Текст книги "Когда тени скроют солнце (ЛП)"

Автор книги: Нина Шиллинг

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 25 страниц)

Автор: Нина Шиллинг

Название: «Когда тени скроют солнце»

Серия: «Дуэт Дня и Ночи». Книга первая

Перевод: Sweet Melancholy

Редактура: Sweet Melancholy

Вычитка: Sweet Melancholy

Обложка: Ленчик Лисичка

ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ О ТРИГГЕРАХ

Эта книга содержит элементы, которые могут послужить триггерами.

Среди них:

– Смерть

– Насилие

– Пытки

– Эмоциональное и физическое насилие (в том числе над детьми)

– Токсичные отношения между родителями и детьми

– Массовая паника

– Укачивание.

Для тех, кто витает в облаках:

Никогда не позволяйте отнять у вас мечту.

Порой звезды ближе, чем кажется, —

Стоит лишь набраться смелости и протянуть руку.

ПРИБЫТИЕ

1 ГЛАВА

Касс

Мир – бушующий ураган красок. Оглушительный, неистовый. Пестрый, пронзительный.

Поток впечатлений, который человеку постичь не дано, поэтому я даже не пытаюсь. Вместо этого я мертвой хваткой вцепляюсь в мягкую шерсть моей световолчицы и крепко зажмуриваюсь, чтобы не потеряться в гипнотическом вихре проносящихся мимо оттенков.

Затем наваждение исчезает так же быстро, как появилось, и в неожиданно наступившей тишине громким эхом отдается мой испуганный вздох.

Тьма. Меня окружает удушливая, непроглядная тьма. Наперекор здравому смыслу я снова и снова моргаю, потому что какая-то часть меня верит, что мои глаза просто закрыты. Но это не так. Они широко распахнуты, и все же я не вижу ничего, кроме цветных бликов, танцующих перед взором.

Сердце бешено бьется в груди, пока я пытаюсь сориентироваться. Мне нужно видеть. Нужно убедиться, что мы не угодили прямиком в ловушку. Инстинктивно нащупываю свое копье, слыша, как остальные приземляются позади. Все либо испуганно хватают ртом воздух, либо матерятся, когда их так же поглощает тьма. Тьма, которая противоречит всему, что нам знакомо.

Я заставляю себя успокоиться. Подавляю панику глубокими вдохами и вспоминаю то, чему меня учили.

Терпение. Нужно набраться терпения и подождать, пока глаза привыкнут к отсутствию света.

И, когда Хикари подо мной издает утробное рычание, координируя остальную стаю, из мрака и правда начинает появляться мягкое свечение. Смутные очертания становятся четче, стоит мне сосредоточенно прищуриться. Однако остальной мир по-прежнему остается скрыт.

Меня годами готовили к этой миссии. Обучали всему, что связано с этим местом. И все же внезапное бессилие собственного тела, неспособность видеть в темноте, поражает меня неожиданно сильно. Как мне исполнить свой долг, да и вообще сделать хоть что-то, если я не различаю ничего вокруг?

– Держать строй! Защищать Приму, пока мы не обеспечим безопасность на территории! – доносится откуда-то сзади крик Солея, сопровождаемый беспокойным шуршанием когтистых лап по песчаной земле.

Никто из нас не хочет задерживаться здесь дольше необходимого, но приказ заставляет нашу маленькую группу замереть на месте. Тем временем из глубоких черных теней проступает все больше силуэтов. С каждым взмахом ресниц мир открывает мне новые детали окружающей обстановки. Вокруг скалы. Повсюду. Они зажимают нас в кольцо, оставляя лишь узкую тропу, вьющуюся между утесами. Я снова моргаю и всматриваюсь в темноту в поисках опасности. Монстров, что вот-вот бросятся на нас, или врагов, готовых обнажить оружие. Но мы, кажется, одни.

Плечи опускаются, когда я позволяю себе сделать первый полноценный вдох. Клянусь Солом, с нами могло случиться что угодно! Вместо этого нас окутывает ласковая тишина, и я замираю, когда мой взгляд скользит вверх.

Тысячи мерцающих огоньков сияют над нами. Один за другим они проступают на небе такого глубокого синего цвета, какого я никогда прежде не видела. Мне знаком лишь светлый лазурный свод нашей родины, когда светит солнце, или угрюмая серость во время бурь и дождей. Но это небо совершенно другое. Бездонное, насыщенное, полное тайн, которые скрыты меж крошечных точек света.

