Текст книги "Темная лошадка (ЛП)"

Автор книги: Пайпер Рейн

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 26 страниц)

Пайпер Рейн
Темная лошадка

Глава 1

Келли

Будь я героиней сопливого ромкома, при виде отца будущего ребенка в бейсбольной форме «Чикаго Кольтс» в животе наверняка разлилось бы приятное, трепетное тепло.

Вместо этого желудок лишь ехидно урчит, мол, поздравляю. Ты официально превзошла саму себя.

Была ли беременность запланированной? Разумеется, нет.

Сказать по правде, я пожизненный и преданный член клуба «Только Безопасный Секс». Причем с VIP-доступом и платиновым статусом.

Презервативы в сумочке? А как же.

Противозачаточные? Сижу на них еще со времен колледжа.

Регулярные проверки на ЗППП? В обязательном порядке.

И все же, несмотря на маниакальное соблюдение всех пунктов из списка предосторожностей, внутри меня прямо сейчас растет человек. К тому же – чертов наследник «Чикаго Кольтс». Да, я понимаю, для некоторых женщин это предел мечтаний. Но всю жизнь клялась держаться от бейсболистов подальше, что подводит нас к третьей проблеме. Отец моего ребенка – это... барабанная дробь... товарищ по команде и близкий друг моего старшего брата.

Но не волнуйтесь, ни один из них пока понятия не имеет, что я ношу под сердцем вышеупомянутый плод любви. До сих пор секрет знает только один человек, но время-то тикает: мне нужно рассказать обо всем будущему папаше, а затем и брату.

– Ну дай хотя бы подсказку, – ноет Лейтон. – Это же кодекс лучших подруг. Нельзя просто сказать, что ты беременна, и утаить самое интересное.

За сегодня она просит об этом уже в десятый раз.

– Ты перенимаешь дурные привычки у Монро.

Прошу заметить, Лейтон не только моя лучшая подруга, но еще и невеста брата. Сейчас она витает в сказочном мыльном пузыре «долго и счастливо» вместе с Хейсом, где все сверкает единорожьими блестками, а жизнь просто идеальна. Тем временем я задыхаюсь от каждой мысли, приходящей в голову (а также почти от любого кусочка еды, попадающего в рот).

Смогу ли справиться с беременностью, материнством и при этом сохранить успех подкаста? Неужели женщины не врут, утверждая, что семью и карьеру действительно можно совмещать? Или это просто сказочка, навязанная обществом, чтобы мы гарантированно чувствовали себя ничтожествами, когда не сможем усидеть на всех стульях сразу? Чертовски надеюсь, что вывезу, потому что я не для того вкладывала в эту мечту столько крови, пота и слез, чтобы насладиться лишь парой минут славы.

Лейтон хмурится.

– Ты сравниваешь меня с шестилеткой?

Мы бросаем взгляд вниз по ряду, прямо за домашней базой, где Монро вовсю скачет на месте, а мой папа послушно поднимается, чтобы купить ей мороженого.

Я усмехаюсь.

– Она не знает слова «нет». И ты ведешь себя в точности так же с тех самых пор, как я поделилась новостями.

К счастью, мама нас не слышит: она слишком занята тем, что пилит Лейк на тему «держись подальше от мальчиков» и приказывает Линкольну сесть на место.

В прошлом году лучшая подруга взяла опеку над тремя детьми погибшей двоюродной сестры, и теперь они с братом превратились в до тошноты очаровательную семью. Еще одна порция блестящей магии. Порой за этим просто тошно наблюдать, но, если честно, я безумно рада.

– Ладно, назови хотя бы одну его черту, – Лейтон впивается взглядом в поле, где «Кольтс» как раз занимают позиции, и задумчиво прикладывает палец к губам. – Он тихий?

Я закатываю глаза, прекрасно понимая, что она намекает на Деккера.

– Самоуверенный?

Бросаю взгляд на Истона, занявшего позицию шорт-стопа.

– Если я отвечу хоть на один из этих вопросов, круг подозреваемых слишком сильно сузится.

