Текст книги "Избранные труды"

Автор книги: Владимир Павлов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 48 страниц)

Если говорить о нарушениях в публичных местах, то законодатель также уделяет большое внимание ответственности за хулиганские действия, совершаемые при проведении церковной службы. Так, в главе 5 «О нарушении благочиния в церквах» в ст. 204 записано, что кто нарушит благоговение при отправлении службы Божией, или к соблазну других придет в церковь пьяный, или будет ходить взад и вперед по церкви, или говорить громко, а также кричать или хохотать, или иной учинит шум, того подвергать взысканию штрафа, или временному аресту, тюремному заключению, либо телесному наказанию.^[404]

Из данной нормы вытекает, что речь идет о нарушении виновным общественного порядка при проведении церковной службы. Наступление уголовной ответственности может иметь место при совершении лицом любого хулиганского действия, предусмотренного в уголовном законе.

Наиболее показательна в этом отношении в главе 9 «О нарушении прав состояния развращенным поведением» ст. 425, в которой говорится, что находящиеся в пьянстве, буйстве или распутстве не должностные, а также отставные военные и гражданские чиновники, взятые в таком состоянии полициею в публичном месте, отсылаются к суду.^[405]

Из данной статьи усматривается, что ответственность в отношении перечисленных лиц может иметь место, если они будут задержаны за совершение конкретных действий, находясь в пьяном виде в общественном месте, когда полицией будет установлено это поведение нарушителей. Данные действия, надо полагать, подпадают под признаки хулиганства, как оно понимается в настоящее время.

Существенным историческим шагом вперед в совершенствовании уголовного законодательства России явилось Уложение о наказаниях уголовных и исправительных от 15 августа 1845 г., вступившее в действие с 1 мая 1846 г. в период царствования Николая I. При этом следует отметить, что понятие преступного деяния по сравнению со Сводом законов 1832 г. в нем сформулировано более полно. Так, в ст. 1 Уложения говорится: «Всякое нарушение закона, чрез которое посягается на неприкосновенность прав Власти Верховной и установленных Его властей, или же на права и безопасность общества или частных лиц, есть преступление».^[406]

Лица, совершившие преступления и проступки, подвергаются уголовным наказаниям. При этом как в Соборном Уложении 1649 г. и в Своде законов 1832 г., преступления против церкви в Уложении 1845 г. занимают также главенствующее место среди других правонарушений. Например, в разделе 2 «О преступлениях против веры и о нарушении ограждающих оную постановлений» в ст. 231 записано, что кто в церкви или в другом каком-либо месте при богослужении, будет нарушать должное благоговение и являться туда в пьяном виде, громко кричать, шуметь и неблаговидными поступками отвлекать внимание молящихся от службы, тот подвергается штрафу или аресту на время от 3 до 7 дней.^[407]

Исходя из смысла статьи, можно предположить, что указанные действия по своим признакам во многом похожи на хулиганские действия, которые охватываются понятием «хулиганство».

В 4-м разделе «О преступлениях и проступках против порядка управления» имеют место нормы о неблаговидных поступках в присутственных (общественных) местах, предусматривающие за это уголовную ответственность.

В ст. 309 Уложения содержится положение, что кто в присутственном месте, во время заседания и в самой онаго камере, осмелится неприличными словами или разными действиями оказать к данному месту неуважение, или в поданной бумаге поместит с намерением оскорбительные выражения, тот приговаривается к заключению в тюрьму от 3 до 6 месяцев, или аресту от 7 до 3 недель. В случае если данное преступление будет сопровождаться ругательством в отношении присутствия или его членов и даже поднята на одного из них рука, то за это следует более строгое наказание.^[408]

Вышеизложенное позволяет сделать вывод о том, что в Уложении 1845 г. законодатель предусмотрел конкретные уголовно-правовые нормы, которые по признакам преступного деяния подпадают или схожи с хулиганством в современном его понимании, и совершается в общественном месте, различными действиями, как правило, в пьяном виде. Само же Уложение о наказаниях уголовных и исправительных явилось главным источником русского уголовного права.

