Текст книги "Друид Нижнего мира. Трилогия (СИ)"

Автор книги: Сергей Карелин

Соавторы: Егор Золотарев
сообщить о нарушении

Текущая страница: 42 (всего у книги 45 страниц)

Глава 19

На городских воротах, как всегда, было довольно оживленно. Кто‑то возвращался в столицу из поездки, а кто‑то, наоборот, нагруженный товарами, спешил распродать их в общинах.

Я влетел в открытое окно нашей машины и опустился на переднее пассажирское кресло. Женька уже объяснил Свете, кто я такой, но она все равно вскрикнула от удивления, когда превратился сам в себя.

– Спокойно, не надо привлекать внимания, – предупредил ее и погладил Призрака, который просунул голову между сиденьями и лизал мне руку.

– Х‑х‑хорошо, но ведь ты только что был воробьем, а потом – бац! – и стал человеком, – прошептала она, тараща на меня и без того большие глаза.

– Привыкай. Еще не раз такое увидишь.

В это время очередь немного продвинулась, и Женька переехал на новое место.

– Лети отсюда, не надо рисковать, – сказал друг.

– Просто хочу предупредить, чтобы ты дождался Бинокля с семьей. Они за тобой через пять машин.

– Понял. Как думаешь, надолго мы в Волчий край?

– Пока не знаю. Когда все закончится, я дам знать, если…

Я прервал себя на полуслове: хотел сказать «если жив останусь». Не знаю, что нас ждет, но тревожность нарастала. Противостояние будет жестоким. Погибнут люди.

Выехать из города они смогли лишь через полчаса. Стражник на воротах бегло осмотрел салон машины, подмигнул Свете и велел проезжать. Я же в это время сидел на стене в образе воробья и клевал мимо пролетающих насекомых. Неплохо, но с солью было бы вкуснее.

Как я и сказал, Женька отъехал от города и остановился, ожидая Бинокля. Тот как раз остановился у ворот и ожидал, когда пропустят.

Я подлетел поближе и опустился на открытую створку ворот.

– Здорово! – поздоровался стражник и пожал руку охотнику через открытое окно. – В какую общину направляешься?

– В Тихий Улей. На этот раз туда определили.

– Ясно. – Стражник заглянул в салон машины и помрачнел. – Зачем на охоту семью везешь?

– У жены там мать живет, свекровь моя. Погостят у старушки, пока я ядра для всех нас добываю, – с нажимом сказал Бинокль и многозначительно взглянул на стражника поверх очков.

Тот нехотя отошел от машины и махнул рукой.

– Проезжай.

Я с облегчением выдохнул, когда выехал Бинокль, но решил дождаться, когда столицу покинут все охотники, которые согласились объехать общины и призвать на помощь остальных охотников.

Охотники очень грамотно поступили, затесавшись между торговцами, поэтому стражники ничего не заподозрили.

Вскоре я уже догнал два автомобиля, направляющиеся в Волчий край. Увидев воробья, летящего рядом с машиной, Женька остановился. Следом за ним затормозил Бинокль. Приняв человеческий вид, я подозвал обоих.

– Как думаете, успеем дотемна добраться до Волчьего Края? – спросил у Бинокля.

– Нет. Предлагаю остановиться в Улье и уже утром продолжить путь. Ночью из Дебрей выходят краты на охоту. Они хоть и тупые, но уже поняли, что на дороге есть чем поживиться.

– Хорошо, остановимся. А охотники в Улье есть?

– Только человек пять, не больше. Но они лишь общину охраняют и кратов отпугивают. Среди них магов нет.

– Нам любая помощь нужна, но единственную охрану общины лучше не трогать. Даже говорить ничего не будем. Пусть себе мирно живут и не знают, что в столице творится. Волнений нам только не хватало.

– Ты прав. Переночуем и дальше поедем. Только наместника надо предупредить, чтоб…

– Не надо наместника предупреждать, – прервал я его. – Неизвестно, на чьей он стороне.

– Хм… ты прав. Наместники – ставленники Правителя.

– Кроме Волчьего Края, – вмешался Женька. – Отца Егора мы сами выбрали.

– И это было самым верным решением, – одобрил Бинокль.

