Текст книги "Морально противоречивый (ЛП)"

Автор книги: Вероника Ланцет

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 51 страниц)

Боже, какой он огромный!

– Как ты могла подумать, что ты меня не привлекаешь, когда выглядишь как чистый грех, – он спускает руку к моей шее, проводя пальцами по чувствительной коже. – Мне достаточно взглянуть на твои гребаные сиськи, и вся кровь приливает к моему члену, – хрипит он, его голос как расплавленный огонь, который мне нужен, чтобы согреться в воде.

– Тогда позволь мне помочь тебе, – шепчу я, расстегивая застежки сарафана спереди, развязывая узел и медленно стаскивая материал с тела.

Моя грудь вырывается из лифа, и взгляд Влада тут же фиксируется на моих сжавшихся сосках.

– Холодно, – быстро оправдываюсь я, но он прерывает меня, качая головой и благоговейно глядя на них.

Он медленно опускает руку ниже, исследуя мои груди, его прикосновение горячее и возбуждающее.

– Черт бы меня побрал, – проклинает он, тяжело дыша. Он обвивает руку вокруг моей талии, побуждая меня обхватить его ногами, в результате чего его твердый член соприкасается с моим центром.

Хныканье вырывается из меня при этом ощущении, и я не могу сдержаться, продолжая тереться о него.

– Черт возьми, дьяволица, ты сводишь меня с ума, – говорит он, наклоняя голову и долго облизывая одну грудь, а затем обхватывает губами мой сосок и засасывает его в рот.

Тепло его рта контрастирует с моей холодной кожей, его воздействие на мое тело восхитительно. Он повторяет контур моей груди, нанося маленькие поцелуи на шрам прямо над сердцем. В любой другой момент мне было бы стыдно за многочисленные отметины на моем теле, но пока он продолжает поклоняться моему телу, словно это восьмое чудо света, я могу побороть стыд.

Я крепко сжимаю ноги вокруг него, подталкивая его вперед, продолжая тереться об него, а его язык творит чудеса с моим телом. Он поочередно берет обе груди, посасывая, дразня и облизывая их.

– Я мог бы пировать тобой вечно, – говорит он, его горячее дыхание заставляет меня задыхаться. Взяв один сосок между зубами, он кусает его. Сильно.

– Влад, – полустону, полувскрикиваю я, чувствуя, как молния пронзает меня до глубины души. – Я так близко, – мне едва удается произнести эти слова, но он, похоже, точно знает, что мне нужно, так как продолжает уделять такое же внимание другому соску, пока я не стону в его объятиях. Холод воды быстро забывается, когда я чувствую покалывания по всему телу.

Мое тело изнемогает, конечности почти онемели, и я едва понимаю, когда он выносит меня из воды.

Он осторожно кладет меня на одеяло, его глаза все еще голодные, когда он смотрит на мое полуобнаженное тело.

Опустившись на колени между моих ног, он берет меня за лодыжки и притягивает к себе, его руки блуждают по моим икрам.

– Я рад, что до сих пор тебя прятали в Сакре-Кёр, – признается он, его голос хрипловат. Я наклоняю голову, чтобы получше рассмотреть его, улавливая глаза, остекленевшие от желания, и чувствуя, как его пальцы исследуют мое тело.

– Почему? – спрашиваю я томно, мои чувства все еще переполнены наслаждением, которое он извлек из моего тела ранее.

– Потому что ты только для моих глаз, – одним пальцем он приподнимает подол моего платья, сдвигая его на бедра. Я внимательно слежу за его движениями, и как раз тогда, когда мне кажется, что я угадала его траекторию, он удивляет меня, хватаясь обеими руками за платье и разрывая его посередине. Материал тут же отпадает, его сила снова поражает меня.

Руки убийцы.

Быстрое дыхание, и я понимаю, что он изменился. Теперь он не прежний игривый плут, а хищник на охоте.

Почему меня еще больше возбуждает осознание того, что он способен вырвать из меня жизнь? Это было бы так просто: руки вокруг моего горла, щелчок по шее, и он покончит со мной.

И почему я хочу именно этого?

