Текст книги "Найди меня, держи в своих руках – не отпускай (СИ)"

Автор книги: Ольга Токарева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 28 страниц)

Его Вириди, его жена и самая сладкая и любимая ведьмочка, подаренная Богами.

* * *

Аронд бесшумно ступал по белой брусчатой дорожке. Ее выложили много лет назад – перед пятилетним юбилеем академии. По краям уложили большие плоские булыжники, а в середину – небольшие пилено-колотые камни. Несмотря на то, что вымощенная поверхность получилась не идеально гладкой и ровной, ходить по ней было очень удобно, особенно в дождливую погоду: ноги не утопали в грязи, да и одежда оставалась чистой после такой прогулки.

«Подумать только, прошло уже шестнадцать лет со дня основания академии», – размышлял Аронд.

Правое крыло замка Ир Куранских он так и не стал переделывать под академию: все-таки в нем жили его предки. Да и дух рода приходил – высказывал свое недовольство по поводу переделки родового гнезда. Пришлось строить новое здание под общежитие для адептов в небольшом отдалении. В старом крыле Аронд оставил мальчишек, в новом здании разместил девушек. При перестройке левого крыла родового замка он учел все недостатки. Если мальчишки спокойно проживали вчетвером, то девочки с взрослением с трудом уживались вместе. Им все время не хватало места. С переходом на третий курс их расселяли по два человека в комнате. Ведьмочек сразу селили по двое. У каждой их них полкомнаты занимали различные атрибуты: сушеные травы, различные кости и личные котлы для варки зелья, плюс их фамильяры. Для некоторых из них хоть отдельные комнаты пристраивай или балконы…

«А вот эта мысль, пожалуй, хорошая. Вроде как рядом, но не мешает и не отнимает личное пространство у своей хозяйки. Вон, у Айрис фамильяр из маленького комочка вырос в огромного снежного барса. Неописуемый красавец! Весь белый до слепоты в глазах, лишь кончики ушей с лохматыми кисточками да кончик здорового длинного толстого хвоста окрашены в черный цвет. А на острые клыки как посмотришь, так сразу хочется боевое заклинание призвать. У Элерии еще фамильяра нет; с такой завистью смотрит на фамильяра сестры… Время бежит. Дочерям уже по шестнадцать лет. Красавицы растут, бегать вокруг академии, наверно, с полгода назад перестали. Да и зачем? Теперь мальчишки за ними по другой теме бегают. Но пока стесняются на свидания их приглашать. Да и какое свидание? Маленькие они еще! Узнаю – уши пооткручиваю! – Аронд тяжко вздохнул. – Элерия, конечно, еще ребенок, а вот у Айрин подходит время инициации. Нужно с Вириди на эту тему поговорить, да дочерей подготовить на всякий случай. Мало ли в жизни какие ситуации случаются, а нас рядом не будет».

С этими мыслями ведьмак вошел в замок, решив проверить дочерей. Во время учебной недели они жили вместе с другими адептами в общежитии и постоянно находились на территории академии, но сегодня был выходной, и поэтому они вернулись домой.

Войдя в гостевой холл, Аронд поднялся по лестнице на второй этаж. Проходя мимо покоев сына, он услышал голоса Имрана, Рикарда и дочерей – виновниц его тяжелых дум.

– Элерия, неужели, когда вырастешь, замуж не выйдешь⁈

В словах Рикарда слышались смешки. Еще бы не потешаться двадцатипятилетним парням над несмышлеными девчушками.

– Еще чего! Ведьмы замуж не выходят!

Скорей всего, дочь, вскинув голову и сверкая своими черными глазами, выдавала свою пламенную речь. Айрин молчала: она намного спокойнее сестры.

Имран и Рикард зашлись в смехе, и плечи ведьмака тоже сотряслись от смешка.

– А как же твоя мама⁈ Она ведь ведьма, но вышла замуж за твоего отца.

Своими вопросами Рикард еще больше подзадоривал девушку. Губы Аронда разошлись в улыбке от слов дочери.

– Так-то ж мама! – взволнованно воскликнула она. – А таких мужчин, как папа, вообще нет во всем мире Эйхарон!

