Текст книги "Очарованная силой (СИ)"
Автор книги: Нина Черная
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 26 страниц)
Глава 13
Глава 13
– То есть, – голос Тамы прозвучал тихо и как-то обреченно, – мы умерли?
– Пока нет, – передернула девица плечами, – но скоро присоединитесь к нам. Воздух нави ядовит для смертных. Не пойму, почему вы сразу не преставились. Только боги да Первородные духи могли переноситься в навь во плоти. Травницы с волхвами лишь души в силах проецировать.
– Нас затащили против нашей воли, – поджала я губы, – скажи, ты – неупокоенный дух?
Понимание пришло само собой. Будто оно и так жило в моем сердце, но сейчас решило выйти наружу.
– Мавка, – поморщилась девица и нетерпеливо затопталась на одном месте, – если вас затащили, то вы обречены. Не бывало так, чтобы смертные сами выбирались.
Душа разрывалась от отчаянья, сердце колотилось где-то у горла, но я старалась думать быстро. Мила упоминала, что договорилась с духом, который затянул меня в колодец. Она – травница. Как выяснилось, я тоже. Хоть сил у меня не имелось. Они спали. Значит, вероятно, в нави я могла попробовать заключить договор с этой самой мавкой. Призрачный, но шанс на спасение.
– А ты можешь выбраться на поверхность? – спросила я быстро, пока девица не решила, что разговор с нами закончен.
– Могу, – повела та плечами, – только делать мне там нечего. Мне и на тропе смерти неплохо. Много разных неупокоенных вокруг, просто тянуть энергию.
– Предлагаю тебе сделку, – решилась я, отчего Тама закашлялся и выпучил глаза.
– Сделку? – вскинула брови девица, – зачем мне сделка с неинициированной травницей?
– Потому что от меня всегда можно будет получать необходимое для существования количество энергии, – пожала я плечами, – не воровать, не ждать долгую бесконечность, пока попадется кто-то слабый.
Мавка моргнула, прикусила губу и метнула взгляд в сторону. Она сомневалась. Надо было немного подтолкнуть к правильному для нас с Тамой решению.
– Взамен ты проведешь нас обратно, в явь, – продолжила я, когда девица раскрыла рот, чтобы ответить, – новый мир для тебя. Ты ведь не помнишь ничего о том времени, когда была человеком?
– Чего там помнить? – скривилась она тут же, – мир смертных скучен и сер.
– Вот и посмотришь, – пожала я плечами, – так что?
– Ты головой ударилась!? – Тама обрел дар речи, до этого молчал и удивлялся все больше.
Он схватил меня за плечо и развернул к себе. Во взгляде бывшего разбойника плескалось искреннее беспокойство.
– Она же тебя обманет, – продолжил парень тише, но не менее эмоционально, – какие договоры с духами могут быть?! Афоня, – Тама на миг запнулся, в глубине его темных глаз вспыхнула застарелая боль, – мой наставник из прошлого всегда учил меня: выпей с человеком добрую чарку вина, прежде чем договариваться. Узнай получше.
– Ты выбраться отсюда хочешь? – вздернула я подбородок, смутившись от такой пылкой отповеди.
– Хочу, – выдохнул он и отвел взгляд, – только не такой ценой.
– Другой нет, или ты знаешь иные способы вернуться в явь?
Тама промолчал, ответа у него не имелось. Я пожала плечами и развернулась к мавке. Ожидала, что девица уже исчезла, только она со скучающим видом так и стояла посреди тропы, вздыхала, и наблюдала за игрой черных рваных линий в отдалении.
– Что думаешь, мавка? – обратилась я к ней.
Девица скривилась, впервые метнула на меня взгляд, полный возмущения, но быстро стала прежней. Отстраненной и скучающей.
– Зови меня Агнеша, – произнесла она ровно, – из твоих уст «мавка» звучит как оскорбление.
– Хорошо, Агнеша, – осторожно согласилась я, – меня можешь звать Лиззи.
– Чудное имя, – фыркнула девица, – договор, говоришь? Половину твоей энергии, и по рукам. Не согласна, тогда выбирайтесь сами.
Плутовка! Я слабо представляла, что значила энергия моей души. Меня такому не учили никогда. Крупицы знаний, которые собрала за последние годы и выудила из старожилов родной деревни, ничего не могли мне подсказать. А правильное решение надо принимать сейчас.
