Текст книги "Приют повышенной волшебности (СИ)"

Автор книги: koteistka

сообщить о нарушении

Текущая страница: 21 (всего у книги 25 страниц)

– Против Риты? – Кэссиан мгновенно подобрался, его изумрудные глаза опасно сузились, а плечи напряглись.

– Все хорошо, Кэсс, иди спать, – мягко остановила его Рита. – Спасибо тебе за помощь. Я сама провожу гостей. Что было, то было, Артур, – Она повернулась к мужчине. – Главное, что вы успели принести Картофеля. До городской клиники он мог не доехать. Кстати, кот удивительно похож на вас. Такой же крупный и суровый.

– Нам все так говорят! – облегченно рассмеялась Диана, поднимая Картофеля на руки, кот немедленно приобнял хозяйку, расположив лапки на плече. – А я так… просто живу с этими двумя рыжими богатырями.

– И нашими двуногими детьми, – улыбнулся Артур.

– Ой, один остался, остальные разъехались, – махнула рукой Диана. – Нужно ли нам менять лечебный корм после этого случая?

– Лечебный корм больше не обязателен: Картофель полностью здоров. Но рацион все равно держите нормальный. Селедку – никогда. Вообще. Это вредно даже самому крепкому и здоровому в мире коту – ответила Рита, с удовольствием наблюдая, как брови у пары ползут вверх.

Рита проводила их до калитки. Раннее утро стояло тихое, пахнущее мокрой травой и осенью, все увереннее вступавшей в свои права.

* * *

Утром, во время обхода, совершенно невыспавшаяся Рита обнаружила у калитки огромный мешок собачьего корма и несколько ярких резиновых мячей. Камера зафиксировала, что ранним утром Артур принес эти подарки, аккуратно поставил снаружи и ушел. Девушка улыбнулась – кажется, с “викингом” они теперь друзья.

После завтрака и утренних дел было еще сорок минут до планерки. И они с Кэссианом (который сегодня должен был выйти на одну из строек после обеда) устроились за столом. Настало время для первого урока мобильной грамотности. Рита терпеливо объясняла парню, как разблокировать экран его новенького смартфона, как искать контакты и как писать сообщения в мессенджере. Кэссиан слушал ее с сосредоточенным видом, старательно записывая каждую инструкцию на листочек бумаги карандашом – на случай, если забудет.

Его первая несмелая попытка набрать сообщение: "Р и т а я т у т" – вызвала у нее такую теплую волну нежности, что Рита едва не расплакалась и сделала скриншот уведомления. Такое нужно сохранить навсегда.

После планерки приехал Сергей Палыч, которому Рита позвонила напрямую и попросила приехать – это был уже не первый раз, когда он приезжал в Ромашково для осмотра и плановой вакцинации подопечных. Николашу официально объявили здоровым и обработали от паразитов вместе с новыми жителями вольеров, а прививку Сергей Палыч назначил через несколько дней – для перестраховки, чтобы убедиться, что щенок точно восстановился.

Днем, когда она старательно работала за ноутбуком, телефон вдруг ожил. На экране светился контакт "Кэссиан". Рита с трепетом приняла вызов.

– Рита… – раздался в трубке немного взволнованный голос. – Я стою у лавки с яствами. Мы с хозяином приехали в город за стройматериалами, заодно зашли в лавку. Скажи… что мне купить для нашего стола?

Она на одном дыхании продиктовала ему список продуктов – молоко, хлеб, сыр, куриные бедра, свиную вырезку и слабосоленую семгу для Клеопатры.

– Запомнил. До встречи вечером.

После разговора Рита еще минут пять стояла посреди кухни, прижимая телефон к груди и глупо улыбаясь. Но все же взяла себя в руки и углубилась в работу над задачами, которые успела взять перед тем, как на нее навалилось… примерно все возможное в этом мире, вместе с невозможным.

Она понимала, что решительно не успевает нормально работать на своей основной работе, мысли постоянно улетали к Кэссиану и книгам. Но увольняться сейчас было нельзя – ее магия была нестабильной, донаты могли иссякнуть в любой момент, а главное – над ней висел дамоклов меч в виде иска от Алевтины Генриховны.

