Текст книги "Избранные труды"

Автор книги: Владимир Павлов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 19 (всего у книги 48 страниц)

2. Кардинальные изменения, происходящие в условиях резкого спада экономики и перехода государства к новым рыночным отношениям, обусловили исключение законодателем из Уголовного кодекса РСФСР ряда преступлений, которые изжили себя, по существу являясь «мертвыми» нормами и соответствующим тормозом на пути к рынку, – статьи 152¹, 153, 154, 154¹ и др. Они устанавливали уголовную ответственность соответственно за приписки и иные искажения отчетности о выполнении планов; частнопредпринимательскую деятельность и коммерческое посредничество; спекуляцию; скупку в государственных или в кооперативных магазинах хлеба и других пищевых продуктов для скармливания их скоту и птице.

Прослеживается, несомненно, определенная связь роста некоторых экономических преступлений в общей структуре преступности и криминогенной обстановкой в стране с несовершенством уголовного законодательства и активным влиянием преступных элементов и криминальных структур на все сферы деятельности общества и особенно в области экономики.

Данное положение дел еще раз свидетельствует о необходимости в кратчайшие сроки проведения комплексных социологических и криминологических исследований, которые позволят выявить причины и условия, способствующие росту экономических преступлений, дадут возможность разработать конкретные программы, рекомендации и предложения по их устранению, а также окажут существенное влияние на совершенствование уголовного законодательства для решения узловых проблем в области борьбы с рассматриваемыми преступлениями.

3. Вызывает определенный интерес в обсуждаемой проблеме изучение и всестороннее исследование субъекта экономических преступлений, для которого зачастую характерным является признак паразитизма, связанный с проживанием, как правило, за чужой счет или с извлечением доходов, полученных противоправным путем. При этом сложность его изучения обусловлена большой разнородностью преступлений, посягающих на разнообразные формы собственности, сферы государственного хозяйства в области промышленности, сельского хозяйства, торговли, использования природных богатств, занятия запрещенными промыслами, в области финансов и т. п.

Дальнейшее изучение субъекта экономических преступлений в условиях рыночных отношений актуально еще и потому, что в настоящее время в уголовном законодательстве возникла необходимость возможности постановки вопроса о признании субъектом некоторых преступлений в экономической сфере – юридических лиц, хотя по действующему уголовному законодательству РФ и большинства стран субъектом преступления признается только физическое лицо – человек, т. е. до сих пор остается господствующее суждение о субъекте преступления в уголовном праве.

В связи с этим представляется целесообразным предусмотреть в нашем уголовном законодательстве особый случай уголовной ответственности в отношении юридических лиц. В свою очередь, наряду со штрафом, применяемым к лицам, совершившим преступления, необходимо предусмотреть дифференцированные штрафные санкции в отношении юридических лиц, или уголовное наказание в виде ликвидации юридического лица с последующим запрещением его деятельности на установленный законом срок.

Последние изменения в уголовном законодательстве свидетельствуют не только о необходимости решения этой проблемы, но и показывают динамичность закона в условиях глубоких изменений экономических отношений. Только Законом РФ от 1 июля 1993 года в УК РСФСР глава 6 «Хозяйственные преступления» была дополнена новыми статьями – ст. 154³, 156⁵, 156⁶, 162⁴, 162⁵, которыми предусмотрена уголовная ответственность и наказание за незаконное повышение или поддержание цен; нарушение правил торговли; нарушение государственной дисциплины цен; незаконное предпринимательство и незаконное предпринимательство в сфере торговли. Кроме того, ст. 156 УК с учетом принятого в 1992 году Закона РФ «О защите прав потребителей» значительно редакционно изменена и стала предусматривать ответственность не за обман покупателей и заказчиков, а за обман потребителей.

Установлением новых уголовно-правовых запретов законодатель хоть и упорядочил ответственность за незаконную торговлю и незаконное предпринимательство и т. п., однако об эффективности действия уголовного закона говорить еще рано, так как государство пока не в состоянии осуществлять повсеместный правовой и социальный контроль за субъектами преступлений в области рыночных отношений.

