Текст книги "Всадник и Тень (СИ)"

Автор книги: Саша Кор

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 23 страниц)

Скоро мир стал ближе и дальше одновременно. Все немного поплыло, как если бы он выпил вина, но от вина не удается ни на чем сосредоточиться, а здесь – только пожелай. Разглядывая склон обрыва, Крайт почти утратил ощущение собственного тела. Теперь он сам стал этими крутыми скальными стенами, он чувствовал неудобство и напряжение в самом себе, где камни улеглись не самым удачным образом. Вот эту глыбу стоит передвинуть, подоткнуть под другую, иначе верхняя скоро сползет, и половина горы обрушится. А вот здесь, напротив, лучше подтолкнуть и обвалить часть склона, не дожидаясь, пока он рассыплется сам.

Забывшись, Крайт едва не обрушил скалу у себя под ногами, спохватился, ощутив сотрясение, и поспешно отступил назад. Теперь достаточно, решил он, дальше эта дыра разрушаться не будет. Растирая застывшими пальцами онемевшие от холода уши, маг поспешил обратно в замок. Сейчас наверняка предстоит объяснение с владельцем, и надо хоть немного продумать, что говорить.

Заххан дожидался в своей любимой гостиной – мрачноватой комнате, единственным преимуществом которой был большой очаг, в котором теперь весело плясали языки пламени. Всадник моментально и правильно оценил состояние своего гостя, молча протянул ему кубок с вином, кивнул на кресло, предлагая устраиваться у огня. У Крайта не нашлось возражений.

– Теперь трещина разрушаться не будет, – сообщил маг через некоторое время. – Так что орда не пройдет, разве что построит мост.

– Ну уж мостов строить мы им не позволим, – буркнул всадник.

Крайт с удовольствием щурился, глядя в огонь и чувствуя, как тепло растекается по телу, как возвращается чувствительность онемевшим пальцам. Других поводов для наслаждения жизнью он пока не находил.

– Не понимаю, почему никто прежде не сделал чего-то подобного, – мрачно сказал Заххан.

Ну вот, началось. Крайт крепче стиснул свой бокал и нахмурился, не торопясь с ответом. Ведь не скажешь правду: у нас тут место для игры, одна из точек, где мы состязаемся, и нам решительно все равно, какие вы несете потери в связи с этим. К счастью, Крайт успел придумать несколько объяснений, пока добирался сюда, и теперь выбирал наиболее подходящие. Кое-как определившись, он пожал плечами как можно небрежнее:

– Может, просто никому не пришло в голову? Когда эта орда валит вверх по склону, трудновато собраться с мыслями. Каждый делает то, что у него лучше всего получается. Так вышло, что у меня в арсенале оказалась трещина в земле. Это ведь не так-то просто сделать. Не то, чтобы мы могли в любой момент сотворить все, что в голову взбредет. Нужно же готовиться.

Почувствовав, что получается довольно убедительно, Крайт воодушевился и заговорил еще увереннее:

– У каждого мага есть определенный набор приемов. Чтобы выучить новый прием, требуется время. Такая вот трещина – штука не самая интересная. Где ее использовать? Мы ведь обычно сражаемся на равнине. Я-то ее придумал к отчетному соревнованию, давным-давно, и то она там не сработала. Поэтому я уверен, что ни у кого из тех, кого вы приглашали, просто не было какого-то аналогичного фокуса в запасе.

Заххан хмурился, но кивал понимающе, и Крайт разошелся окончательно, переходя в наступление:

– Вы же сами приглашаете мальчишек, вчерашних учеников, ничего удивительного, что их возможности ограничены. Посмотрите, сколько вы платите! За такие деньги сюда не поедет ни один опытный маг, и уж тем более команда. Мастер, наверное, смог бы тут сориентироваться и быстренько воздвигнуть надежную преграду. Лучшим из нас не обязательно заучивать приемы, они прямо так, из головы, могут воздействовать. А вы экономите, приглашаете, кого попало, вот и получаете результат.

