Текст книги "Найди меня, держи в своих руках – не отпускай (СИ)"

Автор книги: Ольга Токарева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 28 страниц)

Ведьма, оторвавшись от поедания очередного мясного рулетика (видно, потратила за сегодняшнюю ночь много сил), смутившись, потянулась к бокалу с вином, да так и замерла.

В обеденную залу вошли сначала лакей, а следом за ним знакомый ей мужчина. Белые волосы вошедшего выдавали в нем северянина. Широкий разворот плеч, немного меньше, чем у ведьмака, а ростом и телосложением они, на первый взгляд, были одинаковые. Белоснежные виски северянина, покрытые черными нитями волос, показывали, что он перешел столетний рубеж своей жизни.

Маги живут в основном до трехсот лет; старение организма от пятидесяти до двухсот пятидесяти остается практически незаметным. Столетие отмечается посеребрением или почернением висков, а после двухсотлетнего периода жизни изменения лишь усиливаются.

– Граф Райлас Андарни просит прощения за вторжение и внезапное прерывание семейного ужина.

Аронд встал, приветствуя гостя, и его примеру последовали все остальные члены семьи. И лишь у Лиран предательски задрожала рука. Поспешно вставая, ведьма зацепила фужер с вином, и он, упав, со звоном ударился о тарелку. Вино быстро окрасило белую скатерть в темно-вишневый цвет. Только на этот конфуз девушки никто не обратил внимания: все были поглощены дальнейшим развитием событий.

Ведьмак, выйдя из-за стола, подошел к гостю.

– Что привело графа Райласа Андарни в мой замок?

Райлас встал на одно колено перед хозяином дома, чуть опустив голову.

– Склоняю голову в поклоне перед мужем смелым и добрым сердцем. Благодарю его за спасение жизни моей нареченной. До конца дней моих буду в неоплатном долгу перед вами. Примите в знак моей благодарности вот этот меч.

Северянин отвязал от кожаной перевязи ножны и протянул их Аронду. Ведьмак принял подарок. Взявшись за рукоять меча, немного вытащил лезвие из ножен. Глаза его с восхищением осмотрели переливы Донайской стали.

– Принимаю твой подарок. – Аронд передал ножны слуге, гадая, что же произойдет дальше.

– Доблестный муж, разреши отблагодарить твою супругу за ее материнскую заботу, доброту и любовь, что согревала мою суженную.

Граф вытащил из-за пазухи бархатную коробочку и открыл ее, демонстрируя комплект из золотого колье и сережек, украшенных небесно-голубыми топазами.

– Принимаю и этот твой подарок. – Аронд взял шкатулку и протянул жене.

Вириди удивленно посмотрела на мужа, нерешительно подошла к нему и, взяв коробочку, с недоумением осмотрела всех присутствовавших.

Широкие плечи северянина поднялись и опустились в облегченном вздохе. Он медленно встал и, повернувшись к Лиран, произнес:

– Лада моя, иди ко мне.

Лиран хлопала своими длинными черными ресницами, ее алые ярко очерченные губы чуть приоткрылись от удивления.

– Лиран… Дочка, подойди к нам.

Ведьмочка, помедлив немного, выполнила просьбу отца. Подойдя к нему, она побледнела от переполнявшего ее волнения и сглотнула.

Райлас подхватил холодные пальчики Лиран, коснулся их губами, смотря на нее своей небесной синевой глаз. Затем переплел пальцы их рук, на которых были браслеты, и чуть приподнял, демонстрируя всем золотые брачные обручья.

– Клянусь брачной перевязью семейной реликвии беречь вашу дочь, ввести ее в свой род и любить так, как никто не любил. Качать мою усладу на своих руках, когда она засыпает, встречать с нею утренний рассвет и вечерний закат. Клянусь, до последнего моего вздоха не будет она знать горя. Лишь только радость и счастье будут спутниками всей ее жизни.

– Принимаю твою клятву, северянин. Со спокойной душой отдаю тебе свою дочь. Береги ее. Пусть ваши души переплетутся в обоюдном танце любви, а Боги даруют деток и не затухающего огня в семейном очаге.

В какой-то момент Лиран поняла, что совсем не дышала. С мокрой пеленой в глазах, она посмотрела на отца, а потом на мать.