Я почти представляю, как его пальцы впиваются в мою шею, сжимая ее, пока я едва могу дышать, а затем отпускает, давая мне небольшую передышку. Какая-то скрытая часть меня хочет, чтобы он властвовал надо мной, пока я не буду молить о пощаде, и это одновременно пугает и возбуждает меня.

– Что ты делаешь? – я в оцепенении смотрю на него, всего в чернилах и выпуклых мышцах, его грудь пульсирует от каждого небольшого действия. Я хочу провести ладонями по его телу, почувствовать его твердость под собой, и когда я пытаюсь это сделать, он останавливает меня.

Он качает головой, забавляясь.

– Как только ты прикасаешься ко мне, дьяволица, я сгораю, – говорит он, его пальцы все еще рисуют круги по моей обнаженной коже. – Я и так едва контролирую себя. Как только мой член выйдет наружу или, не дай бог, твои руки окажутся на нем, то я потеряю всякий контроль, который у меня остался, – его голос густой и напряженный, и я вижу, что он пытается бороться с собой.

Влад проводит тыльной стороной ладони по моим влажным трусикам, и у меня перехватывает дыхание, когда он касается этой чрезвычайно чувствительной части меня.

Части, к которой никто, кроме меня, еще не прикасался.

При этой мысли меня охватывает румянец, но я достаточно читала в интернете, чтобы знать, чего ожидать, и это знание только делает меня еще более влажной, моя киска течет, прося его уделить ей внимание, которого она жаждет.

– Ты мокрая для меня, Сиси? – спрашивает он, отодвигая материал в сторону, чтобы просунуть палец между моими влажными складками, чувствуя, что его голос – само его присутствие – делают со мной. Он двигается медленно, забирая часть влаги, покрывая весь палец и поднося его ко рту.

Я как загипнотизированная смотрю, как он раздвигает губы – те самые чувственные губы, которые должны быть запретными для мужчины, – помещает палец внутрь и посасывает.

– Ты делаешь меня такой, – отвечаю я, задыхаясь, пока он слизывает языком все до последней капли.

Влад не знает, что с того момента, как я впервые увидела его, он заставлял меня чувствовать себя так. Возможно, тогда я не могла этого осознать, но в тот момент, когда он устремил на меня свои черные глаза, когда его руки оказались на моем горле, когда он поднял меня в воздух, я была болезненно возбуждена, все мое существо покалывало от его близости.

– Блядь, Сиси. Ты не представляешь, что эти слова делают со мной, – прохрипел он, его глаза полузакрыты, на лице страдальческое выражение.

Он стоит на коленях между моих раздвинутых ног, и я перевожу взгляд ниже, на его покрытый кубиками живот, чернила только еще больше подчеркивает его пресс. Его талия сужается, и я замечаю его мокрые брюки, то, как они облегают его бедра и…

Я тяжело сглатываю, когда вижу контур его члена, и понимаю, что мои слова делают с ним.

Мне не стыдно признаться, что я изучила статьи в интернете в поисках ответа на вопрос, почему он вызывает у меня такие чувства, и я прочитала достаточно, чтобы понять, что это не норма. Но опять же, все в нем превосходно, поэтому я не должна удивляться, что его член тоже запредельных размеров.

И все же, даже когда мои глаза с трудом верят, что что-то настолько большое может поместиться внутри меня, то я не могу ничего поделать с тем, как инстинктивно сжимаю свои стенки, почти представляя, как он скользит внутрь и…

С моих губ срывается стон, образ слишком ярок, мое тело бодрствует как никогда.

Его взгляд темнеет, когда он наблюдает за тем, как моя киска медленно сжимается, из меня вытекает еще больше влаги.

– Проклятие, дьяволица, – рычит он, поглаживая это чудовище в своих штанах. – Твоя киска слишком чертовски совершенна, – говорит он, качая головой и продолжая смотреть.

Вдруг его руки начинают скользить по краю моих трусиков, и у меня перехватывает дыхание, когда он спускает их вниз по моим ногам. Действие происходит так маняще медленно, что это только усиливает мое предвкушение и разочарование.

Влад усмехается, видя мое нетерпение, наклоняется и дразняще касается моих губ своими.

