Текст книги "Эффект бабочки (СИ)"
Автор книги: Tasha Wilson
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 44 страниц)
Быстро набрав в мобильнике единственный забитый контакт – номер мистера Хиддлстона, Лив стала ему звонить.
– М-мистер, ик, Хиддлстон, – промямлила она в трубку по окончании долгих гудков, – мне так хорошо!
В трубке послышался рёв настоящего тигра, отчего девушка расхохоталась.
– Не рычите на меня! Я вас так люблю! А-ах, – простонала она и сбросила вызов.
Время тянулось как резина. Тейлор сидела на диване, задрав голову и наблюдая за танцем маленьких медвежат на велосипедах под самым потолком.
Вокруг творилась какая-то суета: все куда-то бежали, музыка стихла, включили свет. Зачем куда-то вечно спешить? Неужели нельзя просто сесть и отдохнуть?
Где-то вдалеке послышалась сирена, как от полицейской машины.
Нужно найти Саманту!
– Где-е-е, – пробубнила Оливия, пытаясь встать с дивана, – моя… Саманта…
В глазах потемнело. Пол ушёл из-под ног, будто она начала проваливаться куда-то, а последним, что мелькнуло перед глазами, были платиновые волосы…
========== head. ==========
Просыпаться было так тяжело: мышцы по всему телу ныли так, будто весь вчерашний вечер Оливия таскала тяжеленные мешки с цементом; кости ломило, а голова раскалывалась.
Что вчера было? Посиделки у Сэмми. Дэйв – предатель. Вечеринка Шарлотты. Придурок – Мэтт со своим дурацким порошком. И дальше всё как в тумане.
Лив помнила, как ещё вечером она без проблем могла сконцентрироваться на одной вещи или вообще ни о чём не думать, словно бы медитируя. Но сейчас… сейчас в её мозгах снова творился настоящий хаос, от которого никуда не деться и не спрятаться. Нужно возвращаться домой.
А, собственно, где она?
Судя по всему, девушка лежала на односпальной кровати, прижатой к стене, в довольно светлой и уютной, но совершенно не знакомой комнате: по бежевым стенам были развешаны ватманы со сложными чертежами, на книжной полке над письменным столом, с лежащими на нём идеально заточенными карандашами, располагались интересные скульптуры и множество толстых учебников. А через тонкий тюль уютную комнату уже во всю освещало яркое солнце. Судя по освещению, сейчас часов двенадцать, не меньше.
Где же Лив могла быть? Это точно не спальня Саманты или Дэйва. Что, если это комната Мэтта? Нет, быть не может! Чтобы в обители этого торча, да было так чисто?!
Рядом с кроватью на небольшом комодике лежал смартфон Тейлор – кто-то заботливо поставил его на зарядку.
Первым делом, Лив решила проверить его: восемь входящих сообщений, восемьдесят шесть пропущенных звонков от незнакомого номера, и ещё сто семнадцать от абонента «лучший учитель физики в мире».
Светловолосая тихо усмехнулась. Это мистер Хиддлстон сам себя так записал или она вчера решила изменить его имя?
Ничего не помню…
Нужно проверить геолокацию! Быстро кликнув на иконку браузера, Лив вбила запрос о местоположении, и в новой вкладке высветилась небольшая карта, говорящая о том, что хозяйка телефона находится где-то недалеко от «Фрайз-Тэйсти»! Странно, ведь она не знала никого из проживающих в этой местности…
Ладно, геолокация ничем не помогла, только больше запутала.
Отложив смартфон обратно на комод, Оливия решила наконец встать с постели.
Так, стоп!
А где фиолетовый топ? Где джинсы и ремень с шипами? Почему-то вместо всего этого Лив была одета в мешковатую футболку серого цвета, выглядящую на девушке как платье.
У небольшого платяного шкафа рядом с дверью висело зеркало в полный рост. Подойдя к нему, Оливия заметила, что её светло-русые волосы были заплетены в пучок, порядком растрепавшийся после сна, а на её носу красовался тёмный синяк, залепленный пластырем.
Рядом с зеркалом на небольшой вешалке светловолосая заметила свою одежду: выстиранную, отутюженную, благоухающую ароматным кондиционером.
Отлично, топ отстирался, значит, его можно без проблем возвращать хозяйке.
