Текст книги "Хозяйка своей судьбы (СИ)"

Автор книги: Виктория Богачева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 25 страниц)

Глава 36

Оставшуюся световую часть дня мы потратили на возвращение в основной лагерь. Верхом я ехала одна. Барон Стэнли, оговорившись необходимостью обсудить что-то со старым маркизом Нотвудом, попросту сбежал вместе с гнедым жеребцом, а меня пересадили на тихую кобылку, которую вёл под уздцы один из солдат.

С бароном или без, а прогулка верхом не доставляли мне ни малейшего удовольствия. К счастью, мы ехали шагом, рысь я бы просто не выдержала. И так сидела, вцепившись в луку седла до сведённых пальцев, и боялась лишний раз вздохнуть, наблюдая, как покачивалась под ногами земля.

Уж лучше кататься в скрипящей и подпрыгивающей на нервностях повозке!

Едва мы добрались до лагеря, лорд Стэнли велел следовать к его шатру. Больше всего хотелось вытянуть затёкшие ноги и почувствовать спиной твёрдую поверхность. Ездить в седле боком было невыносимо и неудобно.

Интересно, если я предложу надевать брюки для прогулок верхом, меня сразу сожгут на костре как ведьму или хотя бы выслушают?..

К шатру барона привели и сира Патрика с оруженосцем Гаретом. Там же нас встретил и виконт Вильям Ретфорд.

– Прекрасно выглядите, миледи, – сказал он. – Родовые сапфиры вам к лицу.

Раздосадованная, я поняла, что в спешке забыла снять колье. Рука дёрнулась натянуть повыше плащ, потому что взгляд виконта мне не понравился, но волевым усилием я сдержалась и вежливо улыбнулась.

– Это не танцы во дворце, ваши украшения не к месту, – барон, конечно же, не мог не нагрубить.

– Вы разве не заметили, что они произвели на леди Маргарет неизгладимое впечатление? – я невинно заморгала.

– Неизгладимое впечатление на неё произвели вы, – сурово отрезал он и без заминки крутанулся на каблуках, обращаясь уже к сиру Патрику. – Что можете рассказать о новом кастеляне замка?

Я думала, старый рыцарь промолчит, но он пожал плечами и нехотя ответил.

– Толковый малый. Не дурак.

– Тем лучше для нас, – в голосе барона прозвучало сытое удовлетворение.

– Ваша милость... – оруженосец Гарет осмелился заговорить.

Он стушевался, когда барон посмотрел на него, но всё же сумел сказать.

– Сэр Роджер Харроуби и леди Маргарет... они... сэр Роджер часто навещал её спальню по вечерам...

Пунцовый от смущения Гарет взглянул на барона с мольбой, чтобы тот не заставил его произнести страшное слово «любовники».

– А старуха не промах! – восхитился виконт.

– Вы говорите о знатной женщине. Попридержите язык, – сделал ему замечание барон Стэнли.

С глубокой задумчивостью он смотрел на бывшего оруженосца.

– Откуда тебе это известно? И учти, что тем, кто распространяет ложь, в наказание полагается отрезать языки.

– Слуги болтали на кухни... горничные рассказывали, что приносили в комнаты леди Маргарет ужин на двоих, и сэр Роджер был там... в одном исподнем...

Бедный Гарет покрылся еще более жгучим румянцем.

– Давно началась... их связь? – скривился барон Стэнли.

– Не могу сказать, Ваша милость... лорд Роберт вернулся в Равенхолл лишь год назад, чтобы помогать с делами, пока лорд Генрих воевал... и уже в наш первый день в замке я услышал разговоры... – бесконечно запинаясь, поведал Гарет.

Вот как.

Я не сдержала усмешки. Кажется, леди Маргарет была уверена, что её пасынок с войны не вернётся, иначе не осмелилась бы на греховную связь – как именовали её барон.

Мы с ним переглянулись, и, к моему удивлению, оказалось, что думали мы об одном.

– Вашего мужа убил я, – сказал лорд Стэнли, словно в ответ на мои размышления.

«Я, а не леди Маргарет» , – вот как это звучало.

