Текст книги "Княжна из цветочной лавки (СИ)"

Автор книги: Мила Ваниль

сообщить о нарушении

Текущая страница: 19 (всего у книги 26 страниц)

Глава 55

Как легко, оказывается, узнать цену собственным благородным порывам! Я обманывала и себя, и окружающих, утверждая, что хочу отпустить Гордея. И только когда услышала, что он обручен с другой, поняла, что не могу от него отказаться.

Моего согласия, собственно, и не спрашивали, просто поставили перед фактом. И я приняла его – вместе с болью, от которой останавливалось сердце.

– Ирина Львовна, вы сказали ему о ребенке?

– Нет. Как мы и договаривались.

Это все, о чем я спросила после того, как пришла в себя.

Я не винила Гордея. Понимала, что его заставили сделать предложение. Да и отреагировала так остро, похоже, из-за беременности. Это она делала меня слабой и нервной.

Наш ребенок все же будет бастардом? Какая разница! Лишь бы он родился здоровым и рос счастливым. Я справлюсь! И пусть его отец не вспоминает о нас. Так будет лучше… для всех.

Как же больно…

– Свадьбу отложили на год, – сказала Ирина Львовна за ужином. – Траур закончится раньше, но Гордей оговорил это условие.

Она не выходила из своей комнаты, пока я крошила тесаком, одолженным у Тихона, овощные очистки, траву и водоросли. Наверное, чувствовала, что меня лучше оставить в покое.

– Гордей ничего не должен знать о ребенке, – произнесла я, крепче сжимая вилку и нож.

– За год многое может измениться, – продолжила Ирина Львовна, словно не слыша моих слов. – Да ты и сама это прекрасно понимаешь. Твоя жизнь круто менялась дважды за последние полгода. А тут… И я уверена, что Гордей дал согласие под давлением отца.

– Полагаю, вы правы, – вежливо ответила я. – Все так и есть.

– Карина, я отказываюсь тебя понимать. – Она отложила столовые приборы. – Почему ты решила, что между тобой и Гордеем все кончено? Он же просил ждать и верить!

– Потому что так будет лучше.

– Для кого?!

– Для Гордея, конечно. Со мной все в порядке, он позаботился обо всем. Если все так, как вы говорите, и Гордей согласился на свадьбу для отвода глаз, то я буду счастлива, когда он приедет за мной. Но если этого не произойдет, я не буду считать себя обманутой.

– Когда ты так говоришь, мне страшно. – Ирина Львовна покачала головой. – Молодость – время глупостей, романтики и влюбленности.

– Мне рано пришлось повзрослеть.

Ирина Львовна не рассказывала о том, что происходило во дворце во время похорон, а я не спрашивала об этом. И так ясно, что там, где смерть, всегда печаль. Юрий был женат, но обзавестись детьми не успел, вроде бы из-за болезни. Я его совсем не знала, видела всего пару раз, и как бы кощунственно это не звучало, сожалела лишь о том, что из-за его смерти Гордею приходится проходить через ад.

Вечером я оставила все дела и устроилась рядом с Ириной Львовной у камина. Пусть она не в настроении, мне бы только посидеть поблизости, почувствовать, что я не одна. Ночи уже стали холодными, и от горящих поленьев шло приятное тепло. Они потрескивали, стучали спицы в руках Ирины Львовны. Если прислушаться, то можно разобрать и шум прибоя.

Положив ладони на живот, я прикрыла глаза. Такие спокойные уютные мгновения выпадают редко.

– Кариночка, мне не нравится, как ты себя ведешь.

Ирина Львовна старалась говорить мягко, вероятно, не хотела меня обидеть. Однако я как будто искупалась в ледяной воде, услышав ее замечание.

– А как я себя веду? – спросила я, поежившись.

– Увы, здесь есть и моя вина, – вздохнула Ирина Львовна. – Я переложила на тебя ответственность, фактически заставила работать экономкой…

– Вы меня не заставляли, – возразила я, перебивая ее.