Аронд покачал головой, представляя, как негодует Элерия, поджав свои красиво очерченные алые губы. Имран и Рикард зашлись в дружном веселом смехе.

– Да ну вас! – обиделась дочь. – Вам бы только смеяться. Вот вырасту, пройду инициацию и буду самой сильной ведьмой. Вот тогда я вам все припомню! Вы у меня по-другому заговорите, когда я вам бородавок на нос навешаю.

Ведьмак поспешил уйти от покоев сына. «Элерия сейчас будет доказывать Рикарду свою правоту, а тот – только сильнее заводить несмышленую пока еще в таких вопросах дочь. Но если она считает меня самым здоровым и сильным мужчиной во всем мире Эйхарон, в этом она ошибается».

Многих сильных мужчин повидал Аронд за свою жизнь, а при виде отца Рикарда в первые мгновения так и вовсе стушевался. Правитель Мирского государства ничуть не уступал Аронду в телосложении, а ростом был еще выше.

В первый раз Аронд увидел его спустя три года после открытия дара у Имрана. Он как раз сидел в своем кабинете после занятий по освоению магии времени с сыном, когда неожиданно открылся портал. Из него вышел высокий широкоплечий мужчина в длинном черном кожаном плаще. На руках незнакомец держал полумертвого юношу.

Теперь дела с порталами обстояли намного лучше, чем раньше. Они открыты по всему материку, и всего за несколько минут можно полностью пересечь несколько государств. Одиннадцать же лет назад в академии были настроены всего три портала. Два из них – из новой обители. Один – экстренный, в кабинет Аронда, другой – прямо в целительское крыло. Еще один портал находился в замке на первом этаже гостевого холла; из него можно было попасть в столицу Ривского королевства Ракронг. На порталы ушло много денег, но скольких они спасли детей, уже и не сосчитать.

Мужчина положил ребенка на диван, после чего скинул с головы капюшон, и Аронд смог разглядеть неожиданного гостя. Волевой подбородок мужчины разделяла неглубокая ямка, ноздри аккуратного и безупречно прямого носа широко раздувались от тяжелого дыхания. Бескровные поджатые губы и безумный, потерянный взгляд голубых глаз выдавали эмоции мужчины – внутри этого человека бушевали отчаяние и горе.

Незнакомец вскинул голову, пытаясь откинуть со своего лица прядь темно-русых волос. Тяжело сглотнув, безрассудным взглядом он посмотрел на Аронда, но тот первый совладал с собой – не обращая внимания на мужчину, бросился к ребенку и, осмотрев его, выругался как следует.

– Почему так поздно⁈ Он практически выгорел.

Счет шел на минуты. У мальчишки нужно было запечатывать магию, но все нутро Аронда противилось этому, и он решил рискнуть.

– Призывайте дух рода! – крикнул он незнакомцу, а сам принялся очищать магические каналы.

Мужчина стушевался лишь на несколько мгновений, но затем достал клинок, полоснул себя по пальцу и, окропив кровью перстень на своей руке, надорванным, но вместе с тем властным голосом произнес:

– Взываю к духу Камира Дар Мирского.

Удивляться было некогда. Призвав свою магию рода, Аронд уже очищал от отработанной магии магические каналы юноши.

Дух Камира Мирского появился мгновенно.

– Делись жизненной силой! – крикнул ему Аронд, пробираясь по каналам к центру сосредоточения магии паренька.

Надо отдать должное духу Мирского: бросив лишь мимолетный взгляд на своего взрослого праправнука, он принялся вливать в него силу рода. Вскоре появился Рахт. Он быстро проникся ситуацией и без разговоров встал за спиной у Аронда, вливая в него магию рода Акронских. Дрожь от напряжения в руках сразу пропала, уже спокойнее Аронд стал очищать каналы и выпускать магию на волю – слишком уж она буйствовала, и через некоторое время они поняли почему. Высокий магический потенциал, зажатый в тиски, искал выход.