– Мама… Он что меня замуж взял? – Подбородок Лиран слегка затрясся, и слезы, прорвав платину, полились потоками по щекам. – Мам, мама… У меня тоже семья будет, как у тебя? Мамочка, но как же так? Это ведь не может быть правдой, – прошептала она и бросилась в объятия Вириди. Уткнувшись в нее, она омывала слезами счастья материнское плечо.

Райлас бережно подхватил жену на руки.

– Душа моя, не плачь. Твои слезы ранят мое сердце. – Вытерев заботливо слезы на ее щеках, он облегченно вздохнул. Страхи о том, что ведьма разъярится, узнав, что стала его суженой, оказались напрасными. – Лиран, радость моя, нам пора отправляться в наш замок. Моим родителям не терпится тебя увидеть.

– Родителям? – в голосе ведьмочки послышались нотки испуга.

– Не бойся, краса моя. Они будут любить тебя ничуть не меньше, чем твои родители.

Райлас прижал к себе жену, со счастливым взглядом небесной синевы глаз осмотрел большую семью Ир Куранских и зашагал на выход.

* * *

С каждым днем Кэмбел становился все мрачней. Поиски принцессы ни к чему не привели. Все указывало на то, что она где-то рядом, но, как ее найти, он не представлял.

Подходил к концу пятый день поисков. Проверив каждый закуток в академии Рахт, вымотанный и злой, король сидел, развалившись в кабинете ректора. От одного вида Аронда Кэмбела начинало мутить, особенно от его спокойствия и хладнокровия.

Зависть застилала глаза короля, грызла его душу, заставляя ненавидеть всех и все вокруг. Хотелось чем-то отомстить, но чем? Посмотрев на Ваира Акронского, северянин напрягся, затем бросил колкий взгляд на Аронда. Душа мгновенно заликовала от неожиданно пришедшей в голову мысли. Ехидная улыбка проступила на его лице. Он встал и, чуть склонив голову, посмотрел на короля южного побережья.

– Ваир Дар Акронский, у вашего племянника ведь две дочери? Близнецы, по-моему?

– Да. Им передался магический дар их матери. Они будущие ведьмы.

Кэмбел, оттягивая триумфальный момент, отвернулся. Душа его ликовала от вида помрачневшего лица Ир Куранского.

– Я хочу попросить руку одной из них.

– Позвольте, друг мой, – с безразличием ответил Ваир. – Им всего по шестнадцать лет.

– Так я и не собираюсь сейчас на ней жениться. Совершим обряд помолвки, а через два года подтвердим его свадьбой, совместив с днем инициации.

Акронский возликовал: «Ай да северянин… Воткнул, так сказать, нож в сердце. Что ж, посмотрим, как дорогой племянник выкрутится».

В глазах у Аронда почернело от услышанных слов.

– Дальнейшая жизнь моих дочерей уже оговорена. Айрин помолвлена с лордом Ир Сальским, а у Элерии идет обговаривание сроков помолвки с лордом Ир Шанинским. – Ведьмак блефовал, стараясь не показывать, насколько он взволнован. Дышать стало тяжело, хотелось расстегнуть пуговицу на воротнике рубашки и вздохнуть полной грудью. – Как видите, вы уже опоздали со своим предложением.

– Позволь, дорогой племянник, не согласиться с тобой. Аристократы с титулами – это, конечно, хорошо, но они стоят на ступеньку ниже королей. Так что решено. Раз у одной из твоих дочерей обряд уже закреплен, тогда проведем предварительный обряд помолвки короля северных земель Кэмбела и твоей дочери Элерии. Отказы не принимаются. А чтобы ты не смог ее спрятать, мы отправим своих людей на ее поиск.

Ваир встал, вальяжно пересек кабинет, играя на нервах Аронда, толкнул дверь и отдал приказ старшему офицеру из своей охраны:

– Вызовите из дворца подкрепление. Перекройте все выходы из академии, никого не выпускайте за ее пределы. Отправляйтесь в общежитие к ведьмам и приведите ко мне адептку Элерию Ир Куранскую. На первом этаже на одном из стендов висит ее маго-портрет. Перепишите его на свои артефакты-памяти.

