Текст книги "Когда тени скроют солнце (ЛП)"

Автор книги: Нина Шиллинг

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 25 страниц)

Ее тон решительный. Она убеждена в этом так же, как отец. И как бы мне ни хотелось разделить их уверенность, это чувство никуда не исчезает. Словно все это слишком хорошо, чтобы быть правдой. Дурное предчувствие, которое заставляет меня молчать, пока Кайрос закатывает глаза и закидывает руку Лоэлии на плечо.

– Ты снова говоришь как пророчица, Лоэль. Может, тебе все-таки стоило пройти посвящение в темные жрицы. Хотя… боюсь, ты бы разбила сердца всем мужчинам в храме Луны по очереди.

Глаза единственной девушки в нашей компании сужаются, и я предвижу участь Кайроса еще до того, как его вопль разносится по храму. Элегантным движением Лоэлия заламывает руку моему первому офицеру и недовольно шипит:

– Я могу тебе что-нибудь разбить, если так сильно этого хочешь.

И хотя для меня это навсегда останется загадкой, редкая улыбка озаряет черты Кайроса, когда он дерзко ухмыляется Лоэлии.

– Пока мое сердце в безопасности, я целиком и полностью твой.

7 ГЛАВА

Касс

Когда на следующий цикл Примус не предлагает снова провести совместную тренировку, я испытываю куда большее облегчение, чем, пожалуй, следовало бы. Мои нервы все еще на пределе из-за вчерашних событий. Правители Двора Ночи ведут с нами опасную игру, и, хотя мне удалось предотвратить катастрофу, я не настолько наивна, чтобы верить, будто они ничего не подозревают. Сомневаюсь, что кто-то заметил, как я небольшим импульсом собственной магии помогла световому шару в руках Ди взорваться во время празднества, но тайная беседа короля с сыном заставила тревогу внутри бить во все колокола.

Поэтому я с особой бдительностью слежу за принцем, когда после первого удара, знаменующего начало цикла, мы садимся в карету. При этом я на ходу жую фрукт ярко-розового цвета из упакованного с собой завтрака. Я еще вчера влюбилась в его сладость с легкой кислинкой. Вот и сейчас это помогает мне сохранять самообладание, пока дверца кареты захлопывается за моей спиной, и я оказываюсь в тесном пространстве вместе с Ди, Примусом и девушкой с зелеными глазами, чей взгляд по-прежнему заставляет чувствовать себя неуютно. От нее исходит аура молчаливой замкнутости, словно она предпочла бы оказаться где угодно, только не здесь. Что, пожалуй, является единственным сходством между нами.

Ненавижу кареты. Я бы с большей радостью сидела на спине Хикари, наслаждаясь ветром в волосах. А так меня лишь беспощадно трясет, и приходится сдерживаться, чтобы прямо на ходу не выпрыгнуть из этой адской повозки. Последний кусочек фрукта так и остается лежать в свертке у меня на коленях, потому что я боюсь, что меня просто вывернет наизнанку. Возможно, именно поэтому мои слова звучат несколько раздраженно, когда я спрашиваю:

– Вы вообще собираетесь сказать, куда нас везут, или мы вот-вот снова окажемся лицом к лицу с вашим войском?

Я чувствую, как Ди рядом напрягается, а взгляд Лоэлии буквально впивается в меня. Лишь Примус, как обычно, воспринимает мою дерзость абсолютно спокойно, одаривая меня улыбкой.

– Сегодня Кайрос командует подразделениями. Мне тут на днях любезно напомнили, что у принца есть и другие обязанности. – в его глазах вспыхивают искорки веселья, когда я смущенно морщу нос и комкаю в руках сверток с завтраком. По крайней мере, Ди не поняла намека. Иначе позже мне наверняка пришлось бы выслушивать нотации.