Она могла кого-то подкупить. Необязательно действовать топорно, словно мясник. О, нет. Женское коварство – и коварство леди Маргарет – было куда тоньше, искуснее.

– Ну, а вы что скажете, честный сир? – когда барон заговорил со старым рыцарем, в его голосе отчётливо послышались пренебрежение и насмешка.

– Скажу, что не верю сплетням глупых куриц, – с вызовом ответил сир Патрик, выпятив квадратный подбородок с отросшей и весьма неаккуратной седой бородой.

– Можно пообещать кастеляну пощадить полюбовницу, – предложил маркиз Нотвуд.

– Нет, – барон Стэнли тяжело покачал головой. – Пока леди Маргарет остаётся в замке, мира на землях не будет.

Догадка – простая, как и всё гениальное – пришла на ум сама собой.

– Нет для вдовы лучше места, чем обитель святой Катарины, – потупив очи долу, нараспев произнесла я.

Стало очень-очень тихо. Затем раздался смешок и осуждающее цыканье. Подняв взгляд, я увидела, что виконт бесшумно мне аплодирует.

– А вам палец в рот не клади, да, леди Элеонор? – с каким-то холодным весельем спросил он.

Маркиз Нотвуд задумчиво покачивал головой, а вот барон Стэнли смотрел с прохладным прищуром. Могу только представить, что за мысли бродили в его голове...

– Сперва нам нужно занять замок, – обрубил он все дальнейшие обсуждения. – Милорды, отдайте приказ войску готовиться к выступлению.

– Вы не станете ждать?

– Думаю, открывающийся со стены вид на армию поможет кастеляну принять верное решение, – хмыкнул барон Стэнли.

На следующее утро лагерь вновь зашумел подобно пчелиному рою: мы снимались с места, чтобы перейти и встать под стенами замка – насколько позволяли его защитные сооружения.

Возможно, барон Стэнли был прав, и надвигающееся войско действительно ускорит сэра Роджера.

Однако, по мере того как армия приближалась к Равенхоллу, становилось очевидно: внутри готовились к долгой осаде. На стенах замка уже горели факелы, даже несмотря на то, что солнце ещё не зашло. По бойницам мелькали силуэты лучников и арбалетчиков, проверявших тетивы и выставлявших колчаны. В нескольких местах, прямо над воротами, можно было различить бочки и тюки – наверняка с камнями и смолой, готовыми для сброса на головы врагов.

С башен доносился звон молотов: кузнецы, не прекращая, чинили и перековывали оружие. Густыми чёрными клубами поднимался дым. Особенно тревожил ров: кое-где прямо на наших глазах солдаты сгружали в него длинные колья, превращая подступы в смертельную западню.

Я кусала губы, наблюдая за приготовлениями. Выходило, долгая осада и битва неминуемы, как и жертвы... Погибнут люди, в земли Равенхолл придут разорение и голод. Я уже начала думать о них, как о своих, полностью сроднившись с Элеонор и приняв её судьбу. И действительно чувствовала ответственность за жителей замка и всего маркизата, прекрасно понимая, что не они выбрали путь осады и битвы.

И неминуемого поражения, ведь без войска, возглавляемого Робертом, замок не выстоит.

Эта мысль так зацепила меня, что я набралась храбрости и на третий день бесполезного ожидания подошла к барону. Как я поняла, он намеревался сдержать слово и выждать ровно столько, сколько обещал. А уже затем что-то предпринимать.

Лорд Стэнли встретил меня угрюмым взглядом и молчанием. За прошедшие дни мы не виделись. На военные советы меня больше не приглашали, утренние тренировки также не возобновились. Теперь же, глядя на барона, я понимала, что ему не хватало времени на простой сон, какие уж тренировки. Впервые на моей памяти к середине дня он по-прежнему не был чисто выбрит, на подбородке чернела колючая щетина...

– Леди Элеонор, – устало поприветствовал он. – Что вам угодно?

