Текст книги "Избранные труды"

Автор книги: Владимир Павлов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 48 страниц)

В нем указывалось, что суды не должны допускать случаев привлечения к административной ответственности за мелкое хулиганство лиц, действия которых содержат признаки каких-либо преступлений (самоуправство, оскорбление, нанесение побоев или легких телесных повреждений и т. п.).^[440]

Указ Президиума Верховного Совета СССР от 26 июля 1966 г. уточнил также уголовную ответственность за простое и квалифицированное хулиганство. Согласно редакции данного Указа ч. 1 ст. 206 УК РСФСР определяла, что хулиганством являются «умышленные действия, грубо нарушающие общественный порядок и выражающие явное неуважение к обществу, а равно мелкое хулиганство, совершенное лицом, к которому в течение года была применена мера административного воздействия за мелкое хулиганство». Наказывалось простое хулиганство лишением свободы на срок от 6 месяцев до 1 года, либо исправительными работами на тот же срок, или штрафом от 30 до 50 руб.^[441]

Таким образом, ч.1 ст. 206 УК РСФСР содержала как бы два вида состава преступления, объективные признаки которых существенно различаются: 1) грубое нарушение общественного порядка и 2) повторное мелкое хулиганство, совершенное после применения в течение года мер административного воздействия.

Наряду с основным составом, предусмотренным в диспозиции ч. 1 ст. 206 УК РСФСР, в соответствии с Указом Президиума Верховного Совета СССР от 26 июля 1966 г., было предусмотрено и два квалифицированных вида хулиганства – злостное (ч. 2 ст. 206 УК) и особо злостное (ч. 3 ст. 206 УК). Для квалифицированных видов преступлений необходимо наличие общих признаков состава хулиганства, изложенных в ч. 1 ст. 206 УК РСФСР.

Согласно ч. 2 ст. 206 УК РСФСР в редакции Указа Президиума Верховного Совета СССР от 26 июля 1966 г. под злостным хулиганством понимались те же действия, которые по своему содержанию отличались исключительным цинизмом либо особой дерзостью, а также связанные с сопротивлением представителю власти или представителю общественности, которые выполняли обязанности по охране общественного порядка, либо другим гражданам, пресекающим хулиганские действия, или совершенные лицом, которое ранее было судимо за хулиганство. Наказание за данный вид хулиганства предусматривало лишение свободы на срок от 1 года до 5 лет.^[442]

Злостными (ч. 2 ст. 206 УК РСФСР) хулиганские действия признавались, если они были сопряжены хотя бы с одним из квалифицирующих признаков, предусмотренных данной статьей. Следовательно, для квалификации хулиганства по ч. 2 ст. 206 УК РСФСР достаточно было установить наличие указанных в законе альтернативных признаков:

1) исключительный цинизм;

2) особую дерзость;

3) сопротивление представителю власти, общественности или гражданам;

4) наличие судимости за хулиганство.

Необходимо отметить, что злостное хулиганство, по сравнению с аналогичной ст. 206 УК РСФСР в более ранней редакции, законодатель несколько уточнил, введя дополнительные термины «особая» дерзость, а также когда оказывается сопротивление еще и «иным гражданам», а не только представителю власти и представителю общественности.

Уголовная ответственность за особо злостное хулиганство в соответствии с Указом Президиума Верховного Совета СССР от 26 июля 1966 г. предусмотрена ч. 3 ст. 206 УК РСФСР. Согласно данной статье особо злостным хулиганством признаются действия, предусмотренные ч. 1 и 2 ст. 206 УК РСФСР, если они совершены с применением либо попыткой применения огнестрельного оружия или ножей, кастетов, а также другого холодного оружия, а равно иных предметов, которые специально приспособлены для нанесения каких-либо телесных повреждений. Совершение данного квалифицированного вида хулиганства предусматривало наказание лишение свободы на срок от 3 до 7 лет.^[443]

Выделение законодателем в особый вид хулиганства с применением оружия и других подобных ему предметов, вероятно, преследовало цель усиления борьбы с наиболее опасными хулиганскими проявлениями и обеспечения более действенной защиты граждан от преступных посягательств.