– И куда же ведут вас сегодня ваши обязанности? – на сей раз я полностью контролирую свой тон и невинно хлопаю ресницами, пока мое зажатое тело слегка расслабляется. Должно быть, мы выехали на более ровную дорогу. Или моему желудку помогает то, что я полностью концентрируюсь на мерцающих серебристых глазах, которые задорно искрятся, глядя на меня.

– К крестьянам, которые снабжают крепость. Я подумал, вам будет интересно узнать, как обустроено сельское хозяйство при Дворе Ночи, – его взгляд еще на секунду задерживается на мне, но в конце концов переключается на Ди. Буквально через мгновение к горлу снова подступает тошнота, но я списываю это на тряску.

– Звучит весьма интересно, принц Киаран.

Из меня едва не вырывается смешок, когда Ди обращается к Примусу по его официальному имени, но я успеваю сдержать его в самый последний момент. Между ними завязывается непринужденная беседа, а я решаю посвятить остаток пути созерцанию проплывающего мимо пейзажа. Это дает сразу два преимущества: во-первых, я надеюсь составить более полное представление о Дворе Ночи, во-вторых, так мне легче переносить тряску.

Я откидываюсь на подушки сиденья и наслаждаюсь впечатляющим видом, хотя скорость нашего передвижения и беспросветная тьма ограничивают обзор. Мы направляемся от крепости на юг, где холмы сменяются равнинами, а небо становится кристально чистым. Там нет ничего, кроме редких темных силуэтов деревьев. Лишь бескрайний простор и тысячи звезд, что раскинулись до самого горизонта, словно сверкающие бриллианты на синем бархате. По сравнению с этим видом Двор Дня кажется попросту… вычурным. Наполненным цветами и буйно разросшейся зеленью. Чтобы получить пригодную для использования землю, нам приходится вырубать леса, а территория состоит из бесконечных подъемов и спусков. Возможность взглянуть вдаль на горизонт, как здесь, – редкость.

При этом в просторах Двора Ночи кроется чарующее спокойствие. Луна набрасывает на местность свою серебряную вуаль, и то тут, то там можно увидеть свет далеких поселений. В какой-то момент я ловлю себя на том, что буквально прижимаюсь носом к оконному стеклу, пытаясь разглядеть хоть что-то в темноте, несмотря на отсутствие у меня ночного зрения. И мои попытки оканчиваются успехом.

Передо мной вырисовываются силуэты плотно прижатых друг к другу домов, а за ними – колокольня и очертания часовни. Затем мы проезжаем мимо одинокого трактира, который стоит на большом перекрестке, освещенный подвесными лампами. Они позволяют мне мельком рассмотреть архитектуру Двора Ночи и одновременно дают понять, какой привилегией является свет в вечной темноте. При Дворе Дня свет – это данность. Нам не нужно его искусственно создавать. Скорее, наоборот, в ход идут тяжелые шторы и закрывающиеся ставни, чтобы не пускать его в дома, когда жара и яркий свет становятся невыносимыми. Здесь же, напротив, для освещения жилища используют те странные камни, которые я уже видела в Крепости Теней. Они закреплены у входа в трактир, как и на темных деревянных балках, которые скелетом проступают на оштукатуренных стенах. Деревянный остов, удерживающий дом и одновременно придающий ему особое очарование. Самобытность и какой-то… уют, как и многому здесь.

Прежде чем окончательно потеряться в своем любопытстве, я напоминаю себе о главном задании. Чтобы уравновесить преимущество, которым обладает Примус здесь, на своей родине, нужно нечто большее, чем схематичные карты Двора Ночи из наших архивов. В конце концов, первое испытание Игр представляет собой охоту, цель которой – отыскать Небесный амулет на бескрайних просторах этих земель. Никто не знает, где именно он будет спрятан, поскольку его направляет рука богов. Именно поэтому нам нужно составить точно представление о Дворе Ночи.

