Текст книги "Всадник и Тень (СИ)"

Автор книги: Саша Кор

сообщить о нарушении

Текущая страница: 21 (всего у книги 23 страниц)

– Сам смотри, сколько их вышло! – Местин потряс своей корзиной. – Гаро столько не утащит!

– Тоже верно, – задумался Крайт. – Ну ладно, тогда я сам заброшу.

– Каким образом?

– С летуна. Пусть только Гаро объяснит, с какой стороны они сидят.

– С летуна? – переспросил Местин. – А не опасно?

При мысли о том, что из-за его оплошности придется рисковать мастеру, лицо его приняло виноватое выражение.

– Устрою вечером туман, – безмятежно отозвался Крайт. Он взял у помощника корзину с жуками, взвесил ее на ладони. – А ты уверен, что они не станут жрать этого тамелга?

– Не уверен, – со вздохом признался Местин. – Тут никогда точно не знаешь. Да еще и времени так мало. Я изо всех сил вкладывал в них образ Зокки, но все равно не знаю точно, что получилось.

– Почему ты не хочешь, чтобы они сожрали и эту тварь заодно? – хмуро спросил Конот. – Сам рассказывал, что она опасна.

– Это же любимчик Арвента! – воскликнул Крайт. – Он же так старался! Не хочу лишать его любимой игрушки.

– Не думал, что у тебя могут быть такие сентиментальные соображения. – Конот неодобрительно покачал головой.

Крайт в ответ на это только неопределенно хмыкнул.

Наведением тумана занялись все вместе вскоре после ужина. Любой маг способен создать нужную погоду, кому-то это дается легко и быстро, кому-то приходится попотеть, но при совместной работе четырех человек все становится удивительно просто. Когда туман лег сплошной непроницаемой пеленой, Крайт приволок летуна.

– И откуда бы тут стартовать?

Он оглядел едва темнеющие в молочной дымке ветки над головой. Деревья на этой опушке стояли неубедительные, тонкие, с раскидистыми кронами. В таких запросто можно запутаться крыльями.

– Ничего сложного, – невозмутимо отозвался Конот. – У тебя же есть два помощника. Забираешься им на плечи, и они тебя подбрасывают.

Два помощника неуверенно переглянулись.

– Должно сработать, – обрадовался Крайт. – Высоты хватит. Наверное.

– Смотря как подкинут.

– Действуем!

Крайт решительно забросил на плечо летуна, принял у Местина сверток с жуками – их переложили из корзины в бумажный пакет – и взял его в зубы. Мармута передернуло, когда он представил, как эти твари копошатся там внутри. А теперь ему предстояло под командованием Конота как-то запустить мастера в небо, и он от всей души желал, чтобы пакет не порвался при старте.

Под руководством старшего помощника Мармут и Местин опустились на одно колено, соединили плечи, и Крайт уселся на них, на обоих сразу, развалил огромные крылья над их головами. Каждый взял двумя руками его ступню и напружинился.

– Теперь на счет «три» резко выпрямляетесь и бросаете его вверх, – распоряжался Конот. – Раз. Два. Три!

Местин и Мармут синхронно выдернули себя в вертикальное положение и изо всех сил выбросили вверх руки. Ударили крылья, поймали воздух, и Крайт стремительно начал набирать высоту.

– Эх, жаль, никто этого не видел! – воскликнул Местин.

– Думаешь, до нас никто не догадался? – проворчал Мармут, растирая поясницу

– Ну-ка, иди сюда, – сурово надвинулся на него Конот. – Потянул? Не дергайся, сейчас поправлю.

В ожидании возвращения мастера сидели на прежнем месте, прямо перед разбитой для магов палаткой. Местин откровенно нервничал и все пытался выяснить у своих товарищей, что на самом деле задумал Крайт. До сих пор он никогда не работал самостоятельно, был только помощником и потому хотел иметь достаточно внятные инструкции. Но никто ничего не мог ему ответить. Мармут, напуганный тем, что придется, видимо, идти в атаку, торопливо превращал в амулет пуговицу на рубашке. Конот неопределенно хмыкал и отмалчивался. Из него удалось только вытянуть признание, что он, в общем, уже закончил карьеру боевого мага, последние годы не участвовал в сражениях, но согласился на предложение Крайта из чистого любопытства. Ему хотелось узнать, как действует Серая Тень, и предложение атаковать без хитростей представилось ему весьма странным и даже разочаровывающим. Впрочем, фокус с жуками довольно любопытен.