Душа Ваира трепетала. Какое сладкое слово – месть. Бежит по венам, будоражит кровь и нервы наслаждением от вида страданий другого.

Аронд не вытерпел. Он расстегнул верхнюю пуговицу на горловине рубашки, вздохнул полной грудью и откинулся на спинку кресла. «Убью». В его черных глазах, долю секунды назад излучавших напряжение и боль, появилось спокойствие. Промелькнувшая мысль об убийстве короля Кэмбела засела в его голове намертво. Она казалась единственным выходом из сложившейся ситуации. На мгновение он представил свою дочь, стоящую рядом с этим психопатом. Глядя на шею северянина, ведьмак по инерции сжал пальцы. «Шея – это долго. Нужно незаметно открыть нижний ящик стола, в котором лежит подаренный Райласом меч. Как чувствовал – решил один из мечей хранить в своем кабинете».

Опустив взгляд на пол, Аронд увидел застывший возле ножки стола стебель лианы. Подняв венчик, вьюн застыл, расправив колокол цветка.

'Никогда бы не подумал, что наследник Ир Стоуткенов окажется таким любопытным. Когда поймал его за этим занятием в прошлый раз, заставил в наказание неделю на виноградниках работать.

Видно, понравилось работать с ведьмочками, а особенно с одной – рыженькой. Уже вся академия посмеивается над влюбленностью Рэнера. Залезет на какое-нибудь дерево и ждет с нетерпением ведьмочку Аливию, и с воздыханием любуется ею.

Как и в прошлый раз, наблюдательным пунктом он выбрал растущий под окном кабинета вечнозеленый тис – очень удобное место. Засел, наверное, среди густых упругих веток, покрытых темно-зеленой хвоей.

В четырнадцать лет у адепта Рэнера открылся еще один дар. Сильный дар мага воздуха и слабый – мага земли. Теперь Стоуткен, ловко их совмещая, устраивает засады на деревьях академии, не забывая периодически подслушивать разговоры и в моем кабинете. Подняв себя магией воздуха, Рэнер выращивает трубчатую лиану, раздваивает ее, один колокол прислоняет к своему уху, а другой отправляет в нужное ему место. Надо же, а я ведь и не заметил, что лиана через открытые створки окна пролезла'.

Дверь кабинета распахнулась, и старший офицер из охраны Ваира сообщил:

– Ваше величество, адептки Элерии в общежитии нет. Час назад она покинула академию и направилась в столицу.

– Так чего вы ждете? Немедленно найдите ее и приведите сюда. Не стоит надолго откладывать радостное событие в жизни ректора академии. Все-таки одна из его дочерей удостоилась чести стать женой короля северных земель.

Ваир, отдавая команды офицеру, все время смотрел на племянника и, уловив его внезапное спокойствие после недавнего нервного терзания, ухмыльнулся в душе. «Неужели решился на отчаянную меру?»

– Аронд, хочу предостеречь тебя от необдуманных шагов. Академия Рахт и твоя семья могут дорого поплатиться за одно лишь твое неверное действие.

Некоторое время ведьмак не дышал. Убийство дяди не входило в его планы, но иного выхода он не видел. Ведь, кроме адепта Стоуткена, их разговор никто не слышал, а значит, догадаться о мотивах его поведения не смогут, поэтому академии и семье ничего не будет угрожать. Осталось только ждать появления дочери. Убить двух королей он успеет до того, как она войдет в кабинет.

Рэнер тяжело сглотнул. Подслушанный разговор в кабинете ректора заставил сердце шестнадцатилетнего юноши стучаться сильнее. Призвав магию земли и воздуха, Стоуткен направил ее на тонкие лианы вьюнов, которые подняли его на ветви тиса. Стараясь не шуметь ветвями, он осторожно перелез на шапку спутанных стебельков и направил их к стенам ограждения академии. Его передвижение скрывала зеленая листва кипарисов, посаженных вдоль аллеи, ведущей к главным воротам.

Но к воротам Рэнер не стремился: там стояли королевские стражи. У каменистой кладки стены лианы переползли через верх ограждения, опутали торс адепта и бережно опустили на землю. Времени на раздумья совершенно не было. Призвав магию воздуха, Стоуткен вступил в воздушную воронку и направил ее в сторону столицы. Несколько минут форы давали ему возможность раньше стражей найти Элерию.