В период проведения в России в 1864 г. судебной реформы был принят «Устав о наказаниях, налагаемых мировыми судьями». В данном правовом акте законодатель предусмотрел ответственность и за нарушение общественного порядка при совершении хулиганских действий. Так, в ст. 38 прямо записано: «За ссоры, драки, кулачный бой или другого рода буйство в публичных местах, и вообще за нарушение общественной тишины, виновные подвергаются: аресту не свыше семи дней, или денежному взысканию не свыше 25 руб.».^[409]

Для признания кого-либо виновным в нарушении общественной тишины в смысле ст. 38 следует понимать, чтобы обвиняемый криком, ругательствами, бранью, дракой и другими действиями нарушил общественное спокойствие, которые являются хулиганством.

Ругательство на улице неприличными словами, как деяние, нарушающее общественную тишину, по мнению Н. С. Таганцева, вполне подходит под действие для применения ст. 38, при этом вовсе не требуется, чтобы какая-либо драка, а также ругань на улице обязательно обратили на себя внимание прохожих.^[410] Вопрос о том, была ли нарушена общественная тишина, всегда решается судом в каждом отдельном случае, в зависимости от времени, места совершения драки, буйства и других хулиганских действий виновных лиц.

При этом буйство в публичном месте, как пояснял в своем комментарии к Уставу Н. С. Таганцев применительно к ст. 38, может выражаться в нападении на дом, сопровождающемся повреждением окон, дверей, порчею и расхищением каких-либо вещей, при отсутствии сопротивления властям.^[411]

Таким образом, в ст. 38 данного Устава законодатель достаточно четко предусматривает перечень хулиганских действий, нарушающих общественный порядок, совершаемых в публичных местах, за которые наступает ответственность.

В 1885 г. выходит в свет очередная (третья) редакция Уложения, незначительно отличающаяся от редакции Уложения 1866 г., за исключением появления новых составов преступлений. В основном продолжало действовать Уложение о наказаниях уголовных и исправительных в редакции от 15 августа 1845 г., которое, по существу, являлось основным уголовным законом Российской империи.

В Уложении о наказаниях уголовных и исправительных в редакции 1885 г. имеют место главы с аналогичными названиями, предусмотренных в Уложении 1845 г., устанавливающие уголовную ответственность за преступления против веры, а также преступления и проступки против порядка управления. И здесь следует заметить, что из главы первой в 1906 г. были исключены ст. 176–183, а из главы второй – ст. 184–195, предусматривающие уголовную ответственность за религиозные преступления.

Указанные изменения затронули и ст. 180 Уложения, которая ранее регламентировала ответственность за богохуление в публичном месте и учинение оскорбления веры и церкви без умысла, по неразумению, невежеству либо пьянству. То есть речь шла о действиях, которые связаны с нарушением общественного порядка при осуществлении богослужения.

Что же касается раздела 4 «О преступлениях и проступках против порядка управления», то в нем обращает на себя внимание ст. 282 Уложения, которая по своему содержанию мало чем отличается от ст. 309 Уложения 1845 г. В данном случае речь идет о хулиганских действиях виновного в присутственном месте во время заседания или в самой камере мирового судьи. При этом такие действия выражаются в дерзости, совершении ругательства и оскорблении присутствующих лиц.^[412]

Под судебными и присутственными местами, упоминаемыми в ст. 282, как указывал Н. С. Таганцев, должны пониматься волостные и сельские присутственные места, а оказание неуважения словами и поступками к присутственному месту, когда лицо находится в пьяном виде, охватывается п. 3 ст. 282.^[413]

Таким образом, можно сделать вывод, что данная ст. 282 предусматривает ответственность за хулиганские действия, которые наказываются в уголовно-правовом порядке. Что же касается других статей, предусматривающих ответственность за хулиганские действия в публичных местах в Уложении 1885 г., то если не считать некоторых редакционных изменений, которые по существу не меняют смысла уголовного закона, они практически соответствуют Уложению 1845 г., о чем уже было сказано выше.