– Звезды, – выдыхает Ди и встает рядом, как только Солей лающим голосом дает отбой тревоги.

Я могу лишь молча кивнуть – в горле словно пересохло. Стою, запрокинув голову, не в силах отвести взгляд от этого завораживающего зрелища. Я слышала о звездах и видела картины, авторы которых пытались запечатлеть ночное небо. Но ни одному из наших художников не удалось передать эту глубину. Саму бесконечность, что раскинулась над нами. Не говоря уже о серебряном диске, который теперь появляется в поле моего зрения. Не круглый, как наше солнце, а в форме серпа, будто Луна хочет убаюкать на нем целый мир. Потрясающе. И еще более поразительно, что эта форма постоянно меняется. Так, во всяком случае, написано в учебниках. Говорят, луна то бывает такой же полной, как солнце, то полностью исчезает во мраке. Но чаще всего она освещает небо именно так, как сегодня, – оставаясь лишь осколком самой себя. Эта мысль тревожит и завораживает одновременно.

Внезапное движение рядом заставляет меня резко обернуться. Увлекшись, Ди направляет своего световолка Люца вперед, уже собираясь покинуть защитный круг нашего отряда.

Сердце пропускает удар. Я цокаю языком, и Хикари мгновенно преграждает им путь. Ди, которая все еще смотрела вверх в немом восторге, испуганно поворачивается ко мне.

– Ты держишься позади меня, – шиплю я и настороженно озираюсь, опасаясь, что кто-то или что-то могло подкрасться, пока я беспечно глазела на небо. Горькая желчь подступает к горлу от осознания собственной беспечности. Здесь не место и не время для пустых грез. Но, к счастью, вокруг по-прежнему лишь угловатые скалы и мрачные тени.

– Что? Но я…

– Ты – Прима! – резко обрываю я Ди, бросая на нее предостерегающий взгляд, чтобы заставить замолчать.

От смятения ее глаза расширяются, и затем в них отражается понимание, а следом – страх. Страх перед обязанностями, что возлагает на нее этот титул. Страх перед тем, что ждет впереди.

– Я не знаю, справлюсь ли, Касс. Не знаю, смогу ли…

– Сможешь, – я вновь не даю ей закончить фразу. Не потому, что не понимаю ее тревог или хочу их обесценить, а потому, что произносить подобные слова вслух слишком опасно. Повсюду могут скрываться чужие уши. И если бы кто-то за пределами нашей делегации заглянул под маску, созданную Ди, это обернулось бы катастрофой. Никто не должен знать, насколько мягкая девушка скрывается за фасадом Примы. Тени растерзают ее за слабость быстрее, чем я успею прийти на помощь. А если она падет, я никогда себе этого не прощу.

– Ты знаешь, что делать. К этому нас готовили всю жизнь. Каждый исполнит свою роль, и мы вернемся домой с победой.

Мои слова звучат как клятва. Возможно, это она и есть. Клятва Ди, что я не оставлю ее на этом пути. Клятва нашему народу, что мы его не подведем. Клятва самой себе, что все наши усилия не окажутся напрасными.

На мгновение в светлых глазах Ди мелькает сомнение, но затем она делает глубокий вдох. А когда кивает мне, передо мной вновь восседает Прима. Принцесса Дня – величественная, могущественная, несгибаемая.

Я одариваю ее гордой улыбкой, расправляю плечи и поворачиваюсь к остальным. Зрение все еще меня подводит, и местами тьма кажется непроницаемой, но глаза уже достаточно привыкли к чуждому освещению, чтобы можно было различить наших спутников во мраке ночи.

