Текст книги "Разрушитель Оков (СИ)"

Автор книги: Guiltythree

сообщить о нарушении

Текущая страница: 22 (всего у книги 43 страниц)

Глава 675
Опустошение

Через несколько мгновений после того, как Санни заговорил, Заклинание прошептало ему на ухо:

[Вы убили Вознесенного человека, Дева Войны Хильда.]

[Ваша тень становится сильнее.]

Он сделал шаг назад и застонал, боль и истощение пронизывали его избитое тело.

– Почему я не чувствую себя счастливым…

Санни не хотел произносить эти слова вслух. Нахмурившись, он отвел взгляд от трупа доблестной девы, бросил короткий взгляд на изумрудный амулет, зажатый в одной из его рук, и спрятал его обратно под потрескавшийся нагрудник Мантии Подземного Мира.

Не каждый день он одерживал победу в битве с Вознесенным. Он должен был праздновать… Но на самом деле Санни не слишком любил убивать людей.

…По крайней мере, тех, кого он не ненавидел.

Чувствуя, как боль проходит через его обожженное тело, и наблюдая за плачевным состоянием мантии, он активировал зачарование [Живой Камень] и увидел, как камнеподобный металл начал восстанавливаться. Он также почувствовал, как большая часть его оставшейся сущности течет сквозь броню, исчезая по мере того, как усиливался процесс.

Вздохнув, Санни оперся на Жестокий Взгляд и настороженно огляделся. Он был не в лучшей форме, а битва еще не закончилась. Еще не время праздновать.

Справа от него Святая сцепилась с рыжеволосой Вознесенной, их оружие вычерчивало страшный узор разрушения на останках большого зала. Терпеливый Мститель светился яростным оранжевым сиянием, а ее каменный меч был окружен пламенем – усиленный зачарованием щита [Холодная Сталь], он каким-то образом противостоял алому одати.

Однако лезвие меча было покрыто многочисленными зазубринами и трещинами, как будто ему оставалось несколько секунд до того, чтобы развалиться на части. Тело Девы Войны, тем временем, было омыто кровью, но без единой открытой раны, что свидетельствовало о том, что она смогла залечить все повреждения, нанесенные ей Святой.

Слева от него Змей и Кошмар сражались с двумя одинаковыми Вознесенными. Одна, к удивлению, уже лежала на полу, а черный конь злобно топтал ее грудь адамантиновыми копытами. Зрелище это было одновременно тревожным и пугающим, хотя Санни знал, что страшный конь на его стороне.

Вторая дева была вовлечена в яростную схватку со Змеем Души, ее зачарованное копье мелькало в воздухе и оставляло глубокие раны на стигийской чешуе гигантского змея.

Несмотря на преимущество Змея в размерах и силе, женщина была слишком быстра, хитра и искусна, чтобы позволить поймать себя в его сети. Хуже того, ее оружие, казалось, могло следовать за врагом в тени, нанося удары по Змею даже тогда, когда он нырял в них, чтобы заманить ее в ловушку.

Черноволосая Воительница была поистине ужасающей. Одновременно противостоять Вознесенному Демону и Пробужденному Ужасу, даже будучи поврежденной Ударом Грома и взрывом чаши, было под силу только самым страшным Мастерам мира бодрствования… если вообще под силу.

Однако ее удача закончилась.

Потому что сегодня она встретила Санни.

Шагнув сквозь тени, он появился за спиной девы и ударил ее в спину, ничуть не заботясь о том, насколько трусливым и бесчестным было такое нападение… или, скорее, так было бы расценено некоторыми людьми.

Честь – удел дураков… и хотя Санни знал, что иногда ведет себя как дурак, он, по крайней мере, был невосприимчив к такого рода глупостям.

Клинок Жестокого Взгляда пронзил сердце храброй Девы Войны и на долю секунды вспыхнул белым сиянием божественного пламени, нанося сокрушительный урон всему, чего касался. Женщина умерла мгновенно, даже не поняв, кто ее убил.

