Текст книги "Княжна из цветочной лавки (СИ)"

Автор книги: Мила Ваниль

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 26 страниц)

Глава 40

Как я и предполагала, Гордей в темницу не вернулся. Однако вскоре мне принесли суп, сухари и сладкий горячий чай. И, наконец, заменили ведро.

После еды наступила приятная сытость, и я провалилась в глубокий сон, не замечая неудобств. Жесткий ящик показался мягкой периной, а шуршание мышей – легкой игрой ветра листвой за окном.

Я так крепко спала, что не услышала, когда за мной пришли.

Руки связаны за спиной, на шее – веревочная петля… В таком виде меня повели наверх четверо стражников. Кажется, меня боятся? Это смешно, я не смогла бы убежать, даже если бы руки были свободны.

Винтовая лестница привела нас туда, где располагалась служба безопасности дворца. Тут я недавно встречалась с Домбровским и Тамарой. Как быстро из жертвы я превратилась в обвиняемую…

Меня привели в кабинет побогаче и размерами побольше. И там меня ждали.

– Зачем это? – поморщился граф Орлов. – Она же девушка.

– Нас предупредили, что она опасна, – произнес один из стражников.

– Снимите веревки, немедленно, – велел Орлов.

И, подойдя ближе, брезгливо заткнул нос. Оно и понятно, я не фиалками пахла.

– Здравствуйте, Демьян Петрович, – произнесла я и шмыгнула носом.

Плакать у него в кабинете я точно не собиралась. Это от свежего воздуха глаза заслезились и в горле запершило. Только сейчас поняла, как я соскучилась по открытому пространству.

– Оставьте нас, – сказал он стражникам.

Те вышли, не возражая.

Я потерла запястья и потрясла кистями рук.

– Я был в отъезде, Карина. Иначе не допустил бы, чтобы с тобой так обращались. Присаживайся.

– Вы могущественнее короля? – поинтересовалась я.

– Нет. Но есть закон. С тобой поступили жестоко.

– И вы не боитесь вслух говорить об этом?

– Я здесь главный, Карина. Этот кабинет нельзя прослушать.

– А король знает, где я?

– Пока нет. Поэтому хотелось бы поговорить до того, как ему донесут.

– Вы же тут главный!

– Тебя могли видеть слуги. Карина, да присядь уже…

Я опустилась на предложенный стул.

– Полагаю, ты голодна. Потерпи, тебя покормят чуть позже. Нам нужно поговорить…

Орлов устроился напротив меня, за столом.

– Лишним не будет, – согласилась я. – Скажите, почему мне не сказали, что мама была дриадой? Разве меня не должны были предупредить… о возможных последствиях?

– Не должно было быть никаких последствий. – Орлов смотрел на меня внимательно, как будто рентгеном просвечивал. – А ты ничего не хочешь мне рассказать? Не хочешь признаться?

– В чем? Я не соблазняла принца! – воскликнула я.

И тут же пожалела об этом. Ведь Гордей предупреждал, что я должна признать вину.

– Верю, – неожиданно произнес Орлов. – И куст Карина вырастить не могла. Скажи, кто ты?

Ой-ой-ой… Неужели я попалась?! Если признаюсь, что попала сюда их другого мира, Гордей меня не спасет.

– Я… Карина Елецкая… – Я сделала вид, что растеряна. – Почему вы такое спрашиваете?

– Дело в том, что у Карины на теле была печать, запирающая силу полукровки, – пояснил Орлов. – Я лично присутствовал, когда чародей ее ставил. У тебя же ее нет. Верно?

Меня загнали в угол. Так и знала, что на чем-нибудь, да спалюсь. Как же я устала бояться! Теперь отрицать очевидное бесполезно.

– Карина… позволь тебя так называть… Чего ты боишься? Я на твоей стороне, и пытаюсь помочь.

– Я не Карина, – прошептала я, опуская голову. – И теперь мне уже никто не поможет.

– Кто же ты? Как заняла ее место?

И тут меня прорвало. Да к черту все! Пусть казнят! Пусть делают, что хотят!

– Вашу Карину Ероев уморил. – Я не собиралась его покрывать. – Она умерла от болезни в пансионе, где жила. Не знаю точно, как это случилось. Я появилась в этом мире уже после ее смерти.