Хорошо, что чуть раньше он, сидя в засаде, наблюдал за тем, как группа ведьмочек возвращалась из академии Ривск. Они долго щебетали, стоя во дворе и обдумывая, в каком месте отпраздновать свое возвращение в стены родной академии. Общим голосованием решили посидеть в кофейне Доба.

От доносившегося стука копыт сердце Рэнера заколотилось, отдаваясь глухими ударами во всем теле. Стражи короля буквально наступали ему на пятки, но окутавшая окрестности мгла спасала юношу, скрывая его передвижение.

У городских ворот юный лорд остановил вихревой поток. Упав на землю, он резво подскочил, подбежал к стражам у ворот, сунул одному из них пошлину за вход в столицу и сразу запрыгнул на козлы к стоявшему рядом извозчику.

– Гони к кофейне Доба! Успеешь раньше королевской стражи – получишь золотой.

Бросив взгляд на королевскую конницу, извозчик со всей силы ударил кнутом по спинам запряженных лошадей.

– Гоните, родимые! – крикнул он и уже тише добавил, посмотрев на побледневшее лицо молодого человека, одетого в форму академии имени Рахт. – Не бойся, я такие проулки в столице знаю, что у Доба будем через пару минут.

Извозчик не обманул, и они прибыли как раз вовремя. Ведьмочки, выйдя из кофейни, обсуждали план своих дальнейших приключений, и заводилой, как всегда, была Элерия.

Расплатившись с извозчиком золотым, Рэнер спрыгнул с козел и помчался к девушкам. При виде его лицо Элерии засияло.

– О-о-о! Пирожок! – закричала она на всю площадь.

Стоуткен успел заметить, что некоторые гулявшие по столичной площади люди, обернулись на звонкий окрик девушки, а она упорно продолжала кричать, привлекая к себе еще больше внимания.

– Сухарь, а ты какими судьбами здесь⁈

С тех пор, как Рэнер похудел и стал выше ее на голову, Элерия редко называла его старыми прозвищами и теперь пускала в ход еще более изощренные клички. Самыми излюбленными из них были «сухарь» и «рогалик». «Рогалик» почему-то воспринимался Рэнером более болезненно: было стыдно перед рыженькой Аливией.

Подлетев к ведьмочкам, Стоуткен зыркнул на них гневно и крикнул:

– Быстро в академию!

Схватив Элерию за руку, он поволок ее к портальным аркам. От такой наглости Элерия сначала даже забыла весь свой словарный запас, а опомнившись, резко остановилась.

– Ты что, батон, страх потерял⁈ Куда ты меня тащишь?

Увидев подъехавшую к кофейне Доба королевскую стражу, Рэнер призвал магию воздуха, помогая себе тащить упиравшуюся девушку.

– Лерка, зараза, давай быстрее… Я тут, видите ли, чуть не помер от переживаний за нее, а она еще и упирается!

– Да ты толком можешь объяснить, что происходит? – Элерия стала упираться ногами о каменную брусчатку, покрывавшую площадь.

Грудь Рэнера высоко поднималась от тяжелого дыхания и волнения. Он с прищуром смотрел на офицеров, окруживших ведьмочек, которые не послушались его указания, а остались на месте, наблюдая, куда Стоуткен поволок их подругу.

– Видишь королевскую стражу? – тряхнув как следует Элерию, спросил он.

– Хватит меня дергать! И что с того, что я их вижу?

– Они тебя разыскивают! Я такое услышал в кабинете твоего отца… Сосватать тебя хотят за короля северных земель.

– Вот еще, – фыркнула она, гордо вздернув голову. – Ведьмы замуж не выходят, а я тем более!

Стоуткен, схватив ведьмочку за плечи, вновь тряхнул ее как следует, в надежде поставить ее извилины на место.

– Лерка, ты совсем дура⁈ Ты думаешь, тебя кто-то спрашивать будет? В кабинете твоего отца сам король Ваир Акронский! И он ясно дал понять ректору, что никаких возражений не принимает. А если лорд Аронд выкинет какой-нибудь номер, то поплатится академией и семьей. Ты хоть понимаешь, что стоит на кону?