В то же время ее вторая копия, наконец, поддалась копытам Кошмара и перестала двигаться, ее тело представляло собой ужасающее месиво из разорванной плоти и сломанных костей. Мгновение спустя она засияла темно-красным светом и исчезла.

Заклинание произнесло:

[Вы убили Вознесенного человека, Дева Войны Гвенравир.]

[Ваша тень становится сильнее.]

«Осталась еще одна…»

Сожалея о своем решении не дать Змею прикончить Вознесенную, пополнив тем самым свои пустые запасы сущности, Санни стиснул зубы и повернул голову, чтобы взглянуть на Святую…

Однако в этот момент голос Заклинания внезапно зазвучал снова:

[Вы убили Вознесенного человека, Дева Войны Кара.]

[Ваша тень становится сильнее.]

…Он увидел обезглавленное тело Девы Войны, упавшее на пол, и молчаливого рыцаря, стоявшего над ним с раздробленным мечом в руке. Каменный клинок – по крайней мере, то, что от него осталось, – был окрашен в багровый цвет, с него падали тяжелые капли.

Несколько мгновений Святая оставалась неподвижной, затем с сожалением посмотрела на свой сломанный меч. Ее плечи слегка шевельнулись, как будто Тень вздохнула. Выронив разбитый клинок, она наклонилась и бесстрастно подобрала алый одати, выскользнувший из пальцев Вознесенной.

Наконец, молчаливая демоница взмахнула одати и повернулась, чтобы посмотреть в направлении входа в большой зал.

«На что она смотрит…»

Санни нахмурился, затем внезапно задрожал.

«Ах, да… Эффи и Кай!»

Он повернулся, вспомнив, что его друзья сейчас противостоят дюжине сильных Пробужденных воинов.

Однако ему не стоило беспокоиться.

Девы Войны… почти все они были уже мертвы.

Кай как раз собирался прикончить последнюю. Юноша был облачен в прекрасные доспехи из белой стали и золота и орудовал стремительной саблей. Казалось, его боевое мастерство значительно улучшилось со времен их пребывания на Забытом Берегу… Должно быть, те месяцы в армии Города Слоновой Кости многому его научили.

У Эффи тоже была своя доля врагов. Теперь на девочке были знакомые бронзовые доспехи, а белый хитон под ними сменился красной шелковой туникой Девы Войны. Осколок Сумрака также был на ее руке. Однако теперь тяжелый круглый щит был размером почти со все ее тело.

В этот момент Кай уклонился от удара своего противника, завис над землей под невозможным углом и нанес неожиданный удар в живот Девы Войны. Мгновение спустя Эффи врезалась в нее Осколком Сумрака. Воительница упала на землю, либо мертвая, либо умирающая.

Внезапно опустошенный зал Храма Чаши окутала тишина.

Все трое – Санни, Кай и Эффи – уставились друг на друга с растерянными выражениями на лицах.

Все было кончено.

Неужели они… победили?

Глава 676
Стеклянный Нож

Окруженные разрухой, Санни, Кай и Эффи смотрели друг на друга с растерянными выражениями на лицах. Их оружие все еще было поднято, готовое обрушиться на врагов… однако врагов вокруг не было.

Только мертвая тишина.

Санни напряженно изучал разгромленный зал, затем медленно достал изумрудный амулет и посмотрел на девочку с немым вопросом, написанным на его лице.

– Эффи… скажи мне… может быть, где-то в храме есть дремлющий Святой?

Она нахмурилась, затем покачала головой.

Санни был искренне озадачен.

– А… может быть, есть неописуемый ужас, который был заключен в чаше? И мы освободили его? Или древнее проклятие?

Маленькая девочка вытерла пот со своего покрытого синяками лица, затем сказала своим мягким, детским голосом:

– Нет, насколько я знаю. Мм… нет, никаких ужасов. Или проклятий.

Санни моргнул пару раз.

