Текст книги "Разрушитель Оков (СИ)"

Автор книги: Guiltythree

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 43 страниц)

Глава 604
Теневой гладиатор

По всей арене были построены деревянные ограждения, разделяющие ее на множество маленьких загонов, каждый из которых соединялся со следующим при помощи ржавых железных ворот. В данный момент Санни находился на самом краю Колизея, позади него была одна из каменных стен. Три прочных забора образовывали остальную часть «коробки для убийств», на них были установлены острые шипы, чтобы предотвратить попытки бойцов сбежать.

…И это было безошибочно то место, где он оказался – Колизей. Театр смерти, где рабы сражались друг с другом на потеху публике, если не хотели быть убитыми другими гладиаторами или своими хозяевами.

Конечно, этот театр был довольно странным. Во-первых, среди рабов преобладали дикие звери и всевозможные чудовища, а не пленные люди. Да и толпа вела себя странно. После своего опыта в Сновидении Санни ожидал увидеть зрителей, переполненных жаждой крови и темным, жестоким очарованием.

Вместо этого эти люди выглядели радостными и гордыми, почти торжественными. Казалось, они искренне радовались за гладиаторов, даже немного… завидовали им? Толпа волновалась и смещалась, снова и снова напевая одно слово:

– Слава! Слава! Слава!

Их голоса сливались в громоподобный рев.

«Что, черт возьми, не так с этими ублюдками…»

К сожалению, у Санни не было времени думать о странном поведении зрителей. У него были проблемы поважнее.

Прямо перед ним с цепи спустили еще одно существо, мощное тело которого было покрыто грязно-коричневым мехом. Четыре могучие лапы, длинная морда с ужасающими клыками, шесть горящих безумием глаз… оно было очень похоже на Грозных Волков, которых он видел на острове, покрытом странными, скрюченными деревьями.

И он был не один.

Еще два зверя появились из-за спины первого, припадая к земле, из их пастей вырывалось гортанное рычание.

«Проклятие!»

Санни перевел взгляд, пытаясь различить ранг и класс убийственных зверей. Они казались гораздо меньше, чем Падший Монстр, которого он убил раньше, по крайней мере – размером с быка, а не с грузовик. Его новообретенная способность заглядывать в души живых существ и видеть их душевные ядра должна была пригодиться…

Однако то, что он увидел под их прочными шкурами, привело его в замешательство. Вместо сфер сияющего света в центре их существ находились отвратительные массы клубящейся тьмы, вены которой распространялись по их душам, словно раковые опухоли. В глубине этой тьмы, казалось, шевелилось что-то неясное, словно пытаясь вырваться на свободу.

Вид этого нечто был одновременно пугающим и отталкивающим.

Оно чем-то напомнило ему жуткую гниль, которую он наблюдал в Эбеновой Башне, растущую из отрубленной руки Ткача.

«…Так вот как выглядят ядра душ Кошмарных Существ.»

Санни понятия не имел, как оценивать ранг таких ядер, поскольку обычные ядра он умел измерять только по их размеру и светимости. Ростки тьмы в Грозных Волках, казалось, имели по два закрученных узла, что, по крайней мере, говорило ему о том, что это всего лишь монстры.

Но это не очень-то ему помогло.

Как он должен был сражаться с тремя монстрами, едва держась на ногах в этом новом, незнакомом теле?

«Проклятье!»

…Ему также совсем не нравилось, что это было поджарое и мощное тело ростом более двух метров, лишенное всякого жира… и совершенно голое, а все его хозяйство болталось на виду у всех.

К тому же, в толпе было много женщин…

Скрывая свой дискомфорт, Санни уставился на волков, его черные глаза были полны угрожающего негодования. Его губы разошлись, обнажив острые клыки, которые ни в чем не уступали чудовищным зверям. Из его рта вырвалось низкое рычание.