Но будь то восхищение чужой страной или королевская миссия – ничто уже не способно заглушить мою тошноту, когда карета наконец сворачивает на плохо вымощенную дорогу. В течение следующих нескольких минут я занята исключительно тем, чтобы ровно дышать, пока все вокруг меня ходит ходуном. При этом, кажется, больше никого это не беспокоит. Непринужденная беседа между Ди и Примусом даже не прерывается, а Лоэлия со скучающим видом слушает их разговор.

Я же никак не дождусь момента, когда распахну дверцу и смогу наконец вывалиться наружу, едва мы немного сбавляем ход. Позади слышится грохот второй кареты, в которой едут остальные, но я воспринимаю это лишь где-то на задворках сознания, пока с закрытыми глазами жадно вдыхаю свежий воздух. Почему кто-то вообще предпочитает такой способ передвижения? Это за пределами моего понимания.

Взволнованный гул голосов заставляет меня открыть глаза, когда буря в желудке наконец улеглась. Принц Теней стоит, скрестив руки за спиной, рядом с моими друзьями и, кажется, дает им время рассмотреть свои владения. И неудивительно, ведь мой взгляд быстро находит то, что повергло остальных в изумление.

Плоскогорье, которое мы преодолели в последний час, здесь прерывается вытянутыми строениями, каких я никогда раньше не видела. Они мерцают в лунном свете, открывая вид на окружающие плантации, которые простираются вместо лугов до самого горизонта. Их крыши расположены под странным углом, причем все по-разному, словно каждую строили индивидуально. При этом они отражают лунный свет так, что после долгой темноты я удивленно прищуриваюсь.

– Чтобы приспособиться к условиям Двора Ночи, светолюбивые растения выращивают в особых теплицах. – Примус вместе с Лоэлией останавливается рядом с одним из этих странных сооружений и улыбается крестьянину, который нервно выходит им навстречу. Нетрудно заметить, насколько этот человек взволнован. Он то и дело переминается с ноги на ногу и с восхищением смотрит на Нокса. Тот, похоже, чувствует себя в этой необычной обстановке столь же уверенно, как и в Крепости Теней. Непринужденно, словно он каждый день водит гостей по своему королевству, принц указывает на мерцающую крышу. – Их изготавливают из сплава, который улавливает и усиливает свет луны. Благодаря этому мы можем выращивать растения, которые иначе не выжили бы в ночи. Поэтому мы называем эти теплицы ловцами света. Следуйте за мной, и все увидите сами.

Приглашая нас жестом, он придерживает дверь стеклянного здания и впускает всех по очереди внутрь. Крестьянин спешит отойти от нас подальше, и уголки моих губ приподнимаются в улыбке, когда он испуганно косится на Ди, в то время как мрачный принц, кажется, не внушает ему ни капельки страха. Может, он думает, что магия света – это заразно. Или что мы можем поджечь его ненаглядную теплицу.

Я не могу удержаться и пускаю искру в воздух, проходя мимо него. Но как раз в тот момент, когда глаза мужчины округляются от испуга, тень поглощает заблудившийся огонек, и меня окутывает прохладное присутствие Примуса.

– Кто играет с огнем, не должен бояться темноты, когда тот гаснет, – его голос звучит не громче шепота у самого уха, заставляя дрожь пробежать по спине. Крошечные молнии пронзают тело в том месте, где его пальцы касаются моей руки, мягко подталкивая меня внутрь теплицы. Словно магия, дремлющая в каждом из нас, реагирует друг на друга. Но прежде чем я успеваю избавиться от оцепенения, вызванного этим непривычным ощущением, он уже отстраняется, заставляя меня судорожно выпустить воздух из легких.

Что это было?

Эта мысль заглушается изумленным бормотанием остальных и заставляет меня в замешательстве поднять глаза. Передо мной расстилается море зелени. Повсюду растут деревья и кустарники, некоторые из них высотой с саму теплицу. Но там, где над нами не раскинулась листва, сверху льется чистый серебряный свет. Это невероятно. Он ослепительно яркий и в то же время отдающий прохладой на коже. Неизведанный и прекрасный.