Поэтому днем она будет кодить, а редактурой можно заняться и по ночам, благо сейчас Кристина только подбирает ей новый проект и Рита может успеть за это время побольше выполнить рабочих задач. Но девушка твердо решила не бросать работу с текстами, в конце концов, это была ее мечта.

К трем часам Рита закончила с самыми срочными задачами и решила уделить полчаса ветеринарии. Она устроилась в кресле на веранде и открыла атлас анатомии кошек. Лера прислала список обязательных для изучения тем. Хотелось поскорее закончить обучение, на которое девушка как бы сама себя и подписала. На коленях расположилась Клеопатра, в ногах копошился Николаша, он несколько раз пытался подпрыгнуть и лизнуть кошку, но получал мягко по носу лапой. Щенок немного обиделся и отправился вышагивать вдоль вольера со Стивом и Джобсом, явно ради того, чтобы похвастаться свободой передвижения. Псы, правда, вовсе этой самой свободе и не завидовали, да и в целом, обнюхав через сетку палевого хвастунишку, перестали обращать на него внимание.

– Почему этот блохастый не в вольере? – наконец, не выдержала богиня.

– Потому что он там никогда жить не будет, – не отрываясь от книги, откликнулась Рита.

– Я не давала своего согласия.

– Славно, что я в нем и не нуждаюсь.

Кошка встала, как бы показывая всем видом, что сейчас уйдет, но не дождавшись реакции от хранительницы, она потопталась и снова улеглась на коленях.

День был теплым – настоящее бабье лето. Солнце даже немного припекало плечи, вокруг было тихо и сонно.

Вдруг начался невообразимый переполох – Стив и Джобс зашлись заливистым лаем, а коты в вольерах испуганно зашипели. Неужели Николаша все-таки добился своего и устроил суету? Рита взглянула на подопечных и поняла – их волнует то, что происходит за ее владениями.

Девушка встала, подошла к калитке, открыла ее. За калиткой, прислонившись к столбу, стоял невероятно высокий загорелый парень в расстегнутой на груди кожаной куртке, из-под которой виднелся безупречный рельеф пресса. У него были прищуренные карие глаза, длинные растрепанные волосы, хищная дерзкая улыбка и необъяснимое отсутствие футболки.

– Привет, красавица! – весело оскалился он, бесцеремонно проходя во двор. – Мне один… серый друг нашептал, что тут живет целительница, которая может подлатать мои старые раны после стычки с серебряными волками. Меня звать Дик. Я из диких пустошей.

Рита невольно сжала кулаки. "Серый друг". Опять этот таинственный Серый! Да кто он такой вообще?! Почему он постоянно путает следы для волшебных существ, но этого оборотня буквально привел прямо к ее порогу?

– Добрый… день, – промямлила девушка, сама не понимая, почему прячет взгляд. – Да, конечно. Я вас посмотрю. Может, вы подробнее расскажете о том самом сером друге?

– Не особо помню, где-то пересеклись пару дней назад. Да ладно, ты же не будешь осматривать меня прямо тут? Не позволишь войти в дом?

Он обворожительно улыбнулся. Рита медлила. Она не могла отбиться от тревожного ощущения. Стив и Джобс не переставали лаять, кошки шипели, их шерсть дыбилась на спине, а каждый второй кошачий хвост напоминал ершик. Когда даже маленький Николаша зашелся полуписклявым лаем, трусливо прячась за сараем Кэссиана, Рита не выдержала.

– Мои друзья тебе не рады. Можешь объяснить свои намерения?

– Как и говорил, я всего лишь хочу подлечиться у той самой известной целительницы. А как увидел твою красоту – захотел сильнее. – Дик посмотрел на обитателей приюта, наклонил голову набок, снова улыбнулся. Рита вздрогнула: его клыки явно выделялись по форме и размеру в сравнении с остальными зубами. – Что касается твоих друзей…

Она не успела моргнуть, как на месте парня в кожаной куртке появился огромный волк, который даже стоя на четырех лапах был Рите почти по плечо.

“Оборотень” – прошелестел голос Клеопатры в голове, сама же кошка благоразумно переместилась в дом и наблюдала за происходящим с подоконника.