В молочной пелене показались темные крылья. Они лопали хаотично, летун метался из стороны в сторону и снижался слишком быстро. Обеспокоенные маги вскочили, предчувствуя недоброе. И не ошиблись. Крайт не удержался на ногах, приземляясь, рухнул на четвереньки и захрипел. Его команда немедленно бросилась на помощь.

Одна из стрел застряла в огромной мышце крыла, другая в голени, но самой опасной выглядела та, которая сидела сбоку под ребрами. Она могла зацепить что угодно, но раз он сумел добраться до лагеря, возможно, все не так уж страшно. Конот осторожно, но настойчиво тряс раненого за плечо.

– Крайт. Летун. Сбрось его. Давай же.

Зрачки Крайта бешено метались из стороны в сторону, он будто не понимал обращенных к нему слов. Возможно, действительно не понимал. Боль, шок, паника летуна – все это мешало собраться с мыслями. Но Крайт все же собрался. Он зарычал, встряхнулся, замотал головой, и летун воспринял эту команду, соскочил на землю. Следом упала и стрела, оставившая на плече человека лишь глубокую царапину. Мармут без лишних церемоний наподдал летуну ногой, заставив его короткими неуклюжими прыжками убраться подальше, а сам подхватил Крайта сзади.

– Хорошо. Держи так, – отрывисто командовал Конот. – Крайт! Не дыши!

В ответ Крайт закашлялся, и Мармут с ужасом понял, что он пытался рассмеяться. Вот ненормальный!

Под рукой Конота стрела исчезла, и кровь густо полилась из раны. Но ненадолго. Опытный лекарь быстро нашел повреждения сосудов и первым делом прекратил кровотечение. Уже скоро Крайт пытался устроиться поудобнее и даже с любопытством наблюдал за собственным исцелением. Мармут прикидывал, не стоит ли ему самому заставить исчезнуть стрелу, засевшую в голени Крайта и явно очень тому мешающую, но потом решил, что лучше ему не встревать. Конот наверняка не одобрит самодеятельности.

Наблюдать за работой Конота было одно удовольствие. Спокойно, без лишних движений, не позволяя эмоциям отразиться на лице, он прощупывал пальцами залитую кровью куртку на боку Крайта, и Мармут мог собственными руками ощутить, насколько быстро раненому становится лучше. Он перестал болезненно вздрагивать, задышал ровнее, сердце перестало трепыхаться, как птица в силках. Наконец он заерзал, пытаясь сесть без поддержки.

– Лучше ложись, – посоветовал Конот. – Мне еще ногой заниматься.

Крайт последовал его совету, растянулся на траве и уставился в небо, точнее, все в ту же белесую мглу. Мармут решил, что настало подходящее время для расспросов.

– Что случилось?

– Да ничего особенного, – безмятежно сообщил Крайт. – Испугались, выстрелили.

– Ты так спокойно об этом говоришь...

– А что теперь? Долетел ведь.

– Был бы ты один, тебе пришлось бы туго.

– Это верно. Хорошо, когда ты не один.

– Я думал, тебе давно отбили эту привычку – забираться в замки на летунах, – заметил Конот.

Крайт рассмеялся.

Наконец полностью исцеленный мастер объявил, что время позднее, что все устали, а он в особенности, и скрылся в палатке. Конот и Местин последовали за ним, а Мармут остался снаружи. Теперь он нервничал еще больше, представляя себе, как завтра стрелы начнут втыкаться в него самого, и заснуть казалось делом немыслимым.

Он сидел у входа в палатку и пытался превратить в амулет щепку, как вдруг туман разом поднялся, и его сдуло ветром, словно кто-то сдернул с долины покрывало. Скоро стало можно различить, что над полем носится мгновенный посланец. Он двигался зигзагами вправо и влево, но стремительно приближался при этом к лагерю. Наконец он с размаху ткнулся лапами в траву прямо напротив Мармута.

