Текст книги "Академия Драконов. Тетралогия (СИ)"

Автор книги: Оксана Гринберга

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 55 страниц)

На его щеке виднелась свежая царапина, и я почему-то с трудом удержалась, чтобы к ней не прикоснуться.

– Э-э-э! – протянула я, судорожно размышляя, что бы это могло означать.

И его появление, и собственный внезапный порыв.

– Говорю же, со второго этажа никто не пострадал! – появилась за спиной Кайдена комендантша. – У нас несколько порезов и ушибов на первом, две истерики и три обморока. Но лекари уже всеми занимаются. Досюда виверны не добрались!

– Закройте дверь и занимайтесь своими порезами, – безразличным голосом произнес Кайден, и, к моему удивлению, комендантша его послушала.

Закрыла и отправилась по своим делам, после чего мы остались с ним одни.

То есть втроем.

– С Эйвери все хорошо, – стрельнула в мою сторону глазами Риз. – Она просто потеряла дар речи!

И оказалась совершенно права, потому что я его потеряла.

Уж кого-кого, а Кайдена Ритчера увидеть в своей комнате я не ожидала. Как и того, что он подойдет, схватит меня за плечи и хорошенько встряхнет.

Да так, что я даже клацнула зубами.

– Что это еще за художества на плацу⁈ – рявкнул он. – Тебе приказали оставаться в общежитии! Всем вам, первому и второму курсам. Это значит, ты должна была оставаться в общежитии, а не делать то, о чем мне потом доложили!

– А о чем тебе потом доложили? – осторожно спросила у него.

Заодно и заскучала.

Не только потому, что Кайден все еще держал меня за плечи, тем самым делая мне больно, но еще и из-за того, что в его близости было нечто невероятно интригующее

Но я запретила себе о таком думать.

Вместо этого стала размышлять, что ему могли донести о чем угодно, хотя мне казалось, что в зверинце меня никто не видел.

Если только гуль, но они не из болтливых. То есть вообще не разговаривают.

Но мало ли, вдруг он сумел наябедничать?

Или же меня все же кто-то заметил?

– То, что некая первокурсница с воздушным даром, рискуя собственной жизнью, в одиночку раскидала стаю виверн сперва в общежитии, а потом и на плацу. Что это за глупое безрассудство, Эйвери Таккер, если тебе было приказано сидеть в своей комнате⁈

Я молчала, прикидывая, что ему ответить.

Может, попытаться от него избавиться, сказав, чтобы он проваливал из нашей комнаты⁈

Драконов мы с Риз еще не призвали, ни в какое Крыло я не вхожу – тем более, в его, – и вообще… Это женская вотчина, ему здесь не место, а завтра, если потребуется, я объяснюсь с деканом!

Или же все отрицать?

Либо принять жалобный вид, какой был у Зигурта, когда дракону очень хотелось пирожков?

Я выбрала молчать, понадеявшись, что ни Кайдену, ни остальным в академии неизвестно о моих дальнейших художествах.

Не только о том, что я открыла клетку под завывания и скрежет зубов гуля, но еще и выпустила виверну, и она прошла рядом со мной. На миг я ощутила дыхание крылатого ящера и даже прикосновение ее бронированного чешуйчатого бока.

Но выбравшись из зверинца на волю, улетать виверна не спешила. Остановилась и уставилась мне в глаза, и я снова почувствовала, как кто-то пытается прикоснуться к моему сознанию.

Возможно, это была сама виверна, но мне чудился за этим более сложный человеческий разум.

Решив, что такое мне ни к чему, я тотчас же отгородилась от мысленного контакта.

– Улетай! – приказала ей. – Сделай это прямо сейчас! Иначе ты можешь не успеть.

Она продолжала смотреть мне в глаза, и я внезапно уловила ее желание. Виверна хотела, чтобы я полетела вместе с ней – уселась бы на ее спину, и она забрала меня с собой в Кхемер.

Но я с ней не полетела, для себя решив, что моим новым домом станут Нерлинг и Эльрен, а вовсе не королевство Красных Виверн.