Дела о хулиганстве, по которым обязательно было производство дознания или предварительного следствия, рассматривались в судебном заседании, как правило, в десятидневный срок с момента поступления их в суд. При этом в отношении лиц, задержанных за хулиганские действия, до рассмотрения дела в суде обычно применялась мера пресечения содержание под стражей.

Таким образом, Указ Президиума Верховного Совета СССР от 26 июля 1966 г. впервые предусмотрел уголовную ответственность за хулиганство общесоюзным законом, текст которого вошел в соответствующие статьи уголовных кодексов союзных республик.

В последующие годы данный Указ Президиума Верховного Совета СССР от 26 июля 1966 г. постоянно совершенствовался и в него законодателем систематически вносились соответствующие изменения и дополнения. Так, например, вскоре были приняты Указы Президиума Верховного Совета СССР от 8 февраля 1977 г., от 5 июня 1981 г., от 15 октября 1982 г., от 21 января 1985 г. и от 16 мая 1985 г.^[444] и Указы Президиума Верховного Совета РСФСР от 4 августа 1966 г., от 11 марта 1977 г. и от 3 декабря 1982 г.^[445]

На основании указанного законодательства соответствующие изменения и дополнения вносились в ст. 206 УК РСФСР, предусматривающую уголовную ответственность за хулиганство.

Важное значение по единообразному применению уголовного закона по борьбе с хулиганством имели рекомендации высших судебных инстанций Пленумов Верховного Суда СССР и РСФСР.

Так, Пленум Верховного Суда СССР в Постановлении от 16 октября 1972 г. «О судебной практике по делам о хулиганстве» разъяснял судам, что в практике применения судами законодательства об ответственности за хулиганство имеют место недостатки, которые снижают борьбу с этим преступлением. При этом многие суды не соблюдают требований закона о назначении наказания, а также не учитывают общественную опасность преступного деяния, обстоятельства дела и личность виновного лица.^[446]

Ориентировал суды на усиление борьбы с хулиганством и Пленум Верховного Суда Российской Федерации в постановлении «О судебной практике по делам о хулиганстве» от 24 декабря 1991 г., в котором отмечалось, что хулиганство продолжает оставаться опасным и распространенным правонарушением, посягающим на общественный порядок, спокойствие граждан и достаточно часто приводит к совершению более тяжких преступлений.^[447]

Руководящие указания высших судебных инстанций были направлены не только на усиление борьбы с хулиганством во всех его проявлениях, но и позволяли выявлять недостатки в судебно-следственной практике, связанные с решением вопросов уголовной ответственности и применением наказания в отношении данной категории лиц.

Вместе с тем активизация борьбы с хулиганством в 90-е годы требовала и дальнейшего совершенствования уголовного законодательства в этом направлении как на федеральном, так и на региональном уровнях в стране. В связи с этим следует отметить, что в редакции законов РФ от 20 октября 1992 г. и от 29 апреля 1993 г. ч. 1 ст. 206 УК РСФСР определяла хулиганство как «умышленные действия, грубо нарушающие общественный порядок и выражающие явное неуважение к обществу».^[448] При этом последние редакции ст. 206 УК РСФСР 1960 г. носили уточняющий характер и мало чем отличались от предшествующих не только основного состава (ч. 1 ст. 206 УК), но и квалифицированных видов злостного (ч. 2 ст. 206 УК) и особо злостного (ч. 3 ст. 206 УК) хулиганства.

С принятием 24 мая 1996 г. Государственной Думой нового уголовного закона состав хулиганства (ст. 213 УК РФ) значительно изменился, особенно это касается простого (ч. 1 ст. 213 УК) и злостного хулиганства (ч. 2 ст. 213 УК).

Постоянные изменения и дополнения законодательства, регламентирующего уголовную ответственность и наказание за хулиганство на различных этапах развития нашего государства, свидетельствует о том, что данное преступление носит распространенный характер, является основой для совершения тяжких и особо тяжких преступлений, а также вызывает большие трудности как в его понимании, так и при квалификации хулиганских действий.