Снаружи послышались чьи-то голоса и громкий топот. Через долю секунды дверь комнаты открылась, и на пороге показалась улыбающаяся Алекса, с которой Лив познакомилась на вечеринке.
– Ты проснулась! – обрадовалась та и прошла в спальню, принявшись менять постельное бельё на своей кровати.
– Да, – облегчённо выдохнула Тейлор, уперевшись рукой в дверной косяк.
Теперь всё понятно. Алекса притащила её к себе домой. Только вот зачем?
– Ну ты и засоня, – продолжила блондинка, стряхивая пододеяльник с тёплого пухового одеяла.
– Кажется, перебрала вчера…
– Так чего ты не выпила?! – удивилась Алекса, хватая с комода стакан с водой. – Я же специально для тебя оставила лекарство от похмелья!
И протянула его гостье.
– От похмелья? – нахмурилась Оливия.
– Да, – уверенно кивнула Доусон. – Три золотых правила студента: плотно перекусить и принять активированный уголь перед пьянкой, не пить газированный алкоголь, и на утро опохмелиться специальным лекарством. Учись, пока я жива!
Тейлор горько усмехнулась и отпила немного воды из стакана. Очевидно, из-за добавленного медикамента у воды появился отвратительный солоноватый привкус, от которого к горлу подступила рвота. Не найдя решения лучше, Лив схватила с полки рядом стоящий, блестящий от чистоты, золотой кубок за какие-то заслуги в архитектуре, и опустошила желудок прямо в него.
– Извини, – прохрипела она.
– Эх, ничего, – понимающе кивнула блондинка и, забрав кубок из рук гостьи, вышла из спальни и вернулась спустя некоторое время с уже чистой наградой.
Оливия обессиленно плюхнулась на заправленную кровать и упёрлась спиной в стену.
– Что вчера произошло? – спросила она.
– Ты не помнишь? – удивилась хозяйка комнаты и уселась рядом, сложив ноги в позе лотоса. – Сколько ты вчера выпила?
В ответ на вопрос Лив лишь слегка приподняла брови и покачала головой, не желая вдаваться в пикантные подробности.
– Понятно, – без доли осуждения вздохнула Алекса. – Какие-то пьяные в стельку придурки открыли окно на первом этаже, через которое в дом залезли те парни, которых Шарлотта пыталась прогнать, кажется, Гэри и Сэм.
– Может, Горни и Сид? – нахмурилась Тейлор.
– Да! И пока они перелазили в окно, какой-то сосед увидел эту картину, решил, будто дом мистера и миссис Риггз грабят и вызвал полицию.
– Кошмар, – светловолосая расширила глаза в удивлении.
– Естественно, приехал шериф с нарядом полиции, никто не был к этому готов. Оказывается, какие-то идиоты ещё и употребляли вещества на вечеринке. Я уже хотела сматываться, но заметила, как ты валяешься в луже крови возле дивана, и решила забрать тебя с собой.
– Луже крови?!
Алекса утвердительно кивнула.
– Кажется, ты сломала носовую перегородку.
Вот, почему на носу красовались синяк и пластырь!
– В общем, конечно, было круто, – сделала вывод Доусон, – но очень жаль бедную Шарлотту. Эти придурки испортили ей восемнадцатилетие! Все разбежались, нагрянула полиция, да ещё и родители распсиховались.
Оливия тяжело вздохнула.
Раздался стук в дверь – три долгих удара.
– Да! – крикнула Алекса, отчего голова начала болеть ещё сильнее.
В спальню вошла женщина средних лет с такими же платиновыми волосами, как и у хозяйки комнаты, только намного короче. На ней красовался спортивный костюм из велюра небесно-голубого цвета, и в руках она держала бумажный пакет с продуктами.
– Доброе утро, девочки, – бодро произнесла женщина, – уже проснулись?
– Какое утро, мам? – усмехнулась блондинка. – Уже обед!
– Ничего не знаю, милая, для меня это раннее утро!
Женщина перевела выжидающий взгляд на Лив, и светловолосая тут же вскочила со своего места.
– Приятно познакомиться, миссис Доусон, – пожала она её руку.
– Мам, – Алекса подошла поближе и многозначительно поиграла бровями, – это Оливия.