– Хватит! Мне уже все понятно, – наконец, сказала я Кайдену. – Не нужно меня больше трясти! Впредь я буду сидеть в общежитии и слушаться приказов, что тут непонятного⁈ – Хотя кое-что все-таки было. – А командир Правого Крыла всегда лично приходит разбираться с ослушавшимися студентами?

– В твоем случае, Эйвери Таккер, всегда! Потому что ты – ходячая проблема, – заявил Кайден Ритчер, после чего все же меня отпустил и очень скоро ушел, не забыв грохнуть на прощанье дверью.

– И что это было? – пробормотала я, устало опустившись на кровать.

– А ты еще не поняла? – усмехнулась Риз. – Кто-то втрескался в тебя по самые уши, Эйвери Таккер! – передразнила она интонацию, с которой произнес мое имя Кайден. – Настолько, что бросил своих всадников, как только смог, и сразу же прибежал проверять, все ли с тобой в порядке. И совсем немного разозлился… Ладно, очень сильно рассердится из-за того, что ты не сидела в комнате и не боялась, как делали все нормальные люди!

В ответ я закатила глаза, но верить Риз не спешила.

Кайден Ритчер вовсе в меня не влюбился, сказала я себе. Наоборот, он терпеть меня не может. С ним это произошло еще на Чаверти и до сих пор не отпустило. Вот, назвал меня ходячей проблемой!

С этими мыслями я смыла с себя пыль, после чего мы с Риз снова улеглись в свои кровати. На всякий случай в одежде, – и принялись ждать гостей.

Но больше никому мы оказались не нужны – все занимались пострадавшими с первого этажа и самим первым этажом, переводя студентов в свободные комнаты на третьем.

Очень скоро я перестала обращать внимание на беготню, но заснуть так и не получилось.

* * *

Дебора улеглась в чужую кровать и закрыла глаза. Вскоре погас свет, да и суета в общежитии давно сошла на нет, но сон почему-то не приходил.

Впрочем, страдала не она одна – на соседней кровати ворочалась, то и дело вздыхая и негромко жалуясь, Марлин. Ей все было неудобно – и новая подушка, и одеяло, и то, что она забыла на первом этаже плед, привезенный из дома.

Но в собственной комнате оставаться на эту ночь они не могли – от двери и окна остались лишь воспоминания. Пол тоже был поцарапан, а внутри стоял жуткий запах виверн, хотя тот давно уже должен был выветриться.

Но он так и не выветрился.

Или же это была игра разума, пережившего серьезное потрясение?

Дебора не знала, но была благодарна за то, что им разрешили перебраться в свободную комнату на третьем этаже, потому что этой ночью, естественно, вставлять окна и возвращать на место двери никто не собирался.

Правда, комендантша, сообщив о переезде, ушла за ключами и пропала с концами. Ее постоянно отвлекали – явилась проверка из деканата, к тому же нашлись новые пострадавшие, которым требовалась помощь, и она занялась еще и ими.

– Может, нас пустит к себе переночевать Селия? – с надеждой произнесла Марлин, когда они уже извелись от ожидания. – Ее комната в дальнем конце коридора, и до нее эти твари не добрались. Да и окна должны были уцелеть. Селия готовила, на них поставили особые заклинания, чтобы поклонники не лезли к ней через сад.

– Думаешь, она согласится? – растерянно спросила Дебора.

– Давай попросимся, и она нас обязательно пустит! – с энтузиазмом отозвалась Марлин. – У нее как раз есть диван и раскладное кресло, так что нам всем хватит места.

Но Селия их не впустила.

С безразличным видом выслушала рассказ Марлин о том, что их комната уничтожена вивернами, затем заявила, что им непременно помогут. Но у нее они не останутся по той простой причине, что будут мешать ей выспаться – вот, снова ее разбудили – и завтра это отразится на ее внешнем виде!

После этого посоветовала им разбираться со своими проблемами самим.

Но чтобы подсластить отказ, Селия сунула в руки растерянной Деборы ненужную коробку конфет – леди Винслер завела себе очередного поклонника, и тот одаривал ее сладостями, – после чего захлопнула перед их носом дверь.