“Час от часу… он настроен доброжелательно?”

“Похоже на то.”

“Тогда почему ты убежала в дом?” – спросила Рита, но ответа так и не получила.

Тем временем Дик оскалил пасть, которая явно могла перемолоть любого из ее подопечных, а то и нескольких за раз. Кошки спрятались в глубине вольеров, собаки же только усилили лай.

Оборотень склонил голову и немного припал на передние лапы – и псы, еще немного поворчав, притихли.

Рита перевела взгляд с улегшихся в вольере Стива и Джобса на волка, но на его месте снова стоял парень в кожаной куртке.

– Удивительно слабы, но готовы умереть, только бы не подчиниться, – покачал головой Дик. – Я признал эту территорию за твоими псами и их главенство здесь. Они больше не будут волноваться. Так ты осмотришь меня, красавица?

Девушка провела диагностику на веранде, настояв на этом. Повреждения у Дика оказались пустяковыми: несколько застарелых ушибов и плохо сросшихся растяжений. Рита подлечила ту их часть, которая могла негативно влиять на организм, касаясь его только кончиками пальцев, избегая прижимать ладонь к голой коже.

Ритк почему-то казалось, что если она коснется его – это будет предательством. Откуда взялись такие мысли, она решила разобраться позднее, сейчас бы спровадить Дика восвояси и вернуться к работе: с изучением ветеринарии сегодня снова не сложилось. Дик ответил ей благодарственной магией, она же многозначительно посмотрела на калитку.

Но оборотень явно не спешил уходить. Он вальяжно оперся на перила веранды, откровенно и плотоядно разглядывая Риту:

– Слушай, целительница… А у тебя тут уютно. Может, мне остаться у тебя на пару дней в качестве… личного охранника? – он улыбнулся и подмигнул, зубы выглядели совершенно обычными. – Я очень полезен в быту, особенно холодными ночами. Я не помню своего серого друга, но помню, что он сказал, что тебе очень одино…

В этот момент калитка скрипнула, и во двор вошел Кэссиан, вернувшийся с работы. Он мгновенно оценил ситуацию, его изумрудные глаза опасно вспыхнули, зрачки сузились до вертикальных ниточек, а вокруг его фигуры воздух словно задрожал.

Дик осекся на полуслове. Он перевел взгляд на Кэссиана, весь его наглый пафос мгновенно испарился. Оборотень испуганно поджал хвост (которого физически не было видно, но это ощущалось на ментальном уровне), тихонько заскулил, попятился к задней калитке и буквально через минуту скрылся в лесу, поспешно уходя в свой мир. Так и не сказав более ни слова.

Рита тихо рассмеялась, поворачиваясь к Кэссиану. Парень кивнул ей, гордо расправил плечи и прошествовал на кухню, шелестя пакетами из супермаркета. А девушка вдруг поняла: Кэссиан был намного сильнее этого лесного хищника. Но кто он?

– Клео, – спросила она кошку, которая, завидев, что территория вновь безопасна, уже восседала на кресле. – А вампиры у нас появятся? Ну, если оборотни и эльфы реальны…

– Нет, – зевнула абиссинка. – Вампиры не относятся к волшебным существам. Это просто обычные смертные, получившие дурацкое проклятие или дар, вроде тебя. Они не сотканы из магии.

– Жаль… – протянула Рита, невольно вспомнив Эдварда Каллена из "Сумерек".

Рита зашла на кухню, села за ноутбук, пару секунд понаблюдала, как Кэссиан раскладывает продукты в холодильнике, затем открыла волонтерский чат, который теперь гордо именовался "Друзяшки хвостатых", и в шутку написала:

"Девчонки, у меня тут во дворе только что был безумно горячий оборотень Дик. Кому-нибудь нужен ручной волк?"

Лера ответила моментально:

"Ого! Ритка, а себе оставить не хочешь? Или твое сердце уже полностью занято одним зеленоглазым сараесъемщиком?"

София прислала короткое:

"Не интересует, у меня другие вкусы".

Но следом добавила:

“Даже представить боюсь, из какого дарк-романа приперся этот тип, учитывая его имя… он явно, скажем так, на многое способный”.