Тейлор почувствовала, как всё её нутро содрогнулось от последнего слова. Оливией её называл только отец, и то по имени он обращался лишь когда был страшно взбешён. Слышишь обращение «Оливия» – получаешь по первое число, всё просто. Поэтому полная форма имени была чужда Тейлор. Она даже мечтала изменить имя в паспорте и быть просто:
– Лив, – поправила новую знакомую она, – не нужно формальностей.
– Лив, – заворожённо повторила женщина, глядя прямо в глаза гостье и медленно пожимая её руку.
– Э-э-э, – неловко протянула светловолосая, смущаясь пристального взгляда миссис Доусон.
Этот звук словно отрезвил женщину.
– Ну что ж, пойдёмте кушать? Я как раз купила курицу гриль по дороге!
Такой же бодрой походкой она выбежала из комнаты, громко шурша бумажным пакетом из супермаркета.
– Стоп, – насторожилась Оливия, – ты сказала, что уже обед. Сколько сейчас времени?
– Половина третьего, – спокойно ответила Алекса, проверив часы на запястье.
Вот чёрт! Она пропустила уроки! Прогуляла школу! Ещё чуть-чуть, и опоздает на работу!
– Ой-ей-ей! – заверещала светловолосая, срывая джинсы и топ с вешалки и быстро натягивая их на себя. – Извини, я не смогу пообедать с вами. Нужно бежать!
– Пообедать, – издала смешок блондинка, – это только завтрак! Куда ты так спешишь?
– На работу, – пробормотала Тейлор, уже застёгивая ремень.
– В кафе?
– Да, – насторожилась светловолосая и сощурила глаза, – откуда ты знаешь?
Доусон впала в ступор и тупо глядела на свою гостью несколько секунд, открывая и закрывая рот как рыба. Но Лив решила не обращать на это внимание и продолжить собираться: обула тёплые ботинки, накинула кофту, куртку, забросила телефон в карман и накинула лямку рюкзака на плечо.
– Впрочем, – произнесла она, – неважно. Фрайз-Тэйсти – популярное место. Наверное, там ты меня и видела?
– Да, точно, – заметно расслабилась Алекс, – там и видела.
Светловолосая быстро вышла из комнаты и, за долю секунды преодолела расстояние до двери, даже не рассматривая внутреннее убранство дома. Единственной странностью оказалось то, что роль входной двери в доме Доусонов играла не привычная железная дверь, а простая – межкомнатная.
Аккуратно повернув круглую ручку и открыв дверь, Лив не увидела ни крыльца, ведущего на улицу, ни подъезда. Она будто вышла из комнаты на втором этаже дома, а на первом располагалась просторная гостиная, по которой носились маленькие дети (кажется, цыгане), в креслах сидели старики и играли в лото, а пожилые дамы восточной внешности вязали носки.
Это же местное общежитие для малоимущих семей, которое обустроил сам мэр города, чтобы предотвратить многочисленные неуплаты за коммунальные услуги!
– Идиот! – помнится возмущалась Оливия, услышав эту новость по телевизору, – лучше бы выделил им денег на нормальную жизнь, а не общежитие!
Девушка никогда не была брезгливой, но почему-то она относилась к людям, проживающим в, как это место называли простые обыватели, ночлежке, с неким пренебрежением. Однажды Лив на свой страх и риск вынесла немного еды бездомной, с виду, женщине, рывшейся в мусорных баках в заднем дворике кафе, а потом увидела, как та самая женщина возвращалась в это общежитие. С тех пор в её голове и выстроилась логическая цепочка: в ночлежке живут бездомные.
Значит ли это, что Алекса…
– Вы живёте в ночлежке? – как-то расстроенно спросила Тейлор, услышав приближающиеся шаги Доусон.
– Да, – грустно вздохнула блондинка, смотря на гостью с каким-то стыдом во взгляде.
– Не подумай, что я, – судорожно принялась оправдываться Лив, – всё в порядке! Моё мнение о тебе ничуть не изменилось!
Алекс ничего не ответила, лишь принялась спускаться по лестнице в направлении выхода. Светловолосая поспешила следом.
– Не переживай, – наконец отозвалась Доусон, – всё нормально. Я вовсе не чувствую себя неполноценной из-за того, что живу здесь.
– Как… как так вышло?