До Элерии стал доходить смысл сказанного Рэнером, да и его растрепанный вид и взволнованный взгляд говорили о том, что он не шутил. Ведьмочка тяжело сглотнула подступивший к горлу ком.

– Что мне делать? – спросила она со слезами на глазах.

Увидев идущего к ним офицера, юноша толкнул девушку к порталу, успев вложить ей в ладонь золотой.

– Беги, Лерка, скорей к арке! Скройся в любом из порталов, а я попробую их задержать!

Дважды Лерку уговаривать было не нужно, а строгие окрики и топот сапог офицеров по мостовой лишь добавили ей прыти.

На столичной площади размещалось несколько арок для перемещения в другие государства. Вход к ним проходил через центральную арку, возле нее и взималась плата. Тяжело дыша, Элерия подбежала к стражу, взымавшему мзду за порталы, и подала ему золотой. За такую монету с ней могли пройти еще три человека. Страж вопросительно посмотрел на нее.

– Мне без сдачи, – протянула она ему руку, трясясь от страха и боясь смотреть на то, что творилось на площади.

Едва дождавшись, когда на ее руке вспыхнет магический золотой браслет, свидетельствующий о том, что она оплатила переход по самой высокой цене, Элерия рванула к порталам, в растерянности бросая на них взгляды и не зная в какой вступить.

Глава 14
Элерия. Найди меня, держи в своих руках – не отпускай

Вспышка одного из порталов привела ее в чувство. Рванув к нему, она врезалась в вышедшего из него молодого человека. При виде удивленных глаз Рикарда девушка чуть не лишилась сознания от счастья.

– Лерка⁈ А ты чего здесь делаешь?

Элерия пыталась ответить, но горло от волнения стянуло в тугой жгут так, что она могла только открывать рот и хватать воздух. После нескольких попыток ей все же удалось вымолвить:

– Меня хотят замуж отдать за какого-то короля северных земель. Рэнир сказал, чтобы я убегала.

– Эй, ты! Держи ее!

Услышав окрик, Рикард вскинул голову. Элерия, трясясь от страха, медленно повернулась. Они увидели проходившего под центральной аркой входа старшего офицера. Грязная порванная форма, всклокоченные волосы и перекошенное от злобы лицо говорили о том, что он побывал в хорошей передряге.

Недолго думая, Рикард подхватил девушку на руки и рванул к порталу. Портал для перемещения практически закрылся, когда в него угодил яркий столп магического огня. Золотое магическое свечение перехода вздрогнуло и пошло рябью, а Элерию и Рикарда подбросило и выбросило в темноту.

В их тела ударил холодный порывистый ветер, словно он пытался сбросить молодых людей с маленькой площадки, на которой они оказались. Рикард осторожно опустил Элерию и осмотрелся, пытаясь рассмотреть сквозь мглу, в какое место их выкинуло. Но темень стояла такая, что дальше протянутой руки ничего не было видно. Рикард ощупал руками пространство вокруг, вдохнул ночную свежесть и пришел к неутешительному выводу.

– Ты как? – поинтересовался он.

– Нормально… А где мы находимся?

Ведьмочка поежилась от пронизывающего ветра.

– Не знаю, но, судя по завывающему ветру и холодным камням вокруг, мы в горах.

– В горах⁈ Тогда нам в ту сторону.

Указав рукой направление, Элерия сделала пару шагов и с визгом полетела в пропасть. Рикард мгновенно вспомнил весь свой словарный запас ругательств. Сотворив магические воздушно-вихревые нити, он запустил их вслед за девушкой. По приближавшемуся визгу он понял, что успел поймать непоседливое создание. Когда же Элерия в него врезалась, у Рикарда было жгучее желание оцепить ее от себя и отшлепать по мягкому месту. Как он себя сдержал – сам не понял.

– Прекрати орать, – прорычал он ей на ухо и попробовал оторвать ее руки от своей шеи.

Элерия резко замолчала, всхлипнула и стала медленно сползать вниз. Рикард успел подхватить ее.

– Лерка… Лерка… – слегка ударяя ладонью по ее бледным щекам, приговаривал он. – Мне для пущей радости только твоих обмороков не хватает.