* * *

Вечером они с Кэссианом планировали поехать в город – новые хозяева Пурсифоны и Мяулодии пригласили их на премьеру спектакля в независимом театре, где должны были «играть» кошки. Рита попросила бабу Зину провести вечерний обход, выгулять и накормить Стива и Джобса.

– Ой, конечно, дочка, иди погуляй! – обрадовалась соседка, поправляя платок. – Правильно, надо на свидания ходить, а то твой-то Жак этот, совсем заездил себя работой! Молодые ведь, гулять надо!

Рита смутилась, но спорить не стала. Внутри нее пела радостная, теплая весна.

Клеопатра долго отвоевывала свое право сопровождать их. Рита сопротивлялась: незачем абиссинке перетягивать на себя внимание с истинных кошачьих звезд выступления.

“Я достойна всего внимания этого мира. Кстати, что это? Блузка с вырезом и заколка, которую ты жалела надевать даже на праздники, и хранила как Кощей свое злато? Что же… Если, конечно, ты признаешь, что это романтическое свидание и вам надо быть наедине…”

– Кэссиан, Клеопатра с нами! – воскликнула побагровевшая Рита, не дав довольной кошке договорить. Парень, который так-то и не был против, вздрогнул у зеркала, кивнул.

Рита скользнула по нему взглядом, стиль кэжуал очень шел ее постояльцу, а джинсы сзади сидели так, словно… в общем не зря София назвала его супермоделью. Девушка поспешила отвернуться, пряча взгляд от абиссинки, которая явно прочла ее мысли и сейчас ухмыляется.

Ставили "Старосветских помещиков" Гоголя. Пурсифона и Мяулодия действительно совсем не участвовали в действии – они просто чинно спали на декоративных бархатных креслах у камина, создавая непередаваемую атмосферу домашнего тепла и уюта. Но их появление на сцене вызывало у зрителей (которых было около пятидесяти человек – аншлаг для независимого театра!) бурю восторга. Клеопатру Рита пересадила на колени, чтобы та не привлекала лишнего внимания, позируя на плече. Богиня поворчала, но вскоре уснула, уютно свернувшись клубком.

После антракта хозяйка сестер провела небольшое интерактивное шоу, показав зрителям несколько простых, но забавных трюков с кошками. Зал взорвался аплодисментами, а сестры по команде синхронно поклонились, что вызвало новую волну умиленного ропота.

"Мои маленькие звездочки", – с гордостью подумала Рита.

“Я могу и лучше,” – прозвучало обиженное в голове.

“Покажешь?” – весело уточнила девушка, заранее зная ответ.

“Еще чего! Когда запомнишь, что богини в цирке не выступают?”

Рядом сидел Кэссиан и завороженно смотрел на сцену. Рита медленно провела рукой по его плечу, смахивая крошки скверны. Пусть Кэссиан и Клеопатра думают, что причина прикосновения только в этом. Себе же Рита уже могла признаться: ей просто хотелось показать, что она рядом.

Он ненадолго перевел взгляд на Риту и медленно моргнул – так, как моргают кошки, когда признаются в любви.

* * *

В среду, лишь открыв глаза, Рита сделала скриншот экрана: среда, двадцать четвертое сентября, семь утра. Это была ее странная традиция с тех пор, как у нее появился первый смартфон – скринить экран в утро дня рождения.

Даже не верится, теперь ей двадцать три года, интересно, перестанут ли университетские подруги ее звать малыхой?

На экране уже висело несколько поздравлений. Она решила посмотреть их позже, смахнула, но одно все же привлекло внимание – от Андрея: “С днем рождения, Рита. Сегодня планерку можешь пропустить, доделай работу по открытым задачам, остальное время отдыхай. Сегодня твой день”.

Клеопатры в комнате не было, отчего кольнула слабая игла обиды – могла бы и разбудить ее в такой день, а не сбегать проводить время с Кэссианом, который просыпается, похоже, даже раньше петухов.

Девушка опустила ноги на пол и тут же попала в оба тапка (получив официальное разрешение от богини, она теперь снова носила домашнюю обувь), пошла вниз – к кофе.