– Ну-у, – вздохнула девушка, – сколько я себя помню, так было всегда… Моя мама… из бедной семьи. Бабушка с дедушкой не могли оплатить ей обучение, так что несмотря на то, что мама окончила школу с отличием, у неё нет высшего образования. На работу никуда не берут без диплома, поэтому она устроилась… стриптизёршей, – сощурила она глаза на последнем слове, будто от стыда.
– Оу, – только и смогла выдавить Тейлор.
– Но она пытается уйти оттуда, – поспешно добавила Алекса, – её никуда не берут из-за дурной репутации, но она пробует фриланс. Пока безуспешно…
Наконец они вышли на крыльцо. С неба падали невероятно красивые снежинки, оседая белоснежными хлопьями на волосах девушек. Доусон потеплее закуталась в лёгкую кофту, в которой выбежала из квартиры.
– Тебе не нужно оправдываться передо мной, – подбодрила её Лив, – всё в порядке.
Блондинка благодарно улыбнулась и перевела взгляд куда-то за спину светловолосой, подозрительно сощурив глаза.
– А это ещё кто такой?
Оливия обернулась и заметила дорогой автомобиль – чёрный седан с тонированными стёклами, уперевшись спиной в который гордо стоял мистер Хиддлстон, скрестив руки на груди и грозно глядя на Лив.
Он выглядел, как всегда, идеально: костюм с иголочки, вычищенные туфли, шикарное пальто чёрного цвета, дорогие часы, красующиеся на его запястье, а в волосах также спрятались непослушные снежинки, которые так хотелось смахнуть рукой, лишь бы только дотронуться до мужчины.
В животе поднялся рой бабочек, и всё резко оборвалось вниз, при виде взгляда его голубых глаз, таких холодных…
Он был зол как чёрт.
Непроизвольно светловолосая начала улыбаться, как какая-то дурочка, но в ответ на это шатен лишь едва заметно кивнул в сторону машины и, проверив время на часах, сел за руль.
– Твой бойфренд? – искренне поразилась Алекса, всё ещё рассматривая учителя.
– Нет! – спохватилась Тейлор. – Н-нет, просто… он мой… давай потом?
– Хорошо, – понимающе кивнула Доусон, – ещё увидимся?
– Конечно!
И, быстро подбежав к машине, светловолосая уселась на пассажирское кресло.
Как только дверь за девушкой закрылась, мистер Хиддлстон снял ручник и тронулся с места. Двигатель издавал оглушительный рёв, сердце Лив колотилось так, будто сейчас выскочит из груди, но сам шатен выглядел довольно уверенно и лишь едва придерживал руль автомобиля, с лёгкостью поворачивая его на поворотах, пока машина неслась вперёд на бешеной скорости.
– Я звонил тебе сто раз, – злобно прошипел мужчина, не отрывая сосредоточенного взгляда от дороги, спустя несколько минут напряжённой тишины.
Даже его голос изменился: стал каким-то низким, с хрипотцой. Не таким бархатным и заботливым, как обычно, а именно хриплым. И тихим. Мужчина будто бы сдерживал себя, чтобы не начать орать во всю глотку. Даже его глаза, обычно цвета ясного неба, стали похожи на серый туман, от которого исходит опасность.
Впервые Лив чувствует себя неуютно рядом с ним. Впервые она не получает удовольствие от его внимания. Впервые хочет убежать подальше и спрятаться в укромном местечке, чтобы её никто и никогда больше не нашёл.
– Я-я, – протянула девушка и закашлялась. Горло пересохло от волнения, – не слышала телефон.
Боковым зрением Тейлор заметила, как учитель посмотрел в её сторону, но даже не отвлеклась от лицезрения вида проплывающих мимо домишек, магазинов и складов, избегая взгляда голубых глаз. Она боялась увидеть в них ярость и ненависть, какие обычно излучали глаза отца.
– Что с носом? – также злобно задал вопрос мужчина.
– Упала.
– Не ври мне.
– Это правда, – на выдохе произнесла Оливия, едва не перейдя на шёпот от волнения. Она даже осмелилась взглянуть на напряжённый профиль шатена.
– Что ты пила?
– Я почти и не пила вовсе…
– Я сказал, не ври мне! – раздался крик.