– С десятины распухнешь, – скрестила я руки на груди, приосанилась, – половину она захотела.
Опасно, но я сердцем чувствовала, что слабину давать не стоило. Уступлю, и сгину скоро, до следующего города не доберусь.
– Треть, – поджала губы мавка, но во взгляде вспыхнул азарт.
– Пятка – моя последняя цена, – качнула я головой, – мне рассказывали, что с духами сложно все. Неупокоенные взбесились, как пути к яви перекрыли, друг друга пожирать стали. Еще и сгустки просыпающейся магии вокруг. На тропе смерти должно быть опасно, а через озеро не перебраться, в царство хозяйки, – я блефовала, говорила те слова, что сами собой приходили на ум, – мы-то с Тамой пока разум не потеряли, станем духами, тобой первой и закусим.
Бледные щеки девицы покрыл неровный румянец, во взгляде плескалось возмущение. Только по опущенным плечам и напряженным ногам я поняла, что попала в точку. Неужели, Мила как-то вложила в меня знания? Надеюсь, что нет. Иначе, она могла потребовать в ответ гораздо больше простой услуги. Такого, что перечеркнуло бы всю мою жизнь и отправило на вечные страдания.
– Ладно, – сдалась девица, как-то посерела вся, ее руки обвисли вдоль тела, – одной пятой по необходимости достаточно, и, – мавка запнулась, окинула потомка кочевников цепким взглядом, – ночь с твоим другом, – заявила вдруг, отчего парень дернулся, – я вытаскиваю вас обоих в явь, и мы квиты.
Я уже хотела радостно улыбнуться, как Тама резко возразил, быстро пришел в себя после неожиданного заявления:
– Договор без ограничения времени не имеет силы. На какой срок вы будете сотрудничать?
– Пока луна не сделает полный оборот, – предложила я, – если обстоятельства не заставят прекратить его раньше, – добавила быстро, заметив недовольный взгляд Тамы.
Должно хватить. За месяц мы могли успеть добраться до Республики, а помощь магического существа, хоть и опасного, не помешала бы. Я помнила, сколько пользы принесла Рада – призванный дух Тараса, и сколько разрушил другой дух. Смертоносный волк, он исправно выполнял приказы неизвестного мне хозяина. Агнеша – не призванный дух, но тоже могла пригодиться. Что-то мне подсказывало, что она могла рассказать много полезного.
– И часть твоих знаний, – вдруг добавила я.
– Много хочешь, – скривилась та.
– В ответ я тоже поделюсь с тобой воспоминаниями.
– Зачем мне память смертной?
– Скоротаешь вечную скуку.
– По рукам, – вздохнула мавка, подошла близко и протянула мне ладонь.
Я прикусила губу, нахмурилась, все же разум заставлял колебаться. Верить первым встречным в наш век опасно. Только выбора не осталось.
– По рукам, – решилась я и крепко сжала прохладную ладошку.
Тело прошило тысячами молний, так больно мне еще не бывало. Будто мясо от костей отделяли заживо. Кажется, с моих губ сорвался крик. Почему так больно-то?! Неужели, мавка обманула? Забрала всю мою силу и оставила помирать?
– Лиззи! – вырвал меня из плена агонии голос Тамы, – ты меня слышишь?!
– Д-да, – прохрипела я сквозь кровавую пелену, что встала перед глазами, боль не проходила.
– Фух, – выдохнул парень облегченно, я ощутила, как меня прижали к часто вздымающейся груди.
Оттолкнуть или обругать сил не осталось. Прикрыла глаза – все равно перед ними шли цветные круги, а в висках стучал пульс. Короткий вдох, второй. На миг показалось, что боль притупилась. Даже успела вцепиться в рубаху степняка, как меня накрыло второй волной.
Тело выгнуло дугой, а из горла по всей тропе смерти разнесся мой громкий крик. Тело будто рвали на части, кожа горела и плавилась, а кости выкручивало. Так выглядели вечные страдания? Где-то читала, что провинившихся хозяйка Подземного царства наказывала вечностью боли. Это оно? Хозяйка разозлилась, что я без ее ведома заключила договор с ее подопечной?
Мысли носились как перепуганные птицы, сердце билось где-то у горла. Только крик, боль и отчаянье. Кажется, прошло несколько часов, пока она стала угасать. Моя душа треснула пополам?
