Текст книги "Когда тени скроют солнце (ЛП)"

Автор книги: Нина Шиллинг

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 25 страниц)

2 ГЛАВА

Касс

По мере того как мы продвигаемся вглубь Двора Ночи и я все острее ощущаю контраст между нашими мирами, мои мысли невольно возвращаются к той истории сотворения, что проповедуют наши жрецы. В ней говорится, что Луна и Сол некогда создали наш мир. В то время как Луна укутала свою часть земель в ласковый покой тьмы, Сол одарил свою половину светом и солнечным сиянием. Они стали двумя противоположностями, что сформировали наш космос, прежде чем Айрис наполнила его даром жизни. От крошечных почек, кустарников и деревьев до добродушных травоядных, щебечущих птиц и опасных хищников – Айрис создала для каждой земли уникальную флору и фауну, отражающую особенности ее божественных брата и сестры.

Долгое время здесь царил безмятежный мир. Тогда Дворы ничто не разделяло. Они процветали под опекой Сола и Луны, которые следили за своими владениями с небес. Однако тысячелетия не прошли бесследно, и когда Айрис навестила брата и сестру, те стали неподвижными и уставшими, запертыми в своих первозданных воплощениях: Сол – в вечно пылающем солнце, а Луна – в вечно покоящейся луне. Увиденное потрясло младшую из божеств. Вечность была не властна над ней, ведь Айрис менялась с течением жизни, которую так любила. В отчаянной попытке сохранить хоть частичку от брата и сестры она попросила их о последнем даре.

С помощью угасающих сил боги исполнили просьбу младшей сестры. Сол, чье яркое сияние простиралось над страной зеленых колышущихся деревьев и сочных лугов, пожертвовал своим самым ярким лучом. Ослепительным светом, подобного которому не было. А Луна, во тьме своей хранившая тайны суровой красоты земель, передала Айрис свою самую непроницаемую тень.

С этими драгоценными сокровищами младшая из божеств принялась за работу. Она придавала форму и меняла ее, бросала и создавала заново, пока у нее в руках не оказались два воплощения жизни, столь непохожие друг на друга, как и ее брат с сестрой. Одно – рожденное из света, другое – из тени.

И когда солнце наконец моргнуло в последний раз, а луна уютно свернулась клубком, они с улыбкой посмотрели на мир, который отныне будет лежать в руках их детей.

Это будоражит – иметь возможность собственными глазами узреть истинность этой легенды. Наши Дворы произошли из противоположности дня и ночи, и масштаб этого противостояния простирается перед моим взглядом до самого горизонта. Здесь все суровое, сотканное из острых углов и резких линий, окутанное вездесущей тьмой – полная противоположность залитым солнцем холмам нашей родины. Лишь серебристый свет луны способен сделать этот мир чуточку мягче. Словно Луна по сей день продолжает с улыбкой смотреть на свое творение.

И все же я не позволяю восхищению и любопытству обмануть меня, когда мы вступаем в Долину Забытых Снов и к нам тянутся первые клубы тумана. Было бы ошибкой доверять этой необузданной красоте.

Вместо этого я, как и остальные, молча следую по Королевскому тракту, что рассеивает туман перед нами. В конце него некоторое время назад появился темный силуэт, похожий на гору или надвигающуюся грозу, возникшую на нашем пути. Но я провела достаточно времени за записями о Дворе Ночи, чтобы понять, что это на самом деле. И когда туман слева и справа от Королевского тракта становится настолько плотным, что взгляд сам собой устремляется вперед, на горизонте проступают контуры могучего строения.

Крепость Теней.

Высокие башни вонзаются в небо. Их остроконечные шпили словно норовят поцарапать звезды, что мерцают над этой внушительной твердыней. Уже отсюда она кажется ужасающей. Закрытая и неприступная, крепость совсем не похожа на королевскую резиденцию нашего Двора. Там все светлое и открытое. Огромные стеклянные фасады открывают вид на просторные сады, окружающие Солнечный замок, белые занавески колышутся на окнах, а в оформлении внутренних двориков и входов преобладают полукруглые арки. Здесь же я не вижу ничего, кроме темного камня, угрожающе возвышающихся оборонительных стен и выступающего скелета каменной кладки.