4. Касаясь вопроса правовой защиты форм собственности, а некоторые из них нашли свое новое конституционное закрепление, следует признать достаточно удачным объединение авторами Проекта УК РФ (Министерства юстиции РФ) в одном разделе «Экономические преступления» различных деяний, посягающих на государственную и личную собственность. Предусмотрены в этом разделе и все хозяйственные преступления, что позволяет более четче определить природу экономических преступлений и более эффективней применять данные нормы права.

Однако, если говорить о недостатках рассматриваемого проекта УК РФ, то, как представляется, он требует детальной проработки с точки зрения сегодняшнего дня и, в частности, раздел «Экономические преступления» с учетом уголовно-правовой защиты всех форм собственности, а также устранения старых несуществующих норм – спекуляции, обмана покупателей и заказчиков и, соответственно, разработки новых норм, связанных с уголовно-правовыми гарантиями государства на пути к рыночным отношениям.

5. Наконец, следует сказать о необходимости совершенствования системы уголовных наказаний, которая на данном этапе развития общества требует нового более глубокого осмысления с учетом экономических и политических реалий сегодняшнего дня. Вместе с тем общий рост преступности, в том числе и экономических преступлений, входит в противоречие с устойчиво наметившейся тенденцией на общую гуманизацию уголовного законодательства в стране. Существующая же система наказаний в УК РСФСР в значительной мере устарела и не позволяет достаточно эффективно применяться и выполнять основные цели наказания по исправлению, перевоспитанию осужденных, а также выполнять задачи общей и частной превенции. Вряд ли можно признать удачной и систему наказаний, представленную в проекте УК РФ, опубликованном в 1992 году, о котором выше шла речь.

В связи с этим следует отметить, что система уголовных наказаний, конечно, должна строиться с учетом прогнозирования преступности, криминогенной ситуации (обстановки) в стране, а также экономических и политических условий в обществе, тогда она может быть гибкой, а не аморфной, что позволит ее более эффективней использовать по выполнению основных целей и задач уголовного наказания, а это, в свою очередь, позволит совершенствовать деятельность органов, исполняющих наказание.

Поднятые вопросы представляются актуальными, так как сейчас нет более острой проблемы, чем проблема совершенствования уголовного законодательства в борьбе с экономической преступностью.

О субъекте преступления в русском уголовном праве^[482]

Определенный интерес к проблеме субъекта преступления отмечается в русском уголовном законодательстве уже в первых памятниках древнерусского и феодального права, а также в многочисленных актах Российской империи. Однако в важнейших памятниках права – Русской Правде, Судебнике 1497 г., Судебнике 1550 г. (Ивана IV Грозного), Судебнике царя Федора Ивановича 1589 г. – при указании самого преступного деяния мало что говорится о лице, его совершившем, а порой о субъекте преступления вообще ничего не упоминается. Даже в Уложении царя Алексея Михайловича 1649 г., которое впервые дает классификацию преступных деяний о субъекте практически ничего не говорится. Тем не менее из текстов вышеперечисленных законодательных памятников можно сделать вывод, что преступное деяние рассматривалось уже в то время как проявление индивидуального состояния физического лица, т. е. только человека. Что же касается признания субъектом преступления неодушевленных предметов и животных, то и в кодексе феодального права России – Уложении 1649 г. и в предшествующем законодательстве нашего государства речи вообще не велось.

В законодательстве эпохи Петра I окончательно определяется само понятие преступного деяния. Преступлением признается нарушение указа или закона, за которое следует наказание, предусмотренное самим законом. Например, в Воинских артикулах Петра I речь идет о преступлениях, совершенных военнослужащими или лицами, связанными с армией, но на практике эти артикулы применялись и к гражданскому населению, в частности, за преступления против религии и др. Таким образом, помимо специального субъекта – военнослужащего, речь в данном случае может идти также и об общем субъекте преступления. По Воинскому артикулу Петра Великого 1716 г. в соответствии с главой XV «О сдаче крепостей, капитуляции и аккордах с неприятелем» коллективную уголовную ответственность могли нести целые воинские подразделения и даже полки. Вместе с тем в законодательстве Петровского периода отсутствует конкретность в отношении возрастных особенностей субъекта преступления. Однако следует отметить, что малолетние преступники вместо смертной казни и кнута наказывались плетьми, отсылались в монастыри под караул и покаяние, а при наличии малой вины их били розгами.

