Текст книги "Разрушитель Оков (СИ)"

Автор книги: Guiltythree

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 43 страниц)

Глава 643
Столкновение Теней

Санни и черный конь упали вниз в облаке каменных обломков. Под ними находился двор пограничной крепости, окутанный тьмой. Он становился все ближе и ближе, приближаясь с ужасающей скоростью.

Однако никто не обращал на него внимания.

Жеребец со всей силы вцепился в плечо Санни, его острые клыки заскрежетали по камнеподобному металлу Мантии Подземного Мира. Страшная ониксовая броня была Вознесенным Воспоминанием шестого уровня, на целый ранг выше дьявольской Тени, поэтому боевой конь не должен был быть в состоянии повредить ее.

Однако, к шоку и ужасу Санни, металлические пластины застонали и прогнулись, раздавив его плоть. Он зарычал от боли и гнева, а затем выставил вперед четыре руки, разрывая когтями грудь Ужаса.

Капли крови падали вниз, как дождь.

Переплетясь, они вдвоем ударились о булыжники пустынного двора. Однако вместо того, чтобы разбиться при падении, оба просто погрузились в пелену теней, топивших его, словно древние камни превратились в озеро жидкой тьмы.

На мгновение Санни обнаружил себя парящим в густых объятиях глубоких, непостижимых теней. Обычно превращение в призрачную тень означало бы бегство в безопасное место…

Но сегодня его враг сам был подобным существом.

Огромное и ужасающее присутствие надвигалось на него из темноты, полное ярости и безграничной, леденящей душу жажды убийства. Черный конь преследовал его даже в тени.

Однако на этот раз Санни был готов.

Он никогда не сражался ни с кем и ни с чем в облике тени. Но в таком виде он дважды подвергался нападению – сначала Зеркального Зверя, а затем его коварного создателя… Мордрета из Валора, Принца Ничего. Оба смогли украсть его способности и использовать их против него.

Что это означало?

Это означало, что, хотя Санни не мог наносить урон обычным теням, как это делал Курт Теневой Клинок, он был способен уничтожать других теневых существ, так же как и они могли уничтожить его.

В состоянии тени Санни был бесформенным… но это также означало, что он мог принять любую форму и любой облик. Это было лишь вопросом его воли, разума и воображения.

Когда огромное существо, которым был кошмарный конь, бросилось на него, он двинулся навстречу, превратившись в длинный, узкий клинок из тьмы. Они столкнулись, разрывая души друг друга на части. Все существо Санни мгновенно утонуло в ужасном страдании… но он также почувствовал безмолвный крик агонии, вырвавшийся из пульсирующей тени, которая пыталась окутать его.

И демон, и Ужас были отброшены обратно в телесный мир, Санни покатился по холодным камням, а десятиногий конь заскользил по ним, высекая копытами искры в воздухе.

«Убью… я убью тебя, ублюдок… только подожди…»

Санни зарычал и поднялся на ноги, вытянув вперед одну руку, чтобы призвать Жестокий Взгляд, а в другую – чтобы призвать Осколок Луны.

Два горящих багровых глаза пронзили темноту, и он снова получил удар в грудь. Его нижние руки схватились за рога инфернального жеребца, а Мантия Подземного Мира вдруг стала тяжелой, как гора.

…Однако это ничуть не замедлило атаку коня.

Вместе они ударились о стену полуразрушенной крепости. Санни вскрикнул, чувствуя, что его позвоночник вот-вот переломится. Если бы не Костяное Плетение, он, несомненно, разлетелся бы на куски.

Вместо этого разлетелась стена крепости.

Одна из ее частей треснула, а затем рассыпалась, заставив землю содрогнуться, а в воздух поднялось огромное облако пыли, затмившее звезды. Проклятый Ужас пронес его сквозь облако, через долю секунды вынырнув с другой стороны, а затем повалил Санни на землю, пытаясь проткнуть его рогами.

Но его враг не отпускал их, и вместо этого четырехрукий демон волочился по изумрудной траве, раздирая почву. Одна из его рук мелькнула вперед, пронзив один из глаз жеребца призрачным стилетом.