Ну что же, еще через полчаса они с Марлин все-таки получили вожделенную комнату на третьем этаже и, забрав необходимые вещи, улеглись в незнакомые кровати.

– А ведь она нас спасла! – неожиданно в темноте раздался голос Марлин.

– О ком ты говоришь? – пробормотала Дебора, хотя все прекрасно понимала.

– О той девчонке с Суши. Причем она спасла не только нас, но и всех, кто был в общежитии. И еще она сохранила жизнь дракону нашего ректора. Его чуть было не разорвали на части, я видела это своими глазами. Но она вмешалась и…

Дебора молчала.

– Может, не стоит от нее избавляться? – произнесла Марлин.

– Что ты хочешь этим сказать?

– Я хочу сказать, что… Может, ну ее, эту заколку с платьем и задание Селии?

– Говори сама за себя! – резко оборвала ее Дебора, но Марлин не собиралась сдаваться.

– Хочешь, я отдам тебе все свои заколки? У меня их много, правда-правда! И платье можешь выбрать любое, я привезла несколько из столицы. Пусть не от мадам Фурже, но они тоже красивые.

Дебора какое-то время молчала, затем вздохнула.

– Спасибо за предложение, Марлин! Но я собираюсь выиграть это пари.

– Твое право, – наконец, произнесла Марлин, и ее голос похолодел. – Поступай как знаешь, если уж тебе настолько нужна та… заколка!

Но дело было вовсе не в бирюзовом комплекте Селии и даже не в платье от мадам Фурже. Все оказалось намного сложнее!

Дебора забрала во временное пристанище на третьем этаже последнее письмо из дома – не захотела его оставлять в разрушенной комнате. В нем мама сообщала, что дела их совсем плохи.

'Я рада, Дебби, что ты перевелась в Эльрен и сейчас далеко от этого кошмара! Потому что за две недели с твоего отъезда ничего в лучшую сторону не изменилось.

Наоборот, все стало только хуже.

Твой отец все так же в тюрьме, дожидается суда, и если не произойдет чуда, то его приговор будет суровым. Настолько, что у меня не поднимается рука написать эти слова.

Помимо подложных документов и украденных ими самими денег, они собираются повесить на него еще и другие преступления, и мы ничего не можем с этим сделать!

Наш дом тоже вот-вот уйдет с молотка, чтобы оплатить работу адвокатов. Мы с твоим братом до сих пор остаемся в нем, надеясь на перемены, но все идет к тому, что мы потеряем все на свете, а твой отец, да хранят его Боги, может расстаться с жизнью'.

И все потому, что ее папа всегда был слишком честным.

Из-за своей неподкупности отец получил отличное место в таможенном контроле на острове Ньессен, откуда вел стационарный телепорт на Сушу.

Именно туда они и перебрались счастливой семьей – на Ньессен. Сперва дела шли хорошо, но папа напрочь отказался брать взятки, а заодно и закрывать глаза на творившиеся на острове беззакония.

А потом, когда он осознал размеры хищения из казны и еще то, что в это замешаны высокопоставленные чины, он сделал то, что был должен сделать. Попытался донести до властей и до короля.

Но те люди тоже сделали то, что были должны, – часть хищений все-таки открылась, и началось разбирательство, поэтому они все свалили на ее отца. Умело подделали документы, а прибывшие из столицы следователи закрыли на многое глаза – потому что люди, причастные к этому делу, были слишком влиятельны и богаты.

Отец был арестован и помещен под стражу.

Семья Деборы перепробовала все на свете, но даже лучшие адвокаты не смогли им помочь.

Оставался последний шанс – аудиенция у лорда Винслера, первого советника короля, – потому что к самому королю было не пробиться, они пытались уже много раз.

И если Деборе для этого потребуется избавиться от первокурсницы, то ради своей семьи – отца, мамы и младшего брата – она лично подтащит Эйвери Таккер и столкнет ее с Края!

Ее отец был слишком честным и всегда играл по правилам. Это привело его в тюрьму, и вскоре он может попасть на плаху, а ее семья застыла на грани отчаяния.

Дебора отлично усвоила болезненный урок и играть по правилам больше не собиралась.