Указом императрицы Елизаветы Петровны 1765 г. было определено лиц моложе 17 лет, совершивших тяжкие преступления, представлять в Сенат, где с ними разбирались по мере их вины, а малолетние, совершившие преступления до 10 лет, считались невменяемыми, остальные преступники от 10 до 16 лет наказывались розгами. Данное положение императрицы нашло отражение в дальнейших указах, в частности было закреплено в Своде законов Российской империи 1832 г., вступившем в силу с 1 января 1835 г.

По Своду законов 1832 г. из ст. 126 вытекает, что субъектом преступления признается малолетнее лицо, достигшее возраста 10 лет. В свою очередь, не признается субъектом преступления лицо, совершившее преступление в невменяемом состоянии (ст. 136 Свода законов).

Шагом вперед в совершенствовании уголовного законодательства России явилось Уложение о наказаниях уголовных и исправительных от 15 августа 1845 г. Особо следует заметить, что в Уложении более четко определены признаки субъекта преступления, касающиеся возраста и вменяемости. Например, согласно ст. 100 дети, не достигшие 7-летнего возраста и не имеющие достаточного понятия о своих деяниях, не подлежали наказанию как за преступления, так и за проступки и отдавались родителям, опекунам и родственникам для воспитания и исправления. Следовательно, субъектом преступления по Уложению 1845 г. в силу ст. 144 признавалось физическое вменяемое лицо в возрасте 10 лет. Наказание же, которое применялось к лицам, совершившим преступление в возрасте от 10 до 14 лет, при этом смягчалось. Аналогичные возрастные критерии, позволяющие решать вопросы привлечения лица к уголовной ответственности и наказанию, предусмотрены и в Уложении 1885 г. в ст. 94 и 137–140. Однако Уложение 1845 г., наряду с ранее рассмотренными артикулами Петра I, также считало в некоторых случаях возможной коллективную ответственность физических лиц (ст. 561, ст. 1224).

Таким образом, в русском уголовном праве можно встретить примеры коллективной ответственности физических лиц, когда они признавались субъектом преступления.

Уголовное уложение от 22 марта 1903 г. является крупнейшим законодательным актом Российской империи в области уголовного права. Уложение 1903 г., непосредственный вклад в разработку которого внес профессор Н. С. Таганцев, явилось важным событием в общественно-политической жизни России. При этом вопросы, касающиеся субъекта преступления, нашли в нем достаточно четкое отражение. Само понятие преступления сформулировано более лаконично и не противопоставляется проступку, как это имело место в ст. 1 Уложения 1885 г.

Не является субъектом преступления по данному Уложению лицо, не достигшее 10-летнего возраста, так как оно считается малолетним и не может в полном объеме осознавать содеянное. Не является субъектом преступления лицо, совершившее преступное деяние, когда оно не осознавало своих действий и не могло руководить ими, т. е. было невменяемо. Таким образом, субъектом преступления по Уложению 1903 г., как и по предшествующему законодательству (Уложению 1845 г.), признавалось физически вменяемое лицо, достигшее установленного законом возраста.

В заключение следует сказать, что беглый обзор исторических памятников русского права и уголовного законодательства Российской империи не мог дать полного и объемного представления рассматриваемой проблемы. Однако он привел автора к твердому убеждению о проведении дальнейших, более углубленных исследований по изучению субъекта преступления как в действующем, так и в зарубежном уголовном законодательстве.

