290 890 произведений, 24 000 авторов.

» » Вам повторить? (СИ) » Текст книги (страница 24)
Вам повторить? (СИ)
  • Текст добавлен: 28 ноября 2019, 03:30

Текст книги "Вам повторить? (СИ)"


Автор книги: cup_of_madness






сообщить о нарушении

Текущая страница: 24 (всего у книги 34 страниц)

Последнее предложение слетело с ее губ неожиданно, но в принципе, девушка не жалела об этом, особенно смотря на гримасу недовольства на лице напротив.

– Фильм? – скривился Драко.

– Да, фильм, Малфой. Давай же, я даже поделюсь с тобой попкорном, – Гермиона улыбнулась и, взяв его за руку, потянула за собой.

Тактильный контакт с его кожей всегда отдавался странным чувством в животе, но она приказала себе игнорировать его. Они должны были стать друзьями. Хотя бы попытаться, ради Скорпиуса. А просмотр субботнего фильма – это разве не щепотка чего-то нормального в вихре их сумасшедшей жизни?

Зайдя на кухню, Грейнджер достала несколько упаковок и всмотрелась в этикетки.

– Сыр, соль или карамель? – спросила она, не отрывая глаз. – Хотя нет, карамель здесь только одна, и она моя.

– В любом случае это все полностью выбивается из моего рациона, – ответил Драко, шепча что-то в воздухе и легко проводя палочкой.

Гермиона перевела на него взгляд и заметила, что сегодня он в простой синей футболке с коротким рукавом и хлопковых штанах – домашний наряд, в котором его редко увидишь. Посмотрев на руки парня, она понимала, что такая форма требует определенных усилий, но она сама не была готова на такие жертвы, даже если бы это означало, что у нее больше никогда не будет небольшого животика.

– Ты разве не можешь сделать небольшое исключение? Поджаренная кукуруза не убьет твои мышцы, – произнесла девушка, когда Драко закончил.

– А с другой стороны, ты бы так не пялилась, если бы не они, – самодовольно хмыкнул он, и она отвернулась, чтобы заклинанием нагреть пакеты со снеками до нужной температуры.

Пока попкорн лопался, Гермиона принесла ноутбук из своей комнаты и поставила его в гостиной, где диван ей нравился больше всего. Большая бирюзовая софа была такой комфортной, что, наверное, ничуть не уступала полноценной кровати, так что работать на ней было удобно, но практически невозможно – совершенно выбивало из рабочего настроя. А вот для такого вечера самое то.

– Скорпи спит? – спросил Малфой, бросив пакеты на стол.

– Да, он сегодня рано отключился, – кивнула Гермиона. – Они с Тинки весь день что-то делали в саду, и гномы его выбили из сил.

Драко упал на диван, облокотившись о спинку и вытянув ноги.

– Я поверить не могу, что опять подписываюсь на это.

– Тебе понравится, – улыбнулась Гермиона, подстегиваемая азартом. – Я бы спросила у тебя, какой жанр ты любишь, но сегодня моя суббота, так что выбираю я.

– Так, вроде бы мог бы тебе сказать, – съязвил Драко, немного отодвигая ноги, чтобы она села.

– Вообще-то несколько недель назад я все хотела пересмотреть один из самых трогательных фильмов, которые когда-либо видела. Но мне помешала работа.

– То есть, ты уже его видела? – спросил Малфой. – В чем тогда смысл?

– Это одно из самых больших удовольствий – пересматривать любимые фильмы, ты не понимаешь, – Гермиона махнула рукой на него. – Ты смотреть будешь со мной «Дневник памяти».

– Звучит как что-то слезливое, – недовольно сжал губы парень.

– Так и есть, но это все равно не отменяет трогательности этой истории, – прервала его Грейнджер и, нажав на пробел, отодвинулась назад.

В конце зала стояло несколько светильников теплого света, которые тут же погасли. Сначала Гермионе было не по себе, когда что-то подобное происходило, но потом она привыкла к странностям Мэнора. Свет от экрана освещал их лица, и ей даже льстило, что, несмотря ни на что, Драко все же согласился. Чисто из вредности ей хотелось выбрать что-то максимально девчачье, но с другой стороны, это ведь и правда был ее любимый фильм.

