Текст книги "Перековка. Малый Орден (СИ)"

Автор книги: Михаил Игнатов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 29 страниц)

– Разумно, – протянул Иликан.

– Безумно, – отрезал Клатир.

– Я уже щёлкнул Эрзум по носу.

– Не их, а дела, которые они провернули.

– В нашем Поясе. В месте, где и пальца их не должно быть.

– Пальца? Если думал меня рассмешить, тебе это не удалось.

– По сути, от нас не требуется ничего, кроме как скрупулёзно выполнить то, что мы должны выполнять.

– Тогда уж мы должны сообщить о Леграде и его побегушках туда-сюда через барьеры. Но мы же этого не делаем.

– Я говорю о том, что должно принести нам пользу, а не навредить.

– Не все братья готовы будут вот так выкручивать правду.

– Вот уж про кого точно можно сказать, что они живут с закрытыми глазами.

Глупо было влезать и вмешиваться, но я это сделал и кашлянул, напоминая о себе:

– К-хм! – а когда они перевели на меня взгляд, я спросил: – Так что вы решили, собратья Стражи?

– Вот так быстро? – криво усмехнулся Клатир и в его усмешке не было ни капли веселья, скорее усталость. – Это не такое простое дело, чтобы мы могли решить вдвоём. Нам нужно обдумать, поговорить с остальными. Мы пришлём весть.

– Это… – пришлось сказать мягче, чем хотелось, – … радует. А пока вы думаете, собрат Клатир, не выполнишь ли личную просьбу?

– Вот уж наглость, – процедил Клатир.

– Спокойнее, брат. Я рассчитывал, что вы разрешите разногласия.

– У нас нет разногласий, просто кто-то слишком быстро забывает всё то доброе, что было сделано для него, – вслух же он сказал совсем другое: – И что это за просьба?

Я достал из кольца покорёженные, выгнутые наручи.

– Охо-хо, – выдохнул Клатир, схватил один наруч, неверяще покрутил в руках. – Как это вышло?

– Принял на них удар бога, – просто, скромно и с намёком ответил я.

Клатир вскинулся, впился в меня взглядом, в глазах что-то вспыхнуло, он поджал губы, а вот Иликан с печалью заметил:

– Подумать только, сколько бы такая схватка и смерть бога могли принести нам заслуг, если бы жизнь повернулась по-другому и он оставался бы Стражем.

– Смерть? Как бы он ни был хорош, но убить бога не так просто, – не согласился Клатир и даже не подумал спросить у меня лично – а что там с богом вышло. Спросил сухо и скупо: – Починить?

– Переделать, – улыбнулся я, не подавая виду, будто их разговор для меня не тайна. – На руку юной девушки, сделав из них браслет с когтем. Вот таким, – я духовной силой растянул крохотную лужицу пролитого алого вина в рисунок оружия Аледо. Оно послушно растеклось в силуэт чуть изогнутого когтя и наруча. Такого, каким я видел его в городе Рассвета – алым от крови и мести.

– К-хм, – Клатир вгляделся в рисунок, прищурился. – Интересное оружие. Люблю инт… – он оборвал фразу на середине, кивнул. – Хорошо. Думаю, в этот раз я создам не просто изделие кузнеца, – провёл рукой в сторону Теная, который всё это время делал вид, будто его здесь нет и он вообще ничего не слышит. – Как раз будет хороший опыт для Теная. Он талантливый артефактор с уникальным взглядом на суть вещей. Некоторые его задумки отлично лягут на подобное оружие.

Меня же зацепила фраза про талантливого артефактора, и я неожиданно для самого себя предложил:

– В Ордене тоже появился талантливый артефактор с необычным взглядом на суть ремесла и своим мнением обо всём. Почему бы нам не устроить встречу двух талантов и обмен опытом? Может быть, вместе они сумеют придумать для этого оружия что-то совсем необычное?

– Возможно, – кивнул Клатир, но сухо закончил: – Но не в этот раз.

– Даже если им поможет с оружием талантливый начертатель? – вспомнил я про Эраста.

– Возможно, – вновь повторил Клатир холодным, равнодушным тоном.

Я хмыкнул и добавил:

– А если им всем ещё и поможет парой уроков и наставлений мастер Массивов и… Властелин?

Клатир застыл, прошипел:

– Да кого ещё он натащил в наш Пояс? Это его впору ловить и наказывать, а не Эрзум!

– Брат, тебе ли не знать, что ради своих закрываешь глаза, а чужих наказываешь вдвое.

– Только иногда дела своих плохо заканчиваются.

– Но согласись, предложение более чем щедрое.

– Это не предложение, а ловушка, которой он хочет связать нас ещё сильнее.

– Куда уж сильнее? Если на его стороне Холгар, то… – Иликан замолчал, не договорив то, что им и так было понятно. Им, а не мне. Жаль, конечно.

– Пф-ф! – фыркнул Клатир, повернул голову и спросил: – Тенай, хочешь получить пару уроков от подобного учителя?

– Мастера Массивов? – тот помедлил, взгляд его метнулся от Клатира к Иликану и обратно, видимо, ожидая намёка или мыслеречи, как он должен отвечать, не дождался ни того, ни другого, медленно кивнул и так же медленно протянул. – Д-а-а, наставник, – не увидев на их лицах возражения, уже решительнее продолжил. – Да, хочу. Для артефактора эта часть работы с символами Древних очень…

– Я понял, – перебил его Клатир, глянул на меня и медленно кивнул. – Ты можешь взять его с собой.

Я приложил кулак к ладони и улыбнулся уже глядя в пол:

– Спасибо, собрат Клатир.

Так мы договорились о малом.

О большом же…

Восемь дней им понадобилось на то, чтобы прислать своё решение.

Глава 11

Восемь дней.

Много это или нет?

Смотря как считать и где. В городе Меча или в Академии.

В Академии это одна общая тренировка.

Две тренировки для самых упорных и стойких.

Немного, совсем немного, но ещё восемь дней – это…

Четыре месяца тренировок в жетоне для того, кто по-прежнему пользовался Сердцем Ущелья Стихий.

Так что не могу сказать, будто Стражи Границ торопились дать ответ. Честно сказать, если бы не пара разговоров с Ксилимом и Хоритом – я бы и вовсе мог позабыть, что чего-то там нужно дождаться.

Нет, на самом деле так оно и было – я едва не забыл, что нужно дождаться какого-то там решения.

Это для Фатии, Нинара, Эраста и Теная восемь дней пролетели быстро, тем более при том количестве заданий, что я им дал.

Для меня же…

Каждые две недели я по-прежнему начинал с лестницы и успевал обдумать множество мыслей между подметанием первой и последней её ступеней. И эти мысли только в первые разы были об Ордене и Стражах, а потом уже совсем-совсем о другом.

Об артефактах, заказанных компании гениев, талантов и стариков, об Утхале, о городе Рассвета, о тенях, об отражениях в зеркалах, о перековке, о техниках и схватках.

Поэтому, когда через четыре месяца, поутру, уже закончив с медитацией на рассвете, подметанием ступеней и возвращаясь по дорожкам Академии в свою гостевую комнату, я ощутил, как в сфере восприятия, растянутой на шестьдесят ли, появилось что-то странное, ощущаемое мной как рябь на воде. Движущаяся рябь. Спустя пять вдохов и Пересмешник сообщил:

– Господин, у нас гости. Клатир.

Я застыл на месте, не понимая, чего он здесь забыл.

Вдохов десять мне понадобилось, чтобы вспомнить – что. Затем я молча развернулся и вернулся на узкий выступ, где проводил ночные медитации.

Там и встретил гостя.

Внизу, в долине, там, откуда я начал подметать лестницу, ещё плыли клочья тумана, редкие и исчезающие на глазах. И вот таким же клочком, сгустившимся передо мной на миг и тут же исчезнувшим без следа, протаял передо мной Клатир.

Согнулись в приветствии мы одновременно, но, когда выпрямились, так же дружно промолчали. Прошёл вдох, другой, ветер рванул полы наших одеяний, я приподнял бровь в недоумении, а затем спросил прямо:

– Что вы решили?

Клатир помедлил ещё вдох, а затем коротко кивнул:

– Мы согласны. Но с двумя условиями.

– Какими?

– Необходимо выставить это как внутренние противоречия Дизир, которые приведут к расколу и наказанию Дизир, – заметив мой взгляд, он вскинул руку ладонью вперёд, останавливая моё возражение. – Это предложение даже не моё, а магистра Хорита, вернее, его дополнение. Он сказал, что это можно провернуть и у вас есть все возможности.

Я кивнул:

– Хорошо, раз Хорит одобрил, то и я не вижу причины возражать. Это ведь его план изначально. Что второе?

– Орден Небесного Меча не выпячивает свою мощь и не заявляет о себе на весь Пояс. Действует тихо и спокойно. Помощь в делах с Дизир мы выставим как помощь клана Тириот по нашей просьбе.

Я вспомнил о городе Светлого Рассвета, но это событие, случившееся целых одиннадцать дней назад в настоящем мире и сколько-то там месяцев моих тренировок, меня уже не волновало. Оно даже не будет нарушением, потому что случилось до этого договора. Кстати, о договоре.

Я кивнул и сказал:

– Тоже принимается. Но давайте составим с вами договор.

– Договор? – Клатир прищурился и медленно покачал головой. – Об этом не может быть и речи. Мы не будем принимать на себя ни контракты, ни Указы. Даже здесь, как ты говоришь – в Тюремных поясах, – мы находимся добровольно, потому что поклялись. Чем…

Теперь я поднял руку, прерывая его:

– Я понял, понял. Довольно. Только вообще-то я не говорил ни про контракт, ни про Указ. Запишем наши договорённости на простой бумаге. Мы – Орден – делаем то-то, вы делаете то-то. Всё, не более.

Клатир прищурился:

– Чем это отличается от договора на словах?

– По сути, ничем, – я пожал плечами. – Вы верите нам, мы верим вам, а в спорных ситуациях достаём бумаги и смотрим, кто и что кому обещал.

Клатир покачал головой, явно показывая, что он обо всём этом думает, но кивнул:

– Хорошо.

Я повторил его жест, думая о забавной штуке. У меня теперь есть договор со Стражами Границ. А ещё есть договор с духом города Тысячи Этажей. И ни первым, ни вторым не нужно знать о том, что есть другой, второй договор. Уж слишком они противоречат друг другу, если глядеть в суть. Но что поделать, будем решать проблемы по очереди. Сначала дела Малого Ордена, потом возвращение к Большому Ордену, а уж затем Изард, дух испытания и его задания. Уж слишком они у него… Сложные.

Кстати, о заданиях.

Я протянул руку Клатиру, с улыбкой предложил:

– Перейдём в кольцо и составим договор там?

Только когда наши руки коснулись, вспомнил, что у меня там вообще-то тела Тигров и их старейшины лежат в отдельном кисете. И хорошо, что в нём, а не просто грудой где-нибудь в уголке под полкой. К счастью, я ещё не настолько сектант и не настолько дух, чтобы устраивать подобное.

Едва оказавшись в кольце, я щедро выплеснул духовную силу, замедляя время здесь и накрывая ею половину кольца, а главное, полку с опасным кисетом.

Клатир напрягся, замер, но, увидев, как застыла стеной моя духовная сила, всего лишь ограничивая его восприятие здесь, расслабился и покачал головой:

– Секреты?

– Немножко, – не стал я отрицать, принявшись перебирать бумаги в поисках пустого свитка. Их шелест показался необычно громким в тишине кольца, поэтому я спросил через плечо: – Тенай сказал, что вы не торопитесь делать его шэном, но не отказались от мысли отправить его налогом в Империю. А как же задания? Как же получение заслуг учителями через ученика?

– Тенай немного спешит, – холодно произнёс Клатир, – как и с твоим предложением, мнения разошлись, пусть и не так остро. Сейчас… – Клатир сбился, мрачно добавил: – Скажем так… сейчас состав Стражей немного изменился, поэтому нам только предстоит заново решить, как мы будем действовать с Тенаем.

Я скосил взгляд. Как интересно сказано. Даже любопытно, у них там теперь есть свой спящий Дарагал или… они решили всё окончательно?

Чистый свиток, чернила и кисть нашлись. Я положил его прямо на воздух, удерживая духовной силой, написал сверху «Орден обязывается», словно задумавшись, застыл с поднятой кистью, спросил Клатира:

– А если бы со мной не случился дух города Тысячи Этажей и он не назначил меня предателем-шэном, то какие бы задания ты выдал мне?

– Это в прошлом. К чему тебе это знать?

– И всё же?

Капля чернил сорвалась с кончика кисти, рухнула вниз, к бумаге, но я перехватил её духовной силой и вернул в чернильницу.

Клатир всё молчал, меряясь со мной взглядом. Я тоже стоял спокойно – тёмная ночь и сон прошли уже давно, сейчас даже я сам без боязни заглянул в зеркало – хорошая идея для гостей приходить на встречу со мной после рассвета.

Наконец Клатир ответил:

– Ты бы ушёл талантом в Шестой пояс.

– Через Орден к Эрзум? – вздёрнул я бровь от такой откровенной лжи.

– Нет, конечно. В Ордене ты бы получил знания и умения, город опять же, – Клатир поморщился, глухо закончил: – Но Эрзум ты ни к чему. Мы бы не отдали тебя им. Это путь в никуда.

– Хорошо, я услышал, – кивнул я, – а дальше, в Шестом?

– Что в Шестом? Шестой – это Пояс схваток с Альянсом. Выдал бы тебе задания… Ну, не знаю, сказал бы биться с сектантами, убить их побольше, может быть, отыскать Ключ, спасти кого-то из…

Надеюсь, моя улыбка сейчас была не слишком кривой и странной.

Клатир задумчиво перечислял несложившиеся задания, которые прямо сейчас вписывались передо мной серебряными строками в жетон и почти сразу же изменялись. Просто потому, что и сектантов за эти годы я убил изрядно, и Ключей отыскал аж два. Но всё же кое-чего в размышлениях Клатира не хватало.

– А Орден? Разве не было бы задания помочь Ордену? Виостий же начал задания с того, чтобы я сделал Орден Небесного Меча сильнее. Но вы же знали, что Орден большой и не только здесь, но и там, в Шестом. Как раз там, куда бы вы меня послали. Это ведь очевидно – приказать мне помочь ещё и им.

А вот улыбка Клатира точно стала кривой и вымученной.

– Кто бы нам помог. Виостий… Одно дело – приказывать сделать сильнее Орден во Втором поясе, где не было приказа его распустить, совсем другое дело – помочь ему в Шестом, где… – Клатир резко махнул рукой. – Что я тебе объясняю? Ты, основавший Сломанный Клинок, лучше меня понимаешь, что я не дал бы тебе такого задания. К чему всё это?

Но я был настойчив, пытаясь выбить для себя это задание:

– Почему? Разве Стражи дают только те задания, которые для них могут выполнить здесь и сейчас?

– Ты словно хочешь, чтобы я выставил себя в более лучшем свете, чем есть на самом деле, – заметил окончательно помрачневший Клатир, а затем мотнул головой. – Ну хорошо. Давай окончательно разберёмся с этим. Дают не только лёгкие задания? Не только здесь и сейчас? Ты хочешь, чтобы я продолжил дело Виостия? Хорошо, пусть будет так, ты прав во всём. Мы видели в тебе путь вырваться отсюда и заработать новые ранги. Отправляя тебя прочь, я бы… Ты быстро стал частью Ордена, да? – самым уголком рта усмехнулся Клатир. – Тогда так: я бы рассчитывал на тебя, я бы увидел твои надежды и приказал тебе сделать сильнее Орден Небесного Меча в Шестом… да что там в Шестом, – криво усмехнулся Клатир, – зачем останавливаться на малом? Во всей Империи, включая тех, что стали налогом для Эрзум, и не останавливаться даже на этом, – Клатир подался вперёд, сжал пальцы в кулак, говоря всё быстрее и быстрее. – Я бы приказал тебе стать талантом, известным на всю Империю, выиграть в паре турниров, приказал бы поставить на место пару фракций, приказал бы отыскать путь в главную резиденцию Стражей Границ в Шестом поясе и пройти там Большое… Да что там Большое, что же я словно одёргиваю себя? – изумился Клатир, а улыбка его стала даже пугающей. – Я бы приказал тебе пройти Большое и Великое Испытание. Я бы приказал тебе стать Повелителем Стихии, сойтись с сектами в битвах и стереть десяток средних и пару старших сект с лица Шестого пояса, войти в свиту Императора и стать его советником, – Клатир перевёл дух, спросил: – Достаточно?

Я пожал плечами:

– Откуда мне знать? Достаточно для чего?

– Для того, чтобы, когда ты выполнил бы всё это, половина Стражей Тюремных поясов стала бы свободной! – рявкнул Клатир.

Я только и покачал головой, глядя на внесённые в мой жетон приказы шаула Клатира. Вот уж отсыпал так отсыпал. Может, зря я его так раззадорил? Очень уж он разошёлся к концу и отсыпал ещё безумнее, чем дух испытания. Стать советником Императора? Что? Зачем? Ну ладно просто в свиту войти, что бы это ни значило, но советником? Где я и где советы? Один пророчит мне свержение Императора, другой – стать его советником.

– Достаточно? – вновь потребовал ответа Клатир.

– Да-да, – спохватился я. Не хватало ещё, чтобы он добавил что-нибудь про Небесного Воина или уничтожение Альянса Тысячи Сект.

– Пиши, – напомнил Клатир. – Ты же хотел получить договор на бумаге.

– Да, – кивнул я и опустил кисть.

Первое. Не выпячивать свои заслуги и могущество…

Ну и так далее, пункт за пунктом.

Со свитком в руке я прошёл через всю Академию, через её утреннюю суету и первые тренировки и занятия, миновал коридоры главного здания, из вежливости задержался на миг перед дверью Ксилима, а затем толкнул её. Сделал три шага и положил свиток перед ним, коротко произнёс:

– Они согласны.

Ксилим застыл на миг, не донеся чашу с чаем до рта, затем откинулся на спинку, сделал глоток и задумчиво проговорил:

– Значит, можно начинать, – покачал головой, глядя на свиток, неожиданно сказал совсем не то, что я ожидал: – Чем больше думаю, тем больше уверяюсь, что разрушил Ущелье не Арик Дизир. Для Предводителя, какие бы артефакты у него ни были, это за гранью возможностей, но вот для Властелина… Я, пусть и смутно, но ощущаю приближение к Академии обретённых братьев. Но Страж сейчас просочился через все формации и границы, побеседовал с тобой, улетел, а я этого даже не почувствовал. Так же как в тот раз Шандри ничего не ощутил.

Я не стал напоминать ему, что артефакты артефактам рознь, но пообещал:

– Мы начинаем. В конце мы спросим об этом у Дизир. Узнаем имя. И они не смогут промолчать или солгать. Обещаю.

Ксилим вскинул голову, зло и предвкушающе улыбнулся, решительно сказал:

– Объявлю, что старшие ученики выдвигаются к Армиям Пределов, а время остальных настанет позже.

Я напомнил, постучав по свитку:

– Отправь Хориту.

– Что это? – наконец спросил главное Ксилим, ухватив свиток.

– Договор со Стражами.

– Зачем его отправлять Хориту? – удивился Ксилим. – Ты молодой магистр, тебе и хранить подобные записи. Ну или отдай их своему гласу совести, – Ксилим встал и протянул свиток мне двумя руками. – Молодой глава, примите этот договор со Стражами Границ. Поздравляю вас с его заключением, уверен, будущее Ордена Небесного Меча только что изменилось. Надеюсь, в лучшую сторону. Верю в вас и вашу твёрдую руку, молодой магистр.

Я помедлил, а затем принял свиток:

– Спасибо, глава Академии.

Ну а что ещё мне оставалось сказать? Осталось забрать такой же свиток у Изарда и положить их в кольце рядом.

Правильнее было бы выдвинуться к границам вместе с учениками, которые будут участвовать в схватках. Но это было слишком медленно, потому что я не мог взять всех в полёт. Это бы выдало, что я Властелин или невозможно сильный Предводитель, потому что ни один Предводитель Второго пояса не утащит десяток учеников на день полёта.

Это могло бы раньше времени выдать нас Дизир или наблюдателям от других фракций. Таких не осталось в лесах вокруг Академии, но наверняка они были в городе Меча и по пути между Академией и Армией Пределов, а я лично пообещал Клатиру не выпячивать силу Ордена.

А ещё это было бы пустой тратой времени, потому что ни о каких медитациях и тренировках ни для них, ни для меня не могло бы быть и речи.

Поэтому ученики отправились сами, под присмотром старших, повторяя тот путь, который я уже когда-то на их месте проделал, а я остался в Академии, отсчитывая дни.

Встреча рассвета.

Лестница.

Общая тренировка для оставшихся учеников и бывших талантов, которые не пропускали ни одной такой тренировки. Или потерянные и обретённые братья из города Тысячи Этажей, как называл их Ксилим.

Новые беседы с Нинаром, Фатией, Тенаем и Эрастом. Всё так же в маске и с другим именем. Потому что я вдруг понял, что он обязательно спросит про Виликор и что я ему отвечу? Так и так, мне понадобился заместитель в Истоке, поэтому я сделал твою сестру своей женой, можешь меня поздравить. К чему это?

Долгие дни чтения и медитаций в жетоне.

И, конечно, схватки.

Вот как эта.

Я медленно поднялся над утёсом, огляделся с высоты. Красиво.

Внизу расстилалась долина – застывшее море из травы и причудливых деревьев, отступивших друг от друга, словно соблюдая негласный и строгий порядок. Тени от их крон мягко ложились на землю.

Воздух был прозрачен и чист. Высоко в небе, далеко между массивными грядами облаков, медленно скользили птицы. Они казались лишь крошечными точками, чёрными росчерками кисти, и я знал, сколько ни лети – к ним не приблизишься. Там, в недостижимой вышине, рождался ветер, дующий мне в лицо.

На самом горизонте земля встречалась с небом в призрачной дымке. Силуэты далёких гор едва угадывались, тая в мареве. В этом месте не было суеты – лишь бесконечный покой под куполом из облаков и света.

Жаль, что этот мир только кажется настоящим, живым и бесконечным. Впрочем, его размеров для схватки с богом секты вполне хватает, а недостижимость птиц и гор только на пользу. Жаль, не дотянуться до облаков, но и только.

Я чуть шевельнул пальцами, и в семи сотнях шагов от меня в небе появился бог Тигров, Повелитель третьего испытания Риксот.

Я давно ушёл от схваток лицом к лицу. Самое сложное – это выживать. Самое сложное – это добраться до врага. Что одно, что другое лучше тренируются вот так – когда ты не вплотную к врагу, а когда тебе нужно преодолеть эти чудовищно бесконечные семь сотен шагов.

Первый вдох.

Риксот с ходу использовал повеление и оказался в центре цветка из стихии.

Красиво. Смертоносно. Привычно.

В восьми случаях из десяти он начинал с этого хода.

Второй вдох.

Я тоже использовал повеление, но попроще, технику через повеление, перемещаясь сразу на две сотни шагов.

Забавно, что с этими повелениями ты словно что-то среднее между Воином и недоМастером. Вроде как наловчился использовать Умножение, но то и дело: то техника сорвётся, то упрёшься в ограничения прочности меридианов. Что бы мешало полноценному Мастеру использовать технику перемещения непрерывно? Ничего. Но и я ещё не полноценный Мастер, вернее, не полноценный Повелитель, а всего лишь переВластелин с расслоением души.

Третий вдох, но, между нами, всё ещё целых пять сотен шагов.

Шесть сотен, простите, в этот раз Риксот решил биться как трус и на мой рывок к нему ответил отступлением. Хорошо, что я перемещаюсь дальше, чем он, иначе это была бы не схватка для тренировки, а насмешка какая-то с вечной погоней.

Четвёртый вдох, и я, со свистом рассекающий воздух полётом, вновь перемещаюсь.

Седьмой вдох, и я создаю вокруг себя призрачный образ шипастого кристалла с бритвенно острыми гранями.

Это не повеление, а сжатые до Пределов духовная сила и стихия. Вернее, истекающая ими эссенция.

Риксот тут же ударил, создав вокруг меня повеление. Таким он проламывал строй Тигров, уничтожая Властелинов одним прикосновением. Но здесь и сейчас всё прошло не так, и это моя призрачная броня-кристалл проломила его голубой цветок.

Вдох, и я проскочил его насквозь, оставив рассыпаться позади.

Перемещение. Сто шагов между нами. Риксот кривится, рычит ругательство и отступает ещё раз. Последний. Две сотни шагов между нами.

Цветок Риксота уплотняется, раскрывается втрое большим числом лепестков, начинает сиять так, что смотреть на него больно, но я лишь разворачиваюсь в полёте, вытягиваюсь в сторону Риксота головой и сжимаю пальцы на Пронзателе.

Ещё одно повеление несётся в меня, и я использую Звёздный Клинок, рассекая повеление надвое, проскакивая в пробитую щель, разнося гранями кристалла-брони пытающиеся сомкнуться на мне лепестки чужого повеления.

Перемещение.

Я буквально врезаюсь в раскрывшийся сотнями лепестков цветок Риксота. Сейчас тот больше всего похож на огромную круглую голубую хризантему.

Первые лепестки на моём пути разлетаются пылью, вторые и третьи раскалываются на сотни кусков, но чем глубже я вламываюсь в чужое повеление, тем более плотным и опасным оно становится.

Эти последние тридцать шагов я должен был проломиться за долю вдоха, но вместо этого буквально проталкиваю себя, лечу, с каждым мгновением замедляясь всё больше и больше. Призрачные лепестки повеления больше не раскалываются на сотни осколков, каждый приходится разрезать Звёздным Клинком, взламывать узкий разрез кристаллом-броней, буквально разрывать его своей эссенцией, сжатой до Пределов.

И даже этого мало: чужая и моя стихии бьются на равных, давят друг на друга, грани моего кристалла, недавно острые, опасные, обломались, обтёрлись, потускнели. В миг, когда меня обдаёт жаром опасности, я понимаю – пора! – и выпускаю змея.

Даже его не хватило. Он прикрыл меня, принял на себя удар, разлетелся в клочья, пропустив острое голубое жало. Я рубанул Звёздным Клинком, скорее не отбивая, а отталкивая себя с пути смерти.

Разминулись в ладони, броня сжатой эссенции лопнула под чужим ударом, рассыпалась осколками, но у меня не было времени восстанавливать её, я увидел, как сжались губы Риксота, и понял, что сейчас он снова сбежит.

Переместились мы мгновенно.

Он переместился, оставив позади одно повеление, сбросив его с себя, как сердцевина цветка сбрасывает лепестки, когда подходит их срок, раскрывая новое, словно он вечно молодой и вечно обновляющий цвет цветок.

Я переместился, ощущая, как трещит, лопается в десятках мест Покров, пропускает бритвенно острые голубые лепестки.

Разницы между нашими перемещениями хватило, чтобы я дотянулся.

Риксот сжал кулак, пробивая меня в десятке мест, я же провернул Пронзатель.

Даже если ты бог, ты не сможешь выжить, если твоё сердце не просто пробито, а буквально вырезано из груди.

Через миг я открыл глаза уже в тысячах шагов от места схватки.

Целый, не разрезанный на десяток кусков, но всё ещё помнящий эту боль.

Выдохнул.

Пятый раз подряд.

Что же, уверенно убивать бога третьего испытания я уже научился.

Осталось научиться выживать после этого.

Скосил глаза и вызвал записи жетона, чтобы удостовериться.

Всё верно. Мы погибли одновременно.

Рядом соткался из чёрного дыма Безымянный, требовательно заглянул в глаза.

Я покачал головой, и в этот раз вызвал Риксота без всяких жестов, поближе, на дальнем краю утёса, а не в воздухе.

Безымянный ухмыльнулся, покрутил шеей, словно был живым и ему нужно было разминаться, развернулся на месте. Вполне по-обычному, а не вывернулся наизнанку, как он умел и делал в битвах.

Вдох, второй, и они оба сорвались с места. Риксот – убегая и одновременно обрушивая на Безымянного целый дождь бритвенно острых лезвий, Безымянный – догоняя и пытаясь добраться до него до того, как тот наберёт высоту.

Привычное, в общем, зрелище. Интересно, что бы сказал обо всём этом Пересмешник, увидев.

Вновь завёл разговор о господине безумных и господине безумного Призрака? Может, это безумие и правда заразно? Ведь один день он даже не показывается мне на глаза, а в другой день сам напрашивается, да ещё и будто дрожит в нетерпении. Он ведь сейчас делает то же, что и я – тренируется побеждать намного более сильного противника, противника очень неудобного для себя.

Будь я немного понаивнее, мог бы предположить какую-нибудь тёмную историю в прошлом Безымянного, которая заставляет его гореть ненавистью именно к богам сект. Ну там, проигрыш от рук бога, плен, ритуал.

Вот только Мастер никак не мог стать противником для бога.

На миг я задумался о Музыкантше, о том, что это может быть её ненависть, а Безымянный лишь… Нет, такая же глупость. Преданная богом личная ученица? В самом деле?

Я слишком много думал об истории Паоми и Тизиора.

Решительно отвернулся от битвы. Там как раз Риксот отшвырнул Безымянного, сбросил его с неба на землю, разнёс его телом одно из деревьев. Я это видел не раз и не два.

Только вздохнул печально. Не о дереве, которое восстановится сразу после окончания схватки, а о том, что не могу делать два дела одновременно, и не может их делать одновременно Безымянный. Если он сражается, то играть на цине некому, я тоже не так далеко продвинулся по пути мастерства, чтобы одновременно читать и играть. Пострадает и то и другое. И мелодия будет так себе, да ещё и постоянно спотыкающейся, и из трактатов ничего не запомнится.

Скрестив ноги, уселся на привычное место. Слева стопка свитков техник, справа груда их же, уже прочитанных, ну и всё остальное, что я читал все эти месяцы.

Доклады и списки допросов из тайной части хранилища знаний Ордена уже давно закончились. Давно закончились и трактаты о лекарском деле. Я многое узнал и из первых, и из вторых, многое отложил в памяти, проверил на Хорите, кое-что интересное даже выписал для себя отдельно, но не нашёл ответа на главные для себя вопросы.

Как правильно лечить лекарю душ?

Что ему делать, если потратил слишком много?

Как восстанавливать потраченное?

Что делать, если у тебя расслоение души?

Как отделять своё от чужого?

Во Втором, Тюремном поясе таких знаний не было…

Хрустнуло.

Очнувшись от раздумий, я разжал слишком сильно сжатые пальцы, оглядел переломившийся свиток. Неловко вышло, хорошо, что это тоже, как и сломанное дерево, – не настоящий свиток, и не придётся извиняться перед хранителем Павильона Техник.

Отвёл взгляд.

Главное – от самого правильного решения я становлюсь всё дальше и дальше. Если уж я не решился прийти к Изарду раньше, когда всё было гораздо лучше, то прийти к нему сейчас… Когда я вижу сны, использую воспоминания безумного духа и вижу зелень в своих глазах…

Я потянулся пальцами к лицу, но одёрнул руку. Только в зеркало мне ещё не хватало посмотреться.

Не рискну.

Не… рискну.

Я и так дважды остался жив там, где другие могли умереть в безвестности.

Выжил, помешав Изарду наказать мой отряд. Но там я заинтересовал Изарда перстнем и всем, что на меня было накручено Стражами и жизнью.

Выжил, придя к нему второй раз и буквально потребовав обучение, но умолчав про помощь сектантов и прочее.

Прийти к нему в третий раз, заключив с сектантами союз, получив уроки от наследника секты Тигров и поглотив душу такого же духа, как Изард? Отличная идея. Ещё чуть выждать, и прийти к нему, сверкая одним серым, а другим зелёным глазом, раскрыть объятия и закричать: «Собрат Изард! Мы с тобой теперь больше, чем собратья, мы настоящие братья! В тебе дух-сосед, и во мне дух-сосед! Малкор, слыхал о таком?»

Мне совершенно не хочется проверять, какой будет встреча и что мне скажет Изард.

Я покрутил в руке треснувший свиток и признался: а может, дело в обычном страхе. Может быть, этот страх даже не мой, вот что самое страшное. Когда это я боялся за себя? Зря меня, что ли, именуют безумным? Страшно, что этот страх может быть страхом крепнущего во мне безумного духа. Что это его осторожность отговаривает меня сейчас. Покачал головой, криво улыбаясь. Нашли друг друга два безумия.

Свиток снова захрустел в кулаке, заставляя меня прийти в себя.

Медленно разжав пальцы, я стиснул зубы.

Вот уж нет, всё давно решено.

Если всё будет плохо, то я и без Изарда и без Пересмешника сумею остановить себя. Сумею. Но не сейчас. Пока же у меня слишком много дел.