По первому очищенному Арондом каналу к свободе понеслась магия. Вылетев на волю, она взвилась бушующим ураганом, подхватила лежащие на столе листы бумаги и раскидала их в разные стороны. Так как Аронд не стал запечатывать магию, ему пришлось очищать каналы один за другим, постепенно подбираясь к центру ее сосредоточения. Пришлось изрядно попотеть, вычищая черную отработанную магию. Почувствовав свободу, магия с воем понеслась по магическим каналам, а вылетев, принялась крушить все вокруг. Загородившись защитным куполом, Аронд совершенно не обращал внимания на бушующую стихию у него за спиной и доводил начатое дело до конца. Он восстановил магический контур, влил магию золотого дракона в больные органы юноши. Дух Кахира Мирского, поделившись магией рода, стал истончаться на глазах и вскоре исчез совсем. Только благодаря магии рода Мирских удалось помочь мальчишке. Будь на месте юноши маг-полукровка, Аронд сразу бы запечатал магию, не став рисковать.

Вскоре магия успокоилась, оставив в кабинете непередаваемый разгром: сломанные стулья, опрокинутые кресла и шкаф, артефакты и журналы, разбросанные по всему кабинету. Дубовый стол проскользил по полу от одной стены до другой и остановился, подперев входную дверь.

Ведьмак, обессилев, присел на край дивана в ногах у паренька и взглядом выразил свою благодарность прапрадеду. Рахт, окинув кабинет недовольным взглядом, исчез.

Король, встав на колени перед мальчишкой, с тревогой во взгляде осмотрел его, затем взял его исхудалую руку и прижал к своей щеке. Устало посмотрев на Аронда из-под нахмуренных бровей, он спросил:

– Что с моим сыном?

– Он сильнейший маг-воздушник. Магия не могла найти выхода из-за исковерканных магических каналов и сжигала его изнутри. С магией такого высокого потенциала, зажатой в теле ребенка, мне еще не доводилось работать. Если бы дух вашего рода не помог ему, затрудняюсь сказать, что бы произошло.

– Я тоже маг-воздушник. Три дня назад я и не предполагал, что у меня такой взрослый сын. Шестнадцать лет назад, охотясь в своих лесах, я заблудился и забрел в лесничий домик. Меня поразила красота живущей в нем женщины, и желание близости захлестнуло волной. А она сразу признала во мне правителя королевства и не посмела отказать. Шали была замужем за лесником, но в тот момент его не было дома. Он объезжал дальние леса и должен был вернуться через два дня. Эти дни для нас были словно в тумане. Мы, как изголодавшиеся любовники, набросились друг на друга. Ни с одной из женщин мне не было так хорошо. Наши души словно соединились, они пели в одном дыхании. Я забыл про все на свете, жил ею, любил, как никого и никогда не любил за всю свою жизнь. Слишком мало нам отвела судьба сказочных минут. Меня нашли люди из охраны. Вы не поверите, как я тогда жалел, что родился королем. Я был женат, Шали была замужем, мы были заложниками наших брачных уз, а я еще и короны. Поцеловав ее на прощанье, с горечью в душе я покинул лесничий двор… Я и предположить не мог, что в один из тех часов зачал своего сына. Я ничего не знал о нем.

Пять дней назад в моем дворце произошло знаменательное событие. Я отдавал свою дочь Араиль замуж за принца Эйругского королевства Густава. После их отбытия я устроил празднование в столице. Решил: пусть народ повеселится.

Я овдовел год назад. Моя жена за время нашего союза подарила мне только дочь. Во дворце за моей спиной уже стали шептаться о том, что пора бы мне обзавестись наследником. Послы королевств уже выстроились в очередь с портретами принцесс. Все затаились, ожидая окончания положенного траура. Но мысли о женитьбе меня совсем не радовали. Очень сложным у меня получился первый брак, и не хотелось видеть рядом женщину, которую не люблю.

Я решил поддержать народ в гулянии. В окружении небольшой охраны я отправился через дворцовую площадь… Какая-то женщина бросилась под копыта моего коня. Шали я узнал сразу, хотя она больше походила на сумасшедшую старуху. Прическа растрепалась, волосы торчали в разные стороны, закрывая обезумевшее от горя лицо. Направив на нее поток воздушного вихря, я поднял ее с земли, посадил перед собой на коня и накрыл нас пологом, чтобы никто не увидел и не услышал нашего разговора. Через мое тело словно иглы прошлись, когда я, откинув пряди волос с ее лица, заглянул в до боли знакомые любимые синие, словно небеса, глаза. Она вжалась в меня, всхлипнула и задыхающимся от волнения голосом произнесла: «Спаси нашего сына».