Между ними было, наверное, сантиметров двадцать, что смотрелось, конечно, глупо, учитывая огромные размеры дивана, но она оправдывала себя тем, что экран был сравнительно небольшим, а потому им нужно было сидеть рядом.

Драко потянулся к попкорну и выбрал соленый, отдав ей сладкий. Выдохнув, Гермиона еще раз напомнила себе, что, в первую очередь, это была ее идея, так что совершенно глупо было бы чувствовать себя напряженно. Она выдохнула и, убедив себя в том, что любые съеденные калории за сегодня сожгутся ее нервными клетками, успокоилась и сосредоточилась на фильме.

– Классовое неравенство, серьезно, Грейнджер? – спросил Малфой, когда просмотр дошел до самой болезненной для нее сцены, где главные герои перестали находить общий язык и были вынуждены расстаться под давлением мнения родителей.

– Между ними его не чувствовалось, – пожала плечами Гермиона. – Это было мнение родителей девушки, в первую очередь, не ее.

– Но она прогнулась, – настоял Драко.

– Нет, неправда. Смотри.

Она видела, что Малфой не перевел взгляд обратно на экран, продолжая смотреть куда-то в район щеки девушки. Ей хотелось, чтобы он отвернулся и перестал ее смущать. И не хотелось этого совсем. Ей нравилась мысль о том, что что-то в ней притягивает его взгляд и заставляет задержать серые, почти прозрачные глаза на ее лице, словно сама она вся – золотистый молниеносный снитч, который только стоит поймать. Через мгновение он все же сдался и продолжил смотреть. Но, видимо, Драко был из тех людей, с которыми невозможно наслаждаться сюжетом, если ты любишь это делать в тишине.

– Она довольно быстро его забыла.

– Кто тебе сказал? – удивилась Гермиона такой четкой констатации. – Она не получила от него ни одного письма. Ее родители…

– Да, да, козлы, я понял. Но, согласись, этот новый парень подходит ей гораздо больше, – прервал ее Драко. – Он из состоятельной семьи, как и она, они из одного социального круга.

– И к сожалению или к счастью, все это совершенно неважно, когда дело касается любви, – покачала головой Гермиона, пережевывая очередную кукурузину.

– Когда мы говорим о книгах, или пьесах, или фильмах, если хочешь. В жизни все не так. Разное воспитание, разные слои общества, разные взгляды на жизнь… разные люди редко влюбляются друг в друга, а если и так, то это все рассыпается очень быстро, – она повернула голову, удивляясь тому, что сейчас Малфой звучал практически так же, как и его мать, разговаривая с ней на его дне рождении.

– Чушь, – выдала Грейнджер, кажется, слишком агрессивно. – Когда люди влюбляются друг в друга, то они находят компромиссы. Потому что хотят их найти. Конечно, возможно, в таких союзах конфликтов гораздо больше, но это все равно не значит скорый крах.

– Думаешь, у нас было много конфликтов? – повернулся к ней Драко, нахмурившись. – Там где-то?

Ей хотелось сказать, что, конечно, нет, что все было безоблачно, но это все была не меньшая чушь, чем все то, что Малфой впитал с молоком матери о равных браках. Они были такими разными, что даже сравнения про полярные заряды магнита здесь были бы комичными. Они были слишком разными даже для этого.

– Думаю, да, – ответила Гермиона честно и немного отчаянно. – Думаю, мы едва выдерживали, лишь бы не убить друг друга.

– Это только подтверждает мою теорию, – ответил Драко, пожав плечом, и вновь отвел взгляд на экран. И здесь уже она продолжила смотреть.

– Но я родила тебе ребенка, – вдруг произнесла Гермиона. – А ты хотел отправиться в прошлое, чтобы спасти меня от смерти. Это подтверждает мою теорию.

Они встретились глазами, и она точно знала, что ему хочется ей что-то сказать. Возможно, это были слова о том, что речь идет вовсе не о них, а о каких-то эфемерных Малфое и Грейнджер, которых уже вовсе не существует из-за сдвигов в настоящем, но правда была таковой: они поженились, родили прекрасного ребенка, она умерла, а он стал служить Волдеморту, полностью разбившись внутри.

