Текст книги "Темная лошадка (ЛП)"

Автор книги: Пайпер Рейн

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 26 страниц)

Глава 38

Келли

Я возвращаюсь домой после интервью со вторым гостем, которого Фостер нашел для подкаста, – спортивным психологом, по совместительству автором бестселлеров и довольно медийной личностью. Понятия не имею, откуда у Фостера такие связи, но доктор Вон разоткровенничался и подробно рассказал, что именно подтолкнуло его к выбору профессии. Думаю, слушателям, которые никак не могут найти призвание, этот выпуск понравится.

Я решаю немного перевести дух на диване перед тем, как отправиться на стадион «Уэббер-филд» на игру «Кольтс», и набираю сообщение Фостеру.

Я: Привет, еще раз спасибо за наводку. Доктор Вон просто потрясающий!

Тут же высвечиваются три точки – полагаю, сейчас он в буллпене.

Фостер: Он тоже наговорил о тебе кучу приятного. Даже слишком много, если честно

Я: Разве это плохо?

Фостер: Не тогда, когда мне кажется, что он вот-вот попросит номер

Я: Он же мне в отцы годится

Фостер: Некоторых это только заводит

Ну, судя по всему, меня заводят угрюмые питчеры в татуировках, рядом с которыми чувствую, что быть собой нормально.

Я: Только не меня

Я закусываю большой палец в ожидании ответа.

Фостер: Я бы все равно не дал ему номер

Я: Удачи на игре

Нам стоит сменить тему и вернуться в русло совместного родительства. Прошлым вечером я выдала нелепую отговорку, будто не могу спать с другими, лишь бы поскорее выбраться из постели. Фостер не стал спорить, так что, похоже, он тоже считает, что вчера мы малость увлеклись.

Проходит несколько минут, и я решаю, что разговор окончен. Пора собираться на стадион. Родители прийти не смогут, так что я хочу быть на месте пораньше, чтобы помочь Лейтон с детьми.

Фостер: У меня есть немного времени, не хочешь сыграть в «Один за один»?

Внутри все обрывается. После вчерашнего мне до смерти страшно, о чем он может спросить, поэтому решаю, что лучше как-нибудь подколоть Фостера, чем сразу соглашаться.

Я: А тебе не пора разминать драгоценную руку?

Фостер: Просто подумал, что нам обоим будет проще общаться в переписке

Игнорируешь вопрос, да?

Я: Я ведь могу сделать скриншоты ответов и пустить их в народ

Фостер: Ты бы никогда так не поступила

И то верно. Я бы ни за что так не поступила. Но приятно, что Фостер настолько хорошо меня понимает.

Фостер: Не возражаешь, если я начну?

Я: Валяй. Похоже, сегодня ты рулишь парадом

Фостер: Тебе всегда трудно достичь оргазма или только со мной?

Вот это напор. Прямо в лоб.

Я: Господи, ну хоть бы подготовил почву для приличия

Он правда думает, что я вот так возьму и выложу все как на духу? Хотя вчера, кажется, именно это и сделала. Да и правила есть правила. Иначе какой смысл вообще ввязываться в игру?

Фостер: Это не ответ

Я: С чего вдруг такой интерес?

Фостер: Спросишь, когда придет черед. Отвечай на вопрос, Келли...

Я: Мне это никогда не давалось легко, но...

Господи, да скажи ты ему уже.

Фостер: ...

Я: Ох, ну и вогнал же ты меня в краску

Фостер: Это же я. Тот самый парень, с которым ты вчера улетела на седьмое небо ;)

Я: Тебе медаль выписать?

Фостер: Договаривай

Я: Некоторым это дается сложнее, и я, похоже, одна из них. Но подумала тут... может, дело в тех, кого я выбираю? Мне кажется...

Фостер: Помогите, ранили в самое сердце... Но ведь «тот, кого ты выбрала» – это я, разве нет?

Я: Вчера ты реабилитировался

Фостер: И готов повторить в любой момент, когда только пожелаешь

Фостер: Погоди, давай уточним... То есть ты выбираешь каких-то козлов, которым лишь бы самим кончить, а на тебя плевать?