Уголовное уложение от 22 марта 1903 г. является последним крупнейшим законодательным актом Российской империи в области материального уголовного права в период царствования Николая II. Уложение 1903 г., непосредственный вклад в разработку которого внес Н. С. Таганцев, явилось важным событием в общественно-политической жизни России, хоть оно и не было полностью принято. Само понятие преступления сформулировано более лаконично и не противопоставляется проступку, как это имело место в Уложении 1866 г.

В ст. 1 Уложения 1903 г. говорится: «Преступным признается деяние, воспрещенное во время его учинения законом под страхом наказания».^[414] При этом следует еще раз отметить, что как и в предшествующих уголовных законах, ранее рассмотренных, наиболее опасными в Уложении 1903 г. традиционно являлись преступления против церкви, влияние которой оставалось достаточно велико.

Так, в главе 2 «О нарушении ограждающих веру постановлений» специальными нормами предусматривалась уголовная ответственность за хулиганские действия при богослужении в различных религиозных местах. Согласно ст. 75 Уложения «виновный в непристойном крике, шуме или ином безчинстве, препятствующем отправлению общественного христианского богослужения или учиненном в церкви, часовне или христианском молитвенном доме, наказывается: арестом на срок не свыше трех месяцев».^[415]

Вместе с тем, если в результате хулиганских действий прервалось богослужение, то виновный также наказывается в соответствии со ст. 77 арестом на тот же срок.^[416]

Ответственность за действия, похожие на хулиганство в общественных местах, предусмотрена и в главе 12 «О нарушении постановлений, ограждающих общественное спокойствие». Наиболее показательна, в связи с этим, ст. 262, в которой говорится, что виновный в учинении шума, крика или иного бесчинства в публичных местах, или в общественном собрании, или хотя и в оных, но с нарушением общественного спокойствия, а также порядка, подлежит аресту на срок не свыше двух недель. Но если при аналогичных условиях виновным учиняется драка, кулачный бой, а также другое буйство, то к нему применяется более строгое наказание.^[417]

Однако если говорить о главе 13 Уложения, то в ней предусмотрена ответственность за нарушение общественной нравственности, во время совершения в публичном месте неблагопристойных поступков или произнесение бесстыдных слов, за что согласно ст. 280 предусматривалось альтернативное наказание в виде ареста на срок до 1 месяца или денежная пеня не свыше 100 руб.^[418]

Вышеизложенное позволяет сделать вывод о том, что в Уложении 1903 г. законодатель не только попытался сохранить традиции основных уголовных законов России, но и сделал попытку их несколько детализировать и усовершенствовать, в частности когда речь идет о преступлениях, посягающих на общественный порядок и общественную нравственность.

Вместе с тем историко-правовой анализ законодательных новелл правовых памятников уголовного законодательства российского государства и институтов уголовной ответственности и наказания позволил выявить определенные особенности преступных деяний, которые в современной правоприменительной практике квалифицируются как хулиганство, которое посягает на общественный порядок и другие общественные отношения, охраняемые уголовным законом. И хотя о хулиганстве в уголовном законодательстве как преступлении в современном смысле слова не говорилось, но оно имело место, так как вытекало из смысла закона.

Уголовная ответственность за хулиганство в законодательстве советского периода (1917–1996 гг.)^[419]

После Октябрьской революции 1917 г. в сложнейшей внешнеполитической и внутренней обстановке существования молодой Советской республики интенсивно формировались органы государственной власти и издавались многочисленные законодательные акты, направленные на стабилизацию в стране. Наряду с политической, экономической, социальной и другими проблемами одной из важных задач была борьба с преступностью и в частности с хулиганством, в виде различных его проявлений.

В связи с этим следует заметить, что впервые в советском уголовном законодательстве о хулиганстве упоминается в декрете СНК от 4 мая 1918 г. «О революционных трибуналах». В этом законодательном акте говорилось, что необходимо возложить на революционные трибуналы также и дела по борьбе с погромами, взяточничеством, подлогами, неправомерным использованием документов, хулиганством и шпионажем.^[420]

Особо следует отметить, что хулиганство в этот период рассматривалось на уровне государственных преступлений и достаточно сурово каралось, что не характерно было для обычных судебных учреждений.

