Текст книги "Перековка. Малый Орден (СИ)"
Автор книги: Михаил Игнатов
сообщить о нарушении
Текущая страница: 26 (всего у книги 29 страниц)
Глава 18
Пересмешник и Нинар, которые всё это время ждали, невидимые, почти одновременно толкнули ко мне мыслеречь со своих позиций высоко в небе:
– Выдвигаюсь, глава.
– Прослежу немного, господин Армии Предела.
Первому я всего лишь кивнул, не сомневаясь, что он видит меня и мой кивок и верно поймёт, второму же отправил ответную мысль:
– Слабовато. Заканчивается яд?
– Ха! – азартно воскликнул тот и попытался ещё раз. – Господин изгоняющих? Господин выметающий слабых? Господ…
– Всё-всё-всё, – оборвал я его, поморщившись. – Займись делом.
– Да какое это дело? – пробурчал тот в ответ. – При такой разнице в силе это…
Замолчал. Но теперь уже заговорил я:
– Что тебя не устраивает? – процедил я. – Тебя! Мне напомнить, кем ты был всю жизнь? – пошарил взглядом по окрестностям и небу, пытаясь отыскать, где именно он прячется в невидимости. – Убийца упрекает меня в том, что я давлю на слабых?
– Хм. Господин, в вашем положении волноваться – это лишнее и ненужное.
В этот раз замечание ужалило точно в цель, подействовало как холодная вода, и я стиснул зубы, давя в себе злость.
– К тому же, господин мстящих, где я сказал хоть слово упрёка? Я лишь заметил, что при такой разнице в силе это не дело для меня, а так… – Пересмешник замялся, явно подбирая слова.
Это же сделал и я, исподлобья глядя в пустоту перед собой. Забава? Безделица? Пустое?
– Развлечение, – сумел удивить меня Пересмешник. – Но уже поднадоевшее развлечение. Оно затянулось. Я не могу не замечать очевидного – тот же Тола это словно подобие меня и моего желания мести, господин дающий надежду всем. Но подобие слабое, и я сейчас не о силе. Его ненависть к Дизир велика, но не идёт ни в какое сравнение с моей ненавистью к Эрзум.
Я заставил себя расслабить челюсти, хмыкнул:
– После обретения детей разве не должна ненависть ослабнуть?
– Господин нравоучений? – изумился Пересмешник. – Я не видел, как растут мои дочь и сын, не учил их писать и делать первые шаги Возвышения, не играл с ними и не показывал красоты мира. Всего этого Эрзум меня лишили, – голос его, злой, глухой, всё набирал и набирал силу. – А главное, меня лишили счастья того, что я должен был всё это пережить, сжимая в руке ладонь любимой женщины. Господин нравоучений, назначивший себе жену по приказу, что вы вообще знаете о любви мужчины и женщины?
Я медленно вытолкнул воздух сквозь зубы. Ну отлично. Это в чём он меня собирается упрекнуть? Ещё и Виликор приплёл.
– Вы видите перед собой орденца Толу, который сошёл с ума и пошёл против целой фракции, оставив позади преданность вашему Ордену, вы видите перед собой сектанта Тизиора, который долгие годы жил только ради мести за любимую, запретив себе умирать и сдаваться, вы видите перед собой меня, который всю жизнь посвятил мести, а увидев вас – шанс – сорвался с вами в зоны запрета, вышел за вас против бога секты и поставил вашу жизнь выше своей. Почему? Да потому что только вы можете утолить мою месть к Эрзум. Вы видите, господин безумных в своей любви, но не понимаете сути нашей ненависти, не понимаете её глубины и силы. Ничего вы не понимаете, господин не знающий этой стороны жизни. Ни-че-го.
Радости и спокойствия мне его ответ не добавил.
– И что же я должен понимать?
– Объяснять слепому краски мира? Увольте, господин зрячих, на такое я не нанимался. Пусть Седой, полсотни лет ищущий себе замену любви, ушедшей к другому, этим занимается. Хотя… Что он может вам насоветовать? Бродить вместе с ним по Павильонам Цветов, оставив жену без ласки? Впрочем, почему нет, это безумие как раз вам под стать.
– Что? — не понял я и не услышал в ответ ничего. – Эй.
Пересмешник не откликнулся.
– Эй!