Мы разошлись по машинам и продолжили путь. Света, узнав, что мы переночуем в Тихом Улье, начала сильно возмущаться:

– Я не вернусь домой! Родители меня запрут и больше не выпустят!

– Тогда оставайся на этой стороне стены и жди утра. Тебя одну крат, может, и не почует. Но это не точно, – подал голос Женька.

– Почему вы сразу об этом не сказали? – проигнорировав его издевку, продолжила она. – Я бы тогда осталась в Перевале. Зря вас послушала! У меня было жилье и работа, а сейчас снова возвращаюсь туда, откуда мечтала вырваться. Отвезите меня обратно в столицу! – она кулачком ударила по сиденью Женьки.

– Мы еще недалеко отъехали, поэтому можешь вернуться пешком, – предложил друг. – На улице светло. Правда, кроме кратов здесь и обычных хищников полно, поэтому вооружись палкой и камнем. Может, отобьешься.

– Ты что такое несешь? Поворачивай назад!

– Нет.

– Я… я тебя ненавижу! – вспылила она и разревелась. – А еще говорил, что я тебе нравлюсь!

Женька покраснел и покосился на меня.

– Когда я это говорил?

– Когда пирожки с яблоками принес и сказал, что для красивой девушки ничего не жалко, – сквозь рыдания пояснила она.

– Я, вообще‑то, пошутил, – еще сильнее смутившись, ответил Женька.

Светка же накрылась с головой покрывалом и продолжила рыдать. Эх, девчонки – только дай им повод поплакать.

Когда на землю опустились сумерки, вдали показались ворота Улья. Света уже успокоилась и сказала, что переночует в машине с Призраком, и в гостиницу не пойдет. Мы не стали отговаривать. Возможно, у нее действительно не самые лучше отношения в семье и родные ее не понимают, поэтому пусть остается с нами.

Когда на долгий стук ворота открылись, страж ворот очень удивился тому, что прибыл только один охотник. Но Бинокль пояснил, что он тоже не останется и поедет дальше.

– Все куда‑то едут, а нам никто помогать не собирается, – обреченно вздохнул страж ворот.

– А что случилось? В чем помощь нужна? – поинтересовался я.

– Так ведь уже три дня нас крат осаждает. Сначала через стену хотел перебраться, да быстро пули отхватил и отступил. А сегодня ночью начал подкоп делать. Хорошо, что Ванька‑Шляпник услышал. Мы сверху со стены на него камни сбросили и отпугнули, а то пробрался бы к нам. Думается мне, что он нас в покое не оставит и ночью снова что‑то учудит.

– Не волнуйтесь, если вновь появится, мы поможем, – заверил Бинокль.

Вскоре мы все, кроме Светы, разместились в гостинице и направились в харчевню. Первым делом я купил мясо на костях для Призрака и пирожки с ягодами для Светы и отнес к машине.

– Спасибо. – Света с забрала кулек и тут же откусила один пирожок. – М‑м‑м, как всегда очень вкусно.

– Не передумала прятаться? Домой так и не хочешь сходить? – спросил я, вываливая угощение на землю перед Призраком.

– Теперь уже не знаю. Соскучилась по домашним, но боюсь, что назад не отпустят.

– Слушай, а может, ты здесь останешься? – предложил я.

Света тут же изменилась в лице.

– Зачем это? Не хочешь меня в свою общину брать?

– Дело не в этом. Просто сейчас лучше быть рядом со своей семьей. Неизвестно, как все закрутится и чем все закончится.

Света тяжело вздохнула и скормила Призраку остатки пирожка.

– Может, ты и прав, – немного поразмыслив, сказала она и отдала мне пирожки. – Держи. Вам в дороге пригодится.

Забрала из машины свои вещи и поплелась по узкой тропинке в сторону домов. Я с облегчением выдохнул. Так будет лучше для всех.

Когда Женька узнал, что Света с нами больше не едет, то сначала обрадовался, но потом я заметил, как он притих и не участвовал в наших разговорах. Стало понятно, что хоть они и недолюбливали и часто цепляли друг друга, но за это время привязались и, возможно, даже подружились. Ладно, придет время для дружбы и любви, а сейчас нам надо все силы бросить на борьбу с выжившим из ума руководством Нижнего мира.