Солей как раз отдает указания двум воинам света, чьи золотые доспехи выделяются в лунном свете на фоне кожи цвета темного дерева. Лиор и Джаир – смертоносное сочетание. Братья вместе вступили в ряды армии много лет назад и с тех пор действуют как единое целое. Добавить к ним Солея – и получится непобедимая троица, изучившая друг друга до мелочей за годы совместной службы. Их боевую мощь дополняют способности целительницы – последнего члена нашего отряда. Мой взгляд скользит дальше, к Афине, что держится позади и с жадным любопытством впитывает обстановку. Ее хрупкая фигурка на спине громадного световолка кажется неуместной, а то, как она судорожно цепляется за седло, выдает, что к верховой езде она не привыкла. И все же Афина незаменима. Как и каждый в этом отряде. Специально отобранные и обученные для этой миссии, мы дополняем друг друга наилучшим образом. Я знаю этих людей с юности и никого другого не хотела бы видеть рядом – это делает чуть более терпимым тот факт, что по традиции наша делегация может насчитывать лишь полдюжины человек.

– Выдвигаемся! – я привлекаю внимание остальных и киваю в сторону узкого прохода.

Что-то в его очертаниях кажется мне смутно знакомым, словно это искаженное зеркальное отражение того плато, на котором мы только что стояли на родине. Быть может, потому, что когда-то давным-давно, до того как война возвела непреодолимую пропасть между Днем и Ночью, наши земли были единым целым. Сегодня Врата Небес служат напоминанием о том, что для путешествия между Дворами необходимо божественное благословение Айрис. Благословение, последние отблески которого прямо сейчас таяли в воздухе разноцветными всполохами.

Смиренно склонив голову, я шепчу короткую молитву. Благодарю богиню всего живого за дарованное ею покровительство и лишь после этого занимаю место во главе отряда, направляя Хикари к расщелине в скале, откуда вниз по склону вьется протоптанная дорожка. Она хранит память о тысячах ног и лап, что ступали здесь до нас. Большинство из них – с той же миссией, что и мы: решить исход битвы Дня и Ночи на целое поколение вперед.

По рукам бегут мурашки, стоит мне осознать, насколько близко Игры Дня и Ночи. Торжественные состязания, в которых наследники двух Дворов меряются силами, чтобы пролилась лишь их кровь, а не кровь наших народов. Они олицетворяют могущество тех божеств, из которых Айрис когда-то нас сотворила. Сол – бог солнца и Дня. И Луна – богиня луны и Ночи. Только победитель получает право принести силу своего божества в земли, что не принадлежат ни Ночи, ни Дню.

В Третий Двор.

Чашу весов, удерживающую День и Ночь в равновесии.

Победивший в Играх повелевает небом Третьего Двора тридцать лет, тем самым склонив соотношение сил в свою пользу. И наш долг – принести Дню победу на этот раз.

Ответственность, возложенная на наш маленький отряд, тяжелым камнем давит мне на грудь. Но я делаю глубокий вдох, прогоняя прочь вихрь мыслей, что грозит меня парализовать.

Я должна смотреть только вперед. Не сводить глаз с цели. Без колебаний, без сомнений.

Легким толчком пяток я направляю Хикари через узкий перевал прочь из скалистого кольца. И тогда перед нами предстает Двор Ночи.

Вид впечатляющий. Он настолько отличается от нашей родины с ее пологими холмами, бескрайними лугами и густыми лесами. Там, где у нас царит свет, эта земля соткана из теней. И все же ее суровая красота вновь пытается меня очаровать. Она кажется такой чуждой, такой нереальной. Но я упорно цепляюсь за все, чему меня учили, и сосредотачиваюсь на том, чтобы сориентироваться на незнакомой местности.

Нельзя отвлекаться. Моя задача – сделать так, чтобы мы вступили в Игры на лучших условиях. А на данный момент это означает благополучно сопроводить нашу делегацию к Крепости Теней.

Я внимательно изучаю ландшафт, пытаясь сопоставить увиденное со своими знаниями о Дворе Ночи. Высокие вершины слева, которые, кажется, уходят в самое небо. Должно быть, Звездные горы. На фоне небосвода они похожи на клыки монстра, который пытается схватить звезды. Справа же ветер доносит отдаленный гул прибоя и приковывает мой взгляд к иссиня-черной глади, простирающейся до самого горизонта. Море Теней.

Меня пробирает ледяная дрожь, и я поспешно отворачиваюсь к широкой равнине, раскинувшейся между этими двумя творениями природы. Там кружатся в танце клубы тумана, вспыхивая то светлыми, то темными оттенками, и, кажется, ни на миг не останавливаются.

Долина Забытых Снов.