Вот теперь разговор перешел в понятную для всадника плоскость, и последний аргумент мага окончательно его убедил. Он даже немного смутился, чего обычно знать себе не позволяла.

– Столица нанимает магов, – пробурчал Заххан. – Они далеко, до них орда не добирается, конечно, им нет дела до наших проблем. А с моих земель доход невелик, мы тут вообще живем в основном за счет того, что нам столица доплачивает за охрану границ. Ну и налогов мы, конечно, не платим. Но у меня все равно не хватило бы золота, чтобы самостоятельно нанять приличного мага. Надо же еще и армию содержать, и не только это стадо из народа, но и всадников. Все эти многочисленные младшие сыновья, безземельные, но титулованные, они требуют золото за свои услуги.

Крайт слушал бурчание хозяина с интересом. В городе никто никогда не говорил о том, как все устроено у всадников. Не исключено, что маги просто не знали этого и знать не хотели. Выспрашивать подробности Крайт считал ниже своего достоинства, но некоторое любопытство все же испытывал и радовался возможности получить хотя бы обрывки сведений.

Заххан еще немного поворчал насчет чрезмерно прижимистого повелителя Хая, который сидит на золоте в своем далеком морском порту и горя не знает, в то время как его подданным приходится отдуваться в этих ледяных горах, но вскоре замолчал с расстроенным видом. Крайт понял, что защитился успешно, и немного повеселел. Пора было подумать и о том, что делать дальше.

Владелец замка Гаэн не торопился отпускать своего гостя в Хайвал. Орда впервые потерпела здесь такое сокрушительное поражение, и теперь никто не мог предположить, что они предпримут. Фактически, единственный удобный путь в долину для них теперь закрыт навсегда. Смогут ли варвары отказаться от этих походов, особенно если правы некоторые умники, и они имеют ритуальное значение? Заххан склонялся к мысли, что следует подождать. Возможно, орда попытается что-нибудь придумать. Крайт согласился с этим соображением, хотя сбежать из этого промороженного ущелья, подальше от ветра с ледяных равнин, ему ужасно хотелось. Но раз уж взялся за дело, надо доводить до конца. Оставалось решить, как отследить перемещения орды, и Крайт поинтересовался насчет мгновенных посланцев.

Выяснилось, что посланец имеется, но никто не умеет с ним обращаться. Был один человек, который умел, но состарился, оставил службу на границе и уехал на юг, в родовой замок. А больше никто не пытался научиться. Зачем? Все равно орда всегда ходит в одном и том же месте, и видно их приближение издалека. Так что теперь эта тварь хранится где-то на чердаке, если еще не сдохла. Крайт распорядился доставить существо к нему.

***

Сверху стоянка дикарей выглядела впечатляюще. На белейшем первом снегу – чудовищных размеров темное пятно. Спустившись пониже, Крайт различил шевеление, копошение, вызывающее невольное отвращение. Всего лишь люди переходили от костра к костру да тамелги рыскали, копаясь в мерзлой земле, но при взгляде с высоты сами собой возникали ассоциации с кишащими насекомыми.

Крайт сделал несколько кругов над стоянкой, но приближаться не стал. Еще заметят и поймут, что обнаружены, изменят планы, попытаются обмануть. Пусть уж решают спокойно, как им жить дальше. Вряд ли они сорвутся с места сейчас, на ночь глядя. А утром Крайт наведается сюда еще раз и посмотрит, куда пойдет орда.

Маг вернул посланца на стол, открыл глаза и глубоко вздохнул, вытягивая ноги. Существо и вправду было старенькое, изношенное, уже почти прозрачное. В любой момент может исчезнуть, и тогда замок останется без разведчика. А это в сложившихся условиях скверно.

Утром, после плотного завтрака, Крайт снова уединился в своей комнате, поудобнее устроился в кресле, закутался в теплое одеяло и отправил посланца к месту ночевки варваров. Орда еще не снялась, но уже почти была готова отправляться. Наездники вскакивали в седла, слышались громкие выкрики на странном языке. Вскоре орда двинулась с места, расползлась по белым горным склонам неопрятной кляксой. Направление она выбрала странное: не в сторону своих ледяных степей, а точно на север, к морю.

