Текст книги "Очарованная силой (СИ)"
Автор книги: Нина Черная
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 26 страниц)
Глава 11
Глава 11
Я резко обернулась, голова на миг закружилась, а в ушах зашумело. Моргнула и прищурилась, показывать слабость перед неизвестной не хотелось. Между горелой избой и покосившимся капищем Белого бога кроваво-красным пятном выделялась женская фигура. Пара мгновений, и я узнала ее. Мила. Все в том же пышном платье из дорогой парчи, с копной рыжих волос. Последняя травница.
Что ей от меня понадобилось?
Крепче стянула шаль на груди, огляделась вокруг и поспешила к ухмыляющейся женщине. Мужчины остались при корчме, никто нашему разговору помешать не мог.
– С чего ты взяла, что я должна трястись от страха? – спросила сухо, остановившись в паре шагов от женщины.
– Идем, – вместо ответа махнула та рукой и скрылась за ветвями разросшегося орешника.
Выругалась последними словами, но поспешила за травницей. Любопытство взяло верх над разумом. Изогнутые ветви без листьев цеплялись за платье, царапали лицо и руки, но я не обращала внимания, уверенно пробиралась за багряным подолом, который подметал пышными юбками землю. И не жалко ей платья?
– Не жалко, – грудной голос заставил поежиться, страх скользкой змеей обвился вокруг шеи, – у меня их несколько.
– Неужели, ты и мысли читаешь, травница? – спросила я с подозрением и с трудом вырвалась из лап орешника.
Передо мной раскрылся свободный от растительности участок. Видно, раньше он представлял собой фруктовый сад. Кусты смородины и крыжовника виделись то тут, то там, старые яблони и груши скрипели гнилыми стволами. У тети тоже имелся свой сад, она любила возиться в земле, делала это сама и нас, детей привлекала. Мужа-то у нее не имелось, погиб на одной из войн с Республикой. Зато имелось шесть голодных ртов, младшие из которых слыли бездельниками.
– Не читаю, – прервала Мила мое погружение в детство, – просто взгляд у тебя ничего не скрывает. Что на уме, то и на лице.
– А у тебя глаза на спине? – фыркнула я, но спорить не стала.
Мне часто говорили, что все мои чувства видно невооруженным глазом. Вспыльчивая, своенравная. За это мне частенько попадало от барона и его жены. Зато баронесса ценила. Сердце сжалось от тоски, я скучала по своей госпоже и подруге. Только вот встретиться нам больше не суждено.
– Не обязательно иметь глаза со всех сторон тела, чтобы видеть, – усмехнулась травница и развернулась ко мне лицом.
По коже тут же забегали мурашки, а страх сковал горло. Отчего-то эта женщина вызывала животный ужас. В самую первую встречу с ней хотелось скрыться от ее слепого взгляда, закрыться на сто замков и не пускать внутрь. Сейчас мало что изменилось. Она также пугала меня, заставляла нервничать и ждать подвоха.
– Боишься? – ухмылка Милы стала шире, а зеленые глаза цвета молодой травы сверкнули, – это хорошо.
– Магия? – догадалась я.
Возможно, последняя травница как-то влияла на людей вокруг, заставляла их бояться с помощью своей внутренней силы. Иначе объяснить опасения графа, который не испугался ни разу за время нашего с ним знакомства, я не могла.
– Только слегка, – склонила Мила голову и, найдя в дебрях разросшегося куста рододендрона подгнившую лавочку, села.
– Что тебе от меня надо? – нахмурилась я, садиться рядом не спешила, – думала, что ты с нами все в лесу уже обсудила.
– У вас неожиданное пополнение, – пожала плечами та и откинула голову.
Она казалась расслабленной и спокойной. Что ж, можно и послушать, что эта хитрая лиса задумала.
– Допустим, – осторожно кивнула я, вспомнив о снежном волке, – это что-то поменяло? Нам теперь не стоит идти через степи?
Женщина лишь неопределенно хмыкнула и прикрыла глаза. Я переступила с ноги на ноги и скрестила руки на груди. В душе клубились раздражение и возмущение, однако я останавливала себя, чтобы не броситься на травницу. А ведь очень хотелось взять плутовку за ворот и оттаскать как следует. Даже животный ужас от близости Милы этому бы не помешал.