Значит, вот так, рубишь правду-матку.

Я: Видимо, так и есть

Фостер: Значит, везло тебе на придурков. Расскажи про кого-нибудь из них

Я: Эй, полегче, сейчас мой черед спрашивать

Фостер: Виноват...

Я: А тебе-то какая разница? С этой стороной отношений покончено

Фостер: Считай, дело принципа. Хочется, знаешь ли, побить себя кулаком в грудь и заявить, что справился там, где все бывшие кретины облажались. Хотя задача-то, в общем, плевая. Просто рядом должен быть кто-то, кому на тебя не наплевать

Фостер: А насчет того, что мы, якобы, все... Не чувствую я, что это конец

Фостер: А ты?

Я: В каком смысле?

Я прекрасно понимаю, к чему Фостер клонит, но эту тему лучше не развивать. И все же флиртовать в переписке – одно удовольствие.

Фостер: Ну хорошо. Второй вопрос: тебе вчера понравилось?

Я: Что за дурацкий вопрос? Разумеется. А тебе?

Фостер: Это и есть вопрос?

Я: Нет... то есть... Ну да, пускай будет он

Фостер: О да, и еще как. До того понравилось, что из головы никак не выходит

В животе все кувырком, будто в барабане стиральной машины. Фостер, в точности, как и я, весь день только и думал о вчерашнем вечере.

Я: И что предлагаешь с этим делать?

Фостер: Полегче, сейчас очередь за мной. Тебя разве не учили соблюдать очередность?

Я: Никогда не умела делиться

Фостер: Тут мы похожи

Я: Тебе разве не пора на игру?

Фостер: Я запасной, так что времени вагон

Я: Что ж, в таком случае валяй, задавай вопрос

Фостер: Не хочешь преподать мне пару уроков?

Я перечитываю сообщение один раз, затем другой. Теперь предельно ясно, почему Фостер решил затеять разговор в переписке, а не с глазу на глаз.

Я: Уроков по чему?

Фостер: По сексу

Я закашливаюсь: слюна попадает не в то горло. Кашель становится только сильнее, так что приходится встать и пойти за водой.

Ну, молчание не сулит ничего хорошего.

Опираясь на кухонную столешницу, я быстро набираю ответ:

Я: Ты умеешь работать языком, просто нужно делать это чаще

Фостер: В том-то и дело. Я ничем не лучше тех козлов, с которыми ты встречалась раньше. И хочу это изменить, а раз уж мы договорились не спать ни с кем другим, пока не родится ребенок, я подумал: а почему бы не...

Я: Не усложнить ситуацию еще сильнее?

Фостер: Ха-ха... Нам просто нужны правила

Я: Это очень плохая затея

Фостер: Переезд тоже выглядел сомнительно, но – и говорю это со всей откровенностью – мне нравится возвращаться домой к тебе

Дыхание перехватывает. Сердце делает кульбит и взмывает вверх, но разум тут же хватает его за хвост, потянув обратно на землю. Я тяжело дышу, не отрывая взгляда от экрана и перечитывая одну и ту же строчку снова и снова. Мне нравится возвращаться домой к тебе.

Фостер: Вот так просто оставишь меня одного, во всей пугающей уязвимости? Понятно все с тобой

Я замираю, занеся пальцы над клавиатурой, но понятия не имею, что напечатать.

Я: А мне приятно знать, что ты в соседней спальне

Черт, нет. Я все стираю.

Я: Спасибо

Ума не приложу, что сказать. Если признаюсь, о чем на самом деле думаю, это добром не кончится.

Фостер: Забавная ты... Всегда пожалуйста

Фостер: Так, что скажешь? Выручишь несчастную душу?

Я: Официально заявляю: это отвратительная идея

Фостер: Ты это уже говорила

Я: Все может плохо закончиться

Например, я окажусь в больничной палате с разбитым вдребезги сердцем, глядя на крошечную частичку его самого.

