Текст книги "Эффект бабочки (СИ)"
Автор книги: Tasha Wilson
сообщить о нарушении
Текущая страница: 32 (всего у книги 44 страниц)
– Хей, – безэмоционально произнесла Оливия, подойдя к подруге.
– Привет, Лив! – обрадовалась Сэмми, прижавшись к стене и продолжая вглядываться в лица проходящих мимо подростков. – Как тебе концерт?
– Полный отстой, даже не хочу вспоминать, – недовольно буркнула Тейлор себе под нос. – Слушай, сейчас произошло кое-что странное…
– Правда? – нахмурилась Уильямс. – Что такое?
– Это связано с… физикой, – выделила последнее слово светловолосая, дабы не называть имя преподавателя и не привлекать ненужное внимание. – Мы можем поговорить? Наедине.
Выражение безразличия на лице синеволосой сменилось настоящим недовольством. Скрестив руки на груди, девушка наконец заглянула в глаза подруги, обратив на неё всё своё внимание.
– Нет, – твёрдо отозвалась Сэм. – Я с самого начала была против всего этого. Да, я не отстаивала свою позицию, ведь знала, что не смогу тебя переубедить. Но теперь, когда дело набирает серьёзные обороты, я не хочу ничего об этом знать и принимать какое-либо участие.
Она злилась. Казалось, ещё чуть-чуть, и наэлектризованные волосы Уильямс начнут стрелять искрами гнева в проходящих мимо людей.
– Пойми, мне ещё поступать в колледж, – мягче добавила она, – не хочу загубить себе будущее и лишиться этой возможности. И тебе не советую.
– Я понимаю, – покачала головой Тейлор.
– Ты по-прежнему моя лучшая подруга, – напоследок произнесла Сэмми.
– Да, а ты моя, – попыталась улыбнуться Лив, но тщетно. Казалось, будто даже её щёки онемели.
Напоследок потрепав подругу по плечу, Саманта разглядела кого-то в толпе и, помахав рукой, скорее убежала прочь.
– Хей, Обри! Я тебя уже потеряла! – послышался задорный смех Уильямс.
Ещё не всё потеряно! Нужно срочно найти Дэйва!
Как назло, люди всё продолжали и продолжали выходить из актового зала, весело смеясь, шутя, обсуждая отгремевший концерт и громкое заявление Кэти Стюарт.
Исходя из того, что Пэрис сидел в первом ряду, почти у самой сцены, можно сделать вывод, что он покинет зал в числе последних.
Обрадовавшись этой мысли, Оливия скорее направилась ближе к дверям, стремительно проталкиваясь сквозь толпу и слыша нелестные комментарии в свой адрес, но всё это не имело абсолютно никакого значения.
Ей нужно было поговорить с другом. Срочно! Жизненно необходимо!
И, наконец, получив смачный толчок прямо под рёбра, и без того саднившие после ударов отца, Лив припала к стене, прижавшись щекой к холодной поверхности и пытаясь отдышаться.
– Что, Тейлор, не пропускают назад? – холодно усмехнулся стоящий неподалёку Горни Мелвилл. Парень перебирал в руках бусины деревянных чёток и демонстративно жевал буббльгум, громко чавкая.
– Не твоё дело, – буркнула Тейлор, совершенно не желая заводить диалог с местным задирой.
– Не спорю, – издал смешок Мелвилл, широко улыбнувшись, благодаря чему Лив даже сумела разглядеть, что в верхнем ряду его жёлтых зубов зияла проплешина, отчего её тут же стало мутить. – Небось, сумочку забыла? Меньше шатайся по коридорам!
– Что ты несёшь? – нахмурилась светловолосая.
– Думаешь, я не видел, как ты уходила?! Ты так бежала, что даже не заметила, как отдавила мне ногу!
В шуме голосов девушке даже показалось, будто Горни добавил еле слышное «корова».
– Извини, – нехотя выдавила из себя Лив, больше из побуждений заполнить неловкую паузу, чем выразить сожаление.
– Твоё «извини» не купит мне новые кроссовки, – холодно заметил Горни. – Впрочем, неважно. Куда ты так неслась-то хоть?!
– Неважно, – строго повторила Оливия, желая всем своим видом показать однокласснику, что это не его дело.