В дальнейшем дела о «контрреволюционном» хулиганстве передавались на рассмотрение революционных трибуналов. В постановлении Кассационного отдела ВЦИК от 6 октября 1918 г. «О подсудности революционных трибуналов» отмечалось, что хулиганами признаются те, «кто исключительно с целью внести дезорганизацию в распоряжения советской власти или оскорбить нравственное чувство или политические убеждения окружающих учинит бесчинство».^[421]

При этом в соответствии с классовой направленностью государственной политики при назначении наказания за хулиганские действия учитывалось не в последнюю очередь и социальное происхождение подсудимых, что имело принципиальное значение для того времени.

В отечественном уголовном законодательстве впервые определение хулиганства было дано в УК РСФСР 1922 г. Согласно ст. 176 УК под хулиганством понимались «озорные, бесцельные, сопряженные с явным проявлением неуважения к отдельным гражданам или обществу в целом действия». Состав хулиганства включался в главу, которая объединяла преступления против личности. Основными признаками хулиганства являлись озорство и бесцельные действия, связанные с явным неуважением к обществу и отдельным гражданам, что вызывало неоднозначное его понимание и порождало прямо противоположные мнения среди ученых и практиков.

Не случайно постановление ВЦИК от 16 октября 1924 г. внесло существенные изменения в ст. 176 УК РСФСР редакционного характера, установив дифференцированную ответственность за это правонарушение. Под хулиганством понимались «озорные, сопряженные с явным неуважением к обществу действия, в частности буйство и бесчинство». Хулиганство, совершенное впервые, рассматривалось как административный проступок и наказывалось принудительными работами на срок 1 месяц или штрафом до 50 руб. Уголовную ответственность влекло только хулиганство, совершенное повторно или упорно не прекращавшееся, несмотря на предупреждение органов милиции или иного органа, на который возложена обязанность поддержания общественного порядка, что влекло за собой лишение свободы на срок до 3 месяцев.^[422]

Таким образом, совершение хулиганства по законодательству впервые наказывалось в административном порядке, а при совершении его вторично оно преследовалось в уголовном порядке. Следует заметить, что в новой редакции сохранились основные признаки объективной стороны преступления – озорные действия и неуважение к обществу, характеризующие суть хулиганства того времени.

Вместе с тем рост хулиганских проявлений в конце 1925 г. и в 1926 г. привлек к себе большое внимание не только специалистов в области юриспруденции, а также широкие слои советской общественности. В стране стали проводиться различные исследования по изучению причин хулиганства и лиц, совершающих данное преступление.^[423]

Однако постоянный рост хулиганских проявлений в стране требовал дальнейшего совершенствования уголовного закона, предусматривающего ответственность за хулиганство. Определенные дополнения и уточнения в ст. 176 УК РСФСР были внесены декретом ВЦИК и СНК от 7 июля 1926 г. В результате принятых изменений ст. 176 УК была изложена в следующей редакции: «Хулиганство, т. е. озорные, сопряженные с явным неуважением к обществу действия, совершенное в первый раз, влечет за собой лишение свободы на срок до трех месяцев, если до возбуждения уголовного преследования на совершившего не было наложено административного взыскания.

Если означенные действия заключались в буйстве или бесчинстве, или совершены повторно, или упорно не прекращались, несмотря на предупреждение органов, охраняющих общественный порядок, или же по своему содержанию отличались исключительным цинизмом или дерзостью, – лишение свободы на срок до двух лет».^[424]

Несмотря на принятие новой законодательной новеллы о хулиганстве, которая практически полностью была воспроизведена в УК РСФСР 1926 г. (ст. 74), интерес ученых, практиков, а также широких слоев общественности не ослабевал. Напротив, в стране стали более интенсивно проводиться различные обсуждения и исследования хулиганства, представляющего угрозу гражданам и государству.