– Лиззи! – голос Тамы звучал истерично, будто он уже не раз пытался до меня докричаться.
Что ж ты меня так трясешь? Я пока жива. Все остатки души, упорный, ведь вытрясет.
– Тут я, – прохрипела я еле слышно, показалось, что во рту поселились пески степей, горло обожгло от простых слов.
Я закашлялась и повернулась на бок в руках парня. Это оказалось непросто. После разрядов боли я ощущала слабость, мышцы подергивало, а кости ломило, как при лихорадке. Зато вместе со всем этим я ощутила у самого сердца тонкую нить, чужую. Она еле-еле пульсировала, отмеряла чей-то ритм жизни. Души? Я постаралась мысленно дотянуться до нити. Удивительно, но удалось, хоть в висках снова заныло. Ничего. После того, что испытала, это показалось пустяком.
Перед глазами клубился тот самый зеленоватый туман, что утянул нас в навь. Вдоль него тянулась тонкая лиловая нить, она, то расширялась, то сужалась. В такт с моими ударами сердца. Я протиснулась глубже, сквозь туман. Перед внутренним взором предстал кокон, подумалось, что он походил на початок кукурузы. Кокон мягко светился желтым пламенем, излучал тепло. Именно к нему тянулась лиловая нить, впивалась в самый центр присосками.
– Это твоя сила, – сообщил девичий голос, прямо в моей голове.
Я мысленно развернулась. Позади меня стояла Агнеша, нить шла в район ее солнечного сплетения. Мавка довольно улыбалась, глаза оказались прикрыты. Ее тело слабо светилось лиловым, а кожа казалась порозовевшей.
– Почему же так больно? – спросила я мысленно.
– Потому что ты не инициирована, дурочка, – хмыкнула она и раскрыла глаза.
Темный шоколад ее радужек стал светлее на несколько тонов и тоже светился.
– Или ты вытянула всю мою силу, – не поверила я.
– Мы чтим договоры, – оскорбилась мавка, – это твое тело не тренировано. Не смертельно, пройдет. Лучше возвращайся обратно в сознание, иначе твой друг тебе ребра переломает, а меня пришибет. Силы в нем достаточно.
– Он снежный волк? – уточнила я.
– Нет, – хохотнула мавка, – с чего ты взяла? Природа его силы чужда нави. Она иная. Никогда не сталкивалась.
– Поверю на слово, – буркнула я озадаченно и усилием воли вернулась на тропу.
Вот, значит, как оно происходило у травниц – они душой могли погрузиться куда угодно. Путешествовать на дальние расстояния, не двигаясь с места. Интересно, Мила тоже так могла? Конечно, могла. Скорее всего, я встречалась с ее душой, перенесенным отпечатком. Не могла же последняя травница ходить пешком, в самом деле.
Влажный поцелуй отвлек меня от размышлений. Кто-то нагло касался моих пересохших губ и пытался пробраться глубже. Я возмущенно замычала, распахнула глаза и забарахталась.
Тама немного отодвинулся и с беспокойством заглянул в самую душу. Именно он хотел учинить со мной непотребства, лиходей!
– Ты в порядке? Я уж подумал, что пошла к хозяйке в гости. Кем бы она ни была.
Его горячее дыхание обожгло лицо, прошлось мурашками по шее, растеклось теплом в груди. Это что еще такое?! Он мне нос сломал когда-то, еще не хватало к нему нежностью проникнуться!
– Слезь с меня! – приказала я недовольно, уперлась в его грудь ладонями, – раздавишь же!
– Прости, ты не дышала, я уж подумал – все, – виновато пробормотал он и отполз.
Я шумно выдохнула раздражение, которое скопилось внутри, и приподнялась на локтях. Последнее, что я помнила – крепкие объятия потомка кочевников. Сейчас же я находилась на твердой земле. Значит, он меня положил, чтобы… что? Вопрос так и повис в воздухе.
– И что ты пытался сделать? – подняла я одну бровь вверх.
– Искусственное дыхание, – Тама дернулся и взлохматил волосы на макушке, – так Афоня учил, чтобы жизнь спасти.
– Думаешь, в нави это бы сработало? – голос мавки заставил вздрогнуть и поднять взгляд.