Минута, две, а травница все молчала. Наслаждалась подступающей весной, несмелыми лучами солнца и щебетом птиц. Это усиливало раздражение. Если она так и будет молчать, мне ничего не останется, как уйти.
– Присаживайся, – грудной голос заставил вздрогнуть.
Борьба с самой собой заставила меня выпасть из реальности и внутренне кипеть как котелок на костре.
– Спасибо, насиделась, – отрезала я, – некогда мне с тобой светские беседы вести. Если есть, что сказать, то говори. Нет – так прощай, надеюсь, больше не свидимся.
Мила лишь шире ухмыльнулась, даже глаз не раскрыла. Терпение лопнуло, как мыльный пузырь, я развернулась и собралась закончить обход города. Тоже мне, загадочная последняя травница, обещала научить своей науке, посвятить в таинство, так сказать. А на деле обычная мошенница и лицемерка.
– Понравился сон? – тихие слова, брошенные в спину, заставили замереть.
Страх, было оставивший меня, захватил с головой, в памяти пронеслись все те сцены, что привиделись ночью. От смеси стыда, страха и желания меня почти разорвало на части.
– Сон? – повторила я, голос охрип, а руки заледенели, – скорее уж морок.
Я развернулась и тут же натолкнулась на насмешливый взгляд травницы. Она внимательно изучала мою реакцию и в то же время безмятежно качала ножкой в аккуратной туфельке на низком каблуке.
– Так понравилось? – склонила она голову вбок, зеленые глаза сверкнули синевой на миг.
– Очаровательно, – на моем лице против воли появился оскал, – ты наслала?
– Скорее, помогла твоим желаниям осуществиться.
– И зачем тебе это?
– Чтобы проверить, права я насчет тебя, или ошиблась.
Яростная пелена встала перед взором, я еле сдерживалась, чтобы не кинуться на смутьянку. Так не пойдет! Если я поддамся на ее уловки, то проиграю. Моргнула, вдох-выдох. Гнев, что захлестнул меня с головой, нехотя отступил, дал место разуму. Ведь женщина специально меня выводила, только для чего?
– И как? – спросила в тон с ней, оперлась на толстый ствол ясеня, что оказался сбоку.
– Не растеряла я еще чуйку, – довольно кивнула она и совершенно переменилась.
Исчезла насмешливость, издевательская насмешка и плутовство. Она встала со скамьи, собранная и серьезная, подошла ко мне близко и прошептала:
– Магия возвращается, Луиза, она повсюду.
– И что это может значить? – я тоже невольно понизила голос и огляделась украдкой.
– То, что Древо задумало что-то, чего нам всем вряд ли понравится.
– Какое древо? – моргнула я, то, что говорила травница, показалось бредом.
– Всемудрое, конечно, – хмыкнула она, снова возвращая себе насмешливый вид, – вы такие забавные, современные людишки. Еще триста лет назад такого бы никто не спросил.
– Ну, извини, старая, – скривилась я, отчего на лице женщины появилось выражение, будто она лимон укусила, – мы не чета твоим современникам. Сколько тебе там лет? Пятьсот?
– Не дерзи, – перебила она меня, – иначе в следующий раз это будет не колодец.
– Это тоже ты? – поинтересовалась я, отчетливо ощущая, как ледяная волна прошлась по позвоночнику.
– Скажем так, я попросила давно почившего духа мне помочь, за ответную услугу, – довольно хмыкнула травница, – это было основной проверкой. Ты ее прошла.
– Даже не знаю, радоваться мне или собирать панихиду, – бросила я со злостью и отвернулась от плутовки.
– Скоро поймешь, – мотнула головой травница и отступала, – мой тебе совет, бери своих спутников, и волка в том числе, и бегите из этого места. Следующую ночь, боюсь, переживут не все.
Слова прошлись по позвоночнику очередной неприятной волной мурашек.
– Ты что-то знаешь об этом городе? – спросила я хрипло, голос пропал от переживаний.