Маневр врага Крайт разгадал довольно скоро: они намеревались обогнуть обрывистую часть берега, непроходимую для тамелгов, и выйти к морю в том месте, где заканчиваются скалы. Но что они намереваются делать дальше? Крайт никогда не слышал, чтобы у орды имелись какие-нибудь лодки, не говоря уж о кораблях. Поэтому он продолжал следить, оставаясь в полном недоумении. Ему, человеку с теплого побережья, в голову не могло прийти, что можно сунуться в воду, которая близка к замерзанию. Однако орда имела на этот счет иное мнение.

Солнце уже миновало полдень, и Крайт начал задумываться насчет обеда, когда дикари подошли к берегу. Здесь, по разумению мага, они должны были остановиться, поскольку деваться отсюда им было некуда. Но орда, даже не замедлив хода, полезла в воду. Мохнатые тамелги не обращали внимания на то, что холодные волны лижут им брюхо. Вытягиваясь в колонну, орда побрела вдоль скальной стены в сторону юга.

Крайт моментально вернул посланца, отшвырнул в сторону одеяло и вскочил. Действовать следовало немедленно. Гора, которую намеревается обогнуть орда, не так уж велика, и скорее всего, уже к вечеру они добредут до места, где им удастся выбраться из воды. Но остановить их следует много раньше, иначе потом просто не будет удобной возможности управиться с такой толпой. Хоть Крайт одевался в спешке, но не забыл ни о шапке, ни о перчатках. Его трясло при одной мысли о том пронизывающем ветре, который дожидается его на побережье.

Хозяина замка следовало предупредить о том, что происходит, хотя времени разыскивать его не было. К счастью, он оказался в своей комнате, куда Крайт ворвался без предупреждения. Заххан не успел даже возмутиться подобной бесцеремонностью, – маг вывалил на него свои новости прямо с порога.

– Этого следовало ожидать, – нахмурился всадник. – Не могло такого быть, чтобы орда сдалась после первой же неудачной попытки. Но что теперь ты будешь делать?

– Полечу туда и постараюсь обрушить гору им на головы.

– Но ведь ты там уже был, – вдруг задумался Заххан. – Ты же следил за ними с помощью этого вашего чудовища. Почему ты сразу не напал на них?

– Через посланца? – Крайт даже рассмеялся от такого предложения. – Это невозможно! Через посланца невозможно производить воздействие, я не знаю никого, кто оказался бы способен провернуть такой фокус.

– А почему так? Насколько я понимаю, вам достаточно видеть то место, над которым вы колдуете...

Ответа на этот вопрос Крайт не знал, и сейчас явно было не время размышлять над ним и пытаться удовлетворить некстати проснувшееся любопытство всадника. Поэтому он просто отмахнулся:

– Потому что они так сделаны. Все, я полетел. Прикажи приготовить к вечеру кучу еды. Я вернусь голодным, как дикий зверь.

И Крайт выскочил за дверь. Его летун хранился на самой макушке сторожевой башни, в неуютном, продуваемом всеми ветрами помещении, рядом с сигнальным колоколом. Там он никому не мешал, а главное, оттуда было удобно стартовать. Со стражниками Крайт объясняться не стал, не было времени. Так что два юных всадника только испуганно захлопали глазами, когда в караульное помещение влетел маг, схватил дремлющую в углу птицу, усадил себе на загривок и выпрыгнул в окно.

Летун не может замерзнуть, а вот человек – запросто. Ледяной ветер немедленно забрался Крайту за ворот. В тех местах, где летун врос в тело, было немного полегче, но вот все остальное застыло практически сразу. Крайт решил терпеть, сколько будет возможно. Главное, что от холода не онемеют крылья, а значит, он вряд ли сверзится вниз, на скалы.