– Так ты из другого мира?

Орлов внезапно побелел. Как ловко он вычленил суть!

– Да, из другого! Ероев нанял черного привратника, и меня перенесли сюда. Не знаю, почему именно меня. Объяснили, что магия призвала похожую на княжну девушку.

– Не может быть! – Он вскочил и забегал по кабинету. – Не может быть!

– Может, – сказала я. – Если только Карина Елецкая не тронулась умом и не представляет, что перенеслась сюда из другого мира. Он, кстати, и похож на этот, и не похож.

– Знаю! – выдал Орлов. – Знаю…

– Знаете о моем мире? Но тогда вы понимаете, что я не могу быть дочерью дриады! Я вообще не знаю, кто моя мать. Вернее, знаю… в теории… Но я ее не помню! И она точно не дриада.

– Ты ошибаешься, Карина. Мне жаль, но ты ошибаешься. – Он сел и схватился за голову обеими руками. – Твоя мать – дриада, а отец – князь Елецкий. Ты и есть… настоящая княжна…

Если я не сошла с ума при путешествии из одного мира в другой, то определенно тронулась крышей в темнице. Мне это не снится? Я ущипнула себя за руку и вздрогнула от боли. Но это же бред! Я – настоящая княжна?!

– Этого не может быть! Говорю же, это устроил Ероев. Он перенес меня сюда, обучил, заставил притворяться…

– Это долгая история. Боюсь, сейчас нет времени все объяснять. Вынужден признать, что план Гордея – единственно разумный. Тебе лучше убраться подальше от столицы на какое-то время.

– Э-э… Что? – Теперь я действительно растерялась. – Меня не казнят за перемещение между мирами?

– Что за глупости! – возмутился Орлов. – Тебе это Ероев сказал? Ничего, я до него еще доберусь!

– Погодите… то есть… я действительно опасна для окружающих, если у меня нет запирающей силу печати?

Сама в шоке, но, кажется, придется признать, что этот бред и есть правда. Ведь это все объясняет! И мои странные сны, и тягу к растениям, к прогулкам на природе. Я же не выбирала профессию! Я с детства знала, чем хочу заниматься. И в детском доме у меня была своя грядка, где все цвело и колосилось – и петрушка, и морковка… Да любая рассада! Говорили, у меня легкая рука.

– Нет. Полукровки не так уж сильны. Это, скорее, предрассудки и страхи, – вздохнул Орлов. – Закон об обязательной магической печати давно пора отменить.

– Но эту печать теперь поставят? – забеспокоилась я. – И я перестану быть той, кто я сейчас?

– Скорее всего, – поморщился он. – Я уберег тебя от этого однажды, и попытаюсь снова. Но ты… сделай так, как просил Гордей, хорошо? Это избавит тебя от новых бед.

– Хорошо, – согласилась я. – Но вы расскажете мне правду о моей семье? Объясните, как получилось…

– Да, да, – перебил меня он. – Потерпи, и все узнаешь.

Он взглянул на часы, и почти сразу же в дверь постучали.

– Войдите, – разрешил он. – Вы пунктуальны, ваша светлость. Карина, княгиня позаботится о тебе.

– Пойдем со мной, Кариночка, – произнесла Ирина Львовна. – В темницу ты больше не вернешься.

Глава 41

– Карина, полагаю, ты понимаешь, что не стоит ни с кем обсуждать то, о чем мы тут говорили, – предупредил Орлов.

– Да, Демьян Петрович, – вздохнула я.

– Даже со мной? – спросила Ирина Львовна.

– Даже с вами, – отрезал он. – Это в интересах Карины, ваша светлость. Подумайте, что будет, если его величество захочет вас допросить.

– Ему достаточно допросить меня, – встряла я в разговор.

– Карина, ее светлость объяснит, почему тебя не будут допрашивать, – сказал Орлов. – Прошу прощения, мне нужно кое-что сделать до заседания совета. Идите, идите…

Нас с княгиней выставили из кабинета, и вскоре я очутилась в знакомом потайном коридоре.

– Пойдем быстрее, – сказала Ирина Львовна. – Ты, наверное, голодна.