Сначала мне показалось, что я ослышался, и я попытался ее успокоить. Поняв, что я не воспринимаю ее слова всерьез, Шали впала в истерику. Стала биться в моих руках, кричать, что ее сын умирает, и только я смогу ему помочь. Пришлось сжать ее в воздушном потоке и пуститься вскачь к дому лесника. Она успокоилась, когда поняла, что мы едем в сторону леса, и стала сбивчиво рассказывать. Шали овдовела десять лет назад. На ее мужа в лесу напал медведь-шатун и разодрал всего. Детей кроме Рикарда у нее больше не было, да и быть не могло, ввиду бессилия мужа. Он знал, что ребенок не от него, но и не спрашивал, кто отец. А когда Рикард родился, принял и воспитывал, словно родного. Болезнь на сына напала полгода назад. Шали приглашала и лекаря, и ведьму, но никто не помог. А тут он совсем плох стал: метался от жара, бредил, губы потрескались, посинели. Видно было, что пожирала его болезнь изнутри.

Шали вжалась в меня, разрыдавшись от горя. Если честно, я совсем не воспринимал ее речь всерьез. До меня никак не доходило, что где-то в небольшой избушке живет мой пятнадцатилетний сын. Фаворитки у меня были, но перед встречей с ними я всегда принимал защитное зелье. Не хотел, чтобы бастарды по моему королевству бегали. С Шали же голову потерял, да и не брал никакие зелья в дорогу – на охоту ведь собирался, а не на любовное свидание.

Часа через три приехали мы к ее дому. Я опустил Шали на землю, сам с коня спрыгнул и вошел в дом. Посмотрел на кровать, на которой лежал юноша, и как будто прирос к полу. Ноги словно окаменели от вида такого взрослого сына. Не признать его не мог: сильно уж он на меня похож – такая же ямочка на подбородке, такие же русые волосы, только лохматые да потускневшие. Не раздумывая, я замотал его в покрывало и подхватил на руки. Благо со мной маг был. Он мгновенно сообразил, что делать, и открыл портал во дворец. Уходя, я лишь крикнул Шали, чтобы дожидалась меня.

Во дворце собрал всех магов и целителей, но они лишь разводили руками. Один из целителей, осмотрев сына, поднял на меня глаза, но не решался высказаться. Тогда я ему приказал: «Говори».

Вот он-то мне и поведал о новой обители, где лечат детей, которых неведомая болезнь, распознать которую не могут ни маги, ни целители, съедает изнутри. Он рассказал, что сам был в той обители и собственными глазами видел, как настоятельница спасла многих детей, и также посоветовал мне поспешить.

Скрывая свое лицо, я отправился порталами в новую обитель. Но настоятельница, взглянув на моего сына, лишь виновато посмотрела на меня и произнесла: «Юноше сможет помочь только лорд Ир Куранский, ректор магической академии имени Рахта». И она открыла портал… Мой сын… С ним все будет хорошо? – сбивчиво произнес Орланд, смотря на Аронда в упор.

Ведьмак все еще находился под впечатлением от случившегося. «Подумать только, сам король Мирского государства! Но, в отличие от знати материка, не задумывающейся о своих внебрачных детях, он не скрывает, что является отцом юноши. Наоборот, видно, как переживает за него».

– Теперь да. Сейчас отнесу его в целительский корпус. Полежит денька три, немного окрепнет, а потом сможете его забрать.

Рикард пришел в сознание через сутки. Он с удивлением посмотрел на сидевшего возле него мужчину, так сильно похожего на него самого. С легким испугом осмотрел комнату, в которой находился и вздрогнул, когда к нему обратился Аронд.

– Не беспокойтесь так, молодой человек, из-за вашего волнения шторы на окне, словно паруса, раздулись.

Юноша резко повернулся, захлопал в удивлении ресницами, смотря на то, как оконные занавески и правда раздувались, хотя створки окон были закрыты.