Узкая лента дороги тянется сквозь серую пелену тумана и выглядит не слишком-то приветливо. Скорее так, будто густая серость готова поглотить ее в любую секунду. И все же нам придется пойти по ней. Это единственный способ пересечь эти земли и не быть сожранными из-за света, что горит в наших сердцах. Королевский тракт. Священная земля, где твари ночи не могут причинить нам вреда, невзирая на то, что мы другие.

Я успокаивающе поглаживаю Хикари по мягкой шерсти, когда она начинает тревожно перебирать лапами. Грядущий путь пугает, но я не могу ее в этом винить. Моя собственная магия тоже требовательно покалывает внутри, желая вырваться наружу и разогнать окутавший нас мрак. Но это все равно что зажечь сигнальный огонь, оповещая каждую тварь в этом Дворе о нашем прибытии. Поэтому я подавляю порыв и даю Хикари знак спускаться в долину. Сразу за мной следует Лиор, затем в центре – Ди и Афина, а Джаир и Солей прикрывают нам спину. Слова не нужны, каждый знает свое место в строю. В конце концов, мы готовились к этому годами. И все же мы кажемся заблудшими искрами посреди кромешной тьмы, пока, петляя, спускаемся по перевалу. Полдюжины детей Дня, беспомощно вглядывающихся в лицо ночи, сколько бы ни рассказывала нам королева об этом месте.

– Жутковато, – бормочет Лиор за моей спиной.

Его слова как нельзя точно передают мои собственные мысли. Я пытаюсь бросить на него предостерегающий взгляд, однако его брат опережает меня с ответом.

– Страшно, старший братик? Не бойся, я за тобой пригляжу, – улыбка Джаира мелькает во мраке, не оставляя сомнений в том, какое лукавое выражение лица сейчас было у этого воина света. Он никогда не упускает возможности поддеть старшего брата.

Но тот лишь фыркает в ответ.

– Лучше приглядывай за Примой. Это тебе не забавная короткая прогулочка.

В этом Лиор, к сожалению, прав. Его слова заставляют брата умолкнуть, хотя я сомневаюсь, что тому требовалось напоминание о важности нашей миссии.

Лишь раз в тридцать лет, в равноденствие Дня и Ночи, нам дозволено пройти сквозь Врата Небес между дворами, чтобы определить, кто получит господство над Третьим Двором на следующее поколение. День или Ночь. Свет или Тень. Враги с начала времен. И, увы, вот уже четыре поколения подряд Третий Двор находится в руках Ночи. С помощью Небесного амулета, что создала некогда сама Айрис, они повелевают небом Третьего Двора, заставляя солнце со всеми его дарами все больше погружаться в забвение.

В этот раз мы обязаны победить. Обязаны после стольких лет вновь озарить небо Третьего Двора силой Сола, склонив чашу весов в нашу сторону. Ночь господствовала слишком долго. Слишком долго одерживала над нами верх и процветала, подпитываемая Небесным амулетом. Сила же Сола угасает все сильнее с каждым годом. Даже при Дворе Дня она слабеет, и однажды вовсе иссякнет. Только Прима способна предотвратить эту катастрофу, если вступит во время Игр в поединок с Примусом Ночи и на этот раз победит его.

К счастью, у нас есть немного времени. Игры откроются лишь тогда, когда через семь циклов прибудет королева. До тех пор мы представляем авангард нашего Двора и должны помочь Приме привыкнуть к чуждым условиям этих земель. Такова древняя традиция. Где бы ни проводились Игры – а они всегда проходят при Дворе действующего победителя, – хозяин предоставляет противнику кров, пока не начнутся первые испытания. Этот промежуток времени превращается в причудливую смесь дипломатических усилий и демонстрации военной мощи.

Хотя по традиции нам обязаны обеспечить безопасность до начала Игр, честно говоря, это знание мало успокаивает – особенно сейчас, когда мы блуждаем во тьме. Меня достаточно хорошо обучили всему, что связано с тварями ночи, так что я задерживаю взгляд на каждой тени на секунду дольше положенного. Мне совсем не хочется стать полуночным перекусом для ноктюгатора или познакомиться с ядовитыми зарослями упавших звезд.