Но Эйвери Таккер обладала магией, так что действовать придется с умом.

– Послушай, Марлин, ты же все равно не спишь, – произнесла Дебора в темноту комнаты, и ее соседка подтвердила, что пока еще нет. – Селия уже дала тебе то приворотное зелье для принца?

– Дала! И так много, что вся академия может бегать за мной, добиваясь моего расположения, – хохотнула Марлин. – Если, конечно, я подсыплю это в общий котел… Жаль только, что оно действует всего пару часов, не больше!

– Одолжишь мне немного?

– Конечно, – с легкостью согласилась Марлин. – А тебе-то зачем? Кого ты собираешься приворожить на два часа?

Но Дебора ей не ответила. Вместо этого произнесла:

– И вот еще, не ешь те конфеты, которые подарила нам Селия. Они нужны мне для дела.

– Как скажешь, – зевнула Марлин. – Кстати, хорошие конфеты, шоколадные! Может, давай их все-таки съедим?

– Я куплю тебе другие, когда нас отпустят в город, – пообещала ей Дебора.

На этом разговор должен был закончиться, но Марлин внезапно произнесла:

– Знаешь, странное дело! Когда я ходила к Лилли…

– Зачем ты к ней ходила?

– После того, как нас прогнала Селия, я решила сходить еще и к ней, думала спросить насчет места. Может, она пустит нас переночевать, потому что тоже живет одна… Так вот, Лилли не было в своей комнате. А до этого ее не было в общежитии, потому что я заглядывала к ней перед отбоем. И после него тоже заглядывала, как раз перед самым нападением, хотела попросить конспекты по Зельям. Но дракона у нее тоже нет…

– Дракона у нее нет, – безразличным голосом подтвердила Дебора.

– А потом Лилли внезапно появилась в общей гостиной и принялась рассказывать, какие ужасы она пережила, когда на нас напали виверны. Как думаешь, зачем ей врать, если ее здесь не было?

– Может, она ходила на свидание и не хотела, чтобы кто-то об этом догадался, – пожала плечами в темноте Дебора.

– Лилли влюблена в Мартина Вебера, но декан не обращает на нее внимания, и она страдает по этому поводу. Так что ни на какое свидание Лилли не ходила. Здесь явно что-то другое!

– Что именно?

Но Марлин не знала и ничего толкового предположить не смогла, а Деборе хотелось думать только о своей семье и еще о том, как она избавится от Эйвери Таккер, после чего Селия будет вынуждена выполнить свою часть сделки.

А если леди Винслер не захочет, то она ее заставит!

Для этого Дебора подкинет первокурснице с Суши конфеты с приворотом, выбрав объектом ее страсти самого жалкого из парней. И еще – положит так много зелья, чтобы эффект был в буквальном смысле этого слова сногсшибательным.

Той непременно захочется с ним переспать, она опозорится, а потом над ней будет потешаться вся академия – уж Дебора позаботится, чтобы слухи разошлись по всему Эльрену!

Размышляя об этом, она старательно заглушала голос совести, твердивший, что так поступать нельзя.

Еще как можно, решила Дебора, если речь идет о спасении своей семьи.

– Ну не знаю, – наконец, произнесла Марлин, хотя Дебора и думать забыла о Лилли Джойс. – Ничего не приходит в голову, только глупости. Давай уже спать!

После чего повернулась на бок и засопела.

Глава 5

Спать мы улеглись еще не скоро – после появления Кайдена сон как рукой сняло. Поэтому мы с Риз, немного поворочавшись в кроватях, дружно поднялись и так же дружно решили спуститься в общую гостиную на первом этаже.

Потому что по коридору прошел слух – до нас донеслись обрывки разговоров, – что там пройдет что-то вроде общего собрания.

Вот мы на него и явились. Встали в сторонке, решив послушать, что скажут умные люди.

Говорила в основном Кэсси – раскрасневшаяся, оживленная, и от нее тоже пахло небом и драконом, – а рядом с ней стояли еще несколько старшекурсниц. Наша староста хвалила всадников, отбивших Эльрен и надравших зад целой стае виверн. Заодно звучали слова благодарности целителям, оперативно врачевавшим как людские, так и драконьи раны.