– Я хочу разрушить тебя, Сиси, – шепчет он, его рот нависает над моим. Влад смотрит на меня с напряжением, и я действительно верю, что он способен уничтожить меня. Если уж на то пошло, то я буду рада этому.

Может быть, даже буду умолять его о подобном.

– Я хочу разорвать тебя на части и собрать обратно, – он проводит языком по моему лицу и подбородку, отчего на коже появляются мурашки. – Но я бы сохранил кое-что, – но проводит зубами по изгибу моей шеи, – чтобы ты никогда не была целой без меня.

– Да, – я нахожу в себе силы согласиться, хотя его слова должны заставить меня бежать. – Пожалуйста, – шепчу я, и он широко раскрывает губы, впиваясь зубами в мою кожу и кусая ее.

Я задыхаюсь от неожиданной боли. Он посасывает, и мои ноги раздвигаются, позволяя ему протиснуться между ними, стремясь к тесному контакту.

– Пока, – шепчет он, поднимая голову, кровь окрашивает его белые зубы, – я довольствуюсь этим.

Грубый поцелуй, и он продолжает свой путь вниз по моему телу, ненадолго останавливаясь на моем животе и проводя языком вниз. Он кладет голову мне между ног, и на одно короткое мгновение я хочу запротестовать.

Но когда он мучительно долго проводит своим языком по моим складочкам, то моя голова с громким стоном падает на одеяло.

– Ты жесток, – выдыхаю я и чувствую, как он улыбается, прижимаясь к моей киске. Он обхватывает губами мой клитор, засасывая его в рот.

Мои руки вцепились в одеяло, а бедра дрожат, пока он продолжает свои ласки. Поднеся палец к моему входу, он проверяет мое отверстие, обнаруживая, что я плотно обхватила его.

– Господи, – восклицает он, его горячее дыхание обдувает мою киску, заставляя меня извиваться, а одна рука пробирается за мою талию, прижимая меня к себе, – ты такая тугая, что я едва могу просунуть палец, дьяволица. Черт, я представляю, как ты будешь истекать кровью, покрывая ею мой член, – хрипит он, его слова должны напугать, но вместо этого они только еще больше возбуждают меня.

Я хочу залить его кровью.

Господи, я, наверное, схожу с ума.

Вводя и выводя из меня палец, он продолжает дразнить меня языком, и внутри меня нарастает боль от возбуждения. Я извиваюсь под ним, мои бедра подрагивают, мышцы напрягаются, когда он прикусывает мой клитор, боль смешивается с удовольствием в неудержимый крик.

В какой-то момент это кажется слишком сильным, и я пытаюсь вывернуться из его рук, но он не дает мне этого сделать. Прижимая меня еще крепче, он вводит и выводит в меня свой палец, а его язык продолжает скользить по моему клитору.

Внезапно я начинаю пульсировать вокруг него, а из моей киски вытекает струйка влаги. Влад продолжает ласкать меня, поглощая мой оргазм. Он продолжает разрушать мое тело, вызывая все новые ощущения.

Когда он наконец заканчивает со мной, я обмякаю.

– Что ты со мной делаешь? – я едва нахожу в себе силы спросить, мои глаза закрыты, дыхание затруднено.

– Подкупаю тебя, – тянет он, медленно проводя языком по моему животу. – Доставляю тебе столько удовольствия, чтобы ты стала зависимой от меня, – ухмыляется он.

Я чуть не застонала от его высокомерия, но правда в том, что стать зависимой от него было очень легко. Конечно, его поцелуи стали моей новой любимой формой питания. Добавьте оргазмы к моей новой диете, и он станет просто незаменимым.

Но в нем есть нечто большее. Гораздо большее.

Это в его темных, как смоль, глазах и страдании, которое иногда просачивается сквозь трещины. В его идеально выстроенном фасаде и в том, как он преподносит себя миру. Но больше всего в том, как он позволяет мне заглянуть под свою маску.

Я вижу кричащее одиночество и маниакальную неуравновешенность, которые ведут к чистому, но непонятому гению.

И я хочу все это.

Я жажду все это.

Нет объяснения тому, что он заставляет меня чувствовать. Моя сущность взывает к его собственной так, что иногда я сомневаюсь в своем здравомыслии.