– Кто из ваших летал сейчас в замок? – спросил посланец голосом Алого Всадника.

Мармут опешил. И растерялся. Он не мог понять, как следует ответить на такой вопрос. Почему их враг вообще интересуется этим? И не выдаст ли честный ответ намерений Крайта? Для начала он осторожно уточнил:

– А что?

– Он вернулся?

– Ну... да.

– Уф! – облегченно выдохнул посланец. – Одной заботой меньше. Я боялся, что он свалился где-нибудь по пути. Кто это был?

– Крайт, – решил признаться Мармут.

– Он в порядке? – В голосе Конта прозвучало искреннее беспокойство.

– Конечно! Конот мигом его заштопал.

– Ну и хорошо! – Посланец переступил с ноги на ногу, взмахнул крыльями и спросил уже ехидно: – Что он опять задумал?

– Ну, этого я, пожалуй, не скажу, – Мармут уже заулыбался, изрядно расслабившись.

– И без тебя знаю, что какую-то пакость!

– Это ты убрал туман? – Мармут попытался уйти от скользкой темы.

– Разумеется! – Голос Конта зазвенел от негодования. – Когда эти придурки пришли и сказали, что «кажется, подстрелили мага»... Я сразу подумал, что Крайт. Кто бы еще сунулся.

– И бросился искать?

– А что я должен был сделать? Отправиться спать, что ли?

Вот так, думал Мармут. Как с детства никто не знал, друзья они или враги, так и теперь не разберешь. Ведь, кажется, еще недавно готовы были глотки друг другу перегрызть в борьбе за первенство. И тут вдруг... Нет, что Конта бросился разыскивать раненого, это достаточно обыкновенно. Чаще всего маги помогают друг другу, тем более в таких опасных ситуациях. Но что стоило ему промедлить или вовсе отмахнуться от сообщения всадников, мол, не его это забота. Правила не требуют непременно спасать своего противника, особенно когда он вляпался по своей вине. И старики рассказывают, что бывали случаи, когда столь же непримиримые враги попросту ничего не предпринимали, и это обеспечивало их победу. И даже магическое сообщество не посмотрит косо: война есть война. Конта мог сказать, что летун приземлился за пределами замка, а там не его территория. Однако не сказал. Но самое интересное даже не это. А то, что Крайт всеми силами старался не причинить вреда фантазийному помощнику своего оппонента. Что-то изменилось между ними после того, как они вместе пропадали где-то в северных лесах. Или... так было всегда?

***

Первые сутки после своего ранения Крайт попросту проспал. Изредка просыпался, чтобы поесть, и снова проваливался в сон. Но на второй день почувствовал, что полностью восстановил силы и готов к сражению. Как раз и жуки Местина уже должны были сделать свое черное дело. Предупредив всадников, чтобы завтра готовились к атаке, Крайт собрал свою команду.

– Скажите-ка мне вот что: можно ли создать амулет из фантазийного существа?

– Амулет можно создать из чего угодно, – ответил Мармут.

– А сколько это займет времени? Я имею в виду, если Местин создаст существо, ты его запечатаешь, то как долго еще оно останется в живых после этого?

– Если превратить существо в вещь, оно не будет шевелиться, – сказал Местин. – И тогда отсчет времени пойдет с того момента, как оно превратится обратно. Ну, может быть, оно проживет немножко меньше, чем если бы его не превращать туда-сюда, но этого я точно не знаю. Вообще, энергия не должна тратиться.

– Это гениально! – восхитился Крайт. – Почему же так никто не делает?

– Потому что большинство боевых магов считает ниже своего достоинства возиться с амулетами, – смущенно пояснил Местин, стараясь не смотреть в сторону Мармута. – Особенно потомственные. Это низкий стиль, он не в почете. Амулеты создают совсем другие люди, и они делают это для всадников. Боевые маги редко овладевают этим искусством. А создать амулет с изменением формы сложнее, чем просто запечатать воздействие в какой-то вещи. Тут нужно быть специалистом.

– А ты-то откуда все это знаешь?

– Отец рассказывал. – Местин окончательно смутился. – Нет, он не пытался меня научить делать амулеты, просто хотел, чтобы я понимал принципы.

