными казармами.

– Этот путь ведёт под старое тюремное крыло. Брейсеры использовали его несколько лет назад, когда искали пропавших рабочих. Внутренний проход перекрыт железной решёткой, а после обвала сверху её зажало камнем. Разобрать завал вручную не получится.

– Можно обойти? – спросила Эмма.

– Второй тоннель затоплен. Третий заканчивается в резервуаре под поместьем Альбареа, но там стоят новые датчики. Остаётся решётка.

Фи наклонилась над картой.

– Толщина прутьев?

– Около трёх сантиметров. Крепления уходят в камень.

– Простым орбальным искусством не выбить, – сказала Эмма. – Сильный удар услышат в казармах.

– Поэтому нужен небольшой направленный заряд, – ответил Товаль. – Взрыв должен срезать два крепления и не обрушить тоннель. У меня есть промышленная взрывчатка из набора для аварийных работ, однако специалиста по подрыву рядом нет.

Фи выпрямилась.

– Есть.

Мы одновременно посмотрели на неё. Она спокойно закрыла пакет с орехами и убрала его в карман.

– Я умею рассчитывать заряд.

– Откуда? – спросила Эмма.

Фи помолчала, затем опёрлась ладонями о край ящика.

– Я выросла среди наёмников. В нашем отряде каждый должен был уметь обращаться с оружием, ставить растяжки, разминировать проходы и открывать закрытые пути. Взрывчаткой я пользовалась с детства.

Товаль не стал задавать лишних вопросов.

– Сможешь сделать направленный подрыв в тесном тоннеле?

– Если увижу решётку и камень. Заряд понадобится небольшой. Основную силу надо пустить в крепления. Иначе вода пойдёт через трещины.

Я вспомнил, как уверенно Фи определяла армейские грузы, находила наблюдательные посты и раньше остальных замечала опасность. Отдельные странности сложились в понятную картину.

– Поэтому ты знала устройство военных поставок.

– Да.

– А в бою двигалась так, будто прошла через десятки настоящих операций.

– Намного больше.

Эмма осторожно спросила:

– Этот отряд был твоей семьёй?

Фи посмотрела на тёмную воду за оградой.

– Был. Потом его не стало, а я оказалась у Сары.

Она сказала это спокойно, но короткое движение пальцев по краю карты выдало напряжение. Я не стал расспрашивать о людях, которых она потеряла. Сейчас Фи открыла нам столько, сколько считала необходимым, потому что без её навыков мы не смогли бы добраться до Макиаса.

– Спасибо, что доверилась нам и рассказала об этом, – сказал я.

Товаль достал из сумки плоский металлический контейнер.

– Здесь два бруска промышленного состава, детонаторы и провод. До входа в канал доберёмся через старую насосную станцию. Дальше придётся идти по воде около сорока минут. После взрыва у нас останется мало времени, поскольку дежурные могут услышать удар через фундамент.

– Где находится камера Макиаса? – спросил я.

– За лестницей на втором подземном уровне. Сначала проверим камеры, затем найдём журнал переводов. Возможно, там окажется запись о Юсисе или приказ, объясняющий оба задержания.

Эмма посмотрела на меня.

– Я тебе вчера запретила серьёзную нагрузку!

– Вчера у меня была рана, а сегодня её нет.

– Причину этого мы тоже не знаем.

– Поэтому я не собираюсь проверять восстановление глупой дракой и буду осторожен.

– Ты не останешься в гостинице, даже если я потребую?

– Нет.

Она поправила очки, несколько секунд обдумывала возражение, затем достала из сумки чистую ткань и всё же обвязала мой бок плотной полосой.

– Это ничего не лечит. Повязка хотя бы напомнит тебе не лезть под следующий удар.

– Фи уже провела со мной беседу.

– Проведу ещё одну, – сказала Фи.