Но действительно ли мне нужно быть в здравом уме, когда я с ним?

В его безумии есть свобода – безжалостность, насилие и жестокость. И сколько бы я ни пыталась его понять, я просто не могу.

Он вне логики и даже вне чувств, в своем собственном царстве, где правил не существует.

Он прерывает ход моих мыслей, двигаясь вверх по моему телу, захватывая мой рот в агрессивном поцелуе и заставляя меня потерять голову.

Опьяняющие.

Именно так я бы назвала его губы, когда они касаются моих.

Я теряюсь в его объятиях и даже не замечаю, как он переворачивает нас, пока я не оказываюсь сверху, моя обнаженная кожа прижимается к его.

Я издаю довольный вздох, чувствуя себя счастливее, чем когда-либо, чувство принадлежности медленно манит меня и дает понять, что я, возможно, нашла свое место.

Прижавшись щекой к его шее, я начинаю изучать его татуировки, замечая, что многие из них напоминают демонов.

– Что они означают? – спрашиваю я, поднимая взгляд, и вижу, что он смотрит на меня с непонятным выражением лица.

– Мое проклятие, – загадочно отвечает он, крепко обнимая меня.

Сделав глубокий вдох, я просто позволила себе насладиться близостью его тела, ощущением моей кожи рядом с его, и когда мы начали говорить дальше, то я обнаружила, что призналась ему в своей дилемме с братом.

– Я не думаю, что мне там рады, – признаюсь я, открывая ему свою слабость.

– Почему? – он хмурится.

– Марчелло… – я запнулась, не зная, как это сказать, ведь он дружит с моим братом, – кажется, он не очень рад моему присутствию. Большую часть времени он игнорирует меня, а когда мы наконец завели разговор, то он был невероятно неловок, – я делаю глубокий вдох, пытаясь разогнать комок, образовавшийся в моем горле.

Влад на мгновение замолкает.

– Не суди его слишком строго, – наконец говорит он, поворачиваясь, чтобы посмотреть мне в глаза. Его рука ласкает мое лицо, заправляя прядь за ухо. – Я знаю Марчелло с тех пор, как мы были детьми. Ему было нелегко, и, учитывая обстоятельства твоего рождения, я не виню его за то, что он немного замкнут.

– Что ты имеешь в виду? – спрашиваю я, быстро моргая.

Какие обстоятельства моего рождения?

– Я не уверен, как много ты знаешь о своей биологической матери, – продолжает Влад, его голос необычайно спокоен, – но она была психически больна. Она также была религиозной фанатичкой, которая считала, что дьявол пытается искушать ее на каждом шагу. Из-за этого у Марчелло было нелегкое детство. Когда ты родилась, она была уверена, что у тебя дьявольская метка, – говорит он, проводя пальцами по красному пятну над моей бровью. – Марчелло знал, что не может позволить тебе жить с ней или с твоим отцом, поскольку тот был еще хуже, поэтому он решил отправить тебя в Сакре-Кёр. Думаю, он так и не простил себя за то, что отправил тебя туда, – говорит Влад.

Мне нужно время, чтобы переварить его слова.

– Неужели они были настолько ужасны? – спрашиваю я, потому что в моем сознании не может быть ничего хуже того, что я пережила в Сакре-Кёр.

– Тебе лучше не знать, – отвечает Влад. – Есть плохое, а есть твои родители, – говорит он, и я верю ему на слово.

Если Влад считает, что они были плохими, то, скорее всего, так оно и есть.

– Спасибо, что рассказал мне, – шепчу я, прижимаясь губами к его губам.

Это все меняет, и мне хочется приложить усилия, чтобы узнать брата получше. Может быть, я не такая уж ненужная, как мне казалось вначале.



На следующий день я с трудом удерживаю глаза открытыми. Влад вернул меня домой рано утром, и я почти не сомкнула глаз. Мы ели, пили и разговаривали всю ночь, чередуя игры в воде и прогулки по пляжу. То, что мы были там единственными людьми, раскрепостило нас, и мы наслаждались небольшим отдыхом от повседневной суеты. Я также знаю, что Влад все больше напрягается из-за поисков своей сестры, и это все, чем он занимается в то время, когда меня нет рядом с ним.