«Ну же… посмотрите, какой я большой и страшный! Вы же не захотите сражаться с таким страшным демоном, как я? Нужно быть безумцем, чтобы напасть на такое чудовище…»

К сожалению, именно такими и были Кошмарные Существа. Безумными…

Волки бросились вперед, безумие горело в их налитых кровью глазах. Их пасти раскрылись, на зазубренных клыках блестела пена. Толпа взревела.

«Будь все проклято!»

Санни приказал теням обернуться вокруг его тела, которое вдруг стало черным и бесцветным, словно вырезанным из обсидиана. К счастью, хотя бы эта часть его Аспекта все еще работала… почти мгновенно его сила возросла в четыре раза, как и скорость.

Он пронесся сквозь тьму и появился из тени одного из волков, его четыре руки метнулись вперед и схватили зверя, острые когти вонзились в мягкую плоть. Санни все еще пытался контролировать свое тело, и поэтому его движения были гораздо медленнее и беспорядочнее, чем могли бы быть.

Но, охваченный тремя тенями, он просто использовал грубую силу, чтобы преодолеть этот недостаток.

Подняв массивное чудовище над головой, он зашипел и со всей силы дернул. Тонкие мышцы двигались, как стальные тросы под ониксовой кожей, и в следующее мгновение на его рогатую голову сверху потекла река крови, так как тело волка было безжалостно разорвано на части.

Толпа пришла в неистовство, её голоса стали громкими и торжествующими – по крайней мере, у тех зрителей, которые находились рядом с его закрытой ложей.

«Что… что вы кричите, идиоты…»

Санни был более чем немного ошеломлен неистовой силой своего нового тела. Оно было намного мощнее его человеческого… однако, оно также было намного выше, и его центр тяжести находился намного дальше от земли.

По этой причине Санни совершенно неправильно рассчитал свою позу, потерял равновесие и опрокинулся, как только тело страшного волка потеряло свою целостность.

Он рухнул на окровавленные камни, инстинктивно подняв две из четырех рук, чтобы закрыть горло. Почти мгновенно один из двух оставшихся монстров настиг его, его пасть широко раскрылась и сомкнулась на его шее, как медвежий капкан.

К счастью, руки Санни уже были на пути, поэтому вместо того, чтобы разорвать ему горло, волк только успел вгрызться в них, острые клыки прорывались сквозь жесткую кожу, пронзали плоть и скребли по кости.

Ошеломленный взрывом ужасной боли и внезапным падением, Санни на мгновение забыл, как управлять своими конечностями и телом теневого демона. Второй волк прыгнул на него, разрывая его живот длинными когтями.

«Аргх!»

Нехорошо… совсем нехорошо! Он был прижат к земле, беззащитный, в нескольких секундах от того, чтобы быть выпотрошенным и с оторванной головой. А он даже не мог вспомнить, сколько у него рук и что с ними делать…

Санни вздрогнул, затем открыл рот и зарычал. Его звериный крик пронесся над волками, на мгновение ошеломив их.

Затем он двинул двумя верхними руками, схватив первого волка за челюсти, и одновременно обхватил нижними руками второго. Скрутив свое тело, Санни отбросил монстра, копавшегося у него в животе, и прижал его к камням, одновременно оттолкнув пасть от своей шеи.

Угрожающе рыча, он раздвинул челюсти одного из монстров, а другого сдавил в разрушительных объятиях.

Несколько мгновений они втроем яростно боролись, на теле Санни появлялись все новые и новые раны. Боль затопила его разум, очистив его от всех ненужных мыслей.

Осталась лишь холодная и неудержимая воля к убийству.

Он до предела напряг мышцы своего демонического тела и наконец почувствовал, как позвоночник одного из волков переломился в его объятиях, и в то же время нижняя челюсть другого отделилась от черепа.

В его уши ворвался жалобный вопль, и он отбросил парализованного монстра, полностью оторвав другому челюсть.

Оба волка упали на землю, а Санни наконец смог подняться. Его кулаки обрушились, как кувалды, разбивая черепа мерзостей в месиво.

Массивные тела Кошмарных Существ содрогнулись, а затем стали неподвижными.