После ужина, когда мы с Женькой и Призраком пошли прогуляться по узким улицам Тихого Улья, я вспомнил камердинера. Этот человек не мог не знать, что происходит во дворце, поэтому он явно поддерживает их. Кто же еще? Стражники на воротах дворца? Личная охрана Правителя? М‑да, неизвестность напрягала сильнее всего. Ведь мы не имели никакого понятия о том, откуда еще можно ждать нападения и от кого нужно защищаться, а кого переманивать на свою сторону.

Сам не заметил, как мы пришли на берег реки, что протекала через общину. Слабые уличные фонари освещали безжизненную воду, по которой то и дело проплывали кверху брюхом мертвые рыбешки. Отрава из труб Верхнего мира уничтожала землю и воду Нижнего мира. Даже если я сейчас вычищу своей магией реку, то она очень быстро загрязнится вновь, поэтому толку не будет. Нет, с этим нужно покончить и как можно скорее.

– Пошли спать, завтра рано ехать, – сказал Женька, зевая.

– Пошли, – согласился я.

В это самое время вдали раздался сильный удар по стене, а следом разнесся грозный рык. Крат вернулся.

Отовсюду послышались встревоженные голоса. Несколько человек с ружьями наперевес побежали к воротам.

– Иди в гостиницу, а я гляну, что там, – велел Женьке.

– Еще чего, – возмутился он. – Я с тобой.

Призрак тоже с готовностью тявкнул. Мы двинулись к дальним воротам, через которые местные выходили в Дебри. Крат еще несколько раз ударил по воротам и затих.

– Как‑то не по себе, – шепотом признался Женька, когда мы добрались до ворот, у которых в напряженном ожидании стояли охотники. – Слишком тихо. Обычно, когда крат уходит, это слышно: ветки трещат, деревья скрипят. Сейчас же такая тишина, как…

Он не смог подобрать слова, и я продолжил:

– Затишье перед бурей. Крат никуда не ушел.

Оглядевшись, заметил старую, покосившуюся сторожку и, предупредив Женьку о том, что намереваюсь сделать, двинулся к ней.

– Будь осторожен, – шепнул он мне вслед и, подозвав Призрака, отошел подальше от ворот.

Превратившись в воробья, я взмыл в небо и перелетел через стену. Между высоченных деревьев сразу разглядел огромную темную фигуру крата. Он медленно двигался вдоль стены, обнюхивая ее. Я сразу догадался, что он пытается найти слабое место, чтобы ударить.

А слабых мест здесь хватало. Стена была намного хуже, чем в Волчьем крае. Похоже, ее совсем не латали с тех пор, как построили.

Вдруг крат что‑то нашел и остановился. Он еще раз тщательно обнюхал место, затем отошел на несколько шагов в лес, чтобы в следующую секунду с разбегу всей массой навалиться на стену.

Та затрещала, и несколько кусков цемента упали на землю. Недолго думая крат отошел и снова ударил в то же место. Хм, умно. Неужто и впрямь монстры начали умнеть?

В это время в общине началась паника. Жители слышали грохот и знали, что это означает. У стены, кроме охотников, собрались мужчины от мала до велика. Кто‑то пришел с топором. Кто‑то с вилами. Кто‑то с лопатой. Бежать им некуда и помощи ждать неоткуда, поэтому своих родных они будут защищать ценой собственной жизни.

Когда крат отошел в третий раз, я решил, что пора действовать. Опустившись на землю, вернул свой облик и первым делом призвал на помощь деревья. Корни и ветки пришли в движение. Деревья зашумели, осыпая монстра хлесткими ударами веток, сдавливая бока толстыми стволами и приковывая его к земле своими корнями.

Крат взвыл и попытался вырваться, но уже был обречен. Сотни тысяч насекомых, зверей и птиц облепили его, нанося ранения. Насекомые проникали в его уши, глотку и ноздри, жаля ядовитыми жалами, орудуя острыми жвалами и оставляя ядовитую слизь. Хищники вгрызались в него зубами, а птицы выклевывали глаза.

Отчаянный, истошный вопль крата разносился по округе. Люди на той стороне стены не понимали, что происходит. Они настороженно прислушивались и переговаривались. Я же пожалел, что до сих пор не сделал себе посох. Без него я могу полагаться лишь на силы природы, которые приходят на мой зов, но не использую собственную энергию, которая преобразуется в мощный направленный пучок, имеющий разрушительную силу. Когда доберемся в Волчий Край, первым делом займусь посохом.