С усиливающейся головной болью я иду в столовую, готовая к семейным посиделкам. Хотя Влад и пролил свет на Марчелло и его поведение, это не значит, что я все еще не чувствую себя чужой.

Как только я начинаю спускаться по лестнице, то вижу в коридоре целующихся брата и Лину.

Хоть кто-то счастлив.

– Сиси? – спрашивает Лина, и я отвожу взгляд, пряча улыбку от того, что стала свидетелем ее нежного момента с Марчелло. – Сиси, подожди! – зовет она, когда я направляюсь в столовую.

– Что? – я поворачиваюсь к ней, нахмурившись.

– Что это? – спрашивает она, подходя ко мне и откидывая мои волосы в сторону. Лина указывает на что-то на моей шее, и мне требуется мгновение, чтобы понять, о чем она говорит… и как я это получила.

О, черт!

– Тебе плохо? – продолжает она, явно беспокоясь обо мне. Сердце громко стучит в груди, и я бормочу оправдание.

– Что? Нет… что-то, наверное, укусило меня, – ложь легко вырывается, но я не могу заставить себя посмотреть ей в глаза. – Я голодна, увидимся в столовой, – быстро оправдываюсь я и выбегаю.

О чем думал Влад, оставляя такие следы на моей коже, зная, что люди увидят? Более того, о чем думала я, позволяя себе такое.

Я качаю головой. Как будто я теряю все запреты, как только оказываюсь в его присутствии.

Мы все больше рискуем, и мне не хочется думать о реакции Лины или Марчелло, если они узнают, как я провожу ночи. Узнав Влада немного лучше, я кое-что поняла. Мы можем идеально подходить друг другу, но это не значит, что внешний мир будет воспринимать нас именно так.

Из того, что рассказал мне Влад, я поняла, что его не очень-то принимают в обществе. Черт возьми, Марчелло, который является его другом, не доверяет ему в том, что он не впадет в убийственную ярость в любой момент.

Если бы кто-нибудь узнал, сколько времени мы проводим вместе, или как много он стал для меня значить, я не сомневаюсь, что он попытался бы положить конец нашим встречам. И поэтому я не могу позволить себе оступиться, ни на йоту.

Да, Влад – мой маленький секрет, но в данный момент он – единственное, что помогает мне оставаться в здравом уме.

Позже вечером я набираюсь смелости и отправляюсь на поиски Марчелло.

Постучав в дверь его кабинета, я напряглась, услышав его голос:

– Войдите.

Войдя, я с гордо поднятой головой сажусь напротив него.

– Да? – говорит он, удивленный моим появлением.

– Я хотела сказать тебе спасибо, – начинаю я, и его брови поднимаются в замешательстве. – За то, что приютил меня и предложил мне начать все заново, – объясняю я.

– Сиси, ты не должна благодарить меня ни за что, – отвечает он, и на мгновение я шокирована, услышав, что он использует мое прозвище, а не полное имя, как он обычно делает. – Это и твой дом тоже. Если уж на то пошло, я должен просить у тебя прощения за то, что не поинтересовался раньше, хочешь ли ты остаться в Сакре-Кёр. Я просто предположил… – он прервался, выглядя неловко. – С моей стороны было неправильно думать, что только потому, что ты всю жизнь прожила в Сакре-Кёр, тебе не будет интересно узнать о внешнем мире.

– Ты не мог знать, – говорю я ему, – я вела себя так, будто Сакре-Кёр мой дом.

Я глубоко вздыхаю. Годы общения с одними и теми же людьми, похоже, отучили меня общаться с другими.

– Я рада, что мы все уладили, – улыбаюсь я ему.

– Я тоже. Мне бы не хотелось, чтобы ты думала, что ты нежеланный гость в своем собственном доме. Я знаю, что у тебя очень тесные отношения с Линой и Клаудией, но мне бы хотелось, чтобы мы тоже могли узнать друг друга получше. Потихоньку, – отвечает он на мою улыбку своей собственной.

– Мне бы тоже этого хотелось, – киваю я.

