Текст книги ""Фантастика 2025-122". Компиляция. Книги 1-16 (СИ)"

Автор книги: Татьяна Зубачева

Соавторы: Евгений Покинтелица,Константин Кривцун
сообщить о нарушении

Текущая страница: 78 (всего у книги 363 страниц)

Наконец они нашли подходящее. Мешок – не мешок, рюкзак – не рюкзак, нечто среднее, тёмно-зелёное, поместительное…

– Из армейского, что ли? – Андрей вертел его в руках, проверяя застёжки.

– А то! – ухмыльнулся продавец. – Заготовили впрок, а куда его теперь. Берите парни. Неказисто, зато прочно.

Эркин кивнул, и они стали торговаться. Вернее, торговался один Андрей, доказывая, что два мешка – это не один, это уже оптовая покупка и им положена скидка. Продавец с удовольствием поддерживал игру, и Эркину пришлось наступить Андрею на ногу, чтобы тот не заигрывался.

Приобретя мешки, они пошли опять вдоль вещевого ряда.

– Все платки берут! – глаза у Андрея радостно блестели. – Ни о размере там, ни о чём думать не надо.

– Платки так платки, – согласился Эркин. – Большой когда – это шаль?

– Ага! Правильно. Шаль – это, что надо. Помню… ладно, потом расскажу. Давай туда.

– Заваль там! – удержал его Эркин. – Ты смотри, кто покупает.

– Верно. Такое дарить – это себя позорить, – гордо заявил Андрей. – А… пошли в город, может, там что получше найдём.

– Там и глаз больше, – вздохнул Эркин.

– Тоже правильно, – поскучнел Андрей, но тут же улыбнулся. – А на хрен мы опасаемся? Нам же здесь не жить. Где Бифпит и где мы будем?!

Эркин кивнул.

– Давай тогда здесь мелочёвку себе купим. Всё ж дешевле. А за остальным в город.

– Идёт.

Они решительно отвернулись от палаток, увешанных ядовито-яркими платками, платьями и лентами.

– Ты чего хотел ещё?

– Трусы, я думаю. И мыло.

– Как ты полощешься, тебе кусок в день нужен, – ухмыльнулся Андрей, предусмотрительно делая шаг в сторону.

– А я твоим мылюсь, пока ты бреешься, – спокойно ответил Эркин. – Для этой… экономии.

Андрей даже не сразу нашёлся с ответом.

Сделав все необходимые покупки, они пошли в город. И уже выходя с луга, столкнулись с Фредди.

– Сорвал ты мне номер, стервец.

– А ты ж сам сказал, что хватит патроны тратить, ну, я и решил… – немедленно перешёл в нападение Андрей. – Мне вон Эркин тоже… сорвал. Я обыск хотел показать. Ну, это когда нож в рукаве…

– Правильно тебя Эркин положил, – перебил его Фредди. – Нашел, что и кому показывать! Там же и шериф, и начальник полиции, и комендатура. Все были. Показал бы…

– Ладно, – Андрей решил сменить тему. – Вот что, Фредди, мы вот прибарахлиться решили, а там заваль одна. Так куда нам лучше сунуться в городе?

– В «Лабиринт», – сразу сказал Фредди. – Магазин Крейга на Мейн-стрит. Одна дверь без витрин, вся в наклейках.

– Ага, это за фруктовым, если к Дюпону идти, так? – уточнил Андрей.

– Всё-то ты знаешь, – усмехнулся Фредди. – Во фруктовый ты забредал, небось и у Дюпона был?

– Ему смокинг бычки порвали, – очень серьёзно сказал молчавший до этого Эркин. – Никак не зашьёт, лентяй.

Фредди застыл на секунду и тут же заржал так, что еле устоял на ногах. Рассмеялись и парни.

– А в «Лабиринте» этом… хороший товар? – отсмеялся, наконец, Андрей.

– У Крейга всё есть, – усмехнулся Фредди.

– Как у Роулинга? – улыбнулся Эркин.

– У Крейга побольше. Подарки покупать будете? – Фредди смотрел на них с еле заметной усмешкой.

Они невольно замялись с ответом, а Эркин отвёл глаза, и Фредди продолжил сам:

– Вы, когда уезжали, койки за собой оставили, – он не спрашивал, но они кивнули. – Ну, так хозяйкам подарок обязательно, если дети есть, то и им надо.

– Хозяйским? – уточнил Андрей.

– Ну да. Хочешь жить спокойно – не скупись. Себе ж боком выйдет.

– Убедил, – засмеялся Андрей, незаметно толкая локтем Эркина. – А чего брать? Ну, что получше?