К счастью для него, из-за плывущих по небу облаков на какое-то время показалось ночное светило. Этого мига хватило, чтобы рассмотреть мертвецки-бледное лицо девушки и узкую дорожку, идущую вдоль горного склона.

Лерка вскоре пришла в сознание. Наверное, хорошо действовал пронизывающий, холодный ветер. Шмыгнув носом и отбивая зубами дробь, она прошлась рукой по телу Рикарда. Нащупав его ладонь, вцепилась в нее намертво. Зажмурив глаза, девушка замерла в блаженстве от жара, идущего от нее, и тут же дернулась от голоса Рикарда.

– Слушай меня внимательно. Сейчас мы будем медленно продвигаться вперед.

– Я ни-к-к-куда не по-й-ду, – отстучала она зубами.

– Да ты совсем замерзла. Подожди, я сейчас камзол сниму. Рикард кое-как расстегнул пуговицы, потому что маленькая ладошка девушки обхватила его большой палец и ни в какую не хотела отцепляться.

Элерия поежилась от наслаждения, когда ее облачили в камзол, еще хранивший запах и тепло хозяина, носившего его. Плотная ткань защитила от ветра и скрыла колени, а руки девушки потерялись в длинных рукавах.

Рикард, нащупав полы камзола, обернул их вокруг ведьмочки и обвязал воздушной веревкой, чтобы они не расходились, затем поднял воротник, чтобы защитить от холода худенькую шею девушки.

– Раз мы тебя утеплили, можно продвигаться дальше.

– Рикард… Мне страшно. – Элерия шмыгнула носом и попыталась схватить молодого человека, но длинные рукава мешали ей это сделать.

Вздохнув, Рикард прижал девушку к себе.

– Элерия… Нам нужно идти. Мы стоим на высеченной каменной дорожке. Нужно проверить, куда она ведет. Может, повезет найти какое-нибудь укрытие. Если стоять на месте, то в скором времени мы окоченеем… – Дальше он не стал продолжать, чтобы еще больше не пугать юную ведьмочку.

Взяв ее за руку, Рикард начал медленно продвигаться вперед, ощупывая многовековые ледяные глыбы. На их счастье, ночное светило иногда выглядывало из-за облаков, освещая тусклым светом их трудный путь.

Вскоре Рикард продрог до костей – от ветра не спасал даже защитный купол. У Элерии от усталости и напряжения подкашивались ноги. Она обхватила руками торс молодого человека и буквально повисла на нем.

Когда его нога наткнулась на выдолбленные в каменных глыбах ступеньки, сперва от усталости он даже не отреагировал на них должным образом. В какой-то момент пришлось подхватить Элерию и передвигаться, неся ее на руках.

В очередной раз, вынырнув из-за тучи, ночное светило осветило последние две ступеньки, показавшиеся для Рикарда самыми тяжелыми. Он успел рассмотреть горное плато и черноту зева пещеры. На полусогнутых ногах, теряя силы, он вошел в нее, прежде чем местность вокруг вновь погрузилась во мрак.

Опустив девушку на землю, Рикард придерживал ее одной рукой, а второй пытался сотворить магический светлячок. Сделать это получилось лишь с третьего раза. Запустив его к каменному своду, он осмотрел их убежище. То, что в пещере не находился хищник, уже радовало: в таком состоянии он навряд ли смог бы дать ему отпор.

Пещера была небольшой, но уютной. Разной величины ниши, выдолбленные в каменных стенах, свидетельствовали о том, что здесь, скорее всего, когда-то жил отшельник. Да и разложенное в одной из ниш одеяло подтверждало эту мысль. В выложенном из камней очаге находились дрова. Проговорив формулу огня, Рикард запустил ее в дровяник – сухие поленья мгновенно вспыхнули.

На маленькую лавочку, стоявшую возле очага, он посадил Элерию и сел рядом, протянув руки к огню. Долгожданное тепло блаженством расползалось по телу.

Согревшись немного, Рикард задрал сначала один рукав камзола, затем второй, взял ледяные руки ведьмочки и накрыл своими ладонями. Затем поднес руки к губам и стал согревать дыханием, удивляясь насколько хрупкими, маленькими и тонкими были пальчики девушки.

Он рассматривал ее бледное, покрытое синевой лицо, длинные, пушистые вздрагивающие от его дыхания ресницы, аккуратный маленький носик и пухлые, похожие на бантик, побледневшие губы.