Или, по крайней мере, пытаясь это сделать.

В последний момент черный конь мотнул головой в сторону и прикусил клыками лезвие Осколка Луны, а затем рывком шеи отправил Санни в полет.

«Проклятие!»

Санни крутанулся в воздухе и приземлился на ноги, отскочив на дюжину метров назад, когда подошвы его бронированных сапог разорвали землю. Мгновение спустя он схватил в воздухе древко Жестокого Взгляда и поднял мрачное копье, готовый поразить врага.

…Но черный конь каким-то образом исчез, и его уже не было видно.

Его вертикальные зрачки сузились, а затем Санни обернулся, ощутив стремительную и огромную тень, обступившую его сзади.

Клинок Жестокого Взгляда внезапно засиял чистым светом, разрывая тьму на части. Кошмарный конь был вынужден вернуться в телесную форму и мгновенно оказался под ударом. Наконечник копья глубоко вонзился ему в плечо, отчего на траву хлынуло еще больше крови.

Не обращая внимания, Ужас крутанулся и переместил свой вес, встав на передние копыта, в то время как задние были подняты в воздух, натянутые, как мощные пружины.

Санни задрожал.

«Чер…»

В следующее мгновение черный конь ударил обеими копытами назад, попав ему прямо в грудь. Нагрудник Мантии Подземного Мира скорбно зазвенел, когда на нем появилась тонкая сеть трещин.

Оглушенный и ослепленный, Санни был отброшен назад и с ужасающей скоростью полетел над землей. Он столкнулся с древним деревом и прошел насквозь, толстый ствол разлетелся на кучу щепок. Затем он ударился о землю, отскочил от нее, пролетел еще немного, потом снова рухнул вниз и прокатился десятки метров, изо рта у него хлестала кровь.

«Больно… аргх, как больно…»

Его сердце тоже болело.

Оно болело очень, очень сильно.

Глотая воздух и не в силах набрать его в четыре легких, Санни шатко поднялся на ноги и упрямо поднял Жестокий Взгляд.

И тут из темноты выскочил черный конь и снова врезался в него.

…На этот раз они оба соскользнули с края острова.

Глава 644
Мой враг

Санни и стигийский конь продолжали свою битву во тьме Низшего Неба, а затем опустились на колышущуюся поверхность небесной цепи. Превратившись в стремительные тени, они снова и снова сталкивались, скользя по ее длине с ужасающей скоростью, разрывая души друг друга в клочья.

Преодолев многие километры за десяток ударов сердца, они вышли из тени и устремились вверх, а затем рухнули на поверхность следующего острова, круша и уничтожая все, что появлялось на их пути.

Жеребец таранил Санни снова и снова, унося его все дальше и дальше в ночь, не давая Святой и Змею Души ни единого шанса догнать их. Черный конь использовал свои разрушительные копыта, свои адамантовые рога, свои острые клыки… все, что у него было, чтобы причинить как можно больше боли и вреда злобному, упорному, ненавистному врагу.

В ответ он пустил в ход свое оружие, когти, клыки и рога, забыв обо всем, кроме безумного желания уничтожить своего противника.

Они прокатились по незнакомому острову как волна разрушения и взлетели высоко в небо – Санни с помощью Темного Крыла и Небесного Бремени, Ужас – только силой задних копыт и ужасающей дальностью своего стремительного прыжка.

Его клыки зацепили хрупкую ткань прозрачного плаща, разорвав ее, а затем они оба снова упали вниз, приземлившись на очередную цепь и мгновенно погрузившись в тень.

Так они и сражались без остановки, охваченные безумным желанием уничтожить друг друга. Когда они сражались в своих телесных формах, Санни всегда проигрывал, получая больше ран и будучи отброшенным, как потрепанная тряпичная кукла.

Однако, когда они становились тенями, преимущество было на его стороне. Несмотря на то, что черный конь опережал его на целых три класса, они были одного ранга. И если жеребец был более древней и могущественной Тенью…

Санни был божественной.