Санни остался стоять на коленях, его грудь тяжело вздымалась и опускалась. Его обнаженное тело было покрыто глубокими рваными ранами и кровью, по большей части не его собственной. Его глаза были черны, как бездонная пропасть Низшего Неба, а четыре его руки низко свисали, когти были измазаны прядями коричневого меха, костяной крошкой и отвратительной серовато-красной жижей.

Толпа громко аплодировала, все больше зрителей начали обращать внимание на его клетку с взволнованно радостными и искренне довольными выражениями на лицах.

Санни втянул воздух в свои четыре легких, его два сердца бешено бились, и медленно поднялся на ноги. Он нахмурился, с болью осознавая отсутствие знакомого голоса, объявляющего о его убийствах. Заклинание молчало.

«…И что теперь?»

Словно в ответ на его вопрос, откуда-то сверху послышался грохот цепей.

И тут ржавые железные ворота в передней ограде клетки поднялись, открывая путь к новым, более близким к центру арены и еще больше пронизанным запахом смерти.

Санни с мрачным выражением лица уставился на вновь открывшийся путь, затем издал низкий рык и пошел к нему, теперь немного лучше знакомясь со своим возвышающимся телом.

«Проклятая Солвейн… эта ведьма! Я собираюсь убить ее… убить снова, я имею в виду. В любом случае, она ответит за все, прежде чем Кошмар закончится… это я обещаю перед богами!»

Излучая угрожающую ауру гнева и негодования, Санни прошел под воротами и вошел во вторую коробку.

Глава 605
Омерзительный Демон

Пока Санни шел к следующему загону, у него было несколько секунд на размышления.

Первое, что он понял, это то, что, несмотря на то, что Заклинание молчало, он действительно получил Фрагменты Теней от трех Грозных Волков. Ощущение того, что его ядро, а значит и тело, стало немного сильнее, присутствовало, хотя во всем хаосе трудно было уловить это ничтожное изменение.

«Странно… все это так странно…»

Его связь с Заклинанием, казалось, исчезла, оборванная стальным ошейником на шее, и все же не все его силы исчезли. Санни не мог получить доступ к своему Морю Душ и вызвать Воспоминания или руны, но он все еще обладал способностью поглощать фрагменты. Он также мог управлять своими тенями, чтобы усилить свое тело, а также использовать Теневой Шаг… хотя его радиус действия, казалось, был ограничен стенами арены.

Что все это означало?

Ну… судя по всему, в то время как Заклинание исчезло, его Аспект остался. В этом простом факте было много скрытого смысла, но у Санни не было времени это хорошенько обдумать.

На что еще был способен его Аспект?

Пройдя под ржавыми воротами, Санни на долю секунды замешкался, а затем призвал Змея Души.

Мгновение спустя, почти незаметно на его обсидиановой коже, появилась замысловатая татуировка в виде извивающейся змеи, обвившей его руки и торс. Когда Санни послал через нее теневую сущность, витки засияли темным сиянием, открывая себя для всеобщего обозрения.

Его губы шевельнулись, обнажив мощные клыки в пугающей ухмылке.

«Так ты тоже здесь, приятель…»

Что это означало? Это означало, что Санни больше не придется сражаться без оружия. Это также означало, что и Святая была с ним.

Возможно, в данный момент он и не был самым смертоносным из существ, все еще не привыкнув к новому громоздкому телу. Но они вдвоем?

А вместе, Санни и Святая были самым грозным дуэтом.

Полный новой уверенности, он вошел во вторую коробку для убийств, посылая вперед свое чувство тени, чтобы охватить его.

То, что он там увидел, заставило его слегка прищуриться.

…В загоне уже шла битва: пара людей отчаянно пыталась отбиться от стаи маленьких, быстрых ящероподобных существ. Оба они были одеты в белые туники, младший был безоружен, а у старшего в руках был простой меч, его торс защищала кожаная кираса.

На земле лежало несколько человеческих трупов, ужасно изуродованных острыми когтями и треугольными клыками мерзостей, а их некогда белая одежда пропиталась кровью.