– Ловцы света не являются для нас чем-то жизненно необходимым. Многие зерновые культуры, овощи и корнеплоды можно выращивать и вовсе без их усиливающего эффекта. Однако, благодаря урожаю из этих теплиц наш двор славится самыми изысканными лакомствами.

Пока я полностью погружена в созерцание экзотических растений, Примус проходит вглубь. Он с легкостью дотягивается до висящего над головой розового плода, и едва я его узнаю, как у меня тут же текут слюнки. Это тот самый фрукт, долька которого все еще ждет меня в карете.

Словно точно знает, о чем я сейчас думаю, Нокс останавливает на мне свой взгляд, от которого летят искры, а сам подходит к Ди и протягивает плод ей. По моему телу мгновенно разливается жар. Он не может об этом знать. Только если очень внимательно наблюдал и заметил, как я каждый раз зажмуриваюсь от восторга, когда этот кисло-сладкий вкус растекается по языку.

– Бомбело – одно из лучших изобретений наших селекционеров, – его взгляд все еще буквально впивается в меня, пока соблазнительная улыбка застывает на губах. Словно она предназначена мне одной.

К сожалению, тело реагирует на это без моего согласия. Сердцебиение учащается, дыхание становится поверхностным, даже когда Ди принимает фрукт.

– Надеюсь, вы получите удовольствие.

Вероятно, никто не замечает, как он выделяет голосом последнее слово. Но меня бросает в жар, хотя принц даже не со мной разговаривает. Или, во всяком случае, не напрямую, ведь его взгляд устремлен на Ди. Но воспоминание о вчерашнем вечере говорит о фальшивости напускного безразличия Нокса. Я ведь дерзко заявила ему, что при Дворе Дня предлагают кое-что получше. И в его глазах читалось обещание доказать мне обратное.

Сомневаюсь, что мое сердце успевает успокоиться до того, как мы покидаем теплицу. И уж точно не тогда, когда я собираюсь сесть обратно в карету, но шершавые пальцы удерживают меня на месте.

С раздражением разворачиваюсь к Примусу, тщетно пытаясь игнорировать тянущее чувство внизу живота, которое вспыхивает, стоит мне встретиться с серебристыми глазами. Это лицо будто высечено из камня. Уголки губ слегка приподняты, а восхитительные контуры лица поцелованы лунным светом. То, что его совершенная красота – единственное, что занимает мои мысли, наглядно говорит о том, насколько я не в себе, пока мне в ладонь что-то не вкладывают.

– Это должно помочь от укачивания.

Я еще толком не успеваю разглядеть сушеные листья в своих пальцах, как его рука тут же исчезает, оставляя неприятную пустоту.

***

Некоторое время спустя, когда крепостные колокола тремя ударами возвещают о продвижении цикла, мой путь лежит в лазарет. При этом шелковое платье плотно облегает фигуру, отливая в тусклом свете оттенком шампань. Его удерживают лишь две тонкие бретели, перекрещивающиеся на спине. Это моя уступка Ди, чтобы не заявляться в штанах и боевых сапогах на прием, на который король и сегодня созвал гостей. Удовольствие, с которым, боюсь, нам отныне придется сталкиваться каждый цикл.

Я отгоняю мрачные мысли, едва достигаю цели. Лазарет занимает весь нижний этаж восточного крыла и примыкает непосредственно к внутреннему двору, где воины оттачивают свои навыки. Разумное расположение для оказания медицинской помощи в крепости, ведь большинство пациентов носят темную форму воинов теней, пока я прохожу по просторному залу.