– Как вы себя чувствуете? – вновь обратился к нему Аронд, стараясь успокоить ребенка и его стихию.

– Хорошо, ничего не болит.

– Вот и отлично. Вы сейчас находитесь в целительском корпусе магической академии имени Рахта. Та болезнь, что мучила вас последние полгода, является ничем иным, как пробудившийся дар. Вы маг-воздушник.

Мальчишка вскинул в удивлении брови.

– Не удивляйтесь. Подробно вам все объяснит ваш отец. Оставлю вас наедине. Думаю, вам обоим есть о чем поговорить.

В душе Аронд переживал. Не зная характера Рикарда, невозможно предугадать, как юноша воспримет новость о том, что он бастард. Вспомнилось, как, услышав подобное, Киран сразу проявил свой нрав. Но волнения оказались напрасными. Сын Орланда безмолвно обдумывал новость о том, что он внебрачный сын короля, да к тому же еще и маг. Три дня, практически не реагируя на целителей и отца, юноша лежал, молча уставившись в потолок, и лишь когда в комнату вошла его мать, он встрепенулся от своих дум.

– Мама! – радостно крикнул он.

Юноша собрался встать с кровати, но мать оказалась возле него быстрее, чем ему это удалось. Обхватив сына руками, она уткнулась в его грудь и расплакалась. Рикард гладил ее по волосам, успокаивая, и приговаривал, немного стесняясь стоявших в комнате отца и ректора академии:

– Мам… Ну чего ты плачешь? Как видишь, я живой. А еще у меня магический дар пробудился. Выучусь – ты не будешь ни в чем нуждаться.

Шали отстранилась, быстро вытерла свое мокрое от слез лицо и виновато посмотрела на сына.

– Ты уж прости меня, сынок. Я, как могла, обучала тебя. Сейчас же денег совсем нет…

Тяжкий вздох вырвался из груди юноши. Он обнял мать.

– Тебе не в чем себя винить. Я узнал, что в этой академии обучают таких же, как и я, детей. Их называют магами-полукровками. Денег за обучение платить не надо. Я попрошу ректора академии. Может, он и меня примет.

Аронд смотрел на осунувшееся лицо Орланда. Рикард пока не воспринимал его как своего отца, но и не прогонял. Видно, новость о своем незаконном рождении, да еще от короля государства, в котором они жили, произвела на юношу шокирующее впечатление. Он всячески избегал общения с правителем и пока не шел на контакт. Иногда Аронду казалось, что мальчишку страшил статус отца, и он совсем не понимал, как жить дальше.

Орланд страдал не меньше своего сына. Он хотел восполнить то время, которое Рикард рос без него, хотел помочь в обучении, пытался дать денег. Но мать и сын всячески отвергали его участие в их жизни.

Ведьмаку пришлось нелегко. Сначала он поговорил с королем, объяснил ему, что, возможно, мать боялась, что у нее отберут сына. А Рикард четко осознавал, что он бастард, и пока не понимал причин такого рьяного участия внезапно объявившегося отца. Нужно время, чтобы мать и сын осознали, что им нечего бояться. Орланд сдался, но оплатил обучение сына, хотя Аронд и сопротивлялся.

Аронд поговорил и с Рикардом – посоветовал дать шанс отцу.

– А зачем? – вскинув голову, ответил юноша.

Не ожидая такого горячего ответа, Аронд немного стушевался.

– Затем, что он твой отец и не отказался от тебя, как это сделали другие отцы и матери.

– Он за столько лет даже не вспомнил о моей матери, – противился мальчишка, высказывая скопившееся внутри негодование.

– Не суди его. Все мы много в жизни совершаем ошибок и спустя время с горечью сожалеем, что поступили так, а не иначе.

Время оказалось лучшим лекарем для трех этих людей. Каждую неделю король Мирского государства посещал академию, интересовался успехами сына. Купил для него с матерью домик в Ракронге. Постепенно мальчишка сдался. С восхищением он наблюдал, как отец управляет магией воздуха. Шали, в отличие от сына, относилась к Орланду холодно и всячески избегала встреч с ним. Скорее всего, она стеснялась. Тяжелые годы жизни съели ее красоту, и лишь сине-голубые глаза свидетельствовали о былой красе. Король, в отличие от нее, лишь еще больше возмужал и заматерел. Многие девушки и женщины, смотря на него, замирали с восхищением на лице.