Хейс выбегает к домашней базе, приподнимает шлем и подмигивает Лейтон, после чего переводит взгляд на детей. Лейк слишком крута, чтобы удостоить его вниманием, зато Линкольн подпрыгивает и что-то кричит. Хейс машет мальчишке рукой и снова смотрит на Лейтон. Та посылает ему воздушный поцелуй.

– Кажется, меня сейчас стошнит, – изображаю рвотный позыв.

– И не говори, – отзывается Лейк. – Утром я спустилась на кухню, а они зажимались прямо на столешнице.

Лейтон возмущенно фыркает и резко поворачивается к девочке.

– Ничего подобного.

Лейк одаривает ее красноречивым взглядом, и Лейтон лишь отмахивается.

Мама хлопает Лейк по колену.

– Они влюблены, оставь их в покое.

– Возвращаясь к вопросу дня... – шепчет Лейтон, снова втягивая нас в обособленный диалог.

– Ты все узнаешь, когда узнает он. Обещаю, ты будешь первой.

Я могла бы открыться. Лейтон бы точно не разболтала секрет раньше времени, но мне почему-то кажется правильным сначала поговорить с отцом ребенка. Дать переварить эту информацию, прежде чем вываливать на остальных. В конце концов, в эту передрягу мы вляпались вместе.

Лейтон упирается и выпрямляет спину.

– У твоего брата шикарная задница. Вчера ночью в постели...

– О, так ты решила играть грязно? – вопросительно выгибаю бровь.

Подруга лишь пожимает плечами. Лейтон прекрасно знает, что мне не нужны подробности их интимной жизни. В курсе ли я, что они спят? Конечно, но слушать об этом не желаю. Инфантильно? Возможно, но, уж поверьте, когда брат выяснит, от кого я зачала его племянника или племянницу, ему тоже вряд ли захочется вдаваться в детали моей половой жизни. Хотя, если подумать, я бы не прочь оказаться мухой на стене в их раздевалке, когда вся правда выплывет наружу.

Хейс выбивает бегущего на второй базе, и весь наш ряд вскакивает на ноги, громко аплодируя и выкрикивая его имя.

– Это сейчас папочка выбил бегущего? – шепчет Лейтон мне на ухо.

Я только головой качаю.

– Как я и сказала – не знает слова «нет».

Игра продолжается. Главный плюс статуса опекуна троих детей заключается в том, что Лейтон постоянно на что-то отвлекается. Разумнее всего было бы помалкивать о новости до разговора с будущим папой, но я банально запаниковала. Я... беременна? Стану мамой? В голове не укладывается, и, уверена, у остальных будет такая же реакция. Из меня та еще Мэри Поппинс.

К восьмому иннингу «Кольтс» ведут счет, но с перевесом всего в один ран.

Таз начинает нервничать на питчерской горке. Хейс берет тайм-аут и выходит к нему на разговор.

Две девицы, которых не было видно всю игру, останавливаются перед нашим рядом, заставляя окружающих подниматься с мест, чтобы их пропустить.

Мы с Лейтон переглядываемся. За годы насмотрелись на таких особ сполна. Кто-то из игроков подогнал им билеты. Вопрос лишь – кто именно? Они абсолютно не вписываются в толпу обычных болельщиков с настолько короткими мини-юбками, что хочется закрыть Линкольну глаза. А в комплекте к юбкам идут тесные кроп-топы, из которых буквально вываливается грудь.

Лейтон наклоняется.

– Им не холодно?

– Уверена, они только рады лишний раз посветить торчащими сосками.

– Он сказал, как только тот парень-кэтчер заговорит с питчером, мне нужно быть на своем месте, – бросает одна девица другой.

Мы с Лейтон снова переглядываемся, и она одними губами спрашивает: «Кто?».

У меня есть подозрение, и сейчас внутри идет настоящая война: волнует ли меня, окажись права или нет.

Хейс трусцой возвращается на домашнюю базу. Таз, будучи тем еще придурком, обходит горку сзади и занимает позицию.

– Ой, так... выходит, еще нет? – спрашивает первая.

Мне вот дико интересно, где они вообще сидели до этого момента.

– Тут такие неудобные кресла, – ее подруга задевает локтем милого мужчину справа, пытаясь устроиться поудобнее, словно забыли подложить подушечку. – Если он такая важная шишка, не мог достать вип-ложу?