Каждый его удар, пронизанный божественным пламенем, наносил больше урона, и этот урон был намного страшнее. Его теневая форма, хоть и была намного меньше, но была намного более бездонной и устойчивой. Его душу было гораздо труднее уничтожить, поскольку она была скреплена узами Истинного Имени.

Они сражались, сражались и сражались, летели сквозь ночь, их тела были искалечены и окровавлены, а души – разорваны и растерзаны.

И все же ни один из них не хотел сдаваться. Ни один из них не хотел оставить врага в живых.

Санни никогда не сталкивался с такой яростной, стремительной и разрушительной битвой. Все происходило слишком быстро и причиняло слишком сильную боль, чтобы он мог правильно воспринять и осмыслить происходящее. В какой-то момент он перестал пытаться, полностью отдавшись своей интуиции и боевому инстинкту.

В конце концов, существовала только одна истина и один нерушимый закон.

Он должен был убить врага и не дать врагу убить себя.

Все остальное было просто шумом.

…Наконец, измученные и покрытые ранами, они добрались до пустынного острова, где не было ничего живого. Перекатившись по земле, Санни использовал две тени, чтобы укрепить свое искалеченное тело, а третью – в качестве второй пары глаз.

Пребывая в боевом трансе ясности, он был способен воспринимать весь мир как единую взаимосвязанную картину, каждая часть которой существовала в той же сложной схеме, что и все остальные. Его разум был выкован в единую острую грань, все его мысли были посвящены битве, четкой, целенаправленной и быстрой.

Он увидел, как из темноты к нему приближается силуэт адского черного коня, изо рта жеребца струилась кровавая пена, в страшных багровых глазах горела непоколебимая воля.

К этому времени они знали друг друга лучше, чем самих себя. В конце концов, они провели бесчисленные ночные кошмары, охотясь и убивая друг друга, только чтобы продолжить битву в реальности, когда кошмары уже не могли поспевать за ними.

Они были равны… Черный конь был намного сильнее и пережил века кровавых битв, но Санни был изворотлив, хитер и полон коварства, которое компенсировало недостаток силы.

Ни один из них не мог одолеть другого, и в данный момент оба, вероятно, собирались умереть, пытаясь это сделать.

Жеребца, похоже, такой исход устраивал. А Санни… Санни тоже.

…Хотя он предпочел бы остаться в живых.

«Будь ты проклят…»

С его губ сорвался слабый рык, а затем Санни внезапно отозвал оружие и даже доспехи, неподвижно стоя под звездным небом, его наготу прикрывала лишь грубая набедренная повязка.

Подняв одну руку, он помассировал ноющую грудь, затем обнажил клыки в мрачной ухмылке и прорычал.

«Тогда давай покончим с этим.»

Черный конь несколько мгновений смотрел на ненавистного врага, а затем опустил голову, и звездный свет блеснул на острых кончиках его рогов.

И тут монстр ринулся вперед, разбивая землю ударами своих адамантовых копыт.

Санни тоже бросился вперед.

У него оставалась только одна авантюра. Один отчаянный, коварный трюк…

Поскольку они с жеребцом так хорошо знали друг друга, он собирался попытаться превратиться в тень Ужаса.

Использовать Танец Теней против другой тени было странной концепцией, ведь тени по своей природе бесформенны. Как он мог проникнуть в самую суть того, что постоянно меняется?

Что ж… он должен был либо сделать это, так или иначе, либо умереть.

Вот почему Санни отказался от доспехов и оружия. Черный жеребец не пользовался ни оружием, ни доспехами… только копытами, клыками, рогами, несгибаемой волей и неистовым желанием убивать.

Вот что пришлось использовать и Санни.

Он вспомнил все, что мог, о бесконечном потоке кошмаров… каждую мучительную смерть, каждую неописуемую пытку, каждую мучительную потерю он помнил до сих пор… и каким был его враг в этих мерзких снах.

Он помнил такой же пустынный остров много веков назад, где Лорд Теней в последний раз прощался со своим верным жеребцом, и их головокружительную поездку по ночному небу незадолго до этого.