– Все-таки хорошая штука – домашнее воспитание! – позавидовал Крайт и обернулся к Мармуту. – Я не припомню, чтобы наш учитель что-то такое мне рассказывал.

– Он и мне не рассказывал, – буркнул тот. – Вообще ничего толком не объяснял.

– Ну что ж, зато теперь у нас есть человек, который наконец-то все объяснит, – Крайт одобрительно потрепал Местина по плечу. – Так что, ребята, сделаем все вместе одну штуку?

К вечеру закончили и с созданием амулета, и с разработкой стратегии на завтра. Мармут, изрядно шокированный ролью, которая ему отводилась в этом плане, теперь лихорадочно запечатывал всевозможные магические воздействия во все, что попадалось под руку. Ему вовсе не хотелось находиться на переднем краю, принимать на себя удар и создавать сумятицу и хаос, но возразить он не посмел. Крайт нацепил на руку совместно созданный ими браслет из деревянных бусин и теперь сидел на траве рядом с Мармутом, безмятежно разглядывая крепость. Тут же расположился и Местин, но он был напряжен и пристально изучал взглядом жесткие пучки желтеющей травы. Сзади неслышно приблизился Конот, внимательно оглядел всю компанию.

– Готовитесь?

– Ты бы тоже готовился, если бы узнал, что тебе завтра в самое пекло, – пробурчал Мармут и положил перед собой очередной камешек.

– И все-таки ты зря не используешь иллюзии, – сказал Конот Крайту. – Не так это сложно, как тебе кажется. Это на тренировке упаришься каждое движение контролировать, но на деле все выходит намного проще. Каждый, кто видит иллюзию, невольно помогает тебе своим воображением.

– Знаю я, знаю, – отмахнулся Крайт. – Все верят в иллюзию и не дают ей исчезнуть. Не люблю я их. Эффектно, но не эффективно. Да и не одолеть Арвента на иллюзиях, он в них специалист, и у него как минимум один помощник в этом деле.

Этот разговор немного подпортил безоблачное настроение Крайта. Единственный раз он использовал в бою иллюзии, но очень не любил об этом вспоминать. Как знать, если бы Нанис не сознался тогда, что огненный дождь – наполовину его рук дело, если бы оставил у Крайта ощущение, что он справился сам, может быть, тогда он с меньшим презрением относился бы к этому бессмысленному упражнению.

– Завтра мы и без иллюзий обойдемся, – добавил он.

Зашуршала трава, и Местин встрепенулся. Из зарослей выскочил тот, кого он ждал: Гаро, взъерошенный, нацеплявший колючек и чрезвычайно довольный. Зверек с разбегу бросился на руки хозяина, принялся ластиться, тереться мордочкой, валиться на спину, предлагая почесать брюшко.

– Нашел проход? – тут же спросил его Крайт. Гаро разразился серией коротких щелчков.

– Нашел, – перевел Местин.

– Отлично! Повезло. Арвент наверняка проверял все окрестности замка, не мог не проверить. Но такую маленькую дырку не заметил. Они не обратили внимания на Гаро, когда мы летели вместе! Приняли за игрушку, домашнего питомца. Никак не ожидали, что мы будем его так активно использовать.

И он снова уставился на замок, вполне успокоенный. В плане завтрашней атаки никаких особенных изъянов не наблюдалось. Лишь бы Мармут не подвел, да Конот сумел вовремя сориентироваться.

– Так, а вот это надо отдельно, – пробормотал как бы про себя Мармут и отложил в сторону небольшой пестрый камушек.

– Зачем ты тратишь столько сил на эти амулеты? – заинтересовался Местин. – Ведь куда проще отработать жесты.

– Не получается у меня так, – сердито и смущенно буркнул Мармут. – Все равно не могу сосредоточиться, даже с ними.

– Нервничаешь много, – заметил Крайт. – Тебе просто уверенности не хватает. Ничего, я тебя воспитаю.

– Да ну тебя! – по привычке огрызнулся Мармут.