– Он сказал, что хочет видеть меня в первом ряду и по центру, – пожимает плечами блондинка.

Таз пропускает первого раннера на базу, и на этом игра окончена. Рипли выходит из дагаута, собирает инфилдеров на питчерской горке, и Таз вкладывает мяч ему в ладонь.

Как только Таз скрывается в дагауте, на стадионе гаснет свет. Желудок ухает вниз, словно я в самолете, выполняющем мертвую петлю.

На гигантском экране вспыхивает ослепительное «ПО МЕСТАМ!», из динамиков звучит на весь стадион песня Оззи Осборна, а из темноты экрана вырывается локомотив. Искря колесами, он несется по рельсам из чистых молний прямо на фанатов – кажется, еще секунда, и пробьет экран.

– Ой, это он? – блондинка толкает подругу, которая вовсю залипает в телефон. – Кажется, да.

– Серьезно? – ворчит Лейтон.

– Дамы и господа, – разносится голос диктора, – время закрывать игру, и мы все знаем, что это значит. Прошу всех встать... номер четырнадцать... ФОСССТТЕРР «Жнец» ДЭЭВИИИСС!

Фостер выбегает из буллпена и останавливается на краю инфилда, позволяя судье проверить его руки и перчатку. Татуировки виднеются из-под ворота джерси, поднимаясь по шее и покрывая обе руки. Из-за бейсболки почти не видно темно-русых волос, зато голубые глаза ярко сияют на гигантском экране.

– Ладно, признаю, он горяч, – подруга выпрямляется в кресле. – У него есть братья?

Чувствую себя стервой из старшей школы из-за того, сколько осуждающих взглядов мы с Лейтон уже успели бросить в адрес этих двоих.

– Деккер Дэвис.

От голоса Линкольна мы с Лейтон резко поворачиваем головы. Мальчик стоит прямо возле нее. Должно быть, в какой-то момент они с Лейк поменялись местами.

Свет снова зажигается, и все инфилдеры приветствуют Фостера, хлопая по спине и отбивая кулаки.

Девицы оборачиваются и смотрят на Линкольна.

Тот указывает на третью базу, и плечи брюнетки разочарованно поникают.

– Без татуировок? – в ее голосе сквозит явное разочарование.

Мои брови ползут на лоб. Неужели Фостер реально достал им билеты? Я перевожу взгляд на блондинку. Значит, вот его типаж – светленькая, до неприличия молодая и ни черта не смыслящая в бейсболе. Рада убедиться, что он именно такой поверхностный, как я и думала.

Понятия не имею, почему меня это задевает... хотя нет, кого я обманываю.

Но не то, чтобы питала хоть какие-то иллюзии насчет романтических отношений с Фостером Дэвисом. Он просто станет отцом моего ребенка. Нужно лишь набраться смелости, чтобы об этом сообщить.

Глава 2

Фостер

Единственный плюс сегодняшней игры – победа. Отыграл я дерьмово. Подача ни к черту. Контроль еще хуже. Задницу спас только фрейминг Хейса, так что пока иду со стадиона по чикагским улицам, восторженные крики толпы лишь подстегивают липкое, пакостное чувство: не кажется мне, что хоть как-то приложил руку к победе.

Я застегиваю куртку, готовый поскорее добраться до кондоминиума и с головой погрузиться в мрачные мысли.

– Фостер! – кричит какая-то девушка.

Я даже не смотрю в ту сторону. Пристраиваюсь в хвост к Истону и Деккеру, но впереди затор: Хейса и Лейтон перехватили родственники.

Ко мне подбегает Линкольн.

– Видел, как Миллер рухнул на колени после твоего последнего броска? – Линкольн смеется.

Ну что тут скажешь? Пацан меня обожает. В удачный день это льстит самолюбию, но сегодня не чувствую, что заслужил восторг. Хотя помню себя в его возрасте – точно так же боготворил кумиров. Черт, как давно это было... Вряд ли я когда-то отличался такой же наивностью и чистотой.

– Видел, – это единственный сегодняшний бросок, который полетел точно в цель.