– Значит, что… мы действительно победили? Вот так просто?

Эффи немного посмотрела на него, а затем возмущенно вскрикнула:

– Что, черт возьми, ты имеешь в виду под «вот так просто»⁈ Мы только что уничтожили полсотни злобных Пробужденных фанатиков Войны, а ты сам убил трех Вознесенных чемпионов! Не говоря уже о разрушении чаши… которая, кстати, должна была быть неразрушимой… неужели это было недостаточно сложно для тебя, сумасшедший демон⁈

Он слегка наклонил голову и задумался.

– Ну, когда ты так говоришь… наверное, это всё-таки было слегка сложно…

Они втроем, особенно Санни, действительно достигли чего-то выдающегося. Но все равно было странное ощущение… он не потерял ни одной конечности, части тела или сердца!

Ну… он потерял половину рога. Это было хоть что-то, верно?

Санни нахмурился. Эта победа не была легкой – на самом деле, все было наоборот. Однако она оказалась не такой дорогостоящей, как он ожидал.

Трое Вознесенных – не шутка, не говоря уже о таких грозных, как Девы Войны. Правда, они встретились с ним после того, как были искалечены Ударом Грома и последующим взрывом чаши. А он смог повредить чашу, позволив содержащемуся в ней божественному пламени уничтожить ее, только благодаря своему пониманию того, как работает настоящее колдовство.

Так что, в некотором смысле, эта победа была результатом тех месяцев, которые Санни провел, едва выживая в Красном Колизее, а также его испытаний в бесчисленных кошмарах, которые подарила ему его третья Тень.

…И благодаря удаче.

Он вздохнул, затем с сомнением спросил:

– И что? Мы можем просто… уйти?

Эффи огляделась вокруг, ее взгляд на несколько секунд задержался на трупе беловолосой Девы. Ее маленькое личико стало мрачным, а затем она просто пожала плечами.

– Если ты не хочешь еще больше поджариться на божественном пламени, я предлагаю сделать это.

Кай, который все это время молчал, тоже огляделся. Однако его взгляд, казалось, был устремлен на что-то за стенами разрушенного зала. Затем он опустил голову, его глаза потемнели.

Молодой человек задержался на несколько мгновений, а затем сказал низким, хриплым голосом:

– Есть ли… есть ли другие дети, которые проходили обучение в секте? Нужно ли нам взять их с собой?

Санни замер, затем смущенно почесал затылок.

– Ох, да. Я… не подумал об этом. Известно, что Девы Войны принимали девочек-сирот, верно? Где они?

Его не слишком радовала перспектива заботиться о куче детей, особенно после того, как он только что расправился с их предыдущими опекунами. Но идея оставить их здесь не нравилась Санни, независимо от того, были ли они призраками Кошмара или нет.

Ноктису в любом случае придется заняться расселением детей в Святилище.

Детское лицо Эффи медленно стало неподвижным, и она бросила короткий взгляд вниз, в ту сторону, куда несколько мгновений назад смотрел Кай. Она отвернулась и сказала странно ровным тоном:

– А… раньше со мной действительно было несколько других девочек. Но они… ну, они не выжили.

Она отозвала Осколок Сумрака, затем наклонилась, чтобы поднять один из мечей, лежавших на камнях.

– Девы Войны не были плохими людьми, видишь ли… по крайней мере, в начале всего этого. Но где-то по пути секта изменилась. К тому времени, когда девушка, чье тело я заняла, оказалась с ними, все здесь словно… словно сошли с ума.

Она подошла к следующему трупу, уставилась на него со странной тьмой в глазах, а затем взяла в руки другое оружие.

– Они были одержимы идеей создания воина, способного убить кого-то по имени Солвейн. Поэтому их тренировки – то, что они называли тренировками, во всяком случае – стали порочными, жестокими и нечеловечески тяжелыми. Из всех девушек, подвергавшихся им, выживала лишь горстка. В этой партии, ах… я была единственной.