– Деньги есть? Тогда найдите отделение Монро.

– Как? Как? – переспросили они в один голос.

– Монро, – раздельно повторил Фредди. – Ищите букву M. У вас фамилия с неё начинается.

– Ага, понятно, – кивнул Андрей.

– И что там, у Монро? – спросил Эркин.

– У него лучшие вещи для женщин. Правда, дорого. Но если от Монро, то всё. Ни одна не устоит.

– Точно? – у Андрея явно была готова шутка, но Фредди легко обошёл ловушку.

– Вот на своей хозяйке и проверишь. Бывайте, парни.

Андрей посмотрел ему вслед и вздохнул:

– Ты смотри, как вывернулся, а?!

– Он и без Монро обходится, – рассмеялся Эркин. – Мы идём или нет?

– Пошли, – опять повеселел Андрей. – Посмотрим, что за Монро такое.

– Если что… ну, не пустят меня…

– Если что, я им разнесу всё к чертям свинячьим, – очень серьёзно пообещал Андрей.

Как всегда, они специально не искали друг друга, но почти сразу столкнулись лицом к лицу.

– Ну как?

– Уладил, – Фредди закурил и оглядел мельтешащую толпу. – Завтра в четыре она уедет и до следующего ленча не появится.

– Быстро ты, – усмехнулся Джонатан.

– Она баба покладистая и без больших претензий. Не задаёт вопросов. И не треплива.

– Удобно. Значит, всё доставят к шести. В восемь сядем.

– В восемь коктейли, Джонни. Ты же сам меня учил.

– У меня программа на всю ночь, – улыбался Джонатан. – Ужин начнём после десяти. Да, парни сами найдут?

– Парней я приведу.

– И предупреди, чтобы на завтра ничего не планировали. Скажешь…

– Скажу, что будут нужны, и всё. Парни – моя работа, Джонни. Но ты не переборщил с изысками?

– Тебе что было сказано? Не боись, – Джонатан смешно передразнил интонацию Андрея. – Надеюсь, сейчас до тебя дойдёт.

– Считай ответ за мной, – кивнул Фредди. – Отваливаю, тебя русский ищет.

– Угу, – Джонатан уже видел идущего к нему Старцева и улыбнулся, ощутив, что пространство рядом с ним опустело.

Суета, суета, суета…

– Миссис Энтерпрайс, я так волнуюсь…

– Успокойтесь, душенька. Если до сих пор всё было в порядке, почему сейчас должно что-то случиться?

– Да, но… но если кто-то из этих… из них подойдёт…

– То вы обслужите его… А, вот и отлично! Как вас зовут, девушки?

– Винни, мэм.

– Зизи, мэм.

Миссис Энтерпрайс с удовольствием оглядела двух молоденьких миловидных мулаток в опрятных ситцевых платьях.

– Миссис Гладстон объяснила вам, что вы должны делать?

– Да, мэм, – ответили они в один голос.

– Отлично. Вот это будет ваш киоск, – она повела девушек вдоль киосков благотворительного базара. – Вот этот. Украсите его сами, как хотите.

– Да, мэм.

– Хорошо, мэм.

– Танцевать можете по очереди. А товар для продажи вам принесут.

– Да, мэм.

– Ну, устраивайтесь.

Она поощрительно улыбнулась девушкам и ушла, давая им время оглядеться и взяться за работу.

– Вы умница, Присси. Разумеется, все цветные повалят к ним.

– И снесут киоск. При этом товары и выручка исчезнут.

– Ну-ну, Глэдис, не будьте такой пессимисткой. Спасибо, душенька, вы слишком добры ко мне.

– А танцы? Тоже общие?

– На лугу всем хватит места, милочка, вас не затолкают. А, Гарри, вы будете на балу?

– По долгу службы, – начальник полиции щёлкнул воображаемыми шпорами.

– Мы счастливы видеть вас в любом случае, Гарри.

Миссис Энтерпрайс бодро семенила, успокаивая и уязвляя, рассыпая улыбки, комплименты и колкости.

– О, Фредди! Примите мои поздравления. Вы были восхитительны.

– Благодарю, – Фредди склоняет голову с небрежной, но необидной улыбкой.

– Я так жалела, что вы не участвовали. Я бы ставила только на вас и разбогатела.

– Ну, последнее вряд ли, Присси, – вмешалась вдова Эйсаф, ровесница и вечная соперница во всём. – Таланты Фредди всем известны и против тебя никто бы не играл. Фредди, вы были великолепны, но сегодня вы превзошли самого себя. Первая награда должна была быть вашей.

– Похвала леди – достаточная награда ковбою, – улыбка Фредди стала ещё шире.