За моей спиной совершенно счастливая Беатрис чирикала о чём-то с Томасом. Я взяла её, чтобы не гулять по лагерю в одиночества. Надеялась, дура, это смягчит барона Стэнли – я ведь прислушалась к его словам. Но, кажется, ему было наплевать.

– Позвольте мне ещё раз встретиться с кастеляном замка. Или с начальником стражи. Кем угодно. Позвольте ещё раз поговорить.

На лице барона залегли глубокие морщины, свидетельствовавшие об усталости. Пока я не подошла, он сидел и любовно полировал мягкой тряпкой меч. Но, едва увидев меня, поднялся и отложил оружие в сторону. Он выглядел таким удовлетворённым тогда... чистка лезвия как форма медитации.

– Я не вижу в этом смысла, – без обиняков сказал он. – Скоро истекут отведённые им для размышления дни. Мы не можем медлить и ждать.

– Но погибнут люди...

– Они всё равно погибнут, – лорд Стэнли пожал плечами. – И, простите за честность, миледи, я предпочту, чтобы погиб гарнизон замка, а не мои рыцари.

Он был прав, конечно, но...

– Всего лишь одна попытка. Что вам стоит?

Барон смерил меня задумчивым взглядом, а потом пожал плечами и вздохнул.

– Не хотите заняться рукоделием? Как любая добрая женщина?

«Добрая» для него означала «нормальная».

– Что вы так печётесь? Герцог Блэкстон подберёт вам мужа. Не сейчас, так через два года. И земли станут печалью нового маркиза.

Ну, это мы ещё посмотрим, – мрачно подумала я, а вслух произнесла.

– Последняя попытка. Даю слово, что никогда больше не заикнусь, если не получится.

Барон Стэнли какое-то время молчал, обдумывал мои слова. Его взгляд потяжелел, и я сглотнула, приготовившись услышать отказ. Несколько долгих ударов сердца он ещё смотрел на меня, а затем резко выдохнул и махнул рукой, будто отгоняя собственное сомнение.

– Хорошо. Вы получите свою последнюю попытку. Последнюю, миледи. А затем мы начнём осаду. Вчера пришло донесение: маркиз Равенхолл покинул северные земли. Он направляется на помощь матери, а я не намерен допустить, чтобы моё войско взяли в кольцо.

Глава 37

Истекли отведённые бароном Стэнли дни для принятия предложения о сдаче замка. Он сдержал слово и собрал отряд под белым стягом, вместе с которым я отправилась в Равенхолл. Моя затея до того претила ему, что он не только не поехал, но даже не вышел нас проводить.

Было неприятно. Я гнала эту глупую мысль, но на душе было тоскливо. Наверное, в его глазах я выглядела вздорной бабёшкой, вздумавшей лезть под руку мужчинам и мешать им воевать, хотя всё, чего я хотела – бескровного взятия замка.

Вместо себя барон отправил маркиза Нотвуда, весьма и весьма недовольного. Он кряхтел и жаловался на протяжении всего пути, и, клянусь, под конец я сама уже пожалела, что выпросила этот шанс. С нами вновь поехал сир Патрик, а вот оруженосец Гарет по приказу барона Стэнли остался в лагере.

Мы выдвинулись, припозднившись, и прибыли к замку, уже когда солнце начало клониться к закату. Признаться, скорое наступление вечера заставляло меня нервничать. Возвращаться в темноте мне не хотелось, дороги не были безопасны.

На сей раз с белым стягом мы ждали открытия ворот и опускания моста ещё дольше, чем неделю назад. Вновь из замка к нам выдвинулись и кастелян, и леди Маргарет. Наверное, она боялась оставить сэра Роджера одного, вдруг он примет неверное решение. Выглядела женщина всё так же роскошно, словно не к осаде готовилась, а к светскому рауту в королевском дворце. Смерила меня презрительным взглядом и растянула тонкие губы в удовлетворённой улыбке, недосчитавшись среди нас барона Стэнли.

– Вы теряете союзников, Элеонор, – ядовито заметила она.

Кастелян же встревожился.

– С кем мы должны говорить? – спросил напряжённым голосом. – Где лорд Стэнли?

– Сегодня герцога Блэкстона представляю я, – маркиз направил лошадь вперёд.

