Текст книги "Найди меня, держи в своих руках – не отпускай (СИ)"

Автор книги: Ольга Токарева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 28 страниц)

В кабинете на какое-то время повисла тишина. Кэмбелу нечем было ответить на реплику ректора академии, а Ваир молчал, но вскоре он очнулся от своих нелегких дум.

– Аронд… У моего друга, короля северных земель Кэмбела, много лет назад кто-то выкрал из замка принцессу Эйлихан.

Ведьмак молча перевел взгляд с дяди на северянина.

– Помню, что шестнадцать лет назад вы ее разыскивали в моем доме. Так неужели до сих пор не нашли? Наверно, сильно скучаете по дочери?

Кэмбел вскочил с кресла, от ярости сжимая кулаки, но наброситься на ректора академии ему не дал Ваир.

– Принцесса Эйлихан – не дочь Кэмбела. Она дочь королевской четы, жестоко убитой при перевороте власти. Пока нынешний северный правитель усмирял взбунтовавшийся народ, принцессу кто-то похитил. Вот и разыскивает он ее, чтобы передать трон, принадлежащий ей по праву рождения.

«Сам-то верит в ту чушь, что сейчас говорит? Или считает, что только короли умеют плести интриги?» Аронд чуть не выдал себя, услышав сказанные дядей слова.

– Эйлихан – ведьма, и буквально на днях она прошла инициацию. Вот мы и решили: поскольку в твоей академии обучаются маги-полукровки, вдруг и принцесса среди них учится.

– Все может быть, – со спокойствием в глазах ответил ведьмак. – Я знаю в лицо всех своих адептов. Опишите мне ведьмочку.

Хищная улыбка расползлась на лице Кэмбела.

– Ее трудно не заметить. Она сильно отличается от жителей южного побережья материка. Белые волосы с серебряными прядями, голубые глаза с лазурной синью.

– Что вы, – улыбаясь, перебил короля Аронд. – Слишком яркая личность, для того чтобы не заметить. Конечно, у меня в академии есть девушки со светло-русыми волосами, но все они маги. Голубоглазых ведьм мне еще за свою жизнь не доводилось видеть, да вдобавок еще и с белыми волосами… Интересно было бы посмотреть на такую красавицу.

Кэмбелу все время казалось, что сидевший перед ним мужчина что-то скрывает. Сарказм в его голосе так и плескался ядом, и этого просто нельзя было не заметить.

– Мне бы хотелось убедиться в правдивости ваших слов. Так сказать, лично удостовериться, что принцессы Эйлихан в вашей академии нет.

– Я не против вашего осмотра. Только прошу делать это как можно тише. Не пугайте адептов. Многим из них пришлось нелегко в жизни.

Ведьмак повел гостей по территории академии Рахт, а так как время было уже послеобеденное, то они зашли лишь в учебный корпус для ведьм-выпускниц. Осмотрев сидевших в аудитории девушек и не найдя среди ведьмочек ни одной, подходящей под описание внешности принцессы, короли отправились восвояси.

Аронд проводил гостей до главных ворот, дождался, когда карета скроется из поля зрения, и лишь тогда позволил себе выдохнуть скопившееся напряжение.

В карете в голову Кэмбела пришла неожиданная мысль, и он чуть не выпрыгнул на ходу от отчаянья, что не мог высказать свою догадку ректору.

– Что вас так встревожило? – спросил Акронский, видя лихорадочный блеск в глазах северного короля.

– Я вдруг подумал… А что, если этот ваш Аронд накинул на Эйлихан морок? Поэтому-то мы и не увидели ее среди ведьм.

– Друг мой, успокойтесь. Смею вас заверить, что морок невозможно держать годами напролет. Яркую личность принцессы в конце концов кто-нибудь увидел бы, и слухи уже давно ходили бы по королевству. Какой бы магической силой не обладал мой племянник, ее не хватит для постоянного поддерживания морока. Уж поверьте мне. Магия морока – это родовая магия королевского рода Дар Акронских. К несчастью, она пробудилась у моей сестры и, как видите, досталась Аронду.

Кэмбел разочарованно откинулся на спинку сиденья, но через некоторое время его глаза вновь загорелись.