Он помнил каждую рану, нанесенную ему жеребцом, и каждую рану, нанесенную им в ответ.

…И тогда он попытался использовать Танец Теней, как он использовал его на бесчисленном множестве людей и существ прежде – только на этот раз, заглядывая еще глубже, желая понять еще больше.

На мгновение показалось, что сам Санни стал стигийским конем.

Он чувствовал его… ярость, ненависть, темную решимость… но также, глубоко под ними, безграничное одиночество, печаль и тоску.

Ах… какая ужасная участь выпала тени – бродить по миру без своего хозяина…

Он видел себя бредущим по руинам Королевства Надежды, скорбящим и потерянным, а затем возвращающимся в пустую крепость, которая когда-то была его домом… домом его хозяина… только для того, чтобы увидеть, как ее захватывают и оскверняют чужаки-мародеры.

Он почувствовал глубокую, сводящую с ума ярость и поддался этому безумию, позволив ему поглотить себя.

И тут Санни увидел себя, несущегося на окровавленного четырехрукого демона.

Он ясно видел, что собирается сделать черный конь, чтобы убить его, за долю секунды до того, как это произойдет.

Поэтому он уклонился от атаки еще до ее начала, поднял руки вверх, сжал в кулаки и обрушил их со всей разрушительной, нечеловеческой силой, на которую был способен.

Жеребец промахнулся, и вместо этого на него сверху обрушился страшный удар, попавший ему в позвоночник и раздробивший его на части.

Черный жеребец рухнул на землю, внезапно парализованный, и остался лежать там, его бок неуверенно поднимался и опускался, хриплое дыхание всё замедлялось и замедлялось…

Санни тоже упал.

«А… черт…»

Казалось, что он тоже умирает.

Боль в груди стала невыносимой, как будто сердце достигло предела.

Повернув голову, он уставился на умирающую лошадь, чьи страшные багровые глаза медленно становились все тусклее и холоднее.

Через некоторое время пылающее в них безумие погасло, и в них появилась тень новой эмоции.

Смятения, боли… и внезапного узнавание.

Черный конь вдохнул в последний раз, затем испустил тихий вой.

И умер.

Санни закрыл глаза.

Он очень, очень устал.

«…Я победил.»

Что ж… тогда, возможно, пришло время умереть и ему.

В темноте голос Заклинания прошептал ему на ухо, голос был мягким и торжественным:

[Вы убили Пробудившуюся Тень, Кошмар.]

[Ваша тень становится сильнее.]

Почувствовав, как огромное количество Фрагментов Теней вливается в его ядра, укрепляя их, он устало задумался:

«Странно… не похоже, что их всего шесть…»

…Но Заклинание не закончило говорить.

Оно помолчало мгновение, а затем сказало:

[…Вы получили Тень.]

[Ваш уровень владения Наследием Аспекта вырос.]

[Вы получили право требовать Реликвию Наследия.]

Санни слабо попыталась улыбнуться.

«Такие прекрасные новости… это было бы замечательно, если бы я не умирал.»

И тут в его уши ворвался странный звук. Он звучал как… как… шелест парусов…

Глава 645
Перед лицом нового дня

…Тепло, солнечный свет, запах свежих простыней, дерева и зеленых листьев. Санни медленно открыл глаза и почувствовал, как кровать под ним мягко качнулась. Нет… качнулся сам мир.

Пришло время встретить новый день.

Внезапно охваченный ужасом, он с рычанием сел, его глаза дико искали признаки опасности, катастрофы и смерти. Его четыре руки поднялись, острые когти готовы были разорвать плоть на части.

«Нет, нет, нет… это был сон, я снова в кошмаре! Я никогда не сбегу!»

Паника захлестнула его разум, но постепенно отступила.

Несколько мгновений Санни оставался неподвижным, затем опустил взгляд и уставился на свои четыре руки. Четыре… это было тело теневого демона. Он не спал. Он был самим собой… ну, Кошмарной версией себя… ах, все было так запутанно…

Он вспомнил заброшенную крепость, бесконечные муки, которые ему снились, страшную битву с черным конем и свою победу. Ужасная боль от того, что его последнее сердце сдало.