Подавив вздох, я продолжаю осматривать окрестности. Чем дольше длится спуск, тем больше мои чувства привыкают к незнакомым ощущениям. Мне по-прежнему трудно различать что-либо вдалеке, но, по крайней мере, мир теперь состоит не только из неясных контуров и мрачных теней. Кое-где я даже замечаю вкрапления цвета. Маленькую ящерку с фиолетовой чешуей, исчезающую в расщелине, или похожие на сорняки растения глубокого опалового оттенка. Словно тьма слой за слоем приоткрывается перед нами, выдавая часть своих секретов.

Однако не стоит забывать, что прячет она ровно столько же, сколько являет. Едва Хикари одним прыжком преодолевает последние метры перевала, как какое-то движение в тенях заставляет меня резко обернуться.

Мои глаза не способны смотреть сквозь мрак между скалами, но инстинкты заставляют выкрикнуть предупреждение. Остальные немедленно перегруппировываются, образуя защитную стену перед Ди и Афиной, а я хватаюсь за световое копье, закрепленное сбоку на седле Хикари. Магия импульсом проносится по моей руке и устремляется прямо в древко, а мгновение спустя его наконечник озаряет все вокруг – как раз вовремя, чтобы увидеть, как из теней выходят фигуры.

Достаточно одного взгляда, чтобы понять, кто они.

Тенерожденные.

Их иссиня-черные тенегуары бесшумно ступают по скалам, грациозно перепрыгивая с одного выступа на другой, оценивающе разглядывая нас своими светящимися в полумраке глазами. Хикари издает утробный рык, который тут же подхватывает остальная стая. Но я сдерживаю ее. Мы не можем рисковать и ввязываться в бой. Не тогда, когда традиции Игр Дня и Ночи требуют мира между нашими народами.

Скольжу мрачным взглядом по отряду. Мне удается различить шесть силуэтов, и все вооружены. Но тени играют со мной, не позволяя разглядеть детали. Кажется, будто тенерожденные окутали себя мраком, который не способно пронзить даже мое копье. Их магия так же мощно пульсирует в жилах, как и моя собственная во мне. Это зрелище пугает и завораживает одновременно. Мне еще никогда не приходилось встречаться с магией теней и чувствовать ее покалывание на коже.

Но как бы ни хотелось мне узнать больше об этой чуждой тьме, которая является полной противоположностью моему свету, я должна сосредоточиться на том, что происходит здесь и сейчас. А точнее – на гигантском тенегуаре, который приближается ко мне вместе со своим всадником. Я крепче сжимаю копье, угрожающе направляя его наконечник на эту мрачную парочку, но парня это ничуть не впечатляет. С невозмутимостью, граничащей с высокомерием, он движется на своем звере прямо на нас, пока его свита занимает позиции позади. Они не похожи на тех, кто собирается напасть, и все же я издаю предупреждающее рычание прежде, чем их очевидный предводитель останавливается едва ли в метре от острия моего копья.

На миг мне кажется, что на его лице промелькнула издевательская усмешка, но уже в следующее мгновение в благородных чертах не остается ничего, кроме ледяной жесткости. Лицо этого человека будто высечено из камня. Резко очерченные скулы, волевой подбородок и темные брови над прямой линией носа. Все в нем идеально симметрично и настолько совершенно, будто над ним трудился истинный художник. Художник, который ненавидел цвет. Потому что весь облик этого человека кажется монохромным: черная одежда, темные волосы и эффектные татуировки, проступающие на бледной коже. Мрачный принц. И хотя я никогда прежде не видела его изображений, но сразу понимаю, кто стоит передо мной.

Киаран Нокс Джаро Эстрелла. Примус Двора Ночи.

Его взгляд задерживается на Хикари, которая оскаливается и издает угрожающий рык. Тенегуар тоже не особо рад этой встрече и лишь пренебрежительно фыркает, пока серебристые глаза всадника впиваются в меня. Сердце пропускает удар, а затем несется вскачь в бешеном ритме.

Эти глаза. От их вида перехватывает дыхание, хоть я вовсе не желаю восхищаться этим человеком. Восхищаться нашим величайшим врагом. Но они подобны двум ярким звездам в самой темной ночи. Сияющие, непроницаемые, опасные. Кажется, ему требуются считаные секунды, чтобы разглядеть во мне все – от бешеного стука сердца до пересохшего горла.