Так же осторожно было сказано, что, насколько сейчас известно, погибших среди студентов и их драконов нет, хотя имеется довольно много пострадавших. Лазарет академии переполнен, но…

Тут в общежитие явились еще и ремонтники и принялись оживленно стучать молотками. Громко переговариваясь, они вставляли на место двери. Заодно ругали виверн и Кхемер, прерывая своими возгласами (редко когда цензурными) рассказы всадниц, так что те со своими рассказами решили закругляться.

Наконец явилась еще и комендантша и разогнала всех нас по комнатам, ворчливо приказав, чтобы мы немедленно отправлялись спать, потому что завтрашний утренний подъем никто не отменял.

Мы отправились, и сны мне снились в высшей степени странные – в них снова была мама, но только мельком, потому что почти все это время я летала на драконе.

Почему-то на черном.

А еще я летала сама, без дракона, и помогало мне в этом странное бестелесное существо. Мой лучший друг, о существовании которого я совершенно забыла на Чаверти.

Или же это был просто сон?

Но из сладкого мира грез меня снова вырвал назойливый звук, который невозможно было проигнорировать. Дракон в моем сне поспешил убраться восвояси, мой друг исчез без следа, а я грохнулась об землю и… проснулась.

Подскочила на кровати, не сразу сообразив, что это и есть тот самый будильник, о котором вчера говорила Кэсси. Хорошо, хоть не очередное нападение!

Принялась озираться, пытаясь понять, откуда идет звук и как его заглушить, но тут он прекратился сам по себе. Еще немного посидев, осоловело уставившись в пространство, я все-таки сползла с кровати и отправилась поднимать подругу, которая не отреагировала на будильник.

В отличие от меня, Риз долго не могла поверить в то, что пришло время вставать, одеваться и отправляться в солнечное утро Эльрена на поиски стадиона, где у нас пройдет первый урок.

– А можно, я еще полежу? – заныла она. – У меня нет сил даже оторвать голову от подушки! Вот, смотри: не могу!

Немного посмотрев, я все же ее растолкала и заставила подняться с кровати.

– Жаль, что вчера меня не покусали виверны! – бормотала подруга. – Я бы с радостью полежала в лазарете до первого Призыва! А потом и до второго, после чего вернулась домой!

Но, подбадриваемая мною и доев три последних пирожка – я от угощения отказалась, решив, что буду привыкать к режиму всадников, – Риз все же натянула тренировочную форму, и мы с ней вышли из комнаты.

Я думала, мы будем последними, кто покинет общежитие, но все оказалось совсем не так – с нами к выходу отправились еще двое девушек с факультета целителей, одетые в коричневые мантии.

Представились – Айрин и Розмари – и были с нами крайне любезны. Сказали, что на стадион нам пока еще не нужно, так как сейчас начнется общее построение на центральном плацу рядом с главным корпусом, потому что у администрации академии имеется, что нам сказать.

Затем сразу же начнутся занятия – оказалось, обо всем этом говорили сегодня утром на общем собрании в гостиной, которое мы благополучно прозевали.

– Наверное, нам тоже надо было надеть мантии, а не вот это… – растерялась Риз и дернула себя за темные шаровары.

– У всадников в любое время года день начинается со стадиона и магистра Крашша, – сочувственным голосом произнесла Айрин. – Так что не думаю, что вам стоит переодеваться. – Улыбнулась мне: – Я видела, что ты вчера сделала, Эйвери Таккер!

– А что именно я сделала? – спросила у нее осторожно.

Потому что сделала я много всего.

– Ты нас всех спасла! – с воодушевлением подхватила Розмари. – Я уже доложила об этом нашей старшей, а она донесла до руководства. Уверена, они не оставят это без внимания.

– Спасибо, – отозвалась я, не понимая, хорошо это или нет.

Как по мне, лучше было бы никому и ни о чем не докладывать, потому что мы как раз вышли из общежития, и нам открылся «прелестный» вид на искореженные клумбы, уничтоженные газоны и вырванные с корнями кусты, которые возвращали на место садовники.