Глава 14

Влад

– Я удивлен видеть тебя здесь, – говорит Энцо, поднимая бровь, прикуривая сигарету.

– Правда? – спрашиваю я, садясь поудобнее.

Учитывая нашу прежнюю вражду, может показаться удивительным, что я навещаю Энцо прямо в его доме. Но недавно я нашёл несколько крупиц информации, которые изменили мое представление о нем и о нашей ситуации. Тот факт, что он не принимает меня с дробовиком у лица, только подтверждает то, что я уже знаю – Энцо Агости хитрый сукин сын.

И я вынужден с неохотой признать, что мое уважение к этому человеку возросло.

Я давно присматривался к бизнесу Агости, особенно после того, как до меня дошли не самые приятные слухи. В отчаянии я решил взять Агости под микроскоп. И для этого я использовал свою бывшую партнершу Бьянку. В качестве обмена за услугу она установила несколько жучков в офисе Энцо, и вот уже несколько месяцев полученная информация помогает мне сузить круг возможных вариантов.

– Ближе к делу, Кузнецов, – говорит Энцо, выглядя уже скучающим.

Но когда он услышит, что я хочу сказать, то эта скука наверняка сотрется с его лица.

– Такой нетерпеливый. И это у меня синдром дефицита внимания, – шучу я, без приглашения угощаясь его пачкой сигарет.

Он бросает на меня взгляд, когда я прикуриваю сигарету и делаю полную затяжку.

– Я не в настроении для твоих выходок, Влад, – он закатывает глаза, явно надеясь, что я скоро уйду.

– Хм, и о каких выходках мы говорим? – я притворяюсь, что не понимаю его.

Энцо поднимает бровь:

– Правда? – он качает головой. – Может, мне напомнить тебе, что случилось в последний раз, когда мы были вместе в одной комнате? – спрашивает он, и я начинаю смеяться.

У нас были разногласия на протяжении многих лет, и все они начались из-за его жены, или, по крайней мере, его нынешней жены. После первой размолвки у нас было не так много возможностей встретиться. Но однажды на саммите мы снова сцепились, когда я нанял свиту стриптизеров, чтобы они вышли прямо посреди встречи. Я даже послал их с персональным сообщением, что они предназначены для его жены, поскольку он не в состоянии удовлетворить ее.

Энцо был основательно обескуражен, как я и хотел, но его реакция не была такой бурной, как я ожидал.

Теперь я знаю, почему…

Тем не менее, плохая кровь течет глубоко, и я сомневаюсь, что один разговор волшебным образом все исправит. Однако у него есть кое-что, что мне нужно, так что я немного уступлю.

– Ну же, Агости. Где твое чувство юмора? Они тоже были высшего класса. Ты даже не представляешь, сколько они берут в час, – я смотрю на него сверху вниз, мои губы подрагивают. – Знаешь, если ты когда-нибудь захочешь уйти на пенсию, это может быть одним из вариантов. Ты не так уж плох на вид. Конечно, ты нравишься дамам… – я прервался, когда увидел, что у него напряглась челюсть.

– Интересно, Кузнецов, есть ли у тебя желание умереть? Я всегда знал тебя как безрассудного, но не совсем самоубийцу. – Ах, Энцо, Энцо, – усмехаюсь я, – безрассудство – это всего лишь желание умереть, но не смелость. Может быть, мне просто нравится встречаться со смертью, но я еще не готов встретить своего создателя, – говорю я, забавляясь.

– Ну, вот ты и готов, – отвечает Энцо резко, и я решаю перейти к делу, чтобы он не наставил на меня свои пистолеты. Я бы предпочел, чтобы у меня не было никаких дыр, когда я встречусь с Сиси сегодня вечером.

– Мне нужна информация, – говорю я ему, моя улыбка полностью исчезла.

Он насмехается надо мной, и я понимаю, что мне нужно пустить бомбу.

– Хименес, – начинаю я, и его внимание переключается на меня. – Я знаю, что ты работал с ним. Это означает, что в настоящее время ты владеешь некоторыми из его предприятий.

Его маска не спадает при упоминании, но его уши определенно навострены.