Крайт промчался над макушкой замка, стоящего напротив Гаэна, поднялся еще выше, вдоль склона горы, и вскоре оказался над ее вершиной. Вот тут ветер ударил, будто кувалдой, так что летун едва не запутался в собственных крыльях. Встречно-боковой поток холодного воздуха, приправленного снегом, сбивал с курса, застревал в горле, не давая дышать. «Никогда в жизни больше не буду говорить, что мне жарко», – подумал Крайт. Оставалось только утешаться мыслью, что после такого испытания ему все будет нипочем.

Примерно в третьей четверти солнца Крайт достиг, наконец, побережья. Когда он смотрел с перевала, ему казалось, что море много ближе. Впрочем, могло статься, что в ту сторону до него действительно ближе, чем здесь, через гору. Или сыграл свою роль этот ужасающий ветер, против которого пришлось рубиться всю дорогу. Как бы там ни было, он добрался, и теперь, не теряя времени, следовало обнаружить орду. Поднявшись как можно выше, Крайт осторожно высунулся за край обрыва, надеясь, что никто в этот момент не посмотрит вверх. Лохматые тамелги терпеливо брели по колено в воде примерно в том месте, где он и рассчитывал их обнаружить. Очень неплохо, учитывая, что карту побережья он изучал довольно небрежно.

Приземлившись на краю скалы, Крайт снял с себя летуна и усадил его на камень, а сам принялся спускаться вниз, в удобную трещину, которую присмотрел с воздуха. Дело было не столько в том, чтобы спрятаться от орды, сколько в том, чтобы укрыться от ветра. Крайт совершенно закоченел, а ведь ему предстояло провести здесь еще какое-то время. Устроившись как можно удобнее, он немного поразмыслил и решил начать с того, что в здешних условиях проще всего. Он развел в стороны руки, соединяя большие пальцы с мизинцами. Мгновенно отозвалась связанная с этим жестом фантазия: порывы ветра, ударяющие в грудь, сдирающие с плеч одежду, сбивающие с ног. Легко удалось почувствовать уже имеющийся ветер и немного добавить к нему своего желания. С ревом запрыгали по камням волны. Крайт направлял воздушные потоки так, чтобы они выбрасывали вверх воду, заставляли море с яростью биться о высокий берег. Ему показалось, что даже в своем надежном укрытии он порой ощущал на лице брызги.

Утомившись и окончательно замерзнув, Крайт перестал устраивать бурю и полез наверх. Из укрытия он не мог видеть врага, а ему ужасно хотелось посмотреть, удалось ли напугать противника. Больше всего он жаждал, чтобы орда уже повернула назад, а он смог бы вернуться в замок, к теплому очагу. Так что, когда он улегся на край скалы и заглянул вниз, разочарованию его не было предела. Дикари даже не думали поворачивать. Надо полагать, буря их совершенно не впечатлила.

Крайт разозлился. Ладно, думал он, не хотите по-хорошему, так я вам устрою. Оглядевшись, он увидел чуть дальше выпирающий в море горный отрог. Оттуда ему наверняка будет хорошо видно всю колонну варваров. Маг припустил бегом вдоль кромки скалы, не забыв прихватить по пути и летуна. Существо, уцепившееся за плечо, время от времени взмахивало крыльями, и Крайта едва не валило с ног, когда в кожистые перепонки ударяли порывы ветра.

Новая наблюдательная точка оказалась очень удачной. Далеко было видно побережье, а также растянувшуюся вдоль него орду. В то же время дикари вряд ли сумели бы разглядеть среди камней мага в одежде столь же серой, как и эти скалы.

С передвижением предметов у Крайта никогда не было проблем. Он прищурился, выцелил двумя пальцами торчащий над обрывом камень, а потом сделал короткое движение рукой, будто что-то толкнул перед собой. Намеченный камень шевельнулся, чуть поворочался, освобождаясь от хватки своих сотоварищей, и с грохотом полетел вниз, цепляя по пути склон и разваливаясь на части. Снизу донесся гневный вой. Не давая врагу времени опомниться, Крайт спихнул следующий валун.