…Ту-тум-ту-тудум. Ту-тум-ту-тудум. Ту-тум-ту-тудум.

Услышав странный звук, Санни посмотрел на свою грудь.

Три его тени распростерлись на земле, а грубая кожа демона потеряла свой обсидиановый цвет и стала прежней, такой же бледной и серой, как и тогда, когда он только вошел в Кошмар. От ключицы до живота вертикально шел тонкий, едва заметный шрам.

А под ним… ту-тум-ту-тудум…. два могучих сердца бились ровно, гоняя реки крови по поджарому, большому телу четырехрукого демона.

Он несколько раз моргнул.

«Я… жив?»

Он не только был жив, но и, похоже, обладал двумя совершенно здоровыми сердцами.

Вспомнив кое-что, Санни перевел взгляд на свои руки и заметил, что два его отсутствующих пальца теперь на месте, хотя и немного другого цвета и, казалось, вырезанные из ясеневого полированного дерева. Он неуверенно сжал руки в кулаки и увидел, что деревянные пальцы сгибаются, как будто они ничем не отличались от остальных восемнадцати.

Он даже почувствовал, как кожа на его ладонях прижимается к их кончикам. Два его новых когтя были выкованы из блестящей стали.

Наконец, Санни поднял глаза и осмотрелся, пытаясь понять, где он находится.

Комната, которую он увидел, была не очень просторной, но и не маленькой. Стены и потолок были сделаны из дерева, как и пол, скрытый под роскошным плюшевым ковром. Кровать, на которой он лежал, была прочной и большой, матрас был настолько мягким, что казался облаком, а покрывало его чистое белое белье.

В комнате было несколько предметов роскошной мебели: куча ярких подушек для сидения на полу, поднос с сочными фруктами на замысловатом деревянном столе и большое окно на одной из стен, из которого открывался захватывающий вид на бескрайнее голубое небо.

Несмотря на пышное убранство, комната… казалась какой-то знакомой.

Санни нахмурился.

«Подожди-ка…»

Разве на древнем летающем корабле, который отремонтировали Хранители Огня, не было точно такой же комнаты, но гораздо более ветхой и пустой?

Внезапно в его голове что-то щелкнуло, и вертикальные зрачки сузились.

«Ноктис! Этот лживый мошенник!»

Санни снова был на борту великолепного небесного корабля, вокруг мачты которого росло прекрасное дерево… только это судно еще не было разбито и разрушено, а затем восстановлено и отреставрировано когортой Касси.

Оно все еще принадлежало своему первоначальному капитану – великому и могущественному колдуну Востока – Ноктису.

Он, должно быть, подобрал Санни после битвы с черным конем и сдержал свое обещание, сделав новое сердце для тела теневого демона и даже заменив пальцы, которые Санни потерял, пытаясь научиться плести.

Это было очень мило с его стороны.

…Но это не означало, что Санни не будет испытывать удовольствие, разрывая ублюдка на части!

«Этот лживый мешок дерьма! Проведи ночь в крепости, Санлес… что плохого может случиться, Санлес! Я прибью его!»

Санни зарычал от ненависти и сжал кулаки, едва не разрезая когтями собственную кожу. Он был полон негодования, ярости и мстительного гнева…

Однако, подумав об этом несколько мгновений, он вынужден был спрятать клыки и сделать кислое лицо. Да… мысль о том, чтобы заставить коварного колдуна испытывать боль, была очень приятной. Но каким бы слабым и приветливым ни казался Ноктис, он был бессмертным Трансцендентом, Лордом Цепей Королевства Надежды. Тот, чьего присутствия было достаточно, чтобы отпугнуть страшного Испорченного Монстра.

В жизни есть куда более продуктивные вещи, чем вынашивание мыслей о мести такому человеку.

К тому же, у Санни было столько всего, о чем нужно было подумать. Кошмары, битва с Теневым конем, награда, которую он получил после победы, его дальнейшие планы и действия…

К сожалению, у него не было возможности обдумать все эти важные и жизненно необходимые вещи.