Вместе с тем важное значение для единообразного применения закона о хулиганстве имеют совершенствование уголовного и административного законодательства, а также судебной практики, что будет способствовать более эффективному предупреждению данного преступления в стране.

Понятие и значение объекта хулиганства^[449]

Проблема объекта преступления в науке уголовного права является наиболее сложной в общем учении о составе преступления и всегда вызывает определенные трудности в ее понимании. Поэтому теория объекта преступления вызывает со стороны исследователей в области уголовного права дальнейший интерес, так как и в настоящее время она понимается по-разному.

В отечественной уголовно-правовой литературе объект преступления многими авторами рассматривался в основном как общественные отношения, охраняемые уголовным законом, которым при совершении преступления причиняется какой-либо вред.

По существу, признание общественных отношений объектом преступления является приоритетным не только в теории уголовного права, но и в современном российском уголовном законодательстве. Не случайно проблеме объекта преступления в науке уголовного права посвящены как фундаментальные труды, так и многочисленные статьи и другие исследования ученых-юристов.^[450]

Впервые в отечественном уголовном законодательстве, в частности в Руководящих началах по уголовному праву РСФСР, было сформулировано положение, согласно которому объектом преступных посягательств являются общественные отношения. К такому выводу пришел на основе анализа данного законодательного акта профессор А. А. Пионтковский, который в одном из первых учебников по уголовному праву писал о том, что, исходя из общего учения о преступлении, объектом всякого преступления следует считать общественные отношения, охраняемые всем аппаратом уголовно-правового принуждения.^[451]

При этом позиция авторов, признающих, что нормы советского права являются объектом посягательства, подвергалась, в частности, критике А. Н. Трайниным, который писал, что объектом всякого посягательства является то, чему такое посягательство причиняет или пытается причинить вред. Вместе с тем уголовно-правовая норма ущерба терпеть не может.^[452] Аналогичной точки зрения в этом вопросе придерживались Г. А. Кригер, М. И. Федоров и другие известные ученые советского периода.

Признание общественных отношений объектом преступных посягательств было в дальнейшем поддержано В. Н. Кудрявцевым, Н. И. Коржанским, Б. С. Никифоровым и др. Так, например, В. Н. Кудрявцев в своей известной монографии отмечал, что объектами преступлений, предусмотренных уголовным законодательством, являются общественные отношения.^[453]

Наряду с общепринятой точкой зрения в отечественном уголовном праве, что общественные отношения являются объектом преступных посягательств, существует и иная. Так, например, ряд ученых, в частности А. В. Наумов,^[454] А. В. Пашковская,^[455] И. Упоров^[456] и др., считают, что объектом преступления следует считать важнейшие социальные интересы и блага, которые охраняются уголовным законом от преступных посягательств. Представляется, что данная точка зрения несколько спорна, но имеет право на свое существование.

Не могут рассматриваться в качестве объекта преступления люди и вещи. Так, например, вещь, пока она не вовлечена в сферу отношений людей, нейтральна, так как находится вне интересов общества. Всякое преступление, как отмечал Н. И. Коржанский, прямо, а не косвенно, посягает на общественные отношения. В противном случае мы не обязаны констатировать о наличии другого объекта посягательства, не являющегося общественным отношением.^[457]

Понятие объекта преступления как общественные отношения позволяет в теории и практике использовать его в качестве универсального инструмента для квалификации общественно опасных деяний. При этом правильное определение объекта преступления позволяет раскрыть, как правило, юридическую природу деяния, определить его содержание и форму, а также установить круг субъектов, отграничить это деяние от других преступлений и иных правонарушений, которые имеют различную общественную опасность и свою значимость.

Различная квалификация похожих преступлений, по существу, определяется различием конкретных общественных отношений, которые выступают объектом данных посягательств.