Помня о предыдущей выходке леди Маргарет, мы не стали спешиваться, чтобы больше никогда не смотреть на неё снизу вверх.

– Власть предателей недолговечна. Лорда Стэнли уже отправили в простые солдаты? – спросила она, чем изрядно взбесила маркиза Нотвуда.

– Итак, каков ваш ответ? Вы сдадите замок? – наморщив нос, спросил он, всем видом давая понять, как сильно не хочет здесь находиться.

– Нет, – поспешно отозвался кастелян, желая опередить леди Маргарет.

– Вам сохранят жизнь, – напомнила я. – Вам и его обитателям.

– Какая же ты дура, – женщина покачала головой, перейдя на откровенную грубость. – Заладила одно и то же, как глупая птаха. К Равенхоллу уже идёт мой сын, для вас всё кончено. Головы изменников украсят наши стены. Тебя же ждёт особая участь.

Я не боялась её, но не смогла сдержать дрожи, настолько пугающе прозвучали её слова.

– Вам не удержать замок, – повторила я, стараясь вложить в голос твёрдость. – Гарнизон слишком мал. Если вы сложите оружие сейчас, барон Стэнли сохранит вам жизни.

Леди Маргарет усмехнулась и тронула поводья коня.

– Идёмте, Роджер. Меня утомила напрасная трата нашего времени, – свои слова она сопроводила царственным кивком.

Я успела заметить хищную усмешку маркиза Нотвуда, направленную им в спины.

Едва за ними поднялся мост, в глубине замка раздался странный глухой грохот, словно рухнула стена или сломался тяжёлый брус. За ним – крик, вспыхнувший и тут же утонувший в общем гуле.

Сначала показалось, что это обычная суматоха – пока из бойниц не вырвался густой чёрный дым. Он тянулся клочьями, заволакивал зубцы, и в его полыхающем нутре вспыхнули огненные языки. Пожар. Внутри замка что-то полыхнуло так ярко, что даже снаружи запахло горелым деревом и смолой.

Кастелян и его сопровождающие во весь опор помчались к стене, оставив позади себя леди Маргарет. Лишь спустя несколько мгновений двое из них опомнились и вернулись, чтобы сопроводить её и закрыть со спины.

– Что происходит?! – я посмотрела на маркиза Нотвуда, но ко мне уже спешил Томас.

Он буквально слетел на землю с коня и ловко забрался в седло позади меня.

– Простите, миледи, некогда объясняться, – пробормотал он смущённо, сжал поводья и так стукнул пятками бока кобыла, что та с места взяла рысь.

На несколько мучительных минут мою голову покинули все мысли, я думала лишь о том, как не вылететь из седла во время проклятой скачки! Томас, конечно, удерживал меня, но с бароном Стэнли я ощущала себя в б о льшей безопасности и доверяла ему сильнее.

Боковым зрением я заметила, что лишь половина отряда поскакала с нами, и среди них не было маркиза Нотвуда. Я боялась обернуться и посмотреть, куда они делись.

Не знаю, сколько по времени заняла эта скачка. Наверное, не больше пятнадцати минут, которые для меня стали вечностью. Мы достигли пролеска, когда Томас позволил кобыле перейти на шаг. Тотчас я посмотрела нам за спину: над замком Равенхолл взвился второй столп густого дыма.

– Что происходит? – повторила я, пытаясь перехватить взгляд Томаса.

– Вы все узнаете, миледи, – только и сказал он.

Наверное, ещё спустя четверть часа мы свернули на широкую дорогу, и там, среди разбитой грязной земли, показалось основное войско. Сначала я подумала, что это мираж – слишком огромной лавиной двигалась толпа. Но чем ближе мы были, тем яснее становилось: это не видение, а целая армия.

Гул сотен копыт ударил в грудь, и задрожала земля. Шум оружия – скрежет, лязг, стук щитов и железа – смешивался с криками рыцарей, подгонявших пеших. Колонна растянулась до самого горизонта, и от этого зрелища кружилась голова.