Это было моих рук дело – то есть моей магии. И судя по размаху бедствия, работы у садовников предвиделось на несколько дней.

Тут еще и Риз заныла совсем не к месту. Заявила, что зря ей не достался дар Целителей!

Иначе сейчас бы она шла рядом со мной в красивой коричневой мантии. Выслушала бы речи администрации, после чего отправилась со всеми завтракать в столовую, а потом возилась бы с ранеными в лазарете, а не бегала по какому-то стадиону…

И вообще, три пирожка ей мало, чтобы нормально себя чувствовать по утрам!

– Если хочешь, чтобы на тебя обратил внимание Эйдан МакГилл, то завязывай уже с пирожками! – негромко посоветовала ей, когда мы добрались до нужного плаца рядом с главным корпусом, а целительницы, попрощавшись, нас оставили, сказав, что пойдут искать своих.

На мои слова Риз лишь вздохнула, и мы тоже отправились разыскивать свой курс, заодно пытаясь понять логику в этом построении.

Лавировали среди студентов, которые занимались тем же самым – судорожно старались выстроиться в нужных местах перед высоким каменным постаментом с трибуной, накрытой золотым знаменем с расправившим крылья драконом.

Судя по всему, это был герб Академии Эльрена. Или же самого Нерлинга, я понятия не имела.

Наконец, так и не отыскав однокурсников среди многочисленной диаспоры целителей, мы с Риз заняли место где-то в сторонке. Замерли, потому что над пустующим постаментом одновременно распахнулось несколько порталов, из которых вышло, судя по всему, руководство академии Эльрена.

По крайней мере, среди них я заметила Мартина Вебера, который окинул одобрительным взглядом выстроившихся перед самым постаментом всадников в черных «летных» одеждах – в куртках с перехлестьем ремней на груди и высоких сапогах.

Всадники поделились примерно на две равные части. Наверное, по своим Крыльям, решила я.

Правое и Левое Крыло – так это здесь называлось.

Все правильно, я разглядела во главе каждого Крыла по двоюродному брату – с левой стороны стоял Эйдан МакГилл, уставившись на руководство академии и на занявшего место за трибуной высокого седовласого старика.

А с правой я увидела Кайдена Ритчера.

В отличие от принца, тот повернул голову, нисколько не интересуясь тем, что происходило на постаменте. Мне показалось, он кого-то выглядывал в толпе студентов. И еще – что этим «кем-то» была именно я.

Словно поджидал, когда я появлюсь на плацу. Заметив меня, кивнул, отвернулся и принялся смотреть на деканов обоих факультетов и нашего ректора.

Я же разглядывала всадников, принимавших участие в ночном бою.

Каждое из Крыльев, судя по построению, делилось на четыре звена, в которые входило по дюжине человек. В том, что это были именно звенья, я разобралась, увидев Кэсси, стоявшую во главе второй дюжины в Крыле Кайдена.

А больше никого я здесь и не знала.

Хотя нет, заметила тех противных девиц – они стояли чуть в стороне и вовсе не были среди всадников. Леди Селия Винслер как раз смотрела на меня, и ее губы кривились в презрительной усмешке.

Тут седовласый мужчина за трибуной, похожий на постаревшего льва, кашлянул, прочищая горло, и я потеряла к Селии какой-либо интерес.

– Это наш ректор, архимаг Грон, – пояснила Айрин. Целительницы снова к нам подошли, словно решили взять над нами шефство. – Поговаривают, ему уже сто пятьдесят лет… Но я слышала, что он скрывает свой истинный возраст, чтобы его не отправили в отставку, и сто пятьдесят ему исполнилось еще полвека назад.

Тем временем ректор, несмотря на свой почтенный возраст, уверенным голосом принялся хвалить всадников Академии Эльрена, рассказывая о том, как они бесстрашно сражались, защищая жителей нашего острова и родную академию, поэтому провокация со стороны Кхемера не принесла нашим врагам никакого успеха.

О ней уже доложено в столицу, там обязательно проведут расследование этого инцидента, после чего сделают выводы и примут соответствующие меры.