– Уже не так сильно, – ответила я. – Благодаря вам и Гордею. Так почему меня не будут допрашивать?

– Во-первых, Гордей уже заключил с отцом соглашение, – пояснила она, не останавливаясь. – В допросе нет нужды. Во-вторых, его величество не может привлечь к допросу жену. Это плата за то, что она не вмешалась, чтобы защитить тебя.

Ага, значит, калечить меня не позволит Гордей, а король не сумеет подчинить меня и заставить говорить без дриады.

– Так она, и правда…

– Правда, – перебила меня Ирина Львовна. – Не произноси это вслух. Никогда. Если не хочешь умереть.

– Так это скрывают? – догадалась я. – Но почему же тогда… Погодите! Так Гордей… и его братья…

– Нет. Кариночка, поговорим об этом после, хорошо? Желательно вне стен дворца.

Да что ж такое! Никто не хочет ничего объяснять! А у меня сейчас голова треснет…

Мало того, что я – настоящая княжна, так еще и наполовину нежить! Так еще и Гордей… не полукровка, хотя его мать – дриада. Может, я все же сплю? Или брежу!

– Не пытайся понять все сразу, – сказала Ирина Львовна. – Разберешься постепенно. Сейчас главное достойно пережить совет и покинуть дворец. Соберись, будь сильной.

– Так вы ведете меня на совет?

– Нет, он состоится позже.

В незнакомой комнате, маленькой, но опрятной, нас ждала одна из горничных княгини.

– Ванна готова, ваша светлость, – доложила она, едва мы вошли.

Ванна? Горячая вода? Мыло и травяные отвары? Я так обрадовалась, что чуть не запрыгала на месте, как ребенок.

– Иди, – сказала мне Ирина Львовна. – Тебе надо помыться. А после поешь. Поговорим после.

Я без возражений отправилась в ванную комнату, хотя вопросов только прибавилось.

Погрузившись в горячую воду, я даже не думала ни о чем. Просто наслаждалась мытьем, да время от времени расслабленно шевелила пальцами на ногах. При дневном свете обнаружилось, что воспалились лопнувшие мозоли на ступнях. Это я еще во время бала натерла ноги туфельками. И на запястьях появились ссадины от веревок, а кое-где на теле – синяки.

Берта, так звали горничную, молча мыла мои волосы, оттирала грязь и обрабатывала ранки. И я была благодарна ей за тишину.

– Садись ближе к камину, – сказала Ирина Львовна, когда я вышла из ванной комнаты. – Я велела его растопить, чтобы волосы быстрее высохли.

Столик, уставленный яствами, тоже подвинули ближе к теплу. В комнате появилась и Мора. Усевшись напротив, она несколько раз мяукнула.

– Ругается? – предположила я, глядя на Ирину Львовну.

– Жалуется, – ответила она. – Она не могла тебя найти.

– У меня такое чувство, что я украла вашу кошку, – призналась я.

– Глупости, – отмахнулась она. – Кошка сама выбирает человека. Мора всегда лишь жила у меня. Видимо, тебя ждала. Ты ешь, только не спеши.

Вкусный суп, овощное пюре с котлетками, свежий салат… Я старалась не набрасываться на еду и тщательно пережевывала каждый кусочек.

– Я велела упаковать твои вещи, – рассказывала тем временем Ирина Львовна, отвечая на часть незаданных вопросов. – К счастью, его величеству не нужны твои платья. Драгоценности твоей матери, что хранились у князя, у меня. Они не входят в наследство, так что можешь сама решить, как ими распорядиться.

Мора устала тереться о мои ноги и запрыгнула на спинку стула, уселась на ней, как птичка на жердочке.

– Да погладь ты ее, пусти на колени, – вздохнула Ирина Львовна. – Она… силой поделится.

– Силой? – удивилась я, запуская пальцы в мягкую шерстку. – Какой?

– Не знаешь, что кошки лечат? Ложатся на больное место, оттягивают негативную энергию…

– А, это! Да, слышала, – кивнула я. – Наследство… отберут?