Я впервые увидела войско целиком – не отряд, не десяток, не сотню, а то, чем на самом деле была армия. И ужас охватил меня сильнее, чем при виде горящего замка.

И вдруг сквозь этот поток я заметила знамёна. Высокие древки с алыми и чёрными полотнищами, знакомыми мне. Герб барона Стэнли.

И в ту же секунду я поняла. Переговоры, мои слова, все эти попытки убедить были лишь отвлекающим манёвром. В день, когда барон поддался моим уговорам, он уже всё это запланировал. Не просто так упомянул о гарнизоне, с которым на Равенхолл выступил Роберт. Сказал, что не позволит взять себя в кольцо.

Он знал и обманул меня, и ничего не сказал, и отправил со мной маркиза Нотвуда потому, что сам намеревался стать во главе войска. Он мной воспользовался, сыграл на желании обойтись без кровавой битвы.

– Мы должны уходить, – сказал Томас и направил лошадь в сторону от проходившей мимо лавины.

Он тоже всё знал, – поняла я.

Интересно, был ли в лагере хоть кто-то, кроме меня, кто ни о чём не догадывался?..

Разве что Беатрис.

Внезапно и исчезновение Гарета обрело смысл. И дым, который я видела над Равенхоллом. Мог ли мальчишка указать на потайные ходы, которыми кишели старые замки? Могли ли они пробраться внутрь и ударить?..

– Где барон Стэнли, Томас? – спросила я хриплым от переживаний голосом.

– Его светлость сражается, миледи, – нехотя отозвался тот и крепче перехватил поводья.

И сира Патрика намеренно увезли из лагеря. И припозднились мы не без причины: они подгадывали время, чтобы ударить ближе к вечеру.

– Куда мы едем?

– В спокойное место, – буркнул Томас.

Наверное, он сетовал на судьбу, что ему выпало нянчить меня, а не сражаться рядом с бароном.

Я вновь обернулась и перехватила ошеломлённый взгляд сира Патрика. Он тоже не ожидал встречи с войском барона.

Мы провели верхом ещё какое-то время и остановились уже не в том месте, где был разбит предыдущий лагерь. Здесь меня встретила перепуганная, встрёпанная Беатрис, и я поняла, что она ничего не знала. Как и я.

– Элеонор! Что происходит? – она кинулась к лошадям ещё до того, как мы спешились.

– Барон Стэнли начал осаду замка, – ровным голосом произнесла я и подивилась тому, как чуждо он звучал.

Словно говорил кто-то другой.

– Осаду Равенхолла? – Беатрис округлила глаза и приложила обе ладони ко рту. – Вы тоже все знали?.. – она перевела ошеломлённый взгляд на Томаса, который с самым угрюмым видом держал поводья и гладил лошадь по морде.

– Знал, – буркнул он неохотно и поспешил уйти.

– Но я думала, что ты поехала, чтобы ещё раз предложить им сдаться… – пролепетала Беатрис, ничего не понимая.

– Я тоже так думала, – мрачно произнесла я.

Лагерь, в который мы вернулись, оказался куда меньше предыдущего и состоял в основном из повозок с продовольствием. Охранять телеги и меня барон Стэнли оставил около пятидесяти рыцарей, и я гадала, как далеко находился от Равенхолла Роберт? В скольких днях пути?..

Потому как разбить столь жалкий лагерь ему не составит ни малейшего труда.

И потянулись тяжкие часы и дни ожидания вестей.

Глава 38

Началась и закончилась ночь, наступило утро, а в нашем небольшом лагере ничего не изменилось. Я ждала вестей, ждала, что, быть может, привезут раненых, но потом поняла, что ими займутся после того, как завершится битва. Никто не станет терять драгоценное время и возиться с ними, пока идёт сражение.

– Элеонор, – Беатрис позвала меня, когда мы поглощали скудный завтрак: запаренные в кипятке ягоды и листья, жёсткий хлеб и невероятно солёное мясо.

К такой пище я давно привыкла.

– На тебе лица нет, – сказала она, перехватив мой взгляд.

– Идёт битва, – отозвалась я с небольшой заминкой, которая потребовалась, чтобы справиться с удивлением.