Санни перевел взгляд и увидел мерзкую тьму, распространяющуюся в душах ящероподобных гремлинов. Судя по виду, все они были Пробужденными, такими же, как волки, с которыми он сражался – Санни измерил силу монстров во время битвы и определил, что их ранг такой же, как у него.

Младший мужчина тоже был Пробужденным, но с одним сияющим ядром души, а у старшего его не было вовсе. Он был обычным человеком.

Пока Санни наблюдал, старший воин был окончательно побежден и упал на землю: гремлины легко прорвали его кирасу и вонзили когти и зубы в мягкую плоть под ней.

Юноша закричал и бросился ему на помощь, но было уже слишком поздно. Хотя Пробудившийся юноша успел убить нескольких зверей кулаками и оттолкнуть остальных, его напарник был уже смертельно ранен. Он задрожал, из страшной раны на его шее потекла река крови, и он с усилием вложил рукоять меча в руки юноши.

Толпа обезумела, радостно скандируя одно и то же проклятое слово…

– Слава! Слава! Слава!

Последний оставшийся в живых человек поднял голову, в его светло-голубых глазах боль и печаль смешивались с ненавистью.

Однако он недолго размышлял о своей потере, потому что оставшиеся гремлины уже спешили разорвать его на части.

…Некоторые, однако, нашли новую цель.

Санни хмыкнул и постарался как можно точнее управлять своим телом. Он не стал приказывать Змею Души принять форму оружия или призвать Святую, предпочитая пока держать свои карты при себе.

Ящероподобные мерзости не казались слишком опасными. По крайней мере, не с их оставшимся числом и разделенным между двумя целями вниманием.

«Проклятия…»

Искалеченное тело четырехрукого демона было слишком высоким, тяжелым и громоздким. Каждое движение требовало больше усилий, и оно было медленнее, чем он привык. Несмотря на нечеловеческую силу стальных мышц теневого существа, которая должна была привести к взрывной скорости, тащить на себе такую массу все же было не так просто, как управлять маленьким и стройным человеческим телом, которым он обладал раньше.

«Кто бы мог подумать, что однажды я буду скучать по своему маленькому росту?»

Четыре гремлина одновременно прыгнули на Санни, большее их количество отставало на секунду. Их узкие глаза светились бешеной жаждой крови, а зазубренные когти были нацелены на его плоть, желая разорвать ее на части.

Окутанный тенями, со Змеем Души, темными пятнами сияющими на его коже, Санни сделал шаг вперед и поймал всех четырех существ в воздухе, а затем ударил их черепами друг о друга, раздавив их.

Хотя ему было трудно контролировать свое новое тело, как эти твари могли надеяться выжить в битве с демоном?

С очень особенным демоном…

Санни оскалил зубы и бросился вперед, из его рта вырвался низкий рык. Его четыре руки двигались, сокрушая плоть и кости. Нескольким зверям удалось проскользнуть мимо него и вонзить когти в его бедра, а один даже попытался откусить большой кусок плоти.

Санни зашипел от боли и присел, используя когти, чтобы разорвать на части еще четырех гремлинов. У него не было свободной руки, чтобы прикончить последнего, поэтому он просто откусил ему руку своими острыми клыками, чувствуя хруст кости и отвратительный вкус испорченной крови на языке.

«Аргх! Меня сейчас вырвет!»

Санни выплюнул полный рот прелой, темной крови и заставил вопящее существо замолчать, нанеся ему сокрушительный удар в лицо.

Внезапно на поле боя воцарилась смертельная тишина.

Он застонал, на мгновение задохнувшись от боли. Проклятые мерзости умерли довольно легко, но не раньше, чем смогли нанести большой урон. Возможно, он переоценил свое новообретенное мастерство… или недооценил гремлинов из-за их маленького роста и внешней хрупкости.

Какая ирония…

Санни стиснул зубы, на этот раз осторожно, чтобы не проколоть губы, затем вытер лицо и выпрямился. Наконец, он посмотрел в сторону оставшейся группы мерзостей. К его удивлению, они были уже мертвы – молодой Пробужденный каким-то образом зарубил их мечом и теперь стоял неподвижно, застыв от страха.