Утра становились с каждым днем все темнее, свет не спешил прогонять мглу, но вдоль лестницы горели любимые огоньки гирлянды, которые, как заметила Рита, Кэссиан включал каждое утро, даже если ему нужно было раньше на работу. Под ногами не скрипели ступеньки (постоялец их давно починил), и к этому девушке даже пришлось привыкать, к тому, как по-новому, обихожено звучит ее дом.

Девушка еще не увидела плиту, но до ее слуха донесся мягкий звук “фух” – звук зажигаемой конфорки. Кэссиан услышал, что она поднялась, и приступил к приготовлению для нее кофе, делу, которым он, к слову, овладел в совершенстве.

Рита наконец спустилась, хотела было поздороваться, замерла. Кэссиан в белоснежной рубашке с расстегнутой верхней пуговицей и в брюках (когда он их успел купить, Рита понятия не имела) вытанцовывал около конфорки, пытаясь зажечь от конфорки деревянную лучинку, а от нее – свечу на стоящем рядом торте “Панчо”. Торт – ее любимый, на свече – ее возраст. А это значит, что его поставщик информации дикого окраса не подвел и в этот раз.

Она искренне хотела скрыть эту дату от всех, чтобы не устраивать лишней суматохи, но сейчас четко поняла: она счастлива, что Клеопатра разболтала. Что касается самой богини – она лежала на диванной подушке и лениво наблюдала за парнем, неподалеку от абиссинки разместился Николаша, положив мордочку на край подушки, не касаясь кошки, но находясь максимально близко.

– С днем рождения, Рита! – воскликнул Кэссиан, заметив девушку. Он стоял с зажженной лучинкой в руке и нелепо улыбался.

– Спасибо, Кэсс, горит!

– Ой!

Он спешно зажег свечу от лучинки и затушил последнюю под краном, коснулся экрана смартфона, из него тут же полилась песня Ирины Аллегровой “С днем рождения”, которую парень принялся подпевать. Богиня вокальными данными хвалиться не стала, но она уже царственно восседала на столе и улыбалась, покачивая головой, зато Николаша, зачуяв движ, тут же начал поскуливать, даже попав в пару нот.

Рита задула свечу, еще раз поблагодарила за поздравление, собралась было на обход.

– Я все сделал уже, – гордо оповестил Кэссиан, отключив песню и вновь тыча по экрану.

– Ладно, тогда… я работать. А ты? – Рита растерялась от свободы во времени, раздумывая, садиться ли за работу, или сначала ответить на сообщения с поздравлениями. Выбор пал на работу.

– Сегодня взял выходной. Сегодня большой день.

Девушка закрыла оставшиеся вопросы по открытым задачам менее чем за полтора часа, стараясь как можно меньше отвлекаться на мечущегося по двору Кэссиана, который о чем-то спорил с Клеопатрой и явно нервничал.

Закончив с работой, она осознала, что родители ей не написали. Покосилась в окно на Клеопатру, сидящую на плече ее постояльца, расхаживающего вдоль вольеров. В ногах парня болтался Николаша, он явно был недоволен, что богиня оказалась совершенно вне зоны досягаемости. Рита уже начала думать: а не позвонить ли родителям, ведь обычно они поздравляли звонком ранним утром. Не случилось ли чего? Но во дворе послышалась возня, и девушка увидела, как Кэссиан открывает калитку маме и папе. Она тут же выскочила во двор в суету, которая вовсе не обещала прекращаться.

Родители привезли с собой Батона. Пес восторженно взвизгнул, увидев Риту, но быстро убежал к вольерам Стива и Джобса. Он обнюхал новых постояльцев, лизнул вертящегося рядом Николашу, а затем преданно вернулся к ноге отца Риты, не отходя от него ни на шаг.

"Вот жук! – обиженно подумала Рита, улыбаясь. – Словно ему со мной плохо жилось!"

Отец торжественно выгрузил из багажника огромную коробку и поставил на веранде современный проектор со складным проекционным экраном:

– Вот, дочка! Слышал от твоей соседки, что вы с Жаком по вечерам фильмы на маленьком экране смотрите. Так дело не пойдет, портить глаза! Вот вам домашний кинотеатр, экран сворачивается, очень удобно!