Издалека нельзя было различить подробности, но Крайта это только радовало. Хватало и того, как быстро приобрела красноватый оттенок вода у берега. Орда утратила спокойствие. Передние попытались поскорее проскочить под обвалом, но Крайт не оставил им такого шанса. Скалы осыпались огромными кусками. Отступить в море дикари не могли: на расстоянии, где не доставали камни, уже оказывалось слишком глубоко, а плавать тамелги не умеют. И наездники, упакованные в тяжелые меховые одежды, барахтались бы недолго. Животные, перед носом которых валились булыжники, пятились назад, отказываясь подчиняться седокам. Варвары хватались за луки, но не могли найти цели. Удобно, когда враг тебя не видит, оценил Крайт.

Камни все катились вниз, и орда начала отступать. Передние истошными воплями вынудили задних разворачиваться. Крайт продолжал обваливать склоны, но теперь делал это так, чтобы камни сыпались точно за спинами отступающих, как бы подгоняя их. Убивать этих людей без необходимости ему не хотелось. Зато хотелось, чтобы они поняли, что это не обычный обвал, а магическое вмешательство. Чтобы больше не пытались пробраться этим путем.

В замок Крайт вернулся уже после заката, промерзший до костей, но ужасно довольный собой.

***

Крайт продолжал наблюдать за ордой, но теперь больше из чистого любопытства. Потерпев поражение на морском побережье, варвары повернули восвояси и ехали теперь по горным долинам в сторону своих степей. Мгновенный посланец всякий раз по возвращении так ужасно дрожал, что становилось ясно, что он доживает последние дни. Крайт решил добить несчастное существо. Все равно заниматься здесь, кроме наблюдения за ордой, было решительно нечем.

Пару дней варвары неторопливо спускались с гор, следуя изгибу просторной долины. А потом внезапно свернули совсем не в ту сторону, куда ожидал маг. Им следовало отправиться к северу, меж двух высоких пиков, за которыми практически и начинались их родные равнины. А орда повернула на юг и, обогнув неприступный горный массив, принялась забираться на перевал.

Крайт даже воздухом поперхнулся, когда понял, что происходит. Они не сдались! Они решили штурмовать другой замок, стоящий на перевале очень неудобном, но все же проходимом. Но тут что-то тоненько тенькнуло в ушах, будто струна оборвалась, и Крайт обнаружил себя сидящим в собственном кресле. Мгновенный посланец, должно быть, не выдержав эмоционального напряжения, окончательно исчез.

И снова маг мчался, прыгая через две ступеньки, разыскивать владельца замка. К счастью, слуги сумели указать точное направление. Заххан нашелся в своем кабинете, где он, от напряжения сведя брови к переносице, трудился над каким-то письмом. Кажется, он был даже рад, что его тяжкий труд оказался прерван очередным бесцеремонным вторжением.

– Ты уверен в этом? – с беспокойством спросил он, выслушав мага.

– Карта есть? – спросил Крайт вместо ответа.

Заххан кивнул, поднялся из-за стола и нашел на полке шкафа свиток. Сдвинул в сторону всю свою писанину, разложил вместо нее огромный лист бумаги. Карта оказалась настолько подробной, что Крайту не составило труда понять, где на ней изображено то, что он видел глазами посланца.

– Вот сюда они повернули, – сказал он, проследив пальцем изгиб долины. – И вот здесь начали забираться вверх. Это ведь и есть тот перевал, о котором ты говорил? И вот этот замок?

– Да, – согласился всадник. – Ну все, кончилось у Маёна спокойное житье.

– Кто это? – не понял Крайт.

– Владелец вот этого самого замка, – Заххан постучал ногтем по точке на карте. – До сих пор он там сидел просто на всякий случай. А если теперь орда повадится через тот перевал...

Крайт внимательно изучал рисунок. Тот, кто его сделал, наверняка использовал мгновенного посланца и рисовал практически с натуры. Тонкие цветовые переходы точно отражали крутизну горных склонов. И судя по этой карте, подъем орде предстоял нелегкий. Можно не бояться опоздать. Это в обход дикари шли два дня, а на летуне по прямой расстояние небольшое.