Обе дамы почти одновременно чмокнули его в щёки с двух сторон и победно посмотрели друг на друга. Воспользовавшись возникшей заминкой, Фредди попросту удрал, страшно довольный тем, что Эндрю этой сцены точно не видел. Эта язва бы уже порезвилась…

«Лабиринт» оказался настоящим лабиринтом. Пока деньги не кончатся, выхода не найдёшь. Сначала Эркин и Андрей бродили в поисках этого чёртова Монро, потом просто «из интересу». Нет, «Монро» они нашли, но, поглядев на цены, отвалили, побродили, посмотрели и вернулись к «Монро».

– Лучше не найдём, – вздохнул Андрей.

– И дороже тоже, – хмыкнул Эркин.

– Если что, я подкину тебе.

– А я тебя выкину, ясно?

Они стояли у стеклянной витрины-перегородки, не решаясь зайти.

Внутри магазин Крейга состоял из множества маленьких магазинчиков различных фирм, огороженных стеклянными витринами, где и дверь не сразу найдёшь. Здесь было действительно всё. И здешних продавцов, похоже, ничем не удивишь. Во всяком случае, когда два пастуха вошли в отделение фирмы «Монро», продавец и глазом не моргнул.

– Добрый день, парни. Решили, что вам нужно, или ещё посмотрите?

– Добрый день, сэр, – Андрей старался держаться с непринуждённой вежливостью. – Нам бы шали.

Продавец с улыбкой показал им на увешанный шалями высокий, до потолка, стеллаж.

– Выбирайте, парни. Смотрите сами, у нас всё честно.

Шали оказались и впрямь развешены так, что каждую можно рассмотреть, а хочешь, так и пощупать. Правда, на это они не рискнули. Эркин ещё в Джексонвилле хорошо усвоил: цветной тронул – плати. Ценники-то видны. Ни одной дешевле ста нет. А есть и такие, что цена длиной в его номер. Пять цифр подряд. Эркин даже не знал, как такие числа называются. Он вздохнул и вернулся к той стороне стеллажа, где висели шали от ста до трёхсот. Дороже ему нельзя. Снова прошёлся взглядом по шалям от потолка и до пола. Одну он приметил, ещё когда они стояли с той стороны перегородки. И цена. Двести двадцать семь. Останется ещё Алисе чего-нибудь купить. Но он медлил. Андрей, видно, тоже уже приглядел. И тоже… молчит чего-то.

Андрей решился первым.

– Мне вот эту.

– Понял, – продавец снял со стеллажа пушистую, даже на взгляд тёплую шаль. Красные, чёрные, белые полосы переплетались красивой клеткой, продолжаясь длинной бахромой. – Настоящая ангора, парень. Не знаешь? Ангорский пух. Зимой на топливе сэкономишь, что на неё потратил.

Под руками продавца шаль как сама собой свернулась и легла в прозрачный пакет, который продавец заклеил золотой лентой с фирменным ярлыком. Андрей достал бумажник и стал расплачиваться. Эркин ещё раз мысленно представил себе Женю, быстро подсчитал деньги и, когда продавец, закончив с Андреем, посмотрел на него, тихо сказал:

– Мне вот эту, сэр.

Продавец окинул его заинтересованным, но доброжелательным взглядом и снял шёлковую, переливающуюся золотистым цветом шаль с вытканным узором. Матовые листья переплетались на блестящем фоне. Блестящей была и длинная бахрома с трёхрядной сеткой и кистями.

– Точно эта?

– Да, сэр, – кивнул Эркин.

Продавец быстро сложил её и запрятал в такой же, как у Андрея, прозрачный пакет с золотой наклейкой. Эркин достал бумажник и выложил две сотенных и три десятки, взял пакет и сдачу. Андрей был уже готов идти, но Эркин медлил.

– Ещё что будешь брать, – понимающе кивнул продавец. – Ну, смотри.

Взять Алисе тоже шаль? Только маленькую? Да нет, таких не видно. Платье? Вон маленькие висят. Дорого. И тут размер знать надо.

Андрей тоже осматривался с самым живым интересом. И эту штуку на полке рядом с детскими платьицами заметил тоже он.

– А это что такое?

– Это? А! Смотрите, парни.

Продавец поставил на прилавок кожаный баульчик, украшенный кожаной бабочкой. Её крылышки были расшиты блёстками. Бабочка прикрывала пряжку. Продавец ловко раскрыл баульчик, и Андрей даже присвистнул от изумления. Баульчик не просто открывался, он раскладывался, и изнутри поднимались полочки-ящички, в которых лежали нитки, иголки, напёрсток, ножницы, пяльцы, лоскутки, тесьма, ленты… всё для шитья.