– И ты вынужденно вела себя, как служанка, – невозмутимо продолжила она. – Но дальше так продолжаться не может.

– Почему не может? – забеспокоилась я. – Мне нравится следить за хозяйством, нравится заниматься садом и огородом. Так вы сердитесь из-за компоста? Я не могу доверить его Берте или Тихону. Во-первых, все нужно сделать правильно, иначе ничего не получится. Во-вторых, у них и без компоста дел полно.

– Можно следить за хозяйством, оставаясь княжной, – возразила Ирина Львовна.

– Да зачем? – удивилась я. – Я же здесь вроде как инкогнито, бедная родственница.

– Речь не о богатстве и не о титуле, а о правилах поведения. Ты уже сейчас должна думать о своем ребенке. Разве ты не поняла, что ему суждено стать великим чародеем?

– Великим? – скептически переспросила я. – Почему?

– Да потому что сам лэр Сапфирус его опекает, дурочка ты моя, – неожиданно улыбнулась Ирина Львовна. – Или ты думаешь, что при дворе будет служить какой-нибудь посредственный чародей?

– Он верховный, что ли?

– Нет, но по силе и положению близок к верховному. Ты должна оставаться княжной… ради сына.

– А что это означает, Ирина Львовна? Следовать правилам этикета?

– Не только…

Она замолчала, высчитывая петли в вязании.

– Ирина Львовна, научите меня быть княжной, – попросила я. – А еще шить, вязать, готовить… У меня поверхностные знания.

– Ох, нет, Кариночка, лучше не проси.

– Но почему?!

– Я строгая учительница.

– И хорошо. Я продолжу заниматься садом, потому что мы ограничены в средствах, однако…

– Погоди. Как я запамятовала! – воскликнула она. – Я же должна отдать тебе кое-что. Берта! Берта! Сходи наверх, принеси сюда коробку, что на столе. Нет, лучше Тихона попроси.

– Я сама могу…

– Нет! – Ирина Львовна меня остановила. – Она тяжелая. Тебе нельзя. Лэр Сапфирус переместил ее туда, где я оставила ключ-камень к порталу. Надо было сразу сообразить, что она понадобится тебе внизу!

– Коробка от лэра Сапфируса?

– Нет. Но он тоже кое-что передал. Берта! И мешочек захвати, что у зеркала лежит.

– Тогда кто? Гордей?

– Сама догадаешься.

В коробке я обнаружила бумажные пакетики с семенами и отростки тех растений, что я собиралась выращивать. Вот уж точно королевский подарок! Но от кого… Все же Гордей? Отчего-то мне казалось, это не он. И вот что странно! Я не составляла списка, только планировала покупать эти семена и растения… И кто-то прислал мне почти все, что я хотела!

– Не догадалась? – спросила Ирина Львовна. И добавила шепотом: – Ее величество.

– Ольга Николаевна?!

Да, логично. Кому, как ни ей, делиться со мной семенами и рассадой. Но как она узнала?! Кто рассказал ей о моих планах?

– Вот еще, от лэра Сапфируса. – Ирина Львовна достала из мешочка тонкий ошейник с небольшим медальоном. – Это для Моры. И такой же он дал для Белки.

– И что это? – нахмурилась я.

Явно не простые украшения. И не ошейник от блох.

– В медальоне руна, блокирующая магию, – пояснила Ирина Львовна.

– Не понимаю… У кошек есть магия, которую надо блокировать?

– Подумай, Кариночка. Если ты можешь подглядывать глазами животного…

– Кто-то другой может подглядывать через наших кошек! – осенило меня.

И тут же липкий страх сковал тело. Я представила, кто мог подглядывать. И последствия моей беспечности – тоже.

Глава 56

Я обвела взглядом комнату, ища Мору и Белку. Куда они подевались? Ведь должны быть тут, они любят дремать рядом, когда мы с Ириной Львовной отдыхаем.