Аронд, открыв дверь спальни, стоял на пороге комнаты и умилялся спящей женой. Вириди в ожидании его, скорее всего, прилегла на кровать и уснула. «Вымоталась бедняжка. Дипломные работы помогает делать ведьмочкам». Ведьмак осторожно прилег рядом с ней на кровать. Он залюбовался пушистыми черными ресницами, которые чуть вздрагивали, выдавая Вириди.

– Не спишь? – прошептал ведьмак. Обхватив талию жены рукой, он притянул ее к себе, зарылся лицом в черные вьющиеся волосы и вдохнул с восхищением запах трав. – М-м-м… Обожаю этот аромат.

– И чем же он пахнет?

– Тобой.

Аронд отстранился, восхищаясь женой, смотрящей на него с любовью в глазах. Уголки ее красиво очерченных губ едва приподнялись в улыбке.

– Дочери уже дома?

– Да. Элерия в комнате Имрана спорит с Рикардом. Обещала, что после инициации навешает им бородавок на нос.

Вириди резко подскочила. Ее глаза округлились; не мигая, она с изумлением смотрела на мужа.

– Какой инициации⁈

Аронд хмыкнул.

– Как какой? Той, которая проходит у ведьмочек. – Он чуть приподнялся и, облокотившись на локоть, продолжил любоваться женой.

– Она хоть понимает, о чем говорит⁈ – вскрикнула Вириди.

Соскочив с кровати, она нервно заходила по комнате. Аронд встал, обхватил жену руками и прижал к своей широкой груди.

– Скорей всего, она даже не догадывается, как это происходит. Пока только говорит то, что нечаянно услышит. Ей всего лишь шестнадцать. Таинство обряда инициации они будут проходить через два года. А вот Айрин уже вступает в эту пору. С ней могут произойти непредвиденные ситуации, и как поведет себя ее ведьмина сила, мы не знаем. Кроме всего этого, магический дар у нее еще не открылся.

– Какой дар?

Флакончики с маслами и мазями на туалетном столике чуть задребезжали. Аронд сжал жену сильнее.

– Вириди, успокойся, дыши глубже. Ты испугаешь всех домочадцев, если мебель в замке начнет самостоятельно плясать. Я понимаю, как ты любишь Айрин, но вспомни, при каких обстоятельствах она стала нашей дочерью.

Вириди глубоко вздохнула, качнулась и, обмякнув в руках мужа, прижалась к его груди.

– Я помню.

– Вот и умница.

Подхватив жену на руки, Аронд отнес ее на кровать, укрыл одеялом, вновь прилег рядом и, обняв, продолжил тяжелый разговор.

– Артефакт изменил ее тело и магический контур. Он словно отразил в ней все способности Элерии. Вспомни, сколько раз ты замирала, когда видела, как они одинаково ходят, как синхронно поворачивают голову, вскидывают руки. Айрин даже пишет левой рукой, но в точности как Элерия. – Аронд тяжко вздохнул. Чтобы Вириди успокоилась, он еще раз доходчиво объяснил ей состояние дочери. – Нам еще повезло, что у Айрин тоже ведьмина сила, и она может хоть чему-то научиться. А вот основной ее магический дар спит. Он закрыт под воздействием артефакта. Какой он стихии и силы мы сможем узнать только, когда с нее исчезнет морок.

– И когда он исчезнет? – Немного успокоившись, Вириди посмотрела из-под нахмуренных бровей на мужа.

– Не знаю. За все время работы ректором я не встречал подобных артефактов. В описании не указывалась длительность его использования, но, думаю, что силы в нем осталось ненадолго. Он до сих пор не вышел из строя лишь только благодаря относительно спокойной жизни Айрин. Нам нужно поговорить с дочерьми, как-то подготовить их к правде о том, что у них разные родители.

Вириди прижалась к ведьмаку, словно почувствовав надвигающиеся перемены, от которых по телу пробежали колкие мурашки страха.