– Он хотел! – ядовито произнесла Ирина Львовна, явно имея в виду брата. – Да князь Орлов вовремя вернулся. Сошлись на том, что будет, как раньше. Ты не сможешь распоряжаться наследством, пока не выйдешь замуж. Вообще никак, даже поселиться в поместье родителей не разрешат.

– А куда же я поеду? – растерялась я, откладывая столовые приборы. – Обратно к Ероеву? Да ни за что…

– Кушай, кушай, – сказала она. – Ероев теперь тебя и сам не примет. Слухи уже ползут, хотя его величество в этом не заинтересован. И до твоего опекуна доползут. Ты можешь поехать со мной.

– С вами? Куда?

Отчего-то мелькнула мысль о монастыре.

– После того, что случилось с тобой, я во дворце не останусь. – Ирина Львовна и так сидела на стуле прямо, а тут как будто ровнее выпрямила спину. – У меня есть маленький домик… в глуши. Недалеко от поместья твоих родителей. И от границы тоже. Правда, содержание у меня… небольшое. Но, думаю, нам его хватит, чтобы жить без роскоши.

– Но я не могу сесть вам на шею! – возразила я. – Это несправедливо.

– Мне нужна помощница, а ей надо платить жалование. Ты же будешь работать за еду и жилье.

– И что же входит в мои обязанности?

– Сопровождать меня на прогулке… читать… помогать перематывать пряжу… кормить кошек…

Судя по всему, Ирина Львовна выдумывала «обязанности» на ходу. Никакая помощница ей не нужна. Она просто щадит мою гордость, желая заботиться обо мне. Это все равно несправедливо по отношению к ней! Только я не безрукая. Меня не растили, как княжну, значит, я могу работать. Как? Еще не знаю. Но что-нибудь придумаю!

– Я не в том положении, чтобы отказываться от помощи, – произнесла я, смущаясь. – Благодарю вас, ваша светлость. Я постараюсь позаботиться о нас обеих.

– С нами поедет Берта, – добавила Ирина Львовна. – Полагаю, нам хватит одной служанки. Она горничная, но умеет и готовить.

– А Лотта? – вспомнила я. – С ней все в порядке? Ее оставят во дворце?

– Я думала, ты спросишь о Гордее.

– Навряд ли он в порядке, – грустно ответила я. – И если бы мог, то уже пришел бы сюда. Что толку спрашивать…

– Ты права, – согласилась Ирина Львовна. – А Лотта… Дурочка твоя Лотта! И тебя подставила, и места лишилась.

– Подставила? Как?

– Допрашивали ее, что да как. Чистая формальность! А она возьми, да припомни, как ты колдовские браслеты плела!

– Я… Что?!

– Из ниток разноцветных. Или не было такого?

– Было, – вспомнила я. – Но это же просто браслет! Я хотела подарить его Гордею, когда думала, что он… телохранитель. А после передумала, ведь принцам такое не дарят. Я же объяснила Лотте, что нет там никакого колдовства!

– А она рассказала о нем дознавателю, и его величество назвал это колдовским приворотом. Мол, ты порчу на принца хотела навести.

– Ох…

– Не переживай, это уже неважно. Но Лотту из дворца выгнали, за то, что не донесла вовремя.

– Да она просто глупая…

– За глупость тоже надо платить, – возразила Ирина Львовна. – Ее глупость могла стоить тебе жизни.

Горячая ванна, сытная еда, теплая Мора, урчащая на моих коленях… Меня стало клонить в сон, и я зевнула, поспешно прикрыв рот рукой.

– Отдохни немного, – предложила Ирина Львовна. – Когда начнется совет, за тобой пришлют.

– Я еще о многом не спросила…

– А куда спешить, Кариночка? Мы еще успеем наговориться. После совета сразу уедем из дворца, а там…

– Погодите! – встрепенулась я. – А как же игры? Вы же там главный распорядитель.

– Думаешь, некому занять мое место? – усмехнулась она. – Я здесь только ради принцев и оставалась. Гордей теперь со всем справится, а Лео женится и тоже оставит дворец. Девушки же только обрадуются, когда я исчезну. Они же меня между собой… вороной зовут.

– Неправда! – вспыхнула я. – Никогда такого не слышала!

Ой, стыдно-то как…

– Да ты с ними и не общалась толком. Поди, отдохни. И Мору забери, она тебя успокоит.