…Юноша смотрел на него с бледным лицом, расширенными от ужаса глазами.

Затем он сделал нетвердый шаг назад и прошептал:

– О… о боги! Господи, защити меня от омерзительных демонов ночи!

Санни смотрел на него с высоты своего огромного роста, его кобальтово-черное тело покрывали ужасные раны и кровь, еще больше струившаяся меж острых клыков.

Он подавил желание закатить глаза.

«Омерзительный? Как грубо…»

Глава 606
Судьба раба

Санни посмотрел на юношу, а затем медленно двинулся к нему. Пробужденный вздрогнул и сделал еще один непроизвольный шаг назад, затем стиснул зубы и опустился, подняв меч в правильную защитную позицию.

– Господи, озари меня светом своим! Пусть моя душа горит неугасимо, как никогда не гаснет солнце…

«Ха… Я уже видел, как солнца угасают и исчезают. Никогда не говори никогда, дурак…»

Санни выслушал странную молитву и позволил одной из своих теней соскользнуть с его грозного тела, стекая на землю, как темная вуаль. После этого он зашипел от боли и остановился возле растерзанного человеческого трупа.

Несколько мгновений он смотрел на дрожащего юношу, а затем наклонился и протянул руки к телу.

Юноша вздрогнул и замолчал, а затем крикнул:

– Убери от него свои мерзкие руки, демон!

Санни проигнорировал Пробужденного и с помощью когтей сорвал с трупа белую тунику. Затем он выпрямился и с неудовольствием посмотрел на неё, его черные глаза сузились.

Эта туника была не слишком запачкана кровью, но, к сожалению, ее предыдущий владелец был нормального для человека роста. Поэтому туника была слишком мала для нового возвышающегося тела Санни. Он зарычал, а затем попытался обвязать тунику вокруг талии, как импровизированную набедренную повязку.

Но тут возникла большая проблема… его хвост.

Санни замер, несколько растерявшись, что делать. Тогда он неловко проделал дыру на тунике и предпринял еще одну попытку, к счастью, успешную.

Когда он наконец прикрыл свою наготу, ему сразу стало легче, и он снова обратил свое внимание на дрожащего юношу.

Юноша смотрел на него широко раскрытыми глазами, периодически бросая взгляд на бесцеремонно раздетый труп у своих ног. Наконец, он открыл рот:

– Ты… ты варварский зверь! Неужели тебе не стыдно⁈

Санни ухмыльнулся, обнажив два ряда острых зубов и четыре длинных, страшных клыка.

Но в следующее мгновение улыбка померкла, потому что в его сознании вдруг поднялось знакомое давление.

Значит, его Недостаток тоже остался…

«Проклятье!»

Он заколебался, затем медленно покачал головой. Мгновенно давление исчезло.

«Смешно. Я не могу избавиться от чертового проклятия, даже если я немой… как это вообще возможно?»

Пробужденный моргнул.

– Нет… конечно, нет, как демон можеть знать, что такое стыд… это… подожди! Ты… ты можешь меня понять?

С исчезновением Заклинания исчезла и его магическая способность переводить любой язык в Кошмаре. Однако Санни оказался способен разобрать слова юноши, а также, единственное слово, которое, похоже, знали зрители, хотя это и потребовало от него некоторых усилий.

Язык, на котором они говорили, был не совсем таким же, как те, которые он изучал раньше, сначала в Академии, а затем во время своих путешествий в Царство Снов, но достаточно похожим, чтобы разобрать некоторые слова. Об остальном он догадался сам.

Санни пристально посмотрел на юношу сверху, затем мрачно кивнул.

Юноша моргнул.

– Подожди… значит, ты не один из Испорченных? Что ты за существо?

Санни нахмурился. Это слово означало что-то запятнанное, зараженное, измененное, извращенное… существо, проклятое какой-то формой порока. Но о чем именно спрашивал Пробужденный? Может быть, он имел в виду Кошмарных Существ?