Противным звоном в ушах всё ещё повторялась эта фраза: «Не ври мне!.. Не ври мне!.. Не ври!..». Светловолосая почувствовала, как даже её голова начала мелко и часто подрагивать от такого напряжения. К глазам подступили слёзы, из-за которых всё вокруг стало таким нечётким.
– Остановите машину, – дрожащим голосом попросила она.
– Что? – издал смешок мистер Хиддлстон.
– Я сказала, остановите машину! – громче и чётче повторила Оливия, едва не сорвавшись на крик.
Седан остановился на широкой, посыпанной гравием дороге. Оливия со скоростью света выскочила из салона автомобиля, яростно хлопнув дверью, и отошла на несколько шагов, хрустя подошвами по земле и больно щипая собственные руки. Она разрыдалась в присутствии учителя. Снова. Какая же дура!
Где-то позади послышались быстрые шаги, и вскоре на плечи светловолосой опустился тёплый плед.
– Я вернусь домой сама, – обиженно всхлипнула Тейлор, пытаясь сбросить кусок тёплой ткани на грязную землю, но сильные руки не позволили пледу сдвинуться и на миллиметр.
– Прости, что повысил голос, – прошептал мужчина, обдав правое ухо девушки горячим дыханием, резко контрастировавшим с морозным воздухом улицы, из-за чего по всему телу пробежала волна мурашек. – Я… переживал за тебя.
Сердце пропустило удар, и внутри стало так тепло, будто по внутренностям растёкся тягучий, горячий мёд.
Вытерев жгучие слёзы тыльной стороной руки, Оливия всё же повернулась к нему. Мистер Хиддлстон тут же расположил свою ладонь на её лице, большим пальцем поглаживая её раскрасневшуюся от мороза щёку. Так нежно и невообразимо приятно.
К удивлению, на городской улице было так безлюдно. Наверное, потому что все взрослые были на работе, а любопытные подростки – в школе.
Лёгкий ветерок аккуратно трепетал ветви деревьев и непослушные прядки Лив, а мистер Хиддлстон неотрывно смотрел в её глаза, в то время, как сама девушка смотрела на всё подряд, кроме его лица.
– Как вы узнали, что я была… там? – задала вопрос светловолосая, старательно избегая слова «ночлежка».
– Разузнал расположение твоего телефона.
– Вы следили за мной?! – девушка расширила глаза от удивления.
Мужчина тяжело вздохнул и устало прикрыл глаза, при этом уткнувшись своим лбом в лоб девушки. Свежий воздух и запах древесины сменились цитрусовым ароматом его одеколона.
– Только в этот раз, – вновь прошептал он, – я так волновался за тебя, Лив…
– Допустим, – легонько кивнула Оливия, – но впредь, мистер Хиддлстон, больше так не делайте. Видите? Со мной всё хорошо. Иначе, если вы будете продолжать отслеживать мою геолокацию, я буду вынуждена вернуть ваш подарок. Мне и так было тяжело его принять…
В ответ на это мужчина лишь тяжело вздохнул.
Хоть соприкасаться с нежной кожей мужчины и было приятно, Лив чувствовала тяжесть: мышцы по всему телу стали каменными, ведь Тейлор совсем не знала, куда себя деть. Нужно ли обнять мужчину или наоборот прикасаться к нему запрещено?
– Том, – прошептал он спустя минуту.
– Что? – нахмурилась девушка.
– Как хорошая ученица, ты обращаешься ко мне официально, как и следует в школе, – объяснил шатен, – но в свободное от учёбы время, прошу, называй меня Том.
Лив ничего не ответила. Она вообще не понимала, что происходит. Да, разумеется, её внутреннее «я» сейчас просто визжало от радости, ведь впервые объект её симпатии уделяет ей внимание, нежность, заботу. Но мозг не давал забыть – это учитель. Это неправильно.
Отступив назад всего на полшага, она с ужасом глядела на мужчину: Том нахмурился в непонимании и оглядел светловолосую с головы до ног.
– Мне… м-мне нужно… – затараторила Лив и, так и не сформулировав предложение, быстро оббежала преподавателя и уселась обратно на пассажирское сидение.
В автомобильном салоне было намного теплее, чем на улице: горел мягкий свет лампочки, и слышался громкий стук, сопровождаемый включением и выключением двух зелёных стрелок на панели.
Вскоре Том и сам вернулся в авто: снял ручник, включил нужную передачу и тронулся.