Агнеша стояла чуть поодаль, такая же утомленная, как и прежде, но глаза блестели лиловыми отсветами, а на щеках играл румянец.
– Поднимайтесь, и прочь отсюда, – не стала она дожидаться ответа, – еще немного, и вас обоих уже не спасти.
Мы с бывшим разбойником не стали спорить. Он подскочил на ноги за миг, меня же подвело тело. Боль вызвала немощность, да такую, что я руку поднять не могла.
– Возьми ее на руки, что ли, – поморщилась Агнеша, – некогда ждать, пока царевишна в себя придет.
Тама подчинился, хоть я и пыталась возмущаться, слушать меня никто не стал.
– Идите за мной, – лишь произнесла мавка и исчезла в ближайших кустах.
Тама шагнул за ней, нас тут же окутала мгла. Она оказалась липкой и влажной, до жути неприятной. Меня передернуло.
– Это бесхозная магия, – донесся голос Агнеши, – духи ей пользоваться не могут, а богам она ни к чему.
– Боги здесь? – в один голос выдохнули мы с парнем.
– Не отвлекайтесь, – отрезала девица, – скоро переход.
Тама тут же пошатнулся, а нас ослепило зеленоватой вспышкой. Мир завертелся перед глазами, а небо с землей поменялось местами.
– Твою лишайную возницу! – выругалась, когда очередная порция боли прошлась по моей многострадальной спине и пятой точке, а на голову вылили ведро воды.
– Луиза! – низкий голос графа всколыхнулся облегчением внутри, я испуганно распахнула глаза.
Глава 14
Глава 14
граф Нижинский
Земля будто разверзлась под ногами. Я еле удержался, чтобы не ухнуть следом за юнцом в разлом. Он образовался прямо перед нами, дохнул застоявшимся воздухом и прелой листвой. Я притормозил, а Тумур провалился прямо в его центр, и исчез. Впереди послышался вскрик Луизы, я заметил лишь смазанное движение, и девушка исчезла в зеленом тумане. Барабанящий дождь заглушил звук ее падения.
Я выругался и постарался поймать равновесие. С травмированной ногой это оказалось сложно. Махом развернул свой кнут и по типу аркана намотал на опору ближайшего дома. Удар. Я покатился по земле, ноги волочились, острые камни сдирали кожу и рвали штаны.
Сжал зубы и сильнее впился в рукоять кнута. Меня протащило еще пару метров и отпустило. Плечи ныли, тело саднило. Кажется, кто-то невидимый схватил меня и попытался затянуть в черный разлом посреди тумана.
Полежал пару мгновений под проливным дождем, никто не повторил попытки причинить мне вред. Оперся руками на осклизлую землю и выплюнул попавшую в рот грязь. Не успел я подняться на ноги и схватить кнут, как снова все тряхнуло. Меня что-то сильно ударило в бок, отчего я снова полетел на землю, прочертил поврежденной щекой по неровной поверхности. Попытался хоть пальцами вцепиться в рыхлый грунт, но только ободрал ладони. Полет остановился сам, а на плечо что-то рухнуло сверху. Послышался хруст, а мое сознание затмила боль. Кровавая пелена встала перед глазами. Я постарался скинуть с себя нападавшего, махнул по воздуху.
Миг, и я оказался лицом к лицу с тварью. Прорыв?! Так это они тут беспорядок устроили? Черная призрачная морда нависала, будто присматривалась своими пустыми глазницами с призрачным зеленым огнем на их дне. Мои руки проходили сквозь тело твари. Это все? Мои последние секунды жизни?
До этого нам с Луизой удавалось избегать тесного контакта с тварями. Мой кнут успешно рубил их на части, а девушка резала своим странным ножом. Да и встречали мы их не часто. Всего пару раз за прошедший месяц. Больше слышали историй в темных залах таверн или в скрипучих повозках при переездах между городами.
– Кто ты? – спросил я хрипло, просто чтобы умирать было не так страшно.
Тварь замерла надо мной, будто поняла, что обратился к ней. Острые зубы клацнули прямо над моим носом. Я зажмурился, ожидая боли. Говорили, что потеря энергии ощущалась так, будто кожу снимали заживо.