– Где-то тут их надо останавливать, – решил Крайт, ткнув пальцем в вершину перевала, узкую расщелину между двух неприступных вершин.

– Пожалуй, – согласился Заххан, – но замок они там поставить не смогли. А там, где предки Маёна сумел отстроиться, не самое удачное место для отражения такой атаки.

– Тем лучше, – Крайт решительно выпрямился. – Я собираюсь устроить большое безобразие. И это хорошо, что никто не будет путаться под ногами.

***

Ветер был силен, но по крайней мере не пытался разорвать крылья летуна в клочки. Зато облака опускались все ниже, так и норовя сесть на голову. Крайту тоже приходилось спускаться все ниже: вымокнуть при такой температуре и на такой скорости – страшно подумать!

Он не опоздал. Тамелги с трудом взбирались по осыпающимся камням, и на некоторых участках наездникам даже приходилось спешиваться, чтобы не укатиться куда-нибудь под откос за компанию со своим зверем. Но орда ползла наверх с завидным упорством. Неосторожно приблизившегося летуна они заметили и тут же вскинули луки. Крайт немедленно прянул вверх и едва успел набрать достаточную высоту. Одна из стрел даже слегка клюнула его в подошву сапога. Второго залпа он дожидаться не стал, развернулся и улетел в сторону перевала.

Знает ли орда, что это за люди с крыльями, или в него стреляли просто с перепугу? Если они знают о магах, они могут понять, что раскрыты, и отступить. И тогда вся его затея окажется бесполезной. Впрочем, ладно. Если у него получится то, что он задумал, дикари наверняка потеряют всякое желание лезть сюда еще раз.

Крайт приземлился на той стороне перевала, найдя небольшую ровную площадку. Стряхнул с загривка летуна, пересадил на плечо, отдав ему команду немедленно перебираться на место, едва задрожит земля под ногами. Понятливое существо легонько ткнуло его в ухо своим огромным плоским клювом в знак согласия. Крайт отвязал от пояса мешочек, высыпал на ладонь щедрую порцию порошка каюсса и тщательно его слизал.

Макушки гор прямо перед ним уже скрылись в облаках. Солнце нырнуло за скалы, и Крайт оказался в густой тени. Он смотрел вперед широко раскрытыми глазами, но видел все меньше и меньше. Одновременно он видел все больше и больше: всю толщу горы у себя под ногами, все ее трещины и прожилки, пласты незнакомых минералов, пустоты и пещеры. Сейчас ему легко верилось, что он – и есть гора, старая и спокойная, но вполне еще способная вздрогнуть, как следует.

Крайт неспешно изучил нагромождение каменных пластов, нашел слабинку и от души дернул. И гора вздрогнула. Заскрипело и поползло что-то глубоко внизу, под землей, покатились по склонам первые потревоженные камушки. Испуганный летун немедленно перебрался на загривок мага и, не дожидаясь команды, начал врастать.

Риск, конечно, был большой. На обращенных порошок каюсса всегда действует сильнее, чем на потомственных, особенно если лопать его в таких количествах. Крайт почти утратил представление о себе. Если бы подвел летун, он вполне мог остаться тут, считая себя частью этой горы и даже не подумав спасаться. Но умное существо точно выполнило команду, слившись с человеком ровно тогда, когда было нужно, не раньше и не позже. И Крайт перестал быть скалой и стал птицей.

И снова едва не попался в ловушку собственной непредусмотрительности. Он находился на пологом склоне, откуда решительно невозможно было взлететь. Огромные крылья цеплялись и за склон, и за каменные стены за спиной. Пришлось спешно карабкаться на одну из стенок, более удобную, чем остальные. На сгибе крыла у летуна имеется коготь, только это и помогло. Крайт судорожно цеплялся за все подряд, затаскивая наверх свое двойное тело, но эти панические действия диктовались инстинктом летуна, а не человеческим страхом. Страха не было. К счастью, создатели встраивают в летунов надежный инстинкт самосохранения, не без оснований полагая, что от сливающихся с ними магов в этом смысле толку мало. Крайт сиганул со скалы вниз в тот самый момент, как она начала осыпаться под его сапогами.