Словно вызванный мыслью Санни о его имени, проклятый колдун внезапно открыл дверь и вошел в комнату, насвистывая себе под нос веселую мелодию.

Ноктис был таким, каким его помнил Санни: беззаботным, приятным на вид и одетым в экстравагантные разноцветные шелковые одеяния. Его иссиня-черные волосы были безупречны и блестящи, а красивые серые глаза сияли веселым огоньком.

Ноктис увидел четырехрукого демона и ярко улыбнулся.

– Ах, Санлес! Наконец-то ты проснулся!

Санни уставился на него, уголки его глаз подергивались.

«…Ублюдок. У тебя хватает наглости улыбаться мне после того, как ты отправил меня в этот ад⁈»

Он замешкался, затем издал низкий рык в качестве приветствия.

Если подумать… что именно колдун собирался сделать с ним сейчас?

Смутное воспоминание об одном из кошмаров внезапно всплыло в его сознании: его превратили в послушную деревянную куклу… кто это был?

Санни внезапно вздрогнул.

Ноктис продолжал улыбаться, а затем сказал странным голосом:

– Ну что ж, раз уж ты встал… почему бы тебе не пойти со мной, а, Санлес?

Санни вздрогнул.

Почему-то он чувствовал, что от этого приглашения нельзя отказаться…

Глава 646
Знакомые Виды

Подумав, что отказывать бессмертному колдуну неразумно, Санни поднялся с кровати и на мгновение замешкался, заметив, что он совершенно голый. Многочисленные раны, полученные им в Красном Колизее и позже, в битве с черным конем, превратили его серую кожу в карту шрамов, а тонкие мышцы перекатывались под ней, словно горные цепи.

Ноктис бросил на него веселый взгляд, затем прочистил горло и указал на стул, на спинке которого висело черное кимоно. Одеяние было сделано из шелка, искусно сшито и идеально подходило к его огромной фигуре. У него было даже четыре рукава вместо двух, что говорило о том, что кто-то шил его специально для него.

Почувствовав прохладную ласку мягкой ткани на своей грубой коже, Санни прикрыл свою наготу, завязал пояс на талии, а затем надел пару кожаных сандалий.

Почувствовав себя снова человеком… или, скорее, демоном… затем он перевязал свои растрепанные черные волосы черной лентой и последовал за Ноктисом из комнаты.

Пока они шли к верхней палубе, колдун не мог не бросать на него взгляды, бормоча какую-то чепуху едва слышным голосом:

– … чудесно… изумительно! Мой цвет лица, без сомнения, самый прекрасный в Королевстве Надежды, но, увы, черный цвет мне совсем не идет. Я не хочу, чтобы меня застукали мертвым в черном. Или даже живым. Но это просто идеально! Наконец-то кто-то отдал должное этому Ночному Шелку, который я купил! Должно быть, это действительно судьба, в этом нет никаких сомнений…

Санни уставился на бессмертного Трансцендента с озабоченным выражением лица.

Этот человек явно был сумасшедшим. Еще одним…

(Какого черта все в этом проклятом Кошмаре сошли с ума?)

Они вышли на верхнюю палубу летающего корабля, где Санни увидел несколько знакомую картину. Вокруг главной мачты росло прекрасное дерево, середина судна утопала в прохладной тени его широких ветвей. Кора дерева была белой, как слоновая кость, а листья – яркого изумрудного цвета.

Разница с тем, каким был летающий корабль в будущем, заключалась в том, что первоначальное дерево, на которое он смотрел прямо сейчас, было намного выше, сильнее, крепче… древнее.

Теперь, когда он видел Священную Рощу Бога Сердца, Санни без труда узнал происхождение дерева.

…Он также вздрогнул, вспомнив кошмар, в котором он переродился в старика. Этот… этот кошмар был, пожалуй, самым ужасным из всех. В основном потому, что он напомнил ему о его собственном прошлом, о его собственной матери. Его собственную потерю.

Заметив едва уловимое изменение в выражении лица угрюмого демона и не поняв его, Ноктис гордо улыбнулся.