Трагическая красота Принца Теней неоспорима, и на мгновение я поддаюсь его чарам. Ровно до тех пор, пока ленивая полуулыбка не трогает уголки губ Примуса, а его взгляд скользит по мне столь оценивающе, что у меня все волоски на теле встают дыбом. То, как неторопливо он это делает, просто возмутительно. Словно я – его следующая добыча, а он – безжалостный охотник. Стыд и ярость вспыхивают в моих венах, но прежде чем я успеваю рискнуть нарушить мирный договор и вонзить копье ему в плечо, его голос окутывает меня, словно сама тьма:

– А вы не очень-то торопились, принцесса.

Что?

Я застываю, а сердце на мгновение сбивается с ритма. Но взгляд принца по-прежнему устремлен на меня. Он явно говорит со мной. А это значит, он принял меня за…

– Никто не вправе распоряжаться приходом и уходом Айрис. Мы путешествовали под оком богини жизни и прибыли ровно в тот час, что она для нас определила. – Ди выступает вперед, преграждая мне путь как раз в тот момент, когда ужас начинает расползаться в груди. Ее прикрывает Солей, положив в боевой готовности руку на рукоять меча. При этом от неуверенности, что еще недавно отражалась на лице Ди, не осталось и следа. В том, как она разглядывает Примуса своими янтарными глазами, свозит лишь королевское величие. Ее маска безупречна, и дрожь облегчения пробегает по спине, когда темный принц наконец отворачивается от меня. Его брови сдвигаются, словно грозовые тучи, пока он недоверчиво разглядывает Ди, а затем снова переводит взгляд на Хикари и меня.

Мне требуется всего лишь секунда, чтобы понять. Доминантная аура Хикари тяжело ощущается воздухе, выдавая в ней то, кем она является, – альфу стаи. Вполне логично было бы предположить, что наша Прима должна ехать верхом на самом сильном и быстром световолке, и это несоответствие заставляет адреналин хлынуть в мою кровь.

Я тут же мягким толчком пяток даю Хикари понять, что нужно выйти из боевой стойки. Пусть даже Люц рядом с нами выглядит не менее впечатляюще, эта заминка все равно подорвала авторитет Ди. А ведь она должна казаться нашей бесстрашной предводительницей. Той, кого невозможно сбить с толку серебристыми глазами и мускулистыми руками.

Я скриплю зубами от собственной глупости и благодарно глажу по мягкой шерсти Хикари, когда та с недовольным ворчанием отступает. Мы занимаем место справа от Ди, как и подобает ее первой фрейлине.

Принц Теней слегка прищуривается, а его взгляд задерживается на мне еще на мгновение. Но моя скромная одежда и волосы, заплетенные в простую косу, переброшенную через плечо, на фоне сияющего облика Ди предельно ясно дают понять, кто здесь подданная, а кто королевских кровей. Это при том, что из-за светлых волос и янтарных глаз мы с ней действительно похожи как две капли воды. Собственно, именно это внешнее сходство и свело нас вместе много лет назад. Телохранительница и подруга, призванная защищать Приму.

В итоге я сама опускаю голову, прерывая зрительный контакт с Принцем Теней. Это лишь крошечный жест, но он показывает мой статус. По крайней мере, я на это надеюсь. Но когда тишина затягивается еще на несколько секунд, стук сердца в ушах отдается все громче и громче.

– Для меня большая честь познакомиться с вами лично, Диана Джирасоль Кассия Люцерна.

Вновь этот голос – темный и бархатистый. Он проникает мне под кожу так, словно эти слова все еще предназначены мне. Но это не так, и мне приходится сдерживать усмешку, когда слышу сухой ответ Ди:

– Благодарю, мне и самой прекрасно известно мое полное имя. – Ее никогда особо не впечатляли нахальные выпендрежники.

Люц трогается с места и с абсолютно невозмутимым видом проходит мимо отряда Двора Ночи. Лишь его хвост, настороженно поднятый вверх, выдает, что световолк ни на секунду не упускает из виду происходящее. Мне даже не требуется подавать сигнал Хикари, чтобы та следовала за ним, как и вся наша делегация. При этом из шерсти наших световолков сыплются искры, смешиваясь с темными клубами дыма, что вьются вокруг тенегуаров.