Как раз в этот момент мимо седана проехала одинокая машина.
Они же только что стояли на дороге, чуть ли не прижавшись друг к другу телами! А что, если бы их заметили чьи-нибудь родители? Или какой-нибудь учитель? Или ещё хуже – директор Мейсон?! Это же скандал! Катастрофа! Просто конец!
Медленно Оливия съехала вниз по сидению, чтобы её голова оказалась на одном уровне с дверной ручкой, и поджала под себя ноги, сжавшись в позе эмбриона.
– Что ты делаешь? – нахмурился Том, заметив эту картину.
– У вас не будет проблем, если кто-то увидит нас вдвоём вне стен школы? – сдавленным голосом спросила девушка.
Его, и без того безупречное, лицо расплылось в очаровательной улыбке. Он умилялся наивным действиям такой неравнодушной Лив, изо всех сил старающейся не создавать никому проблем.
– Не волнуйся, – мягко ответил он, – стёкла затонированы. Можешь устроиться поудобнее.
Окинув окошко придирчивым взглядом, Оливия всё же вернулась в исходное положение, устремив свой взор перед собой – на вид, открывающийся в лобовом стекле.
– Тебе нужно в больницу, – заметил Том, – нос может быть сломан.
– Всё в порядке, – покачала головой светловолосая.
– В порядке?! – усмехнулся мужчина. – Если ты была пьяна настолько, что даже не слышала, как звонит телефон, то ты точно была не в порядке. Жаль, что мне приходится это говорить, но не все люди такие добрые, как ты! А многим парням на подобных мероприятиях нужно только одно.
Лив заметила, как обычно, расслабленные ладони мистера Хиддлстона превратились в кулаки, сжав руль до побеления костяшек.
– Ещё у тебя может быть алкогольное отравление, – продолжил он свою лекцию, – может быть всё что угодно…
– Хорошо, – прервала его гневную тираду девушка, – если вам станет легче, я пройду обследование. Но позже.
– Позже, – шёпотом повторил шатен, вкладывая в это слово всё своё недовольство, – в пятницу жду справку из госпиталя, подписанную врачом.
– Ах вы! – приоткрыла рот Лив от негодования.
Мужчина победно улыбнулся и наконец напряжение сменилось атмосферой душевного тепла и уюта. В окнах тут и там мелькали разноцветные огоньки рождественских гирлянд, коими были украшены дома; неоновые вывески на магазинах и кафе уже вовсю искрились и переливались. Ещё совсем рано, но постепенно на улице начинало смеркаться. Впервые за долгие годы Тейлор ощутила наплыв новогоднего настроения, такого неуловимого и сказочного.
– Куда едем? – спросил мужчина на развилке.
– Домой, – пожала плечами Оливия и лишь спустя несколько секунд осознала, что Том не знает её адрес. – Кейбл Стрит. Шестнадцать.
Остаток пути прошёл в довольно уютном молчании: двигатель тихо гудел под машиной, из магнитолы доносились рождественские мелодии местной радиостанции, и каждый думал о своём.
На прощание Лив кротко поблагодарила шатена, слегка кивнув, за то, что тот подвёз её до дома.
– Жду справку от врача! – крикнул Том напоследок, когда девушка уже подбегала ко входу, и уехал.
На крыльце светловолосую уже ждала кипа свежих писем, с утра разнесённых местным почтальоном: предупреждения налоговых служб, просроченные счета за коммуналку и письмо от арендодателя, у которого Тейлоры снимали дом. Они не оплачивали аренду уже два месяца, а мистер Фишер уже грозил выселить их «к чёртовой матери».
– М-да, – недовольно причмокнула языком девушка и вошла внутрь, захватив с собой утреннюю почту, чтобы скорее переодеться и отправиться на подработку.
21:21
– Приве-е-ет, – попыталась натянуть улыбку Лив, протягивая вперёд аккуратно сложенную одежду.
– Я звонила тебе! – злобно воскликнула Саманта, попутно забирая стопку вещей и обвязывая шерстяной шарф вокруг шеи.
Девушки стояли на пороге дома Уильямсов: Саманта куда-то собиралась, уже натянув зимнюю куртку и ботинки.
– Разве? – удивилась Оливия, принявшись проверять телефон.