К насосной станции мы отправились после наступления темноты. Товаль раздобыл рабочие плащи, фонари и инструменты, после чего открыл старое здание у речной стены ключом гильдии. За дверью находилась узкая лестница, которая вывела нас в кирпичный тоннель с водой по щиколотку. Товаль шёл первым с картой, Фи несла контейнер со взрывчаткой, Эмма держалась позади неё, а я закрывал группу.

Через сорок минут тоннель сузился и вывел нас к железной решётке. За ней лежали крупные камни, между которыми виднелась тёмная щель. Прутья покрывала ржавчина, однако крепления оставались толстыми и уходили глубоко в стены.

Фи передала мне фонарь и провела пальцами по камню возле нижней петли.

– Верхний заряд сорвёт прутья на нас. Режем нижнее крепление и боковое, тогда решётка упадёт внутрь завала.

Она достала тонкий нож, сняла с бруска часть взрывчатки и начала разминать состав в перчатках. Движения у неё были точными и привычными. Никакой неуверенности, которую можно было ожидать от ученицы военной академии, не появилось.

– Всем отойти за поворот, – сказала Фи. – После сигнала закрыть уши и открыть рот, чтобы удар не повредил перепонки.

Товаль увёл Эмму дальше по тоннелю. Я задержался на несколько секунд.

– Ты уверена?

– Да.

– Тогда не оставайся рядом дольше необходимого.

Фи посмотрела на меня.

– Теперь ты тоже учишь не принимать удар на себя?

– Быстро учусь.

Она коротко улыбнулась и указала в сторону поворота.

– Иди уже.

Я присоединился к остальным. Через минуту Фи появилась из темноты, размотала провод и присела за каменным выступом. Товаль поднял ладонь, проверяя, что все готовы.

Фи нажала на детонатор.

Глухой удар прокатился по подземному каналу. Из-за поворота вылетела пыль, вода под ногами покрылась мелкими волнами, затем впереди с тяжёлым металлическим грохотом упала решётка.

Фи сразу поднялась.

– Проход открыт.

За разрушенным креплением начинался узкий путь под казармами провинциальной армии, где держали Макиаса и могли скрывать сведения о Юсисе. Официального разрешения у нас не было, зато теперь появился способ добраться до товарищей раньше, чем дом Альбареа успеет решить их судьбу без нашего участия.

Глава 38. Под городом

После взрыва железная решётка упала внутрь завала, нижние прутья ударились о камни, а по тоннелю прокатился тяжёлый металлический грохот, который медленно затих под непрерывным шумом воды. Фи первой вышла из-за поворота, посветила фонарём на разрушенные крепления и проверила кладку над проходом. Несколько мелких камней ещё скатывались по наклонной поверхности, но основная масса держалась, поэтому она убрала детонатор в сумку и осторожно ступила на лежавшую решётку.

Товаль подошёл следом, осмотрел трещины возле потолка и указал на узкую щель между камнями.

– Дальше ход раздваивается. Правый канал выводит под казармы, левый тянется к старым резервуарам верхнего города. Я останусь возле развилки и прослежу, чтобы нам не перекрыли обратный путь.

– Ты не идёшь с нами? – спросила Эмма.

– После взрыва кто-нибудь обязательно проверит нижние помещения. Если солдаты спустятся сюда раньше вашего возвращения, вы окажетесь зажаты между камерами и патрулём. Я задержу их или уведу в другой канал.

Я посмотрел на тёмный проход за его спиной.

– Один?

Товаль поправил ремень с орбальным посохом.

– Я брейсер, Рин. Иногда моя работа состоит именно в том, чтобы стоять между неприятностями и людьми, которые ещё не успели понять, насколько далеко зашли.

– Мы прекрасно понимаем.

– Тогда постарайтесь вернуться до того, как я начну жалеть о моём знакомстве с Сарой.