– Сегодня объявляю ночевку у бабушки с дедушкой! – громко говорит отец Хейса.

Линкольн тут же испаряется, подлетает к Монро, и они принимаются прыгать на месте, засыпая стариков вопросами: заедут ли в «Макдоналдс» и какое мороженое ждет их в холодильнике.

В детстве я думал, что подобные семейки бывают только в приторных телевизионных ситкомах. Оказывается, ошибался.

– Мы и сами можем забрать их домой, – Лейтон пытается спорить с родителями Хейса относительно присмотра за детьми, но, насколько я знаю, им наедине вообще не удается побыть. Особенно в разгар сезона. Профессиональный спорт не слишком приспособлен для нормальной семьи.

Я невольно перевожу взгляд на Келли.

Сегодня она чертовски хороша. Щеки чуть раскраснелись от прохладного воздуха, волосы спрятаны под зимнюю шапку «Чикаго Кольтс». Ну почему она, мать ее, младшая сестра Хейса?

На мгновение мы встречаемся глазами. Мне бы держаться подальше, но все равно шагаю навстречу. Однако Келли вдруг замечает что-то за моей спиной. Лицо кривится, она закатывает глаза и отворачивается к Лейк, чтобы попрощаться.

– Фостер! – визжит какая-то девица, прежде чем преградить путь и буквально катапультироваться в мои объятия. Она обвивает шею руками, вжимаясь всем телом. Роста всего ничего, так что она виснет на мне, словно обезьянка.

Я замечаю ее подругу, стоящую рядом и оценивая разглядывающую Истона и Деккера.

– Спасибо за билеты, – воркует она на ухо. – Не переживай, я потрясающе отсасываю в знак признательности.

Твою мать. Совсем забыл, что оставлял билеты в кассе. Как ее зовут?

Момент явно не из лучших, уверен, в списке Келли я только что скатился еще на несколько позиций вниз. И ведь не то, чтобы я специально выстраивал хитроумный план, доставая билеты для Саманты... или как ее, Сары... Просто сработал на автопилоте.

– Стеффи, нас нужно познакомить, – подает голос подруга, бесцеремонно оглядывая меня с ног до головы.

Стеффи. Точно.

Спасибо, подруга, выручила.

Стеффи убирает руки с шеи и наконец встает на землю.

Я тут же перевожу взгляд на Келли, но та лишь мельком удостаивает меня вниманием, продолжая что-то втолковывать Лейтон.

– Фостер, это моя самая-самая лучшая подруга на свете. Мы не разлей вода. Знакомься, это Милли.

Милли протягивает руку.

– Это фамилия, если возникнут вопросы.

Я жму ладонь, а Истон, поняв, что передо мной нарисовались сразу две девицы, закругляется с компанией и неспешно подруливает к нам.

– Истон Бейли, – представляется он так, будто девушки и без того не в курсе, кто он такой, и пихает руки в карманы. – И кто же у нас тут?

Глаза Стеффи округляются.

– Я Стеффи, а это моя лучшая подр...

– Милли, – перебивает та.

Истон косится на меня, безмолвно уточняя, которая из них предназначается мне.

Да пусть хоть обеих забирает, плевать. Потому что все, чего я на самом деле хочу – впиться в губы той единственной женщины, к которой нельзя даже приближаться.

Все это ни черта не здорово. Ситуации хуже и не придумаешь. Мы с Келли скрываем, что однажды переспали, и от этого чувствую себя последним говнюком по отношению к лучшему другу. Я знал правила, но все равно их преступил.

Хейс всегда оставался верным товарищем и горой стоял за меня, так что интрижка с сестрой... Не стоит удивляться, что она до сих пор не отпускает, хотя я уже получил свое. Это просто карма кусает за задницу в расплату за содеянное.

Но продолжать что-то за спиной было бы еще более паршиво.

И все же я не перестаю ее хотеть. Хотя бы для того, чтобы в следующий раз память не подвела.

– Мы собираемся продолжить в другом месте, – говорит Истон. – Не хотите присоединиться?