Пока же из королевской канцелярии нам всем пришла благодарность.

Зачитал ее – набор высокопарных слов, – после чего архимага на трибуне сменил декан Вебер, заявивший, что всадники Академии Эльрена сделали именно то, что были должны. Выполнили свой долг.

В ответ оба Крыла гаркнули что-то на военном, похожее на радостное согласие.

Затем снова заговорил ректор.

Слова благодарности из его уст на этот раз достались целителям, которые бесстрашно и умело врачевали раны, а заодно отправились в город на помощь мирным жителям, но, как оказалось, там никто не пострадал, потому что целью нападения была именно наша академия.

Про сбежавшую из клетки виверну ректор не упомянул, иначе это можно было бы счесть поражением, а сейчас у нас проходило чествование победителей.

– Я горжусь всеми вами! – добавил архимаг. – Но мэр Эльрена, достопочтенный господин Лиарс, тоже вдохновился вашими подвигами и собирается устроить торжественное мероприятие, на которое будут приглашены отличившиеся во вчерашнем бою. Сейчас я назову имена тех, кто удостоился приглашения на прием к мэру…

И не стал медлить.

– Командир Правого Крыла Кайден Ритчер…

На плацу все тотчас же сорвались в аплодисменты, заглушая голос ректора.

Но вместо того, чтобы смотреть на архимага, а также с благодарностью принимать восторги тех, кто ему хлопал, Кайден снова повернул голову и посмотрел на меня. Словно проверял, услышала ли я его имя и как на это отреагировала.

В ответ я выдавила из себя нервную улыбку.

Следующим прозвучало имя наследного принца Нерлинга, и Эйдану МакГиллу аплодировали даже с большим энтузиазмом, чем лорду Ритчеру, а Риз смотрела на него с открытым ртом.

После этого ректор назвал еще несколько имен, которые ничего мне не говорили.

Но я старательно хлопала каждый раз, не жалея ладоней. Заодно вглядывалась в лица героев академии, размышляя, что они чувствовали, сражаясь с вивернами на спинах у своих драконов.

Поэтому не сразу поняла, почему внезапно на плацу повисла тишина, а Риз пребольно толкнула меня локтем в бок.

– Эйвери! – громко прошептала она, и глаза у подруги были огромными. – Ну же, очнись!

Оказалось, ректор только что произнес мое имя.

Да, так и сказал:

– Эйвери Таккер!

– И Эйвери Таккер, ученица первого курса факультета всадников, – добавил архимаг. – В нашей академии она только второй день, но уже отлично себя проявила. Ее смелость и невероятный магический талант спасли множество жизней, включая жизнь моего дракона.

Ректор не стал ничего скрывать, и собравшиеся на плацу вновь погрузились в тишину, которую внезапно разорвали аплодисменты.

Кажется, сперва мне принялись хлопать Риз, Айрин и Розмари, а затем и остальные целительницы.

Кайден снова повернулся. Кивнул, и все Правое Крыло, а потом и Левое тотчас же зашлись в аплодисментах, к которым присоединился еще и первый курс всадников – наконец-таки я их тоже заметила.

Зато на лицах Селии Винслер и темноволосой Деборы Шторм застыло кислое выражение.

– Эйвери Таккер пока еще не призвала своего дракона, – добавил архимаг, когда хлопки стихли, а я стояла, подозреваю, красная как помидор, – но все мы с интересом будем следить за ее дальнейшими успехами.

Сказав это, он потерял ко мне интерес и принялся рассказывать о будущем приеме в доме мэра.

Но я его не слушала.

Стояла, пытаясь прийти в себя. Разглядывала пыль под ногами и свои новые казенные сапожки. Они были чудо как хороши, удобные и по размеру, похожих у меня никогда не водилось!

Заодно отходила от всплеска всеобщего внимания и одобрения – со мной такого тоже еще не случалось.

Внезапно оказалось, что уже все закончилось. Целители отправляются на завтрак, а потом на учебу, а всадники – на стадион. Причем первый курс и провалившие Призывы студенты – на стадион, тогда как остальные – к своим драконам, потому что у них с утра обычная летная практика.