Беатрис философским равнодушием пожала плечами.

– На всё воля Небесной Матери.

Она потянулась зачерпнуть ещё отвара из котелка, подвешенного над небольшим костерком. Для нас его развёл Томас, который за прошедшую ночь не утратил мрачности.

– Жаль, что не получилось уговорить их отдать замок без крови... – вздохнула я.

Беатрис скосила на меня взгляд и прикусила краешек губы.

– Не думай об этом, Элеонор, – посоветовала с лёгкостью она. – Война – это удел мужчин. Ты сделала всё, что могла.

– Но недостаточно, – я хрустнула костяшками пальцев. – Недостаточно, раз барон Стэнли начал штурм.

– Кто-то всё равно погибнет, – спокойно сказала Беатрис. – Мы можем лишь молиться Небесной Матери, чтобы она сохранила жизнь нашим близким, – и она покосилась на Томаса, густо покраснев.

Я с шумом выдохнула через нос и вытянула ноги, поправив юбку. Подле костра мы сидели на трухлявом пне. Сегодня утром под грубыми ботинками хрустнула тонкая корочка льда, которой за ночь покрылась небольшая лужица. С каждым днём дыхание зимы чувствовалось всё сильнее. Вот и сейчас я ёжилась и повыше натягивала плащ, чтобы не задувало за шиворот.

– Ты напрасно тревожишься, Элеонор, – Беатрис по своему истолковала мою нервозность. – Лорд Стэнли – хороший полководец, он обязательно захватит твой замок.

Упоминание барона заставило меня скривиться. Он – хороший полководец, а я – дура, которая уговаривала леди Маргарет сдаться без боя. Ещё и послужила вчера подсадной уткой.

Целый день вновь прошёл в неведении и безделье. От отсутствия занятий я всё извелась и успела накрутить себя, представляя всяческие ужасы осады! Ну, что так долго можно было делать, если им удалось проникнуть внутрь благодаря оруженосцу Гарету и застать всех врасплох?..

Кажется, волновалась я одна. Беатрис спокойно взирала по сторонам, не забивая себе голову. Томас ходил мрачнее тучи, а вот маркиз Нотвуд, который так и не присоединился к штурму, провёл день, то и дело прикладываясь к бурдюку с чем-то крепким, и он становился всё веселее час от часу.

Гонец прискакал уже глубоким вечером, и оставалось только, как по такой темноте и разбитой дороге лошадь не переломала ноги. Беатрис как раз уговаривала меня покинуть уже место подле костра и отправиться спать, но появление гонца изменило всё.

Даже в неярком свете я заметила, что его одежда была порвана, подпалена и покрыта засохшими, тёмными пятнами. Пошатываясь от усталости, мужчина со спутанными, грязными волосами пробирался к маркизу Нотвуду, который тоже едва держался на ногах – но уже по другой причине.

Стиснув ладонь Беатрис, я потащила её за собой, пробираясь поближе к мужчинам, и застала уже середину разговора.

– ... замок наш... барон Стэнли тяжело ранен... потеряли... сбежали... – доносился его слабый голос.

– Выдвинемся утром, – приказал маркиз, оглядев мутными глазами собравшихся. – Добрые вести! – и он взмахнул бурдюком, умудрившись выплеснуть часть содержимого на землю.

– Кто сбежал? – взволнованным шёпотом спросила я Томаса. – Узнай, кто сбежал, и что с бароном Стэнли.

– Никуда не уходите, миледи, – строго велел он, отведя нас с Беатрис чуть в сторону. – Я скоро вернусь.

Вести, которых я ждала так долго, оказались настолько ошеломительными, что не укладывалось в голове. Теперь мне казалось, что битва длилась совсем мало времени, прошли всего-то сутки...

– Бедный барон Стэнли, да примет Небесная Матерь его душу, – пробормотала Беатрис, и я взвилась.

– Да что ты говоришь! Барон же ранен, он ещё не умер.

– После ранений редко выживают, Элеонор, – печально промолвила она, и, клянусь, мне захотелось схватить её за плечи и хорошенько встряхнуть.