От этого зрелища внутри все переворачивается. Мне совсем не хочется приближаться к крепости. Не говоря уже о том, чтобы добровольно жить там все следующие циклы. Под крышей Короля Теней, в окружении его войска. Все внутри меня вопит, требуя не делать ни шагу больше навстречу этому чудовищу, что уже поджидает нас с жадно разинутой пастью. Но долг велит двигаться вперед, а туман лишает любой возможности сойти с Королевского тракта. Серые клубы по обе стороны от нас настолько густые, что я в них едва ли смогла бы разглядеть собственную руку.

Не то чтобы я пыталась.

С тех пор как наш разношерстный отряд двинулся в путь, нас неотступно сопровождает предостережение тенерожденных: ни в коем случае не сходить с Королевского тракта. Это первое указание, которому никто не посмел возразить. Неудивительно. Все, что мне известно о Долине Забытых Снов, я знаю из страшилок и жутких сказок. При Дворе Дня нет точных записей о том, что именно скрывается в тумане. В наших легендах говорится, что ты встретишь там свои самые прекрасные мечты, если осмелишься сойти с Королевского тракта. Или свои самые жуткие кошмары.

Судя по напряженным лицам наших невольных сопровождающих, я склоняюсь ко второму варианту.

Как бы я ни старалась разглядеть хоть что-то в этой плотной серости, она не спешит раскрывать свои секреты. Порой мне слышится тихий шепот. Но всякий раз, когда я пытаюсь разобрать что-то конкретное, слышу лишь шум собственной крови в ушах и чувствую неприятную дрожь, бегущую по спине.

Опасность, которую я не могу ни увидеть, ни понять, пугает меня больше всего. И по напряженному лицу Солея понимаю, что ему не лучше. Пока мы едем бок о бок, его взгляд снова и снова мечется в сторону серых клубов тумана. Костяшки его пальцев белеют – так крепко он вцепился в седло. Поскольку у меня нет возможности тайком перекинуться с ним парой слов, я призываю крошечную искорку света. Та неуверенно кружится в темноте между нами, а затем гаснет на коже моего старого друга, заставляя его вздрогнуть от неожиданности. Лишь когда Солей ловит мой ободряющий взгляд, его скованные плечи наконец расслабляются, и он дарит мне благодарную улыбку. Нам всем не помешает немного света в этой беспросветной тьме.

Мне трудно представить, что здесь никогда не наступает день. Что Примус и его союзники никогда не чувствовали тепла солнца или той жизненной силы, которую оно дарует. Впрочем, их бледная, почти алебастровая кожа говорит сама за себя. Их жизнь соткана из покоя темноты, мягкого сияния луны и молчаливости теней. Вечная ночь – так же как у нас царит вечный день.

Я сглатываю, и от осознания на душе становится тяжело. Пройдет полторы недели, прежде чем я снова смогу насладиться солнцем. А до тех пор у меня остается лишь свет, струящийся в моих собственных венах. Но прежде чем сентиментальные чувства успевают захлестнуть меня, я перевожу взгляд на тенерожденных, которые невозмутимо едут рядом с нашим отрядом, почти не переговариваясь. Они до абсурда напоминают мне моих друзей и меня саму.

Вот этот темноволосый кудрявый парень рядом с Примусом так же, как и я, бдительно следит за окрестностями. Та девушка, что встретилась нам прежде, своей прямой осанкой и непреклонным выражением лица больше похожа на Солея. Справа от меня едет мускулистый здоровяк, за спиной у которого висит огромная секира. Несмотря на столь внушительное оружие, в его чертах есть что-то плутовское. Несколько прядей выбились из ленты, которой он стянул свои темно-каштановые волосы, и небрежно обрамляют лицо, придавая ему дерзкий вид. Совсем юный, несмотря на ответственность, что лежит на его плечах, – совсем как Джаир.

Я стараюсь как можно более незаметно посмотреть через плечо на лучника позади. Его напускное спокойствие не может полностью скрыть исходящую от него скрытую угрозу и тотчас заставляет меня вспомнить о Лиоре, который обладает таким же пронзительным взглядом. А диковатый шаман слева с его белыми как снег волосами, в которые вплетены перья и бусины, выделяется из отряда ничуть не меньше, чем хрупкая фигурка Афины.

Искаженное, погруженное во тьму зеркальное отражение нас самих. Какая ирония…

Но мои мысли внезапно обрывает пронзительный крик.

– Нет!