Эффи вздохнула, затем остановилась и снова уставилась на тело беловолосой Девы Войны со сложным выражением лица.

– Странно, не правда ли? Не похоже, чтобы они нас ненавидели. Напротив, казалось, что они очень заботятся о своих подопечных. Впрочем, это не помешало им убивать нас.

Она немного помолчала, а затем добавила:

– … И несмотря на то, что тех девочек мучили и убивали, это не помешало им полюбить своих убийц. Люди очень странные существа, да?

Маленькая девочка молчала несколько мгновений, а потом вдруг улыбнулась.

– Так что, да. Мне бы очень хотелось выбраться из этого места. Если нас больше ничего не держит… давайте просто уйдем.

Санни колебался, затем молча жестом велел Каю подойти ближе к Эффи. Она сделала храброе лицо, но он чувствовал, что под ним охотница была… глубоко встревожена тем, что случилось с ней в этом храме, и тем, что они сами сделали с храмом.

Тогда он повернулся и направился к тому, что осталось от каменной чаши.

По мере того как он приближался, жар божественного пламени становился почти невыносимым. Санни снова активировал чары Воспоминания об Огне и усиление Оружия Подземного Мира, затем осторожно двинулся между горящими кусками камня.

На том месте, где раньше стояла чаша, окруженная кольцом пламени, лежал простой нож из куска призрачного стекла, отражая яростный белый свет огня. Из-за формы и расположения глубоких трещин, прорезавших растрескавшийся пол, казалось, что стеклянный нож был эпицентром страшного взрыва.

Однако на его поверхности не было ни единого изъяна.

Санни задержался на мгновение, затем наклонился вперед и взял стеклянный нож. Он был легким и прохладным на ощупь… именно таким, каким он его помнил. Чтобы убедиться в этом, Санни заглянул под поверхность стеклянного лезвия и на мгновение замер, застыв от восхищения при виде заключенной в нем одной нити судьбы, бесконечно петляющей самой по себе.

Даже если бы он не видел этот нож в одном из своих кошмаров, он бы сразу узнал его.

Ключ к смерти бессмертного. Смерть Лорда Слоновой Кости.

…Он нашел его.

Глава 677
Течение Судьбы

За пределами опустевшего Храма Чаши рассвет медленно окрашивал мир в прекрасный сиреневый цвет. Санни сидел на земле, уставившись на алый одати и копье с выгравированными рунами на лезвии, которые лежали на земле перед ним.

Кай снял доспехи и стоял неподалеку, его деревянная маска обуглилась и почернела от жара божественного пламени. Его взгляд был отстраненным.

Эффи тоже была рядом. Она стояла перед грудами оружия, часть из которых были целыми, а некоторые сломаны и оплавлены огнем. Несмотря на свое истощение и травмы, маленькая девочка, чье тело было почти полностью покрыто синяками и рваными ранами, поднимала одно оружие за другим, а затем с мрачной решимостью втыкала их в каменистую землю.

Благодаря ее усилиям кладбище мечей вокруг храма постепенно увеличивалось.

Санни некоторое время наблюдал за Эффи, затем вздохнул. Он не видел особого смысла оставлять после себя столько зачарованного оружия, даже если большинство было эквивалентно лишь Пробужденным Воспоминаниям. Однако он также не собирался мешать девушке совершать этот бесполезный ритуал, если только это даст ей хоть какое-то успокоение… или то, что она искала, совершая это странное погребение.

Однако это дало ему пищу для размышлений.

В будущем, которое он знал, вокруг разрушенного Храма Чаши не было такого кладбища. Это означало, что никто не оказал последней милости Девам Войны, убитым в большом зале. Может быть, именно поэтому они превратились в мстительных привидений?

…Возможно. А может быть, мечи были просто украдены или уничтожены в какой-то момент времени. В конце концов, он не видел и остальной части кладбища в будущем.

Тогда… какая же связь между Кошмарами и Царством Снов?