Буквально пара взмахов крыльями, и Крайт очутился в плотной белесой пелене. Облачность опустилась совсем низко, и впереди ничего нельзя было различить. Но сейчас Крайту не требовались глаза, чтобы видеть. Он все еще оставался горой, и летуном, и всем этим миром; он чувствовал, как рушится он сам позади самого себя, как складываются, проваливаясь внутрь, его части, как он ползет вниз, сметая со своей поверхности множество крошечных букашек, называющих себя людьми; он точно знал, где на его поверхности стоит замок, в который нужно попасть той мельчайшей его части, которая сейчас болтается на крыльях, борясь с воздушными потоками.

Это наваждение сменилось другим: Крайт стал ветром и одновременно туманом, он парил в непрозрачной мгле, промокший насквозь, в последний момент отворачивая в сторону от внезапно возникающих перед ним скал, но это было совсем не страшно, а даже очень весело.

А потом показался и замок. Он стоял в низине, под облаками, и Крайт сумел разглядеть его обычным зрением. Замок небольшой, основательный, с короткими круглыми башенками. На стене мельтешили дозорные, указывали на летуна пальцами. В одной из башенок Крайт заприметил открытое окно и решил приземляться прямо в него. Правда, крылья не помещались, но это не страшно. Ведь летун, как известно, проходит насквозь.

***

Ощущения возвращались постепенно, по одному, и это было скорее благом. Всё сразу, пожалуй, оказалось бы немного чересчур.

Голова гудела, как сигнальный колокол. Потом пришла пульсирующая боль в руках, прямо от плеч и до кончиков пальцев. После стали различимы неприятные, саднящие ощущения на лице. И только после всего этого Крайт осознал, что превратился в кусок льда, что он проморожен до костей. Его затрясло крупной дрожью.

– Дрожит – значит, живой,– жизнерадостно сообщил чей-то голос.

На лоб опустилась мокрая тряпка, и кожу сильно защипало. Крайт поморщился.

– Это хорошо, – отозвался другой голос. – Мне тут только мертвого мага не хватало.

Этот второй – наверняка всадник, только они вечно говорят с этими недовольными интонациями. Голос был молодой, но уже звучал в полном соответствии с представлениями знати о том, как следует разговаривать высшему сословию.

– Ладно, я пойду, – добавил всадник. – Не буду мешать.

Послышались шаги, потом скрип двери. Крайт собрался с духом и осторожно приоткрыл один глаз. Над ним склонялся благообразный старик с аккуратной седой бородой и усами.

– Как ты себя чувствуешь? – спросил он тем самым жизнерадостным голосом. – Я слышал, что вы умеете как-то сами себя исцелять. Если это правда, то тебе лучше этим заняться. Я, конечно, сделал все, что мог, но с одной только моей помощью ты здесь долго проваляешься.

Если обращается к магу на «ты», значит, наверняка тоже всадник. Профессию лекаря считалось не зазорным приобретать даже высшему сословию, Крайт где-то об этом слышал.

– Как я тут оказался? – еле слышно выдавил Крайт. Его все еще трясло, и руки от этого болели еще сильнее.

– Вот и нам тоже интересно! Откуда ты взялся? Переполошил весь замок, напугал стражников. Наверное, ты пытался влететь в окно, но не поместился. Зацепился крыльями и сломал обе руки. А потом вляпался головой в стену уже внутри башни. Кто за тобой гнался, что ты решился на такой кульбит?

Крайту смутно припомнился стремительно приближающийся оконный проем, и он только теперь осознал всю глубину собственной глупости. Или, скорее, безрассудства. Летать под воздействием порошка, почти утратив разум, и это при том, что на летуне и без этого легко потерять контроль над собой! Ему повезло, что он вообще не свернул себе шею в этом тумане.