Признаки субъекта преступления в уголовном праве скандинавских стран и Финляндии^[483]

На развитие экономических, социальных, культурных отношений и права скандинавских стран и Финляндии достаточно сильно сказалось общеевропейское влияние. Однако наибольшее завоевание, например, Дании, Норвегии, Швеции и Финляндии как в прошлом, так и в настоящем является их тесное сотрудничество в области уголовного права. Причем на ранних стадиях уголовное право в этих странах в большинстве своем развивалось благодаря практике, так как многие институты общей части уголовного права либо отсутствовали, либо находили в уголовных законах слабое свое отражение. Датский свод законов от 15 апреля 1683 г., являющийся большим законодательным произведением Кристиана V, общей части как таковой не содержал, в связи с чем и отсутствуют в нем различные институты уголовного права, а также положения, касающиеся субъекта преступления (возраст, вменяемость и т. д.). Много общего с датским законом имел и уголовный Закон 1734 г. Швеции, нормы которого действовали до 1864 г. В сфере уголовного права продолжительный период времени действовали довольно жесткие нормы Закона 1734 г. Финляндии. При этом и в Норвегии, и в Швеции в уголовном законодательстве в определенные периоды времени наблюдается ярко выраженная тенденция к усилению наказаний к лицам, совершившим преступные деяния.

Если говорить более конкретно о проблеме субъекта преступления в уголовном праве скандинавских стран и Финляндии, то она в этих государствах решалась по-разному. Так, достижение определенного возраста как одного из необходимых условий привлечения к уголовной ответственности лица, совершившего преступление, в указанных странах имеет много общего. Однако возраст, как основной признак субъекта преступления, в Дании, Норвегии, Швеции и Финляндии в различные периоды этих стран колебался и определялся достаточно сложно. Так, например, по Уголовному кодексу Дании 1866 г. субъектом преступления признавалось физическое лицо, достигшее возраста 10 лет. Однако Законом «О некоторых изменениях в уголовном законодательстве» от 1 апреля 1905 г. в связи с повышением возраста уголовной ответственности им стало 14-летнее лицо. В свою очередь, принятый 15 апреля 1930 г. Гражданский уголовный кодекс Дании, содержащий обстоятельную Общую часть, признал уже субъектом преступления лицо, совершившее преступление в возрасте 15 лет. Однако по норвежскому Уголовному кодексу 1902 г. субъектом преступления признается лицо в возрасте 14 лет. Вместе с тем как в Дании, так и по Уголовному кодексу 1962 г. Швеции и ранее действовавшему (УК 1864 г.) субъектом преступления является несовершеннолетнее лицо 15-летнего возраста. Аналогичный возраст, с которого лицо признается субъектом преступления – 15 лет, установлен и в Уголовном кодексе 1889 г. (гл. 3, § 1) Финляндии, где прямо записано: «Деяния, совершенные детьми до достижения ими 15 лет, не влекут наказания».

Другим признаком субъекта преступления рассматриваемых стран является вменяемость. Так, по УК Дании 1930 г. действия лиц, являющихся невменяемыми вследствие душевной болезни, не подлежат уголовному наказанию. А вот Уголовный кодекс Швеции 1962 г., вступивший в силу 1 января 1965 г., не содержит понятия невменяемости.

Что же касается рассматриваемого признака субъекта преступления по уголовному законодательству Финляндии, то институт уменьшенной вменяемости сформулирован, а точнее нашел свое отражение в УК 1889 г. (в гл. 3, § 4). По Норвежскому УК 1902 г. к психически неполноценным лицам, совершившим преступления, применяются наказания, предусмотренные в уголовном законе.

Вышеизложенное позволяет предполагать, что субъектом преступления по уголовному праву рассмотренных стран признавалось и признается физическое лицо – человек, что нельзя сказать в отношении некоторых государств европейского континента и англосаксонских стран (США, Англии и др.), в которых субъектом преступления может быть признано юридическое лицо.

Проблемы уголовно-правовой реформы в России^[484]

Наше государство более полутора лет назад получило систематизированный уголовный закон, который прошел достаточно сложный и трудный путь к моменту вступления его в силу 1 января 1997 г. Предшествовавший ему Уголовный кодекс РСФСР 1960 г. и другие законодательные акты, содержащие уголовно-правовые нормы, принятые более 3 с половиной десятилетий назад, в значительной степени устарели и не отвечали коренным изменениям и преобразованиям, происходящим во всех сферах жизнедеятельности общества и государства.