Я потянулся восприятием во все стороны, твёрдо намереваясь отыскать этого дарсового Пересмешника. Наговорил мне тут всякого и что? Сбежал?
– Старший, – отвлёк меня Зегрим. – Мы готовы.
Я поджал губы, бросил просеивать окрестности восприятием и поднял глаза на то, что было вокруг.
Лагерь свернули, наш берег опустел, да и вообще людей вокруг стало гораздо меньше. Я поставил срок в два дня, но вся Армия Предела просто не втиснется на одну дорогу, мы что до этого, что сейчас двинемся тремя отрядами. Кстати, что Нинару, что Пересмешнику предстоит больше трудностей, как и тем частям Армии Предела, что они сопровождают.
Я с центральной частью Армии Предела и Зегримом буду двигаться по дороге, что связывает кусочки земель Дизир друг с другом, а вот им часто придётся прокладывать путь напрямую. Впрочем, они делали так же все эти прошлые дни. Разве что теперь им и правда придётся бежать всю ночь, чтобы успеть в нужное место.
Надеюсь, Дизир тоже бегут.
Я вновь прибег к восприятию, стремительно пролетев им вперёд, над дорогой, промчавшись больше десятка ли и догнав Армию Предела Дизир. Довольно ухмыльнулся. Бегут. Все бегут. И Дизир бегут, и Гарой бегут. Пора и нам.
Кивнул:
– Выдвигаемся.
Но даже бег не выбил из моей головы мыслей об упрёках Пересмешника. Нашёл в чём меня упрекать. Я не понимаю отношений любви мужчины и женщины? С чего он это вообще взял? Кому как не мне понимать их? Я вообще-то вырос, наблюдая эту самую любовь между мамой и отцом. Если уж он хотел уязвить меня какой-то там слепотой, то их первыми нужно было упоминать. Отец пошёл против семьи, женившись на маме. Она в ответ бросила всё – дом, уважение, уют, достаток, – отправившись с ним в полное лишений путешествие по Нулевому, в путешествие, которое должно было помочь ему в мечте.
Мне ли не помнить той ненависти, которую мама испытывала к Кардо?
Да и сам Кардо, даже на краю смерти делал всё, чтобы Орма не пострадала.
Я ничего в этом не понимаю? Что я не понимаю, дарс побери этого Пересмешника? Всё я отлично понимаю, я даже использовал любовь Домара Саул к жене, я угрожал её жизни, чтобы заставить его говорить.
Я ничего не понимаю? Что я должен, дарс меня побери, понимать? К чему было вообще приплетать Виликор?
Пусть Пересмешник не совсем часть Ордена, но он знает тайн Ордена больше, чем три четверти Ордена и больше, чем половина старейшин Ордена. К чему он делает вид, будто не понимает, что объявление Виликор моей женой было лучшим и самым удобным выходом?
Даже Виликор это поняла и приняла. Она больший орденец, чем я сам. В деле возрождения Ордена Небесного Меча иногда приходится принимать разные решения. Иногда опасные, иногда неприятные, а иногда странные. Странные со стороны, но совершенно, кристально ясные изнутри.
Да и вообще…
Что я там не понимаю в делах между мужчинами и женщинами? Всё я понимаю, просто со мной такого ещё не было. Да и когда? Вот отец и мама познакомились в библиотеке Арройо, когда учились. Я когда учился…
Я… когда… учился… познакомился с Виликор.
Кхм…
Я сбился с мысли. Вообще-то в Школе Ордена Морозной Гряды я много с кем познакомился, но все они остались позади, в Первом поясе. Да и вообще выбрали другие пути. Только одна Виликор поднялась так же высоко, не отстав по пути.
Правда, во времена Морозной Гряды она была моей старшей, у которой я получал важнейшие уроки настоящего Возвышения и помощь на пути Возвышения, а теперь старший я и уже я помогаю ей, пусть не советом, так другим.
Я невольно потёр горло, которое она пробила, отплатив за нарушение обещания. Как многое с тех пор изменилось, но одно осталось прежним – мы оба всё так же жадны до Возвышения и схваток. Жаль только, в Истоке не удалось как следует сразиться, а теперь… учитывая, как далеко я ушёл после тренировок с Райгваром, есть ли в этом смысл?
Тут же осадил себя – есть – не может не быть!
Виликор как была талантом меча, так и осталась. И мне всё так же интересно, чей талант с оружием сильнее – мой или её.