Фостер: Это просто секс. Никаких чувств

Мы оба понимаем, что это ложь. Или нет. Казалось, в спальне прошлой ночью искрило от эмоций, но, может, это лишь мои фантазии.

Я решаю не нагнетать.

Я: Уверен, что не влюбишься?

Фостер: Я постараюсь, но ничего не обещаю ;)

Я: Понятия не имею, чему тебя учить

И это чистая правда. В постели Фостер хорош, даже безупречен. Просто стоит уделять больше времени прелюдии, как мне кажется.

Фостер: Всему

Я: Повторяю: идея паршивая

Фостер: Только пока не родится ребенок

У затеи есть срок годности. К тому же в последнее время желание так и бурлит. И перспектива снова оказаться в постели с Фостером, конечно, манит. Он для меня – как валерьянка для кошки.

Я: Значит ли это, что батарейки больше не понадобятся?

Фостер: Еще чего, я рассчитываю, что ты станешь гидом и по миру секс-игрушек. Хочешь кое-что узнать..?

Я: Даже не знаю. Наверное?

Фостер: Я никогда ими не пользовался – ни сам, ни с кем-то еще. Теперь понимаешь, как сильно ты мне нужна?

Я качаю головой, невольно улыбаясь.

Я: Давай обсудим правила... Никакого совместного сна в одной кровати

Фостер: Ни в коем случае

Я: Никакой «любови-моркови» и прочей чепухи

Фостер: Эй, ты не забыла, с кем разговариваешь?

Фостер: Что-то еще?

Я: И снова...

Фостер: Паршивая идея. Я услышал с первого раза. Так что скажешь, Келли Карлайл, побудешь моим инструктором по сексу?

Я: Умеешь ты уговаривать

Фостер: Идеально. Завтра жду второго урока

Завтра? Почему не сегодня? Впрочем, если я спрошу, прозвучит слишком уж нетерпеливо.

Фостер: Просто на случай, если на сегодняшнем матче все пойдет наперекосяк, не хочу нарушать обещание

Я: Да, без проблем. Договорились

Я понимаю: вышло совсем не так непринужденно, как хотелось бы.

Фостер: Мне пора. У меня тут вообще-то игра. Хватит изводить

Я: Удачи

Фостер: :)

Я откладываю телефон в сторону и не свожу с него глаз; так и подмывает пролистать чат и перечитать переписку.

Я правда согласилась давать Фостеру Дэвису уроки секса?

Когда будешь рыдать на больничной койке, Келли, винить будет некого, кроме самой себя.

Но спать с кем-то другим я не могу, а Фостер вот он, под боком. Жаждущий, способный и просящий об этом. На сей раз все иначе. Не так, как во времена былых свиданий или серьезных романов. Сейчас я заранее знаю правила игры. Продолжу твердить это себе, и тогда получится разложить все по полочкам и просто наслаждаться близостью.

Глава 39

Келли

Я опаздываю на игру, потому что уже на выходе из дома позвонила подруга из колледжа. К тому времени, как добираюсь до своего места рядом с Лейтон, идет второй иннинг. К счастью, детей нет, так что моя совесть лучшей подруги чиста.

– Привет, – я сажусь рядом. – А где малышня?

– Приболели, так что мама приехала за ними присмотреть.

Я закидываю ногу на ногу и машу продавцу хот-догов, передавая деньги по ряду.

– Не могла купить до того, как сесть?

Я пожимаю плечами.

– Я отчаянно нуждалась в твоем обществе.

Она передает хот-дог, который как раз проделал путь по ряду.

– Стоило написать. Прости.

– Меня Фостер задержал. Развели марафон переписок.

– Можно я скажу, что все это не нравится? Бесит, что не могу рассказывать про Хейса, и бесит, что вообще не в курсе, что там происходит между вами двумя. Мне-то ты можешь все рассказывать. А Хейс теперь вообще в режиме: «Ничего про них не говори, если только не собрались поубивать друг друга», – она разворачивается ко мне всем телом, полностью отвлекаясь от игры.

