Перековка. Малый Орден (СИ)

Текст добавлен: 2 апреля 2026, 18:00

Текст книги "Перековка. Малый Орден (СИ)"

Автор книги: Михаил Игнатов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 29 (всего у книги 29 страниц)

Эпилог

Но это я задавался сомнениями – как же так вышло, что во Второй пояс какие-то жалкие Дизир сумели протащить мимо Стражей целого Повелителя, – а вот Хориту до этого и дела не было.

Он, вероятно, и вовсе не понял уровня Возвышения незваного гостя – думал, мы готовы к его появлению, поэтому выдохнул:

– Ни за что! – и исчез, через миг уже врезаясь в Болайна.

Вперёд ринулись и Амма, и Ксанрос, и Тола, и десятки других идущих, причём с обеих сторон, преодолевая давящую на них силу.

Чёрно-алый в небе мрачно прогремел:

– Что же, вы сами выбрали свою…

Рядом с эрзумцем возник Иликан, ударил мечом, какой-то духовной техникой, спустя миг рядом появился и Клатир, тоже замолотил мечом, вспыхивающим синими разводами при каждом ударе.

У них был вдох.

Через вдох во все стороны от эрзумца хлынула алая волна, ожившее пламя, захлестнула Стражей, отбросила, поволокла прочь, вгрызаясь в их тела и накрывая небо багровым облаком, проливаясь огненной моросью на лес.

– Прочь! – хлестнула следом сорванная струна.

Я скрипнул зубами. Тупые джейры. Куда им – Властелинам даже неполных звёзд – лезть против Повелителя Стихии?

Мне хватило короткого мига, чтобы понять – вряд ли они останутся на ногах после такого, вряд ли удержатся в небе.

Тупые джейры, вместо того чтобы…

– За Орден!

Меня – флагоносца Ордена – едва не сбили с ног. Вопя во всё горло, пользуясь тем, что давление на них исчезло, вся Армия Предела сорвалась с места, ринулась вперёд – к Эрзум и уже сражающемуся магистру Хориту. Потекли рекой разноцветных халатов, обтекая схватку Предводителей, торопясь навстречу такой же, только однотонной Армии Пределов Эрзум, лавой рвущейся через мелкую речушку и сцепившейся на той стороне между собой.

– За Молд!

– За Дизир!

Спохватившись, сам отдал приказ:

– Нинар! На тебе защита младших внизу. Это вся Армия Предела. Перехватывай всё, что может рухнуть на них! Помогай там, где они не справляются, но не выдай себя раньше времени.

– Понял, глава!

– Предводители! – постарался дотянуться мыслеречью до всех, кого помнил. До Толы, Ловера, Шуя, Гилая, Ираи, Тивара, Тордака, Остира и всех прочих. – Защищайте младших, выискивайте Предводителей Эрзум! Они ваша цель!

– Есть! — был мне короткий, слаженный ответ.

– Пересмешник!

– Рано… – процедил тот в ответ, с полуслова поняв меня.

Я и сам поджал губы. Всё верно – рано.

Понятно, почему Стражи ринулись в битву – они просто не поняли, что перед ними не Властелин, пусть и более сильный, а Повелитель Стихии.

Простительно для тех, кто сидит в Тюремных поясах уже половину столетия и забыл, как они вообще выглядят, эти самые Повелители.

Я вот не забыл. А может, тоже ничего не понял, но предположил худшее и оказался прав.

– Господин, – с напряжением в голосе сказал Пересмешник. – Сфера может оказаться слишком слаба. В ней мало энергии, да и…

Он не договорил, но теперь уже я без слов понял его. Возвышение. Всё и всегда решает Возвышение.

Что же…

Я научился убивать Повелителей Стихии. Но сейчас важно даже не то, выживу ли я при этом убийстве, а то, что я не могу позволить себе убить его. Всё идет не по плану. Я не могу позволить себе просто и без затей…

Я оборвал мысль на середине, чтобы не спугнуть его раньше времени, не дать ни малейшего повода Прозрению предупредить нашего гостя. Сжимая флаг Ордена, продолжил думать о своём, неважном и неопасном.

Повелитель Стихии без Нефрита Души?

Смешно.

Нефрит Голоса не способен передать мыслеречь через Великие Барьеры, как не способен и сам Повелитель Стихии дотянуться ей до кого-то из своих.

Но Нефрит Души – совсем другое дело, а у меня тут нет Райгвара с его формациями ловушки.

Значит…

Я могу… познакомиться с этим эрзумцем, но только тогда, когда одолжу его Нефрит. Это ведь такой интересный артефакт, вряд ли он откажется поделиться им и передать Фатии.

Я прищурился, оценивая, как багровое облако откатывается назад, к эрзумцу, снова открывая солнце, закручивается в вихрь.

Ох, не тому я тренировался в жетоне, ох, не тому.

Наконец в основании огненного вихря стал виден и сам эрзумец – нахмуренный, злой. Голос его вновь загремел над уже сошедшимися в битве двумя Армиями Пределов:

– Вы что, смерти ищете? Дожди…

Договорить ему я не дал, отпустив наконец флаг и прямо с земли уйдя перемещением и рявкнув приказ:

– Пересмешник!