Усмехнувшись на бегу, я проверил окрестности. Ближние, затем в пределах ли, следом в пределах десяти ли. Ничего, никаких зверей в клетках, странных караванов и прочего.
Когда Дизир не даёшь время на подлости, то подлостей и нет.
Вернулся мыслями к тому, что царапало, отвлекало меня даже во время проверки окрестностей.
Когда бы это самое, чем так кичится передо мной Пересмешник, случилось?
Он вот познакомился со своей…
Я напрягся, нахмурился, вспоминая имя его женщины. Ю… Юран. Ухмыльнулся. Память со мной. Продолжил размышлять.
Вот он с ней познакомился, когда служил в её охране. Я ни в какой охране не служил… Или служил? В охране фермы Плава возле Морозной Гряды. Это можно считать? Наверное, можно, но… Что мне, нужно было влюбляться в тех слизней, которых мы охраняли? Бред же.
А когда я бегал искателем, ватажником или с отрядом наёмников, то никаких женщин и рядом не было…
Память, которую я только что так хвалил и которой так радовался, вновь подсунула имя женщины.
Таори.
И любви.
Таори и Риквил.
Снова криво усмехнулся. Да уж. Старая ошибка на новый лад? Ну уж нет, я на себя брать глупость Риквила не буду.
Впрочем, была и другая девушка, которая не только была рядом, но и которую я защищал. Рейка.
Я её и спас, и защищал, и учил, и доверил ей, первой из всех, свои тайны.
По сути, между нами было всё, что было между Пересмешником и его Юран.
Всё, кроме одного. Того самого.
Я вновь просеял свои воспоминания о случившемся на Поле Битвы Вольного Приюта, медленно покачал головой.
Нет, нет и нет.
Я не испытывал к Рейке ничего большего, чем к сестре, которую она заменила и которой для меня стала. Потому и был так твёрд с ней по возвращении.
Значит ли это, что я не понимаю ничего в любви между мужчиной и женщиной?
Конечно, нет. Всё я понимаю. Но был ли в моей жизни период спокойствия, когда я мог бы погрузиться в эту часть жизни? Я почти всегда либо выживал, либо бежал.
Ну, справедливости ради, был спокойный период. Забудем Школу Морозной Гряды. Была ведь ещё и Академия Небесного Меча. Отличное время, кстати. И с кем бы я мог познакомиться тогда?
Ирая?
Красивая. Хорошая мечница, пусть и не талант как Виликор.
Я скользнул восприятием в сторону. К ней. И не только к ней.
С улыбкой оглядел Ираю и бегущего рядом с ней Гилая.
Думаю, что нет, не смог бы. Не нашёл бы лазейки между этими двумя, которых словно само Небо свело.
Остальные девушки в Академии…
Я задумался, перебирая в голове имена и образы.
Зора… Риола… Кария…
Твёрдо ответил сам себе: нет, нет конечно.
Вот дарсов Пересмешник, с чего это вообще должно происходить вот так быстро?
Я ничего не понимаю? Всё я понимаю.
Это у него там в той глуши, где он охранял Юран, других дел не было и была только одна девушка на сто ли в округе. Вот он и влюбился в неё от безысходности. Была бы там вместо Юран древняя старуха, и в неё небось влюбился бы. С чего от меня подобного ожидает? И зачем?
Ну были рядом девушки, не раз и не два. Но это ведь и не должно происходить сразу, просто так? Что-то же должно случаться между мужчиной и женщиной, чтобы они понимали – вот оно? То самое, в чём я ничего не понимаю, да?
И с кем? Да ни с кем. Что Ирая, что Зора, что Риола, что Кария, что другие – я не помню в них ничего, что бы притягивало мой взгляд.
Неожиданно, невольно, вспыхнуло воспоминание.
Я усмехнулся:
– Разве не ты в Школе говорила, что только упорные тренировки позволяют тебе двигаться дальше?
– И не отказываюсь от своих слов. Я ведь ещё тогда говорила тебе, что ты талант. Если ты к таланту добавил и такое упорство, что забываешь есть и пить, то я боюсь, никогда не сумею догнать тебя в Возвышении.
– Отдохнуть?
Улыбка Виликор стала ослепительной:
– Скорее, угостить тебя чем-то вкусным, распить бутылочку вина, чтобы отблагодарить по-настоящему за лечение Эраста.