– Насколько я помню, у вашего племянника рождены в браке дочери-близнецы?

– Прошу тебя, не напоминай мне об этом позоре. Дочери его еще юны, да и дар передается лишь по мужской линии. А ведьмы сыновей не рожают. Опять-таки исключение – род Акронских: первенцы у нас всегда рождаются мальчиками. Так что поищем твою пропажу где-нибудь в другом месте.

Глава 13
Лириан. Найди меня, держи в своих руках – не отпускай

Три дня поисков ничего не дали. Кэмбел зверствовал. Как сыскная собака, напавшая на след, он метался по коридорам академии. Подскочив к Райласу, едва сдержался, чтобы не наорать на него, но вновь его пыл остудил спокойный взгляд военачальника, пробирающий до костей.

– Все проверили?

– Да. Принцессы нигде нет, остались только преподавательские дома.

– Так чего вы стоите⁈ Ректор дал вам право обыскивать все уголки этой треклятой академии! – переходя на визг, свирепствовал Кэмбел.

– Хорошо. Я проверю дома, а остальная охрана будет сопровождать вас.

Короля такой ответ вполне удовлетворил: хотя бы вечером ему не придется видеть ненавистное лицо Райласа. Развернувшись, Кэмбел направился к выходу. Сегодня намечалась охота в горах.

«Ваир рассказывал, что там можно встретить белоснежных ирбисов и горных рогатых туров. А охотники поговаривали, что когда-то в горных пещерах обитали тигры черного окраса. Сколько лет охочусь, но повстречать хоть одного из них так и не удалось. Скорее всего, придумывают легенды для азарта охотников».

Райлас проводил взглядом уходившего короля. Он дождался, когда тот скроется за воротами академии и только после этого направился осматривать дома преподавателей.

Поднявшись по крыльцу первого дома, он вежливо постучался в дверь, но никто не спешил отворять ее. Время было уже позднее, лекции и занятия никто не вел. К тому же по магическому колебанию воздуха вокруг северянин чувствовал, что маг находился внутри дома. По всей раскладке выходило, что хозяин просто не желал впускать его к себе. Постучав еще раз и поняв, что дверь ему так и не откроют, Райлас надавил на нее плечом.

Лиран закрылась в своем доме. В последнее время ее раздражал любой шум, а вид мужчин вызывал бешенство. Вот, чтобы не огреть какого-нибудь представителя этого рода заклинанием, ведьмочка и перенесла все необходимые ингредиенты в свою домашнюю лабораторию.

Заказ был от леди Ир Форс. Пришлось долго трудиться, подыскивая нужные компоненты. Наконец собрав их, она в данный момент колдовала над варевом зелья, да необычного. Двухсотлетняя дама очень хотела ребенка, но природа почему-то обделила ее материнской радостью. Все годы, прожитые в браке, леди страдала и мечтала лишь об одном – о ребенке.

За исполнение своей мечты она пообещала заплатить ведьмочке неслыханные деньги. Но Лиран взялась за работу не только лишь ради щедрого вознаграждения. Ей стало интересно: удастся ли сварить нужное зелье? Для этого и перебралась к себе, подальше от галдежа ребятни в академии и рыскающих северян, выискивающих свою принцессу.

«Вот же придумали… Их ледяная принцесса и южные берега материка…»

Отогнав ворвавшиеся в голову мысли, ведьмочка затаила дыхание. Открыв маленький пузырек, перевернула его над варевом, дождалась, когда из него искрами золота польется магия дракона, и стала аккуратно перемешивать зелье, которое на ее глазах насыщалось радужными красками.

От стука в дверь Лиран чуть не взревела. Быстро заглушив внутреннее негодование, она продолжила творить заклятье, стараясь не обращать внимания на настойчивые удары. Осталось всего-то несколько секунд – и зелье приобретет нужную консистенцию.

'Если отвлечься и прервать, то весь труд пойдет насмарку. Да и Рахт больше не согласится дать нужный ингредиент. И так дракона магического источника пять месяцев уговаривала. Все накопленные деньги отдала, чтобы задобрить его. Ох уж эти чешуйчатые! Вроде уже не живые, а до золотого блеска сами не свои. Ну ничего, зелье с лихвой окупит все мои затраты, вот тогда можно будет и о собственном доме подумать.