– Да пофиг, – ухмыльнулся парень и, уже намереваясь уйти, на секунду приблизился к лицу Тейлор и прошептал прямо на ухо, – я всё равно узнаю, что ты скрываешь!
Эта короткая фраза, слетевшая с уст одноклассника, выбила из лёгких Оливии весь воздух.
Горни уже намеревался покинуть душное помещение, направившись в сторону выхода из школы и напоследок заглянув прямо в глаза Тейлор. И взгляд его не предвещал ничего хорошего.
Неужели это он?! Это он застукал Томаса и Лив в кабинете и запечатлел их в своей фотоплёнке?!
Казалось, будто время остановилось, а весь воздух в коридоре закончился, отчего светловолосая едва ли не стала задыхаться. Но вот, Мелвилл наконец скрылся в толпе, а где-то вдалеке послышался радостный голос Дэвида.
– Эй, Лив! Я тебя везде ищу!
Наконец заметив лучшего друга в толпе, Лив испытала облегчение, лишь на несколько жалких секунд. Один только вид Дэйва говорил сам за себя: парень был счастлив, по-настоящему счастлив прийти на этот чёртов спектакль, провести время с друзьями, наконец-то помириться с Мэттом, ведь Пэрис так давно этого хотел.
– Где ты пропадал? – измученно улыбнулась Оливия, ощутив прилив надежды на то, что всё будет хорошо, при виде друга.
Приятно было отметить, что даже внешне блондин выглядел лучше – намного свежее и даже здоровее: глаза искрились радостью, а щёки порозовели то ли от жара, то ли от смущения.
– Неважно, – кротко пробормотал парень, скорее отведя девушку в укромный угол. – Мне нужен твой совет.
– Насчёт чего? – нахмурила брови светловолосая.
– В общем, – чуть погодя начал Дэйв, заметно смутившись, – я думаю, что пора наконец поговорить обо всём с Мэттом. Признаться ему в своих чувствах. Я не надеюсь на то, что он ответит мне взаимностью, об этом не может быть и речи. Просто хочу, чтобы он был в курсе. Не хочу, чтобы у нас были какие-то секреты друг от друга, да и если он будет обо всём знать, то не сможет ненароком сделать мне больно, сам того не подозревая, понимаешь? Что думаешь?
Неожиданно даже для самой себя Оливия испытала самую настоящую злость, медленно перерастающую в ярость.
Он серьёзно спрашивает совет насчёт Коллинза?!
Дэйв ведь прекрасно знает, что для Лив Мэтт – это больная тема! Все эти годы парень не давал жизни Тейлор на пару с Кэти! Задирал, изводил, издевался! Пэрис и сам когда-то состоял в той компании! А теперь спрашивает у Лив совета, как бы с ним поступить?! Когда светловолосая так боится потерять лучшего друга?!
Но что хуже всего, это произошло именно сейчас: когда кто-то застал Лив и Томаса целующимися, и когда Саманта отказалась поддержать подругу…
– Знаешь, что, Дэйв?! – злобно прошипела Оливия. – Делай что хочешь! Я твоим советчиком в этом деле быть не намерена!
– Ты чего, Лив? – искренне поразился парень, даже улыбнувшись.
– Хватит с меня! Ты же так хочешь вернуться к своему дружку! Ну так вперёд! Иди, признавайся! Совет вам да любовь!
В мгновение ока удивлённая гримаса на лице Пэриса сменилась неподдельным раздражением.
– Думаешь, всё вот так вот просто?! – воскликнул он. – Ну конечно, тебе этого не понять! Ты не знаешь, каково это, когда ты любишь человека всем сердцем, но из-за грёбанного общества не можешь об этом даже рассказать!
И со всей силы ударил кулаком в стену, у которой стояла Тейлор, в нескольких сантиметрах от её лица, после чего удалился.
Ещё как понимаю, Дэйв…
И тяжело вздохнув, Оливия устало съехала вниз по стене, зарывшись руками в волосы.
25 декабря 2019 года
Следующий день не принёс хороших новостей, даже несмотря на то, что, то было Рождество.