– Что тебе нужно? – напряженно спрашивает он. Ах, я знал, что Энцо умен. Если он понимает, что я в курсе его внеклассных занятий, значит, он должен понимать, что я знаю гораздо больше.

– Я же сказал тебе. Информация. Я ищу некоего Майлза, связанного с проектом «Гуманитас».

Он переводит на меня свой ледяной взгляд, минуту раздумывая, что ответить.

– Да ладно, Агости, тебе ничего не стоит помочь парню. С другой стороны… это будет дорого стоить для тех, кто живет в Сакре-Кёр, – я растягиваюсь на своем сиденье, с удовольствием наблюдая, как моя угроза проникает в его душу.

Он скрипит зубами, но бодро кивает мне.

– Я ничего не знаю о проекте «Гуманитас», – говорит Энцо, и я быстро бросаю на него взгляд, – но, – продолжает он, – есть один Майлз, который известен в клубной среде, особенно на территории Хименеса. Я не знаю этого парня лично, но у него есть несколько брокеров, которые покупают у него каждый месяц.

– Чудесно, – восклицаю я, на моих губах появляется широкая улыбка, – и где же я могу найти этого Майлза?

– Как я уже говорил, он сам себя не показывает. Но ты можешь найти его брокеров, – продолжает он, доставая свой компьютер и нажимая несколько клавиш. – Вот клубы, о которых я точно знаю, которые они часто посещают, – он пододвигает ко мне экран, и я наклоняюсь, чтобы прочитать список клубов и их адреса.

– Не знал, что «Папиллион» был клубом Хименеса, – сузил я глаза. Остальные клубы мне знакомы, поскольку я бывал во всех из них в прошлом в поисках ответов. Но все они находятся за пределами штата. «Папиллион», хотя и находится в Нью-Йорке, широко известен тем, что находится в распоряжении Агости.

– Никто не был, – объясняет Энцо, – но поскольку в Нью-Йорке ему не были рады, он замаскировал клуб. Это было первое условие, на которое я согласился, когда сотрудничал с ним. Я открывал клуб на свое имя, а он имел над ним полную свободу действий.

– Понятно, – говорю я, – мне понадобится доступ в клуб.

Энцо делает небольшую паузу.

– Я доверяю твоему благоразумию…

– Даю слово.

Он кивает, достает свой телефон и делает несколько звонков.

– Ты пойдешь как VIP. Постарайся не слишком выделяться. Возможно, он носит мое имя, но он не находится в моей власти, – говорит Энцо.

– Не волнуйся, Агости. Я буду как муха на стене, – я одариваю его ослепительной улыбкой, и он закрывает глаза, прижимная руки к вискам.

– Вот о чем я беспокоюсь, – простонал он. – Я серьезно, Влад. Люди, которые часто посещают эти места, не те, кого ты хочешь видеть в качестве врагов. Будет лучше, если ты привлечешь как можно меньше внимания.

– Да ладно, насколько все может быть плохо? – я думаю, что все должно быть наоборот, поскольку мое настроение в лучшем случае переменчиво.

Он не клюнул на мою приманку. Вместо этого он достает флешку, подключает его к своему компьютеру и программирует на нем несколько вещей.

– Это даст тебе доступ к каналу. Ты знаешь, как это делается. Клуб – это прикрытие, аукционы проходят в подвале. Папиллион в основном известен иммигрантами, – комментирует он, передавая мне флешку.

Ах, он хочет избавиться от меня как можно быстрее. Я могу только подчиниться, встаю и убираю флешку в карман.

Однако, уходя, я чувствую себя вынужденным добавить:

– Услуга за услугу, Агости. Твой секрет в безопасности со мной.

Я не оглядываюсь, когда покидаю его дом, понимая, что мне нужно спланировать свой следующий шаг.



Бросив последний взгляд на пакеты с купленной одеждой, я могу только надеяться, что она понравится Сиси. Поскольку наша авантюра с прыжком из окна не увенчалась успехом, мы импровизировали и разработали систему, позволяющую ей выбраться незамеченной через служебную дверь в задней части дома.

Я уже припарковал машину у главной дороги и теперь просто ждал, когда она придет.