Он заколебался, затем снова покачал головой и указал на сверкающие на его коже витки Змеи Души.

Юноша нахмурился, смутившись.

– Змея… змей? Может ли этот демон быть родственником Тени? Неудивительно, что Воины охотились за ним, когда… их Бог и Тень – старые враги…

«Э-э… он говорит со мной? Или с самим собой?»

Санни задержался на мгновение, затем сделал шаг вперед. Пробужденный вздрогнул, оторвавшись от своих размышлений, и поднял меч повыше.

– Не подходи, демон, или я…

Он замолчал, когда мимо него с абсолютным безразличием прошло поджарое, возвышающееся чудовище.

Санни не собирался сражаться с юношей… если, конечно, этот глупец не решит напасть первым. Сделают из него гладиатора или нет, он не собирался играть роль послушного раба. Он не возражал против убийства людей, но не для того, чтобы удовлетворить чью-то жажду развлечений, особенно того, кто хотел бы стать его хозяином.

Им пришлось бы лично прийти, если они хотели принудить его…

Он изучал мертвых людей. Мужчины, женщины, молодые и старые… единственное, что их объединяло, – это цвет их белых одежд. Некоторые были безоружны, а некоторые – вооружены. Оружие было тем, что его действительно интересовало…

На красных камнях лежала парочка, ни одно из них не было зачаровано. Он поднял боевой топор, взглянул на него, а затем бросил обратно на землю. Какой смысл в обычном оружии? Его когти были острее и намного разрушительнее.

…К счастью, юноша, похоже, тоже решил не использовать против него меч. Он просто стоял и смотрел на трупы с мрачным и безутешным выражением лица.

Распорядитель арены, кем бы он ни был, похоже, не хотел, чтобы они убивали друг друга.

Со звуком скрежета металла поднялись еще одни ржавые ворота, открывая путь к третьей ложе, расположенной еще ближе к центру Колизея.

Санни и молодой Пробужденный настороженно посмотрели друг на друга…

А затем вместе направились к воротам.

* * *

Следующая клетка Санни была больше и удобнее… по крайней мере, в ней он мог стоять прямо.

Не то чтобы у него было какое-то настроение так делать.

В конце концов, ему пришлось пройти через семь клеток для убийств, последняя из которых была круглой и находилась в самом центре Колизея. В каждом клетке ждало новое Кошмарное Существо или их группа – те мерзости, которые одержали верх в своих собственных битвах на внешних кругах арены.

Таким образом, только самые сильные и свирепые из порабощенных существ имели шанс добраться до центра. Чем дальше они продвигались, тем громче становились крики зрителей.

А на последнем этапе их ждало спасение.

Убить последнего врага и получить шанс прожить еще один день… только для того, чтобы, несомненно, снова пройти через эту мясорубку. Получая больше ран, больше убийств…

Больше славы.

Санни получил много ран, а вот насчет славы он не был так уверен.

Сейчас он лежал на дне подвесной клетки, его тело было испещрено порезами, рваными ранами и синяками. Все болело, но, по крайней мере, кровь не лилась… в этом было преимущество потери шанса получить родословную Бога Теней.

Он медленно выздоравливал.

В клетке рядом с ним сидел Пробужденный со светло-голубыми глазами, на его гладком юношеском лице было пустое и холодное выражение. Юноше тоже каким-то образом удалось выжить, но он стал тихим и подавленным после того, как их вернули в подземелье.

Санни не винил его.

Он тоже был немного в отчаянии.

Да, они выжили сегодня… но лишь едва.

И кто знал, сколько таких дней будет в будущем?

Почему-то у него было тревожное чувство, что если кто-то вступает на арену, то уже никогда не покидает ее живым.

Санни закрыл глаза, обессилев.

Что с того, что его судьба – умереть рабом в этом проклятом колизее… судьба не была чем-то неизменным.

Просто ее было очень, очень трудно изменить.

Разве он не был наследником Демона Судьбы?

Если кто-то и мог это сделать, то только он…