Мучения крата закончились через пару минут. В этом мире все умеют убивать, поэтому общими усилиями мои помощники расправились с монстром, от которого до этого шарахались и старались держаться подальше.

Я поблагодарил их за помощь и воробьем перелетел через стену. Незамеченным подошел к Женьке, который был так напуган, что весь съежился и пристально смотрел на стену, по которой в разные стороны расползлись трещины.

– Расслабься, – хлопнул его по плечу.

Друг подпрыгнул на месте от неожиданности и с облегчением выдохнул.

– Ну что? Ушел крат? – понизив голос, спросил он.

– Нет. Он уже никогда никуда не уйдет.

– Что это значит?

– Мертв.

Женька продолжительно выдохнул и кивнул.

– Это хорошо. Пошли спать.

Мы пошли к гостинице. Женька уже не удивлялся тому, что я в одиночку смог расправиться с кратом. Однако местным я ничего не сказал. Не мог же признаться чужим людям, что убил крата. Завтра сами все увидят, если осмелятся выйти за ворота.

Ночь прошла спокойно, но утром все только и говорили о ночном происшествии. Многие были убеждены, что крат просто ушел и следующей ночью снова вернется, поэтому надо срочно ремонтировать стену. Правильное решение, ведь на смену этому крату может прийти другой.

После завтрака мы подошли к воротам и увидели Свету.

– Я поеду с вами! – сияя от радости, объявила она.

– Тебя что, из дома выгнали? – хмыкнул Женька.

– Нет, я просто поговорила с родителями и объяснила, что уже достаточно взрослая, чтобы принимать решения. А после того, как ночью крат чуть не ворвался в нашу общину, они сами предложили мне поехать с вами.

Женька что‑то невнятно пробурчал и пошел заводить машину. Вскоре к нам присоединился Бинокль с женой и сыном.

– После обеда уже будем в Волчьем Крае, – сказал он.

– Помнится, в тот раз мы от Края до Улья целый день добирались, – задумчиво проговорил Женька,

– Потому что были с караваном. Без них мы быстро доедем.

Страж ворот привел в движение механизм, и ворота открылись. Мы продолжили путь.

Ехали быстро, ведь любые звуки привлекают кратов, а мы очень не хотели с ними встречаться.

Через час Бинокль, который на этот раз ехал впереди, резко остановился. Женька едва успел нажать на тормоз, чтобы не влететь в него.

– Что случилось? – встревоженно спросила Света.

– Сейчас выясню.

Я вышел из машины и сразу все понял. Дорога была размыта мощным потоком дурнопахнущей воды, бьющей из‑под земли.

– Что это такое? Откуда столько воды? И почему она такая вонючая? – Бинокль вышел из машины и сморщил нос.

– Это отходы Верхнего мира. Они текут по трубам в Большую воду, но, видимо, в этом месте их прорвало.

– Дрянь! И что теперь делать? Как объезжать?

В это время к нам присоединились Женька со Светой и жена Бинокля.

Я огляделся. С двух сторон высились деревья – на машине точно не объехать, а пешком идти далеко. Но у меня в голове тут же зародился план.

– Садитесь в машину. Я сейчас организую мост, – велел остальным.

– Как? Что ты намерен делать? – с сомнением спросил Бинокль.

– Сейчас сами все увидите.

Вскоре, повинуясь моему приказу, через поток воды перекинулся мост, сотканный из корней деревьев.

– Это точно безопасно⁈ – прокричал Бинокль.

– Да, езжай!

Охотник высадил жену с ребенком и медленно подъехал к «мосту». Я видел, что он сомневается, ведь машина весила больше тонны.

– Езжай! – повторил я и махнул рукой.

Бинокль вцепился в руль и заехал на мост. Корни затрещали и местами прогнулись, но выдержали. Следом проехал Женька, а я помог семье Бинокля перебраться на другую сторону.

– Державин, ты меня удивляешь. Неужели твои возможности безграничны? – восхищенно проговорил Бинокль.

– Нет, не безграничны, но я расту, – улыбнулся я.