Я прилегла на кровать, обнимая кошку. Все так… необычно. Столько нового узнала, что голова кругом. И нет ни времени, ни сил во всем разобраться. Вот ничуточки не удивлюсь, если проснусь в темнице!

Глава 42

В подземелье из-за темноты я не могла рассмотреть Гордея, и, увидев его на заседании королевского совета, ужаснулась переменам. Больно было осознавать, что это случилось из-за меня.

Гордей сильно похудел и осунулся, под глазами появились синяки, а на лбу – морщины. И взгляд стал пугающим – каким-то неживым, стеклянным. Даже мелькнула мысль, что Гордея опоили то ли зельем, то ли наркотиком. Однако в таком случае он навряд ли мог добиться того, чтобы меня выпустили из темницы.

А, может, это не его заслуга, а князя Орлова? Вдруг Гордей на стороне отца, не подозревая об этом? Я признаю вину, и меня казнят.

Нет, надо верить Гордею, Демьяну Петровичу, Ирине Львовне. Они не могли сговориться, чтобы уничтожить меня. Это лишено всякого смысла! Чтобы покончить со мной, достаточно ничего не делать.

– Просто произнеси «да», – сказала Ирина Львовна, провожая меня на совет. – Ничего не бойся, ты не одна.

Может, это и самонадеянно, или даже глупо, но я действительно не боялась. Устала, наверное. Хотя, нет, тут другое. Когда я боролась с черными риэлторами в своем мире, никто меня не поддерживал. Я всегда выступала в одиночку против целого мира, такова участь многих детдомовских детей. Сейчас же рядом находились люди, которые заботились обо мне. Меня не бросили в трудную минуту, не отказались, не предали… И это придавало сил и бесстрашия.

– Назовите себя, – произнес кто-то из присутствующих на совете.

Гордей, наконец, взглянул на меня и едва заметно кивнул. Я словно услышала его голос: «Все хорошо, я рядом». И на сердце стало чуточку легче.

– Княжна Карина Елецкая, – ответила я.

Думала, начнется допрос, однако секретарь быстро уточнил мой возраст, имена моих родителей и опекуна, название места, где я воспитывалась, после чего вслух зачитали обвинение. В двух словах, все свелось к тому, что я соблазнила принца, пользуясь способностями дриады, чтобы женить его на себе.

«Риша, я тебе верю. Знаю, ты не делала того, в чем тебя обвиняют».

Что ж, этого вполне достаточно. Главное, Гордей не верит в эту чушь с соблазнением, а на остальных мне плевать.

– Княжна Елецкая, вы признаете себя виновной?

В абсолютной тишине я обвела взглядом присутствующих. Сколько их? Десять… Нет, одиннадцать мужчин, обремененных опытом и властью, всерьез судят влюбленную девушку? Ни за что не поверю. Они собрались, чтобы одобрить решение короля. А он… жалкий тиран… Да-да! Жалкий и несчастный! Потому что тот, кто счастлив, светел душой и добр сердцем.

Гордей слегка нахмурился, ожидая моего ответа.

«Я не подведу, любимый. Не знаю, как в итоге поступят со мной, но поступлю так, как хочет король. Потому что это облегчит жизнь тебе».

– Да, – произнесла я, вздернув подбородок.

И уставилась на короля, ожидая, что он рассмеется мне в лицо.

«Вот ты и попалась, дурочка!»

Король, не выдержав моего взгляда, отвернулся.

– Ожидайте за дверью, вас позовут.

И это всё? Странно, зачем вообще понадобился этот совет. Неужели лишь для того, чтобы я призналась в том, чего не совершала, при свидетелях?

Из зала заседаний я вернулась в комнату ожидания. Там находились два стражника – один стоял у двери, другой – у окна. Видимо, чтобы я не сбежала. Тот, что у окна, стоял ко мне спиной, а тот, что у двери, вдруг вышел, едва я опустилась на стул.

– Риша…

От неожиданности я чуть не подпрыгнула на стуле. Так меня звал только Гордей! Но ведь он там, в зале заседаний… И голос не его!

– Я напугал тебя? Прости.

Стражник повернулся ко мне лицом, и я узнала Леонида.