При этом следует отметить, что многие уголовно-правовые нормы не только устарели, но и утратили свою силу, другие не действовали с момента их принятия, а это создавало для правоприменительных органов и общественности определенные трудности в борьбе с преступностью и порождало в сознании правонарушителей безнаказанность за совершенные преступления. В УК РСФСР 1960 г. имелись нормы, которые противоречили друг другу, а некоторые из них не соответствовали международным правовым документам о правах человека.

Другим немаловажным обстоятельством, обусловившим принятие нового Уголовного кодекса РФ, явилось внесение законодателем, особенно за последние годы, многочисленных изменений и дополнений, которые сделали громоздким Уголовный кодекс РФ и затруднили его использование, а также отрицательно повлияли на систематизацию уголовного законодательства в целом. В УК РСФСР 1960 г. за период его существования было внесено более 500 различных изменений и дополнений.

В свою очередь, другой важной причиной уголовно-правовой реформы явилось и то, что старое законодательство уже не могло успешно применяться и быть действенным оружием в борьбе с современными формами и видами преступности, которая в качественном отношении существенно изменилась. Так, например, появились новые для нашего общества виды опасных преступлений (терроризм, вандализм, пиратство, преступления в сфере компьютерной информации, а также ряд преступлений против мира и безопасности человечества: геноцид, экоцид, наемничество и др.), что предопределило разработку и создание новых уголовно-правовых новелл, которые и нашли свое законодательное разрешение в Уголовном кодексе России.

Из содержания и структуры нового уголовного закона вытекают главные задачи, направленные на обеспечение охраны и защиту основных прав и свобод интересов личности, человека и гражданина, конституционного строя: равная охрана всех форм собственности, общественного порядка и общественной безопасности, борьба с преступностью во всех ее проявлениях и др. Вот далеко не полный перечень основных направлений в борьбе с преступностью, которые стоят перед Уголовным кодексом РФ. При этом новый уголовный закон в отличие от УК РСФСР 1960 г., более конкретен и лаконичен в определении различных видов преступлений и решении вопросов, связанных с назначением и освобождением от наказания, основанных на наиболее важных принципах уголовного права, которые нашли свое законодательное закрепление в ст. 3–7 УК РФ.

Вместе с тем, хотя прошло около двух лет с начала действия Уголовного кодекса России 1996 г., возникает правомерный вопрос: отвечает ли ныне действующее уголовное законодательство современным условиям, т. е политическим, экономическим, социальным реалиям и вообще духу времени?

В процессе применения уголовного законодательства, наряду со многими его достоинствами, имеют место и определенные недоработки, которые создают серьезные проблемы для судебно-следственной практики в решении вопросов борьбы с преступностью.

1. Например, в соответствии с Федеральным законом РФ от 24 мая 1996 г. к лицам, осужденным к наказаниям в виде обязательных работ и ареста, они могут применяться судом только после создания соответствующих условий для их исполнения, однако не позднее 2001 г. (ст. 4 этого Закона). Аналогичная ситуация складывается с применением уголовного наказания – пожизненного лишения свободы (ст. 57, 71). По существу, обязательные работы как новый вид наказания для отечественного уголовного права, представляющий собой выполнение осужденным в свободное от основной работы или учебы время бесплатных общественно полезных работ (от 60 до 240 часов), которые определяются органами местного самоуправления, блокирован Федеральным законом РФ до 2001 г., так как условия для его выполнения в стране не созданы.

Лихорадочность и поспешность, с которой осуществлялась в России вся судебная реформа, в том числе и уголовно-правовая, создает дополнительные трудности в применении и самого уголовного закона, который, несмотря на свою новизну, постоянно изменяется и дополняется.