Мы пролезли через щель по одному. За завалом начинался низкий кирпичный ход, где вода доходила до середины голени, а потолок местами заставлял пригибаться. Фи шла впереди и проверяла каждый поворот прежде, чем позволяла нам двигаться дальше. Эмма держалась за мной, освещая стены мягким светом Аркуса, а я придерживал ножны левой рукой, чтобы меч не цеплялся за кладку.

Старые водные пути оказались запутаннее, чем выглядели на карте. Кирпич местами сменялся тёсаным камнем, в стенах попадались заржавевшие заслонки, а над водой тянулись узкие мостки, построенные для рабочих, которые когда-то обслуживали резервуары. Через несколько минут впереди появились свежие следы сапог. Кто-то прошёл здесь недавно, наступал уверенно и не пытался скрыть направление.

Фи присела возле влажного отпечатка.

– Один человек. Мужчина. Шёл со стороны верхнего города.

– Солдат? – спросила Эмма.

– Подошва другая. Дорогие сапоги, узкий каблук.

За следующим поворотом послышался тихий плеск, потом в луче фонаря появился человек с мечом в руке…

– Юсис?

Он остановился на узком мостке, заслонился клинком от света и только через секунду узнал нас.

– Шварцер?

– Вот и пропавший второй сын.

Юсис опустил меч, но выражение его лица осталось суровым.

– Что вы здесь делаете?

– Ну… вообще мы собирались как бы вытащить Макиаса из тюрьмы.

– Что?! Макиаса арестовали?!

Эмма быстро рассказала о задержании возле ворот. С каждым предложением Юсис становился мрачнее, а после упоминания старого тюремного крыла посмотрел в сторону правого канала.

– Его могли забрать из-за меня.

– Каким таким образом? – спросил я.

– Отец потребовал, чтобы я немедленно прекратил полевую работу и оставался в поместье до возвращения в академию. Когда я спросил о причинах, он назвал наше расследование вмешательством в дела провинции. Руфус пытался смягчить разговор, но приказ остался прежним. Позднее я услышал, что провинциальная армия задержала сына имперского губернатора, после чего выбрался через старый служебный тоннель.

– Ты знал об этих каналах?

– В детстве я находил здесь способы уходить из поместья без сопровождения. Позднее проход закрыли, однако одна заслонка возле резервуара по-прежнему открывается изнутри.

Фи осмотрела его мокрые сапоги и край плаща.

– За тобой гнались?

– Пока что нет. Моё отсутствие должны обнаружить во время обеда.

– Сейчас давно за полночь, – сказал я.

Юсис достал карманные часы. Стрелки остановились около полудня.

– Вода попала в механизм…

– Получается, что ты больше десяти часов бродил под собственным городом?

– Тоннели изменились сильнее, чем я ожидал.

– Прекрасно. Один потерялся под родовым поместьем, второго посадили под казармы, а мы идём спасать обоих.

– Я не просил меня спасать.

– Тогда считай, что мы случайно нашли тебя по дороге.

Юсис хотел ответить, но Фи подняла ладонь. Из глубины правого канала донёсся скрежет металла, затем где-то впереди закрылась дверь. Она погасила фонарь и прижалась к стене. Мы последовали её примеру.

По мостку прошли двое солдат. Между ними брела крупная чёрная гончая в широком кожаном ошейнике с металлическими пластинами. Зверь тянул носом воздух и время от времени натягивал поводок, однако текущая вода смыла наши следы. Патруль свернул в боковой проход, шаги постепенно затихли.

– Боевые звери, – прошептал Юсис. – Провинциальная армия использует их для охраны складов и закрытых помещений.

– Значит камеры рядом, – сказала Фи.

Мы двинулись дальше уже вчетвером. Юсис знал примерное расположение старой тюрьмы, а Фи замечала свежие следы патрулей, поэтому через несколько переходов мы добрались до лестницы под главным корпусом казарм. Сверху падал свет, по каменным ступеням стекала вода, а за тяжёлой дверью слышались голоса.