Была в гостях у Наоли… Дом – сказка. Муж такими глазами на нее смотрит, что сразу инициироваться захотелось. Только на меня никто так смотреть не будет. А ехать на ведьмину сходку в поисках мага, желанья нет. Хотя чего себе врать? И боязливо, и желанье есть, только там ведь все молоденькие ведьмочки, а тут я явлюсь – древняя старуха… Засмеют ведь', – вздохнула Лиран. Много чего не давало ей пройти инициацию.

Услышав, как затрещал дверной косяк, Лиран сама не поняла, что удержало ее на месте, и почему она не шарахнула проклятьем по незваному хаму. Наблюдая, как зелье доходило до нужной густоты и насыщалось белым цветом, ведьма едва шевелила губами, отсчитывая последние секунды.

– Девять, восемь… пять, – продолжала считать она, подняв руку, жестом останавливая глупца, осмелившегося войти в ее владения. – Два, один.

Отсчитав, она замолкла и с восхищением посмотрела на белоснежную массу зелья.

«Вышло! – Душа Лиран ликовала от восхищения. – Зелье готово, осталось испробовать его на леди Форс. А сейчас нужно заняться нетерпеливым гостем и для наслаждения души все-таки приложить его маленьким проклятьем, чтобы в следующий раз подумал, стоит ли двери в доме ведьмы ломать, когда его не впускают».

Оторвав взгляд от котелка, Лиран захлопала ресницами. Голова вошедшего находилась чуть выше дверного косяка, а плечи практически закрывали проем. Сильная широкая ладонь, сжимавшая меч, была размером с котелок, в котором сейчас варилось зелье. Больше всего взбесили ведьму властная поза вошедшего и его широко расставленные ноги.

Злость закипала точно так же, как недавно варево в котелке. Чем дольше Лиран осматривала варвара, тем сильнее мутнел ее разум от гнева.

Длинные белые волосы вошедшего были собраны на макушке и спускались косой на плечо. Черные вычерченные брови соединялись на переносице. Пухлые губы замерли в насмешке. Но даже не это вывело ведьму из себя, а его острый, жесткий взгляд небесного цвета глаз, смотрящих на нее с наглой мужской опытностью.

«Еще бы быть неопытным этому мужику: ему сто лет поди уже! Стоит, видите ли, надсмехается… Северянин одним словом… Будь он трижды неладен…»

Лиран подпрыгнула, в одно мгновение оказалась возле незваного гостя и, задрав голову, ткнула со всей силы своим пальцем ему в грудь.

– Ты… – И сразу чуть не взвыла от боли. Прикоснувшись к мужчине, она почувствовала щелчок разряда, да к тому же чуть не сломала палец. Это еще больше завело ее. – Ты! – продолжила она, захлебываясь от ярости. – Как посмел войти в мой дом, когда я зелье варю? – шипела ведьма, обливая ядом ненависти стоявшего перед ней северянина.

Выламывая дверь, Райлас и не подозревал, что преподнесет ему судьба. Вид колдующей над котлом ведьмы сначала позабавил его. Смотря на ее поднятый в предупреждении палец, он хмурил брови, не понимая, что с этой ведьмой не так. Его черные брови то взлетали вверх, то сдвигались на переносице, пока до него не дошло: ведьма не прошла инициацию. Об этом говорила ее толстая черная коса, доходящая до колен.

Райласа позабавил вид маленькой худенькой девушки, гневно смотревшей на него. И хоть ведьма и выглядела молодо, но было понятно, что пора расцвета молодости у нее уже прошла.

Когда малышка в одно мгновение оказалась возле него и ткнула пальцем в его грудь, он ощутил пробежавший по телу магический разряд и растерялся. Все, что угодно, ожидал он увидеть в преподавательском доме, даже принцессу северных земель, но, никак не свою нареченную. А он-то дурень сто три года по заснеженной земле шагал, но и предположить не мог, что встретит ее в южных краях материка, у берегов синего океана. Счастье разливалось в груди от вида маленькой разъяренной ведьмочки, душа пела и замирала от мысли о последнем испытании.