– Я много чего знаю, – женщина склонила голову набок и кончиками пальцев отщипнула засохшую веточку, – и много чего умею. Только просто так я с тобой делиться информацией не намерена.
– И что ты хочешь взамен? – голос дрогнул, каких просьб предстояло ожидать от плутовки, представляла я слабо.
– Сущий пустяк, – оскал травницы мне совершенно не понравился, – услугу. Любую, когда она мне понадобится.
Прозвучало это совсем не страшно и не сложно, только по загривку пробежал холодок, а внутри все замерло. Ожидать чего-то посильного от последней травницы не предвиделось. Вспомнились слова Тараса: «Не верьте ничему, что увидите и услышите». Мы втроем: я, баронесса и крепостной-Тарас шли в гости к этой самой травнице, чтобы помочь моей бедной госпоже. Тогда мы с баронессой ему доверяли. Вернее, доверяла Фелисия, я же старалась раскусить. Не вышло. Они вместе с Фел исчезли, оставив нас с графом разбираться с последствиями. Чудно судьба развернулась. Тогда мы с Нижинским были врагами. Сейчас стали союзниками.
– Хорошо, – произнесла я твердо, понимала, что ничем хорошим это не закончится, но травница знала много и могла помочь, пока ей это выгодно, – я согласна.
– Тогда дай руку, – продолжила женщина.
Она протянула мне ладонь, призывая опустить на нее свою. Я нахмурилась, но подчинилась. Страх под кожей острыми иголками выбивал узоры, когда мои пальцы коснулись бархатистой кожи травницы. Сердце кольнуло, и мне показалось, что наши руки окутало еле заметное голубоватое сияние.
– Что ж, тогда присаживайся, рассказ будет долгим, – Мила вырвала свою ладонь и показательно отерла ее о платье, – договор заключен, к твоему сведению, – добавила она, заметив, что я не шелохнулась.
Стояла все также, с протянутой рукой и хмурым лицом. После касания до ладони травницы внутри родилось осознание – зря я это сделала. Мое опрометчивое решение могло стоить мне и моим спутникам жизни. Хоть небо и не разверзлось грозой, а земля не ушла из-под ног, мне стало по-настоящему страшно.
– Рассказывай, – буркнула я и села прямо на пожухлую листву.
Платье могло замокнуть – после ночной грозы земля оставалась влажной, но меня это не волновало. Мокрое платье – ничто, по сравнению с тем, что пришлось бы сидеть близко к травнице.
– Ты изменилась, Луиза, – прошелестела травница и с наслаждением откинулась на спинку лавки, будто это мягкий трон, – стала сдержаннее. Я помню нашу первую встречу, кажется, ты готова была мне волосы выдернуть и разнести избу…
– Давай к делу, – перебила я сухо, – договор заключен, расскажи, что можешь, и разойдемся.
– Тогда спрашивай, – развела руками травница, однако в ее голосе послышалось разочарование.
Будто она хотела славно повеселиться, но я не дала ей даже попробовать. Вот и хорошо, обойдется.
– Ты пришла из-за снежного волка, не так ли? – задала я первое, что меня интересовало.
Потому что вопросов накопилось достаточно. Однако начала я именно с нашего недавнего знакомца. Очень интересовало, как он мог обратиться к своей истиной ипостаси, которая давно исчезла.
– Отчасти, – согласилась травница, – вот уже три сотни зим волки не рождались. Этот первый полноценный.
– Значит, о подземных разбойниках и их перевоплощениях ты слышала?
– Конечно, – расхохоталась рыжая переливом колокольчиков, только от ее смеха холодок прошел по спине, – даже видела. Что ж, пока ты не задала еще какой-нибудь очевидный вопрос, я расскажу тебе о том, как появился наш мир. Вкратце.
Я поджала губы, чтоб не фыркнуть. Историю я учила, только вот из уст травницы она звучала иначе. Про Фелисию – мою госпожу – она рассказала многое, что оказалось правдой. Даже про Белого бога говорила так, будто знала его лично.