В связи с этим уместно будет отметить, что в своем докладе 25 октября 1926 г. по проблемам хулиганства нарком юстиции Н. В. Крыленко отмечал, что по редакции УК РСФСР 1922 г. хулиганские действия должны быть бесцельны, хотя данное преступление с точки зрения субъективной стороны не может совершаться таким образом, и исключение этого термина из ст. 176 УК РСФСР прежде всего свидетельствует только об уточнении самого закона.^[425]

Относительно определения преступного деяния высказывались различные точки зрения. Так, например, в прениях по докладу профессор П. И. Люблинский считал, что существует два типа хулиганства: с одной стороны, тяжкие преступления против личности, а с другой – законодательное легальное хулиганство, предусматривающее проступки менее сурового свойства.^[426]

В дальнейшем профессор Л. Г. Оршанский предлагал разграничивать хулиганский проступок и понятие «хулиган».^[427]

Таким образом, проблема борьбы с хулиганством стояла в центре внимания ученых и государства, что требовало в дальнейшем незамедлительного совершенствования уголовного закона в данном направлении.

Говоря об УК РСФСР 1926 г., следует обратить внимание, что ст. 74 была уже законодателем помещена в главу о преступлениях против порядка управления, что с точки зрения теории и практики считалось более правильным. Сам же состав хулиганства, как ранее было отмечено, подвергся редакционным изменениям. При этом преступления, направленные против политических и общественных мероприятий, которые совершались группами хулиганов, или связанные с избиением общественников и активистов квалифицировались уже не как хулиганство, а по другим статьям УК РСФСР.

Данное положение обосновывалось, прежде всего, тем, что основным непосредственным объектом хулиганства являлся общественный порядок, что позволяло отличать его от преступлений против личности и других общественно опасных деяний, которые находились в других главах Особенной части УК РСФСР 1926 г.

С другой стороны, основной состав хулиганства по своим объективным и субъективным признакам значительно отличался от хулиганства, предусмотренного ст. 176 УК РСФСР 1922 г. Согласно ч. 1 ст. 74 УК РСФСР 1926 г. хулиганство представляло собой озорные, сопряженные с явным неуважением к обществу различные действия, совершенные в первый раз, за которые было предусмотрено лишение свободы на срок до 3 месяцев, если до возбуждения уголовного преследования ранее не было наложено административного взыскания.^[428]

Что же касается «злостного хулиганства», предусмотренного ч. 2 ст. 74 УК, то под ним понималось, если указанные действия основного состава (ч. 1 ст. 74 УК) заключались в буйстве или бесчинстве или совершенные повторно, а также упорно не прекращались, несмотря на предупреждение органов, охраняющих общественный порядок либо по своему содержанию совершались с исключительным цинизмом или дерзостью. Наказание предусматривало лишение свободы на срок до 2 лет.

Не случайно в этот период времени злостное хулиганство довольно часто приравнивалось к бандитизму и другим опасным преступлениям. Так, например, Президиум Верховного Суда РСФСР от 17 марта 1935 г. постановил, что суды должны усилить репрессию против хулиганства. При этом как бандиты должны караться опасные хулиганы, которые совершают одиночные нападения, связанные с убийством и вооруженным сопротивлением органам власти.^[429]

В дальнейшем 29 марта 1935 г. в период борьбы за завершение строительства социалистического общества было принято постановление ЦИК и СНК «О мерах борьбы с хулиганством», которым значительно усиливалось наказание за злостное хулиганство. Соответственно санкция ч. 2 ст. 74 УК предусматривала наказание на срок до 5 лет тюрьмы.^[430] Аналогичные изменения по усилению наказания за злостное хулиганство были произведены и в уголовных кодексах других союзных республик.

Таким образом, в условиях советского тоталитарного режима борьба с хулиганством приобретала особую значимость и уже давно обращала на себя внимание государства в лице партийных и судебных органов, принимавших жесткие меры наказания к лицам, совершающим повторные хулиганские действия. Именно в этот период времени особо наблюдается расширение судебной практики по борьбе с хулиганством в стране. Нередко обычные драки, оскорбления и другие правонарушения без учета объективных и субъективных признаков рассматривались судебными органами как хулиганские действия.

Данное положение искажало истинную картину борьбы с хулиганством и не давало возможности выявлять причины существования и распространенности этого массового явления в стране.