Лазарет встречает высокими потолками и простыми каменными стенами, при этом отдельные больничные койки отгорожены друг от друга тяжелыми шторами. Целители снуют туда-сюда между бархатными синими полотнами ткани, все одеты в длинные халаты и простые брюки. Серебряная брошь, изображающая лунный серп, который держат протянутые ладони, выделяет их как благословленных Луной и тем самым дает определенный суверенитет. Так же, как и жрецы в наших храмах, они подчиняются в первую очередь богам и жизни, которую поклялись защищать независимо от королевского дома. Это одна из немногих вещей, в которых наши Дворы единодушно согласны. И, вероятно, единственная причина, по которой Солей вообще получает здесь лечение. Уж точно не из доброты Короля Теней.

Зато пациентам лазарета явно недостает беспристрастности целителей. Я чувствую их недоверчивые взгляды, которые впиваются мне спину, когда дохожу до дверей в отдельные палаты в конце зала. Их здесь всего несколько, и я прекрасно осознаю, какой привилегией является то, что Солею выделили такую. С другой стороны, возможно, просто хотели избежать лишних волнений среди раненых Крепости Теней, уберегая их от постоянного присутствия светорожденного.

Мне совершенно плевать на истинную причину. Я лишь искренне благодарна, что Солей находится в изолированной палате, пока здесь, снаружи, лежат более дюжины раненых воинов теней. Достаточно скверно уже то, что никто из нас не может оставаться рядом с ним постоянно.

Стараясь ступать как можно тише, я проскальзываю внутрь. Афина предупреждала меня, что Солею нужен покой, но мне так хотелось проведать друга, даже если получится лишь молча посидеть у его постели.

Однако тревога оказалась напрасной. Еще до того, как я успеваю закрыть за собой дверь, хриплый голос за спиной заставляет меня испуганно обернуться.

– Касс? Что ты здесь делаешь?

Одеяло аккуратно подсунуто со всех сторон – определенно дело рук Афины. Солей сонно смотрит на меня, и этого хватает, чтобы за считанные секунды успокоить бешено колотящееся сердце и заставить теплую улыбку появиться на моем лице.

– Так ты не спишь!

Вместо ответа Солей пытается с трудом приподняться на узкой больничной койке. Задача не из легких, учитывая, что его раненая рука зафиксирована тугой повязкой, и все же он недовольно ворчит, когда я бросаюсь к нему на помощь. Я закатываю глаза. Мужчины и их уязвимое самолюбие. Но у меня словно камень с души свалился, потому что Солей в сознании и может говорить.

– Как ты себя чувствуешь? – Я отступаю на шаг назад, но не выпускаю его здоровую руку, пока внимательно осматриваю Солея.

Он по-прежнему выглядит обессиленным. Под глазами залегли темные круги, а под его бледной кожей проступают вены. По правде говоря, его состояние внушает мне тревогу. Дома он без проблем поправлялся и с более серьезными ранами. Но кто знает, как непривычная обстановка, полное отсутствие солнца и чужие люди вокруг влияют на исцеление. Ему нужно время, чтобы восстановиться.

Повинуясь внезапному импульсу, я призываю магию, что дремлет внутри меня. Свет мгновенно откликается на мой зов, собирается в ладонях, а затем маленьким шариком взмывает к потолку, разливая свет над нами, словно крошечный кусочек родины в этой убогой комнате. И Солей действительно с наслаждением прикрывает глаза, подставляя лицо теплому свету. Я вижу, как его грудь приподнимается от глубокого вдоха. Выдыхая, он криво ухмыляется мне, уже чуть больше похожий на себя прежнего.

– Мне было бы намного лучше, если бы я не пропускал все самое интересное.

Я фыркаю и опускаюсь на стул рядом с кроватью.

– Поверь мне, ты не пропустил абсолютно ничего. Король – напыщенный индюк, а принц… – я морщу нос в поисках подходящего слова, и Солей иронично приподнимает бровь.

– А принц – смазливый очаровашка, который вам всем вскружил головы?