– Я попросила Берту подержать кошек на кухне, – сказала Ирина Львовна. – Не кори себя, я тоже не подумала о том, что кто-то будет за нами подглядывать. Однако… или Ольга не слышала разговоры о беременности, либо не доложила…

– Слышала, – вздохнула я. – Ее подарок… Она прислала все, что я хочу выращивать. Я рассказывала об этом Море, когда вас не было. То есть… хотелось с кем-то поговорить… и я болтала весь вечер… обо всем.

– И о беременности тоже?

– Да… – кивнула я.

– Тогда тебе не о чем беспокоиться, – заявила Ирина Львовна. – Я и так считала, что Ольга на твоей стороне, а теперь убедилась в этом. Если бы она хотела, то давно доложила бы обо всем мужу. Она не мать принцам, но всегда заботилась о них, как о родных детях. Однако медальоны кошкам мы все же наденем.

– Она не скажет королю… А Гордею?

– Тут мы бессильны. – Ирина Львовна снова взялась за вязание. – Знала бы ты, Кариночка, как вы с Гордеем в этом похожи…

– В чем?

– В желании все контролировать. Отпусти ситуацию, думай о ребенке. Жизнь рассудит, быть вам с Гордеем вместе или нет.

Отыскав кошек, я надела обеим ошейники и позволила войти в гостиную. Белка тут же прыгнула на колени к Ирине Львовне, путая нитки, а Мора забралась на каминную полку.

Какая же я дурочка… Сама выболтала все секреты. И мне опять повезло? Как так происходит, что все меня поддерживают, но любимый мужчина все дальше и дальше! Из-за одного-единственного человека…

Что ж, у меня все еще есть выбор: жить, сожалея о разлуке или радуясь тому, что жду ребенка. И, пожалуй, мне ближе второй вариант. Я привыкла полагаться только на себя, и сейчас, когда вокруг столько помощников, справлюсь с любыми трудностями.

Завтра доделаю компостную кучу, посею на грядки зелень, посажу в горшки отростки комнатных растений.

– О чем задумалась? – поинтересовалась Ирина Львовна, успокоив, наконец, Белку. – Может, заварить тебе ромашкового чаю?

– Спасибо, не хочу, – отказалась я. – Все в порядке. Решаю, чем займусь завтра. Лэр Сапфирус не говорил, когда сможет нас навестить?

– Обещал заглянуть дня через два.

Ага, вот тогда и попрошу его поработать с оранжереей.

– Ирина Львовна, и все же… Возьмитесь за мое обучение, пожалуйста, – попросила я. – Обещаю, что буду выполнять все ваши требования.

– Да? Что ж… Тогда начнем с внешнего вида. Никаких простых платьев и кос. Чем бы ты ни занималась, выглядеть должна безупречно. Кстати, надо бы заказать тебе платья с широкой талией…

– Двух вполне хватит.

– Ты обещала не перечить. Да, сходить с тобой в город все же придется…

– То есть, о моей беременности узнают раньше, чем это будет заметно?

– Да пусть сплетничают! Быстрее привыкнут. Может, распустить слух, что ты была замужем, но недолго? Допустим, муж погиб… на дуэли.

– Не надо, – попросила я. – Мне все равно, будут сплетничать или нет. В моем мире быть матерью-одиночкой – не позор. Единственное, о ком я переживаю, так это о сыне. Как бы потом ему боком не вышло, что я родила его без мужа.

– Полагаю, лэр Сапфирус об этом позаботится, – сказала Ирина Львовна. – Или… Гордей.

– Я так и не услышала… С кем он обручился?

– Ты ее знаешь. Тамара Масленникова.

Тамара?! Кузина Домбровского? Вот это сюрприз!

– Невесту выбирал… его величество?

– Нет, его высочество, – проворчала Ирина Львовна. – Отец позволил ему выбрать любую.

Но почему именно Тамара? Ведь Гордей знает, какая она… подлая.

А, может, именно поэтому? И не назло отцу, а… чтобы не обидеть хорошую девушку, когда придет время отказаться от данного слова?