Пара шлепков рядом, и меня вместе с тварью снесло в сторону. Я ударился головой о каменную кладку колодца, попавшегося на пути, и на миг потерял всякую связь с реальностью. Когда я пришел в себя, дождь лил тише, землю не трясло, а туман сделался привычным: сероватым. Неужели, прорыв исчез? Вместе с тварями?
Я распахнул глаза и осмотрелся. Все вокруг выглядело так, будто мимо пронесся легион имперской армии. В стенах домов зияли прорехи, кое-где сорвало крыши, доски, вещи, иной мусор валялись повсюду. Я поморщился и попытался встать. Голова закружилась, а плечо прострелило болью до самых стоп. Видимо, последний удар оказался критическим. Пришлось опереться на борт колодца и стиснуть крепче зубы.
Вдох-выдох.
Стало легче, я стер с лица комья земли, хоть чище от этого кожа не стала, и осмотрелся. Невдалеке над землей парили ошметки чего-то черного, будто разбойничий порванный флаг. Над ними стоял белый волк. Кажется, знакомый. Его глаза горели янтарем, а из пасти вырывались клубы пара. Волк напомнил мне одно из изображений призванных духов. Попадалось в книгах по истории. Странно, но на зверя Власия волк не походил, не клубились в его взгляде те леденящие душу безумие и жажда крови. Шерсть его казалась грязной и свалявшейся, а в зубах застряли частицы той самой черноты, что растеклась перед ним.
– Адриан? – позвал я хрипло и поднялся все же на ноги.
Волк повел ушами и поднял морду. По телу прошлась неприятная волна, но я переборол невольный страх. Шаг, другой, они отдавались острой болью в бедре и плече. Кажется, тварь сломала мне ключицу. Не хватало еще стать обузой для Луизы. Еще большей.
– Твари ушли, – продолжил я, сделав еще несколько шагов, – можешь перекинуться обратно.
Волк мотнул головой и выплюнул черноту из пасти. Она, будто живая, подползла к остальным ошметкам и слилась с большим из них. Я моргнул, никогда такого не видел!
– Это что еще за… – начал было я, но запнулся – чернота всосалась в землю, как не бывало.
Вдалеке громыхнуло, порыв ветра хлестанул каплями дождя в спину, заставил пошатнуться.
– Неужели, не конец? – поджал я губы и, как смог, быстро метнулся в сторону, где оставил кнут.
Он обвивал отломанную опору. Странно, что крыша не повалилась следом за ней, держалась на оставшемся столбе. Пальцы не слушались, но кое-как я смог отвязать запутавшуюся веревку.
Снова громыхнуло, уже ближе, дождь усилился. Я скрутил кнут, одной рукой вышло криво, но вторая почти не слушалась, пальцы на ней опухли. Точно, ключица. Нехорошо.
Снежный волк оказался рядом, а я даже не услышал его шагов. Он замер у моих ног, развернулся мордой к улице и зарычал. Я приготовился. Только не твари полезли из разломов. От серого тумана отделились сущности, ранее мной невиданные. Они походили на оплывшие огарки свечей. На их подобиях лиц застыли гримасы ужаса, а тела слабо светились в сгустившихся сумерках. Матовый свет шел будто изнутри их тел.
– Да что за ерунда творится?! – не выдержал я, сплюнул на землю кровь и перехватил удобнее кнут.
Придется орудовать здоровой рукой. Она хоть и не ведущая, но меня с детства тренировали и готовили к любым ситуациям. Не зря, я несколько лет отслужил простым солдатом в самый разгар споров с Республикой.
Сущности, что образовались из тумана, перетекали одна в другую, кружились, но к нам с волком не приближались. Боялись? Нас ли? Адриан, как и я, приготовился нападать. Только не пришлось.
Снова тряхнуло, а прямо посреди двора в земле появилась дыра. Она увеличивалась, вниз летели комья грязи, камни и заливался дождь. Сущностей стало тянуть внутрь, как и ближайшие обломки досок. Изнутри дыры появились зеленоватые отсветы, дохнуло смертью, а нас с волком сбило с ног мощной воздушной волной.
Упал на колени, постарался зацепиться за остатки опоры, но больная рука не позволила. Поэтому я снова опрокинулся на спину и отлетел к стене избы. Громко разразился ругательствами, но был прерван коротким рыком. На месте дыры лежали надоедливый потомок кочевников и Луиза. Да в таком положении, что с моих губ невольно сорвалось ее имя, а злость затопила от макушки до пят. Казалось, что я превратился в кипящий котел. Как она посмела так откровенно лежать на другом мужчине?! Прямо передо мной. Снова.