Оставшийся путь мы проехали без происшествий и, как и говорил охотник, после обеда подъехали к воротам Волчьего Края.

Вскоре ворота пришли в движение и распахнулись. Кроме стража ворот, гостей встречал Иван. Узнав нас, расплылся в улыбке и замахал рукой. Знал бы он, какие новости мы привезли, так бы не радовался.

Глава 20

Радости от встречи не было предела. Иван обнял нас обоих и, познакомившись со Светой, сразу решил, что она невеста Женьки. Тот начал так активно отнекиваться, что девушка даже обиделась.

Мальчишки, всегда с любопытством встречающие тех, кто въезжает в общину, тут же донесли Женькиному отцу, что сын вернулся, поэтому старик сломя голову бежал нам навстречу.

– Ох ты батюшки, – всплеснув руками, старик крепко обнял сына и, не сдержавшись, заплакал.

– Все нормально, батя. Ты чего раскис?

– Как же не раскиснуть, если о тебе все дни и думал. Ведь ни весточки от вас не было. Кто‑то говорил, что на караван крат напал. Я уж себе навыдумывал всякого.

– Все хорошо, пошли домой. Я тебе все расскажу, – закинув на плечо рюкзак с вещами, он обнял старика за плечи и вместе они неспешно двинулись в сторону своего нового дома, который выделил им Иван на Первой улице.

Свету я пригласил к нам отдохнуть и перекусить, еще не до конца понимая, куда ее поселить. В нашем небольшом домике места для нее нет, но можно попросить кого‑нибудь из местных приютить девушку. Например Ворона – у них детей нет, поэтому, думаю, будут рады гостье.

Анна и Авдотья были на полях, поэтому дома нас никто не встречал. Однако обе вскоре прибежали, ведь вести по общине разлетаются с огромной скоростью.

– Сынок, живой! – Анна заключила меня в объятия. – Загорел, подрос и будто в плечах расширился.

– Дай мне на внука полюбоваться. – Авдотья отодвинула ее, сначала оценивающе оглядела меня и, расплывшись в довольной улыбке, крепко обняла. – Не виделись всего ничего, а ты успел возмужать и повзрослеть.

– Есть такое дело, – улыбнулся я.

С каждым новым уровнем развития у меня не только появлялись новые способности, но и изменялось тело: кости укреплялись и мышцы наливались силой.

Затем женщины накинулись с вопросами на Свету. Та вежливо отвечала и вообще выглядела душкой, чем очень удивила меня. Я уже успел изучить ее вздорный характер и знал, что на многие вопросы нам с Женькой она бы не ответила и начала огрызаться, но сейчас вела себя так, будто была совсем другим человеком. Вот умеют же женщины подстраиваться под ситуацию и людей.

Женщины быстро накрыли на стол, и мы сели обедать. Авдотья предложила поселить Свету не со стариками, а с Дашей – той самой девушкой, которой я обещал писать и с которой у нас зарождались отношения.

– Девчонкам‑то вместе лучше будет. Подружатся и весело заживут. А что ей, – Авдотья указала на Свету, – со стариками делать? Про болячки их выслушивать? Прислуживать им с утра до вечера? Не‑е, неправильно это.

– Да, с девчонкой мне будет легче найти общий язык. Только мне платить нечем, – еле слышно ответила она.

– Об этом можешь не волноваться. Договоримся, – ответил Иван.

Мы продолжили есть, а Иван рассказал о всех новшествах в общине. За то время, пока нас не было, подлатали стену, построили коровник и купили двух бычков и пять телок в соседней общине. А еще начали собирать урожай, который в этом году побил все рекорды.

– Все закрома полные. Хорошо, что скот завели: им и скормим остатки, а то на полях так все и лежит – некуда убрать, – похвастался Иван.

– А вы тоже маг, как и ваш сын? – уточнила Света.

– Нет, куда мне до него. Я простой плотник, – пожал он плечами.

– Еще ты охотник и наместник общины, – добавил я.

Мне хотелось придать значимости этому человеку. Сам того не замечая, я стал неотделим от этой жизни и воспринимал его как своего отца.

– Ты погостить приехал или останешься? – с надеждой спросила Анна.

– Погостить. Но недолго, всего пару дней. Света с Женей здесь останутся, а мне в столицу надо вернуться.