Лиран потеряла дар речи, когда мужчина засунул меч в ножны и, не обращая внимания на ее злобу, с интересом стал разглядывать ее. Когда же он бесцеремонно подхватил ее на руки, она только и могла что хватать ртом воздух – сначала от неистовства, а затем от непонятного волнения, охватившего все тело. Дыхание стало тяжелым и медленным; ведьмина сила словно взбунтовалась, забурлила по венам в желании слиться с магией незнакомца.

Лиран не понимала, как нашла в себе силы вымолвить с мольбой в голосе: «Пусти меня». Голос почему-то предательски дрогнул. Пальцы, вцепившиеся в кожаную безрукавку северянина, с трудом разжались, когда мужчина сделал то, о чем она просила.

Ведьма на полусогнутых ногах отступила. Она бросилась к полкам с колбами и пузырьками и начала нервно шарить по стеллажам дрожащими руками. Она осматривала пузырьки один за другим, но зелья, успокаивающего ее ведьмину силу, среди них не было. Лиран сама была в этом виновата: полностью погрузившись в работу, совсем забыла о себе. От досады и бессилия глаза заволокла пелена слез, а из горла вырвался крик отчаянья.

Тело Лиран вдруг ослабло и сразу обмякло, когда ее обхватили сильные, твердые руки. Подхватив ее, как пушинку, мужчина направился к выходу, шепча ей на ухо: «Ох, и дела ваши, Боги. Что ж ты с собой сделала? Глупенькая, маленькая ведьмочка. Почему до сих пор инициацию не прошла?»

Лиран уже ничего не понимала. От близости мужчины ее тело ломало. Ведьма прижималась к могучему, сильному торсу, терлась о него, словно кошка, а ее руки, продолжая подрагивать, сжимались и разжимались на широких плечах незнакомца.

Северянин без ошибки нашел спальные покои Лиран и положил ее на кровать. Сам же сел рядом и стал не спеша раздеваться, продолжая уговаривать изнывавшую от желания близости ведьму.

– Потерпи, красавица, сейчас тебе станет легче.

Отстегнув перевязь с мечом, он положил его у своих ног. Пальцы неторопливо выкручивали пуговицы из петель на безрукавке. Расстегнув последнюю пуговицу, Райлас снял кожанку и положил ее рядом с мечом.

Лиран подскочила и застучала кулачками по твердой, словно камень, спине.

– Да чего ты такой медлительный, словно старый дед⁈

Райлас резко повернулся; прижав ведьмочку к себе, впился во влажные от ее прикусываний губы вишневого цвета, смял тугую девичью грудь и прошелся пальцем по затвердевшим соскам.

Лиран мгновенно обмякла, постанывая от его ласк. Она безвольно позволяла северянину исследовать ее тело, по которому разливалась нега от возбуждения. Обжигающими, горячими волнами оно накатывало на нее и, отступая, скручивалось в огненный водоворот внизу живота.

Ведьмочка захныкала, когда мужчина прекратил свои ласки, и резко распахнула ресницы, чтобы высказать этому неотесанному старику все, что она о нем думала.

Грудь ее высоко поднялась от вздоха восхищения при виде мощной груди мужчины, покрытой черной кучерявой порослью. Пальцы сразу сжались от желания пройтись по ней.

Любопытный взгляд ее черных глаз, в которых плескалось восхищение, замер на красивых золотых браслетах, висевших на кожаной тесьме на шее северянина. Лиран не была драконом, но сейчас очень хорошо его понимала. Золото завораживало вспышками света, притягивало взгляд, заставляло трепетать. Позабыв о мужчине, Лиран с восхищением любовалась золотыми изделиями.

– Какие красивые браслеты, – не вытерпела она.

Райлас, скинув кожаные брюки, замер, смотря на нее с щемящей тоской, восторгом и неверием. «Прошла еще одно испытание».

– Ты их видишь? – сглотнув, спросил он. Затаив дыхание, он ждал ответа, хотя в душе уже знал его, и потому рвался всеми фибрами своего тела к черноглазой маленькой, хрупкой девушке.

– Вижу… Они такие восхитительные.