– Росло как-то огромное дерево, – произнесла травница с ухмылкой, будто угадала все мои мысли, – одиноко росло. Стало ему скучно. Решило создать себе тех, с кем могло бы пообщаться. Поэтому оно создало Первых травниц. Двух сестер. Дерево даровало им бессмертие и силы, чтобы повелевать природой. Создала им дом. Они жили душа в душу, пока не понадобилось травницам продолжить род. Тогда дерево создало волхвов. Равных по силе травницам. Все шло хорошо, они процветали, развлекали дерево и ни в чем не нуждались. Только вот волхвы посчитали, что их обделили. Поссорились с травницами, затаили обиду на дерево.
Мила замолчала, оглядела меня долгим взглядом и отвернулась, ее глаза подернулись пеленой. Неужели, она родилась еще тогда, при создании мира?
– Травницы, притесненные волхвами, попросили помощи у дерева, – продолжила женщина, голос ее тек плавно, убаюкивал, – оно не отказало, создало им защитников – снежных волков. Но и этого оказалось недостаточно. Надо было восстановить равновесие в мире. Так появились два брата: Белый бог и Черный бог. Они стали отвечать за порядок и баланс. Их силы могли тягаться с силами травниц и волхвов, даже превосходили. Они-то и приложили свои руки к появлению призванных духов. На тот момент – первородных. А тут и пророчество подоспело.
– Пророчество? – вскинула я брови.
– Да, оно предрекло будущее, – травница вновь перевела на меня взгляд и ухмыльнулась, – когда Черный бог найдет свою истинную, одна из сестер-травниц лишит всех магии, а Белый бог соединится с той, кого всю жизнь ненавидел, наступит начало конца. Мир рухнет, а дерево вернет все так, как предначертано.
Я моргнула. Какие странные слова. Не поняла ни одного.
– Это не дословно, – поморщилась Мила, – тысяча лет минула с того мига. После пророчества союз волхвов и травниц дал результат – появились люди, лишенные магии и крепости тел. Их души становились духами после смерти. Дерево думало, что теперь все успокоятся, перестанут воевать и убивать друг друга. Только не сложилось. Все стало хуже. Тогда дерево лишило травниц и волхвов бессмертия, сделало их подобными людям, разделило мир на навь и явь. В яви остались травницы, волхвы, снежные волки и люди, навь населили духи и боги.
– То есть, – протянула я медленно, – все условия уже сошлись?
– Конечно, – приподняла травница левую бровь, – Черный бог нашел любовь, наплодил детишек, волхвы почти уничтожили травниц. Поэтому последним пришлось лишать магии не только себя, но и всех остальных. Дыры между явью и навью затянулись. На время, как ты поняла. Духи появлялись изредка, как и потомки волхвов, волков и травниц. С запечатанной силой. А совсем недавно Белый бог ушел в навь вместе со своей женой – Фросей. Ты ведь ее помнишь?
– Да, – прошептала я еле слышно, в горле встал ком, а дышать стало нечем.
Боль от воспоминания потери вновь всколыхнулась внутри. Фрося – так звали древнее проклятье, что покоилось в Фелисии. Оно вырывалось силой из баронессы, которая убивала, отравляла, превращала в ничто. Граф пострадал и не мог до конца восстановиться именно из-за этой чумной силы. То, что Мила сказала что-то еще о Белом боге, прошло мимо меня.
– Она-то и запустила «начало конца».
– То есть, эти твари, которые стали появляться в нашем мире – вестники конца всего?
Откуда у меня появились такие мысли, сама я не поняла.
– Это чистая магия, дурочка, – хохотнула травница, – та, которую отняли у всех нас. Она, наконец, нашла свой выход.
– А что же дерево? Неужели оно не может что-то изменить? Помочь людям?
– А зачем? – вскинула травница брови в удивлении, – смертные создали ему только проблемы. Раз сейчас сила стала возвращаться, значит, оно хочет, чтобы все стало как прежде, только травницы, волхвы, волки и боги. Либо никого.
– То есть, оно всех уничтожит? – произнесла я упавшим голосом, а внутри что-то оборвалось.
Глава 12
Глава 12
«Мир исчезнет», – бились в голове страшные слова, пока я медленно шла по городу.
То, что рассказала последняя травница, разрывало душу на части. Стало горько и пусто. Хоть часть меня и не верила, остальное чувствовало, что старуха не ошиблась.