Раньше Санни был уверен, что Кошмары – это просто воссоздание прошлого. Однако теперь он не был так уверен. В конце концов, Храм Чаши был разрушен точно так же, как и в будущем. Это означало, что… он всегда был тем, кто его разрушил?

Семя Кошмара было порталом в реальное прошлое?

Санни нахмурился, затем покачал головой.

Нет, это не имело никакого смысла. Если бы это было правдой, то слишком много вещей менялось бы в мире бодрствования каждый раз, когда Пробужденный побеждал свой Кошмар. Связь было слишком легко обнаружить… достаточно было пойти и высечь свое имя на одном из менгиров Святилища, а затем проверить, действительно ли оно появилось за пределами Семени.

Люди не были дураками… они бы уже знали. Кошмары почти наверняка были просто воссозданием прошлого Царства Снов, а не реальностью.

Однако совпадение того, каким оказался Храм Чаши, было слишком очевидным, чтобы быть незамеченным. По логике вещей, появление Пробужденных из Мира Бодрствования должно было полностью изменить ход событий, произошедших в прошлом. Но этого не произошло… по крайней мере, пока.

Он мог придумать два объяснения этому, одно из которых было гораздо менее пугающим, чем другое.

Первое объяснение состояло в том, что это была простая случайность, когда его знание будущего повлияло на его действия в прошлом. Санни подумал об уничтожении чаши, потому что он уже видел, как она была уничтожена в будущем, и таким образом, цикл был завершен без каких-либо зловещих причин. Просто благодаря логической связи.

Второе объяснение… было гораздо более тревожным, по крайней мере, для Санни. Он знал о судьбе больше, чем большинство людей. Он знал, как трудно ее изменить, не говоря уже о том, чтобы полностью вырваться из ее удушающих объятий. Итак, что… что, если судьба притягивала все сущее, имела влияние на всё бытие и толкала всё и вся в определенном направлении?

К определенному выводу.

Если так, то детали произошедшего могли бы измениться, но конец неизбежно и неотвратимо был бы одним и тем же. Эта… эта мысль ужасала Санни до невозможности.

Ведь он провозгласил судьбу своим заклятым врагом. И теперь этот враг казался еще более страшным, чем когда-либо.

…С мрачным выражением лица он еще раз взглянул на Эффи, затем поднялся с земли и подошел к груде оружия, поднял одно из них и воткнул в землю.

Девочка тяжело дышала, ее маленькое тело, казалось, было на грани обморока. Тем не менее, она посмотрела на Санни с упрямым выражением лица:

– Что ты делаешь?

Санни поднял другой меч и пожал плечами.

– … Помогаю. Ты, должно быть, голодна? Чем быстрее мы закончим с этим, тем быстрее ты сможешь поесть. Все в выигрыше, не так ли?

Эффи немного поколебалась, потом отвернулась и медленно кивнула. Вместе они продолжили втыкать мечи Дев в каменистую почву, и вскоре к ним присоединился Кай.

Вскоре груда оружия исчезла, присоединившись к бесчисленным мечам, окружавшим пустой, безмолвный храм.

Санни не знал, сможет ли то, что они сделали, хоть немного изменить судьбу.

Но он очень на это надеялся.

* * *

На следующее утро обитатели Святилища увидели очень необычную вещь. Человек в деревянной маске и с кожей, напоминающей древесную кору, легко приземлился на мягкую траву острова, его высокую фигуру прикрывало облегающее шелковое одеяние.

Мгновение спустя из-под острова поднялся четырехрукий демон и присоединился к нему. Однако это было еще не все…

На плечах демона сидела худенькая девочка лет одиннадцати-двенадцати, держась маленькими ручонками за его рога и дико болтая худыми ножками.

– Но! Быстрее!

Слушая смех Эффи, Санни стиснул зубы, а затем с раздражением сказал:

– Ты можешь… перестать размахивать ногами? Я не лошадь, черт возьми!