И вот еще: тем, кто идет на стадион, стоит поспешить. Магистр Крашш, наверное, давно уже нас заждался, и вряд ли ему понравилось, что мы пропустили первую половину его урока.

После этих слов ректор и деканы исчезли в магических сполохах порталов, а толпа студентов на плацу пришла в движение. Буквально за пару минут рассосалась в разные стороны, а мы с Риз так и остались стоять, пытаясь понять, куда нам двигаться дальше.

Наверное, стоило снова отыскать свой курс и прибиться к ним, но внезапно Риз меня оставила, а я… осталась стоять напротив Кайдена Ритчера.

Причем я серьезно сомневалась в том, что столкнулась с ним случайно. Думаю, он специально меня искал.

Царапина на его лице уже зажила и почти исчезла. Кайден был бодр, хотя привычно хмурился, а еще от него почему-то пахло… Кажется, это называлось мужским парфюмом.

Но в целом, он был настолько хорош собой, герой Эльрена, что у меня засосало под ложечкой и захотелось поскорее убраться с его глаз.

– Пойдешь со мной на бал к мэру, – с ходу произнес он.

Затем замолчал, словно размышлял над собственными словами.

Вот и я над ними задумалась.

– Что ты сейчас сказал? – растерянно спросила у него.

– Послезавтра в пять вечера я за тобой зайду, так что будь готова. Зигурт нас отвезет. Платья у тебя нет, так что возьмешь его у Кэсси.

– Какое еще платье⁈ И при чем тут Кэсси⁈ – растерялась я окончательно.

– Ты права, Кэсси тут ни при чем, – немного подумав, согласился Кайден. – Я сам тебе его подарю.

– Кайден Ритчер, ты что, свихнулся от радости из-за того, что тебя перед всеми похвалил ректор? – догадалась я.

Вместо ответа он оглядел меня с ног до головы, уделив особое внимание груди и бедрам – то ли пялился, то ли запоминал размеры. Кивнул Риз – оказывается, он ее тоже заметил, не прошло и двух дней! – с вежливым любопытством застывшей рядом, после чего развернулся и ушел, не забыв добавить, что мы увидимся позже.

– Эйвери, нужно брать! – восторженным шепотом заявила Риз.

– О чем ты, Риз⁈ – выдохнула я. – Что мне нужно брать? Платье, которое он собирается подарить?

– Нет же, его! Он…

– Прошу тебя, дай мне покоя! – взмолилась я. – Никуда я с ним не пойду и ничего брать не стану. Мне сейчас не до этого.

Но осеклась, потому что к нам подошла еще и Кэсси.

– Оставь нас! – ледяным тоном приказала она подруге. – Тебе нужно на стадион, Риз Дольских! Магистру Крашшу не нравится, когда кто-то опаздывает, а вы уже порядком задержались.

– Я пойду вместе с Эйвери, – качнула головой подруга.

– Ты пойдешь одна, – возразила ей Кэсси, – а я задержу Эйвери Таккер еще на пару минут. Мне нужно переговорить с ней с глазу на глаз.

Риз, неуверенно на меня посмотрев, потащилась в сторону стадиона, а я осталась с нашей старостой, гадая, в чем успела провиниться в ее глазах.

Но в чем-то явно провинилась, потому что когда Кэсси заговорила, ее голос больше не звучал приветливо.

– Как думаешь, Эйвери Таккер, почему за вами на Сушу отправились трое – декан Вебер, принц Эйдан и Кайден Ритчер? – задала она мне довольно неожиданный вопрос.

– Понятия не имею, – сказала ей, хотя у меня имелись кое-какие соображения.

Но разговор больше не был дружелюбным, и мне нисколько не хотелось его поддерживать. Вместо этого я терялась в догадках, размышляя о причине подобного изменения в отношении Кэсси ко мне.

Скорее всего, она знает о виверне, промелькнула в голове здравая мысль. Может, именно поэтому Кэсси решила сперва поговорить со мной с глазу на глаз, а потом доложить обо всем ректору или декану?

Правда, при чем здесь Суша и трое явившихся за нами всадников, я пока еще не понимала.