Вдох, а может быть, и два я глядел на Виликор, не зная, что сказать. Да и не в силах ничего произнести. Такой я её ведь ни разу не видел? С такой улыбкой, которая словно преобразила её вечно холодное лицо, заставила его сиять.
Помотал головой. Что за глупость только лезет…
– Старший? Что-то не так? Снова ощущаете засаду?
Я покосился на обеспокоенного Зегрима.
Тот вильнул в сторону, отдаляясь на шаг и оглядываясь поверх голов, нахмурился, снова приблизился:
– Старший. Где?
– Нигде, – отрезал я хмуро. – Уже не могу просто подумать о своём?
– Простите, старший, – склонил голову Зегрим, а затем и вовсе отстал на десять шагов.
Я мрачно, невзирая на то, что ещё дотягивался восприятием до остальных отрядов, несмотря на то, что времени прошло всего ничего – половина утра – потребовал у пустоты:
– Доклад.
Она через три вдоха донесла до меня ответы:
Нинар:
– Всё спокойно, глава.
Пересмешник:
– Тихо, господин распугавших Зверей даже здесь.
Глянул, что там у него. И впрямь – бегут по лесу напрямик, а Звери разбегаются в стороны. Но это заслуга точно не моя и даже не Пересмешника, а разума Зверей – глупо оставаться на пути такого количества шумных и сильных идущих. Да и вообще…
Злясь, оттянул восприятие, да и мыслям своим больше не разрешал разные глупости.
Как бы ни спешила Армия Предела, но Зегрим не забывал заявлять о том, что на эти земли пришёл Орден.
Вперёд то и дело привычно вырывались небольшие отряды из трёх идущих. Они мчались изо всех сил, щедро расходуя силы. Всего лишь для того, чтобы добраться до очередной стоянки обозов, снять флаги Дизир и установить флаги Ордена.
Хотя… почему «всего лишь для того». Только ради того и именно только ради того, чтобы это сделать. Своими руками написать новую историю Ордена Небесного Меча.
Я видел, как все вглядывались в эти флаги, пробегая мимо, видел огонь в их глазах и улыбки. И в который раз понимал – я, их магистр, не такой уж и орденец. Или же я перерос это? Слишком погружён в проблемы всего Ордена, а не только Малого? Воспринимаю всё это как мелочь, ступеньку перед настоящим делом в Пятом поясе и Истоке? Затянувшуюся ступеньку?
Но разве это правильно? С малого начинается большое, пренебрегая тем, что важно простым орденцам здесь и сейчас, я рискую потерять вообще всё. Бахар, да и старейшины Скрытого Клинка не раз и не два доносили до меня подобную мысль. Да и рутиной иногда заваливали именно для того, чтобы я оставался частью Ордена. Всегда.
Всё так.
Стоило мне решить это для себя, как через миг я использовал Рывок, затем Поступь, через миг снова Рывок, а затем ещё и ещё раз. Пять вдохов – и я уже не в центре отряда, а с краю, на шаг впереди края.
Ловко вписал свой шаг в шаг орденца.
Уже в трёх шагах от всех.
Требовательно протянул руку:
– Кисет с флагами мне.
– Старший! – тот торопливо хлопнул по поясу и почтительно, как только умудрился на бегу, протянул мне кисет.
– Ждите следующей очереди, – приказал я, ускоряя бег.
Через десять вдохов я выбросил из головы и мысли о глупых упрёках Пересмешника, и вообще все остальные мысли, наслаждаясь бегом и ветром в лицо.
Шаги Роака могут помочь в преследовании, могут сотрясать землю своей поступью, а могут мчать своего хозяина наперегонки с ветром.
Сейчас мне именно это и нужно.
Мгновенное усилие – и духовная сила, лишь самую капельку смешанная со стихией, хлынула в меридианы. Как и стихия, чистая, без капли духовной силы.
Третье созвездие духовной силы и стихии.
Ветер свистнул в ушах, упёрся в лицо тугой волной, дёрнул-хлопнул полами халата, унося меня к маячащему впереди изгибу дороги.
Я прижался к левой стороне дороги, а всего через двадцать шагов использовал Рывок, срезая путь, разогнался снова и ещё через двадцать вдохов остановился у площадки для отдыха.