Оливия любила Рождество в детстве, когда мама готовила вкусный праздничный ужин. Отец всё время проводил на работе или с приятелями, так что миссис Тейлор и Лив праздновали вместе. На ужин всегда была небольшая индейка, запечённая в паприке, с картофельным пюре и различными салатами, а по телевизору всегда шли рождественские фильмы, то про смелого и находчивого мальчугана, оставшегося одним дома, то про смешного зелёного монстра, норовящего украсть праздник.
Джулия всегда старалась вручить дочери что-то особенное, даже несмотря на не самый большой бюджет: чаще всего женщина делала подарки своими руками – вязала или шила одежду, из которой Тейлор уже давным-давно благополучно выросла, но которую по-прежнему хранила в своём шкафу. Однажды мама подарила ей мягкую игрушку в виде совёнка, которого ей напоминала Оливия своей рассудительностью и трезвым взглядом на мир.
Теперь же всё изменилось. Последние годы девушка даже не праздновала Рождество, ведь этот день был для неё самым обычным, без единого намёка на волшебство. Даже тем злополучным утром Тейлор молча проснулась и молча собралась в школу, не проронив ни слова.
Обычно зимние каникулы в старшей школе Секима начинались за день до празднования Нового Года. В сочельник администрация устраивала для подростков праздничные мероприятия, вроде того концерта с Кэти Стюарт в главной роли. А в Рождество ученики собирались в школе, чтобы пожертвовать свои вещи, будь то одежду или старые игрушки, местной церкви. Участие в благотворительной акции было обязательным.
По дороге в школу Лив всё никак не могла выкинуть из головы вчерашнее происшествие – гадая, кто же мог стать таинственным «папарацци». Кандидатур было несколько.
Кэти Стюарт. Девушка изводила Оливию, сколько та себя помнила. К тому же сейчас ей было бы очень выгодно обнародовать снимки, когда все вокруг подозревали её в неладном.
Мэтт Коллинз. Отличная возможность для юноши, к слову, парня Кэт, выбить из Лив обещание молчать о допинге до конца своих дней.
Горни Мелвилл. Лив не была уверена, и казалось, у Горни не могло быть в этом никакого интереса, но сразу после того, как девушка вернулась в коридор, мальчишка стал приставать к ней со странными разговорами.
Да и вообще, загадочным фотографом мог оказаться кто угодно, даже редактор школьной газеты. С другой стороны, наверняка подросток был бы крайне осторожен и, прежде чем делать фото, выключил бы звук и вспышку, чтобы остаться незамеченным.
Голова шла кругом от всевозможных подозрений, и, войдя в здание школы, Лив думала, что взгляды всех собравшихся учеников, родителей и учителей направлены в её сторону.
Все классы распределили по кабинетам: если бы не праздник, то сейчас у выпускников был бы урок истории, поэтому именно на него Оливия и отправилась.
Почти все одноклассники уже были в сборе: школьники весело переговаривались, поздравляли друг друга и хвастались полученными подарками, совершенно не обращая внимание на Лив, угрюмо шагавшую вдоль рядов парт в самый конец кабинета – к своему месту.
Кэти так и не было, из-за чего Дэйв уселся за первую парту рядом с Мэттом, а Саманта выбрала другое свободное место – подальше от подруги, очевидно, чтобы дать остыть после вчерашнего разговора.
Горько усмехнувшись, светловолосая отвернулась к окну, устроив свою голову на руки, как на подушку.
Было до ужаса обидно, что всё сложилось вот так, но ведь это ещё не конец. Совсем скоро Обри уедет домой в Коламбус, и Лив сможет обо всём поговорить с Сэмми. Да и извиниться перед Дэвидом не составит никакого труда. Нужно только немного подождать.
Через некоторое время послышался звук открываемой двери; разговоры утихли, и на пороге кабинета появился директор Мейсон собственной персоной, облачённый в привычный серый костюм и красную шапку Санта Клауса, улыбаясь, как Чеширский кот. Также его сопровождала мисс Эдисон, молодая практикантка, на неопределённый срок заменявшая мистера Гвиллима, и мисс Андерсон, державшие небольшой мешок для пожертвований.
– Ну что ж, ребята, – радостно воскликнул директор, хлопнув в ладоши. – Вот и пролетел ещё один год! Я от всей души поздравляю всех и каждого из вас со светлым праздником Рождества! Хорошенько отдохните и набирайтесь сил перед Новым Годом! А пока, по нашей доброй традиции, давайте соберём пожертвования для церкви!