Рассказ о том, почему город забросили, и кто такие это черные твари, выглядел бледно. Здесь пару лет назад случился разрыв между явью и навью, обезумевшие и оголодавшие духи вырвались наружу. Часть жителей пало от их рук или лап, у кого что, часть сбежала, прихватив самое дорогое, оставшиеся пропали, как не бывало. Хоть это не твари резвились, но неупокоенные духи тоже могли нести опасность.
Ночью один из таких духов хотел затянуть меня в колодец и полакомиться свежей живой энергией. Не вышло, мои силы на миг пробудились, прогнали духа. Этой ночью так могло и не повезти. Травница сказала, что можно найти полыни, развесить над местом ночлега, но оголодавшие духи сильны. Могло не сработать. На то, чтобы спросить, откуда такой разрыв появился в мире, лишенном магии, сил у меня не осталось.
«Зачем тогда все? – мой голос звучал мертво, – если ничего нельзя изменить.
– Если бы было нельзя, – усмехнулась тогда травница, – то я с тобой бы не разговаривала. Вы шли в Республику? Так не сворачивайте с пути. Там, в самом сердце страны, осталось воплощение дерева. Или Всемудрого древа, как звали его раньше».
Прощальные наставления травницы вспыхнули в памяти и придали сил. И, правда, не в моих правилах сдаваться. Я вскинула подбородок и прошла в очередную избу, вдруг, тут осталось то, что пригодилось бы в пути?
Солнце клонилось к горизонту, когда я вернулась в корчму. Запасы пополнились на мешок вяленого мяса, несколько теплых накидок, пару плащей и обувь. Для меня. Больше полезного в заброшенных домах не обнаружилось.
Я оставила припасы в комнате, которую мы успели обжить. Решила сначала поговорить со спутниками. Собраться и отсортировать нужное мы и так бы успели.
Тама ожидаемо нашелся в конюшне. Накормленные и почищенные лошади были готовы к пути, на крюках висели седла, а узкая повозка стояла уже на одном колесе. Потомок кочевников мастерил отломанный бортик телеги, рядом лежало второе колесо, оно показалось кривым.
– Успеешь до заката? – спросила я негромко.
Парень от неожиданности попал молотком по пальцу, вскрикнул, выругался под нос и посмотрел на меня укоризненно. Совесть кольнула душу, но быстро отпустила. Не до извинений.
– Ну? – поинтересовалась я, повысив голос, спокойствия как не бывало.
– Я думал дочинить к ночи, – поморщился Тама и, отбросив молоток, потянулся до хруста костей, – Ал сказал, что нам стоит остаться еще на ночь и ехать с рассветом.
– Плохая идея, – фыркнула я, – где Ал и волк?
– Они были на заднем дворе, когда я видел их в последний раз, но солнце еще высоко стояло, надеюсь, твой граф не прибил несчастного звереныша? – хохотнул парень.
– Дурной? – выгнула я бровь, веселье бывшего разбойника вызвало глухую волну раздражения, – идем, поищем их. И граф не мой, – выделила последнее слово голосом, вложив в него все свое недовольство, – мне есть, что вам всем сказать.
– Что-то, чего мы не знаем? – хмыкнул потомок кочевников и оглядел меня странным взглядом, от которого по коже пробежались мурашки.
– Что-то, чего вы бы не хотели узнать никогда, – передразнила я парня и поспешила на поиски Нижинского, – но, раз уж мы собрались вместе добираться до Республики… – я не закончила, выбежав на улицу.
– Загадочная какая, – услышала я бормотание в спину.
Отвечать не стала. Мы дошагали до заднего двора, но никого там не обнаружили.
– Так, – скрестила я руки на груди, – и где нам их искать?
– Кто-то кого-то прикопал?
– У нас нет времени на шутки, – взвилась я и подскочила к бывшему разбойнику, – если мы не найдем их до темноты наши шансы на выживание равны нулю!
Я с силой ткнула Таме в грудь пальцем, отчего он отшатнулся и поднял руки перед собой ладонями наружу. Парень растерялся от моей прыти.