Северянин ухмыльнулся и стал не торопясь развязывать тесьму на исподниках. Развязав ее, он скинул нательники.

Лиран от вида большой возбужденной плоти в страхе отползла на край кровати и забилась в углу стены.

– Не подходи ко мне! – со слезами на глазах и с исказившимся от страха лицом прошептала она, вся сжавшись.

– Не бойся, моя сладкая красавица. Понимаю, что большой для тебя, самому тебя жаль, но, если не пройдешь сейчас инициацию, то можешь перегореть и навсегда остаться с крохами ведьминой силы. Хочешь этого?

Девушка покачала головой.

– Вот и молодец. Ты меня не бойся. Я знаю, как помочь в этом деле. Иди сюда, моя черноглазая малышка.

Горячие слезы побежали по щекам Лиран.

– Юрма кровью истекла после близости с мужчиной… На моих руках умерла… Я ничего не смогла сделать. – Плечи ведьмочки задергались от рыданий.

Райлас немного опешил от такого признания и причины, по которой ведьмочка до сих пор не прошла инициацию.

– Как тебя зовут, красавица?

– Лиран, – шмыгнув носом, вымолвила ведьмочка, настороженно смотря на мужчину.

– Лиран… – промолвил северянин, смакуя имя малышки. – Лиран, ты ведь уже взрослая, должна понимать, что твоя Юрма умерла от чего-то другого. От близости с мужчиной девушки не умирают. Богами так заведено: мужчине соединяться с женщиной для продолжения жизни на земле. Иди ко мне, малышка… Не бойся меня… Я не обижу, ласков и нежен с тобой буду.

Лиран обдумывала слова северянина, трясясь от страха, но ведьмина сила в теле вновь стала разгораться, будто поедая ее изнутри. Лиран знала, чем это чревато – запечатанных магов она видела, поэтому медленно подползла к мужчине.

Северянин снял тесьму с шеи, развязал узел на ней и опустил себе на ладонь два золотых обручья. Затем поцеловал их поочередно своими большими губами и поднес ко лбу.

– Гаран тих сан лин лувар, – слетела с его губ просьба к Богине благословить их на счастливый союз. Проделав ритуал три раза, он взял браслет поменьше, расстегнул защелку и вонзил острием себе в палец. С восторженностью смотря на ведьмочку, он поднес браслет к ее руке и защелкнул широкое расписанное рунами кольцо на тонком девичьем запястье. – Ризх ванн ас ханд гор. – Взяв другой браслет, он расстегнул его, проткнул острием палец Лиран и отдал ей в руки. – Эти браслеты не дадут тебе чувствовать боль и усилят твою магию. У нас, у северян, немного по-другому проходит обряд инициации с ведьмами. Застегни и скажи: Ризх ванн сихт манн.

Лиран застегнула золотой браслет на руке мужчины и послушно повторила слова, сказанные им.

На самом деле данный ритуал призывал Богиню благословить их на счастливый союз. Райлас принял Лиран в свой род, а она в свою очередь приняла его как мужа. Но северянин не стал озвучивать перевод произнесенных ими слов: все расскажет своей долгожданной малышке потом. Его глаза сами собой закрылись от блаженства. Вновь открыв их, он стал раздевать ведьмочку.

Прикосновения мужчины стали еще ярче. Теперь Лиран уже не пугала его большая возбужденная плоть. До дрожи в теле хотелось принять ее в себя и отдаться во власть своего желания…

Только северянин все не спешил. Подхватив длинную толстую косу ведьмочки, он начал медленно перебирать черные пряди волос. Отбросив распущенные локоны ей за спину, медленно принялся развязывать шнуровку на платье. Освободив Лиран от одежды, стал с любовью целовать ее покатые плечи, медленно продвигаясь по пульсирующей жилке на шее к губам, и захватил их своими большими твердыми губами.

От ласкового языка, исследовавшего ее рот, тело Лиран взвыло. Оно жаждало только одного – близости с мужчиной. Ведьмочка показывала свое желание, извиваясь, кусаясь и царапая ногтями широкую спину мужчины.

– Сейчас, моя сладкая… Моя маленькая красавица… Потерпи еще немного, – уговаривал девушку Райлас.