***

Конюх с натугой отворил тяжелую дверь сарая, и Арвент вошел в прохладный полумрак. Здесь пахло прелой соломой и древесными щепками, но запаха пота и навоза почти не осталось. Здесь жили не животные, а созданное магами фантазийное воинство. Изначально Арвент полагал распределить тварей по двору, чтобы они были готовы отражать нападение с любой точки, но вырожденцы боялись чудовищ, да и всадники ворчали, и пришлось запереть этих зверей в сарае вместе с Зокки.

Существа вяло развалились на соломе, и лишь парочка из них лениво приоткрыла один глаз, чтобы посмотреть на вошедшего. Совсем раскисли от скуки. Ничего, скоро им придется поработать. В лагере нападающих с самого утра замечалось необычное оживление, не иначе, готовятся к атаке. Пора седлать Зокки и ставить на места остальных.

Зокки изобразил на своей морде то, что он считал приветливой улыбкой, приподнялся и вдруг глухо и коротко рыкнул и принялся отчаянно скрести задней лапой бок. Это выглядело так, будто его одолевают паразиты, и Арвент удивился... а потом удивился еще больше, когда из-под когтей полетело в угол что-то маленькое и блестящее. Шлепнувшись на солому, эта штука не осталась на месте, а шустро поползла обратно. В полном недоумении Арвент подошел ближе, концом сапога разгреб солому и выпихнул на открытое место крупного синего жука неизвестного ему вида. Голова насекомого увенчивалась челюстями таких размеров, что их можно было без труда разглядеть, даже не нагибаясь. По всему выходило, что оно только что укусило Зокки. Вопрос только в том, зачем. Ни одному кровососу не покажется соблазнительной шкура существа, питающегося деревьями. Разве что жук спутал его с настоящим деревом и попытался устроить в нем нору.

– Эй, иди сюда! – Арвент замахал рукой конюху, опасливо заглядывающему в дверной проем снаружи. – Посмотри на это. Ты знаешь такого жука?

– У нас такие никогда не водились, – замотал головой конюх. Подойти вплотную он, правда, так и не насмелился, но размеры насекомого и впрямь казались необычными.

– Уверен в этом?

– Совершенно уверен. Таких больших сроду здесь не бывало.

Недоброе предчувствие кольнуло Арвента. Крайт шнырял над замком на летуне всего два дня назад. Цель его рискованного полета так и осталась неясной. А если он выбросил здесь именно это? Стараясь сдержать волнение, Арвент стремительно подошел к Зокки и принялся тщательно обследовать его шкуру. След от укуса жука нашел довольно быстро: две коротких глубоких царапины. Потом обнаружил еще несколько таких же отметин в разных местах, но все это не выглядело чем-то опасным. Синий жук тем временем снова добрался до передней лапы Зокки, и Арвент в приступе гадливости раздавил его каблуком.

Теперь апатия остальных существ предстала в новом свете. Арвент бросился к ближайшей твари, неподвижно лежащей на боку. На круглом брюхе сразу же обнаружились сплющенные дырочки, как раз под размер синего жука. Уже понимая, что увидит, Арвент опустился на корточки, положил руки на холодную шкуру зверя и прислушался к своим ощущениям, сливаясь с фантазийным телом, как это делают маги-лекари. Внутри существа обнаружились чудовищных размеров пустоты. Жуки, все еще копошащиеся там, съели немногочисленные внутренности и теперь доедали мозг.

Дальше можно было не проверять. Арвент с тяжелым вздохом поднялся. Должно быть, Зокки спасла достаточно чувствительная кожа и способность чесаться, чего, конечно, не потрудились придумать для всех остальных существ.

– Давно они так лежат? – обернулся маг к конюху.

– Вчера еще все шевелились! – перепугался тот. – Кормил их вечером.

– С этим все ясно, – вздохнул Арвент. – Ладно, оседлай Зокки. Только сперва выведи его отсюда.

Вернувшись в крепость, Арвент рассказал о случившемся своим помощникам. Они были не столько расстроены, сколько возмущены. Их совместный труд, на который потрачено столько дней, пошел прахом, не успев принести никакой пользы. И создать новых существ они попросту не успеют, даже самых примитивных, нападение явно произойдет в ближайшее время.