Мотнул головой и поднялся на ноги. Какие чуждые чувства меня посещали последние дни. Больше интересовало: откуда они явились, и куда пропадали. Я совершенно не заметил их исчезновения, пока боролся за свою жизнь.
Вот сейчас и узнаем.
Луиза
Мы с бывшим разбойником оказались на земле, вполне себе привычной, жесткой и пахнущей перегноем. В довольно пикантной позе. Я лежала на парне плашмя, уткнулась носом в его шею, юбки платья задрались. Он же крепко прижимал меня к себе совсем не за талию, и тяжело дышал в макушку.
– Ал, – пробормотала я скомкано и попыталась выбраться из объятий.
Не тут-то было. Тама решил, что я недостаточно готова к самостоятельным перемещениям. Он сел, так и не выпустив меня из объятий, крепче прижал к себе. Сверху сплошной стеной лил дождь, вокруг все клубился туман, правда, вполне обычного цвета, забивался в нос, заставлял кашлять. Даже без этого я ощутила, как воздух потяжелел, сердце заколотилось чаще, меня сковал страх. От чего, я не сообразила, пока не умудрилась развернуться в объятиях Тамы.
Развернулась, и тут же угодила в плен потемневших глаз графа. Так он на меня не смотрел ни разу, даже когда бил в пыточной, думая, что я парень. Даже в недавнем сне взгляд не пылал такой яростью. Казалось, что под его холодным прищуром начала плавиться кожа, а дыхание перехватило. Так ощущали себя люди, находясь в центре пожарища. Жар, агония, боль. Все это смешалось в моей душе, заставило исчезнуть все вокруг. Только я, граф, и его уничтожающий взгляд. Неужели, очередной сон Милы? Почему Нижинский так смотрел? Что пряталось за его яростью?
Я раскрыла рот, чтобы что-то сказать, оправдаться, только не успела. До слуха донесся скулеж, раздался звук падения, и наш зрительный контакт прервался. Мы оба перевели взгляды на создателя шума – снежного волка. Он завалился на бок прямо перед графом, выгнулся дугой в холке, по его телу прошла рябь. Волк жалобно заскулил. Никто не успел сдвинуться с места, как волк крутанулся через ступеньки, и на земле лежал уже вполне себе Адриан. Мокрый, грязный и обнаженный, как и в прошлый раз. Значит, он смог совладать со своей силой?
Грудь парня часто вздымалась, на лице застыла маска боли, а дыхание изо рта вырывалось рваными клубами пара. Кажется, он потерял сознание.
– Отпусти меня! – не выдержала я объятий Тамы, он тоже отвлекся на волка и снова сместил руки туда, куда не стоило.
Отпихнула бывшего разбойника, отползла подальше, и уселась на ступеньки полуразрушенной избы. Огляделась и присвистнула. Да, пока мы с парнем отсутствовали, по городу будто ураган пронесся. Хотя, почему будто, наверное, так и было. Разыгралась непогода, буянили духи…
– Тут были твари, – хрипло перебил мои мысли граф и тяжело опустился рядом со мной.
От него больше не ощущалось той ярости, что сковала меня по рукам и ногам. Одежда его оказалась в грязи и местами порвала, на лице царапины и набухающие синяки, правой рукой он почти не шевелил и морщился при каждом движении.
– Твари? – спросила я тихо, наблюдая, как морщинки у глаз мужчины становились глубже, – что они здесь забыли?
– В разрыв с тропы смерти прорвались, – тонкий голосок, донесшийся из-за ворота моего платья, заставил замереть и опустить взгляд к декольте.
Из ложбинки меж грудей торчала мордочка маленькой ящерки. Глазки-бусинки смотрели на меня с упреком и вселенской тоской, серые чешуйки и наросты на голове отливали серебром.
– Агнеша? – мои брови поползли вверх, а руки дернулись в сторону ящерки.
– Я это, не трясись, – фыркнула та и переползла на мое плечо, – думаешь, переход меж мирами дается легко? Пришлось потратить всю энергию, хватило только на такой облик. Попитаюсь тобой пару дней и смогу принять привычный вид. Красавчик! – крикнула она Таме, парень как раз прикрывал Адриана своей рубахой, пока мы все отвлеклись, – придется повременить с выполнением условий. Я не в форме.