– Какого⁈ – вскинулся охранник, ещё миг назад беззаботно чесавший спину кончиком тяжёлого дао.
Я повёл взглядом по окружённой лесом поляне отдыха. Телеги, охрана, лавки из половин брёвен. Ничего не меняется в Тюремных поясах, всё одинаково, что в Первом, что во Втором. Будь в Нулевом побольше жизни и деревьев, и там бы стоянки выглядели так же.
– Ты кто такой? Назовись, – потребовал всё тот же охранник.
Что же, раз я взял на себя эту работу, то должен делать её хорошо.
Я поднял руку и громко сказал:
– С сегодняшнего дня эти земли принадлежат Ордену Небесного Меча. Дизир проиграли их в схватках границ. И не говорите потом, что не знали, кому нужно платить налоги.
– Чего?
Но я сказал то, что нужно было сказать, а отвечать на глупые вопросы не нанимался. Резко опустив руку, я духовной силой смял, сорвал все четыре старых, уже истрёпанных знамени Дизир – зелёный флаг с фиолетовым цветком сливы. На землю они рухнули уже клочками – попробуй отыщи тот цветок. Его время ушло – отцвёл и принёс только плоды ненависти.
Половина охранников застыла, половина, бледнея, попятилась, увидев это и осознав разницу сил.
Короткий рывок – и я оказываюсь рядом с дальним опустевшим древком. Дольше у меня заняло разобраться с устройством флага – не догадался в прошлые разы пристальней подсмотреть, как их меняли, да и сами стояночные флаги оказались не такие, как в Академии.
Но всё оказалось просто, не технику заново создавать или кристалл собирать из кусков. Узкое вертикальное полотнище флага. Боковые петли, которые накидываются на древко. Внизу первым идёт груз, который растягивает флаг, вверху вместо петли палка и что-то вроде шапки-нашлёпки, которая удерживает флаг на древке и позволяет ему поворачиваться по ветру.
Но даже с этим просто я провозился дольше, чем бежал сюда.
Последний флаг, первый от дороги.
Шаг влево, раз в пять шире, чем простой шаг мужчины, – и я оказываюсь ровно посередине между главными двумя флагами, которые отмечают поворот на площадку с дороги, между двумя серебряными цзянями на чёрном.
Шёпот за спиной:
– И чё дальше? Чего он застыл?
– Тише, – злое шипение в ответ. – Глухой, что ли? Топот не слышишь?
Я же кривил губы в усмешке, не слушая их.
Я недостаточно орденец? Значит, нужно это исправить.
Набегающую Армию Предела я встретил рыком:
– Ордену!
– Слава! – рявкнули мне в ответ десятки голосов.
– Наша сила!
– Его мощь!
Вот и всё. Буквально три вдоха – и Армия Предела уже убежала. Два дня на то, чтобы пересечь все эти земли, да ещё и в дальний их конец, это совсем немного даже для Мастеров.
– Гарх его побери, – простонал кто-то сзади, – чего так пугать?
– Что, едва не обделался? – поддели испуганного.
– Да иди ты, – беззлобно огрызнулся тот. – Это чё, мы теперь с этими умалишёнными будем жить?
Я обернулся, отметил, как стремительно бледнеет один из охранников, хмыкнул и ушёл Рывком. Спиной, догонять Армию.
Пожалуй, я заменю ещё пару флагов, это забавно.
Ещё забавнее оказалось в городке, который заметил наше приближение и закрыл ворота. Больше того, глава городка выгнал стражников встречать нас. Даже отсюда, из низинки, даже Воинам была отлично видна суета на стенах и блики обнажённого оружия. А ещё развевающиеся на ветру огромные флаги Дизир.
Зегрим при виде этого недовольно буркнул:
– Нет, это уже наглость. Непонятно только чья, то ли Далан решил нарочно подгадить напоследок, то ли местные сами по себе разум потеряли.
Я заметил:
– Если первое, то это интересно и нам не помешает тот, кому он отдал такой приказ. Лишнее свидетельство.
Зегрим кивнул:
– Понял, старший, тогда сделаем всё красиво и напоказ, – другим тоном приказал: – Невидимки, вперёд, остудите самых горячих, – через миг, набрав полную грудь воздуха, он рявкнул уже для всех: – Приготовились! – ещё через миг он поднял руки, создал перед собой печать и рявкнул ещё раз, только теперь его голос прокатился над полями и фермами, окружавшими городок, добрался до стен и каждого, кто поднялся на них.