В ужасе оборачиваюсь и замечаю, как Солей тянет руку к туману с отрешенным выражением на лице. Я даже не успеваю приказать Хикари развернуться, как завеса уже расходится перед ним, и монстр, подобного которому я никогда прежде не видела, утягивает воина света за собой в небытие. Афина рядом со мной истошно визжит, и у меня самой перехватывает дыхание, пока это жуткое зрелище отпечатывается на сетчатке моих глаз. Налитые кровью белки, тело – гибрид человека и зверя, с когтями вместо пальцев. Но прежде чем я успеваю разглядеть другие детали этого монстра, он исчезает так же быстро, как и появился. А вместе с ним и Солей.

Отборный мат слышится со стороны тенерожденных, вырывая меня из оцепенения. В то же мгновение вокруг нас воцаряется хаос. Там, где секунду назад туман лежал неподвижно, теперь бушует вихрь из серых клубов. То тут то там мелькают жуткие рожи, когти и злобные горящие глаза. Они тянутся к нам, прорываясь к дороге, но какая-то невидимая стена не позволяет им подойти слишком близко. С рычанием Хикари пятится назад, а я плавным движением выхватываю световое копье из держателя.

– Собраться в центре! Им не ступить на землю, освященную королем! – голос Примуса перекрывает внезапную панику, и его воины следуют приказу мгновенно. Они сгоняют нас вместе, выстраивая защитное кольцо вокруг нашего маленького отряда, который в шоке пялится на клубящиеся массы тумана.

И на то, что они открывают.

Многочисленные гротескные существа представляют собой кошмарное зрелище, пытаясь превзойти друг друга в мерзости. Я различаю паучих, змеелюдей и неописуемые сплетения конечностей и лиц. Но Солея нигде не видно.

Ужас ледяной волной разливается внутри, но я первым делом проверяю, что Ди в безопасности между Джаиром и Лиором, и лишь затем направляю Хикари к темненькому кудрявому парню, чей предостерегающий крик прозвучал слишком поздно. Как и другие тенерожденные, он мрачно глядит в лицо монстрам и кошмарам, что глумятся над нами в тумане. Но даже не пытается вмешаться. Почему никто ничего не делает?!

Сердце болезненно сжимается, но я выбрасываю страх и ужас из головы. Сейчас нельзя думать о Солее. О мальчишке, с которым мы играли в прятки, о парне, который учил меня сражаться. Иначе меня просто парализует от мысли, что я могу потерять его.

– Мы должны вытащить Солея оттуда! – слова не обращены ни к кому

конкретно, но смотрит на меня кудрявый так, словно я лишилась рассудка.

– Твой друг мертв. Никто вошедший в туман еще не возвращался живым.

Моим ответом служит лишь яростный взгляд, пока горячая решимость разливается по венам. Нет, я никого не брошу! Стоит крепче сжать древко копья, как магия хлещет из меня наружу, разливаясь ослепительным светом во тьме. Пылающее наследие моего Двора – столь же смертоносное, сколь и прекрасное.

Воин теней матерится и заслоняет лицо рукой. И он не единственный, кому свет пришелся не по нраву. Бесплотный визг заставляет воздух содрогнуться, а туман передо мной разрывается в клочья. И хотя клубящиеся массы отступают едва ли на метр, я посылаю короткую молитву Солу при виде обнажившейся земли. Вернее, при виде обглоданных и раздробленных костей, которые громоздятся так плотно, что почва под ними полностью скрывается из виду.

Я подавляю подкативший к горлу ужас, и мрачно сжимаю губы. У меня нет времени на подобные слабости. Привычным, отточенным движением соскальзываю со спины Хикари, чтобы впервые самой ступить на землю Двора Ночи. Даже обидно, что я не ощущаю разницы. Никакого покалывания, никакого признака того, что я нахожусь на вражеской территории. Дорога как дорога – твердая и неподатливая под моими сапогами.

– Касс, не делай этого! – голос Ди колеблется между мольбой и приказом, когда доносится до меня, привлекая внимание всего отряда.

На лбу Джаира появляются глубокие складки, на лице Афины застывает ужас, а Примус недоверчиво разглядывает меня, восседая на своем тенегуаре, точно принц, которым он, собственно, и является. Но я могу лишь подарить Ди виноватую улыбку, потому что мы обе знаем: она не в силах меня остановить.

– Мы не потеряем одного из наших в первый же цикл, – в моем голосе звенит решимость. Растопырив пальцы, словно лучи солнца, я прижимаю ладонь к груди в надежде, что Ди ответит на это приветствие. Но я не могу ждать ее благословения на то, что задумала, потому что в этот момент туман разрезает крик, пронзающий меня прямо в сердце.