Фи осторожно нажала на ручку.

– Заперто. Понадобится минута для вскрытия.

– Без взрыва? – спросил я.

– Здесь достаточно просто отмычки.

Пока Фи работала с замком, Эмма наложила простое заклятье, которое приглушило наши звуки. Юсис стоял возле лестницы и слушал разговор охраны. Двое солдат обсуждали перевод пленника в другую часть города. Один говорил, что приказ придёт утром, второй жаловался на необходимость кормить боевых гончих.

Замок тихо щёлкнул. Фи приоткрыла дверь на ширину ладони и заглянула внутрь. За ней находился короткий коридор с караульным помещением справа, где два солдата сидели за столом, а их винтовки стояли возле стены.

Юсис указал на лампу над дверью. Эмма подняла Аркус, слабый порыв воздуха погасил огонь, после чего коридор погрузился в темноту. Один солдат поднялся и направился проверить фитиль. Фи дождалась, когда он пройдёт мимо, ударила рукоятью ножа под основание черепа и подхватила его прежде, чем тело упало. Второй потянулся к винтовке, однако я распахнул дверь, быстро сократил расстояние и прижал его к стене предплечьем, а Юсис приставил острие к его горлу.

– Где держат Макиаса Регница?

Солдат сжал зубы.

– Не знаю такого.

Из дальней камеры донёсся раздражённый голос:

– Я здесь! Был бы крайне признателен, если бы вы перестали обсуждать меня с человеком, который забрал мои очки!

– Вот и нашёлся! – сказал я.

Фи связала охранников их ремнями, Эмма забрала ключи, а Юсис открыл камеру. Макиас сидел на узкой скамье без пиджака и обуви. Его руки были скованы перед собой, волосы растрепались, а без очков он щурился на свет из коридора.

– Юсис? – спросил он. – Это действительно ты или у меня начались галлюцинации от здешней еды?

– Даже в таком состоянии ты умудряешься нести нелепости.

– Ясно, я значит не ошибся.

Эмма сняла с него наручники, а я нашёл очки на столе в караульной комнате и передал их Макиасу. Он надел их, несколько раз моргнул, а затем увидел всю группу.

– Вы пробрались в военную тюрьму через канализацию?

– Технически через старые водные пути, – уточнила Эмма.

– Это по-твоему сейчас самая важная часть?!

– Товаль ждёт нас у развилки, – сказал я, а увидев его удивлённое лицо добавил. – Объяснения потом! Где твоё оружие?

– В комнате напротив. Вместе с Аркусом и папкой документов.

Юсис открыл кладовую найденным ключом. Дробовик Макиаса лежал на полке рядом с его вещами и нашими записями о военных поставках. Провинциальная армия сохранила бумаги, потому что наверняка собиралась использовать их при допросе или передать кому-то выше.

Макиас проверил оружие и вставил магазин.

– Меня обвиняли в незаконном сборе военных сведений и попытке подорвать порядок в провинции. Когда я попросил показать какие такие законы я нарушал, следователь предложил признать, что я действовал по приказу отца.

– Они хотели связать губернатора Регница с расследованием? – сказала Эмма.

– Да. Тогда у дома Альбареа появился бы повод заявить о вмешательстве центрального правительства.

Юсис сжал рукоять меча.

– Отец не мог одобрить подобное.

Макиас посмотрел на него поверх очков.

– Я не знаю, кто конкретно отдал приказ, однако следователь несколько раз ссылался на интересы Великого дома.

– Выясним позже, – сказал я. – А сейчас уходим!

Со стороны лестницы донёсся протяжный вой. Один из связанных солдат успел прижать плечо к настенной кнопке, пока мы находились в кладовой. Под потолком вспыхнула красная лампа, а за дверью наверху раздался тяжёлый топот.

Фи перерезала провод сигнализации, однако тревога уже поднялась.

– Через канал, быстро!