– Зачем? – напрягся Иван.

– Потом расскажу, – шепнул я ему, но Авдотья услышала.

– Сейчас говори, – велела она и строго посмотрела на меня.

Анна тоже внимательно уставилась на меня, ожидая ответа. Я решил, что от них можно не скрывать, ведь доверял им безоговорочно и знал, что дальше этой комнаты слухи не пойдут.

– В общем, мы с Биноклем приехали за охотниками. Нам понадобится помощь. – Все в напряжении слушали меня, поэтому в кухне повисла оглушающая тишина. – Я организую восстание против Правителя.

Пришлось рассказать все с самого начала. Иван побледнел, Авдотья схватилась за сердце, а Анна замерла, не сводя с меня пристального взгляда.

– Ну и новости ты нам привез, – продолжительно выдохнула Авдотья. – Даже сердце прихватило. Аннушка, принеси капли сердечные, а то помру ведь.

Пока женщины занимались здоровьем, Иван взял себя в руки и деловито уточнил:

– Сколько охотников тебе надо?

– А сколько их сейчас в общине?

– Человек двадцать есть. Трое местных.

– Оставляй для защиты пятерых, а остальных мы с собой заберем. Конечно, если они согласятся выступить против власти.

– Согласятся. Бинокль уговорит. Его многие знают и доверяют.

После обеда я повел Свету знакомиться к Даше.

– Она красивая? – спросила Света, когда мы добрались до Первой улицы и шли вдоль лесочка к дому Даши.

– Очень красивая, – признался я.

– Как ты думаешь, она нравится Женьке? – как бы между прочим спросила она.

– Она мне нравится.

– А‑а‑а, ну хорошо. Тогда я спокойна, – улыбнулась она.

Даша вместе с матерью возилась во дворе. Увидев меня, она бросила тяпку, скинула перчатки и выбежала навстречу.

– Егор, ты вернулся! – радостно выкрикнула она.

Однако, когда ее взгляд упал на Свету, идущую следом за мной, девушка остановилась и изменилась в лице.

– Здравствуй, Даша, – улыбнулся я и, подойдя вплотную, хотел поцеловать ее, но девушка отпрянула.

– Кто это? – сухо спросила она и указала на Светку, которая приветливо улыбнулась и помахала рукой.

– Знакомься, это Света. Она из Тихого Улья.

Света протянула руку, но Даша не ответила.

– Зачем ты ее сюда привел? – Она враждебно смотрела на девушку, будто та успела ей насолить.

– Мне нужно уехать, и хочу попросить вас приютить Свету.

– Нет! – Даша развернулась и хотела пойти обратно к дому, но я ее остановил.

– Ты не поняла. Света – подружка Женьки. Они оба на время останутся здесь, в общине.

Даша остановилась и переспросила:

– Подружка Женьки?

– Ну конечно. Но вряд ли ее родители будут рады, если она поселится с ним, поэтому мы решили попросить вас приютить Свету.

Только сейчас Даша оттаяла. Она подошла к Свете и крепко ее обняла.

– Добро пожаловать в Волчий Край. Тебе у нас понравится. Будем жить с тобой в одной комнате.

– Спасибо, – девушка с облегчением выдохнула, но, проходя мимо меня, пробуравила взглядом и еле слышно сказала: – Перестань называть меня подружкой Женьки. Терпеть его не могу.

– Придется потерпеть, – шепнул я ей в ответ.

Родители Даши согласились принять девушку в семью, тем более в период уборки урожая лишних рук не бывает. Мы с Дашей договорились встретиться вечером и погулять, после чего я прямиком направился в трактир, где в комнатах жили охотники.

Как только зашел в здание с знакомым запахом горелого масла и перебродившего кваса, увидел, что Иван с Биноклем и остальными охотниками сидят за длинным столом и о чем‑то оживленно беседуют. В центре стола лежали две пластины крата, которые Бинокль взял с собой.

Увидев меня, все замолчали.

– А вот и наш Егор. – Бинокль улыбнулся мне и подвинулся, освобождая место. – Присаживайся. К тебе много вопросов.

О том, что будем делать дальше и где собираться, мы обсудили еще перед выездом из Высокого Перевала, поэтому я сейчас раскрыл охотникам наш план. Двое сразу же согласились поддержать нас, остальные же не торопились с ответом.