Общественные отношения в целом характеризуются как отношения между людьми, в какие бы сложные формы они ни воплощались. При этом особо следует заметить, что само существование человека как личности может иметь место лишь в рамках определенной системы общественных отношений.

Объект преступления, являясь одним из элементов состава преступления, имеет важное значение при решении вопросов уголовной ответственности. Поэтому по объекту определяется социальная сущность любого общественно опасного деяния.

В науке уголовного права на основе анализа уголовного законодательства разработаны методологические основы классификации объектов, которые группируются по «вертикали» и по «горизонтали». По «вертикали» в теории уголовного права объекты принято подразделять на общий, родовой, видовой и непосредственный. Классификация по «горизонтали» в основном осуществляется на уровне непосредственного объекта. При этом обычно выделяют три вида непосредственного объекта: основной, дополнительный и факультативный.

Общим объектом преступления, как правило, охватывается вся совокупность наиболее важных общественных отношений, которые охраняются уголовным законом (ст. 2 УК РФ). Теория уголовного права использует понятие общего объекта для раскрытия природы и сущности преступного деяния. Общий объект дает возможность разграничивать преступление от других правонарушений.

Родовой объект представляет собой группу однородных общественных отношений, на которые посягает преступление. Как правило, на родовой объект указывает название раздела Особенной части УК РФ. Родовые объекты отличаются между собой как по содержанию, так и по значимости общественных отношений.

Видовой объект объединяет группу общественных отношений одного вида, на которые посягает преступление. Он соотносится с родовым объектом, как часть с целым, в разделах Особенной части УК РФ по видовому объекту выделены главы, которые имеют соответствующее название.

Непосредственный объект представляет собой конкретное общественное отношение, против которого направлено преступление. Непосредственный объект составляет часть общего, родового и видового объектов. Поэтому особенности каждого преступного деяния определяются, как правило, характером и сущностью непосредственного объекта этого посягательства.

Установление непосредственного объекта преступления имеет важное уголовно-правовое значение не только для определения общественной опасности преступления, но и для осуществления правильной квалификации содеянного. По признакам основного непосредственного объекта нормы включаются в разные главы Уголовного кодекса.

Дополнительным непосредственным объектом обычно является общественное отношение, которому, наряду с основным, также причиняется вред. Например, при совершении разбоя (ст. 162 УК РФ) основным непосредственным объектом будет собственность, а дополнительным непосредственным объектом данного преступления выступает здоровье потерпевшего.

Факультативным объектом признается общественное отношение, которому в некоторых случаях при совершении преступления причиняется вред. В качестве факультативного объекта в некоторых преступлениях может выступать клевета (ст. 129 УК РФ), оскорбление (ст. 130 УК РФ) может быть, но может и не быть.

Нас в большей степени будет интересовать непосредственный объект хулиганства (ст. 213 УК РФ), который в настоящее время требует своего дальнейшего изучения и уточнения, так как понимается и в настоящее время учеными неоднозначно.

Если обратиться к более ранним работам советских ученых, то в них можно отметить разные точки зрения по поводу объекта хулиганства.

Любое преступление, в том числе и хулиганство, всегда связано с нарушением тех или иных общественных отношений, которым причиняется определенный вред. Само же определение общественных отношений, т. е. объекта преступления, в частности хулиганства, как уже раньше было отмечено, имеет большое значение для решения вопроса о правильной квалификации содеянного.

Вопрос об объекте хулиганства до настоящего времени в уголовно-правовой литературе является дискуссионным. В 40–50-х годах среди ученых того времени наиболее распространенной была точка зрения, что объектом хулиганства являются правила или условия социалистического общежития.^[458]

Данная точка зрения в целом не противоречила позиции, которую занимал и Пленум Верховного Суда СССР в своем постановлении от 29 апреля 1939 г. «О судебной практике по делам о хулиганстве». Пленум указывал, что «хулиганство в условиях социалистического общества представляет собой посягательство на правила социалистического общежития».^[459] На тот период времени такое понимание объекта хулиганства как бы в целом отвечало идеям и правилам социалистического общежития, которым в обществе придавалось большое значение в новых условиях развития советского государства.