– Фосс вечно действует нечестно, – ворчал Самус. – Почему мы с ним церемонимся? Давно следовало создать какую-нибудь тварь и напустить на него прямо в лагере.

– Но в этот раз все по правилам, – мягко и с некоторым смущением возразил Арвент. – Магия против магии.

– Но он все равно обманщик, – упрямо возразил Самус. – И свою первую победу добыл нечестным путем.

При этих словах лицо мастера приобрело странное выражение. Такое, будто ему было ужасно неловко говорить на эту тему.

– Даже если и так, – сказал он. – Сейчас новый год и новый бой. И мы должны соблюдать честность состязания. Вот что важно, а не то, что делает он.

– Это верно, – нехотя согласился Гент. – Но как мы будем действовать? Наше главное оружие уничтожено.

– А я предупреждал, что не умею работать в обороне, – вздохнул Арвент. – Я не защищал замков... да вот, пожалуй, с тех пор, как стал работать самостоятельно. В то же время Крайт одинаково хорошо умеет и нападать, и защищаться. Казалось бы, что ему по-настоящему удается? Кроме любимого приема с ветром ничего и в голову не приходит. Он ни в чем не достиг мастерства, но при этом оказывается, что он может все. Отлично приспосабливается к любым условиям, действует на любом поле. А мой стиль хорош для решительной атаки, а больше, кажется, ни для чего. Что ж, значит, нам придется срочно учиться работать в новых обстоятельствах, только и всего. Мы по-прежнему можем устроить хороший шторм и отшвырнуть их войско от наших стен.

***

Штурм начинали неторопливо, с размахом, словно нарочно давая противнику время подготовиться. Цель этого маневра была проста: Гаро, спозаранку отправленный в крепость, должен был понаблюдать и выяснить, кто там самый главный. Выстроились ряды солдат, заняли свои места всадники. Мармут, прежде чем сесть в седло, водрузил на голову шлем.

– Буду у нас за Алого Всадника, – попытался пошутить он.

– Похож! – оценил Местин.

Мармут перебросил через плечо холщовую сумку с кучей мусора внутри: все его спешно созданные в последние дни амулеты. Особенные приемы, которые он планировал использовать в строго определенных случаях, разложил по карманам. Вздохнул, мысленно перебрал всех имперских и варварских богов, но так и не решился обратиться с молитвой к кому-то из них, и даже не потому, что для мага это неприлично, а просто не определился, кто способен оказать покровительство в такой ситуации. Обреченно забрался в седло. Ну он же все-таки не Алый Всадник! Почему он должен это делать?

Мармут пробрался сквозь ряды солдат вперед, а Конот с Местином остались позади. В их задачу входило предпринимать контрдействия на любые действия команды Конта. Атакуют ли они иллюзиями или погодными явлениями, эти двое должны им помешать. Разумеется, два не специалиста вряд ли сумеют оказать достойное сопротивление целой команде, но хотя бы что-то должно быть предпринято.

И войска двинулись. Тут же налетел шквальный ветер, сбивающий с ног. Местин и Конот отреагировали сразу: ураганные порывы стали слабеть, закручиваться, начали подталкивать нападающих в спину. Противники не стали цепляться за ветер и обрушили на войско крупный град. Он звонко забарабанил по шлему Мармута, и тот взвыл и наподдал тамелгу пятками. Уж лучше в такой ситуации находиться подальше от всех остальных!

Не разбирая дороги, Мармут вырвался из-под удара градин и оказался один в чистом поле. Иногда героями становятся поневоле. Теперь ему ничего не оставалось, как только выгребать из сумки амулеты и задействовать их один за одним. Сверху оказались в основном щепочки, и он извлекал их и надламывал. В каждой щепочке хранилось однократное магическое воздействие, отрепетированное в момент создания амулета, эффективная, хоть и одноразовая замена магическому жесту. И теперь на стенах крепости случайным образом происходила всякая ерунда: то обрушивались зубцы, то взрывался пар, то вдруг возникали и падали на головы защитников предметы.