Почувствовав трепет жены, Аронд сжал ее со всей силы, стараясь забрать боль и страх, оградить от всех душевных страданий и переживаний, которых и так выпало немало на долю его любимой ведьмочки.

* * *

Столица Северных земель вновь была обвешана черными траурными лентами. Вторая жена короля зачахла от неизвестной болезни.

Между собой горожане перешептывались: «Поговаривают, графиня была сильной ведьмой. Неужели не могла справиться с хворобой?» Оглянувшись по сторонам, не подслушивал ли их кто, они спешили по своим домам: суров и скор на расправу их король. А еще поговаривали, что это он убил бывшего правителя и его семью. Хотя в родовом склепе не стоял гроб с телом принцессы. В народе ходили слухи, что малышку спасли. Выкрали из-под самого кривого носа узурпатора и увезли бедняжку в далекие края.

Кэмбел сидел в кресле, развалившись в небрежной позе. Как обычно, настроение у него было скверным. Похороны жены слишком утомили его. Пришлось стоять на холодном ветру, пока огонь полностью не поглотил ее тело. Зато теперь он был свободен и мог спокойно отправляться на поиск пропавшей принцессы. За шестнадцать лет многое изменилось в этом мире. Радовало, что, благодаря порталам, больше не надо было трястись в каретах, преодолевая долгие расстояния.

Недовольно сверкнув глазами, он отшвырнул перчатки и, резко повернувшись, с прищуром посмотрел на советника, отчего его крючковатый нос еще больше заострился.

– Как продвигаются дела по поиску принцессы?

Пожилой мужчина склонил голову в поклоне.

– Мы нашли человека с очень необычным даром, – советник замолчал в нерешительности.

– Ну же, не тяни время, говори уже! – Кэмбел хмыкнул.

Закрыв глаза, он приготовился слушать советника. Он гадал, где могла скрываться принцесса. За все это время ни один соглядатай ни в одном городе или деревне не увидел даже похожей на нее девочки.

– По частичке крови он сможет найти принцессу в любом месте этого мира.

– Где мы возьмем каплю ее крови? – не открывая глаз, вымолвил Кэмбел, стараясь сдержать свой внутренний гнев.

– Необязательно кровь. Подойдет ноготок или частичка кожи… или волос.

Король уже хотел взреветь от негодования, но резко вскочил, крикнув: «Волос!»

С прищуром он посмотрел на советника. Задрожавшие ноги мужчины едва не подкосились от колючего взгляда короля.

– С тех пор как принцесса пропала, ее спальня закрыта на замок. Вели прислуге перетрясти все платья! Хоть один волосок, но должен был остаться на ее одежде.

Через час дверь кабинета короля распахнулась, и лакей доложил звонким голосом:

– Его светлость советник Наргхиг с магом!

Кэмбел привстал в предвкушении и, окинув вошедших хищным взором, бросил взгляд на поднос, на котором лежали два белых волоска.

«Подумать только, я уже и забыл, как сверкают серебром волосы у наследников родовой крови».

– Вижу, что вы нашли то, что искали. А теперь я весь во внимании, – обратился он к стоявшему перед ним магу. – Покажите, на что способны. Может, вас зря расхваливали?

Высокий пожилой мужчина не стушевался под холодным взглядом правителя.

– Мне нужна развернутая карта материка с границами королевств и с названиями хотя бы городов, расположенных на их территории.

– Это проще простого.

В кабинете короля находился ворох таких карт. Наргхиг развернул скрученную плотную бумагу и разложил карту на столе. После этого маг, взяв с подноса серебряный волосок, зажал его в своих ладонях, поднес к губам, что-то невнятно прошептал и резко бросил на карту. Волосок полежал некоторое время, а потом, словно живой, заскользил по гладкой поверхности. Когда он подполз к Ривскому королевству, то нервно задергался, обвился кольцом вокруг столицы Ракронг и затих.

Кэмбел, смотрящий во все глаза на карту, протянул к ней слегка дрожавшую руку, словно уже видел принцессу и готов был ее схватить. Опомнившись, он вскинул голову.

– Скажу честно, я удивлен. Вы сделали то, что не могли сделать за шестнадцать лет мои лазутчики. Соблюдем положенный траур и отправимся на поиск моей будущей жены.