В юридической литературе высказывались в то время и другие точки зрения на объект хулиганства, который подвергался обсуждению и более широкому пониманию общественных отношений при совершении данного преступления. Речь в данном случае шла о двуобъектности хулиганства.

Некоторые юристы считали наряду с правилами социалистического общежития вторым объектом хулиганства общественную безопасность, а также личность и отношения социалистической собственности.^[460]

Вместе с тем большинство ученых впоследствии стали придерживаться точки зрения, что основным непосредственным объектом хулиганства является общественный порядок. Данная точка зрения нашла свое широкое отражение не только в уголовно-правовой литературе,^[461] но и подтверждение в законодательстве с принятием Указа Президиума Верховного Совета СССР от 26 июля 1966 г. «Об усилении ответственности за хулиганство».

В современной юридической литературе большинство авторов высказывают также мнение, что объектом хулиганства необходимо признать общественный порядок,^[462] хотя имеют место и другие точки зрения, например здоровье, телесная неприкосновенность личности, честь и достоинство, общественная безопасность, собственность.^[463]

Если говорить об общественном порядке в широком смысле слова, т. е. о взаимоотношениях граждан между собой и обществом, то различные виды грубого нарушения установленных правил поведения выходят за пределы состава хулиганства. Объект хулиганства как общественный порядок необходимо конкретизировать в рамках самого состава, так как на это прямо указано в диспозиции закона (ч. 1 ст. 213 УК РФ). Если же составом хулиганства не охватывается причинение вреда другим объектам, например причинение вреда здоровью при совершении хулиганства, необходима дополнительная квалификация по статьям УК РФ, устанавливающим ответственность за преступления против личности.

Понятие общественного порядка как объекта хулиганства в уголовно-правовой литературе дается по-разному. Так, например, А. В. Куделич под общественным порядком понимает систему отношений, складывающихся в обществе на основе как добровольного, так и принудительного соблюдения членами общества норм права, морали, религиозных и других общепринятых правил поведения.^[464] По мнению В. И. Радченко, под общественным порядком понимается сложившийся в обществе между людьми комплекс отношений, обеспечивающий общественное спокойствие, неприкосновенность личности и собственности, а также нормальное функционирование объекта хулиганства и общественных институтов.^[465]

С точки зрения объекта хулиганства данное понятие общественного порядка, как и у А. В. Куделича, толкуется достаточно широко. На таких же позициях стоял и Д. В. Ривман, утверждавший, что общественный порядок представляет собой систему принятое в обществе правил поведения, отношения между людьми, которые установлены законодателем, а также обычаями, традициями и нравственными нормами.^[466] Аналогичной точки зрения в этом вопросе придерживается также А. В. Бриллиантов, считающий, что под общественным порядком следует понимать сложившуюся в обществе на основе правовых, социальных норм, норм морали и этики, норм общежития, обычаев и традиций систему общественных отношений, обеспечивающую правильное, принятое в обществе поведение каждого индивида в сфере публичных взаимоотношений, которые обеспечивают нормальные условия жизни и деятельности граждан, а также функционирования институтов общества и государства.^[467]

Представляется, что вышеприведенные понятия общественного порядка как объекта хулиганства требуют некоторого уточнения и конкретизации, так как охватывают большой круг общественных отношений.

Определения аналогичного содержания общественного порядка имели место и в более ранних работах других ученых советского периода, под которым понималось функционирование государственных учреждений, предприятий, организаций, нормальной общественно-политической и другой социальной деятельности, а также быта и отдыха граждан.^[468]

Таким образом, как в прошлом, так и в настоящее время понятие «общественный порядок» в основном интерпретируется достаточно широко, неоднозначно и имеет в своем содержании много общих признаков. При этом отождествление общественного порядка с правопорядком, как это делает А. Н. Игнатьев, позволяет, по его мнению, говорить об общественных отношениях хулиганства в широком смысле слова,^[469] что вряд ли является состоятельным. Само понятие «правопорядок» несет свою самостоятельную смысловую нагрузку и рассматривается значительно шире и более емко, чем общественный порядок. Поэтому подменять одно понятие другим вряд ли целесообразно. Не состоятельно также высказывание автора, что любое преступление нарушает общественный порядок.^[470]

«Общественный порядок» как непосредственный объект хулиганства правильнее рассматривать в узком смысле слова, что конкретизирует общественные отношения, которым причиняется вред при совершении преступления.