Преподавательницы принялись медленно ходить вдоль парт, пока школьники складывали свои старые вещи в мешок. Когда очередь дошла до Лив, светловолосая отдала свою одежду, из которой уже выросла, и в которую не смогла бы влезть при всём желании. Когда же женщины обошли весь класс, директор Мейсон вновь провозгласил:
– Ну-с, ребята, спасибо всем за ваше участие! Можете быть свободны!
Все ученики тут же повскакивали со своих мест и направились к выходу. Лишь Оливия старалась держаться позади, дабы не толпиться.
– Директор Мейсон, – ангельским голоском произнесла мисс Андерсон, – мне нужно поговорить с учеником насчёт незакрытой контрольной по химии.
– Разумеется, душенька! – понимающе кивнул мужчина и скрылся из кабинета.
– Мисс Тейлор, – схватила та девушку под локоть, когда Лив уже направлялась к выходу, – на пару слов.
Чёрт!
Убедившись, что в коридоре никого нет и аккуратно закрыв дверь, блондинка требовательно взглянула на школьницу.
– Мисс Андерсон, я помню о той контрольной, – тяжело вздохнула светловолосая, – прошу вас, дайте мне возможность пересдать её в январе.
– Это само собой, – строго отозвалась учительница. – Будешь сдавать до посинения, ведь четвёрку за красивые глазки я ставить не собираюсь. Но я хотела поговорить не об этом.
– О чём же тогда? – нахмурилась Тейлор, наблюдая за тем, как мисс Андерсон вальяжно подошла к учительскому столу и опёрлась об него бёдрами.
Стрельнув глазками в сбитую с толка девушку, она лукаво улыбнулась.
– Как тебе вчерашний концерт? Понравился?
– Скука смертная, – безэмоционально отозвалась светловолосая.
– Понимаю, – усмехнулась мисс Андерсон.
– Вы для этого меня остановили? Обсудить спектакль?
– Не совсем. Всё дело в том, что я видела, как ты вышла из актового зала посреди мероприятия.
В горле пересохло. Оливия ощутила, как её руки стала бить мелкая дрожь, поэтому скорее схватила лямки рюкзака, дабы не выдать волнение.
– Что с того? – попыталась состроить дурочку она, но не вышло – голос предательски дрогнул.
– Ничего, – пожала плечами блондинка, не обратив внимание на нервозность ученицы. – Я бы и забыла об этом, если бы не увидела, как следом за тобой скрылся Томас.
– К чему вы клоните?
– Ох, Лив, ни к чему! Просто хотела показать тебе кое-что!
И, быстро найдя что-то в телефоне, выставила руку вперёд, показывая девушке. На экране красовались целующиеся Томас и Лив, освещённые лишь холодным светом вспышки смартфона.
Одинокая слезинка спала по щеке, и, уже даже не пытаясь скрыть волнение, девушка обессиленно осела на ближайшую парту.
– Но не переживай, Лив. Если тебе станет легче, я уже давно подозревала вас в… подобном, – выделила последнее слово женщина, будто наслаждаясь моментом.
– Каким образом мне от этого должно стать легче? – горько усмехнулась Тейлор.
– Не знаю, – пожала плечами Андерсон, – в общем-то, меня это и не волнует.
Сердце бешено колотилось в груди, а мозг судорожно пытался обдумать всевозможные варианты развития событий.
– Вы не показали фото директору?
– Нет.
– Что вы хотите?
– Послушай, я знаю, ты умная девочка, Лив. Пускай и не блещешь умом на моих уроках, но на физике тебе нет равных. Мистер Хиддлстон рассказывал мне обо всех твоих достижениях в этой непростой дисциплине. И ещё я знаю, что ты стремишься поступить в университет. Сиэтл. Океанотехника и кораблестроение. Замечательная специальность. Уверена, ты боишься потерять эту возможность.
– Чего вы хотите? – повторила свой вопрос Лив, на этот раз полушёпотом, изо всех сил стараясь сдержать рыдания.
– Я не буду лишать тебя шанса поступить. И ни о чём не расскажу ни директору, ни Томасу. Но всё же я хочу получить кое-что взамен.
– Что? – с надеждой в голосе спросила девушка.