– Спасибо, пап! – Рита бросилась ему на шею.

Мама протянула ей небольшую коробочку, внутри которой оказалась потрясающая коллекционная фигурка Вайолет Сорренгейл на черном драконе Тэйрне:

– Специально заказывала из Москвы, помню, как ты в сторис ее репостила! С днем рождения, милая!

Следом пришла баба Зина. Она торжественно вручила Рите огромную коробку с дорогим современным аэрогрилем и тяжелый пакет домашних продуктов:

– С днем рождения, дочка! Вот, кухонная машина тебе в помощь, чтобы время на готовку не тратила, но ела! А то вечно голодная ходишь!

Рита со слезами на глазах обняла соседку.

В этот момент Кэссиан робко подошел к ней, заламывая руки за спиной, взгляд изумрудных глаз был серьезным, золотые крапинки сверкали напряжением:

– Рита… Позволь показать тебе мой подарок. Если позволишь. Пойдем в сарай. Хозяйка Зина проводит твоих родителей и даст им чаю, правда? – парень с надеждой посмотрел на соседку, последняя расплылась в лукавой улыбке.

– Идите, голубчики, мы уже разберемся!

Девушка удивилась, но послушно пошла за ним. Ей всегда было безумно интересно узнать, как выглядит это строение изнутри после ремонта. Кэссиан открыл дверь, окрашенную в приятный голубой цвет, и мягко подтолкнул ее внутрь.

Рита сделала шаг, заглянула на секунду… и замерла на месте. Воздух вокруг нее словно превратился в плотный кисель, застрял в легких. Сердце пропустило удар. Затем еще один. Она судорожно выдохнула, резко захлопнула дверь обратно, прижалась к ней спиной и уставилась на Кэссиана округлившимися глазами. Ее плечи мелко задрожали от подступающих слез. Ладно – египетская богиня в теле ее кошки, ладно – дар, который позволяет ей лечить животных и магических существ, ладно – эти самые существа, парень из другого мира, оборотень и… да что угодно. Она могла поверить во что угодно.

Только не в это.

Девушка медленно обернулась, посмотрела наверх. Над дверью… она увидела то, что игнорировала неделями. Деревянная дощечка. Резная. Покрытая матовым лаком. Вырезанная и раскрашенная в виде аккуратной нежно-розовой стопки книг. С крошечным латунным фонариком сбоку. Как обещание, знак, который она просто не сумела прочитать.

“Как я не заметила? – мелькнуло в голове. – Все это время. Прямо перед моим носом. С того самого первого дня…”

– Рита? – парень испуганно отступил на шаг. – Тебе… не нравится? Великая уверяла меня, что это твоя самая сокровенная мечта! Она солгала? Я плохой строитель?

– Нет, Кэсс… – прошептала Рита, закрывая лицо руками, пряча то, что из глаз уже брызнули слезы абсолютного счастья и неверия в происходящее. Неверие в то, что она достойна… подобного.

– Я… заберу. Разберу. Верну как было, – Кэссиан испугался ее слез, затараторил: – Только не плачь, целительница. Прошу!

– Так и есть… – Рита выдохнула. Голос дрожал, рвался. – Это она. Самая сокровенная. Но как…. Это именно то, что хотела я… Ты такой… внимательный. Как? И где ты спал? Неужели на том маленьком диванчике? Я успела заметить… он же…

– Он спал на односпальном надувном матрасе, смертная, – раздался голос в ногах. Сухой, надменный. Но с теплой, почти неуловимой вибрацией. Клеопатра сидела, обернув хвост вокруг лап, золотые глаза блестели. – И я бы попросила не забывать, кто подсказал ему всю идею. Кто контролировал закупки, дизайн, логистику и запомнил все твои хотелки, которые ты копила годами вместо того, чтобы покупать. Кто запретил зеленые обои и настоял на белой краске. Похвала принимается в семге, почестях и официальном титуле "Со-архитектор мечты". Не благодари. Просто запомни.

Рита фыркнула сквозь слезы. Смех вырвался сам. Она вытерла щеки тыльной стороной ладони. Вдохнула и выдохнула. Оттолкнулась от двери. Открыла ее снова, медленно, с уважением – как входят в храм. Как входят в сон, который боишься спугнуть.