– Жители вольного города! Эти земли сменили владельца и теперь принадлежат фракции Ордена Небесного Меча. Смена произошла под присмотром клана Гарой и подтверждена им. Мы – Армия Предела Ордена Небесного Меча и пришли сменить флаги фракции над вашим городом, оставить представителя Ордена, стражу дорог и отправиться дальше. Мы не разбойники и находимся здесь по праву. Если вам говорили другое – вам лгали. Откройте ворота хозяевам этих земель.
Суета на стенах только усилилась. Понадобилось вдохов тридцать, прежде чем на воротной башне кто-то заорал, тоже используя технику:
– Прошу простить наше неверие, но чем докажете?
Зегрим пожал плечами и спросил, разнося голос над полями:
– А ты чем докажешь, будто веришь, что из пустоты взялась сотня Мастеров в одеяниях Ордена и от нечего делать принялась гулять по чужим землям? Ты глава города? Неужто у тебя нет нефрита Голоса и ты не получил новости от Дизир?
– Таких новостей нет, не получали! – крикнули со стены.
Зегрим фыркнул и без всякой техники тихо, для меня заметил:
– Всё ясно. Тянет время. Значит, этого точно нужно допросить, – набрав полную грудь воздуха, он крикнул: – Армия Предела!
– Здесь! – дружно рявкнули ему в ответ.
Я покачал было головой: им только дай волю поорать, но через миг перебил сам себя и напомнил: кто там собирался стать больше орденцем, чем есть сейчас?
– На наших землях глупцы, которые идут против законов!
Я поднял бровь, услышав это. Это он что, полностью повторяет за мной? Впрочем, ни удивление, ни насмешка не помешали мне рявкнуть вместе со всеми:
– Видим!
– Слушай приказ! Привести этот вольный город к покорности!
– Есть!
Через миг вся Армия Предела, вся её треть, что шла с Зегримом и мной, сорвалась с места.
Все до единого. Не остался стоять ни я, ни даже Зегрим, отдавший приказ.
Без дополнительных приказов, без напоминаний все растянулись тремя линиями.
Впереди Предводители.
Второй волной – Мастера.
Третьей – Воины, которым в эти дни приходилось тяжелее всех.
Ещё сто шагов бега, буквально семь вдохов – и двое Предводителей – Тордак и Тивар – швыряют себе под ноги летающие мечи. Ещё вдох – и взмывают вверх, зримо показывая глупость неповиновения, которое оказывает этот крохотный вольный город.
Два Предводителя – это вдвое больше, чем напало на Вольный Приют, вновь сравниваю я. И что в Вольном Приюте, что здесь – нет никого равного, кто бы вышел против них.
Кажется, кто-то даже хотел совершить глупость – использовать артефакты, чтобы ударить по ним – невидимки, которые ушли первыми в город, не дали совершиться этому безумию.
Я бежал с левого края, посередине мчались Ирая с Гилаем, рядом с Зегримом держался Точтал, Тола бежал справа, готовые прикрыть ряды орденцев от удара со стен.
Двести шагов до стен, сто шагов до стен…
Невидимки не успели везде, не так уж много оставалось их с нами на третьей по счёту земле Дизир, да и сложно вот так, без подготовки понять, где там на стенах артефакты и формации.
Алый росчерк ударил с одной из башен.
Я прищурился, пригнулся, готовый швырнуть вперёд и влево стену духовной силы, но Тола справился и без моей помощи – полыхнуло, и удар со стены он буквально перемолол встречным ударом. Ну, так тоже можно было.
Ещё спустя вдох мы с ним ушли в Рывок. Первые.
Я выпустил из себя волну духовной силы, отвешивая каждому на пятьдесят шагов вокруг столько, сколько он мог бы выдержать, и ещё столько же сверху.
Справа заорал Тола:
– На колени перед Орденом, подстилки Дизир!
Через вдох рядом на стене были и другие Предводители.
Через три вдоха первые Мастера.
Через десять вдохов на стене и под ней никто больше и не думал сопротивляться.
Через сто вдохов таких глупцов не осталось во всём городе.
Через двести вдохов Зегрим отпустил плечо главы города, с презрением вырвал у него из рук пирамидку Истины и с досадой процедил очевидное:
– Нет, старший, этот просто посчитал себя самым умным и всё придумал сам. Выслужиться решил. Как он добрался до своей должности, вот что удивительно.