– Твою научную работу, с которой ты выступала на конференции в Маунт-Верноне.
– Но зачем она вам?!
– Видишь ли, администрация нашей школы поощряет стремление учителей к науке. Выплачивает неплохие премии за различные публикации и участие в конференциях. Уверена, за твою работу я смогу получить немало денег.
– Но ведь это плагиат!
– У меня есть подруга в редакции. Марта обязательно поможет обойти все формальности.
Лив не знала, что и подумать. Она ведь столько времени и сил вложила в эту диссертацию, и именно благодаря ей у девушки появился шанс на поступление!
– Ну так что? – невинно улыбнулась учительница, любуясь фотографиями в телефоне.
– Но тогда я не смогу поступить…
– Это утверждение неточно. Но если все узнают о вашем романе, Тихоокеанский университет Сиэтла сто процентов помашет тебе ручкой. Из двух зол выбирать не приходится.
– Дайте мне время всё обдумать. Прошу.
– Одни сутки, – серьёзно отозвалась Андерсон, – завтра буду ждать твоё решение, иначе… Уверена, ты сделаешь правильный выбор.
И, громко стуча каблучками, женщина удалилась.
Отчаяние опьянило разум девушки. Подумать только! Скажи она ещё прошлогодней версии самой себя, что её будет шантажировать ненавистная учительница химии, то ни за что бы в это не поверила и, издав смешок, покрутила бы пальцем у виска. Впрочем, сложившаяся ситуация и сейчас кажется Лив самым настоящим абсурдом.
Девушка даже и думать о подобном не хотела. Отдать диссертацию! Ха! Ещё чего! Это ведь самая важная работа за всю жизнь светловолосой, и не только потому, что именно с ней Оливия перешагнула через себя и выступила на масштабной конференции перед огромной аудиторией, став одной из лучших и получив реальный шанс поступить в университет мечты… Но и потому что она делала эту работу с Томасом. Столько часов, проведённых вместе, за которые они успели по-настоящему сблизиться… Ну разве от этого можно отказаться?!
Так, раздумывая над предложением мисс Андерсон, Тейлор даже не заметила, как дошла до общежития, ведь на праздничный обед её пригласила сестра.
Позвонив в домофон, Лив мгновенно услышала быстрые шаги по ту сторону двери, вскоре распахнувшейся настежь.
– Привет! – искренне обрадовалась Доусон, обняв сестру, покрепче прижимая ту к себе. – Как твои дела?!
– Неплохо, – соврала светловолосая, неловко посмеявшись. – С Рождеством!
– И тебя, – отозвалась девушка, подозрительно сощурившись, но всё же пропустив сестру внутрь.
Изнутри ночлежка оставалась всё такой же: местные жители даже изловчились украсить помещение искрящимися разными цветами гирляндами, мишурой, китайскими фонариками и игрушками. Не хватало только лишь рождественской ёлки, хотя и без неё было довольно уютно, а на всё общежитие из разных комнат распространился аромат индийских пряностей, салатов, мандаринов и шампанского, ведь каждый обитатель желал отпраздновать главное событие католической церкви, вот и наготовили блюд, кто на что горазд. И даже несмотря на палитру ароматов и обыкновенную брезгливость Оливии, обычно не пробовавшей никаких экзотичных блюд, девушка ощутила, как её желудок принялся радостно урчать, требуя еды.
Лишь когда девушки скорее забежали в скромные апартаменты Доусонов, Лив услышала родной сердцу аромат печёной индейки, отчего по телу даже пронеслись мурашки.
– Счастливого Рождества! – воскликнула светловолосая, старательно выдавливая улыбку.
– Счастливого Рождества, детка! – тут же отозвалась Кэссиди, облачённая в шёлковый халат и фартук, выбежав из кухни. – Скорее мойте руки, и за стол!
Стараясь отвлечься от тяжёлых мыслей, Оливия отправилась в ванную комнату, в которой быстро вымыла руки с душистым мылом, и уже через несколько минут сидела за обеденным столом в окружении своей семьи, уплетая приготовленные угощения за обе щёки, пока Кэссиди с радостью делилась своими успехами на работе и встречами с мистером Диксоном; Алекса поведала свою историю о том, как чудом сдала зачёт у самого вредного профессора в колледже, а Лив просто молча слушала, наслаждаясь моментом уединения с близкими и периодически смеясь до боли в животе от саркастичных шуток Алексы, которыми блондинка украшала свой рассказ.