– Только не говори, что вызов не отобразился, ни за что не поверю!
– Нет, просто я, – нахмурилась Тейлор, – я решила, что нераспознанный номер – это второй номер мистера Хиддлстона.
– Мистера Хиддлстона, – недовольно повторила Сэмми, наконец выйдя из дома и направляясь вверх по улице, – с чего бы ему тебе звонить?
Так! Лучше не распространяться об этих странных взаимоотношениях! Никто не должен знать, иначе у обоих появятся неприятности.
– Э-э-э, – девушка начала обдумывать, как бы перевести разговор в другое русло и не вызвать подозрений. – Он должен был сообщить мне расписание наших консультаций…
– Но не сто же раз! – издала смешок Уильямс, гордо шагая впереди.
Светловолосая улыбнулась своим мыслям. Конечно, Сэмми не будет так долго обижаться, немного подуется, и всё будет, как прежде.
С неба падали мягкие снежинки, аккуратно оседая на тёплых шапках девушек. На улице уже было темно, и заснеженная дорога освещалась лишь тусклыми фонарями и светом полной луны.
Было тепло. Не только на улице, но и на душе Лив: она вспоминала прикосновения Тома, и прямо сейчас гуляла с подругой. Что могло быть лучше? Казалось, ничто на свете не могло испортить ей настроение.
– Куда мы идём? – задала вопрос светловолосая спустя несколько минут молчания, но не неловкого, а вполне себе комфортного.
– К Дэйву, – пробурчала в ответ Сэм.
А нет. Всё-таки кое-кто мог нарушить этот покой.
– Ты серьёзно?! – недовольно воскликнула Лив. – Зачем нам к нему?
Саманта остановилась на месте и медленно развернулась на сто восемьдесят градусов, чтобы заглянуть прямо в глаза подруги.
– Затем, что нужно его проведать, – серьёзно и даже строго ответила она, – тебя никто не держит.
И продолжила свой путь.
Да, возможно она и в самом деле злилась.
Почему вообще все вокруг сегодня злятся на Лив? Подумаешь, не ответила на звонки! Раньше у неё вообще телефона не было! В конце концов, Оливия тоже может обидеться и убежать домой.
Но будет ли это правильно и логично? Сто́ит ли та проклятая вечеринка таких жертв? Да, возможно Лив и потешит свою гордость, но это чувство не заменит ей друзей. Впервые за долгие годы с Тейлор искренне хотели общаться, переживали за неё, тратили деньги на звонки, силы и нервы, лишь бы только дозвониться. Нет, она не может уйти. Не имеет права.
Вскоре девушки действительно добрались до уже знакомого дома, поднялись по лестнице и постучали в необходимую дверь.
– Добрый вечер, – поприветствовал их открывший дверь шериф Пэрис.
– Здравствуйте, – поздоровалась Сэмми в ответ. Оливия лишь кивнула. – А Дэйв дома?
– Дома, – усмехнулся мужчина, – где же ему ещё быть.
– Можно?
– А вы не считаете свои визиты слишком поздними, девочки? – нахмурился шериф.
Было так непривычно видеть его не в рабочей форме, а в пижамных штанах и растянутой домашней футболке, но при этом сохраняющим присущую серьёзность.
Девушки не знали, что ответить, ведь половина десятого вечера – и правда поздновато для гостей, к тому же никого не предупредивших о своём визите.
Саманта неловко поёжилась от холода.
– Ладно, – вздохнул хозяин квартиры, – заходите, коль пришли. Но больше не пущу! Дэйв на этой неделе под домашним арестом.
В доме Пэрисов было по-прежнему уютно, только свет на кухне был выключен, а мистер Пэрис расположился на расстеленном диване, укрывшись одеялом, и смотрел какую-то документалку о башнях-близнецах по телевизору.
Уильямс уже успела убежать в комнату друга, и только Оливия хотела проследовать за ней, как её остановил мужской голос.
– Лив, – обратился к ней шериф, – как отец?
– Как обычно, – пожала плечами Тейлор.
– Он не явился вчера в участок. Он помнит, что ему нужно приходить каждую неделю и расписываться в документах?
– Да, – неловко кивнула девушка, – ему вчера было не очень хорошо. Но я напомню, чтобы он пришёл.