Гермиона не заметила, как они сдвинулись, и она одним плечом опиралась о его руку, а Драко ее даже не отодвигал. Момент с тем, как лодку главных героев окружили лебеди с утками, вызвал улыбку на ее лице, и он вновь пристально посмотрел. Складывалось ощущение, будто ему хотелось разгадать, что вызывает у нее те или иные эмоции. Будто у него в столе была папка по изучению гриффиндорки.

– Знаешь, я заметил, что хорошие девочки часто изменяют, когда влюбляются, – заговорщически сказал Драко, когда главный герой снимал колготки с девушки, освобождая ее от промокшей насквозь одежды.

Гермиона сглотнула, прекрасно понимая, о чем он говорит. Но она не была тогда в него влюблена. Тогда нет. Заинтересована. Очень, черт его подери, заинтересована, заинтригована им, как очередной загадкой, которую вот-вот раскусит, но она постоянно оказывалась лишь витком, и это на самом деле никогда не заканчивалось.

– А почему тогда изменяют хорошие парни? – решила увильнуть от ответа Гермиона.

– Потому что они вовсе не хорошие?

Это была отличная попытка проделать тот же трюк, но ее действительно это заинтересовало. Вряд ли этот вечер мог бы стать более откровенным после того, как она напомнила ему, что в будущем он будет убит горем из-за ее смерти.

– Почему ты изменяешь Астории? – Гермиона прекрасно понимала, что у него есть все права не отвечать на столь личный вопрос, но почему-то ей казалось, что он ответит.

– Потому что у меня нет перед ней обязательств, – просто сказал Драко, не смотря на нее.

– Нет обязательств? Она твоя невеста и… – девушка запнулась, но все же решила продолжить. – И вы скоро поженитесь.

– Ты знаешь, что в моем мире все не так, как в твоем, Грейнджер. Мы обсуждали это сотню раз.

– Но разве ты не… – вновь открыла она рот, но Драко перебил.

– Я знаю, что ты хочешь спросить, – перевел он на нее глаза. – И ответ – нет.

Она подняла брови в недоумении, и парень вздохнул, закатывая глаза.

– Нет, там в будущем я тебе не изменял.

– Откуда ты знаешь? – сейчас было самое время сделать вид, что это ее вовсе не интересовало, и выйти победителем из разговора, но настоящая причина была куда важнее какой-то там мелкой победы.

– Сложил все переменные, – саркастично объяснил слизеринец. – Рассказы Скорпи, некоторые нюансы… Слушай, ты думаешь, что я кретин, и в какой-то мере ты права. Я не спал ни с кем, пока мы встречались с Асторией, но потом, когда дело дошло до брака… – он вздохнул, пытаясь подобрать слова. – Я не знаю. Не могу сказать, что раньше был в нее влюблен, но тогда был хотя бы искренний интерес, а потом все стало походить на спланированную акцию. Бизнес-партнеры не хранят верность друг другу, понимаешь?

Да, Гермиона кивнула. Но нет, она не понимала. Ей было ясно, как заключаются браки в таких семьях, но так же ей было невдомек, как так можно жить. Сидя на этом диване, говоря о своей будущей жизни, как о чертовом архитектурном чертеже, где свадьба – не больше, чем несущая стена: важная, но все равно просто стена. Стыдно было признаться, но с какой-то стороны ей стало легче. Слышать такое честное отрицание чувств к Астории с его стороны было как прохладный гель на ее обожженную душу, но Гермионе не хотелось этого чувствовать. Потому что через секунду это гнилое чувство злорадства по отношению к Гринграсс сменилось сожалением к Драко. Как он мог так жить?

Гермиона часто слышала разные фразы, в контексте которых был смысл, что счастье за деньги не купишь. Конечно, в некоторых ситуациях ее это раздражало: в реальном мире были счета, работа, траты – на все это нужны были деньги. В ее мире еще многое значило происхождение. Война войной, но все так же в очень многих кругах к чистокровным волшебникам относились куда более уважительно, чем к магглорожденным, и в этом тоже были привилегии. Но это все настолько того не стоило, что вряд ли она смогла бы подобрать слова. Огромные счета в Гринготсе, особняк, чистокровная семья, имя – все это было такими мелочами по сравнению со свободой.