Он проскользнул пальцем в ее мокрое от желания лоно, и его разум помутнел от возбуждения, охватившего тело. Райлас жадно впился в пьянящие губы ведьмочки, не меньше ее желая близости. Но слишком уж хрупка была малышка, доставшаяся ему в жены. Подумать только! Столько лет бродил по земле, а нашел на южном континенте материка.

– Моя сладкая малышка, – целуя сладкие, сахарные губы, шептал северянин. Хватая ртом ее стоны и крики нетерпения от его ласк, он в ожидании завис над ней и замер у разгоряченного лона, готового принять его.

– Примешь?

– Приму, – с дрожью в голосе проговорила Лиран, прижимаясь к твердой плоти в нетерпении.

Райлас вошел в узенькое горячее лоно, утопая в наслаждении. Поймал губами ее крик от боли, чтобы до конца своих дней помнить их первое слияние. Потом будут другие крики – крики наслаждения, но этот первый миг проникновения – особенный. Он наполнен чистотой его жены. Он свяжет их до конца жизни, соединит не только брачными браслетами, но и телами.

– Сейчас моя малышка, сейчас боль уйдет, – целуя жаркие губы жены, шептал Райлас, сделав еще несколько движений телом, осторожно заполняя собой узенький проход.

Он с наслаждением закрыл глаза, когда почувствовал, что полностью погрузился в лоно своей сладкой малышки. Распахнув ресницы, он любовался капельками слезинок в уголках ее глаз. Жадно захватил притягательные губы, сделал еще толчок, зная, что всю боль поглотили золотые обручи, и сейчас его жена откликнется на его плавные движения в ней. Задрожит от нетерпения, накала огня и возбуждения в своем теле. Закричит от принятия магической силы и сладости наслаждения.

Долгой была ночь. Северянин сжимал извивавшуюся под ним жену. Хрупкое тело разгорячилось от его движений в ней. Он целовал опухшие от поцелуев губы, отдавал свою магию и был счастлив, что нашел ту, которая будет опорой и любовью до конца его дней. Сейчас они наслаждаются друг другом, а после им предстоят откровения, которые навряд ли понравятся ведьмочке.

«Ох уж эти ведьмочки – замуж они не хотят. А у моей малышки, сразу видно, характер еще тот. Но ничего, буду на коленях уговаривать ее простить меня, зацеловывать стройные ножки. Лаской добьюсь прощения и увезу в свой далекий северный край. В замке давно ждут наследника… но можно и наследницу».

«Моя маленькая ведьмочка», – в который раз срывалось с его губ. В который раз северянин растворялся в близости с обворожительной хрупкой малышкой – со своей женой.

Уснула Лиран на груди у Райласа в его крепких мужских объятиях. Он слушал тихое дыхание жены, и его губы разошлись в широкой счастливой улыбке. Но потом на них наползла тень, и северянин сильнее сжал в объятиях ведьмочку.

– Никому тебя не отдам, слышишь? Ты только моя, – шептал он, целуя черные вьющиеся волосы ведьмочки, пахнущие едва уловимым запахом роз.

Просыпаться совсем не хотелось. В объятьях северянина было жарко, но так уютно и хорошо. Уголки губ Лиран чуть приподнялись, когда она почувствовала прикосновение горячих губ мужчины к своей голове. «Это была волшебная ночь… А северянин и правда оказался ласковым и нежным. Сразу видно – опытный мужчина. Хорошо, что именно он инициацию со мной провел. Другие точно бы так не смогли». Вспомнив, как страстно он целовал ее, Лиран прижалась лицом к черной кучерявой поросли на его груди.

– Проснулась? – шепнул он ей с нотками ласки в голосе.

Расставаться совсем не хотелось, но ведьмочка понимала, что с этого утра они пойдут разными дорогами. «Как, интересно, его зовут?» Лиран приподняла голову и, встретившись с небесной синевой глаз северянина, улыбнулась от счастья, бурлящего внутри.

– Проснулась… Занятия у меня сегодня с самыми маленькими ведьмочками.

– Полежала, отдохнула бы, всю ночь ведь не спала, – заботливо произнес Райлас, любуясь смущением девушки.

– Как твое имя? – решила она все-таки спросить.