– Вот это да! – вырвалось у Андрея.

– Мечта любой девочки, – улыбнулся продавец.

Андрей посмотрел на Эркина и быстро отвёл глаза.

– И дорогая, небось, штука?

– Как сказать, парни. Сто восемьдесят кредиток.

– Ух ты!

– Так ведь штучная работа, парни. Они делались на заказ. А этот просто, – продавец грустно улыбнулся, – просто не успели выкупить. Мы и выставили его на продажу. С Рождества стоит. Но дешевле не станет.

– Стоящая штука, – решительно сказал Андрей. – Давай, Эркин. Ну… ну, впрок, а? Когда-нибудь да понадобится, – и вдруг как будто ему только что в голову пришло. – А ты себе возьми. Ты ж сам шьёшь всё время. Вот себе и возьми.

– Ты что? – Эркин наконец оторвался от баульчика и посмотрел на Андрея. – Совсем с ума сошёл? На что это мне?

– А… – Андрей явно проглотил уже просившееся на язык и задиристо, с подначкой сказал: – А спорим, что не купишь!

Эркин перевёл дыхание, еле заметно улыбнулся и сердито ответил:

– А вот и куплю! – и полез за бумажником.

Продавец, слушавший всё это с абсолютно безучастным видом, сложил и запаковал баульчик.

Выйдя из отделения Монро, Эркин решительно повернул к выходу. Андрей шёл рядом, довольный тем, что всё так удачно получилось, и смущённый тем, что не мог предсказать реакцию Эркина. А тот упорно молчал. На улице только разжал губы для короткой фразы:

– Сейчас перехватим чего и в гостиницу.

И снова замолчал.

Они поели в какой-то забегаловке в Цветном квартале. Только и толку, что недорого. И то Эркин по всем карманам мелочь собирал. А предложить заплатить за обоих Андрей не рискнул: так мрачно заходили желваки у Эркина, едва он попытался дёрнуться.

И только когда они вошли в свой номер, закрыли дверь и сняли мешки, Эркин глухо сказал:

– Спасибо, Андрей. Сам бы я не рискнул.

И Андрей перевёл дыхание.

– Посмотрим ещё раз?

Эркин покачал головой.

– Смотри, как сложено. И заклеено всё. Я так не сумею.

И занялся перекладыванием покупок. Два мешка всё-таки.

Андрей свой просто засунул во вьюк рядом со старым, вытащил точильный брусок и занялся призовым ножом. Больше они о покупках не говорили. Чего не сказано, того не знаешь. Просил же Эркин не трогать этого. Он и не будет. Он же работал там, видел и хозяйку его, и девочку. Ведь если что… сестрёнок же эта сволочь не пощадила, мать… так и этих могут. Если как Фредди говорил, да и остальные чего-то тоже про поворот болтали… ну, он им покажет поворот. Запросто они его теперь не возьмут, ни хрена у них не получится!

Андрей оглядел нож и продолжил работу. Сталь хорошая, и рукоятка ничего, можно не переделывать особо. Если до ума довести, то два ножа – это уже сила.

– Эркин, тебе нож направить?

– Свой сделай сначала, затупил, небось, – усмехнулся Эркин.

– Подправить не направить, минутное дело, – рассмеялся Андрей. – Всё-таки давай. Я ж тебе говорил. У тебя складешок, ему эта… олимпиада ни к чему, он для другого.

– Думаешь, ещё понадобится? – Эркин положил перед ним свой нож и сел к столу. Подвинул к себе листки с буквами. – Который мой?

– Оружие всегда в полной готовности держать надо, – явно кого-то передразнил Андрей, быстро поглядел, указал на листок с буквами E и M.

Эркин кивнул и взял ручку. Андрей поднял голову, посмотрел на него и буркнул:

– Не нажимай так. Сила тут не нужна, – и снова взялся за работу.

Он закончил с ножами как раз, когда Эркин исписал весь свой листок с обеих сторон. Андрей посмотрел на его работу и кивнул:

– На что-то похоже. Держи свой.

– Угу, – Эркин вытер рукавом мокрое от пота лицо и взял нож. – Ты хоть для виду покарябай. А то заметят.

– Чёрт, верно.

Андрей убрал брусок и нож и сел опять к столу.

– Эт-то ты прав, – бормотал он, стараясь не писать, а рисовать буквы. – Когда умеешь, это трудно. Да, у тебя-то деньги ещё есть?

– Мои проблемы, – усмехнулся Эркин. – Есть, не трепыхайся. Не взял просто с собой.

– А то на балу без денег хреново. Угостить там, самому угоститься…

– Подкинуть тебе? – участливо спросил Эркин.