Маги, увлеченные борьбой с Конотом и Местином, не сразу заметили непорядок, но в конце концов обратили внимание на поддельного Алого Всадника, сломя голову несущегося через поле. Навстречу ему ударил ветер, сбивая тамелга с шага, заставив его замедлить бег, а потом зверь угодил передними ногами в яму и кувыркнулся, едва не погребя под собой наездника. Мармут покатился кубарем, потеряв по дороге половину содержимого сумки. С трудом приподнялся на дрожащих руках, огляделся. Ничего страшного, сам цел, а что до стены не удастся добраться, он знал почти наверняка.

На груди Мармута висел давно уже созданный многоразовый амулет: камушек в серебряной оправе. Маг нащупал его пальцами, надавил. Вокруг него возникло защитное поле, прозрачная, но надежная палатка. Мармут облегченно выдохнул. Теперь до него не сразу доберутся противники, да и бегущее сзади войско не затопчет. Сел, скрестив ноги, и стал подбирать оброненные щепочки и надламывать одну за другой. Порадовался сам за себя: как основательно подготовился! Иногда бросал на землю камушки, те, разумеется, которые не высыпались при падении. Которые ударились о землю, те уже давно сработали сами собой.

Так, а вот этот камушек, отложенный в карман, следовало бросить прямо под стену. Дождавшись, пока наступающее войско добежит почти до его укрытия, Мармут сдавил кулон на шее. Щит исчез. От души размахнувшись, Мармут швырнул камень. Добросил. Камень стукнулся об основание фундамента, и тут же, словно от этого удара, в стене образовался самый настоящий тоннель. Мармут усмехнулся: этот прием он называл про себя «переносной дыркой». Потом поспешно сдавил подвеску и снова укрылся под своей защитой. Дело его теперь почти сделано. Теперь нужно было только активировать оставшиеся амулеты, продолжая вносить сумятицу в ход боевых действий.

***

Услышав звуки боевых рогов, возвещающие начало атаки, Крайт поднялся с травы. Он еще затемно проехал верхом под прикрытием леса и теперь сидел под деревом с обратной стороны крепости. Видеть начало штурма он не мог, оставалось полагаться на слух.

Маг вышел из укрытия и сделал несколько шагов, присматриваясь к движению на стенах. В своем сером плаще он не сразу будет заметен на фоне пожухлой травы, но все же рано или поздно стражники, если таковые окажутся, должны насторожиться. Стражников не оказалось, все были стянуты на ту сторону, на оборону. Что ж, их счастье. С теми, кто мог бы его здесь заметить, Крайт намеревался обойтись крайне жестоко.

Не особенно торопясь, он пересек открытое пространство. Спешить не стоило, чтобы не оказаться с той стороны слишком рано, но и опоздать было нельзя. Кто знает, сколько продержится его команда против самого Алого Всадника.

Под стеной Крайт еще раз вгляделся, но признаков охраны не обнаружил. Тогда он тщательно заправил плащ за пояс, чтобы тот в самый ответственный момент не оказался у него на голове. А потом создал восходящий поток.

Этот трюк немного сложнее обычного, когда ветер поддерживает падающее тело, и Крайт посвятил немало времени его отработке. Но теперь он чувствовал, что готов использовать это в боевых условиях. Чудовищный по силе порыв ветра вздул колоколом рубаху, с жестокостью набросился на полы плаща, а потом приподнял в воздух человека. Крайт лег на него грудью, стиснул зубы, задержав дыхание. Вдохнуть сейчас все равно не удалось бы. Но продолжалось это недолго, ветер вмиг забросил его на вершину стены. Четко выверенным движением Крайт приземлился на четвереньки, отпустил ветер и быстро огляделся. Никого. Тогда вниз. Во дворе тоже оказалось пусто, так что лазутчик без особых проблем спустился все на том же воздушном потоке.

Ждать здесь не пришлось. Гаро сразу заприметил его и бросился навстречу из какой-то темной щели. Залопотал по-своему, высоко подпрыгивая. Крайт и без перевода понял, что задание он выполнил.

– Показывай.

Гаро бросился бежать, предусмотрительно останавливаясь у каждого угла и выглядывая, прежде чем двигаться дальше. С таким проводником Крайт шел, не опасаясь нарваться на неприятности. Сложности возникли в самом конце, у подножия большой центральной башни. Гаро тревожно свистнул и замотал хвостиком, и Крайт, приблизившись к нему, тоже заглянул за угол. Там уже простирался двор, в котором, собственно, и сосредоточились все обороняющиеся войска. Впрочем, нет, здесь уже находились и войска нападающих.