Я пожал плечами и толкнул к нему мысль:
– Что это меняет в случившемся? Дизир напали на Орден?
Зегрим зло усмехнулся и кивнул:
– Понял, старший. Урзат!
– Здесь.
– Этого с собой.
– Слушаюсь.
Я покрутил рукой в воздухе:
– Постарайся донести до каждого в городе, что времена изменились.
– Да, старший, – поджал губы Зегрим. Помедлив, спросил: – Старший, мне оставить в городе кого-то из Предводителей для мощи?
По-хорошему нужно бы. Тем более в таком проблемном городе, как этот. Мы ещё его и без главы оставили, сейчас здесь начнётся… С другой стороны, для плана никого, кроме собратьев Тордака и Тивара, а также Толы, не нужно, а эти пятеро сами прибыли на помощь.
Кивнул:
– Одного из тех, кто так рвался помочь Армии Предела.
Зегрим улыбнулся и кивнул:
– Понял, старший, – через миг заозирался. – Попечитель Гилай!
Я помог ему, толкнув мыслеречь ровно к тому, кого он искал:
– Гилай, к центральной башне.
Тот ответил ровно через миг:
– Слушаюсь, старший.
Я одобрительно кивнул. Орден. Это Орден.
Конечно, он был недоволен поручением, но приказ есть приказ. Это Орден.
Пока он вежливо торговался с Зегримом, выбивая себе право уладить всё здесь за пять дней и догнать Армию Предела, я снова толкнул мыслеречь. Далеко, очень далеко от себя. Она уже ощутимо тянула из меня силы, не то что позвать Гилая с соседней улицы.
– Доклад.
Спустя три вдоха последовал первый ответ:
– Всё тихо, господин.
Нинар молчал дольше, даже заставив меня подумать, что я не дотянулся до него. Но нет, ответил:
– Без происшествий, глава. Пришлось немного свернуть – навестить два лагеря ватажников по пути. Один из них, похоже, тот, что на западе, возле границы, незаконный – ни одного флага Дизир и множество гневных взглядов. Я не стану никого оставлять, но прикажу им отчитаться в городе.
– Понял, – коротко ответил я и покачал головой.
Ватажники какие-то. Только время тратят. Мы пытаемся поймать Эрзум, а не каких-то ватажников. Точно что развлечение.
Тем не менее я добавил к наставлениям Зегрима дело и от себя:
– Гилай, на западе возле границы обнаружился лагерь ватажников, укрывающихся от налогов. Учти это и жди от них человека с признанием. Не прибудет – займись.
– На… западе?.. – медленно переспросил тот, хмуря лоб.
Я хмыкнул. Что, далековато для любого из Предводителей? За пять дней не успеешь? Неважно.
Зегрим огляделся, кивнул и закричал:
– Армия Предела! Выдвигаемся! Выдвигаемся! Дизир ждут нас!
Я ушёл Рывком к стене, затем с неё на землю. В спину догнал вопрос:
– Старший, кто вы такой?
Я вновь хмыкнул. Сначала Ирая, теперь он. Любопытные какие. Ответил:
– Стань комтуром и узнаешь.
– Стройся, стройся, – закричал рядом один из попечителей – алое одеяние с зелёным кантом. – Живей!
Нам понадобилось чуть меньше двух дней, чтобы добраться до реки Тарны.
Дизир и Гарой были там. Ждали. Да и как иначе. Мы же не в пустоту бросали вызов за земли. Всё по правилам. Сильнее было бы только сделать это перед Стражами. Нет, можно было бы, но к чему? Напротив, все должны быть полностью уверены, что Стражей здесь нет, а у нас нет возможности вызвать их.
Но чем дальше, тем сильнее я сомневаюсь, что у Дизир есть гость от Эрзум. Ну не могли Стражи такое пропустить. А если и пропустили, то гость из Эрзум не подчинённый на побегушках, чтобы бегать по вызову Дизир и решать проблемы с наглой Армией Предела.
Опустил взгляд с пустого неба на Дизир и Гарой.
Здесь не пришлось ни строить моста, ни намораживать остров. Два берега быстрой, шуршащей камнями реки соединял здоровенный и широченный мост, куда мы все отлично поместились. Главное – не повредить его при схватках. Но Тордак и Тивар уже показали свою силу, доказали, что могут заканчивать схватки буквально в два удара.