– Ах, да. Он настоящий красавец! Этот благородный корабль – последний в своем роде. Оригинал! Все эти летающие ведра, которыми пользуются остальные, – всего лишь грубые имитации.

Он мимоходом похлопал по коре священного дерева и пошел дальше, направляясь к носу корабля.

– Ты, наверное, слишком молод, чтобы помнить, Санлес, но давным-давно Низшее Небо было полно божественного пламени. В те времена находились бесстрашные смельчаки, которые спускались в океан всепожирающего огня, чтобы собрать его часть. Это последнее оставшееся судно их флота.

Колдун улыбнулся.

– Все остальные превратились в пепел вместе со своими экипажами. Даже воспоминания о них давно исчезли. Жаль… эти ребята были действительно чем-то особенным, Охотниками за Огнем. Веселая компания. Но не очень умная, вот так я и заполучил этого красавца. Выиграл его в карты и немного усовершенствовал.

Он засмеялся.

– Я лучший игрок во всем Королевстве Надежды, ты же знаешь! Я даже выиграл тот обсидиановый нож, который ты носишь, у той, что на севере. О, видел бы ты ее лицо, когда ей пришлось отдать мне приз! Конечно, это было в те времена, когда ее интересовали подобные вещи.

Санни моргнул и ошарашено уставился на колдуна.

«Нет… не может быть. Он выиграл один из семи ножей в карты? Семь ножей, созданных Богом Солнца⁈»

Ноктис взглянул на него и подмигнул.

– Ах, да, у остальных Лордов было точно такое же выражение лица, как у тебя сейчас. Они были очень злы на нас двоих. Это был полный беспорядок. Но потом я вроде как потерял этот нож, так что они успокоились.

Он немного помолчал, а затем добавил, его голос стал немного мрачнее:

– Но эти ножи… они никогда не остаются потерянными надолго, знаешь ли. Очень, очень трудно избавиться от одного из них. Невозможно, на самом деле.

Дальше они шли молча. Встревоженный, Санни отвернулся и посмотрел через перила летящего корабля.

Казалось, Ноктис не стал уводить корабль от пустынного острова, где закончилась битва между Санни и черным жеребцом. Внизу все так же было пусто, если не считать нескольких неровных камней, валявшихся тут и там.

Единственное отличие заключалось в том, что теперь из почвы, на которую упали капли крови одинокого жеребца, росли прекрасные белые цветы.

«Полный беспорядок…»

Санни знал, что было семь бессмертных, созданных Лордом Света, чтобы охранять – или, скорее, сдерживать – Надежду. Их нити были вырваны из гобелена судьбы, сделаны бесконечными и помещены в семь странных ножей. Таким образом, ножи были одновременно и тем, что делало Лордов Цепи вечными, и единственным, что могло их убить.

Каждому из надзирателей Надежды был доверен ключ к смерти другого. Это поддерживало равновесие между ними… так что, конечно, Ноктис устроил большой переполох, сумев заполучить второй нож. Неудивительно, что остальные Лорды были в ярости.

Хотя потерять один из ножей мог только полный идиот, в данном случае колдуну повезло, что ему удалось совершить такой подвиг. Иначе он мог бы оказаться в горячей воде… или в расплавленной стали…

Санни вздрогнул и на мгновение закрыл глаза.

Наконец они добрались до носа корабля и спустились по лестнице, в конце концов остановившись перед сильно укрепленной дверью, которая показалась ему смутно знакомой. Ноктис отпер дверь и пригласил Санни войти.

Там Санни увидел бронированные стены, высокий потолок и три сундука, стоящие в центре комнаты.

Уставившись на один из них, он вдруг страшно побледнел и сделал непроизвольный шаг назад.

Ноктис посмотрел на него с замешательством, затем покачал головой.

– Ты очень странный! Не бойся, это всего лишь мои сундуки с сокровищами. Они не кусаются.

Он задумался на секунду, а затем игриво пнул один из сундуков.

– Ну… кроме этого. Этот съест тебя живьём…