– Тише, красавица, – попытался он перевести все в шутку, – я вижу, что ты серьезна, но мы их найдем, не конец света же…
– Вот именно, что, – сбавила я обороты и шумно выдохнула, – помнишь, что вчера ты нашел меня в колодце? – уточнила, прищурив глаза.
– Конечно, – осторожно кивнул Тама, шутить больше не стал.
– Так вот, сегодня мы все можем оказаться не только там, а исчезнуть, как жители этого города, – выдохнула я и поспешила обратно в корчму, возможно, мужчины вернулись туда, – времени у нас до темноты.
– Все так серьезно? – присвистнул потомок кочевников и последовал за мной тенью.
– Более чем.
Небо снова заволокло тучами, а улица погрузилась в предзакатный сумрак, когда нам удалось отыскать пропажу. Они оба находились в одной из заброшенных изб. Граф сидел на полу, привалившись к стене, и дремал. Волк же недовольно перебирал мужские вещи, разбросанные перед ним. Сам он щеголял наготой. В другой раз я бы залюбовалась худым, но рельефным телом с заметными мышцами. Сейчас же меня волновало иное.
– Вы чем заняты?! – разозлилась я не на шутку.
Мы с Тамой весь город обошли, я вся изнервничалась, что духи вылезли раньше и забрали неудачников в свое логово. Сразу подлетела к графу и пнула его под сапог. Мужчина распахнул глаза и посмотрел на меня растеряно. Волк же как-то тонко пискнул и попытался прикрыться первой попавшейся тряпкой.
– Не смущайся, мы тебя еще вчера рассмотрели, – ухмыльнулся Тама и занял старое, но вполне удобное кресло.
– Какая муха тебя укусила, Луиза? – поджал губы граф, ему совсем не понравилось мое поведение.
– Мила, – выплюнула я и оперлась филеем о дубовый стол, – мне надо рассказать вам что-то очень важное.
Адриан напрягся всем телом, ощутил мой страх, а граф нахмурился больше прежнего. Только не успела я начать, как с улицы послышался треск, а пол под ногами качнулся. Да так, что я ударилась бедром о столешницу, а волк завалился на бок.
– Кажется, опоздала, – крикнула я с отчаяньем и, цепляясь за стол, достала из сапога свой нож.
– Что происходит?! – вскрикнул Адриан и забарахтался в ворохе одежды, силясь подняться на ноги.
– Это то, о чем ты говорила? – насторожился Тама, он выглядел собранным и твердо стоял на ногах.
– В этом городе разрыв между явью и навью, – сообщила быстро, – ночами лезут неупокоенные духи. Вчера нам повезло, сегодня, видимо, везение закончилось.
Граф тяжело поднялся, в руках его мигом оказался кнут. Пол под ногами все еще трясло, а воздух вокруг потяжелел, запахло испорченными продуктами.
– Что за миазмы?! – продолжал барахтаться волк, он один выглядел беспомощным и растерянным, – я сейчас задохнусь!
– Перевоплощайся, – сказала я уверенно, – по своей воле, чтобы сохранить разум.
– Но я не умею! – в голосе Адриана послышались капризные нотки, совсем еще ребенок.
– Учись, если жить хочешь, – поддержал меня Тама.
Мы втроем, я, граф и бывший разбойник, переглянулись и смело шагнули к распахнутой двери избы. На улице завывал ледяной ветер, небо покрыли черные тучи, вдалеке сверкали молнии, правда, раскатов грома не слышалось. По дороге перекатывались кучи слежавшейся травы, сор, даже доски, а над землей стелился еле заметный зеленоватый туман. С каждым мигом он набирал силу, захватывал больше территорий. Однако духов мы не заметили.
Мила обманула? Или они приходили не сразу, постепенно?
– Возвращаемся в корчму! – крикнул Тама, – берем лихову телегу и мчим отсюда куда подальше!
– У нее колеса нет, – напомнила я и сорвалась на бег.
Отчего-то бежать в плотнеющем тумане оказалось тяжело, ноги заплетались, казались ватными, неподъемными. Тама выругался, когда зацепился за что-то и пропахал носом землю, вверх взметнулись клочки тумана и дорожной пыли.