– Райлас – мое имя.

– Райлас, – повторила Лиран и вновь положила голову на такое жаркое и почему-то очень уютное место.

Она полежала так немного, наслаждаясь нежными прикосновениями мужских пальцев, блуждающих по ее телу. Лиран и не думала, что это может доставлять столько удовольствия и еще чего-то такого… трепетного, затрагивающего душу и сердце. Находясь в объятьях, она чувствовала себя защищенной и, как ни странно, любимой. Удивительные ощущения – такие восхитительные, и так не хочется с ними расставаться, но занятия никто не отменял.

Лиран с неохотой приподнялась и ощутила, как вершинки ее сосков мгновенно затвердели от прикосновений прохладного воздуха. От вида потемневшей небесной синевы глаз северянина, в которой струилось желание близости, она засмущалась и, быстро встав с кровати, направилась в душ. Выйдя из него, ведьма с недоумением посмотрела на все еще лежащего в постели Райласа. Увидев ее удивление, он широко улыбнулся.

– Я еще полежу немного, как-никак не молодой уже, сил много потерял, а ты не смущайся, одевайся. А у тебя мать жива? – как бы невзначай задал он вопрос.

Лиран, сев у туалетного столика, стала расчесывать свои длинные волосы, отвечая на вопросы северянина и выискивая в отражении зеркала изменения, произошедшие с ней.

– Я маленькой была, когда мама на болота пошла, да так и не вернулась. Меня бабушка воспитывала, а когда она умерла, соседи меня степнякам продали.

Райлас мгновенно привстал от такой новости; лицо его сразу омрачилось.

– Сколько лет тебе было?

– Совсем еще девчушкой была. А потом на земли степняков ступила нога ректора нашей академии. Я зелье приворота на его имя сварила, чтобы принцесса степей от него дитя понесла. Да только зелье мое не сработало. Унес лорд Аронд в шатер не принцессу, а свою жену. Я тогда впервые увидела в небе танец магических хранителей источников силы. Все степняки уснули почему-то, а я, скорчившись, рыдала навзрыд от той любви, что кружила вокруг и от ее ласкового прикосновения. Это непередаваемые чувства. За то, что зелье не подействовало, меня ждала смерть. Тогда я решила бежать. Дождалась, когда в путь отправится последний почтовый дилижанс, залезла на его крышу и от страха зашлась в рыданиях. Маленькая была, умирать не хотелось. Боялась, что если степняки вдогонку за мной и не бросятся, то ведьмак убить может за мое зелье. – Грудь Лиран поднялась от тяжкого вздоха. – Сколько лет прошло, а я до сих пор помню, с какой любовью он на свою жену тогда смотрел. И сейчас его чувства не угасли, но тогда он словно растворялся в ней каждой частичкой своей души. Это невозможно описать, это надо было видеть.

Лиран с грустью в глазах улыбнулась своему отражению и смутилась, увидев в зеркале глаза северянина, смотревшие на нее с безграничной нежностью. От его взгляда кожа вмиг покрылась колючими мурашками, потому что помимо нежности в глазах северянина лучилась ласка, да такая бережная, что сердечко ведьмочки застучало от счастья. Ей понравился северянин, можно сказать даже больше: она уже тосковала от предстоящей разлуки с ним. Хотелось тонуть в его объятиях, обжигаться об его горячие губы, наслаждаться близостью с ним.

– Отчего загрустила моя малышка? Иди ко мне, я тебя пожалею. – Райлас протянул руки, приглашая жену.

Лиран вскочила, пробежала босыми ногами по полу, юркнула в широко расставленные руки мужчины и прижалась к его могучей груди.

– Ай, ты ж лада моя! Ай да красавица! Чего загрустила, малышка? – гладя своей большой рукой худенькую спину девушки, приговаривал северянин. – Не печалься, душа моя. Все твои страхи остались позади.

Он подхватил руку жены, и маленькая кисть мгновенно утонула в его широкой ладони. Райлас коснулся жаркими губами тонкого девичьего запястья, на котором поблескивал браслет и спросил:

– Расскажи. Расскажи мне, моя краса, как жила все эти годы без меня? Не обижал ли кто тебя?