Тама вздрогнул, поймал мой взгляд и криво усмехнулся. Кажется, желанием воспользоваться этими самыми условиями он не горел. Только выбора ему не оставили, как и мне.
– Ч-что это?! – глухой голос графа заставил повернуться, его сильные пальцы сжали мое плечо до боли в этот миг.
– Агнеша, – поморщилась я и протянула пальцы к его раненой щеке, граф дернулся, не позволил мне дотронуться, – неупокоенный дух, привела нас с Тамой обратно в явь. Из нави. С тропы смерти, если быть точной.
– Где вы были?!
– Там, – указала я пальцем на землю и все же ощупала припухлую скулу мужчины, – ты ранен. Надо обработать. Нам воспаления в дороге ни к чему.
Граф поджал губы, но в этот раз не стал сопротивляться. Я медленно поднялась на ноги и тоскливо оглядела развороченный двор. Если корчма пострадала также, нам придется собирать все заново и искать новое место для ночлега.
– Идемте, – махнула я рукой, – нечего штаны просиживать. Возвращаемся в корчму. Кажется, ночь духов закончилась, и мы сможем спокойно поспать до утра.
Тама закинул Адриана на плечо и без лишних слов потопал прочь со двора. Я последовала за ним, граф же вставать не спешил. Пришлось замедлиться и обернуться.
Мужчина все также сидел на ступенях и хмурился.
– Ал, в чем дело? – спросила я, стараясь не показывать беспокойство.
Он промолчал, только сильнее свел брови.
– Ал, – разозлилась, вернулась обратно и нависла над этим упрямцем, – некогда корчить из себя обиженного. Мир вот-вот исчезнет! У нас осталось не так много времени, чтобы что-то исправить!
Мужчина поднял на меня взгляд, по телу тут же прошла дрожь, а сердце застучало чаще. Миг, и сильная рука схватила меня за бедро, дернула. Я вскрикнула и оказалась на коленях графа. Испуганно оглянулась, но обнаженные спины наших попутчиков скрылись в ночной мгле, звук их шагов скрыл все еще моросящий дождь.
– Согрей меня, – горячий шепот заставил подавиться вдохом, а ладони уперлись в часто вздымающуюся грудь Нижинского.
Он горел, нет, не так, его кожа почти обожгла мои руки. Взгляд мужчины лихорадочно блестел, там клубилась опасная тьма.
– Ты и так горячий, – прошептала я и коснулась губами его мокрого лба.
Его знобило, липкий пот смыл капли дождя с его кожи.
– Ты лихорадишь, граф, – отодвинулась и попыталась поймать хоть какую-то осознанность в его взгляде, – вернемся в корчму, я постараюсь залечить твои раны. Как поправишься, так согрею.
– Я могу и не поправиться… – пробормотал он и впился в мои губы поцелуем.
Кусал, проникал все глубже, будто изголодался по близости. Я пыталась оттолкнуть, освободиться от его захвата. Воспоминания о сне дрожью носились по телу. Я боялась, что все может повториться наяву, не спешила отвечать на грубые ласки. Поцелуи стали настойчивее, рука проникла под шнуровку мокрого платья и притянула меня ближе. Я почти сдалась под таким напором, сердце колотилось раненой птицей, в теле стал разгораться привычный пожар. Хотелось отдаться графу прямо на грязных ступенях, ощутить его огонь внутри, смыть чужие прикосновения и поцелуи.
– Садись сверху, – прохрипел мужчина, рванул завязки на своих штанах, послышался треск, кажется, порвал.
– Эй, – возмущенный писк Агнеши заставил нас замереть, – я все еще здесь! Если я дух, это еще не значит, что мне приятно наблюдать за лобызаниями смертных!
Ящерка на моем плече почти дымилась от возмущения, раздвоенный язычок мелькал в воздухе, в глазки-бусинки прожигали в нас сквозные дыры.
Это отрезвило, я уверенно отодвинулась от графа и аккуратно провела по его колючей от щетины макушке. Надо же, а раньше не замечала, что его волосы снова стали отрастать.
– Пойдем, – прошептала я, тяжело дыша, – я помогу тебе добраться до корчмы.