Охотница не слушала, поэтому он схватил ее ноги двумя из своих четырех рук и удерживал их на месте.

…Что было нелегко сделать, учитывая чудовищную силу маленькой девочки.

– Ай! Мои синяки!

Эффи сделала жалобное лицо и захныкала.

– О, нет… пожалуйста, не делайте мне больно, дядя Демон! Я буду хорошей, обещаю! Я постараюсь быстрее оправиться от побоев… вам не нужно сердиться…

Когда люди с мрачными выражениями уставились на ужасно покрытое синяками тело девочки, а затем сердито посмотрели на Санни, он зашипел:

– Я не… она не… прекрати сейчас же, Эффи! Это не смешно!

Маленькая девочка откинула голову назад и снова засмеялась, затем наклонилась с озорной улыбкой:

– Да, конечно! Как скажете, дядя!

После этого она посмотрела на высокие менгиры Святилища и задержалась на несколько мгновений, а затем тихо прошептала ему на ухо:

– … Итак, позволь мне прояснить ситуацию. Всех в этом Кошмаре свел с ума Демон Желания, и чтобы победить его, нам нужно освободить ее… с помощью безумного трансцендентного колдуна, который хочет бросить вызов богам, начать войну против остальных четырех Лордов Цепи и убить их. И именно этот парень, Ноктис, послал вас в Храм Чаши. Именно к нему мы пришли?

Санни посмотрел вперед с мрачным выражением на своем зверином лице, а затем прорычал:

– Более или менее. Нам нужно обсудить с ним пару вещей…

Он сделал паузу на мгновение, прежде чем добавить, убийственное пламя разгорелось в его глазах:

– … потому что я уверен, что Ноктис, этот гнилой ублюдок, снова надул меня!

Глава 678
Ветер Перемен

Они втроем вошли в Святилище, пересекли прекрасный сад и вошли в резиденцию колдуна через знакомую деревянную дверь, причем Эффи все еще сидела на плечах Санни с любопытством на детском личике.

Однако комнаты внутри изменились с тех пор, как Санни видел их в последний раз.

Роскошная мебель исчезла, как и красивые украшения, покрывавшие стены. Вместо этого все, что их встретило, был голый камень, на котором лежало несколько сломанных Кукл Матросов, их конечности были разобраны и разложены вокруг тел, как жуткие произведения искусства.

Пол всей центральной комнаты покрывал круг, составленный из мириад рун, мощные потоки сущности души текли через него и рассеивались в древних камнях. Ноктис сидел в центре круга, его глаза были закрыты. Без привычной беззаботной улыбки его красивое лицо казалось зловещим и странно пугающим.

Услышав их шаги, колдун медленно выдохнул. Сокрушительный поток сущности медленно истончился, а затем рассеялся, возвращаясь обратно в его тело. Он слегка повернул голову и открыл глаза, которые на мгновение засияли в темноте, словно наполненные бледным лунным светом.

Затем они снова стали человеческими, и Ноктис улыбнулся, вернувшись к своему обычному спокойному облику так неожиданно, что это показалось почти тревожным.

– Ах, Санлес, друг мой! Ты вернулся! Садись, выпей… добро пожаловать!

Он встал и протянул руку, как бы пытаясь жестом указать на набор удобных стульев. Затем на лице Трансцендента появилось удивленное выражение, и он с некоторым замешательством оглядел пустой зал.

– Ах, да… Я же занимался перепланировкой…

Ноктис вздохнул, затем хлопнул в ладоши.

– Ну, неважно. Куклы! Принесите моим гостям что-нибудь выпить! Они, должно быть, устали после путешествия!

Его голос эхом разнесся по резиденции… однако ничего не произошло.

Он замешкался, затем взглянул на сломанные манекены, лежащие на полу, и неловко переступил с ноги на ногу.

– Ах. Как жаль.

Колдун покачал головой, затем пожал плечами и с улыбкой посмотрел на них троих:

– В любом случае… добро пожаловать!