Даже ст. 14, которая раскрывает понятие преступления Федеральным законом от 20 мая 1998 г., подверглась некоторым изменениям. При этом ст. 194 – уклонение от таможенных платежей, ст. 198 – уклонение граждан от уплаты налога, ст. 199 – уклонение от уплаты налогов с организаций изложены указанным законом вообще в новой редакции.

Внес существенные дополнения в Уголовный кодекс РФ и Федеральный закон РФ от 9 июня 1999 г. (ст. 171¹ – производство, приобретение, хранение, перевозка или сбыт немаркированных товаров и продукции; ст. 327¹ – изготовление, сбыт поддельных марок акцизного сбора, специальных марок или знаков соответствия либо их использование, ст. 238 и др.).

Все это свидетельствует об отсутствии стабильности в уголовном законодательстве, что порождает, в свою очередь, разнообразность его толкования и сложность применения уголовного закона на практике.

В связи с этим возникает проблема с непосредственным анализом уголовного закона в современных условиях самим законодателем, а также с осуществлением более активной законодательной деятельности, направленной на борьбу с терроризмом, коррупцией, заказными убийствами и другими тяжкими и особо тяжкими преступлениями.

В последние годы представление о России как об одной из наиболее коррумпированных стран существует и в мировом общественном мнении. Но, к сожалению, давно подготовленный проект Закона «О коррупции» надолго застрял в недрах Государственной Думы. А ведь с его принятием в уголовное законодательство придется вносить серьезные изменения, и это прекрасно понимают не заинтересованные в этом некоторые депутаты Государственной Думы.

Другая проблема, связанная с реформой уголовного законодательства, – это постановка вопроса об уголовной ответственности юридических лиц, которая уже давно существует в зарубежном уголовном праве (Англии, США, Италии, ФРГ, Нидерландов и других стран).

Данная проблема требует своего изучения и исследования, а также разрешения представителями юридических лиц в условиях рыночных отношений с учетом криминогенной обстановки в стране и роста преступлений.

Проблемы уголовно-правовой реформы в России обусловлены еще и несогласованностью проводимых мероприятий в этом направлении, имеется в виду разработка, обсуждение и принятие смежных отраслей права – уголовно-процессуального и уголовно-исполнительного. Правда, Уголовно-исполнительный кодекс РФ уже принят и действует с 1 июля 1997 г., а вот судьба Уголовно-процессуального кодекса РФ еще не определена.

Таким образом, трудности и проблемы возникают на практике уже потому, что все указанное законодательство разрабатывалось и принималось не одним пакетом, а врозь. До сих пор никто не может сказать, когда же будет принят УПК РФ, который отвечал бы современным требованиям.

В настоящее время теория и практика показали необходимость уточнения законодателем основных институтов уголовного права и более четкого их выражения и закрепления в законе, таких как уголовная ответственность, наказание, соучастие и др. применительно к новым условиям борьбы с преступностью.

Большие проблемы возникают на практике и с институтами невменяемости (ст. 21 УК РФ), и с так называемой уменьшенной вменяемостью (ст. 22), под которой понимается уголовная ответственность лиц с психическим расстройством, не исключающим вменяемости.

Проституция как социально негативное явление, уже давно признанное на официальном уровне, до сих пор не имеет уголовно-правового запрета. Ответственность за занятие проституцией предусмотрена в административном порядке (ст. 164² КоАП РСФСР) в виде штрафа в размере до 100 руб., а те же действия, совершаемые повторно в течение года после наложения административного взыскания, влекут штраф в размере до 200 руб., хотя ст. 151 УК РФ предусматривает уголовную ответственность за вовлечение несовершеннолетних в занятие проституцией, а ст. 240 УК РФ – за вовлечение в занятие проституцией путем применения насилия или угрозы его применения.

Действующее в настоящее время уголовное законодательство требует более четкого определения понятия должностного лица, которое слишком громоздко и порождает на практике неоднозначное его понимание.

Как уже было отмечено, нестабильность уголовного законодательства создает на местах много проблем. Особо следует отметить, что данное обстоятельство не только не позволяет гражданам знакомиться и изучать действующее уголовное законодательство, но и препятствует даже специалистам своевременно отслеживать все многочисленные изменения и дополнения в уголовном законе. Да и сам процесс опубликования этих новшеств порой растягивается от 1 до 3 месяцев, а то и больше.