Даже боги при виде этого зрелища не смогли бы отрицать, что мы принадлежим к разным мирам.

– Что ж, вижу, мои опасения встретить робкую принцесску были напрасными, – в голосе Принца Теней слышится насмешка. Он совершенно спокойно дожидается на месте, ничуть не уязвленный очевидным щелчком по носу со стороны Ди.

От его слов по венам разливается обжигающее возмущение, и я едва не разворачиваю Хикари назад. Но Афина, быстро поравнявшись со мной, предостерегающе толкает меня локтем. Это битва Ди. Мое вмешательство лишь ослабит ее позиции.

– Что ж, тогда будем надеяться, что и вы превзойдете мои ожидания. Потому что пока что я вижу ровно то, чего опасалась. – Ди не удостаивает принца ни единым взглядом, и внутренне я ликую от восторга.

Я злорадно ухмыляюсь тенерожденной, замыкающей наше сопровождение, и наслаждаюсь свободой, которую дает отсутствие короны. Фрейлине вовсе не обязательно вести себя всегда безупречно и следовать всем правилам. Она вполне может приказать своей световолчице поднять пыль так, чтобы маленькая киска этой тенерожденной порядком расчихалась. Мне плевать на ее ядовито-зеленый взгляд, который я после этого отчетливо ощущаю своей спиной.

Раздается снисходительный смех, лишенный и капли уязвленной гордости. Надо отдать Примусу должное – он даже не выглядит оскорбленным, цоканьем языка заставляя своего тенегуара обогнать нашу стайку и встать во главе. Грация, с какой эта парочка перепрыгивает по скалистым выступам, волей-неволей вызывает у меня уважение. Впрочем, я ни на секунду не сомневаюсь, что наши световолки мигом расправились бы с этой кисой, судя по тому, что Хикари уже начинает глухо рычать на столь откровенную демонстрацию превосходства. И лишь шаткое мирное соглашение удерживает ситуацию от взрыва.

– Для меня будет честью превзойти ваши ожидания, – улыбка трогает губы Принца Теней, когда он приземляется прямо перед Ди, и на мгновение передо мной предстает хищник, который скрывается за его безупречным обликом. Ему явно доставит удовольствие бросить вызов Приме во время Игр. Видеть ее борьбу и быть при этом уверенным в победе Двора Ночи. Так же, как это было последние десятилетия.

То же осознание скользит по лицу Ди, сменяясь неуверенностью, которую она до сих пор так умело прятала за острым языком. Я слишком хорошо знаю, какое давление она испытывает. Бесконечные нотации королевы о том, что на этот раз Двор Дня обязан выйти победителем из состязаний. Роль, в которую ее загоняли всю жизнь. Все ради этого мгновения. Ради небольшого отрезка времени, что мы проведем здесь, при Дворе Ночи. Десять циклов. Семь – до начала, затем по одному на каждое из трех испытаний Игр Дня и Ночи. Не больше. И все же от них зависит абсолютно все.

Мои плечи напрягаются, и я готова уже направить Хикари между ними, но Принц Теней отворачивается. Он не замечает, как Ди судорожно переводит дыхание. На мгновение у меня в голове мелькает вопрос: не намеренно ли он дарует ей эту короткую передышку? Нелепая мысль, но она не отпускает, пока остальные тенерожденные занимают позиции вокруг нашего отряда. Они действуют так же сплоченно, как и мы. Каждое их движение выверено до мелочей, пока они следуют за своим Примусом, который самодовольно решил возглавить наш отряд. Ди пришлось бы сперва пробиться через двоих тенерожденных, чтобы отобрать эту позицию у принца. А это практически невозможно сделать, не спровоцировав конфликт.

Вероятно, Примус и сам это понимает, когда его уверенный голос раздается среди расступающихся скал:

– Но пока сопровождать вас буду я. Мы ведь не хотим, чтобы вы заплутали во тьме, принцесса.

Эти слова не заслуживают ответа, и поскольку наши руки пока связаны, я с рычанием пришпориваю Хикари. Она ненавидит подчиняться тенерожденным так же сильно, как и я. Но это маленькое унижение не стоит войны. Поэтому я ободряюще киваю Ди, когда наши взгляды встречаются.

Мы справимся. Ибо, клянусь Солом, без Небесного амулета мы отсюда не уедем.