Задавив недостойный порыв в зародыше, я стиснула кулаки и отвернулась, дожидаясь Томаса. И почему маркиз не велел выдвигаться прямо сейчас? К чему ждать утра?! Могли бы добраться до Равенхолла ещё до наступления глубокой ночи.

– Миледи, – голос Томаса заставил меня подпрыгнуть на месте и резко повернуться.

Он говорил как-то сдавленно, словно через силу. Словно пришёл сообщить горестные вести.

– Из замка удалось сбежать леди Маргарет... – сказал на выдохе.

– Как это возможно?! – воскликнула я, прижав к груди ладонь.

Он пожал плечами.

– Кажется, за ними отправили погоню... Да может, она и не сбежала, просто пока не отыскали. Там такое творится, миледи... и родную мать не сразу сыщешь!

Я покачала головой. Я была уверена, что ядовитая гадина сбежала. Наверное, прежде разверзнутся небеса, чем леди Маргарет постигнет кара за все её злодеяния.

– А что с бароном Стэнли? – спросила уже тише, и голос чуть дрогнул.

– Говорят, жив... – Томас развёл руками. – Поди, оруженосец его убивается…

Надо ли говорить, что ночью я почти не сомкнула глаз, а утром едва дождалась, пока отряд снимется с места?

Когда Равенхолл показался в утреннем тумане, я сильнее сжала поводья, ошеломлённая. На стенах уже висели новые полотна – стяги барона Стэнли и герцога Блэкстона.

Ворота были распахнуты настежь. Каменные створы исполосованы зарубками, а возле них громоздились кучи щепы и полусгоревших бочек – следы тарана и поджогов. По дороге валялись поломанные копья, изорванные щиты; кое-где под ногами хрустели стрелы.

Внутри царил… хаос. Колодец был завален камнями, словно кто-то пытался лишить защитников воды; у стен по-прежнему догорали какие-то обломки. Возле лестницы в донжон наспех сложили погибших – я отвернулась не в силах смотреть. Чуть поодаль сидели раненые воины. Их собрали и связали грубыми верёвками.

Остро пахло гарью, кровью и железом. Гул голосов, звон металла, резкий смех – всё это перемешивалось с жалобными стонами раненых.

– Миледи! Леди Элеонор! – я вздрогнула, услышав, как незнакомый голос истошно выкрикивал моё имя. – Леди Элеонор вернулась!

Я почувствовала, как кровь отхлынула от лица. Взгляд десятков глаз – усталых, испуганных, злых – обрушился на меня разом.

Слуги, сбившиеся в кучку у стены, зашептались, кто-то всхлипнул. Связанные воины подняли головы; на лице одного мелькнула надежда, другой, напротив, сжал губы.

– Не останавливайтесь, миледи, – и Томас настойчиво потянул поводья.

Кое-как совладав с собой, я кивнула.

Я и представить не могла, что это окажется... настолько тяжело. Пока Томас уводил меня от основных ворот вглубь, я оглядывалась тайком, со страхом и жалостью подмечая следы прошедшей битвы. Перепуганные люди, изнурённые рыцари, горестный плач, крики... Сердце рвалось на части.

Я пообещала себе, что сделаю всё, что в моих силах и помогу им. Нужно восстанавливать замок, нужно готовиться к суровой земле, нужно дать людям кровь и пищу. Я скоро буду или уже стала маркизой Равенхолл. Это не просто кучка незнакомцев. Я несу за них ответственность, у них нет никого, кроме меня...

Наконец, мы очутились во внутреннем дворе. Сюда почти не долетали горестные звуки, и также я не увидела ни раненых, ни слуг. Нас встретил изнурённый виконт Вильям Ретфорд. Его правая рука, сломанная в битве, безвольно покоилась на грубой тканевой перевязи.

– Барон очень плох, – сказал он, едва мы спешились. – Ищу ему кого-то, кто отпустит грехи.

– Ведите нас к нему, – приказал маркиз Нотвуд.

Клянусь, в уголках его губ притаилась довольная улыбка.