– Вовсе нет! – ответ вылетает из моего рта быстрее и резче, чем нужно.

Защищаясь, Солей поднимает ладонь здоровой руки и при этом тихонько посмеивается, отчего я недовольно выпячиваю нижнюю губу. Уж кому-кому, а лицемерному выскочке вроде Нокса я точно не позволю вскружить мне голову. А Ди – тем более.

– В конечном счете он ничем не лучше своего отца. Разве что… выглядит посимпатичнее.

От этого Солей хохочет еще сильнее, и я в итоге тоже не могу сдержать улыбку, что против воли заставляет приподняться уголки губ.

– Да перестань уже смеяться! – в последней попытке выиграть этот спор я легонько толкаю его в бок. – Тебе бы точно было не до смеха, если бы ты видел, как этот «смазливый очаровашка», – я рисую пальцами кавычки в воздухе, – едва не бросил нас на растерзание войску теней. И пытался вызвать Ди на поединок.

Вообще-то я сказала это просто к слову. Соломинка, за которую ухватилась в попытке спастись от насмешки друга. Но когда смешок в горле Солея обрывается, до меня доходит, что я, кажется, перегнула палку. Я кривлюсь еще до того, как натыкаюсь на его испуганный взгляд.

– Что? – тревога в его голосе заставляет меня неловко ерзать на стуле.

Отличная работа, Касс. Солей должен сосредоточиться на своем выздоровлении, а не забивать голову играми Принца Теней. Но я слишком хорошо знаю этот настойчивый взгляд его лазурных глаз. Он не отвяжется, пока я все не выложу.

Поэтому я бесшумно выдыхаю и мягко опускаю его плечи обратно на подушки, прежде чем ответить:

– Он хотел устроить тренировочный бой. Чего мы, разумеется, не допустили.

Брови Солея сдвигаются к переносице – моя попытка успокоить его выглядит неубедительно.

– Ах вот как? И как же вам это удалось?

Что ж, это ему понравится еще меньше. Я пытаюсь изобразить невинную улыбку, хотя при мысли о моем триумфальном выступлении мне хочется спрятать лицо в ладонях

– Я встала между ними и что-то наговорила о том, что бой между наследниками престола до начала Игр неуместен. Но давай посмотрим на это с другой стороны: мы с Ноксом теперь на той стадии общения, когда можно отказаться от титулов.

Мой юмор явно не впечатлил Солея. Потому что он смотрит на меня так, словно у меня выросла вторая голова. Впрочем, его трудно за это винить.

– Касс, ты должна быть осторожнее! Как бы унизительно ни было подвергать Ди подобному испытанию, ты знаешь, в чем заключается наш план. Ты…

– Солей! – теперь уже мой тон становится резким. Бросив быстрый взгляд на закрытую дверь, я наклоняюсь настолько близко, что вижу его расширившиеся зрачки. Хотя мне кажется маловероятным, что кто-то нас подслушивает, но я все равно не хочу рисковать. – У меня все под контролем.

Когда Солей морщится, это никак не связано с его раной. Тем не менее он с разочарованным стоном откидывается на подушки.

– У меня из-за тебя скоро все волосы выпадут.

На моем лице появляется ухмылка, и я взъерошиваю его темно-русые пряди.

– Это действительно было бы досадно.

– Вот именно. Так что, пожалуйста, береги себя. – Он с тревогой смотрит на меня усталым взглядом, и мое сердце болезненно сжимается.

– Я всегда так делаю. Отдыхай. Ты нам нужен, Солей, – в моем голосе отчетливо слышна мольба, и ответом становится слабая улыбка, прежде чем его веки смыкаются.

Я остаюсь у постели, пока его дыхание не становится глубоким и ровным. Затем встаю и расправляю плечи. В какие бы игры ни играли король и его сын, я больше не позволю им подвергнуть опасности Ди или кого-либо из моих друзей.