Андрей даже ахнул.

– Ну ты!..

Эркин усмехнулся.

– У тебя учусь. Закончил?

– Сойдёт, – Андрей отодвинул свой листок и положил ручку. – Ну что, на проминку? Чтоб потом не дёргаться.

– Проминка, уборка, себя в порядок привести, – задумчиво перечислял Эркин.

– И поесть ещё.

– Да, там всё дороже будет. А знаешь… переживём без обеда?

– Переживём, – засмеялся Андрей. – Пошли?

– Пошли, – кивнул, вставая, Эркин.

Бифпит затихал, готовясь к балу. Отсыпались, отмывались, наряжались. В комендатуре после долгих споров решили дать увольнительные всему составу, оставив только самых необходимых часовых и дежурных. Раньше обычного закрылись городские магазины. Продавцы и продавщицы тоже идут на бал. Начальник полиции лично проводил инструктаж полицейских. Шериф отдельно собрал своих помощников. Всех четверых. Ну и что, что парни ещё не оформлены. Пусть приучаются.

– Так что, кому веселье, а вам – работа. Понятно? – Джерри обвёл взглядом стоящих перед ним Дона и трёх темнокожих парней.

Те молча кивнули.

– Теперь идите, отдыхайте пока, а к началу чтоб были на месте. Дон, останься.

Когда за парнями закрылась дверь, Джерри позволил себе расслабиться и жестом предложил Дону сесть. Молча достал из бара и поставил перед ним бутылку и стаканы.

– Наливай, Дон. Ты как, отошёл уже?

– Я ему этого не прощу, – угрюмо ответил Дон, подвигая шерифу наполненный стакан.

Джерри поблагодарил кивком, взял стакан и отхлебнул с видимым наслаждением.

– Ты проиграл, Дон. Во-первых, что ты ему не простишь? Что он при всех повторил оскорбление, твои же слова?

– Джерри, это же на самом деле он меня оскорбил.

– Возможно, но очень трудно доказуемо, Дон. А во-вторых… что ты с ним сделаешь? А? Пристрелишь? Это надо было делать сразу, тогда же. А не хлопать ртом и глазами. И это был бы достойный ответ, но… – Джерри поучающее поднял палец, – но неразумный. Потому что Весёлый прирезал бы тебя на месте, а Гарри арестовал бы тебя за убийство, а комендатура…

– Не надо, я понимаю. Кстати, я так и сделал. Разумно, но недостойно. Но и индеец… не святой. За ним тоже можно много найти.

– Согласен. Но это ещё нужно искать.

– Да чего искать, Джерри?! Как они на борьбе стояли, так весь десяток можно было…

– Что, Дон? Сдать русским? Незаметно, чтобы русские жаждали взять их на своё довольствие. И нам новая заваруха?

– С чего ты взял это, Джерри?

– С того! – Джерри не выдержал. – Ты один, что ли, сообразил? Все поняли! И ни один, никто русским и словом не обмолвился. Рыжему Кейту, он чего-то там сказал, по затылку кольтом двинули. Негра, с бельмом, да знаешь ты его, улицы метёт, чуть не затоптали. За то же самое! Дамы наши, – Джерри выразительно сплюнул, – все эти леди, что от одного их вида заходились, они промолчали! А вот увидишь, как они их на балу ловить и затаскивать к себе будут. Да что там… Думаешь, этот русский, капитан, ну, что всюду нос суёт, он не понял? И тоже… молчит.

– Сколько ему за это заплатил Бредли?

Джерри с интересом посмотрел на Дона.

– Интересно… что ж, тоже… мысль. Тогда, Дон, всё. Бредли тебе не перешибить. Не по зубам он тебе. Да и Фредди там недалеко.

Дон хмуро кивнул. Джерри подвинул ему свой стакан, поблагодарил кивком и продолжил уже другим тоном.

– Учись проигрывать, Дон. И может, оно и к лучшему. Это волки. А охотиться с волком… Иди, знай, на кого он кинется.

– Всё так, Джерри, я всё понимаю. Но… но зачем он при всех?

– А зачем ты при всех к нему полез? Сказали тебе «нет», ну, и отвалил бы. А напросился, так получи. Ладно, Дон. Меня и похлеще щёлкали, было дело.

– Цветные?!

– А ты думал?! Ты раскрутку, полную, у раба видел? То-то. А я видел.

– Их же… стреляли.

– Верно, я и стрелял. Было дело. Только они не покорялись, с этим «нет» и уходили. Понял? Я в проигрыше оставался, а не они. Ладно, – Джерри шумно перевёл дыхание. – С этим всё. И забыли. Как тебе эти трое?