– У меня мало времени, – продолжил он. – Отец не знает, что я здесь. Риша, умоляю, ответь, что происходит? Что с Гордеем? С тобой? Дворец полон жутких слухов. Отец не желает ничего объяснять, брат меня избегает…

– Ваше высочество, и вы решили расспросить об этом меня?

Если честно, я психанула. Неудивительно, что младшего принца не ставят в известность о беспределе, что творит его отец, но все же… требовать объяснений… у меня…

– Так и знал, что обижу тебя, – пробормотал Леонид, отворачиваясь. – Прости, отчаяние толкнуло меня на этот шаг. Мне кажется, происходит что-то страшное. И если я могу чем-то помочь тебе или Гордею…

– Думаю, если бы мог, Гордей попросил бы о помощи, – ответила я чуть мягче. – И уверена, он поговорит с тобой… позже. И объяснит все, что сможет. Вы же братья.

– Риша, так это правда? – Он шагнул ко мне, присел на корточки рядом со стулом. – Правда, что ты… полукровка?

– Не знаю, – усмехнулась я. – Хочешь – верь, хочешь – нет, но не знаю. Утверждают, что да.

– Так вот почему отец взбесился, – вздохнул Леонид. – Риша, что бы ни произошло, верь, Гордей никогда тебя не оставит.

– Почему ты так в этом уверен? – не удержалась я от вопроса. – Брак между нами уже невозможен.

– Старшие утверждают, что они мудрее, потому что опытнее, – скривился он. – Может, и так, но я хорошо знаю Гордея, хоть и младший. Во-первых, он никогда не полюбил бы ни никчемную пустышку, ни коварную соблазнительницу. Во-вторых, он однолюб. В-третьих, если кто и может совершить невозможное, так это он.

Я невольно улыбнулась, слушая принца. Хороший у Гордея брат, хоть они и разные по характеру.

– Спасибо, – сказала я. – Лео, прости, я не могу ничего объяснить. Но у меня есть просьба… Пожалуйста, поддержи Гордея. Ему сейчас… очень плохо.

– Он меня избегает, – мрачно напомнил Леонид. – Но я постараюсь.

– Он хочет казаться сильным. Вы, мужчины, все такие…

– Будет лучше, если его поддержишь ты.

– Меня здесь не будет.

– Разве ты…

Скрипнула дверь со стороны зала заседаний, и Леонид не успел договорить, быстро вернулся к окну.

– Войдите, – велел мне секретарь.

Благодаря Леониду я не мучилась ожиданием, не терзалась неопределенностью, потому и приговор выслушала без трепета в сердце. Гордей не подвел, и король не обманул. Почти. Меня отправили в пожизненное изгнание туда, где опекун предоставит мне место постоянного проживания. Главное, находиться подальше от королевской семьи: оговаривалось минимальное расстояние до столицы. Получить наследство я могла, когда выйду замуж. Но выйти замуж я не могла, потому что никто не возьмет в жены изгнанницу. И перед тем, как я покину дворец, чародей должен сотворить на моем теле печать, запирающую силу.

Не знаю, на что надеялся Гордей при таком раскладе. Король позаботился о том, чтобы приговор огласили официально, и отменить его будет сложно даже после смерти короля. Мне показалось, Гордей все же попал в ловушку отца. Увы, по моей вине. Конечно, я ничего не делала специально. Просто стала слабым местом Гордея, его уязвимостью, ахиллесовой пятой. И сейчас, когда страх за собственную жизнь отступил, я задумалась о будущем, в котором, похоже, уже не будет счастья ни для меня, ни для Гордея.

– Карина, пойдем. – Ко мне подошел князь Орлов. – Отведу тебя к чародею. Прости, но избавить тебя от печати не в моих силах.

– Ничего, – ответила я. – Мне не нужны магические способности.

То есть, круто, конечно, чувствовать себя сказочным существом. Но я как-то привыкла жить без этого. Выращивать цветы умею и без магии, а подсматривать и подслушивать при помощи животных… такое себе удовольствие.

Я обернулась, чтобы взглянуть на Гордея, но он уже ушел. Похоже, ему запрещено ко мне приближаться. Что ж, мы попрощались в подземелье…