– Вставай! – крикнула ему, – одна заминка, и мы никогда не встретимся!
Где-то сзади хромал граф, ему с его травмированной ногой убегать было сложнее остальных. Не успела я додумать мысль, как все поменялось.
Туман взвился до пояса, с неба обрушился ледяной стеной дождь, а меня дернули за плечи назад с такой силой, что я отлетела на добрых полметра, проехалась спиной по острым камням и полностью окунулась в клубящееся зеленое марево.
С губ слетел крик боли, я зажмурила глаза и стиснула нож крепче в пальцах. Звуки вдруг стихли, как и стена дождя, будто не бывало. Я несмело разлепила веки и замерла. Улица города исчезла, растаяла, меня окружал густой лес, деревья скрипели и раскачивались из стороны в сторону. Вокруг царила тьма, она, будто живая, вихрилась в воздухе, опутывала могучие стволы деревьев, терялась в пышных кронах.
Вдалеке бликами мерцало озеро, его поверхность отливала графитом, будто черное зеркало. Холод сковал по рукам и ногам, промокшее насквозь платье липло к телу.
– Где я? – прошептала я растерянно и приподнялась на локтях.
Голос прозвучал глухо, как со дна колодца, а ушей коснулся еле слышный шепот. Я поморщилась. После сильного удара о землю боль растеклась по спине и пояснице, стоило попытаться встать.
– Лучше спроси, где мы, – недовольный голос бывшего разбойника донесся из-за ближайшего куста, его ветки активно зашевелились.
– Тама? – мои брови поползли вверх.
Я наблюдала за тем, как парень неуклюже выбрался из колючих ветвей, отплевываясь от тьмы. Он отряхнул штаны и подошел ко мне, протянул руку, чтобы помочь подняться.
– Я сама, – насупилась я и, закусив губу до крови, поднялась на ноги.
Мы огляделись. Вокруг только лес, узкая, петляющая в траве тропа и озеро вдалеке. Его противоположный берег скрывал знакомый зеленоватый туман. Не сговариваясь, задрали головы вверх. Там, как и вокруг, царила тьма. Неба не имелось, только зеленоватые трещины, будто рваные раны, испещрили черное нечто.
– Нас поглотили эти самые неупокоенные духи? – спросил Тама, в голосе его послышалась обреченность, – а я ведь только жизнь заново начал, с прошлым завязал, от стражников откупился.
Я отвечать не стала, перехватила нож удобнее, он все также находился в моей руке, и осторожно шагнула к озеру. Отчего-то казалось, что стоило идти именно туда. Там станет ясно, куда мы попали, и как вернуться обратно.
Не успела я сделать и десятка шагов, как передо мной возникла хрупкая девичья фигура в старомодном платье. Огромные глазищи цвета горького шоколада смотрели на меня устало. Светлые волосы заплетены в две короткие косы, торчащие в разные стороны, на курносом носу засохшая глина. Я бы дала ей не больше пятнадцати, но что-то во взгляде девушки подсказывало, что она на десяток лет старше меня. Если не больше.
– Вам туда не стоит идти, – сообщила она бледно, сложила руки за спиной и наклонила голову вбок, – вы еще живы.
– Куда – туда? – спросила я от неожиданности, во все глаза рассматривая нежданное препятствие.
– К переходу в Подземное царство.
Я задохнулась от неожиданности и тут же закашлялась. Тама, поравнявшийся со мной, нахмурился.
– Возвращайтесь назад, – совет прозвучал как приказ, сорвавшись с тонких бледных губ девушки.
– И как нам это сделать? – фыркнул разбойник и скрестил руки на груди.
– Как пришли, так и уходите, – пожала девушка плечами еле заметно, – это не мои проблемы.
– Можешь пояснить, куда мы попали? – миролюбиво уточнила я.
– Травница, а глупая, – закатила глаза девица, – прошлая казалась умнее.
– Ну, прости, я только учусь, – повысила я голос, какая-то пигалица меня еще упрекать посмела?!
– Вы на тропе смерти, – также бледно сообщила та, – по пути в Подземное царство. Иначе говоря, вы зачем-то забрались в мир духов в смертной плоти.