Лиран млела от задушевного басовитого голоса северянина. Находясь в коконе его рук, она тонула от разливающегося в душе счастья. От его заботы и от трепещущего, сладостного состояния внутри хотелось летать, петь и кружиться.

– Что ты! Никто меня не обижал, наоборот. Мама Вириди к себе меня взяла. Она тоже ведьма. Со временем и лорд Аронд оттаял душой. Больше не держит на меня зла. Приняли они меня в свою семью, вот сегодня на семейный ужин пойду. Мама предлагала у них в замке жить, но мне и в преподавательском доме хорошо, а когда денег накоплю, куплю себе свой собственный.

Услышав последние слова, Райлас чуть сжал захват своих рук, в котором находилась ведьмочка.

– Выходит, я лорда Аронда должен благодарить за то, что сберег твою жизнь и не отдал тебя на растерзание псам поганым?

– Я часто думала о том, как бы сложилась моя жизнь, если бы не эти два человека, подарившие мне столько душевного тепла. Меня бы уже, наверно, не было… – Лиран шмыгнула носом и смахнула побежавшую по щеке предательскую слезу.

– Что ты, ладушка моя, что ты, красавица…

Губы северянина нашли припухшие губы жены, с нежностью захватили их и, лаская, раскрыли сладкие уста ведьмочки, все глубже погружаясь в их жаркий плен.

Лиран обвила его шею своими руками и, обмякнув, отдалась было во власть сладостных минут, но, простонав, с неохотой отстранилась.

– Жаль, – со вздохом сказала она.

Она обвела пальцем большие губы северянина и потянулась к ним вновь для прощального поцелуя. Выскользнув из его рук, ведьмочка стала собираться, стараясь не смотреть на притихшего на кровати мужчину, наблюдавшего за ней.

Но как ни старалась Лиран не обращать больше внимания на северянина, уходя, все же повернулась и, посмотрев на Райласа, попыталась улыбнуться.

– Я благодарна тебе за эту ночь.

Нахмурившись, она быстрым шагом поспешила к выходу. Разве могла предположить Лиран, что будет так тоскливо и тяжко прощаться с мужчиной, подарившим ей столько сладостных минут? Идя по белой тротуарной дорожке академии, ведьма прикусывала опухшие от поцелуев губы, и чем дальше она уходила от своего дома, тем тоскливей было на душе…

После ухода ведьмы, Райлас быстро встал с кровати; на холодный душ и одевание у него ушло пару минут. Выходя из дома, он затормозил на пороге, осмотрев свое варварское вторжение. Он ухмыльнулся, вспомнив разъяренную ведьму, и поспешил во дворец короля Ваира Дар Акронского. «Доложу Кэмбелу о том, что всю ночь усердно проверял дома преподавателей, но принцессы Эйлихан ни в одном из них не обнаружил, а после мне предстоит отправиться по неотложным делам».

В замке Ир Куранских на ужин собрались практически все – отсутствовали лишь сестры-близнецы. Всем объявили, что они находятся по обмену в соседней академии.

Наоли с Демиром посматривали друг на друга влюбленными глазами, никого вокруг не замечая. А вот внимание остальных было сосредоточенно на Лиран. Ведьма с аппетитом расправлялась с кусочком фаршированной рыбы и была полностью поглощена своими мыслями.

Аронд, вытерев салфеткой губы, отложил ее в сторону. С искрами смеха в глазах он смотрел на золотое обручье на тонком запястье девушки. Едва сдерживая рвущиеся вверх уголки губ, он посмотрел на жену, и та не удержалась – счастливо улыбнулась в ответ.

Вириди сильно переживала за дочь. Годы шли, а ведьмочка не собиралась проходить инициацию. Собранные в прическу волосы Лиран были показателем того, что сегодняшней ночью случилось долгожданное событие. Но не это развеселило Аронда, а браслет. Видно было, что Лиран даже не догадывалась об его истинном предназначении. Да если бы не поход в северные земли, то и он сам не придал бы значения золотому украшению: ну надет обруч на руку, и что? Если бы…

«Интересно, кто из северян связал с ведьмочкой свою судьбу?»

– Лиран… Тебя можно поздравить?