Но потом ему вспомнились и другие картины. Они походили на смутный сон, но в их реальности нельзя было сомневаться. Он действительно устроил обвал и похоронил под ним значительную часть орды. Теперь-то они уж точно отступят!

Крайт осторожно шевельнул плечами, повел подбородком и понял, что укрыт толстым одеялом. Это вселяло надежду, что когда-нибудь он все же отогреется.

– Ну и ладно, – сказал он вслух. – Зато у меня все получилось.

– Получилось? Что получилось? – заинтересовался лекарь.

– Потом расскажу, – буркнул Крайт. – Сначала попробую срастить кости. И накрой меня еще одним одеялом, иначе я никогда не согреюсь.

***

Стояла глубокая ночь, но хозяин замка так и не ложился спать, дожидаясь, пока его неожиданный гость придет в себя. И вот теперь Крайт сидел в маленькой гостиной, уютно устроившись в глубоком кресле, завернутый в одеяло, почти засунув в очаг ноги в толстенных шерстяных носках, такие уж точно бывают только здесь, на севере. В руках он держал глиняную чашку с горячим вином, приправленным какими-то незнакомыми специями, и все это вместе делало его совершенно счастливым.

Маён, хозяин замка, действительно оказался очень молод. На мага он поглядывал с некоторой неуверенностью, будто не мог понять, что с ним делать. А Крайт ораторствовал. Он во всех подробностях рассказал о своей борьбе с ордой, постаравшись сделать так, чтобы у всадника не осталось никаких сомнений, что маг только что спас их от крупных проблем.

– Это хорошо, – Маён устало провел ладонью по лбу. – Мне бы точно не удалось удержать здесь орду. Я тебе очень благодарен, маг.

– Вот и отлично, – кивнул Крайт. – Тогда напиши мне справку об этом.

– Что-что написать? – недоуменно вскинулся всадник.

– Ну, справку. Бумагу, которую я представлю судьям.

– Я что-то не понял...

– В диких землях же не наблюдают, – нетерпеливо пояснил Крайт. – Поэтому нужна бумага.

– Я запутался, – признался Маён. – Давай с самого начала. Чего ты от меня хочешь?

– Ну ты что, никогда магов не нанимал?

– Нет... Я, на самом деле, недавно получил этот замок в наследство. Но мне кажется, мой отец тоже ничем таким не занимался. С магами ведет дела столица, да и обитают они чаще в Гаэне.

– Беда с тобой, – вздохнул Крайт. – Ладно, по порядку. Ты хоть знаешь, что у нас, у магов, это соревнование? Сейчас я победил орду, и мне за это причитаются наградные баллы. Но моей победы никто не видел, потому что тут, на границах, судьи за сражениями не наблюдают. Поэтому мне и нужно свидетельство от всадника. Письменное.

– Но что я должен написать? – растерялся Маён.

– Да все, что я рассказал, то и напиши. Чем красочнее ты распишешь, тем больше у меня шансов получить дополнительную награду. Ну ладно, напиши хоть как-нибудь, – махнул рукой Крайт, увидев жалобное выражение на лице всадника. Надо полагать, у него не имелось достаточной практики обращения с письменными принадлежностями. Ничего удивительного, военное сословие издревле предпочитает оружие перу.

– Я попробую написать, – вздохнул всадник. – Завтра с утра. Просто написать, что ты устроил обвал?

– Ну да. Только про то, что я врезался в стену, не пиши,– Крайт усмехнулся. – За это мне точно баллов не добавят.

– Почему ты вообще в нее врезался?

– Потому что. – Крайт пожал плечами и уставился в свою чашку. – Немного потерял ориентацию. Перепутал летуна с мгновенным посланцем.

Алый Всадник

В подвале пахло мышами и сыростью. Арвент затворил за собой скрипучую щелястую дверцу и оказался почти в полной темноте. В узкие вентиляционные отверстия под потолком солнце едва проникало. После яркого дневного света здесь запросто можно было споткнуться о многочисленные ящики и мешки. Но Арвент дальше порога не пошел, уселся прямо у входа, прислонившись спиной к двери.