– Да уж! – вздохнула Доусон, улыбаясь во все тридцать два. – Хвала небесам, через полгода я окончу колледж и позабуду этот цирк навсегда!
– Молодец, детка, – одобрительно кивнула Кэссиди, отпивая вино из бокала, – так с ними и надо! Никогда не позволяй людям относиться к тебе, как к дерь…
– Мама! – возмутилась Алекс, неловко посмеявшись, отчего Оливия расхохоталась пуще прежнего.
– А что?! – поразилась женщина, приняв самый невинный вид. – Я же серьёзно! Видит Бог, Алекс, среди людей много сволочей, которых бы надо поставить на место!
– Что ж, это уже не моя забота…
Усмехнувшись своим мыслям, Тейлор отпила ещё немного полусладкого вина из своего бокала, которое щедро налила её мисс Доусон.
– Давай-давай, в семейном кругу можно! – лепетала она. – Какой подросток не пробовал вина? Верно, Алекса?
– Ма-а-ам, – смущённо закатила глаза девушка.
– А что ты скажешь, малышка-Лив? – широко улыбнулась Кэсс. – Какие цели на грядущий год? Итоги минующего?
Серьёзно задумавшись над этим вопросом, светловолосая вновь ощутила, как её мозг напрягся от размышлений, а желудок стал дрожать в волнении от мыслей о Томасе, мисс Андерсон, фотографиях и диссертации, отчего девушка тут же ощутила подступающую к горлу тошноту.
Нет! Только не сейчас!
Хотя бы единственный раз в году, в такой светлый праздник, она могла позволить себе не думать обо всех проблемах и неурядицах?
– Я, – наконец отозвалась девушка дрогнувшим голосом, – я очень скучаю по маме.
Непринуждённая улыбка медленно сошла с лица Кэссиди, и женщина скорее дотронулась до руки Оливии, понимающе покачав головой.
– Джулия… была замечательной женщиной, – тихо, с хрипотцой, произнесла она. – Я не знала её, но жители города отзывались о ней, как о добродушном человеке с большим сердцем, всегда готовым прийти на помощь.
Неожиданно Тейлор почувствовала, как её горло сковал болезненный спазм, а глаза заполонило слезами.
– Что ещё они говорили? – спросила Лив, прерывисто вздохнув и швыркнув носом.
В ответ на это Кэсс печально улыбнулась, покрепче сжав руку девушки.
– Джулия была заботливой. Человек с большой буквы. Каждое воскресенье она ходила в церковь святой Марии, чтобы помолиться и поставить свечку за близких. Отдавала одежду и игрушку в местный детдом. Помогала волонтёрам. Я знаю, что она увлекалась фотографией и мечтала открыть свою выставку. На её похоронах собрался чуть ли не весь Секим… Я тоже была там. Не знаю, имела ли я на это моральное право… Я хотела попросить у неё прощения, но не успела.
– Я помню её похороны, – покачала головой Лив.
– Правда? Ты ведь была совсем крохой!
– Да… Я помню каждое мгновение, проведённое с ней. И больше всего боюсь, что с возрастом воспоминаний будет всё меньше и меньше. Но я помню очень много людей в одежде чёрного цвета, их грустные лица и сожалеющие взгляды, направленные на меня.
– Я думаю, всеми этими поступками она пыталась заглушить внутреннюю боль. На самом деле Джулия была глубоко несчастна и своей поддержкой пыталась помочь людям чувствовать себя лучше. Потому что знала, как это тяжело.
– Что? – нахмурилась Тейлор. – Я этого не помню. Разве она была несчастна? То есть, да, я понимаю, Клайд – не подарок, и жить с ним тяжело, но… Я не помню даже, чтобы она плакала!
– Всё не так просто, детка, – тяжело вздохнула Кэссиди. – Когда мы общались с Клайдом, он многое мне рассказывал. Говорил, что у неё были сложные отношения, что они долгое время встречались, ещё с самой школьной скамьи, прежде чем пожениться. Вместе переехали в Секим. Клайд устроился на завод, был примерным семьянином, души не чаял в жене. Они оба мечтали о детях, но у них не получалось.