Солей. Он жив.

Пока.

Не колеблясь больше ни мгновения, я бросаюсь вперед, ловко уворачиваясь от руки воина теней, который с ругательствами пытается меня перехватить. Если он думает, что способен остановить светорожденную, вбившую себе что-то в голову, то чертовски ошибается.

Остатки костей с хрустом лопаются под сапогами, а разъяренный туман смыкается за спиной, как только я покидаю Королевский тракт. Лишь небольшой круг, освещенный моей магией, остается свободным от шипящих и плюющихся клубов и их ужасных обитателей. Но я силой подавляю страх. У меня нет времени на сомнения, да они и не помогут мне выбраться отсюда живой. Поэтому я заставляю себя сосредоточиться на том, что меня окружает, а не на бушующих в груди чувствах, и поворачиваюсь в ту сторону, откуда, как мне кажется, донесся крик. Но уже через несколько шагов я полностью теряю ориентацию в этой непроглядной серости. Сжимаю зубы от злости. Либо я найду Солея в ближайшие секунды, либо мы оба навеки сгинем в этом тумане.

Шаг за шагом я пробиваюсь сквозь вязкую пелену, боковым зрением замечая проносящихся мимо монстров, чьи морды искажаются от боли при виде света. Сияние моей магии невыносимо для этих порождений тьмы, и, хотя это осознание наполняет меня мрачным удовлетворением, я не трачу на них ни одной лишней мысли. Пока те не подходят слишком близко, они не стоят моего внимания.

Я упрямо цепляюсь за желание бороться, чтобы двигаться вперед. Дальше и дальше, пока не замечаю впереди знакомый силуэт. Мои мышцы мгновенно напрягаются, и я срываюсь на бег, а копье в моих руках вспыхивает ярким светом.

– Солей!

Стоит свету разогнать туман, как огромная бесформенная тень вырастает позади моего друга. Только теперь я вижу острые когти, которые вонзились в плечо Солея и безжалостно тащат его за собой. По крайней мере, так продолжалось до тех пор, пока монстр, услышав мой голос с шипением не разворачивается ко мне. Его глаза зловеще пылают, а с клыков, которые больше подошли бы волку, чем человеку, капает слюна. Словно кусок мяса, монстр швыряет Солея в море костей, разглядывая меня с отвратительной, плотоядной улыбкой. Но все, что для меня имеет значение, – это слабый стон, который издает мой друг. Ведь он означает, что Солей все еще дышит.

Воздух, который на какой-то жуткий миг покинул мои легкие, вновь наполняет их при этом крошечном признаке жизни. Но у меня нет времени перевести дух, потому что тварь встает прямо передо мной. Она шипит и хрюкает, стараясь держаться подальше от сияния моего копья. Однако стоит мне сделать шаг к Солею, чтобы схватить его и как можно скорее сбежать, как когтистая лапа взмывает в воздух, целясь в меня.

Время словно замедляется. Я вижу острые как бритва когти, летящие прямо на меня, и тут же понимаю, что не успею среагировать. Я слишком полагалась на отпугивающее действие своего света, который до этого момента удерживал монстров на расстоянии. Но думать, будто они не посмеют ступить в его сияние, было глупо. Не подготовиться к нападению было глупо. И теперь эта ошибка будет стоить жизни не только мне, но и Солею.

Я уже внутренне готовлюсь к боли, как вдруг сталь меча вспыхивает в лучах моей магии. Клинок вылетает из тумана и начисто отсекает лапу монстра, прежде чем его когти успевают распороть мне плоть. Тварь истошно ревет, и этот звук подхватывают сотни глоток вокруг нас, пока сам туман, кажется, не начинает дрожать от мощи этого многоголосого вопля. Он едва не разрывает мои барабанные перепонки, но я заставляю ноги двигаться дальше к Солею, который корчится на земле. Кровь окрашивает бледные кости под ним, и это зрелище заставляет меня забыть даже о темном силуэте Примуса, который кружит в тумане, сражаясь с монстрами, а те только и ждут шанса всех нас сожрать. Он пошел за мной. И более того – он прикрывает мне спину, пока я опускаюсь на крошево из костей рядом с Солеем. От этого осознания у меня кружится голова, но я заставляю себя сосредоточиться на бледном лице друга, оттесняя вопрос о мотивах Принца Теней на задворки сознания. Он еще предъявит мне счет, и достаточно скоро.