Стеффи смотрит на меня. В подобные переплеты с девицами вроде нее я попадал не раз. Мог бы предложить поехать ко мне. Сплавить Милли Истону. Обоим наверняка бы что-нибудь обломилось, и все потому, что мы профессиональные спортсмены и не обделены внешностью. За мной тянется шлейф репутации «плохого парня», в то время как Истон выезжает на образе обаятельного спортсмена – флиртует так, будто это его вторая работа. Но сегодня я просто не в духе.

Идея достать билеты для Стеффи обернулась огромной ошибкой. Поступок настоящего мудака. И ведь не ради того, чтобы заставить Келли ревновать – я и понятия не имел, что она придет. Просто надеялся, что раз Келли никак не идет из головы, Стеффи поможет забыться. Что-то легкое, ни к чему не обязывающее.

– Мы с удовольствием, – откликается Стеффи. – Правда, Милл?

– Конечно, – Милли улыбается Истону.

– Отлично. Я заскочу домой, а вы подождите в «Пипер», – Истон берет инициативу на себя, поскольку в конечном результате заинтересован куда больше.

Улыбка Стеффи слегка меркнет.

– Слышала, хозяйка там та еще мегера.

Истон усмехается.

– Вам просто не нужно соваться в подсобку. Мы проводим, чтобы она не начала цепляться.

Истон придвигается к Милли, а Стеффи пристраивается ко мне, мы идем от «Уэббер-филд» в сторону жилого комплекса.

Я прощаюсь с Хейсом и родителями Келли – те направляются в противоположную сторону, к парковке.

– Я, пожалуй, пойду. Хорошая игра, братишка. Глядишь, когда-нибудь и я захочу взять интервью, – говорит Келли.

Хейс тут же хватает ее в охапку. Келли извивается, и они возятся, словно восьмилетние дети. Когда ей удается вырваться, кепка падает на бетон прямо под ноги.

Я наклоняюсь за кепкой одновременно с Лейтон, но та замирает, позволяя проявить любезность. Она смотрит на меня с озадаченным видом, будто только что разгадала сложную загадку.

Я наблюдаю, как Келли приглаживает волосы и оглядывается по сторонам, пока не замечает кепку у меня в руках.

– О, спасибо, – она тянется за ней, и взгляд тут же перескакивает на Стеффи. И я вижу это в ее глазах. Ярлык, который намертво приклеила: «козел» или, может, «придурок». Сомневаюсь, что даже самым острым в мире распарывателем теперь удастся его отодрать.

– Хочу такую же, – подает голос Стеффи. – Где ты ее взяла?

Брови Келли ползут вверх.

– В магазине, – она кивает на сувенирную лавку на углу, где торгуют атрибутикой всех профессиональных команд Чикаго.

– Принесешь одну, Фостер? Или погоди... может, лучше звать тебя Жнецом? – Стеффи смотрит на меня с нескрываемым ожиданием.

Хейс усмехается, но стоит Стеффи повернуться к нему, как тут же изображает кашель.

– Пылищи-то сколько, – он демонстративно хлопает себя по груди.

– Фостер сойдет, – отзываюсь я.

– А я Келли. Видели, вы сидели прямо перед нами, – она протягивает руку Стеффи.

Милли и Истон уже давно скрылись из виду.

– Да? – Стеффи озадаченно склоняет голову.

В выражении лица Келли улавливаю не просто тень, а явное раздражение.

– Как мило со стороны Фостера достать тебе билеты. Настоящий жест заботливого бойфренда.

Я прищуриваюсь, а Келли едва заметно поднимает брови, будто провоцируя. Она что, забыла, что сама ушла, не проронив ни слова? Но сейчас смотрит так, словно подтвердил все ее опасения.

Стеффи обнимает меня за талию и прижимается щекой к груди.

Взгляд Келли на мгновение опускается к ладони Стеффи, по-хозяйски лежащей на талии.

– Ну правда же? Чувствую себя так, будто сорвала куш на балу дебютанток. Охотницы за игроками говорят, он вообще редко кому дает билеты.

– Значит, ты и впрямь особенная, – Келли переводит взгляд на Хейса, прижимающего Лейтон к себе еще крепче – хотя, казалось бы, куда уж ближе.

– Нам пора, – бросает он.