– …Не получалось? – удивилась Лив.
– Джулии удавалось забеременеть, но выносить… У неё дважды случался выкидыш, и всё на позднем сроке беременности. Для них это было большое горе. Из-за этого Клайд стал пить. Они часто ссорились, и в итоге Джулия уехала к родителям. Она знала всё об изменах Клайда, знала о том, что я родила Алексу, и наверняка ей было больно от того, что другая женщина сумела подарить её мужу ребёнка – его первенца, а она нет… Тем временем Клайд часто заходил в бар, где я раньше работала. Вскоре после этого домой вернулась Джулия. Она была беременна. Тобой, Лив.
Дыхание перехватило. Девушка даже и не подозревала обо всех этих событиях и о том, какой тяжёлой была жизнь мамы. Да даже о том, что у зависимости Клайда была причина! За все эти годы Лив стало казаться, будто отец пил всегда, и представить его трезвым казалось задачей непосильной.
– Я… я не знала, – расширила глаза в удивлении Тейлор.
– Ого, – искренне поразилась Алекса, с упоением слушая мать.
– Ничего, малышка-Лив, – печально улыбнулась мисс Доусон. – В итоге мы с Клайдом расстались. Конечно, расстались, ведь он был без ума от твоей матери. Джулия смогла выносить ребёнка, и на свет появилась ты! А потом, через шесть лет, случилось то, что случилось.
– Как она умерла? – требовательно спросила светловолосая, боясь даже глотать, лишь бы не пропустить ни слова.
– Автокатастрофа. Это всё, что мне известно, дорогая.
Ей будто дали пощёчину. Будто вышибли из лёгких весь воздух.
Автокатастрофа?! Но почему тогда отец винил в её смерти Лив?! Всё это время!
Мягко потрепав светловолосую за руку, Кэссиди принялась стаскивать грязную посуду в раковину, пока Алекса рассказывала последние новости из колледжа, а Лив не моргая глядела в одну точку, даже не вслушиваясь в слова сестры.
Теперь всё стало только запутаннее! Дабы заглушить душевную боль, Оливия стремительно осушила бокал вина, подлив ещё кровавой жидкости из бутылки. И ещё. И ещё. И ещё.
Ближе к вечеру, когда уже пора было возвращаться домой, девушка заметно охмелела, чувствуя приятную лёгкость в голове. Нет, тревожность не прошла бесследно, но жить с ней стало легче. Хотя бы на несколько часов.
Так, попрощавшись с Кэссиди и Алексой, Лив довольно быстро преодолела расстояние от общежития до дома Томаса, попутно разглядывая уже совсем тёмное вечернее небо, ловя языком падающие снежинки, пиная сугробы, отчего снег разлетался в разные стороны, сверкая в тусклом свете фонарей, и просто вдыхая морозный свежий воздух, щиплющий нос холодом.
– Как провела вечер? – учтиво поинтересовался мужчина, как только Оливия вошла в квартиру и принялась неуклюже стаскивать зимнюю куртку с плеч. – Сестра оценила наш подарок?
– О да, ещё как, – задумчиво отозвалась Тейлор, вспоминая, как вручила Алексе набор совершенно новых и неприлично дорогих карандашей. Девушка была в настоящем восторге. Как и Кэссиди, получившая в подарок новенький стайлер для волос. Стоило признать – Томас отлично подбирал подарки. Он и настоял на том, чтобы Лив вручила их родственницам на Рождество. Светловолосая тихо усмехнулась своим мыслям, окончательно запутавшись в рукавах.
– Давай, я тебе помогу, – терпеливо улыбнулся шатен, забрав куртку и повесив её на плечики в шкаф. – Голодная?
– Неа, – безразлично отозвалась девушка, направившись на кухню.
– Тогда поужинаем позже.
Подойдя к кухонной раковине, возле которой, на столешнице, красовалась сушилка для вымытой посуды, Оливия привычным образом взяла свою излюбленную кружку и, подойдя к умному холодильнику, принялась наливать воду.
Так странно. Ещё месяц назад, придя сюда, Тейлор бы удивлялась такому современному механизму, такому навороченному холодильнику и такой стильной кухне, но уже сегодня она чувствует себя абсолютно расслабленно и на своём месте, будто так и должно быть.