Он наклонил голову и уставился на Эффи, затем пару раз моргнул.

– Ах, ты привел с собой р-ребенка. Как любопытно. Она ведь не кусается, правда?

Санни нахмурился, но прежде чем он успел заговорить, Эффи с притворным возмущением воскликнула:

– Я не ребенок! Мне двенадцать! Ну, почти.

Ноктис уставился на нее с сомнением.

– … Она разговаривает. Как странно.

Санни медленно вдохнул, затем ровно сказал:

– Этого ребенка зовут Эффи. Она и есть тот друг, о котором я тебе рассказывал.

Вежливая улыбка волшебника оставалась приклеенной к его лицу. Он еще немного посмотрел на Эффи, затем украдкой взглянул на Кая.

– Значит… один из твоих друзей – калека, на которого ты случайно наткнулся в моем Святилище, а другой – маленький ребенок?

Санни мрачно кивнул.

Ноктис потер подбородок, а затем осторожно произнес:

– Санлес, эм… ты абсолютно уверен, что не выдумал, что у тебя есть друзья? Возможно, чтобы заставить меня больше ценить нашу прекрасную дружбу? Если так, то позволь мне заверить тебя! Я и так очень дорожу ею! Тебе нет нужды чувствовать себя неуверенно только потому, что ты не так красив, богат, мудр, щедр и восхитителен, как я!

Санни стиснул зубы, а затем яростно зашипел:

– Так и есть! Подожди… Я имею в виду, что я уверен… что я их не выдумал! Ты уверен, что действительно хочешь узнать правду обо мне и моих друзьях?

Ноктис поднял брови с искренним выражением лица.

– Ну, конечно…

Санни несколько мгновений смотрел на него, а затем сказал:

– В таком случае. Я и мои друзья на самом деле не демон, калека и маленький ребенок. Мы – люди из далекого будущего, чьи души были отправлены сюда почти всемогущим существом, известным как Заклинание Кошмара, после того, как боги умерли и весь этот мир был уничтожен. О, и это место? Оно не настоящее! И ты тоже не настоящий. Все это лишь сложная иллюзия, созданная Заклинанием, чтобы испытать нас троих… нет, нас пятерых, на самом деле. Это чистая правда.

Колдун посмотрел на него расширенными глазами. Затем он вздохнул, покачал головой и обиженным тоном произнес:

– Санлес… не нужно плести такую глупую ложь, чтобы высмеять меня. Если ты не хочешь говорить мне, то и не надо.

Он поджал губы и отвернулся.

– … Так по-детски! Я так понимаю, все прошло отлично? Раз ты в компании нового друга, значит, ты успешно проник в Храм Чаши, нашел её, забрал Стеклянный Нож и сбежал, пока Девы Войны не заметили?

Санни вздрогнул, затем прочистил горло и несколько секунд молчал. Наконец, он сказал ровным тоном:

– Эм… ну, вообще-то… не совсем. Мы вернули Эффи и нож, но…

Ноктис удивленно посмотрел на него:

– Но что?

Санни кашлянул.

– Мы вроде как… уничтожили чашу и убили всех Дев Войны.

Колдун в шоке уставился на него.

– … Что вы сделали⁈

Кай вздохнул, а затем напряг голосовые связки, чтобы заговорить:

– У нас не было другого выбора. Девы хотели дать нам шанс заслужить право забрать Стеклянный Нож, но они никогда бы не отпустили Эффи. Таков был принцип их секты. Так что… секта должна была исчезнуть.

Ноктис уставился на них расширенными глазами, его лицо смертельно побледнело. Он слегка покачнулся, а затем вскрикнул:

– Но что значит, вы убили всех Дев⁈ Как вам удалось убить их⁈ А как же их Трансцендентная глава секты… её вы тоже убили⁈

Все трое растерянно смотрели друг на друга. Затем Эффи осторожно произнесла:

– Э-эм… почтенная праматерь, которая была последним Трансцендентом Красной Секты, умерла около двухсот лет назад. С тех пор среди Дев не было других Трансцендентов.