Сестра Имрана всегда казалось ему сумасбродной, вредной девицей, но здесь в тишине, она выглядела совсем иначе. Пламя костра, отражавшееся на ее лице, делало его спокойным, загадочным, милым и, что удивительно, притягательно красивым.

Элерия, словно почувствовав на себе пристальный взгляд, резко распахнула глаза. Встретившись с небесной синевой глаз Рикарда, она некоторое время молчала, неотрывно смотря на него, потом отвела взгляд в сторону и осмотрела пространство вокруг.

– Мы где?

Рикард с неохотой выпустил из своих рук согретые его теплом маленькие ладошки, встал и тоже огляделся.

– Мы в пещере.

– В пещере… – Элерия поднялась с лавки и стала еще внимательнее с восхищением в глазах осматривать ниши и своды их убежища, сыпля вопросами: – А кто здесь раньше жил? А это отшельник или охотник? А чем он питался? А где брал воду? А как думаешь, он умер на этой лежанке?

Чем больше ведьмочка задавала вопросов, тем мрачнее становился Рикард. «И я посчитал ее спокойной и милой⁈ Да это просто ходячая бестия! Одно ее „а что и почему“ с ума сводит».

– Успокойся. Когда я вошел в пещеру, никаких мертвецов в ней не было.

Элерия замолкла на полуслове и облизала пересохшие губы.

– Пить хочется, а тебе?

– Мне тоже, но я еще не обследовал пещеру. Можешь полазить, вдруг что-то найдешь.

Юная ведьмочка очень воодушевилась предстоящим занятием и даже замолкла ненадолго, шаря руками по нишам.

Рикард сел на лавочку, с удовольствием вытянул ноги к огню и погрузился в мысли, а было их ой как много!

«Зачем нужно было так рано сватать девушку за короля каких-то северных земель? И почему друг Лерки приказал ей бежать? Все-таки много всего неясного. Нужно дождаться утра».

Он покрутил на своем пальце перстень. Отец отдал его Рикарду со словами: «Этот перстень – портальный переход. Он настроен на тронный зал. Если ты активируешь его, значит, примешь мое предложение о признании тебя единственным наследником на трон». До утра время еще было, активировать портал не хотелось.

«Если сюда забирался отшельник, – рассуждал Рикард, – то, вероятней всего, отсюда можно и спуститься. Главное, чтобы нас раньше времени никто не нашел».

– Рикард, смотри, что я нашла! – прокричав, подбежала к нему Элерия, держа в руках какую-то искривленную чашу.

Взяв чашу в руки, Рикард поднес ее к пламени костра, рассматривая вычеканенные на ней иероглифы. Прищурившись, он попытался их прочитать, но почти сразу понял, что не знаком с такой письменностью.

– Чаша не из драгоценного металла – обычный сплав. Скорее всего, она предназначалась для питья воды. Еще бы найти эту воду – и вообще цены ей не было бы.

– А я видела! В одной из верхних ниш вода по стенке стекает, только мне не достать. – Девушка тяжко вздохнула.

– Чего тогда стоишь? Давай показывай, где ты видела эту нишу?

Лерка резво развернулась и забежала за валун, перегораживающий центр пещеры. Рикард встал и последовал за ней. Подойдя к нише, он ощупал ее ледяной свод, и пальцы сразу стали мокрыми.

– Ты права. Вода стекает, но вот куда – непонятно.

Вытащив концы рубашки из брюк, Рикард рванул один из ее краёв. Оторвав большой лоскут, скрутил его и положил в нишу.

– Теперь подождем, когда ткань намокнет и с нее станет капать вода.

Элерия с нетерпением уставилась на скрученный жгут, но вскоре это занятие ей наскучило. Тогда она стала вертеть в руках найденную чашу, разглядывая ее. Она засунула вовнутрь палец, обвела холодные гладкие края и, взвыв от внезапной боли, уронила сосуд на пол. Он со звоном упал и откатился недалеко.

Рикард поднял чашу и хмуро взглянул на ведьмочку, зажавшую один из своих пальцев.

– Ну, что еще там у тебя?

– Я порезалась, – поджав нижнюю губу и шмыгая носом, проговорила она.