Закусив нижнюю губу, девушка вспоминала все события, произошедшие здесь, все моменты, проведённые с Томом: её самый первый визит, думать о котором было стыдно даже до сих пор; как возлюбленные готовили вместе ужины, как Лив учила Томаса запекать картофель в духовке, ведь шатен совершенно не умел готовить, но даже это его не портило.
Неожиданно светловолосая ощутила холодную влагу на руке и, резко оторвавшись от изучения кухонного гарнитура, перевела взгляд вниз.
Лив даже не заметила, как вода в стакане переполнилась, вытекая за края прямо на пальцы девушки.
– Что-то не так? – нахмурился мужчина, взяв полотенце со стола и принявшись вытирать мокрый холодильник.
– Всё прекрасно, – заверила его Тейлор, улыбнувшись. Абсолютно искренне – впервые за последнее время. И отправилась в гостиную, плюхнувшись на мягкий диван.
– Из школы никаких новостей?
– Нет, – покачала головой Оливия.
Да, она врала. Но ей так не хотелось расстраивать Томаса, говорить про шантаж мисс Андерсон, снова терпеть его приступы гнева. Она лишь хотела отдохнуть.
– Нет мыслей, кто мог нас сфотографировать? – обеспокоенно спросил Том, сев на диван совсем рядом.
Лив ответила не сразу, держа во рту живительную влагу и медленно глотая.
– Дай-ка подумать, – напыщенно нахмурила брови Тейлор. – Да кто угодно. Что, в нашей школе мало людей? Открою тайну, подлецов ещё больше. Не успеешь и глазом моргнуть, а твой друг тебя уже предал, – напоследок добавила она прозрачный намёк.
– Это так, – ничего не подозревая продолжил свои рассуждения шатен, – но тем вечером в школе был концерт, значит кто-то пошёл за нами намеренно. Я уверен, разгадка где-то на поверхности…
Нельзя допустить, чтобы он догадался! Только не сейчас!
Узнать о предательстве друга и без того неприятно, но узнать об этом в рождественскую ночь – самую волшебную и долгожданную ночь в году – это удар ниже пояса! Лив не могла позволить этому случиться, не могла так жестоко ранить его чувства.
– Не думай об этом, – угрюмо прошептала она.
– Как об этом не думать?! – воскликнул Том, искренне удивившись.
– Просто не думать, – повторила светловолосая, отставив стакан с водой на кофейный столик, и ловко пересела с дивана прямо на колени мужчины. Обняв его плечи и прижавшись всем телом, девушка принялась страстно целовать Томаса, попутно играя пальцами с его шелковистыми волосами и игриво двигая бёдрами.
Том же, в свою очередь, по-хозяйски устроил свои руки на её талии.
Ещё через некоторое время губы Лив перешли на щёки преподавателя, спускаясь всё ниже к шее.
– Что ты делаешь? – спросил Томас хриплым голосом.
– Ты хочешь перейти к действиям или обсудить их план?
Её рука скользнула к подолу его футболки, уже поднимая ненужную ткань и оголяя его торс. Но неожиданно мужчина спихнул девушку обратно на диван и отбежал на несколько шагов, попутно захватив одну из подушек и держа её ниже живота.
– Нет! – воскликнул он, испуганно глядя на Оливию, будто та только что сделала что-то ужасное.
– Что происходит? – опешила светловолосая.
– Так нельзя…
– Нельзя? О чём ты… Погоди! То есть… ты не хочешь меня? – с неподдельной обидой спросила девушка, уже готовясь разрыдаться.
– Конечно же хочу! – тут же воскликнул мистер Хиддлстон, вернувшись на диван и дотронувшись ладонями до лица Тейлор. – Очень хочу, слышишь? Но… нельзя.
– Почему? – всхлипнула светловолосая.
– Потому что тебе ещё нет восемнадцати, а я – твой учитель.
Прерывисто вздохнув, Оливия опустила свою голову на подушку, покоившуюся на коленях мужчины.
– Почему всё должно быть так сложно? – обиженно буркнула она.
Ничего не ответив, Томас лишь принялся нежно поглаживать её плечо.
От приятной ласки и выпитого алкоголя, затмившего разум, Оливия даже не заметила, как задремала.