Мы спустились по лестнице и закрыли железную дверь за собой. Макиас остался без обуви, поэтому Эмма отдала ему запасные рабочие ботинки из сумки Товаля. Они были велики, но позволяли двигаться по мокрому камню.

До первого поворота мы добрались без помех. Затем из бокового тоннеля выскочила чёрная гончая. Металлические пластины закрывали шею и грудь, на лапах крепились орбальные усилители, которые вспыхнули голубым светом при прыжке.

Фи шагнула в сторону, поэтому зверь не достал до неё и ударился передними лапами о кирпичную стену. Я выхватил меч и рубанул по задней ноге, перерезав сухожилие под краем брони. Гончая упала на бок и попыталась подняться, но Юсис всадил клинок между пластинами ошейника.

Следом появились ещё три зверя. Они двигались цепью, не мешали друг другу и сразу выбрали разные цели. Первая гончая бросилась к Эмме. Я шагнул вперёд и рубанул по передней лапе, поэтому зверь упал на камень раньше, чем добрался до неё, после чего Фи метнула нож в незащищённую часть шеи.

Вторая гончая прыгнула на Макиаса и Юсис резко приблизился и ударил сверху по металлической пластине на морде. Броня выдержала, но зверь упал на камни.

– Слева! – крикнул Макиас.

Юсис сразу отступил на полшага. Выстрел прогремел рядом с его плечом, дробь ударила в бок зверя под передней лапой и разорвала незащищённую кожу. Гончая завалилась на бок, а Юсис приблизился и пробил грудь клинком прежде, чем она снова поднялась.

Третья гончая обошла нас по узкому мостку и бросилась на Макиаса со спины. Юсис заметил её раньше и заблокировал удар лапы мечом. Когти соскользнули по стали, зверь потерял опору на мокрых досках, а Макиас развернулся и выстрелил в основание черепа с нескольких шагов.

– Неплохо, – сказал Юсис.

– Мог бы предупредить раньше.

– Ты всё равно успел.

Из темноты показались ещё два зверя. Один остался в глубине тоннеля, второй ускорился благодаря орбальным пластинам на лапах. Макиас поднял дробовик, но линия выстрела проходила через Юсиса.

– Присядь!

Юсис сразу же опустился на одно колено. Заряд просвистел над ним и пробил усилитель на груди гончей. Голубой свет погас, зверь замедлился, после чего Юсис поднялся и рубанул по шее.

Последняя гончая попыталась обойти Макиаса через боковой канал. Юсис выдвинулся справа и вынудил зверя повернуться к нему, а когда пасть раскрылась возле его руки, он отскочил, поэтому зубы сомкнулись в пустоте. Макиас дождался свободной линии и выстрелил в грудь. Гончая упала в воду, ударилась боком о каменный край и осталась лежать между мостками.

Несколько секунд никто не двигался. Я слушал коридор, ожидая новых зверей или солдат, однако сверху доносились только далёкие команды.

Макиас опустил дробовик.

– Ты действительно присел, когда я приказал?

– Ты действительно выстрелил туда, куда целился?

– Не привыкай.

– Взаимно.

Фи убрала второй нож.

– Вы впервые не мешали друг другу.

– Мы способны работать вместе, когда кое-кто не начинает читать политическую лекцию посреди боя, – сказал Юсис.

– Я ни разу не читал лекции во время боя.

– Только потому, что дыхания не хватало.

Макиас уже приготовился возразить, но Эмма напомнила, что тревога всё ещё действует. Мы продолжили путь, причём теперь Юсис шёл рядом с Макиасом. На каждом повороте один проверял дальний проход, второй прикрывал ближайшие двери, а обсуждать каждое движение им больше не требовалось.

Возле разрушенной решётки нас встретил Товаль. Его плащ был разорван на плече, на посохе остались свежие царапины, а за поворотом лежали трое солдат без сознания.