– Стражников и личной охраны Правителя больше, чем нас. Среди них есть сильные маги. Да и в самом Высоком Перевале много магов, которые могут встать на защиту власти, – задумчиво проговорил старый охотник Варлам. – Не попали бы мы в собственную ловушку.

– Именно поэтому мы должны работать быстро и слаженно, – ответил я. – И чем быстрее все организуем, тем выше вероятность успеха.

– Думается мне, что без Прохора нам не справиться, – Варлам кивнул на худощавого мужчину, сидящего на краю скамьи напротив него.

– Почему? – уточнил я.

Мне подумалось, что этот Прохор сильный маг, но дело оказалось совсем в другом.

– Пять лет назад я служил в дворцовой охране, поэтому знаю расписание смен, служебные входы и выходы, а также подземные ходы, – пояснил он. – Правитель очень боялся быть съеденным и преданным, поэтому не только укрепил дворец, но и вырыл под землей несколько лазов, через которые можно выбраться из города. Но через них можно и пробраться внутрь, в обход ворот.

Все тут же оживились. Изначальный план, который мы составили, стал дорабатываться, исходя из новых фактов, поэтому становился все более реалистичным. Нам не надо будет искать способы пробраться в город не привлекая внимания, а потом искать способ перемахнуть через высокую каменную стену вокруг дворца. С помощью лаза проберемся прямо во дворец и захватим власть в свои руки. По крайней мере, сейчас нам казалось, что все так и будет. Однако, как обычно, жизнь внесет свои изменения.

– Когда выезжаем? – деловито спросил Варлам.

– Через два дня.

– Ну тогда мы пока накопим силы и подготовимся. Нас ждет заварушка покрепче, чем охота на крата.

– Это точно, – кивнул я.

Мы просидели в трактире до самого вечера. К нам присоединились Женька с отцом, которые тоже изъявили желание пойти с нами, но я был категорически против. От них толку в этом деле точно не будет. Однако Иван предложил им заехать в Перевал заранее и стать нашими глазами и ушами. На этом и сошлись.

Попрощавшись со всеми, я направился к дому Даши. Девушка уже была готова и, увидев меня в окне, выбежала навстречу.

Первым делом мы крепко обнялись и поцеловались.

– Я скучала по тебе и каждый день ждала от тебя весточки.

– Я бы обязательно отправил письмо, если была бы возможность.

– Да, я все знаю, – тяжело вздохнула она.

– Что ты знаешь? – напрягся я, ведь предупреждал Свету никому не говорить о крате, Правителе и нашем плане.

– О том, как нелегко вам жилось. Приходилось много работать, жить всем вместе в одной комнатке.

– Да‑да, работали, – с облегчением выдохнул я.

Мы двинулись вниз по Первой улице в сторону ворот в Дебри. Пока гуляли, разговаривали и много смеялись. Я словил себя на мысли, что впервые за последнее время не думаю о Правителе и кратах. С этой девушкой мне было легко и спокойно.

– Светка мне понравилась. Веселая, – сказал Даша, когда мы сделали круг по общине и вернулись к ее дому. – Она столько интересного рассказала про Перевал. А правда, что там можно даже ночью еду на улице купить?

– Можно.

– Когда же они спят?

– Сам не знаю, – улыбнулся я.

Ее наивность и легкость действовали на меня успокаивающе.

– А ты заберешь меня с собой в Перевал? – осторожно спросила она и внимательно посмотрела на меня.

– Обязательно, но позже.

– Понимаю. Тебе надо самому сначала на ноги встать. Но ты знай, что я буду ждать, сколько бы ни потребовалось.

– Хорошо. До завтра.

Я проводил ее до двери, поцеловал и вышел за калитку.

Даша стояла и смотрела мне вслед, пока я не скрылся за домами.

* * *

Проснулся на рассвете и прислушался. Все спали. Призрак дергал задними лапами и тихо поскуливал на своей лежанке. Наверняка за кем‑то гонится.

На сегодня я запланировал очень важное дело: изготовление друидского посоха. Ополоснувшись, надел чистую одежду, съел горсть орехов и вышел на улицу. От прохладного влажного воздуха по спине побежали мурашки, но я тут же превратился в воробья и с радостным чириканьем полетел в лес.