Учитывая, на что я только что согласилась, и самой хочется не смотреть бейсбол, а выговориться лучшей подруге.

Я оглядываюсь по сторонам. Вокруг слишком много лишних ушей.

– Хейс сильно взбесится, если не обнаружит тебя на месте, когда посмотрит на трибуны?

– Я хожу на каждую игру. У меня дома трое больных детей, а я все равно здесь. Переживет, – она встает и берет меня за руку. – Пойдем наверх.

Лейтон ведет меня вверх по лестнице к бетонной площадке, где можно прислониться к стене и при этом видеть поле. Мимо снуют люди, но это максимум уединения, на который здесь можно рассчитывать.

– Ну... так что происходит?

– Прошлой ночью мы снова переспали, – чего уж там, говорю начистоту.

– Келли! – ахает она, затем отступает на шаг и проводит руками по телу, словно это поможет взять себя в руки. – Прости. Без осуждения. И как все прошло? – она лукаво улыбается.

– Паршиво.

Ее глаза округляются.

– Паршиво?

– Я слишком загналась из-за оргазма. В клинике он вычитал какую-то статью, и... – вкратце пересказываю суть, она пожимает плечами и закатывает глаза, всем видом показывая, что прекрасно меня понимает.

– Разумеется, он в шоке. Большинство мужиков мнят себя в постели чуть ли не порнозвездами.

Я усмехаюсь.

– Ну да. В общем, Фостер захотел попробовать еще раз, и до того, как вчера вернулся, я даже успела пустить в ход вибратор, потому что напряжение между нами просто сводит с ума, Лейтон. Прямо до дрожи...

Она улыбается с таким видом, будто точно знает, о чем я. До жути хочется впасть в детство и выкрикнуть: «Фу-у-у!», потому что она наверняка вспоминает Хейса, но покорно помалкиваю. Когда-нибудь придется научиться нормально обсуждать эту тему. Наверное, стоит просто представлять, что она спит не с моим родным братом.

– Ну так вот... а потом вибратор разрядился.

У нее отвисает челюсть.

– Да ладно!

Боже, как же хорошо наконец-то об этом поговорить.

– Прикинь? И у него в квартире ни одной батарейки. Я все перерыла. А потом Фостер вернулся. Я вся на взводе, умоляю вселенную позволить кончить, и тут он предлагает второй шанс.

– И что потом?

– Я согласилась, – пожимаю плечами.

– Охренеть. Подожди, – она тормозит продавца пива и берет один стакан. – Тебе что-нибудь взять?

Я качаю головой и откусываю хот-дог.

– У меня новый порок. Вредная еда.

Она смеется.

– Ладно, продолжай, – Лейтон делает глоток пива.

– Это было как в кино. Я иду по комнате, и он просто подхватывает меня на руки. Я обвиваю его талию ногами, и мы впиваемся друг в друга. Никаких там нежных касаний губ – сразу языки, все по-взрослому. Это было так горячо...

– Охотно верю.

– Но чем дальше заходили, тем сильнее я загонялась, и в итоге так и не смогла кончить.

– Это худшее, что может быть, – она снова прикладывается к пиву, и в этот момент над стадионом разносится песня Хейса для выхода на биту. – Черт, погоди секунду, – она поворачивается к полю. – Давай, Хейс!

Я зажимаю ухо, которое ближе к ней.

– Господи, Лейтон.

– Прости. Я заболталась, но заметила, как он покосился на пустые места. А у Хейса небольшой спад на бите, так что хочется поддержать его посильнее.

Мы ждем, пока Хейс подойдет к дому. Он встает в привычную стойку. Первая подача – страйк, он даже не машет битой. Следующие две – болы.

– Давай, малыш, – шепчет Лейтон. – Ты сможешь.

Он отбивает – и промахивается.

– Черт, это было быстро. Какая там вообще скорость на радаре?

Я смотрю на нее с недоверием.

– Кто ты такая и что сделала с моей лучшей подругой?

Она отмахивается.

– Я невеста профессионального бейсболиста. Разве не видно?