– Где-то тут, Гаро? Который?

Зверек пискнул, подпрыгнул, оперся лапками на стену башни, тыкал носиком вверх.

– На башне? На самом верху? Через окно можно попасть? А где окно? Обидно.

Последний комментарий относился к жестикуляции Гаро, явно указывающей, что окно выходит во двор. А там месиво, и стоит показаться... Впрочем, возможно, именно из-за месива и неразберихи никто не обратит на него внимания. Ведь ему надо только скользнуть вдоль стеночки, а потом все решится в одно мгновение.

– Идем! Показывай!

Крайт решительно стиснул зубы и выскочил на опасное открытое пространство. Зверек бросился следом. Он обогнал своего спутника, затрещал, заскакал на месте. Крайт, остановившись, быстро огляделся по сторонам. Если кто-то из сражающихся всадников и заприметил его, то явно ничего не понял. В серой накидке, перехваченной поясом, он и на мага-то не походил.

– Где? Под крышей? Вон то, на самом верху? Отлично, ты молодец, Гаро, а теперь прячься.

А сейчас последний решительный шаг. Крайт сосредоточился и создал ветер. Вроде бы кто-то крикнул внизу насчет мага, сообразив, наконец, что происходит, но было уже поздно. Стремительный поток вознес Крайта на самую макушку башни. Сгруппировавшись у окна, маг ловко заскочил на подоконник. Всадник, заглядывавший вниз, испуганно шарахнулся назад. Крайт дернул пальцами браслет на запястье, и нарочно ослабленная в нужном месте нитка оборвалась. Уже в полете связка деревянных шариков обратилась длинной толстой змеей. Ее массивное тело сшибло всадника с ног и обвилось вокруг него прежде, чем он упал.

Крайт неторопливо спрыгнул с окна и занялся своим плащом: выдернул из-за пояса, снял, вывернул алой стороной наружу, надел снова. Всадник, немного подергавшийся и сообразивший, что из хватки змеи ему не вырваться, приподнял голову и теперь внимательно разглядывал мага.

– Тень, – понимающе сказал он. – Не думал, что такой прославленный мастер станет использовать такие низкие приемы.

– А что такого? – пожал плечами Крайт. – Маленькая домашняя заготовка. Ее сделали мои помощники, так что не вижу ничего особенного. Ну как, сдаешься?

– Наверное... – Всадник задумался. – Наверное, нет.

– Жаль.

Крайт подошел к нему и наступил на хвост змее. Та рефлекторно сжалась, отчего всадник испуганно заорал.

– Может, еще подумаешь?

– Но я не могу сдаться! Тогда и магам придется сдаться, а за Алого мне повелитель голову оторвет!

– Обещаю, что отпущу магов на хороших условиях. Просто сдай крепость.

– Но это не ты решаешь!

– Иногда я. – И Крайт с самым задумчивым видом снова занес ногу над кончиком змеиного хвоста.

– Ладно! – завопил всадник. – Ладно, уговорил! Я сдаюсь.

– Хорошо, – удовлетворенно кивнул Крайт, отступая назад. – Надеюсь, сигнальный колокол у вас на этой башне?

– Да, прямо у нас над головой, – нехотя проворчал хозяин крепости.

Вместе они поднялись на последний этаж, где вместо стен были округлые арки, а под потолком висел колокол. Всадник дернул за веревку и вызвонил условный сигнал, призыв сдаваться. Это самый простой и надежный способ прекратить кровопролитие: знак хорошо известен даже вырожденцам, и они знают, что после подобного сигнала нельзя продолжать сражение. Сейчас шансы выбраться из крепости оставались у очень немногих. Всадникам побежденной стороны надлежало сложить оружие, но если ты не в гуще событий, если тебя никто не видит, еще можно выскользнуть на волю через потайные ходы или запасные ворота. Никто не станет задавать неудобных вопросов, встретив такого беглеца в какой-нибудь другой крепости.