Они снова отвернулись, уделив внимание фильму, и Гермиона почувствовала, как он бессознательно начал выводить круги на ее плече. Грейнджер закрыла глаза, чувствуя, как ее накрывает лавина эмоций. Малфой потянулся к стакану с попкорном, и она повернула голову, проследив за его движениями. Гермиона почувствовала это внезапно. Боль. Эмоциональная агония обычно приходит постепенно, с течением мыслей, а не как сейчас – резко и жестоко, словно кто-то вставил нож в грудную клетку. Осознание того, что Гермиона чувствовала пришло к ней так внезапно, что она едва ли сдержала в себе порыв схватиться за солнечное сплетение, в желании заглушить отнюдь не физические спазмы. Ей действительно хотелось быть с Драко. Говорить с ним по вечерам, иметь возможность поцеловать, когда хочется, а не просто смотреть на его губы в тусклом свете старого фильма, точно зная, что на вкус они соленые, прямо как в тот вечер. Когда глаза девушки наполнились слезами, она даже не успела сообразить, лишь ощутила, как по щекам потекли мокрые дорожки. У них нет будущего. Их связывал мальчик, спящий наверху в своей комнате, их любовь к нему, и это все.

Драко молча смотрел, как она плачет, ничего не произнося, будто точно зная, о чем.

– Иди сюда, – наконец, сказал он, притягивая ее к себе за руку.

Раздвинув ноги, Малфой привлек ее к своей груди, укладывая. Она была благодарна за то, что он не спрашивал ничего, потому что Гермиона не была уверена, что сможет дать вразумительный ответ. Девушка чувствовала запах его кожи, утыкаясь носом в шею, и ладонь на бедре, когда Драко обнимал ее.

– Прости, я… – она вытерла мокрые дорожки, видя, что ее слезы мочат его одежду. – Я просто всегда плачу, когда вижу концовку этого фильма.

Девушка понимала, что должна хоть как-то объяснить свое поведение, но чувствовала, что Драко ей ни грамма не поверил, но пока он продолжал обнимать ее, поглаживая второй рукой талию, этого было достаточно.

– Не переживай, Грейнджер, у таких историй всегда счастливый конец.

Комментарий к Глава 14

Ну что ж, это последняя глава, которая была посвящена исключительно эмоциям героев, оставляя сюжет на заднем плане) Я понимаю, что многим хочется экшена, остальным только и подавай, что драмиону, всем не угодишь, поэтому будет так, как нравится мне😂

Надеюсь, ваш понедельник был удачным, как никогда. Люблю вас😍

========== Глава 15 ==========

Драко до одури хотелось выпить. Чего-то крепкого, вязкого, чтобы помутился рассудок, и алкоголь хотя бы помог сделать вид, что все просто. Малфой посмотрел в окно, где только-только взошло солнце, но день все равно не был ничуть не похож на летний, он был серым и дождливым. Под стать настроению Драко.

Письмо Кинглу было отправлено, и он знал, что ему придется объясниться за отмену тренировки, когда на носу матч, но сейчас парню было не до этого. Малфой перевел взгляд на лестницу, по которой недавно отнес Гермиону в ее спальню. Они отключились на диване, и он даже не помнил, когда уснул, пока она плакала, оставляя мокрое пятно на его футболке. Драко выдохнул и выпил ледяного апельсинового сока, приказывая своей голове оставаться чистой. Это было правильное решение. Точнее… оно было единственным.

Вчера, пропуская мимо ушей концовку фильма, он понял это так четко, будто азы арифметики. Больше так не могло продолжаться.

Звук ожившего камина привлек его внимание, и Драко посмотрел на часы: Астория опоздала на десять минут. Он слышал стук женских каблуков, пока ждал девушку в другой гостиной. Высокий хвост, приталенное платье, несколько колец и неброский макияж. Поразительно, что даже в такую рань она могла выглядеть с иголочки, словно девушка и вовсе никогда не засыпала, не желая быть пойманной врасплох.