– Ни за что, вы идете с нами, – встревает Деккер, подваливая к Келли. – Похоже, только мы тут остались не при делах.

– Разве? – переспрашивает Лейтон, и Келли награждает ее таким взглядом, что любой гладиатор бы в ужасе попятился.

– Я имею в виду, что вы с Хейсом, Фостер и...

– Стеффи, – подсказывает та, расплываясь в широкой улыбке.

– Фостер и Стеффи. Истон и подруга Стеффи. И только мы с Келли без пары, – Деккер ведет себя как великий гроссмейстер и обязан разжевать очевидное. Занялся бы ты делом, придурок.

Я непроизвольно сжимаю кулак в кармане и второй рукой обнимаю Стеффи. К черту все это. Деккер и Келли? Ну давайте, просто пырните меня в живот и проверните нож.

Единственное, что может быть хуже игры в одной команде с братом, с которым я и так не в ладах, – это если бы он начал встречаться с женщиной, которую я хочу, но не могу получить. Мы с Деккером и так едва терпим друг друга. Даже представить боюсь, во что превратится жизнь, если он сойдется с Келли.

– Я что-то устала, – Келли снова натягивает шапку на голову.

Умница. Нечего водиться с моим братом.

– И не надейся. Я сто лет никуда не выбиралась. А скоро начнется сезон, и мы вообще света белого не увидим, – Лейтон отходит от Хейса и приближается к лучшей подруге. – Я иду. И ты идешь.

– Но...

Лейтон скрещивает руки на груди.

– Обязанность лучшей подруги.

– Мы можем просто поехать домой, – произносит Хейс.

Будь я на его месте – а мне до него как до луны, – предпочел бы остаться наедине с девчонкой, а не тащиться в клуб. С другой стороны, это ведь наверняка приедается. Не верю, что им в кайф постоянно торчать только вдвоем.

– Ну же, – Лейтон поворачивается к Хейсу и обвивает шею руками. – Мы могли бы потанцевать.

Она покачивает бедрами, а когда тот не поддается, берет его ладони и кладет себе на талию. Затем придвигается ближе и шепчет что-то на ухо.

– Умоляю, – Келли закатывает глаза. – Я не собираюсь идти в клуб только для того, чтобы всю ночь смотреть, как ты тискаешь моего брата.

– Можешь потискать меня, – вставляет Деккер.

Внутри все клокочет от злости. Деккер – не тот Дэвис, который нужен Келли. Впрочем, как и я.

– И ты позволишь своему дружку говорить обо мне как о какой-то зверушке? – спрашивает Келли у Хейса.

– Это же Деккер, он парень правильный, всегда по инструкции, – Хейс пожимает плечами. – А вот... – взгляд устремляется на меня. – Фостер – совсем другое дело.

Он усмехается, явно довольный шуткой, а у меня ком встает в горле.

Черт, этот взгляд совсем не означает: «Валяй, попробуй подкатить к сестренке». И если тайна о том, что у нас уже все было, когда-нибудь всплывет, я точно потеряю лучшего друга и к чертям развалю всю атмосферу в команде.

– Ну уж нет, он ей не достанется. Он только мой, – Стеффи крепче обхватывает меня за талию и хихикает.

Келли вздыхает.

– Ладно. Пошли. Но я уйду рано, – она смотрит прямо на меня, произнося: – Деккер, давай сначала выпьем чего-нибудь вместе с Руби.

Я сжимаю челюсти и смотрю, как она уходит прочь – и не с кем-нибудь, а с моим братом. Я притащил Стеффи не ради дурацких игр. Но какая теперь разница? Со стороны все выглядит именно так.

– Идем. Милли меня, наверное, уже прибить готова, – Стеффи тянет меня за руку.

Хейс и Лейтон явно поглощены друг другом.

Я медлю мгновение, но Хейс отмахивается.

– Мы догоним.

А затем разворачивает ее спиной к стене, заставляя взвизгнуть.

– Они и правда друг от друга без ума. Он тоже ей достал билеты на матч? – спрашивает Стеффи.

– У нее сезонный абонемент, – бурчу я.

– Ой, а как мне раздобыть такой же?

Никак, думаю я. Во всяком случае, точно не через меня.