Погасшая надежда вспыхнула снова, как будто кто-то подул на уголек из прогоревшего костра.

Лэр Сапфирус согласился превратить теплицу в оранжерею, однако запросил такую плату, что у меня руки опустились.

– Карина, о вас и ребенке я позабочусь бесплатно, – заявил он. – А то, о чем вы просите, требует долгой и сложной работы. И больших затрат силы. Не думайте, что стоимость услуг завышена.

За расчетами я просидела целый день. Пришлось учесть все: расходы на материалы, цены на растения, приблизительный спрос. Соотнеся это со стоимостью услуг чародея, я поняла, что об оранжерее придется забыть.

Горшки с рассадой я расставила по всему дому. На деньги, что передал Гордей, продолжила делать запасы на зиму. Мне казалось, что правильнее будет не экономить на еде, ведь я ношу ребенка, а Ирина Львовна уже немолода, и ей тоже нужно хорошо питаться. Да и Берту с Тихоном некрасиво морить голодом, основная работа по дому и саду легла на их плечи.

Часть денег я сразу отложила на ребенка. Что бы ни случилось, мой малыш должен получить все самое лучшее: надо оборудовать детскую, запастись пеленками, одеждой. Здесь есть бутылочки? А соски? Молочных смесей точно нет. А если у меня молока не будет? Придется нанимать кормилицу.

Детская коляска? О таком здесь еще не слышали. Существовали детские повозки, для детей постарше, потому что там можно только сидеть. Ирина Львовна сказала, что у принцев была такая, и что она громоздкая и неудобная. Опять же, в такую повозку запрягали ослика. Я придумала заказать корзину-люльку, чтобы выносить в ней ребенка в сад на прогулку.

Больше всего меня пугали инфекционные болезни, ведь здесь еще ничего не слышали о вакцинах и не изобрели антибиотики. Оставалось лишь надеяться на лэра Сапфируса. Правда, чародеи не могли излечить от любой хвори, ведь старший брат Гордея умер от какого-то заболевания.

Чтобы не тревожить Ирину Львовну, я расспросила об этом лэра Сапфируса. И выяснила, что зря я боюсь кори и оспы. Есть здесь болезни и пострашнее – проклятия нежити.

– У дриад, к примеру, светлая сила, – объяснил чародей. – Она помогает создавать. Эту силу можно использовать во зло, однако проклятие с ее помощью не наложить. Есть черная сила, она разрушает. Например, такая сила у вурдалаков или зомби.

– А, кстати! Давно хотела спросить. Почему вы называете всех представителей иных рас нежитью? Ведь нежить – это мертвые… Или нет?

– Или да, – усмехнулся он. – Из страха, Карина. Не человек – значит, плохой, страшный, не живой. Кто-то придумал это обидное название, другие подхватили… и так повелось.

– А вы не думали, что вместо того, чтобы жить во вражде…

– Сделаю вид, что я ничего не слышал, – перебил меня лэр Сапфирус. – А ты ничего не говорила. Не лезь в политику. О ребенке думай.

Иначе говоря, «не бабское это дело». Меня такое бесило, однако устраивать революцию или возглавлять движение феминисток я точно не собиралась.

Работы в саду стало меньше, Тихон сам справлялся со всеми моими поручениями. Берта занималась заготовками на зиму. У меня появилось свободное время, и я брала уроки у Ирины Львовны. Она учила меня всему – и этикету, и танцам, и истории, и политике, и шитью…

Вот только запас золотых монет, хоть и медленно, но таял. А я хотела уверенности в том, что проживу без забот хотя бы год после рождения малыша. Хорошо бы заработать хоть что-нибудь уже этой зимой!

Открывать собственное дело, не имея запаса цветов и рассады – бессмысленно. Комнатные растения в горшках быстро пошли в рост, зелень на грядках заколосилась в два раза быстрее, чем обычно. Сила дриады действовала лучше, чем удобрения. Но наступала осень, и без оранжереи до весны о заработках можно было бы забыть… если бы не случай.