– Драко, что стряслось? – спросила Гринграсс с порога, пытаясь скрыть в голосе недовольство. – Салазар, я так рано не просыпалась еще со времен Хогвартса!

– Нам нужно поговорить, – произнес парень.

– Ладно, но сначала кофе, потому что я едва ли что-то соображаю, – кивнула Астория, присаживаясь. – Где эльфы? Фрэнк? Можно мне кофе?

Она повысила голос, высматривая в проеме двери хоть кого-нибудь.

– Не будет ни Фрэнка, ни домовых, – прервал ее Малфой. – Нам нужно поговорить наедине.

– Что-то случилось? Что-то со свадьбой? – девушка заметно напряглась, тут же забыв о напитке.

– Да, что-то со свадьбой, – подтвердил догадки Астории Драко. – Ее не будет.

Тишина, последовавшая за этой фразой, была тяжелой и неестественной, будто кто-то вмиг отключил все звуки. Гринграсс сидела с таким выражением лица, словно только что проснулась, но уже через секунду взяла себя в руки, растянув губы в улыбке и начав хихикать.

– Драко, забавно. Но ты же знаешь, насколько я не люблю подобные шуточки, – она игриво ткнула его пальцем в руку.

– Хорошо, потому что это не шутка, – снова проговорил парень, никак не отреагировав на ребячество. – Астория, я хочу расторгнуть помолвку.

Улыбка стерлась с лица слизеринки так же быстро, как и появилась. Впалые, слегка подрумяненные щеки вытянулись, выражая крайнюю степень шока.

– Какого черта, Малфой? Ты с ума сошел?! – в голосе Астории слышался надрыв и возмущение, но руки все так же были крепко сцеплены на коленях, будто последний якорь.

– Мы оба сошли с ума, когда решили заварить всю эту кашу, – вздохнул он, и желание выпить стало втрое больше. – Никто из нас не достоин того, чтобы связывать жизнь с человеком, которому на тебя плевать. Ни ты, ни я.

– Что? Плевать? Это из-за нее, да?! – Гринграсс вскочила на ноги. – Это из-за этой чертовой Грейнджер? Думаешь, я не заметила, что она с самого начала это все решила…

– Да при чем тут Грейнджер? – возмутился Малфой. – Астория, неужели ты не видишь, что все зашло слишком далеко? Посмотри на себя! Ты не должна так жить. Тебе следует встретить кого-то, кому будет не плевать на твою поддержку, на то, что ты ему говоришь, на твои чувства. Разве ты хочешь выйти за человека, который ничуть тебя не любит?

Она стояла посреди комнаты и качала головой, не веря в то, что он говорил, а в зеленых глазах плясала злость.

– Мы могли бы создать семью! Мы могли бы стать самой влиятельной ячейкой…

– О, господи, ты можешь на секунду заткнуться и перестать думать об этом? Астория, я не люблю тебя, ты слышишь? Не люблю. И ты тоже меня не любишь. Мы два чужих человека, которые планируют свадьбу и детей. Неужели до тебя не доходит абсурдность этой ситуации?

Собственная речь вывела Малфоя из себя, и он тоже поднялся с дивана, пытаясь доказать девушке очевидное.

– И кого же ты тогда любишь, м, Драко? – вздернула подбородок Астория. – Грязнокровку? Это она тебе засунула в голову все эти детские сопли?

– А разве ты с этим не согласна? – спокойно спросил он. – Разве ты хочешь так жить?

– Да что будет с этой хваленой любовью через пару лет?! – начала кричать девушка. – Это то, чему нас учат с детства: находить правильных людей. Только с такими можно построить светлое будущее. Те, кто руководствуются чувствами, посмотри на мать Забини – яркий тому пример! Она всю жизнь бежала за любовью и что? Одинокая женщина, имя которой дышит на ладан и остается на плаву только благодаря состоянию и сыну! Всё!

Драко оперся спиной о стол и склонил голову, смотря на Гринграсс.

– Я не думал, что в тебе так много цинизма.

– Я думаю о будущем, а не о детских сказочках! У нас могла бы быть вся волшебная Англия в руках, но ты рехнулся!

– Не смей так со мной разговаривать, – тон Малфоя был спокойным, но от него веяло Антарктикой, что тут же осадило Асторию.