– Касс… ты не должна была… – глаза цвета лазурного моря нашей родины моргают, глядя на меня, когда голос Солея срывается. Боль и страх приглушают их обычно лучистое сияние, и этот вид потрясает меня до глубины души. Солей всегда был самым сильным из нас. Смелым, храбрым. Видеть его в таком состоянии – все равно что пережить землетрясение, разрушившее фундамент моей жизни. И все же я выдавливаю улыбку и закидываю здоровую руку Солея себе на плечо. На разорванную плоть с другой стороны стараюсь не смотреть. Эту рану сможет залечить Афина. Она должна.

– Я пришла за тобой и буду приходить всегда.

Я рывком поднимаю нас на ноги. Из моего горла вырывается тяжелый стон, Солей тоже кричит от боли. Но прежде чем он успевает что-то ответить, Примус элегантным движением сносит голову напавшему на Солея монстру и, развернувшись, нагоняет нас. Окропленный черной кровью меч он держит наготове перед собой, бросая на нас мрачный взгляд.

– Подискутировать о склонности вашей подруги к самоубийству мы сможем позже. Сначала нам нужно выбраться отсюда.

Сквозящий в его голосе упрек заставляет меня гневно сверкнуть глазами.

– Не бросать друзей при первой же угрозе – это не склонность к самоубийству!

Взгляд, темный как сама ночь, сталкивается с моим, и я упрямо вскидываю подбородок, когда Примус с недоверчивым фырканьем качает головой. Но от меня не ускользает, как слегка дергаются уголки его губ за секунду до того, как он одним ударом добивает очередную бестию, подкравшуюся к нам сквозь туман. Я даже не заметила ее, а он уже разобрался с угрозой. Против воли чувствую, как внутри теплится уважение.

– Вы, светорожденные, еще более упрямые, чем нам рассказывали, – в голосе Принца Теней не слышно ни капли напряжения, пока он удар за ударом отбрасывает монстров, которые, подстегнутые гибелью сородича, десятками кидаются на нас.

Я кривлюсь и перехватываю Солея поудобнее, чтобы лучше удерживать его вес на плече.

– Сочту за комплимент.

– Это был не он, – опасная улыбка на миг появляется на лице Принца Теней. Он отбивается от удара существа, напоминающего медведя – правда, с двумя головами, – после чего его черты становятся суровыми, и хладнокровие опытного воина берет верх. – Можете расширить этот свет? Нам нужно отыскать путь обратно к Королевскому тракту, – Примус неопределенно кивает в сторону светового конуса, который едва дотягивается до него. За его пределами не видно ничего, кроме плотного тумана и редко мелькающих острых когтей.

Я уже окончательно потеряла ориентацию. Королевский тракт может быть как в пяти шагах, так и в сотнях метров отсюда. Я понятия не имею. Поэтому киваю и заставляю все большей энергии струиться в мое копье. Свет на его наконечнике разрастается, пока наше собственное маленькое солнце не разгоняет туман, являя нам кладбище из костей и монстров.

Я замечаю промелькнувший в его взгляде благоговейный трепет, когда Примус щурится от света. Для его глаз, привыкших к темноте и теням, это, должно быть, невыносимо ярко. Но он не отворачивается, а лишь кивает с мрачным удовлетворением.

– Хорошо.

Мне остается лишь согласиться с ним, потому что в некотором отдалении уже показались размытые силуэты наших спутников. Правда между нами и ними стоит целая орда кошмарных тварей, которые с шипением оборачиваются в нашу сторону едва туман рассеивается. Сердце уходит в пятки, но прежде чем я успеваю обратить внимание Принца Теней на нашу проблему, он мощным ударом вонзает меч в землю перед собой. Осколки костей разлетаются во все стороны, но я слишком заворожена тенями, вырывающимися из клинка, чтобы обращать на это внимание.

Зачарованно наблюдаю, как монстры тут же с визгом отступают, стоит им слишком приблизиться к силе Принца Теней, который прокладывает для нас новый путь к Королевскому тракту. И при этом серебро его глаз зловеще сверкает в лучах моей магии.

– Им запрещено ступать на землю, освященную королем.