Следующая подача – бол, прошедший по внешней стороне. Лейтон шумно выдыхает. Можно подумать, это она стоит с битой.

– Полный счет. Молодец, изматывай его, малыш, но, если мяч пойдет прямо по центру – выбивай все дерьмо, – бормочет она себе под нос, и я нехотя признаю, что это даже мило.

Знаю, Лейтон просто желает ему удачи, но, возможно, потому что за эти годы насмотрелась на спады Хейса, для меня это не кажется такой уж трагедией.

Летит мяч. Клянусь, Лейтон задерживает дыхание. Хейс бьет, есть контакт, и мяч взмывает в воздух.

Она подпрыгивает, пиво выплескивается из стакана, но ей вообще плевать.

– Вот так!

Хейс выбивает дабл по левой линии.

Лейтон прижимает руку к сердцу.

– Слава богу. Не знаю, выдержу ли еще одну ночь за просмотром видео с его взмахами в попытках понять, что он делает не так. Я люблю этого мужчину, но...

Я смеюсь и тепло ей улыбаюсь.

Лейтон тычет в меня пальцем.

– Однажды и ты такой будешь.

– Ой, вряд ли. В общем... – рассказываю о Фостере и о том, каким потрясающим он был. О том, какой невероятный оргазм я испытала, когда он сделал кунилингус, и о том, как терпеливо и с пониманием ко всему отнесся.

– Фостер Дэвис? – она указывает в сторону поля, хотя тот сидит где-то в буллпене.

– Единственный и неповторимый.

– Я знала, что он неплохой парень, просто нужно было немного сгладить острые углы.

– Но потом он написал... Короче, Фостер хочет... – оглядываюсь, убеждаясь, что никто не подслушивает. – Ты не должна никому рассказывать.

Она изображает, как закрывает рот на замок и выбрасывает ключ.

Я вздрагиваю.

– Так, ты явно проводишь слишком много времени с моей мамой.

– Ну, по крайней мере, Хейс не ловит ключ и не прячет в карман.

– Пока что, – меня слегка пугает перспектива, что Лейтон превратится в мою мать. Я обожаю эту женщину, но... – Короче, он хочет, чтобы я давала уроки секса.

Ее лоб прорезают морщинки.

– Ему они нужны?

– Нет. Клянусь, проблема только во мне, но Фостер утверждает, что у него нет опыта...

Она смеется.

Я сурово щурюсь.

– ...опыта никуда не торопиться с женщиной. Не то чтобы у него был недостаток в партнершах.

– Поняла. А куда подевалось «мы просто вместе воспитываем ребенка»?

– Видимо, теперь мы вместе воспитываем ребенка и спим друг с другом?

Но она не улыбается. Наоборот, глубоко вдыхает, прежде чем ответить:

– Будь осторожна, Келли.

От ее слов, подтверждающих, что идея и правда так себе, хот-дог падает в желудок тяжелым камнем.

– В этот раз все по-другому. Понимаешь, я заранее знаю правила игры. Это просто секс, а как только родится ребенок, мы оба вольны идти своей дорогой и делать что хотим. Я съеду, и мы останемся хорошими друзьями.

– Друзьями? – она смотрит на меня с выражением «ну-ну, конечно».

– Да, – кладу руку ей на предплечье, пытаясь убедить скорее себя.

Конечно, у меня и самой есть сомнения на этот счет, но будем честны: после рождения малыша жизнь еще очень долго не будет принадлежать мне. Не будет времени ходить на свидания и искать парня для серьезных отношений. А я усвоила: именно надежда ведет к разбитому сердцу. Если не буду питать иллюзий, что Фостер изменится, то со мной все будет в порядке.

– Не уверена, что...

– Все будет хорошо. Честно. В смысле, Фостер Дэвис не из тех, кто дает ложные надежды, так что никаких милых бойфрендских замашек не предвидится. Все строго ради взаимного удовольствия. Будем наслаждаться процессом, пока заботы о малыше не поглотят с головой, – я кладу ладонь на живот.