Покинув дом Энцо, я весь день следил за трансляцией из Папиллиона, составлял план этого места и придумывал запасные на случай, если наш визит привлечет нежелательное внимание. Я решил позволить Сиси сопровождать меня по трем причинам. Во-первых… ну, я не хочу пропустить ни одного дня с ней. Во-вторых, она поможет мне слиться с толпой. И, в-третьих, она поможет мне не отвлекаться, поскольку Ваня не будет проблемой, если Сиси будет рядом.

Просто нет причин не взять ее с собой, тем более что я доверяю себе, поэтому она будет в безопасности.

– Ты снова улыбаешься, – замечает Ваня, и я бросаю на нее взгляд.

– Я не улыбаюсь, – хмыкаю я.

– Нет, улыбаешься, – она скрещивает руки на груди, поднимая бровь. – Это ведь девушка, не так ли? – спрашивает она со знанием.

– Конечно, нет, – отвечаю я немного слишком быстро, и она только ухмыляется.

– Это девушка, – повторяет она, и я вздыхаю.

– Ладно, может быть, это девушка. Но я не утверждаю, что это так. Я говорю, что есть такая возможность, – я обхожу этот вопрос, надеясь, что она оставит эту тему.

Ваня уже не первый раз поднимает этот вопрос. По ее собственным словам, она пытается заставить меня осознать мои чувства к Сиси и что я должен как можно скорее стать ее мужем. То есть, технически, то, что она говорит, не такая уж плохая идея. Если я возьму ее в жены, то она будет принадлежать только мне. С чувствами все немного туманно, поскольку я не думаю, что они у меня есть – заводской дефект, к сожалению, но я, конечно, могу притвориться.

– Я так и знала! – восклицает она. – У тебя всегда такое мечтательное, влюблённое выражение лица, – добавляет она, и у меня открывается рот.

– Нет! – решительно заявляю я, но она только бросает на меня взгляд.

– Ты слишком много протестуешь, – она ухмыляется мне, а затем ее форма исчезает в воздухе. Подняв взгляд, я вижу, как Сиси бежит к машине вдалеке.

На мгновение я вспоминаю наблюдения Вани. Я согласен, что, возможно, я как влюбленный школьник. Но кто бы им не был? Сиси не только невероятно привлекательна, но и остроумна и весела, не отстает от моего поганого чувства юмора. Она даже одобряет мои не совсем обычные болезненные наклонности. Если она не ангел, то я не знаю, кто.

Может, мне стоит взять ее в жены?

Идея не так уж плоха. Марчелло может попытаться убить меня, но, по крайней мере, мы не будем постоянно прятаться. Я даже смогу видеть ее при дневном свете, что до сих пор было очень трудно. Можно подумать, что мы, вампиры, ведем ночной образ жизни.

Но чем больше времени я провожу с ней, тем больше ее жажду. Мне недостаточно просто видеть ее рядом, слушать ее смех, пробовать на вкус ее тело.

– Боже, – простонал я вслух, потянувшись вниз, чтобы поправить свой член. Теперь это обычное явление. Стоит мне только подумать о ней, и я уже тверд. Это так просто.

Черт, в ту ночь на пляже я был настолько без ума от нее, что кончил в штаны. Неловко, но я смог отмахнуться от этого, предложив еще раз окунуться в воду. Ее запах, вкус, просто ощущение ее киски на моем языке – это был опыт, не похожий ни на какой другой.

И как человек, который раньше с насмешкой относился к мысли о том, чтобы подойти так близко к другому человеку, я обнаружил, что теперь не могу находиться достаточно далеко.

Для этого мне нужно сделать все возможное, чтобы не испортить ситуацию. Я знаю, что у меня не так уж много достоинств, и что она могла бы сделать все гораздо лучше и нормальнее, но я должен показать ей, что даже с моими недостатками я – лучший выбор.

Хорошо, что у меня надежная защита на компьютере, потому что было бы неловко просматривать историю просмотров.

Какой подготовленный убийца ищет советы о том, как завести роман с женщиной?

Еще хуже, какой убийца проводит время на женских форумах, смотря идеи для свиданий? Я был бы позором для всего сообщества убийц, если таковое вообще существует.