– Твой отец заставит тебя. И он будет в ярости. Он… – понизила она голос.

– Да ты просто марионетка в руках у Люциуса, очнись! На твоем месте могла бы быть любая чистокровная, на которую бы у меня встал, потому что старику нужна «полноценная семья»! – Драко сделал глоток воды. – Астория, это все… не должно быть так.

Она сжала губы, обняв себя руками и рыща по комнате зрачками так, будто вазы могли помочь ей с аргументами.

– Я просто не понимаю, какого черта не так. Что тебе не хватает? – вновь немного повысила голос девушка. – Я никогда не ограничивала тебя, пыталась делать все так, чтобы ты был доволен!

– В том и дело, Астория! Ты ведешь себя так, будто это единственное, что важно! – вдруг Драко выдохнул и просто отступил. – Слушай, я не хочу так. Мне это не нужно. Мне не нужно ничего из того, что ты можешь мне предложить. Если ты хочешь услышать аргументы, то он один – я просто не хочу этой свадьбы.

Девушка стукнула каблуком по полу и взяла свою такую миниатюрную сумочку, что едва ли туда могла поместиться даже палочка.

– Отлично, Малфой, – кивнула она. – Но вот только я не думаю, что народ сильно обрадуется, когда узнает мою историю, почему наша помолвка расторглась. Точнее, из-за кого.

В этом была такая очевидная злая угроза, что он прищурился и сделал два шага вперед.

– А вот этого я тебе очень не рекомендую делать, Астория, – произнес Драко почти по слогам. – Я уважаю тебя, но посмей что-то ляпнуть, и ты увидишь, что бывает с теми, кто угрожает моей семье. Не будь мне врагом, Астри, тот кто враг мне – закончит плохо.

Гринграсс сглотнула и поджала губы, еще крепче вцепившись в ремешок болотно-зеленой сумки. Было явно видно, что она опасалась такой реакции Драко, но делала все, чтобы не упасть в грязь лицом.

– Переживаешь за нее, да? – зло и как-то совсем не весело ухмыльнулась слизеринка.

– Мы с тобой не были предназначены друг другу задолго до появления Грейнджер, – фыркнул Малфой.

– Но тебя все устраивало. Тебя устраивало, как существует этот мир до ее появления! – Астория бросила ему укор в лицо.

– Просто мне стало странно знать, что где-то там, в будущем, я оказался смелее, чем здесь. Был настолько безрассудным, чтобы жениться на ком-то, кто не подходит мне по неписанному статусу, – Драко наклонил голову, задумавшись. – Не хотелось бы разочаровывать будущего себя, делая то, что тебе на самом деле не нужно.

Гринграсс стояла, сверля его зрачками, будто все еще надеясь, что это была шутка. Будто все еще надеясь, что ее будущее не сыпалось, как песочный замок под напором океанской волны. Но в итоге девушка все же ступила к камину.

– Ты пожалеешь об этом, Малфой, – покачала она головой. – Но потом будет поздно, я уже не приму тебя назад!

– Видимо, придется пережить, – вздохнул Драко и закрыл глаза, как только зеленый свет забрал с собой силуэт его бывшей девушки.

Плюхнувшись обратно на диван, он понял, что, возможно, был слишком резок с Асторией. Но с другой стороны, Малфоя раздражало то, как она пыталась учить его жизни. Огромный валун упал с груди парня, несмотря на то, что он только что своими руками создал себе в жизни катастрофу, настоящий апокалипсис.

***

Малфой кивнул отступившему от входа охраннику в знак приветствия. Этот бар был их с Блейзом своеобразной традицией: раз в месяц они железно собирались здесь, что бы ни происходило. Малфою нравилось это место. Плата за вход была достаточно высокой, чтобы заведение оставалось в полупустом состоянии, и он мог спокойно расслабиться в компании друзей. Весь интерьер бара был выдержан в зелено-серебристых тонах, что давало повод слизеринцам распускать слухи о происхождении хозяина заведения, хотя Драко знал, что владелец – иммигрант из Японии, учился в Махотокоро и знал о Хогвартсе исключительно из книг.