К моему удивлению, в его объяснении нет ни капли высокомерия, и в ответ я лишь уважительно склоняю голову. Кем бы он ни был, сейчас он спасает нам жизнь.

Солей рядом со мной издает глухой стон, соскальзывая с моего плеча при первом же шаге. Я тихо ругаюсь и из последних сил пытаюсь удержать его, но мне просто не хватает мощи нести весь вес на себе, пока моя энергия продолжает безостановочно струиться в копье. Свет вокруг нас начинает мерцать, когда я отчаянно пытаюсь поддержать Солея, как вдруг мускулистая рука обхватывает его за талию, и Принц Теней в один миг перекидывает воина света через свое плечо.

Ошеломленная, я поднимаю на него взгляд, но на лице Примуса нет и намека на то, что ему требуется благодарность. Он лишь коротким кивком призывает меня следовать за ним, а затем уверенно шагает вперед по своей тропе из теней. На мгновение я застываю в нерешительности. Зачем он это делает? Зачем рискнул ради нас собственной жизнью? Но вой монстров напоминает, что здесь неподходящее место для подобных вопросов. Поддерживая свет, я спешу следом за широкой фигурой принца, пока туман наконец не выплевывает нас наружу.

Мы мгновенно оказываемся в окружении друзей.

– Во имя Луны, что здесь…

– Вы живы!

– Солей! Твоя рука…

– Да вы что, совсем обезумели?

От всех этих голосов в голове начинает гудеть, но я сосредотачиваюсь исключительно на Солее, который благодарно опускает взгляд. И все же я вижу в его глазах стыд, и хочу броситься к нему, чтобы избавить хотя бы от унижения быть спасенным врагом. Но в этот момент подскакивает Ури, световолк Солея, и Примус осторожно опускает раненого ему на спину. Афина не медлит ни секунды и привычными движениями принимается обрабатывать рану. Ее лицо бледное и напряженное. Никто из нас не ожидал, что так скоро придется опасаться за жизнь друга.

Я ласково глажу Хикари по мягкой морде, пока моя магия понемногу угасает. Волчица довольно фырчит и трется массивной головой о мое плечо. Слова не нужны, чтобы понять ее облегчение от того, что я цела. Она даже не рычит на королевского тенегуара, когда тот лениво бредет мимо нас, направляясь к своему хозяину.

– Вы ранены? – голос, подобный бархату, мягко касается моей кожи, заставляя поднять взгляд. Принц Теней стоит меньше чем в метре от меня, а его лицо залито серебристым лунным светом. По его внешнему виду не понять, видел ли он собственную жизнь, промелькнувшую перед глазами, так же, как я. Напротив, принц кажется спокойным и собранным. Стоический мужчина с сердцем истинного воина.

Все внутри сжимается при мысли о том, что я приписываю нашему противнику подобные качества. Но Двор Дня превыше всего чтит мужество, силу и готовность прийти на помощь. Все то, что Принц Теней доказал на деле в последние минуты.

– Нет, – мой ответ звучит кратко, поскольку внутри благодарность борется с годами взращиваемой ненавистью. Он – враг. И он нас спас. Я морщусь, потому что адреналин в крови начинает угасать, и я всеми костями и мышцами ощущаю последствия этой спасательной операции. Но, по крайней мере, я чувствую еще хоть что-то. Если бы Принц Теней не вмешался, все могло бы сложиться иначе.

– Спасибо за помощь, – слова с трудом слетают с губ, ожидая столкнуться с порцией злорадства. Моей гордости должно быть безразлично, кто он такой. И в то же время ничто не смогло бы удивить меня сильнее, чем короткий кивок Примуса, прежде чем тот вскакивает на спину своего тенегуара. Никаких высокомерных замечаний, никаких снисходительных комментариев.

Обескураженная, я пялюсь ему вслед. Пытаюсь разгадать этого человека, которого всегда представляла себе совершенно… иным. Но, глядя на галантный жест, которым он пропускает Ди вперед, я теперь понимаю и того меньше.

Та смотрит на меня не менее озадаченно. Пережитый ужас отчетливо читается на ее лице, и когда Люц везет ее во главу нашего отряда, я мысленно приказываю себе собраться. Ди нуждается во мне. Сейчас, когда Солей ранен, – еще сильнее. Нельзя отвлекаться. Какой бы соблазнительной ни казалась загадка, которой является Принц Теней. Поэтому я делаю последний глубокий вдох, запрыгиваю в седло и спешу нагнать Ди.