Вздохнув, Рикард подошел к девушке, взял ее руку, разжал пальцы и осмотрел порез, из которого сочилась кровь.

– Лерка, до чего ты непутевая, словно тебе не шестнадцать лет, а пять! Вот скажи мне: как ты могла порезаться о совершенно гладкую поверхность?

Для убедительности он провел пальцем внутри чаши и мгновенно взмок, когда почувствовал, что прошелся по очень тонкому и острому металлу. Но признаваться в этом не стал – сделал вид, что с ним ничего не произошло.

Он приложил порезанный палец к холодным камням, подставил чашу к смотанному жгуту из материи, с которого закапали первые капли. Вскоре чаша до краев наполнилась водой. Рикард протянул ее девушке.

– Пей.

Лерка жадно припала губами к чаше, но, сделав пару глотков, сжала губы.

– Что, зубы свело от холода?

Пока она утвердительно мотала головой, Рикард сам припал губами к чаше и сделал несколько глотков. Зубы мгновенно свело от холода, а во рту почувствовался вкус крови. Посетовав, что не сполоснул чашу, он вылил немного воды на окровавленный палец девушки, а остатки – на свой порезанный палец, и вновь подставил чашу к жгуту. Дождавшись, когда чаша вновь наполнится водой, Рикард посмотрел на юную ведьмочку.

– Устала?

Голова Элерии дернулась в подтверждении. Внезапно девушка почему-то ойкнула, и ее лицо перекосилось от боли. Она почесала руку чуть выше запястья и задрала рукав. На ее руке, чуть ниже локтя, переливался белым свечением единорог.

Рикард перестал дышать и чуть не выронил чашу от пронзившей его руку боли. Медленно повернув голову, он увидел, как белое свечение с контурами единорога проступало через его рубашку. Ноги подкосились от догадки. «Попили, так сказать, водички из неприметной чаши…»

– Ой, какая красивая единорожка! – Элерия ласково погладила своими тонкими пальчиками затухавшее сияние метки. Подняв голову, с восхищением в глазах она посмотрела на молодого человека. – Рикард, смотри, что у меня есть!

Рикарду было не до веселья. В памяти сразу всплыли лекции, на которых рассказывали о разновидностях венчальных чаш Богини Ириды. «Метка единорога, проявившаяся на наших руках – символ подтверждения союза. И ведь согласия даже никто не спросил… Поверить не могу, Лерка – моя супруга! Хорошо, мозгами еще не дошла, отчего на руке появился единорог, а то бы уже горы сотряслись от ее визга и криков о том, что ведьмы замуж не выходят».

От осознания того, что изменить уже ничего нельзя, широкие плечи молодого человека вмиг потяжелели; обреченность нахлынула волной, лишив последних сил.

– Лер, а вам на лекциях разве не рассказывали про хранителей источников и их обряде?

– Была какая-то ознакомительная лекция. Мы с Айрин с нее сбежали смотреть за весенним разливом реки. Вот это, я тебе скажу, зрелище было! Такой стремительный поток с гор несся! Чуть нас с сестрой не смыл – еле успели по откосу повыше забраться.

Улыбка вмиг слетела с лица девушки. Последние слова она произнесла едва слышно, да и настроение ее почему-то резко поменялось.

– Устала? Тогда пойдем спать, – едва слышно проговорил Рикард.

Стиснув зубы, едва переставляя ноги, он дошел до гладкого камня возле очага, служившего отшельнику столом, и поставил на него чашу. Боль на руке стихла. Вновь вздохнув, он направился к нише, на лежаке которой уже умастилась ведьмочка.

Увидев подходившего к ней молодого человека, она в удивлении распахнула и без того большие глаза.

– А ты чего… тоже здесь спать собираешься⁈

– А ты видишь здесь еще одно место для сна⁈

Для убедительности Рикард обвел пещеру рукой.

– Нет, не вижу, но так ведь нельзя! – не собиралась сдаваться она.

– В боевых условиях все можно… Лерка, будь хоть раз благоразумной. Я устал, я израсходовал всю магию, защищая нас от ветра, и поверь, мне совершенно нет дела до приличий. – Скинув обувь, Рикард улегся на лежак, накинул на себя одеяло и закрыл глаза.