Дон неопределённо повёл плечами.

– Смотри, аккуратнее. Если что, тебе с ними плечом к плечу и спина к спине стоять. Как оформлю, начнёшь их стрельбе учить. И вообще…

– Ясно, – Дон заставил себя улыбнуться.

Сегодня на проминку Фредди не пришёл, и Андрей повёл Майора, а Эркин Огонька. Дорогу за город они уже знали хорошо и, выехав на обычные проминочные тропы, пустили коней рысью. Долго ехали молча, думая каждый о своём. Потом переглянулись и улыбнулись.

– Попляшем сегодня, – рассмеялся Андрей. – Ну, и всё остальное.

– Валяй, – улыбнулся Эркин.

– А ты?

– Посмотрю. Выбиваться неохота, понимаешь?

– А, понятно, – кивнул Андрей. – Но… думаешь, следит кто?

– Русский этот, ну, тот, что с Джонатаном рядом, всюду-то он нос суёт. Заметил?

– Ага, – лицо Андрея стало серьёзным. – Цепкий глаз у него, всё видит.

– И парни, ну, из местных, говорили. Расспрашивать любит. И так вопрос завернёт, что ни смолчать, ни соврать. Сама по себе правда выскакивает.

– К нам он не лез.

– Ну, как полезет, так и отлетит, – ухмыльнулся Эркин, сделав гримасу тупого рабского непонимания. – Не впервой.

Андрей рассмеялся, и Эркин стал прежним.

– Да и он из Джонатана всё, что ему нужно, вынет.

– Ну, – Андрей задумчиво покачал головой, – не такой он дурак.

– Кто? Джонатан? Не такой. Но он деньги любит. Русский ему проиграет побольше и всё получит.

– Пока что он русскому проиграл, – засмеялся Андрей. – На тебе. Пятьсот кредиток.

– Охренеть, какие деньги у лендлордов, – хмыкнул Эркин. – Это он, чтоб русский не копал под ним.

– А чего там накопаешь? – удивился было Андрей, но тут же сообразил. – Ага, верно. И за Фредди тянется, чёрт.

– Что могли, мы сделали, – пожал плечами Эркин. – Дальше их проблемы. Я думаю, после справок нас долго держать не будут. Расчёты уже начались.

– Нам ещё лошадей в имение гнать, – напомнил Андрей.

– Помню. Как я считаю, мы пять дней здесь. Если на всё две недели, то девять дней осталось.

– Дни считаешь? – тихо спросил Андрей.

Эркин молча кивнул, и лицо его на мгновение стало таким беззащитным, что Андрей отвёл глаза.

– Да, – Эркин тряхнул головой, отбрасывая прядь со лба, а вместе с ней и ненужные сейчас мысли. – Ты чего-то про дом рассказать хотел. Ну, когда мы ещё в палатках смотрели. Про шали говорили.

– А! – Андрей улыбнулся. – Вспомнил. У матери платок был. Большой-большой, – Андрей, бросив поводья, размахнул руки во всю длину, так что Эркин даже отшатнулся. – Вот такой, а сложишь… – Андрей на секунду задумался и показал Эркину плотно сжатый кулак, – во, в кулак зажмёшь. Сам голубой, а узор… ну, не могу описать какой, и всеми цветами. И я слышал, как говорили, что это настоящая шаль, настоящий кашемир.

– Чего? – заинтересованно переспросил Эркин.

– Кашемир. Я сам не знаю, что это. И вот эту шаль отец маме подарил. У него книга вышла, и они поженились как раз.

– Постой, как это? Книга вышла? Что это значит?

– Не знаю, – растерянно пожал плечами Андрей. – Тоже вот, слова помню, а что значат – не знаю.

– Ну ладно, про шаль давай.

– Ну вот, и говорили, что она очень старая и что отец за неё сумасшедшие деньги отдал.

– А что, старое дороже нового? – удивился Эркин.

– Нет, это я не так сказал. Старинная, вот. Это дороже. – Андрей мечтательно улыбнулся. – Мы как-то втроём сразу в неё завернулись, представляешь, какая большая, – и как-то растерянно посмотрел на Эркина. – Постой, я втроём сказал?

– Ну да.

– Значит, точно, две сестры было. И вот как стояли мы. Одна больше, наверное, старшая, посередине, а мы двое с боков, я и младшая, точно. Младшая, моложе меня. Маленькая. Ах ты, чёрт, имя же крутится. На маленькую, малышку похоже, ну, как оно, Эркин?

Он смотрел на Эркина с такой надеждой, что Эркин отвёл глаза.

– Я не знаю русских имён. Только… нет, только твоё. И ты ещё говорил как-то. Люба.

– Люба? А, это с шоколадом которая, и песенка ещё была, помню, – Андрей негромко пропел. – Эх, люба моя, эх, мила моя, что же ты не весела была… Стоп, правильно. Мила, Милочка. Мила её звали. Младшенькую. А полностью… нет, ушло уже.

Андрей огляделся по сторонам.

– Слушай, повернём, пожалуй.

– Повернём, – кивнул Эркин. – А то вон, на Пустырь поворот.

– А ну его, – Андрей крепко выругался. – На чёрта не сожгли его?!

– А чего забор жечь? – пожал плечами Эркин. – А может, думали, ещё понадобится.

– Я им подумаю, – мрачно пообещал Андрей, разворачивая Бобби. – Давай обратно. Нам ещё убираться, их чистить, самим чиститься… Давай, двигаем.

– Двигаем, – согласился Эркин.

Когда они, убрав денники, вычистив лошадей и задав им корм и воду, пошли к себе, ключа на стойке не было, а встретившийся им на лестнице Билли быстро шепнул, что приходили Джонатан и Фредди, но лендлорд ваш уже умотал, а старший на месте, вот, велел свои сапоги начистить. Андрей сунул Билли две сигареты, и они пошли в номер.

Дверь была не заперта, а Фредди сидел за столом над бумагами и даже головы не поднял, пока они разувались у вешалки и вешали шляпы, и только когда Андрей уже открыл было рот, заговорил сам:

– Сапоги-то отмыли? А то с бритой мордой в навозных сапогах не смотрится.

– Может, и начистить их прикажешь? – немедленно взъерошился Андрей.

– Рабские сапоги не начистишь, – спокойно сказал Эркин. – А отмыть отмыли.

– Угу, – Фредди бросил ручку и стал складывать лежащий перед ними лист. – Так, идите, приводите себя в порядок. А потом поговорим.

– А ты с чего это так раскомандовался? – подчёркнуто спокойно с небрежной ленцой спросил Андрей.

Фредди поднял на него глаза.

– Решил порезвиться? Ладно. Поговорим сейчас. Садитесь, – и развернул уже сложенный гармошкой лист.

Андрей и Эркин переглянулись и сели к столу.

– Так, парни. Сегодня гуляйте, как хотите. До утренней уборки. Потом, когда придёте в норму, идём за справками. На вечер на завтра ни с кем не договаривайтесь. Будете нужны.

– Тебе? – Андрей всё-таки не выдержал.

– Мне, – Фредди твёрдо смотрел им в глаза. – И Джонатану. И пока без вопросов, парни. На вечер и всю ночь. Утром придёте сюда, соберётесь и отправитесь в имение.

– Что? – теперь не выдержал Эркин.

– Уши заложило? В имение. Берёте всё своё, вьюки оставляете. Только свои мешки. Берёте всех лошадей. Смотрите, это карта. Вот Бифпит, вот имение, вот это ваш маршрут. Эндрю! Сюда смотри. Где север?

Фредди жёстко, с неслыханными ими раньше интонациями, называл ориентиры, снова и снова заставлял их подробно описывать предполагаемый путь. И наконец, сочтя их ответы удовлетворительными, кивнул:

– Ладно. Не заплутаете. Бери карту, Эркин. К темноте должны успеть. Лошади отдохнули, выдержат. Всё ясно?

– А в имении… как? – спросил Эркин.

– В имении ставите лошадей в загон и ждёте. Дня четыре-пять.

– А если… – начал Андрей.

– Ждёте, – жёстко повторил Фредди. – Если не будет.

– Значит, завтра, а послезавтра уезжаем, – уточнил Эркин.

– Да, – кивнул Фредди. – Раз всё ясно… – и замолчал прислушиваясь. В дверь осторожно постучали. – Да, входи!

В приоткрытую дверь осторожно втиснулся Билли, поставил у вешалки начищенные сапоги и исчез. Фредди улыбнулся и сказал уже совсем по-другому:

– Раз всё ясно, то с этим всё. Давайте к балу готовиться. Да, вот ещё. Едете с деньгами и вещами. Лошади тоже… в цене. Так что языки не отвязывайте.

– Голому ежу ясно, – буркнул Андрей.

– Голому – это бритому? – уточнил Эркин, поворачивая задвижку на двери.

– Верно, – кивнул Фредди. – Спокойнее будем.

Пока Андрей думал: обижаться ему на вопрос Эркина или нет, тот уже сложил и засунул в свой мешок карту и, расстёгивая на ходу рубашку, ушёл в ванную. Фредди как-то очень быстро тоже оказался там, момент для достойного ответа был упущен, и Андрей счёл за лучшее предать инцидент забвению.

Фредди брился с такой придирчивой тщательностью, что Андрей не выдержал:

– Фредди, ты чего так… серьёзно?

– Ты, что такое бал, знаешь? – ответил Фредди вопросом.

– Ну-у, танцы там, веселье… всякое.

– Всякое – это какое? – немедленно спросил из-под душа Эркин. – Три радости, что ли?

– Выучил на свою голову, – пробурчал Фредди, ощупывая щёки. – На балу всем хорошо должно быть. А ты колючий когда, ей обидно.

– А, так ты утром от тех двух поэтому удрал? – спросил Эркин.

– Чтоб не обиделись, да? – поддержал его Андрей, разглядывая себя в зеркале.

Фредди от изумления не знал, что ответить, а Эркин продолжал очень участливым тоном:

– Это ты зря, такие старые всегда всем довольны. Они, когда дорвутся, то уж ни на что не смотрят.

– Т-так, – наконец выдавил Фредди, – так вас же там не было!

– Ага, – Андрей говорил беззаботно, но внимательно следя за Фредди, чтобы вовремя увернуться от возможной затрещины. – Нам рассказали.

– Ну да, – Эркин переключал внимание Фредди на себя. – Говорят, рванул ты от них… быстрее собственной пули.

Эркин добился своего. Фредди повернулся к Андрею спиной и кинулся на Эркина. Андрей повис на нём сзади, и Фредди оказался под душем, зажатым в очень неудобной позе.

– Ну, чего ты? – успокаивал его Эркин, предусмотрительно не разжимая захвата. – Тебе же про нас рассказывают. А нам про тебя. Обычное же дело.

– Черти вы, – наконец выдохнул Фредди.

– Да уж, – со вздохом согласился Андрей. – Не ангелы.

– Ты как, Фредди? Отпустить тебя как, можно? Или ещё постоишь? – Эркин осторожно разжал захват.

Но Фредди и сам уже смеялся вместе с ними.

– Ну, я на вас сегодня посмотрю. Как вы крутиться будете.

– А что ж поделаешь? – ухмыльнулся Андрей. – Покрутимся. Это вон Эркину туго придётся. На него, знаешь, сколько глаз положено?

– Отобьюсь, – спокойно сказал Эркин. – Когда не связан, отбиться всегда можно.

– Ну-ну, – хмыкнул Фредди. – Посмотрим.

Потом так же тщательно одевались. Эркин надел свою призовую многоцветную рубашку, Андрей – нарядную, бело-синюю. Нарядная рубашка была и у Фредди, белая с серебряной нитью, образующей некрупную клетку. Ну, джинсы у всех троих чистые, целые. Андрей и Эркин в призовых поясах. Платки шейные… у Фредди ярко-красный, шёлковый. Подумав и буркнув:

– Бал всё-таки, – Фредди надел ещё замшевый жилет медово-жёлтого цвета и улыбнулся в зеркало восхищённым взглядам парней.

– Ну, Фредди, – выдохнул Андрей, – ну, класс! Все твои будут. Нам с Эркином и ловить нечего. Верно, Эркин?

Эркин, улыбаясь, кивнул, но промолчал. Фредди затянул пояс с кобурой, ещё раз оглядел себя в зеркале.

– Бал большой, Эндрю, на всех хватит.

– Фредди, как думаешь, денег много брать? – спросил Эркин.

– Сколько возьмёшь, столько и потратишь, – ответил Фредди. – Игры на балу нет, взять негде. Да если бы и была… бал!

– Понятно, – кивнул Эркин и пошёл в гостиную.

Было слышно, как он полез во вьюк.

– Что, потратились сильно? – негромко спросил Фредди у Андрея.

– У Монро покупали, – ответил тот, зачёсывая перед зеркалом влажные завитки набок, а они непослушно рассыпались. – Как ты и говорил.

– Я вам много чего говорил, да вы не то слушаете.

– Это у нас избирательная реакция такая.

Андрей сказал и сам удивился сказанному. Удивился и Фредди.

– Это у тебя откуда?

– А сам не знаю, – пожал плечами Андрей. – Слышал, видно, как-то и вот, запомнил. Смешно, глупость всякую помню, а главное…

– Ничего, – тихо сказал Фредди, – всё вспомнишь. Со временем само всплывёт.

Андрей хотел что-то сказать, но только усмехнулся и громко позвал:

– Эркин, ты где там?

– Вас жду, – спокойно откликнулся Эркин.

Он уже был готов. В сапогах, в джинсовой куртке, даже шляпу надел.