Она ничего не говорит, но лицо красноречивее слов. Мне не хочется слушать ее сомнения, поэтому меняю тему.

– Я говорила, что уже перешла на штаны с резинкой? – провожу руками по животу, натягивая футболку, чтобы она увидела округлость.

– Ой, Келли! – ее рука тут же ложится на живот. – Уже видно!

– Совсем чуть-чуть, но да... каждый раз, проходя мимо зеркала, я зависаю. Внутри меня человек. Разве это не безумие?

Она смеется и обнимает меня.

– Не дождусь, когда с ним познакомлюсь.

– А я бы с удовольствием отложила сами роды. Теперь все чаще думаю о том, что ему или ей придется как-то оттуда выбираться. Пути назад нет. И это еще одна причина спать с Фостером – после родов вагина, возможно, уже никогда не станет прежней.

Она крепко сжимает меня в объятиях.

– Все будет хорошо. Миллионы женщин проходили через это.

– Говорит акушерка.

Мы обе смеемся. И хотя Лейтон не одобряет мой план, после разговора становится гораздо легче. Мы давненько так не общались. Ничто не поднимает настроение так, как девичьи посиделки.

В конце концов возвращаемся на свои места. Фостер выходит на горку в девятом иннинге, чтобы сделать два последних аута. Он то и дело бросает взгляды на трибуны, и я сильно сомневаюсь, что высматривает меня. Он даже не спрашивал, приду ли я.

В итоге пропускает раннера на базу, а затем позволяет выбить дабл. Выход явно не задался, и он вообще перестает смотреть в нашу сторону. Следующий отбивающий отправляет мяч прямо в ловушку Деккеру. Затем Фостер выбивает последнего бэттера страйк-аутом, завершая игру победой «Кольтс» с перевесом в два рана.

– Отличное начало серии против «Колорадо», – отмечаю я.

Лейтон болтает с кем-то из болельщиков по соседству.

Когда мы вливаемся в поток людей на лестнице, чтобы подняться к выходу, какая-то женщина дотрагивается до моей руки.

– Келли Карлайл?

Выглядит она очень мило. Примерно моего роста, чуть выше среднего для женщины. Брюнетка с короткой стрижкой. Но именно глаза выдают, кто передо мной.

– Здравствуйте, меня зовут Анжела... Анжела Дэвис.

Не остается ничего другого, кроме как идти рядом с ней по ступеням.

– Я...

– Мама Деккера и Фостера. У него ваши глаза.

Она кивает, и на ее глаза – те самые, точно такого же голубого оттенка, как у сына, – наворачиваются слезы. Я абсолютно ничего не знаю об их ситуации, кроме того, что Фостер уехал с отцом, когда ему было одиннадцать.

– Я просто хотела... – ее взгляд опускается на мой живот. – Сказать: поздравляю. Я слышала новости, и Деккер подтвердил. Не уверена, что...

На верхней площадке ждет Лейтон. Не знаю, замечает ли она что-то в моем лице, но тут же подлетает и берет под руку.

– Нам пора идти, – она очаровательно улыбается Анжеле. – Простите, что похищаю ее.

Это стандартная уловка на случай, когда кто-то узнает в нас родственников игроков и фанаты хотят поболтать подольше.

– Эм... вы здесь проездом? – никогда раньше не видела Анжелу, хотя в прошлом году редко бывала на матчах из-за подкаст-тура.

– Думаю переехать, – отвечает она. – Так что идите. Уверена, мы еще увидимся.

Я киваю, а Лейтон машет ей на прощание.

– Уверена, что да. Хорошего вечера! – она тянет меня за собой, а я едва переставляю ноги по асфальту. – Ты побледнела. Тебе плохо?

– Это была мама Фостера.

Она резко останавливается и оглядывается через плечо.

– Что ж, вряд ли это к добру.

И тут меня накрывает. Проблема вовсе не в «уроках секса». Проблема в том, что неделями я шаг за шагом подбиралась к Фостеру все ближе... а его мать только что напомнила, что в Фостере есть глубины, до которых никогда не смогу дотянуться.