Подходя к барной стойке, Малфой узнал Забини не столько по спине, сколько по брюнетке, сидящей рядом. Драко закатил глаза и подошел ближе.

– Привет, дружище, – хлопнул он его по плечу. – Я рад, наконец, видеть тебя в хорошем расположении духа. Как твоя гонорея? Ты сдал повторно анализы, как говорил доктор?

Забини перевел убийственный взгляд на Драко, наблюдая, как девушка шокировано моргает глазами.

– Слушай, Кэнди, не обращай внимания, он… – улыбнулся Блейз спутнице, но прилепив к ярко накрашенным губам фальшивую улыбку, она смущенно отвела глаза, соскальзывая с барного стула.

– Да, я поняла, все в порядке. Приятно было познакомиться, – кивнула брюнетка. – Увидимся?

Пусть последняя реплика и прозвучала как вопрос, но точно не требовала ответа. Нацепив красную сумочку на плечо, девушка упорхнула, все еще оборачиваясь.

– Поздравляю, идиот, – повернулся Блейз к Драко, на лице которого светилась настоящая радость.

– Когда-то одна из них наведет на тебя порчу, и у тебя отсохнет член, – хохотнул Малфой, присаживаясь.

– Буду решать проблемы по мере их поступления, – фыркнул Забини, который, кажется, спустя пару минут уже забыл о недавнем знакомстве.

– Виски, – велел Драко бармену и, повернувшись, уткнулся на удивленный взгляд друга.

– Какой к черту виски? Не слушай его, у него с детства дефекты речи, – пренебрежительно махнул Блейз в сторону Малфоя. – Он будет безалкогольное пиво.

Бармен уставился на них, понятия не имея, что ему делать.

– Забини, – предупредительно протянул Драко, чувствуя, как злится.

– Ты совсем спятил? У тебя игра через сколько? Полторы недели?

– С каких пор тебя так сильно волнуют мои профессиональные достижения? – цокнул языком Драко, наблюдая, как бармен взмахом палочки все же отлевитировал им пиво.

– С тех пор, как мне достаются бесплатные билеты в вип ложе, – объяснил очевидное Блейз. – Что с тобой такое?

Позитивный настрой от разрушенного недосвидания Забини быстро улетучился, и все произошедшее сегодня вновь навалилось на Драко месивом из проблем.

– Я разошелся с Асторией, – сообщил он, вертя прохладную банку в руках и наблюдая, как капли воды стекают вниз на стойку.

Повисла настолько ощутимая и необычная для общества Блейза тишина, что она заставила Драко повернуться и увидеть шокированного мулата с замершим безалкогольным пивом на полпути ко рту, которое он заказал, видимо, чисто из солидарности к запрету тренера Малфою пить спиртное.

– Я понял, – прокашлялся Блейз, не сделав глоток, а переведя дух, просто чтобы дать себе время переварить эту информацию. – Кто-то еще знает?

– Ты, – ответил Драко, отпивая немного пива и думая о том, как сильно он терпеть не может алкогольные напитки, из которых выкачали градус.

– Ладно, что произошло?

– Я просто не хочу на ней жениться, – пожал плечами Малфой, смотря в зеркальное отражение позади бара.

– Разве не с тобой мы сидели в этом же баре несколько месяцев назад и праздновали вашу удачную помолвку? – поднял брови итальянец. – Ты все говорил о плюсах этого союза и…

– Да знаю я… – Драко закрыл на секунду глаза, уже в сотый раз за сегодня спрашивая себя какого черта. – Но многое изменилось с того времени. Я просто понял, что… Не знаю, не хочу так жить. Она мне никто.

Блейз оглянулся, предприимчиво смотря, никто ли не вкинул уши в их разговор, но на горизонте было чисто. Большинство людей приходили сюда просто нормально отдохнуть. Чаще всего тут можно было увидеть певцов, игроков в квиддич или театральных актеров – всех тех, кто пытался укрыться от внимания и поэтому им не было ровным счетом никакого дела до чужих секретов, они были слишком встревожены утаиванием своих собственных.

– А кто тогда «кто-то»?