Спросил у Далана:
– Сегодня Дизир будут требовать проверки?
Тот промолчал, ожёг взглядом, ответил мне Ворак:
– Нет, старший. Мы видим, это те же самые идущие.
Только я похвалил про себя выдержанность Далана, как он меня разочаровал – разжал стиснутые зубы и процедил:
– Эй, собратья идущие, а вы не думали, что станет с вами после того, как действие зелий закончится? Пиан Ша не худшее, что может случиться с идущим, пытающимся прыгнуть выше головы. Некоторые буквально сгорали от огня, воя от боли, другие обращались камнем – медленно, ощущая, как плоть умирает, и ничего не могли сделать.
Я рассмеялся:
– Аха-ха-ха! Собрат Далан, кажется, ты украл мои слова.
– Твои слова? – глянул тот исподлобья.
Я повёл рукой, очерчивая ей своё лицо:
– Меня-маски, моего брата по Ордену, Ломающего Запреты, который вот эти самые слова обращал к тем, кого вы, Дизир, напоили гнилой алхимией три года назад в городе Меча. Но слова Атрия были справедливыми, а твои нет. Зелья Древних из города Тысячи Этажей намного лучше той бурды, которую вы научились варить. Разве вы не распробовали их за те годы, что этот город вам доступен? Или вы урвали награду на турнире, а заглянуть в город так и не решились?
Далан снова начал наливаться кровью, но Ворак быстро покачал головой, да и стоящий за плечом Далана начал ему что-то нашёптывать мыслеречью, поэтому я понимающе улыбнулся, постаравшись, чтобы эта улыбка была неприятной-неприятной, и повернулся к Гарой.
– Объявляйте схватки, уважаемый Санмед.
Аледо снова проиграла. Возможно, будь у неё Коготь, всё бы обернулось по-другому, но за два дня бега не выучить технику. Её талант в другом. Но братья Тордак и Тивар, конечно же, выиграли.
Глядя в глаза багрового от ненависти Санмеда, я предупредил:
– Отступайте с наших земель. Два дня. Бегите. Через два дня мы встречаемся на границе Многоречья и Низин Тумана.
В этот раз не пришлось даже давить – Дизир молча развернулись и ушли с моста. Неужели Дизир так легко сдаются? Я надеялся, что нет.
Даже Воины могут бежать целый день, но даже Воинам нужно хотя бы раз за этот день поесть, не говоря уже обо всём остальном.
Глядя на суету ночного лагеря, я протянул нити мыслеречи:
– Доклад.
Три вдоха тишины и ответ:
– Пусто, господин бегущих даже ночью.
– Без происшествий, глава.
С некоторым опозданием пришёл ответ Гилая:
– Старший Атрий?
– Доклад, – повторил я.
– Ничего, что нужно было бы сообщить вам, старший. Мелкие дела, весь город затих и боится даже лишний раз вздохнуть. Ватажников не было.
Я досадливо цыкнул. Четыре земли позади, я обострил как мог, дальше разве что только избить Далана или Санмеда, но ничего. Ни-че-го. Либо все предположения Стражей и Хорита об Эрзум ошибочны, либо Эрзум ударят не здесь.
Я в который раз напомнил себе: Академию не взять – как только они отправили таланты в город Тысячи Этажей, так сразу закрылись формацией.
В городе Меча – Ледий. Всё остальное… это будет больно и тяжело, но не сумеет остановить нашу Армию Предела и не сумеет остановить падение Дизир.
Так что, скорее всего – это были пустые опасения. Помедлив, послал волну силы в кольцо и сжал пальцы на зеркале. Время заглянуть себе в глаза. Это ведь тоже пустое опасение.
* * *
– Пусто, господин бегущих даже ночью. – ответил Пересмешник.
Отвечая, он немного приукрасил. Уже никто и никуда не бежал. Да и сам он сидел на ветке дерева, прислонившись спиной к стволу, с чашей в руке.
Он успел осушить её, налить новую, поднести к губам и застыть.
По лесу прокатилась волна силы. Едва ощутимая, похожая больше на дуновение ночного ветерка, чем на движение силы, но при этом отлично знакомая Пересмешнику, пусть и испытанная лишь один раз в жизни.