Я остановился на некоторых общих и частных проблемах реформы уголовного законодательства в России. В заключение считаю необходимым еще раз подчеркнуть, что, несмотря на определенные положительные моменты уголовно-правовой реформы, она проходит болезненно и с большим трудом, а это, в свою очередь, влияет на эффективность действия уголовного законодательства и выполнение правоприменительными органами своей основной задачи – борьбы с преступностью.

Социально негативные явления как проблемы на пути дальнейшего развития России^[485]

Исходя из темы научной конференции, представляется целесообразным рассмотреть социологические проблемы современности через призму проблем социального развития Российского общества и государства. Развитие любого общества на земле невозможно без его преобразования, без проведения и осуществления прогрессивных реформ на различных этапах его существования.

Наиболее важными и насущными являются проблемы социальные. Характерно это и для России, идущей по своему трудному, самобытному пути развития. Существенные изменения и преобразования за последние годы в социально-экономической, политической, а также других сферах жизнедеятельности общества обусловливают необходимость более углубленного изучения различных социальных проблем, проявляющихся в российском обществе.

Важным направлением в решении проблем социального развития России на современном этапе является проведение систематических и целенаправленных мероприятий по предупреждению и полному искоренению социально негативных явлений, возникших в недрах общества и имеющих тесную связь с преступностью. При этом все эти явления: пьянство, наркотизм, безработица, социальный паразитизм, проституция и другие – представляют собой, как правило, конкретное человеческое поведение, а оно обусловлено социально-экономическими, политическими, нравственными, культурными и другими характеристиками общества на определенных этапах его развития. Поэтому социально негативные явления вряд ли можно рассматривать изолированно или обособленно, так как они самым непосредственным образом связаны с внутренними процессами, происходящими как в обществе, так и в государстве, представляя собой специфические акты поведения людей.

Социально негативные явления представляют собой достаточно пестрый спектр различных правонарушений и антиобщественного поведения. В основу их классификации могут быть положены самые различные критерии: общественная опасность, наличие устойчивой антиобщественной установки или негативных потребностей, общего отрицательного отношения к правовым запретам, нормам морали, ценностным ориентациям, неуважения к людям, обществу, к общественному порядку и т. п. Антиобщественное поведение людей, как правило, служит исходной базой для совершения преступлений и представляет собой единый и непрерывный процесс правонарушения.

Среди различных видов социально негативных явлений (девиантного поведения) наиболее распространенным и достаточно живучим является пьянство, которое представляет серьезную опасность как для всего общества, так и для граждан. Потребление населением алкогольных напитков причиняет государству серьезный ущерб и является причиной совершения самых различных правонарушений. В свою очередь, алкоголизм как следствие злоупотребления спиртными напитками представляет собой болезненное влечение к ним и характеризуется как физиологической, так и психологической зависимостью от них.

В связи с этим следует отметить, что криминальная напряженность в обществе усугубляется не только общей алкоголизацией населения, в частности преступного элемента, она напрямую связана и с совершением лицами в состоянии алкогольного опьянения убийств, грабежей, разбоев, изнасилований, актов хулиганства и других тяжких и особо тяжких преступлений. Широкое распространение получило, особенно в последние годы, пьянство среди молодежи, а многие учащиеся среднеобразовательных школ начинают употреблять спиртные напитки уже в 14–16 лет, затем часть из них бросает учебу, не проявляя какого-либо интереса и к общественно полезному труду. В последние годы резко участились случаи управления транспортом лицами в состоянии алкогольного опьянения. Они виновники каждого четвертого дорожно-транспортного происшествия. Вместе с тем рост транспортных правонарушений в какой-то степени объясняется и отменой в свое время уголовной ответственности за управление транспортным средством в состоянии опьянения (ст. 211¹), которая была исключена из УК РСФСР 1960 г. Отсутствует специальная норма и в действующем УК РФ 1996 г.