– Хорошо, – согласился мужчина и вернулся к просмотру телевизора.
Пришлось снова соврать. И дабы не наткнуться на новые расспросы, светловолосая поспешила удалиться в спальню одноклассника.
Быстро забежав в комнату блондина, она не забыла закрыть дверь и плюхнулась прямо в компьютерное кресло рядом со столом у окна.
– Надо же, какие люди, – саркастичным тоном произнёс Дэйв, сидя в позе лотоса на кровати и придерживая голову одной рукой.
Саманта присела рядом, обеспокоенно глядя на товарища.
– Что с тобой? – нахмурилась Тейлор.
– Что-что, голова раскалывается, – тяжело вздохнул парень, – видимо, переусердствовал с выпивкой…
– Все мы этим нагрешили, – понимающе кивнула Оливия.
– Говори за себя, – недовольно отозвалась Саманта, сведя брови к переносице и скрестив руки на груди. – Пока кое-кто напивался, я пыталась найти Мэтта! А вы оба меня бессовестно подставили! Бросили на этой вечеринке! Я провела в полицейском участке два часа!
– Что ты там забыла? – удивился Дэйв.
– Уж явно не пришла по доброй воле, – закатила глаза Уильямс, – меня загребли со всеми, когда полиция нагрянула к Шарлотте. Заставили ждать своей очереди за решёткой, потом писать в баночку и подписывать рапорт. К счастью, в моче ничего не нашли, и меня отпустили…
– Чёрт, – покачал головой Пэрис, – бедная Шарлотта.
– Да, – грустно кивнула Сэмми, – говорят ей здорово досталось. Обидно, ведь по итогу всё было зря.
– Не зря, – тихо произнесла Лив.
– Что? – удивилась синеволосая.
– Не зря, – громче повторила девушка, и подкатила кресло поближе к ребятам. – Пока кое-кто пытался найти Коллинза, я его действительно застала. С поличным, – выделила она последнее слово, многозначительно поиграв бровями.
– Ты серьёзно? – расширила глаза Сэм в удивлении.
Черты её лица заметно расслабились. Девушка будто в ту же секунду забыла про все обиды.
– Да, – уверенно кивнула Лив, – более того, я даже… попробовала… то же, что и он.
Девушка стыдливо прикрыла веки. Некоторое время в комнате стояла глухая тишина, прерываемая только тихим тиканьем часов на стене.
– Ого! – радостно провозгласил Дэйв, пулей принимая ровное положение и пододвигаясь ближе к Тейлор. – Это же отлично! Тогда мы сможем хотя бы примерно понять, что это за дрянь! Тогда Лотти пострадала не зря! Тогда вообще всё было не зря!
– Как ты себя чувствуешь? – Саманта обеспокоенно дотронулась до плеча подруги.
– Уже лучше, – Лив сжала губы в подобии улыбки.
Наконец Сэмми перестала злиться и, слегка сжав плечо Лив, благодарно улыбнулась.
– Опиши, что ты чувствовала, – улыбаясь во все тридцать два, попросил Дэйв.
– Ну-у, – задумалась Оливия, – я помню, что почти сразу словила трип. Начали появляться галлюцинации… Они были такими реальными и естественными, будто так и надо. Ещё я помню странные ощущения по всему телу.
– Что за ощущения? – спросила Сэм.
– Будто собственные мышцы меня не слушаются. Они были так напряжены… Я так вспотела! Но мне не было жарко.
– Хм, – нахмурился Дэйв, – довольно необычный эффект.
– Ещё я помню дилера, у которого Мэтт покупал порошок, – поспешно добавила Оливия, – Маус, кажется.
– Маус, – задумчиво повторил Пэрис, – порошок, напряжённые мышцы… Нужно запомнить. Постараюсь разузнать, что это могло быть.
Дверь в комнату неожиданно распахнулась, и на пороге оказался сердитый шериф.
– Дэ́вид, – строго произнёс он, – не забывай про наказание. Девочки, по домам!
Светловолосая чуть было не почувствовала, как от Пэриса младшего исходят электрические разряды. Несмотря на головную боль, его мышцы стали каменными от одного только вида отца. Парень был в бешенстве.
Мистер Пэрис покинул спальню, и девушки уже стали собираться на выход, пока Дэйв поднялся на ноги и завернулся в тёплый плед.