В узком смысле слова «общественный порядок» означает правила поведения людей в общественных местах, нормальная деятельность предприятий, учреждений и организаций.^[471]

Общественный порядок чаще всего может быть нарушен в общественных местах, как правило, в присутствии граждан, так и при их отсутствии (например, в ночное время на улице, в безлюдном месте, в отдельных квартирах и т. п.). Поэтому общественный порядок и порядок в общественном месте понятия хотя и похожие, но должны различаться между собою.

С учетом того, что диспозиция основного состава хулиганства – ч. 1 ст. 213 УК РФ, а ранее ч. 1 ст. 206 УК РСФСР – постоянно законодателем изменялась, то и непосредственный объект тоже претерпевал изменения. Этим и обусловлен разносторонний подход ученых в определении объекта хулиганства в юридической литературе уголовно-правового характера.

Последние изменения состава хулиганства в соответствии с принятием Федеральных законов от 8 декабря 2003 г. № 162-ФЗ и от 24 июля 2007 г. № 211-ФЗ дают основания по-новому определить непосредственный объект хулиганства.

Вышеизложенное позволяет сделать вывод, что основным непосредственным объектом хулиганства является общественный порядок, который представляет собой совокупность норм и правил поведения в обществе, обеспечивающих нормальные условия жизнедеятельности граждан, а также нормальную работу юридических лиц и транспорта.

Относительно дополнительного объекта хулиганства, то здесь необходимо сказать, что в соответствии с действующей редакцией ст. 213 УК РФ среди ученых имеют место разные точки зрения. Так, например, в предыдущих редакциях ст. 213 УК РФ к дополнительному объекту хулиганства относились общественные отношения, обеспечивающие общественную безопасность (А. В. Куделич),^[472] телесная неприкосновенность личности, а также собственность в любой форме (И. П. Портнов),^[473] здоровье человека (Н. А. Зелинская).^[474]

После внесения последних изменений в ст. 213 УК РФ Федеральным законом от 24 июля 2007 г. № 211-ФЗ дополнительный непосредственный объект хулиганства со стороны ученых определяется также по-разному.

Так, например, Л. В. Иногамова-Хегай с В. С. Комиссаровым считают, что дополнительным объектом хулиганства является общественная безопасность.^[475] Вместе с тем А. В. Казакова и А. С. Михлин полагают, что в качестве дополнительного объекта в квалифицированном составе хулиганства необходимо выделить личность представителей власти и граждан, которые участвуют в пресечении нарушения общественного порядка.^[476] Практически солидарен с этой точкой зрения и В. Б. Боровиков, который несколько уточняет дополнительный объект квалифицированного хулиганства в виде порядка управления, когда пресекается нарушение общественного порядка.^[477]

Вышеприведенные точки зрения, разумеется, не бесспорны и требуют некоторого уточнения с учетом последних изменений в действующем законодательстве (ст. 213 УК РФ).

Представляется, что дополнительный непосредственный объект, как и основной объект преступления, необходимо рассматривать применительно к хулиганству, предусмотренному ч. 1 ст. 213 УК РФ (основной состав), который, как и квалифицированный, претерпел существенные изменения, особенно если говорить об объективной стороне.

Совершение хулиганства в новой редакции предусматривает, что в процессе грубого нарушения общественного порядка виновным лицом применяется оружие или предметы, используемые в качестве оружия, что в значительной степени повышает общественную опасность не только самого преступного деяния, но и опасность лица, его совершающего, в отношении граждан. Наличие огнестрельного или холодного оружия в процессе совершения преступления создает общественную опасность для окружающих лиц и дает возможность хулигану совершать преступление более уверенно, дерзко и нагло.