Глава 57

Дождавшись очередного базарного дня, я отправилась в город в сопровождении Тихона. Во-первых, нужно было купить кое-что из продуктов, во-вторых – продать горшки с растениями. Я хотела узнать, не безнадежное ли это дело, выращивать комнатные цветы.

Предположив, что зелень в горшках навряд ли кому-то придется по вкусу, я выбрала для разведения цветущие растения – неприхотливые и простые в уходе. Хотела предложить их, как замену срезанным цветам, что быстро вянут. Да и зимой купить обычный букет сложнее. Вроде бы ни у кого из местных нет оранжереи, чтобы торговать цветами круглый год.

Цикламены, сенполия и герань – вот что я собралась предложить хозяюшкам для украшения комнат и поднятия настроения. Если горшки с цветами вызовут интерес и войдут в моду, можно будет расширить ассортимент. Мне самой нравились растения с причудливыми листьями или стеблями, вроде филодендронов и нолины. Но если я и начну их выращивать, то только для себя, в своем собственном доме. А лучше – в оранжерее, как Ольга Николаевна – орхидеи.

Осень подкралась как-то незаметно. С моря все чаще дул холодный пронизывающий ветер, все чаще шли дожди, все чаще по утрам дом и сад окутывал туман. Сегодня с погодой повезло – ярко светило солнце, в воздухе отчетливо пахло пожухлой листвой, и дорогу в город словно окрасили в золото, багрец и лазурь.

Ирина Львовна неохотно отпускала меня на рынок, однако я лучше Берты справлялась с покупками, а с Тихоном было надежно и спокойно. Опять же, я убедила княгиню, что мне полезны пешие прогулки. Тут и лэр Сапфирус меня поддержал.

– Пусть княжна чаще бывает на людях, – сказал он. – Ее документы видел только бургомистр? Он забудет о том, что видел. Людям свойственно подозревать тех, кто прячется.

Откровенно говоря, меня пугало это «забудет». Тем более, однажды мне подправили память. Вдруг лэр Сапфирус заставит меня забыть о сыне после родов? Однако… Ирина Львовна права. Невозможно все предугадать. И жить в постоянном страхе перед будущим – не выход.

Мы с Тихоном договорились, что я буду продавать цветы, а он пройдется по рядам с углем и дровами, присмотрится к ценам на глиняные горшки и разузнает, не привез ли кто мед с южных пасек. Тихон обычно не отходил от меня ни на шаг, но тут согласился оставить ненадолго. Видимо, сообразил, что соседки по торговому ряду опасности не представляют. В городке меня уже знали, и чужие здесь всегда, как на ладони. Я не боялась остаться одна.

С наступлением осени торговля цветами на рынке почти прекратилась. Астры, хризантемы и бархатцы – вот и весь выбор. Так что я со своими горшками привлекла внимание хозяек. Однако… не только я.

Я ее раньше не видела. Красивая девушка: миндалевидные глаза, обрамленные пышными ресницами, точеный носик, пухлые губы, темные волосы заплетены в две толстые косы и стянуты лентой. Платье простое, без изысков, пуховый платок на плечах. И россыпь цветов на прилавке: бархатные розы, сочные георгины, роскошные гладиолусы, разноцветные астры, мелкие хризантемы. А оттенки! У меня даже руки зачесались, так захотелось составить букет из этого великолепия.

Но… откуда? Почему я ничего о ней не слышала? У меня появилась конкурентка?

Горшки купили быстро. Мне даже уговаривать никого не пришлось! Только рассказывала, как ухаживать за растением, да считала выручку. Негусто, но и горшков мало. Это же так, на пробу.

Я решила не искать Тихона, а подождать его. И не заметила, как подобралась вплотную к прилавку, где торговала незнакомка. Ее цветы покупали, но как-то вяло. Цену она просила чуть дороже, чем у местных. Да и праздника никакого в городе не намечалось, поэтому горничных не посылали за букетами, чтобы украсить гостиную или столовую.