И шагнула внутрь.

Пространство развернулось. Не тесное и захламленное, а воздушное, продуманное до миллиметра.

Стены – белые. Матовые, гладкие. Не больничные, а именно теплые. Как бумага для акварели. Потолок подшит светлым деревом. Балки темнее, но не давят: они держат пространство – как ребра тело. Как каркас мачты, точнее – мечты. Десятки полок. От пола до потолка. Белые, глубокие, прочные. Расставленные не хаотично, а с ритмом и дыханием. Между ними – пространство. Для глаз, рук и тишины. И… книги. Всюду.

Это был настоящий, безупречный рай для книгомана. Полки ломились от книг – новеньких, пахнущих типографской краской, с потрясающими цветными и узорчатыми срезами, которые ловили свет от сотен крошечных желтых лампочек гирлянд, заботливо пущенных Кэссианом по периметру потолка.

У окна, занавешенного легкой льняной шторой, стояло глубокое, мягкое кресло кремового цвета, рядом с которым примостилась стильная этажерка на колесиках – точь-в-точь как у модных книжных блогеров, о которой Рита втайне грезила, листая соцсети. На этажерке внизу аккуратно выстроились новые романы. Сверху – блокноты в тканевых обложках, ручки, карандаши, стикеры и маленькая лампа на прищепке.

Рядом – низкий столик. На нем – подставка под кружку и керамическая ваза с сушеной лавандой.

В углу уютно потрескивал камин, который Кэссиан сложил из красного кирпича – от него исходило мягкое, сухое тепло, пахнущее березовыми поленьями. На небольшом светлом диванчике лежал пушистый, невероятно мягкий плед крупной вязки.

Но самым поразительным были выделенные зоны. На средних полках, на самом видном месте, красовался настоящий алтарь ее любимых авторов.

Полка Стивена Кинга была оформлена в готическом стиле: редкие коллекционные издания в темных обложках соседствовали с деревянными подсвечниками и детализированными фигурками персонажей. Часть полки пустовала, девушка сразу примерила и поняла – это место для книг, которые лежат на мансарде, в ее комнате.

Рядом привлекала взгляд полка Джеральда Брома – мрачные, завораживающие арт-принты и веточки сушеной полыни, две книги подарочной серии. Там тоже пустовало место для книг, которые уже у нее были.

А чуть выше, укутанная в гирлянды-росы, расположилась вселенная Ребекки Яррос: зона для книг, которые подарила ей мама, была окружена маленькими, искусно вырезанными из дерева фигурками драконов и коллекционным мерчом.

Полки для книг Сары Маас и Джея Кристоффа были рядом. Вся утерянная когда-то в борьбе за лишнюю копейку коллекция книг Кристоффа была на месте. Словно они никогда и не расставались.

Рита молчала, она боялась даже сглотнуть. Вдруг это наваждение ее тут же покинет? Вдруг это шутка ее разума, уставшего от частого недосыпа? Ведь это невозможно! Сказочный парень, живущий в сарае, – это одно, но сказочный парень, сотворивший ради нее… это?

– Матрас, на котором спал, он каждое утро прятал за шкаф, чтобы не портить эстетику твоего будущего храма, – раздался ленивый, но невероятно гордый голос.

Клеопатра неторопливо взошла по ступенькам и грациозно прошествовала мимо застывшей Риты прямо в библиотеку. Кошка запрыгнула на пушистый плед, лежавший на диванчике, обернула лапы хвостом и царственно сощурилась:

– И я попросила бы не забывать, кто ночами не спал, копаясь в твоем телефоне, чтобы выудить из корзин интернет-магазинов каждую книгу из твоего списка хотелок.

– Я все запомнила, повторять не обязательно! Будет тебе семга! Но это стоит так много денег… Где ты их взял?

– Я вложил сюда все, что получал, кроме тех денег, что отдавал за постой. Большую часть материалов получил от хозяев, у которых работал… и, ну… чтобы успеть к сегодняшнему дню, мне пришлось на время немного одолжить у друзей. – Он скосил взгляд в сторону, в которой безошибочно угадывался участок бабы Зины, Рита нахмурилась – она сразу поняла, что это явно не “немного”. Как он вообще уговорил соседку одолжить ему ТАКИЕ деньги? Он почувствовал ее настрой и тут же воскликнул: – Я все верну, уже возвращаю!