В условиях предвоенного времени произошло дальнейшее изменение уголовного законодательства о хулиганстве. Свидетельством этого является Указ Президиума Верховного Совета СССР от 10 августа 1940 г. «Об уголовной ответственности за мелкие кражи на производстве и хулиганство». Данным законодательным актом было установлено, что хулиганские действия на предприятиях, в учреждениях, а также в общественных местах караются тюремным заключением сроком на 1 год, если эти действия по своему характеру не влекут за собой по закону более тяжкого наказания.^[431]

Анализируя данный закон, следует обратить внимание, что из объективной стороны хулиганства законодатель исключил признак – озорные действия, значительно сузив его широкое толкование и не изменив его внутреннего содержания как преступления.

В начале Великой Отечественной войны Указом Президиума Верховного Совета СССР от 22 июня 1941 г. «Об утверждении положения о военных трибуналах в местностях, объявленных на военном положении, и в районах военных действий» военным трибуналам предоставлялось право рассматривать дела в кратчайшие сроки по истечении 24 часов с момента, когда было вручено обвинительное заключение о совершенном преступлении. При этом приговоры военных трибуналов кассационному обжалованию не подлежали и могли быть отменены или изменены только в порядке надзора.^[432]

Таким образом, с начала Великой Отечественной войны репрессивный характер уголовного законодательства, в частности за хулиганство и другие преступления, представляющие большую общественную опасность, в значительной степени усиливается. Не исключением в условиях военного времени является применение уголовного наказания и в отношении несовершеннолетних за совершение ими не только умышленных, но и неосторожных преступлений.

После окончания Великой Отечественной войны 1941–1945 гг. в уголовной политике государства произошли существенные изменения. Отменяются уголовные законы, действовавшие в период военного времени. В 1953 г. наметилась тенденция на сужение уголовной ответственности за отдельные преступления. Например, Указом Президиума Верховного Совета СССР от 25 апреля 1956 г. была отменена уголовная ответственность за самовольный уход с предприятий и учреждений и за прогулы без уважительных причин.^[433]

Особое значение в послевоенное время в условиях развернутого строительства социализма и укрепления государства приобретали задачи борьбы с преступностью и совершенствование уголовного законодательства. Однако вопросы уголовной ответственности за хулиганские проявления требовали соответствующей законодательной корректировки.

Вскоре, 19 декабря 1956 г., Президиум Верховного Совета РСФСР принимает Указ «Об ответственности за мелкое хулиганство», дополненный позднее Указом Президиума Верховного Совета РСФСР от 19 апреля 1961 г. Согласно закону, мелким хулиганством признавались действия, связанные с нарушением общественного порядка и спокойствия граждан либо оскорбительное отношение к ним, сквернословие, а также различные непристойные проступки. Данное административное правонарушение влекло ответственность в виде ареста на срок от 3 до 15 суток или штраф от 10 до 30 руб.^[434]

На усиление борьбы с хулиганством обращалось внимание и в Постановлении Пленума Верховного Суда СССР от 19 декабря 1959 г. № 5 «О деятельности судебных органов в связи с повышением роли общественности в борьбе с преступлениями», в котором отмечалось, что в 1959 г. при общем снижении числа осужденных за преступные деяния по сравнению с 1958 г. судимость за хулиганство сократилась на 10,9 %.^[435]

Важное значение в решении вопросов уголовной ответственности за хулиганство имеет принятие 27 октября 1960 г. 3-й сессией Верховного Совета РСФСР пятого созыва нового Уголовного кодекса.

УК РСФСР 1960 г. в ст. 206 определял хулиганство как «умышленные действия, грубо нарушающие общественный порядок и выражающие явное неуважение к обществу». Данные действия наказывались лишением свободы на срок до 1 года либо исправительными работами на такой же срок, а также штрафом до 50 рублей или общественным порицанием.^[436] При этом ст. 206 УК была законодателем помещена в главу 10 УК РСФСР с названием «Преступления против общественной безопасности, общественного порядка и здоровья населения».

Особенность нового определения хулиганства заключалась в том, что законодатель исключил термин «озорные действия», которые имели место в УК РСФСР 1922 и 1926 гг. Данный термин был не совсем удачным и фактически не в полной мере раскрывал общественную опасность преступного деяния.