Посох, который мне предстоит сделать, – это не просто инструмент, а продолжение меня самого, моей магии и энергии. Для его создания предстоит объединиться с духами леса и священными силами самой земли.

Перелетев через стену, я спустился в лесу. Первым делом нужно найти подходящее дерево. Для посоха отлично подойдет дуб, кедр, тис или ясень. Здесь таких деревьев было много, но я предпочитал выбирать дерево с особой энергетикой – с той, которая отзовется моей душе.

Закрыв глаза, начал медленно продвигаться вперед. Именно таким образом, а не глазами, я решил найти подходящее дерево. Прошел метров двадцать, но ни разу не споткнулся, не поцарапался и не ударился, ведь чувствовал лес всем телом.

Вскоре ноги сами привели меня к будущему посоху. Открыв глаза, я с удивлением обнаружил, что стою у довольно большого Слоновьего ясеня, вокруг которого растут такие же, но гораздо более тонкие деревца. Похоже, в этом мире моя судьба тесно переплетена с этим деревом. И это неудивительно, ведь ясень символизирует мудрость и связь между мирами. Ну что ж, да будет так!

Я любовно провел рукой по светлой коре и тихонько загудел:

– О‑м‑м‑м‑м‑м!

Звук был негромкий, но весь лес замер, прислушиваясь к нему. Даже ветер перестал шелестеть кронами деревьев.

Из мощного ствола ясеня выплыл белесый дух.

«Назови свое истинное имя!» – велел я.

«Омрак, друид», – грудным глухим голосом ответил дух

«Зови меня Орвин Мудрый. Мне нужна твоя помощь, Омрак».

«Сделаю все, что смогу, Орвин Мудрый».

«Мне нужен посох. Кем ты можешь пожертвовать?» – я развел руками, указывая на молодые деревца.

«Любой из моих детей будет рад служить тебе. Выбирай на свое усмотрение, а я укреплю его и дам сил для долгой службы».

«Спасибо, Омрак».

Я «примерил» в руке каждый ствол и остановился на дереве, толщина которого идеально подходила.

Омрак подлетел к дереву и прошел через его ствол, отчего тот будто стал еще светлее, а на самом деле был подсвечен изнутри.

«Он готов, Орвин Мудрый».

Я протянул руку, и ствол сам склонился ко мне, вытащив корни из земли. Вот таким должен быть настоящий друидский посох – не спиленным или вырванным, а добровольно присягнувшим на служение.

Первым делом нужно высушить древесину. Естественным путем это было бы очень долго, поэтому я оттащил ясень на открытое место, куда попадают солнечные лучи, и приложил к стволу ладонь, пуская магию. Лишняя влага выступала на коре в виде небольших кристальных капель и тут же высыхала.

Следующим шагом было окуривание, для очищения от энергии Тьмы, которая пропитала все вокруг. Для этого я собрал шалфей, полынь, можжевельник в нужных пропорциях и поджег, окуривая ствол.

Далее занялся формой посоха. Мне не нужен сложный узор, ведь красота в естественности. С помощью ножа, который прихватил собой, я лишь убрал лишнее и подшлифовал поверхность, подчеркивая уникальные изгибы и сучки. Сейчас, когда во мне достаточно магических сил, древесина стала податлива, поэтому не пришлось затрачивать много сил.

Чтобы усилить посох и сохранять в нем больше энергии, призвал на помощь подземных жителей и велел принести драгоценные камни. Кроты, землекопы, суслики и прочая живность начала приносить к моим ногам камни. Многие из них не представляли никакой ценности, но были и те, что идеально подходили ясеню.

Выбрав яшму, агат и несколько разноцветных аметистов, поблагодарил помощников и поместил камни в навершие посоха.

Осталась последняя стадия: единение. Для этого я опустился на землю, положил посох себе на колени и погрузился в медитативное состояние, щедро делясь с посохом своей энергией. Это только начало, ведь он будет забирать часть моих сил и усиливать свои каждый раз, как буду брать его в руки. Именно поэтому он станет моей неотъемлемой частью, моим компаньоном, советчиком и источником силы. Я смогу управлять им с помощью силы мысли. Мы станем одним целым.