По существу, особо квалифицированный состав, предусмотренный ранее в ч. 3 ст. 213 УК РФ, законодатель неоправданно переместил в основной состав ч. 1 ст. 213 УК РФ, усилив его общественную опасность, когда речь идет о применении оружия или предметов, используемых в качестве оружия, которое представляет опасность для общественных отношений, обеспечивающих защищенность граждан.

При этом общественная безопасность напрямую связана и с субъективной стороной преступления, которое совершается не только по хулиганским мотивам, но и по мотивам политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды.

Все это дает основание утверждать, что дополнительным объектом хулиганства является общественная безопасность. Данный объект не может рассматриваться наряду с общественным порядком как второй основной объект состава хулиганства, предусмотренного ч. 1 ст. 213 УК РФ.

Наряду с дополнительным (обязательным) непосредственным объектом при совершении хулиганства может иметь место еще и факультативный объект. Однако среди ученых в юридической литературе также нет единого мнения по этому поводу. В различных источниках по уголовному праву дополнительный факультативный объект хулиганства вообще не указывается.^[478]

Однако в теории уголовного права существует и другая точка зрения по поводу факультативного объекта в составе хулиганства. Так, например, В. Б. Боровиков и Л. Ю. Егорова относят к данному объекту здоровье человека, его телесную неприкосновенность, а также общественную безопасность.^[479] По мнению А. В. Бриллиантова, факультативным объектом хулиганства являются отношения, которые обеспечивают нормальную деятельность органов власти.^[480]

Представляется, что нельзя не согласиться с точкой зрения о существовании факультативного объекта при совершении хулиганства, который требует некоторого уточнения. В связи с этим следует заметить, что альтернативный объект, как правило, в законе не указывается.

При совершении хулиганства обязательным основным объектом является общественный порядок, а дополнительный объект – общественная безопасность. Наряду с указанными объектами при совершении данного преступления может иметь место и факультативный объект, когда речь идет о причинении вреда общественным отношениям, которые связаны с обеспечением охраны здоровья граждан, собственности, чести и достоинства личности и т. п.

Однако при совершении хулиганства, когда имеет место другая ситуация, т. е. вред не причиняется указанным общественным отношениям, можно говорить о наличии дополнительного факультативного объекта данного преступления.

Таким образом, при совершении хулиганства вред может иметь место, но может и отсутствовать, что имеет важное значение для решения вопроса уголовной ответственности. Квалификация же самого преступного деяния осуществляется по ст. 213 УК РФ, и дополнительной квалификации по другим статьям Особенной части УК РФ при наличии факультативного объекта не требуется, так как за основу берется основной непосредственный объект состава хулиганства.

Поэтому определение основного и дополнительных объектов при совершении хулиганства дает возможность правильно решать вопросы квалификации преступлений, а также отграничивать данное преступление от других общественно опасных деяний.

Раздел II

Материалы научно-практических конференций

Уголовно-правовые проблемы борьбы с экономическими преступлениями^[481]

1. Одним из важнейших направлений борьбы с преступностью в Российской Федерации в условиях развития рыночных отношений является совершенствование уголовного законодательства и практики его применения в сфере экономики.

Уголовная статистика за 1993 год свидетельствует, что удельный вес экономических преступлений, связанных с посягательством на государственную и общественную собственность, совершенных путем кражи в общей структуре преступности, составляет – 17,6 %, а на личную собственность граждан – 37,4 %. Эти и другие обстоятельства, а также недостаточные уголовно-правовые средства защиты разнообразных форм собственности, предпринимательской деятельности в сфере торговли (услуг), частного и государственного бизнеса в наибольшей степени диктуют более активные меры борьбы с экономической преступностью. При этом данная область уголовно-правового регулирования в перспективе должна получить не только качественно новое направление, но и достаточно четкое законодательное выражение преступных деяний, посягающих как на хозяйственную деятельность государства, так и на разнообразные формы собственности.