Потоптавшись рядом с девушкой, я проявила невиданную для местной аристократии нетактичность. А что?! Она – явно из простых, я – княжна под прикрытием. Ирина Львовна точно такого не сделала бы. Но я – не она.

– Я тебя раньше не видела, – сказала я, поздоровавшись. – Красивые цветы. Наверное, трудно было их вырастить?

– Ой, не знаю. – Девушка повела плечом. – Они не мои, а хозяина. Оранжереи Прохора Быкова. Слышала о таком?

– Э-э… Нет, – призналась я.

– Да, наверное, не слышала, – согласилась она. – Мы из другого города. Хозяин хочет у вас лавку открыть, чтобы цветами торговать. А сегодня я на рынке присматриваюсь к покупателям.

Значит, конкурентка. Я приуныла, однако утешилась тем, что не планировала торговать срезанными цветами.

– Я сегодня тоже присматривалась, – сказала я. – С горшками. Ты, наверное, заметила. Я – Карина.

– Алура, – представилась девушка. – Так здесь уже есть цветочная лавка?

Ответить я не успела, к Алуре подошел покупатель. Юноша пожелал выбрать букет то ли для жены, то ли для возлюбленной, но никак не мог определиться. Ему хотелось и розы, и гладиолусы, и хризантемы, а денег явно не хватало на три букета.

Честное слово, местные жители порой удивляют. Казалось бы, есть простое решение – продавай не букетами, а штуками. И собери букет из разных цветов! Так нет… Юноша мучился, Алура терпеливо расхваливала товар.

– Ничего не возьму! – наконец отчаялся он. – Я не могу выбрать!

– Может, позволишь мне помочь? – спросила я Алуру, не особенно надеясь на ее согласие.

Однако она позволила.

Я быстро развязала ленты, перевязывающие стебли, и собрала один букет из разных цветов, учитывая цвета и размер бутонов.

– Нравится? – поинтересовалась я у юноши.

Могла бы и не спрашивать, в его взгляде ясно читался восторг. А вот Алура испытывала противоположные чувства.

– А с остальным что теперь делать? – мрачно произнесла она. – Кто это купит?

– Дай мне немного времени, – попросила я. – Надеюсь, не только купят, но и с руками оторвут.

Я пробежалась по торговому ряду, чтобы приобрести пару оранжевых тыкв – небольших, но пузатых, – и несколько веточек с ягодами калины. Тыквы я вручила вернувшемуся Тихону и попросила выдолбить их так, чтобы получилось что-то вроде вазы.

– Если не продадим, я куплю, – сказала я Алуре, чтобы ее успокоить. – Не переживай.

Из оставшихся цветов получилось три прекрасных букета: два я собрала в тыквах, один – отдельно. Жаль, что не получилось оттенить желтые и оранжевые цвета зеленью, но тут уж, как говорится, что есть. Впрочем, огненно-красные капельки калины прекрасно вписались в композицию.

Пока я делала букеты, вокруг нас собралось довольно много людей. А когда закончила, они чуть не подрались между собой за право купить цветы. Пришлось даже устроить что-то вроде аукциона, и в итоге Алура выручила гораздо больше денег, чем если бы продавала так, как все привыкли.

– Потрясающе, – выдохнула она, когда покупатели разошлись. – Ты должна работать в нашей лавке! Я договорюсь с хозяином. За плату, конечно. Процент с каждого составленного тобой букета. Проданного, само собой. Соглашайся!

– Какой процент? – прищурилась я.

– Десять.

– Мало… Двадцать!

– Пятнадцать, – предложила Алура.

– М-м… Хорошо, я подумаю. Вы где лавку открываете?

– А вон на той улице, – показала она. – Третий дом от площади.

– Ага… Я приду, если надумаю.

Я готова была согласиться прямо сейчас! Однако не могла решиться на такой шаг, не посоветовавшись с Ириной Львовной. И что-то мне подсказывало, что она не обрадуется тому, что я хочу работать в цветочной лавке.