Колдун несколько раз моргнул.

– Подожди… правда? Хм. Так она просто взяла и умерла? Как… банально.

Санни уставился на него, пораженный. Неужели этот дурак… неужели он забыл, что настоящие люди имеют привычку умирать время от времени, в отличие от него самого? Насколько безумным может быть этот шарлатан⁈

Но тут ему пришлось остановить себя. Нет, это было неправильно. Ноктис не был дураком, ему просто нравилось играть в дурака. Не могло быть и речи о том, чтобы бессмертный не знал, живут ли Трансценденты на его территории. Что могло означать только одно…

Санни сделал шаг вперед и прорычал.

– Не неси чушь! Ты прекрасно знал, что в Храме Чаши не было Трансцендентов. И ты также знал, что мог бы легко уничтожить все это место и забрать Стеклянный Нож, если бы захотел. Мы трое сильны, насколько это возможно для Пробужденных, но не настолько, чтобы быть способными сделать что-то, на что не был бы способен Лорд Цепи.

Он посмотрел на бессмертного и сказал, едва не расколов в кулаке изумрудный амулет:

– Итак, Ноктис, друг мой… почему бы тебе не рассказать мне истинную причину, по которой ты действительно послал туда меня и Кая, а не отправился сам? И будь очень осторожен в своих словах… потому что от твоего ответа может зависеть наша прекрасная дружба!

Ноктис некоторое время молчал, глядя на него с нечитаемым выражением лица. Затем он вздохнул и махнул рукой.

– … Ладно, ладно. Если ты хочешь быть занудой, я скажу тебе правду. Не нужно злиться.

Он снова хлопнул в ладоши, и разобранные Куклы Матросов внезапно поднялись с пола, их конечности взлетели вверх и соединились с деревянными туловищами. Затем одна из них на мгновение исчезла и вернулась с серебряным кубком, полным ароматного вина, и с испуганным почтением поднесла его колдуну. Остальные отступили и замерли, молча стоя у стен.

Ноктис взял кубок, сделал глоток и отвернулся с мрачным выражением на изысканном лице.

– Да, это правда, я мог бы достать нож, спасти вашу подругу и сам разрушить Храм Чаши. Это было бы не так уж сложно… с Трансцендентом, охраняющим его, или без. Однако…

Он уставился на запад, его глаза потемнели.

– … Если бы я сделал такой шаг сам, остальные четверо узнали бы об этом. Тогда бы они поняли, почему я сделал это, и что я собираюсь делать дальше. Конечно, со временем они узнают о моих намерениях… но пока это время ещё не пришло. Раскрывать всё это сейчас было бы хлопотно.

Санни нахмурился, затем бросил короткий взгляд на Кая. Лучник тоже смотрел на запад, его плечи были напряжены.

На западе находился Город Слоновой Кости. И Красный Колизей тоже.

Он заколебался, а затем мрачно произнес:

– Значит, ты не можешь действовать открыто из-за страха, что другие Лорды Цепи объединятся и нападут на тебя?

Ноктис повернулся к нему и улыбнулся.

– … Страх? Нет, ничего настолько причудливого. Это просто вопрос удобства. Видишь ли, пока…

Внезапно колдун замолчал. Его лицо стало серьезным, а в глазах засиял отблеск далекого лунного света.

…На этот раз это было не представление. Санни почувствовал, что что-то действительно пошло не так, потому что вся комната необъяснимо изменилась, став намного темнее, холоднее и полной жуткого напряжения.

Ноктис медленно повернул голову и прошептал, его голос был ошеломленным и суровым:

– Что-то… что-то изменилось… нет… нет, этого не может быть…

Он посмотрел в сторону дверей, а затем с мрачным выражением добавил.

– У нас еще один гость, я думаю. Гонец с севера…