Парень стоял у порога, переминаясь с ноги на ногу, его лицо светилось такой робкой, детской радостью, что Рита не выдержала. Она сделала шаг вперед, уткнулась лицом в его широкую грудь и прошептала:

– Спасибо… Спасибо вам обоим. Это самый лучший подарок в моей жизни.

Кэссиан несмело приобнял ее за плечи, и в его изумрудных глазах отразились сотни маленьких, теплых золотых огоньков.

Когда они зашли в дом, на кухне Риту ждал еще один сюрприз. Помимо родителей и бабы Зины, там собрались ее друзья из чата – Лера, Антон и София тут же кинулись поздравлять подругу. Но София приехала не одна. Рядом с ней стояла невысокая девушка с густым коротким каре и прямой челкой. Она была поразительно, невероятно похожа на повзрослевшую Матильду из фильма “Леон”, на шее даже красовался широкий кожаный чокер. Рита замерла, с удивлением рассматривая ее стильную готическую одежду, на секунду забыв, что находится дома, а не на модном показе.

– Это Мира, – София мягко подтолкнула подругу вперед. – Ты просила познакомить тебя со специалистом, который восстановил аккаунт приюта. Вот, выполняю обещание в твой день рождения.

– Мира! – Рита порывисто обняла девушку, и только потом, ощутив ответное объятие, поняла, что поступила слишком эмоционально. – Спасибо тебе огромное! Ты буквально спасла мою жизнь!

– Да ладно тебе, Софа сказала, что это очень важно для тебя, – смущенно улыбнулась Мира, бросив быстрый, нежный взгляд на Софию.

Празднование стало разворачиваться со скоростью снежной лавины – командование на себя взяла Лера, а значит – веселье неизбежно. Отец уже разместил проектор и включил на нем клипы, баба Зина и мама ворковали у плиты, готовя что-то горячее и мясное.

Рита переводила взгляд с одного дорогого ей человека на другого, не веря своим глазам – они все поместились на кухоньке ее маленького дачного домика, и общались так, словно давно были семьей.

Вдруг снаружи раздался резкий, нервный стук.

– Простите, я сейчас! – почему-то стыдливо пролепетала Рита и вышла во двор.

Там она увидела разъяренную Алевтину Генриховну, трясущую своим блокнотом в одной руке и держащую телефон с включенной камерой в другой руке.

– Вы что, опять тут день открытых дверей устроили?! – закричала соседка. – Машины понаехали, шум на все СНТ! Я все зафиксирую и передам в суд!

– У меня сегодня день рождения, Алевтина Генриховна, – ответила Рита, стараясь держать себя в руках, не плакать и не кричать. – И ко мне приехали мои близкие люди, я имею на это законное право. Пожалуйста, идите домой и живите своей собственной жизнью.

Девушка вернулась на кухню, чувствуя, как праздничное настроение стремительно угасает. Предстоящий суд по иску на полмиллиона камнем лежал на ее душе.

София заметила ее состояние, присела рядом на диван, а Мира тут же устроилась по другую сторону, протягивая Рите стакан с газировкой.

– Риток, что случилось? – обеспокоенно прищурилась София. – На тебе лица нет в день рождения. Когда твой грин-флаг подарил тебе личную, мать его, библиотеку! Рассказывай и не юли.

И Рита не выдержала. Сдерживая слезы, она шепотом рассказала им о судебном иске Алевтины на пятьсот восемьдесят три тысячи рублей.

– Извещение у тебя с собой? – тихо спросила Мира, посерьезнев.

– Да, в рюкзаке…

– Покажешь мне, когда все разъедутся, – твердо сказала Мира, обменявшись с Софией взглядами. – Мы во всем разберемся. У тебя будет самый крутой адвокат в городе. Моя хорошая знакомая в прошлом году получила премию Совета молодых адвокатов в номинации “Лучший молодой адвокат года”. Никакие корпоративные акулы этой строительной компании ее не переиграют.