Непосредственным объектом состава хулиганства являлся общественный порядок.

Квалифицированный вид преступления (ч. 2 ст. 206 УК) – злостное хулиганство, в отличие от ч. 2 ст. 74 УК РСФСР 1926 г., по своему содержанию законодателем несколько редакционно уточнен. Под злостным хулиганством понимались те же действия, совершенные лицом, ранее судимым за хулиганство, связанное с сопротивлением представителю власти либо представителю общественности, выполняющему обязанности по охране общественного порядка, а также хулиганство, совершенное лицом, отличающееся по своему содержанию исключительным цинизмом либо дерзостью. За злостное хулиганство предусматривалось наказание в виде лишения свободы на срок до 5 лет.

В связи с распространенностью хулиганства в стране и усиления борьбы с ним была также установлена уголовная ответственность в ч. 3 ст. 206 УК РСФСР за мелкое хулиганство, совершенное лицом, к которому дважды в течение года применялись меры административного или общественного воздействия за мелкое хулиганство. По ч. 3 ст. 206 УК предусматривалось наказание в виде исправительных работ на срок до 1 года или штраф до 50 руб.^[437]

На активизацию борьбы с преступностью и повышения роли общественности в предупреждении административных правонарушений обращали внимание и высшие судебные инстанции. Так, в Постановлении Пленума Верховного Суда СССР от 26 марта 1960 г. № 2 «О выполнении судебными органами постановлений Пленума Верховного Суда СССР», от 19 июня 1959 г. № 3 «О практике применения судами мер уголовного наказания» и от 19 декабря 1959 г. № 5 «О деятельности судебных органов в связи с повышением роли общественности в борьбе с преступлениями» указывались недостатки судебной практики. При этом особое внимание обращалось на недостаточную практику применения народными судьями указов Президиумов Верховных Советов союзных республик об ответственности за мелкое хулиганство, а также за мелкую спекуляцию. В частности, слабая практика передачи административных материалов на рассмотрение товарищеских судов.^[438]

В условиях развернутого строительства социалистического общества все более нетерпимыми становятся любые антиобщественные проявления, в особенности факты хулиганства, на почве которого совершаются тяжкие и другие преступления.

Существенные изменения в уголовное законодательство и его применение были внесены Указом Президиума Верховного Совета СССР от 26 июля 1966 г. «Об усилении ответственности за хулиганство», который явился важным средством повышения эффективности борьбы с преступностью, в частности с хулиганством, носившим распространенный характер в стране. Указ Президиума Верховного Совета СССР от 26 июля 1966 г. не только усилил ответственность за хулиганство, но и расширил охрану здоровья граждан от посягательств хулиганов и других правонарушителей, предусмотрев два вида ответственности – административную и уголовную.

Административная ответственность наступала только при наличии определенных признаков, предусмотренных правовой нормой. Мелким хулиганством согласно ст. 1 Указа от 26 июля 1966 г. признавалась нецензурная брань в общественных местах, а также оскорбительное приставание к гражданам и другие подобные действия, нарушающие общественный порядок и спокойствие граждан, если эти действия по своему характеру не могут влечь применения уголовного наказания. Мелкое хулиганство предусматривало наказание арест от 10 до 15 суток, или исправительные работы на срок от 1 года до 2 месяцев с удержанием 20 % заработка, либо штраф от 10 до 30 руб.^[439]

Материалы о мелком хулиганстве рассматривались в течение суток начальником органа милиции либо направлялись в народный суд с одновременным доставлением туда задержанного нарушителя. Народный судья рассматривал данные материалы о мелком хулиганстве единолично в течение суток. Лица, подвергнутые аресту за мелкое хулиганство, содержались под стражей в местах, которые определялись органами охраны общественного порядка.

Привлечение к административной ответственности за мелкое хулиганство требовало его разграничивать от уголовно наказуемого хулиганства. На это обстоятельство обращал внимание Пленум Верховного Суда СССР в своем Постановлении от 16 октября 1972 г. «О судебной практике по делам о хулиганстве».