– Я знаю, о чем ты думаешь, – выдохнул Малфой, понимая, как это выглядит. – Но дело не в Грейнджер. Точнее… не только в ней, – Драко решил попытаться остаться максимально честным. – Это просто… Почему ты не женишься? Почему ты не поступаешь, согласно правилам?

– Я не Малфой, Драко, – фыркнул Блейз. – Ваша семья, как эталон правил этого общества. После смерти отца никто не ожидал увидеть во мне пример подражания всего волшебного мира, и, как видишь, я их не разочаровал, – улыбнулся он, отпивая. – Да и мама никогда не пользовалась большой популярностью среди этих снобов, так что ей нечего терять.

– Не хочу жить, оправдывая чьи-то надежды. В будущем я учу Скорпиуса совсем другим вещам, – повернулся Малфой. – И это так дико. Словно мы с ним, там, в будущем, совсем разные люди.

– Вы и есть разные люди, – сказал Блейз. – Ты еще не пережил того, что пережил он.

– Но я не смогу стать сыну достойным примером, если не буду жить так, как мне нужно.

Пустые банки самостоятельно устранились, и Забини заказал еще, несмотря на то, что вкус ему не шибко нравился, но пить чай в такой ситуации казалось совсем уж идиотской затеей.

– Подожди, как на это отреагировала Астория? – спохватился парень, понимая, что они начали разговор совершенно не с тех деталей. – Ты же знаешь, что она может сделать. Утопить Грейнджер в этом дерьме и тебя заодно, к тому же, Гринграсс знает о Скорпи.

– Она не посмеет, – покачал головой Драко, уверенный в своих словах. – Если Астория причинит вред кому-то своим языком, я способен разрушить ее карьеру и репутацию одним письмом.

– Может, она думает, что ты не решишься, – хмыкнул друг.

– Нет ничего в этом мире, на что бы я не решился ради семьи, – строго проговорил Малфой. – Но все равно, скоро об этом станет известно прессе и тогда… придется с этим разбираться.

Даже мысли о том, чтобы как-то комментировать собственную личную жизнь, набивали оскомину. Однако Малфой прекрасно понимал, что, посвятив людей в детали их «романа», они захотят узнать детали разрыва, а если не узнают от него, то узнают от Скитер, ядовито-зеленое перо которой не погнушается добавить пару-тройку лживых фактов для пикантности истории. Хотя в этом эпизоде его жизни и так хватало специй.

– Да, твой отец по сравнению со Скитер просто божий одуванчик, – проговорил Блейз, будто читая его мысли. – Все равно, попробуй оттянуть обнародование этой новости как можно на более длинный срок. Тебе ни к чему это перед игрой. Возможно, будет дополнительный пиар для команды, но на тебя свалится еще большее давление, а никакой пиар не стоит такого ужаса.

– Не получится, – Драко откинулся на спинку стула и бегло подумал о том, что при такой цене на вход можно было бы сделать мебель более комфортной. – У меня после игры, буквально через пару дней, интервью по поводу свадьбы. Максимум две недели.

– Тогда через две недели у тебя должна быть на руках готовая история, которая отскакивала бы от зубов, – посоветовал Забини. – И лучше бы отослать письмецо своей бывшей невесте с детальной версией того, что произошло.

Шумная компания, непривычная для этого места, прошла мимо, и Драко перевел на них взгляд. Он не знал никого: все парни были молодыми, улыбающимися и совершенно явно получающими кайф. Несколько из них держали за руки девушек, одна из которых и вовсе выглядела очень необычно: джинсовая куртка, колготки в разрезах и малиновая помада, которая казалась Малфою совершенно нелепой, но почему-то очень ей шла. Парень прижимал незнакомку к себе, что-то рассказывая на ухо, а она заливалась смехом, пока его друзья делали заказ, сидя за столиком. Они были одеты в дешевую одежду, ее выдавал крой, пожалуй, только кроме одного – очевидного заводилы компании, который только что расплатился парочкой галлеонов за заказ друзей, не прерывая своего рассказа. Девушка с малиновой помадой постоянно целовала своего спутника в щеку, а он притворно злился из-за надобности постоянно вытирать краску с кожи. Но они выглядели так счастливо. Как Драко давно себя не чувствовал.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю