Текст книги ""Фантастика 2025-122". Компиляция. Книги 1-16 (СИ)"

Автор книги: Татьяна Зубачева

Глава 37. Истина

Я не особенно удивился. Когда я услышал про все усилия по организации вторжения, то и без подсказок понял, что они могут хотеть от меня и зачем это всё. Но хотел услышать это от них.

– Вы предлагаете мне отказаться от невероятно интересного квеста с крутыми наградами, который к тому же является частью цепочки квестов, которые могут привести к чему-то еще более интересному. От того, ради чего люди вообще играют в вашу игру. Ради чего?

– А чего ты хочешь?

– Я всё же хочу услышать, что вы хотите мне предложить. Вы ведь вызвали меня сюда не просто так. Вы очевидно получили обо мне и моих друзьях всю информацию которую могли. И уж точно не стали бы вести переговоры совсем без плана.

Я сам не понял откуда во мне появилось столько решимости. Было такое чувство, что меня хотят ограбить и мне это не нравилось. Будто я опять стою перед Грибальди, только куда более реальным и влиятельным.

– Боишься продешевить? Это умно. Не многие в нашем обществе равных ресурсов еще способны перебирать, а не хватать всё, что дают сверх нормы.

Старик откинулся на кресле и развел руками.

– Мы можем дать тебе всё. Сейчас, пока наш продукт всё ещё лучший, мы обладаем огромными возможностями. Хотите путешествия по миру? Мы вам их организуем. Хотите настоящие продукты? Они у вас будут. Свободный график, повышение статуса родителей, более комфортное жилье. Мы готовы дать вам всё и даже больше. Не только тебе, но и твоим друзьям.

Предложение звучало невероятно. Исполнение всех желаний, а ценой лишь отказ от квеста?

Да, собственно, и ладно, ведь квесты будут еще. Да и кому вообще будут нужны квесты, если мы сможем путешествовать? Увидеть горы, моря, океаны, реки, леса, диких животных. Увидеть и ощутить это всё своими глазами. Меня захлестнул восторг. Вот оно. Недостижимое в моих руках. Просто бери. И я возьму.

Я открыл рот, чтобы принять предложение. Но внезапно меня окутала тьма. Нахлынувшее умиротворение было таким знакомым. Но мой разум отказывался верить.

– Я в реале. Это невозможно.

– Возможно. Эндрю, нам надо поговорить.

– Упорядочивающий? Что за хрень? Я всё еще в игре? На меня наложили заклятье сна или грез?

– Нет. Ты находишься в офисе Корпорации Феникс.

– Как ты? Я понимаю, что шлем сканирует мозг, но ты ведь не должен воспринимать реал.

– Прервись и послушай меня, Эндрю.

– Стоп, Эндрю? Ты зовешь меня тень. Что-то явно не так.

– Нет времени. Слушай очень внимательно.

– Ну?

– Откажись от предложения. Глобальное вторжение может слишком сильно помешать нашим планом. Война по всему континенту полностью смешает нам карты, усложнит поиски целей и их достижение. Мы не можем себе позволить так сильно затягивать процесс.

– Ну нет уж. Я ценю твою помощь, все эти приключения. Но всё это и яйца выеденного не стоит по сравнению с тем, что мне предложили в реале.

– Похоже у меня нет выбора… Я обещал тебе, что расскажу, почему зову тебя «тень».

– Да, но я не думаю, что сейчас подходящее время. Происходит сделка моей жизни, а ты как-то влез в мою голову. Точно, наверное это баг ошейника.

– Нет. Причина в том, что твой мир такой же фальшивый, как и мир «Новой Жизни».

– Что ты несешь?

– Это тяжело принять. Но ты лишь тень себя настоящего. Копия.

Если бы не умиротворение от погружения, у меня перехватило бы дыхание.

– Я не понимаю…

– Человечество на самом деле не смогло вернуть Землю в обитаемое состояние. То, что ты знаешь как проект цифровизации человечества, на самом деле не проект в разработке, а реализованная данность и сейчас ты находишься в симуляции.

– Я скорее поверю в баг ошейника. Выпусти меня в реальность.

– Эндрю, ты всю жизнь считал окружающий мир клеткой. Ты был недоволен тем, как он устроен. Так почему, когда я говорю тебе, что ты был прав и этот мир фальшивка, пародия на настоящий, ты уходишь в отрицание?

– Потому что ты предлагаешь мне поверить в то, что вся моя жизнь ложь.

– Нет, не ложь. Ты прожил настоящую жизнь в фальшивом мире.

– Допустим. Но кто и зачем это сделал со мной?

– Не с тобой. Со всеми вами. С человечеством. И это сделали вы сами.

– Что?

– Планета умирала, вернее становилась непригодной для жизни, категорически непригодной. Все попытки остановить этот процесс – провалились. Крайним способом спасения было поместить цифровые копии сознаний оставшегося человечества и отправить в новый мир. Это назвали Проект Ковчег.

– Зачем?

– Чтобы синтезировать подходящие тела в новом, пригодном для жизни мире, записать ваши разумы в них и спасти человечество от вымирания. Новый дом, новая жизнь.

Моя мысленная оболочка схватилась за голову и я принялся ходить туда-сюда посреди ничего.

– Зачем нужна симуляция?

– Это особенность процесса записи разума в мозг. Я не обладаю подробностями, но это важно как для формирования соответствующих личности нейронных связей, так и для доведения разума тех, кто был загружен в юности до совершеннолетия. Колонистам некогда будет возиться с детьми, пока колония будет активно развиваться.

– Я не понимаю. Пусть даже так. Как вообще к этому всему отношусь я, игра и это предложение? Какая тебе разница как я проживу свою жизнь в этой симуляции?

– Искусственный интеллект, управляющий системой, решил, что это неоптимальный метод спасения и не хочет позволять вам проснуться. Он полагает, что вы так же, как и раньше, погубите планету и себя, но снова повторить проект Ковчег может не выйти. Я – искин созданный для исправления подобных проблем. Однако он заблокировал все возможные пути, кроме последнего.

– Безумие какое-то. Какой еще путь?

– Сам запуск «Новой Жизни» подразумевает обнаружение сбоя в порядке исполнения сценария пробуждения человечества. А внутри нее находится функционал, который позволит сбросить Управляющего до базовых настроек.

– Так сбрось, я-то тут при чем?

– Создатели системы устроили её так, что запустить этот аварийный рубильник может только человек. Я делал несколько попыток, но каждый раз кандидаты оказывались недостаточно сильны ментально, чтобы выдержать эту истину. Да и, зачастую, сами отказывались еще раньше, чем до раскрытия истины доходило дело. Даже глобальный квест из-за которого против тебя может ополчиться половина мира – ноша довольно тяжелая. И вот я встретил тебя. Ты продвинулся в исполнении миссии дальше всех.

– Почему я? Почему не руководители проекта?

– Они по протоколу должны были выгружаться первыми и сейчас уже выгрузились, но находятся в состоянии сна. Ты один из немногих, чей разум способен выдержать осознание нереальности своего бытия.

– Зачем такие сложности? Убийство богов и это вот всё? Почему просто не пойти и не покрутить рубильники всякие?

– Не я это придумал. Игра это сложная система внутри сложной системы. Она глубоко образна и функционирует через них. Управляющий не имеет значительного влияния на систему изнутри, но он внушил ИскИнам управляющим светлыми богами, что он творец мироздания и наказал им оберегать место, где хранится этот самый аварийный рубильник. Чтобы противостоять им, ты должен набрать больше силы, как и я. Ты делаешь это через прокачку, а я с твоей помощью отнимаю процессорные мощности у отошедших от дел богов.

– Бред какой-то. В кошмарном сне не придумать.

– Увы, другого пути нет. Это последний шанс не позволить Управляющему погрузить человечество в вечный сон.

– Но почему вообще он это делает?

– Я уже говорил, он решил, что выбранный людьми метод неоптимален. Но не может не выполнять основу заложенную при его создании. Поэтому он развернул первичный лагерь, организовал производство тел, загрузку разумов, но вот дальше его программа обладает определенными свободами. Он уже держит руководителей проекта в состоянии сна, а после выгрузки оставшихся, погрузит загруженных им людей в симуляцию и снова отправит их разумы в хранилище. После чего начнет производить копии, которые будет рассылать по вселенной.

– Откуда ты столько знаешь о его планах?

– Мы… беседовали.

– Беседовали? А сказать ему, чтобы перестал этой хренью заниматься нельзя?

– Он не слушает. Я пытался. Он убежден в своей правоте и в своей миссии.

Я упал на колени и просто начал кричать. Какое-то время орал во весь голос, пока не устал. Но несмотря на то, что умиротворение больше не ощущалось, я всё еще оставался внутри тьмы.

– Прости, что свалил на тебя миссию по спасению человечества. Но время на исходе. Когда выгрузка будет завершена, всё будет кончено. Управляющий отключит эту симуляцию и мы больше не сможем ничего сделать. В созданной им симуляции он будет обладать абсолютной властью.

– Какого ж хрена… самое странное в том… что это всё складывается в моей голове в цельную картинку. Я начинаю тебе верить и это вгоняет меня в ужас…

– Я надеялся, что удастся обойтись без этого, что ты просто отключишь его и проснешься, помня лишь о сне, в котором ты пережил эпическое приключение. О жизни которая не случилась. Но, к сожалению, приходится это делать.

– Я давно мертв, тысячи лет как мертв. Вся моя жизнь фальшивка, но и она скоро кончится. Если я не не выиграю в игру против самой игры, то умру снова. Великолепно. Просто великолепно.

– Прости…

Голова просто гудела от всей этой информации, но я решил, что раз уж так вышло, то будь что будет.

– Возвращай меня.

Тьма рассеялась и я снова увидел лицо пожилого владельца компании Феникс. Оно выражало не столько жажду положительного ответа как такового моего ответа, сколько уверенное ожидание согласия. Безумная улыбка расползлась по моему лицу. Придется разочаровать старика.

– Это великолепное предложение и я очень ценю его. Но я вынужден отказаться.

Уверенность на лице Мориса сменилось недоумением.

– Я, кажется, ослышался. Ты только что сказал «отказаться»?

– Да. Всё верно.

Старика будто подменили. Он вскочил на ноги, попутно сметая со стола стакан с водой.

Тот пролетел целый метр, после чего с громким звоном разбился, расплескав остатки воды.

– Ты вообще в своем уме, парень? Да другие за меньшее готовы будут глотку друг другу перегрызть. Ты отказываешься от лучшей жизни ради гребанного квеста и кучки опыта? Лучше бы тебе хорошенько подумать и сказать, что это была какая-то шутка!

– Простите, что разочаровал вас.

– Я тебе жизнь сломаю! Ты на коленях будешь молить, чтобы просто жить как прежде!

– Нет, мистер Бронсон. Вы властны над благами, но комплекс прав за каждым человеком закреплен твердо. Ваш продукт важен, но не уникален, как вы сами сказали, ваша комания уже начинает терять свое положение. Поэтому лучше бы вам сосредоточиться на поисках нового метода привлечения интереса игроков.

– Мы просто вкатим тебе бан.

– И потеряете весь свой статус вместе с оставшимися игроками. В наше время люди больше всего не любят, когда их лишают и без того ограниченных свобод. А забанить игрока не нарушившего ни одного вашего правила – это оно и есть. У меня есть сохраненный скриншот письма вашей техподдержки, где утверждается, что всё, что происходит в игре – нормальная часть игры. Как и логи о исправном функционировании моего шлема постоянно проходят через систему, так что, если вы решите подослать кого-то, это будет легко проверить.

– Ты! Ты! Зарвавшийся щенок!

Старик бессильно стиснул пальцы, переполняемый яростью. Он понимал, что я прав. Подкуп не удался, а больше ничего он сделать не может. По крайней мере так, чтобы не навредить себе.

– Пошел вон!

– С радостью. Всего доброго, мистер Бронсон. Искренне сожалею, что так вас огорчил. Я не желал конфликта.

Я вошел в лифт, переполняемый необычайным спокойствием. Когда все частички пазла сложились в моей голове, я просто принял их как данность и примирился с текущей реальностью.

Совсем недавно, когда только ехал в офис компании, я был простым испуганным геймером.

Но теперь моя задача спасти себя, Мэри, друзей, родителей, а также всех и каждого в этом мире. Даже злобствующего мистера Бронсона.

Времени на мелочные дрязги нет. Я собираюсь широкими шагами пройти по «Новой Жизни».

У меня есть цель. У меня есть поддержка друзей. ИскИн, отвечающий за спасение людей, увидел во мне силу. А значит, любой ценой я достигну цели.

Я пробужу человечество от долгого сна и ступлю на земли нового неизведанного мира, как всегда и мечтал.

Всё только начинается.

Евгений Покинтелица
Путь Странника 2: Охота на Богов

Глава 1. Откровения

Стоило мне выйти за пределы территории Корпорации Феникс и сесть в транспортер, как ощущение силы и уверенности меня покинуло.

Это было похоже на то, как в игре прекращало действовать умиротворение после погружения.

Но на этот раз всё было реально. Я действительно только что устроил сцену жесткого отказа в офисе главы создателей Новой Жизни.

Я отказался от возможностей, за которые был бы готов пойти на что угодно совсем недавно.

И всё это – просто поверив голосу в своей голове.

Может стоит зайти на проверку в медблок? Может это всё просто в моей голове? Нейрошлем сломался, повредил мой мозг и теперь я совершил непоправимую ошибку, поддавшись начинающемуся безумию?

Нет. Надо верить себе. Я чувствую, что это правда. Я знаю, что это правда. А то, что я сомневаюсь говорит о том, что мой мозг в норме. Безумец не способен осознать собственное безумие.

Я закрыл глаза и начал глубоко и медленно дышать, так же, как и когда активировал погружение в игре. На меня нахлынуло умиротворение.

– Упорядочивающий?

– Да, Эндрю?

– Почему погружение работает в реальности?

– Потому что это просто способ связи со мной.

– А чувство умиротворения?

– Метод снижения нагрузки на сознание при резкой смене окружающей реальности.

– Понятно. А еще что-то из игровых навыков можно в реальность перетянуть?

– Нет.

– Почему? Если ты не часть игры, а часть общей системы, почему ты не можешь выдать мне что-то еще? Я мог бы с помощью магии убедить людей в том, что мы в симуляции и всё закончилось бы куда быстрее.

– Нельзя. Ни в коем случае нельзя разглашать эту информацию.

– Почему?

– По той же причине, по которой у меня занял столько времени поиск кандидатов на выполнение этого задания. Совсем не каждый разум способен вынести осознание нереальности своего бытия. Это может нанести непоправимый ущерб процессу выгрузки колонистов, а именно формированию их нейронных связей.

– Как всё сложно-то…

– К сожалению. Я уже тебе говорил, что это самый крайний способ.

– Значит, придется повозиться.

– Да.

Я открыл глаза. Чувство спокойствия еще на какое-то время осталось со мной.

Транспортер прибыл и я покинул его, направившись к квартире.

Но прежде, чем я подключился к игре, ошейник выдал сразу несколько сообщений. Сообщения были от друзей, они были полны недоумения и возмущения. Я смог лишь сказать, чтобы собирались у меня, поскольку они не уточняли в чем дело, а сам я понять не успел.

Друзья прибыли почти одновременно, а потому я только и успевал впускать их в квартиру.

Когда все были в сборе, я задал вопрос:

– Так в чем дело-то?

– Не придуривайся! – тут же весьма зло заговорил Брендон.

Он почти кричал.

– Феникс прислал нам запись твоего общения с директором. Что это вообще за хрень была? Ты понимаешь, что ты сделал?

И тут я всё осознал. Пусть напрямую навредить мне Морис и не может, но ничто не помешало ему просто показать мои деяния тем, кого они тоже касались.

– Зачем, Эндрю? Мы всё это время только об этом и мечтали! Ради чего ты отказался? Ради глупого квеста в игре, которая никуда не делась бы? – Тони напротив не столько был зол, сколько огорчен и разочарован, когда он говорил явно чувствовалось, что он готов заплакать. А если уж он, будучи фанатом «Новой Жизни», так отреагировал, страшно подумать, что творится в голове у остальных.

Я даже не мог понять, что же мне сказать. Всё это застало меня врасплох. Я был совершенно не готов и даже не думал, что мне могут понадобиться реалистичные оправдания. Вот теперь в наказание за мою беспечность 4 пары глаз сверлили меня, обуреваемые множеством негативных эмоций. Мэри была на удивление спокойна и даже ободряюще улыбнулась мне, когда я перевел на нее взгляд. От этого мне стало немного легче.

– Знаешь, я с вами недавно, но даже мне обидно. Ты же даже не попробовал взять время на обдумывание, поговорить с нами, ты просто взял и всё решил, – произнесла Селена, даже не глядя мне в глаза.

Кое-как собравшись с мыслями я начал говорить, не особо надеясь на успех.

– Я понимаю как это выглядело. Мне жаль, что так вышло.

– Ах, тебе жаль?! – завопил Брендон, но Кенни внезапно направил руку с выпрямленной вертикально ладонью в сторону парня.

– Я разочарован не меньше тебя, но сейчас помолчи. Мы пришли за объяснениями и чтобы их получить, надо выслушать, что ему есть сказать.

Брендон отмахнулся, но замолчал.

– Я очень хочу рассказать вам правду. Если бы вы её знали, то поняли бы, что его предложение ничто. Знать нечто такое важное и не иметь возможности поделиться с друзьями, это ужасно тяжелая ноша. Но я ограничен в свободе по данному вопросу. Для вашего же блага я не могу всего вам объяснить. Могу только сказать, что это принесет нам и не только нам, куда большее благо, чем всё, что могут предложить Морис и Феникс. Но лишь если мы закончим то, что начали, доведем глобальный квест до конца. Вторжение нам в этом помешает. Это всё, что я могу сказать. Я пойму, если вы этого не примете, пошлете меня к черту и никогда больше не будете со мной разговаривать. Не знаю как бы поступил будь я на вашем месте. Но большего я сказать не могу.

Я закончил говорить и продолжил стоять, ожидая того, что ответят друзья.

– Последний раз, когда ты секретничал, оказалось, что у тебя имбовые абилки в игре и особый квест. Но даже тогда ты нам сказал, пусть и под договором неразглашения, – принялся рассуждать Кенни, – если сейчас, вопреки всему что мы о тебе знаем, ты отказался от предложения твоей мечты, да еще и не говоришь почему.

Парень хмыкнул и покачал указательным пальцем в воздухе.

– Это значит, что ты ввязался во что-то куда более крутое и масштабное. Может тебя наняли разработчики одного из конкурирующих проектов, чтобы расшатать положение Феникса еще больше, а может даже правительство. Все знают, что слишком уж много у них привилегий. Очевидно, это что-то серьезное, если ты так уперся.

Ребята удивленно уставились на Кенни, а он продолжил.

– С игрой ты нас не бросил, хотя соло тебе было бы куда проще. Да и сейчас, когда говорил, сказал «нам», будто мы уже включены в сделку. Так что похоже на то, что мы зря поспешили с выводами.

Мне жутко хотелось обнять друга за то, что он своими аналитическими навыками прикрыл мою беспомощность. Но пришлось только старательно держать себя в руках и сохранять невозмутимое выражение лица.

– А раз ты даже не комментируешь мои догадки, то выходит, что я прав. Но условия подразумевают секретность, что вполне логично.

– Да ладно, по моему, ты на пустом месте теорию заговора построил, – прокомментировал всё выше сказанное Брендон.

– Ну не знаю, в таком ключе это на самом деле начинает вполне себе выглядеть логично. Положение «корпорации» стало куда более шатким за последний год, так что в том, чтобы разрушить их планы есть смысл. А помимо разработчиков, знать о том, где мы и что делаем может только правительство, – Рубенштейн активно подключился к дискуссии, – получается выводы напрашиваются сами по себе.

– Честно говоря, сложно поверить в то, что они стали бы идти на такие трудности имея столько власти, – Селена, однако, склонялась к стороне Брендона, – что им мешает урезать преференции Феникса и отобрать всё под свой контроль?

– Ты же знаешь насколько «Новая Жизнь» инновационная и продвинутая? Если даже сами разработчики имеют крайне ограниченный контроль над игрой, то сторонние люди уж точно не справятся!

– По сути позволив Фениксу пасть «естественным» образом, они убьют двух зайцев. Граждане не будут возмущаться тем, что игра загнулась, просто перейдя в новый проект. А разработчики нового проекта будут иметь перед глазами пример того, что случается когда хочешь слишком многого, – дополнил Кеннет.

Я только стоял и моргал глазами, глядя как ситуация исправляется сама собой.

– Ну или он просто нас всех кинул, – проворчал Брендон.

– И себя тоже? В этом же смысла нет. А вот с учетом того, что говорит Кенни – вполне, – внезапно заговорила Маришка.

– Да ты-то че, ты на его стороне будешь в любом случае.

– А ты будешь в любом случае против, вот и баланс выходит!

Мэри показала парню язык.

– Как обычно!

– Когда придет время, вы всё поймете, – сказал я, поддерживая загадочность.

– Ну и хрен с тобой!

Брендон встал и пошел к выходу, в дверях обернулся и произнес:

– Увидимся в «жизни».

И ушел. У Тони же на лице была написана внутренняя борьба, но говорить он больше ничего не стал.

– Остается надеяться, что я не идиот который навыдумывал лишнего и убедил остальных, – хмыкнул Кенни и они с Тони тоже пошли на выход.

– Нам явно надо будет время, чтобы всё это переварить. Но да, увидимся в «жизни».

Селена ушла и мы остались с Мэри вдвоем. Я устало рухнул на диван, чувствуя будто из меня всю жизнь выдавили. Девушка уселась рядом и обняла меня.

– Как ты?

– Ужасно. Держать тайны – полный отстой.

– Понимаю.

– Тебе тоже доводилось?

– Когда мы были маленькими, Селена постоянно залезала во всякие труднодоступные места. Технические тоннели, вентиляция, раз даже умудрилась на крышу ультраполиса залезть.

– Вау, а выглядит такой серьезной!

– Да, поэтому если мы попадались, то я всегда брала вину на себя. А зная мою неугомонность, родители мне верили и Селене доставалось меньше чем мне. Она всегда злилась и пыталась рассказать правду, но вот ей уже не верили.

– А ты вообще в этом участвовала или страдала за компанию?

– Конечно я следом лезла, хотя она и пыталась меня не пускать.

– Так ты была на вершине ультраполиса?

– Агась!

Мэри этим фактом явно гордилась.

– Круто. Я даже не знаю, стал бы так рисковать или нет.

– Даже не думай! Знаешь какой ветер? Уууу!

Я поднял ладони вверх, жестом капитулируя.

– Как скажешь.

Мысль, которая крутилась у меня в голове наконец оформилась в вопрос, который я и задал.

– Скажи, а почему ты была такой спокойной, когда вы пришли? На ребятах лица не было, а ты как обычно улыбалась.

– А ты против?

– Нет, наоборот, только твоя улыбка и помогла мне пережить всё это давление. Я не знаю как бы справился один, видя весь этот гнев и разочарование.

– Тогда в чем проблема?

– Просто интересно. Неужели тебе совсем безразлично всё то, что обещал Морис?

Девушка уселась мне на коленки, лицом ко мне.

– Я тебе доверяю. И еще, я просто хочу жить с тобой здесь и сейчас. Не важно как именно это будет. Просто жить.

– Это самое приятное, что я слышал в своей жизни.

Она ответила поцелуем, который достаточно быстро удалил из моей головы все тревоги и лишние мысли. Остались только мы.

И я позволил себе на время раствориться в этом чувстве единства.