Только что между мной и эрзумцем было почти две-три сотни шагов, а уже через миг я оказался на расстоянии полутора шагов от него и резко махнул Пронзателем.

Лезвие Пронзателя прочертило по груди эрзумца, распарывая халат на уровне ключиц, оставляя на нём кровавую черту. Неопасную, несмертельную, не глубже десятой доли пальца.

Моей целью была не его жизнь, а его артефакты.

Ударив, я рванул ещё ближе, выпуская Пронзатель из правой руки и тянясь левой к горлу эрзумца.

Было бы время – выругался.

Но всё произошло слишком быстро – доля мгновения, и моя рука бессильно мазнула поверх цепочки здоровенного амулета эрзумца.

Мало того что Пронзатель не сумел перерубить цепочку, так и амулет оказался словно под Покровом эрзумца – я лишь впустую огладил его горло пальцами.

А ещё через долю мига изумлённый эрзумец пришёл в себя, и меня отшвырнуло прочь, сорвало хватку пальцев, оставило ни с чем, только с обрывками халата в левой руке.

Я выругался, выплеском стихии сбил с себя огонь. Риксот – старейшина Тигров в моём жетоне – только сбегал, а вот такого трюка у него не было. Хотя какой это трюк? Так – пинок духовной силой и крохой силы души.

Отмахнулся от мухи.

Просто не стоит забывать, что это совсем другой противник и у него другие ухватки и привычки.

Но что радует – так это глубина и прозрачность его силы. Интересно, если этот заявит, что он слабейший из Повелителей, кто-то из Повелителей Эрзум сумеет оспорить его место?

Эрзумец мазнул рукой по груди, неверяще оглядел окровавленную ладонь, поднял на меня взгляд:

– Ты кто такой?

Я улыбнулся:

– Страж, которого ты хотел притащить к реолу Таласу.

Эрзумец прищурился:

– Что же, тебя я в живых оставлять не буду. Такой колючий сорняк нужно выпалывать сразу.

Вихрь огня над эрзумцем загустел. Сам эрзумец поднял руку, и через миг оказался окутан тёмно-алой огненной птицей, чьи взмахи крыльев словно ускорили огненный вихрь.

Я прищурился, ощущая, как всё сильнее и сильнее холодит спину сталь Прозрения. Такой трюк я уже видел у Райгвара. Беда в том, что мне по-прежнему нельзя убивать эрзумца. А вот он такими сложностями не ограничен.

Хорошо. Хо-ро-шо.

Я тоже поднял руку, выпуская из себя змея, а затем щедро, не скупясь, влил в него стихию.

Змей принялся стремительно расти, закрутился вокруг меня спиралью. Мой змей слишком плотен, чтобы я бездумно повторял трюк эрзумца или Райгвара. Это у них птицы словно доспех, а у меня это будет выглядеть так, словно змей меня сожрал.

Три вдоха – и мы одновременно бросили в битву свои Истинные Сути Стихии. Огненная птица и змей сошлись в схватке ровно между нами, в багровом свете кружащего над ними огненного смерча, в который нырнул эрзумец.

Миг я глядел на это, затем коротко бросил:

– Пересмешник, мне нужно отобрать у него Нефрит Души.

– Понимаю, господин, – сказал Пересмешник и замолчал.

Эрзумец окончательно спрятался в повеление, я тоже окутался защитой – тот самый кристалл из духовной силы и стихии, что хорошо показал себя в битвах в жетоне.

В этот миг Пересмешник вновь заговорил:

– Сдвиньте его с места, господин. Нужно поставить эрзумца левее на сто шагов, выше на тридцать и между горой и солнцем.

Я изумлённо выдохнул. Как он это себе представляет?

Но уже через миг сорвался с места.

Как, как… Просто.

Первый Рывок унёс меня правее и чуть ниже, второй же доставил ровно к эрзумцу, едва заметному алому пятну в багровом вихре. Я нёсся к нему точно так же, как и десятки раз до этого в битве с Риксотом – головой вперёд, выставив перед собой Пронзатель.

Только в отличие от бога Тигров эрзумец предпочитал не отступать, а встречать лоб в лоб.

Пронзатель столкнулся с тяжёлым и длинным мечом.

Безыскусно, просто, лоб в лоб, сила против силы.

То, что мне было нужно.

Огонь бушевал вокруг, облизывал грани моей защиты, заставлял её крошиться и трескаться.

Я ухмыльнулся, видя зарубку на мече эрзумца, и надавил. Ещё и ещё раз, добавляя к силе рук силу равновесия с миром.

Добавлял бы, если бы был обычным идущим, обычным Властелином.

На деле же я всё быстрее и быстрее закручивал внутри себя круговорот сил, тот самый, что и позволял мне летать.

Вдох – и эрзумца принялось сносить, отталкивать; я словно толкал его в небе. Неспешно, но неумолимо.

– Да кто ты такой? – изумлённо выдохнул эрзумец, и меня одновременно и пронзило холодом стали в спину, и обдало нестерпимо жарким ветром опасности.

Я вскинул руку навстречу ей, позабыв, что у меня давно нет наручей.

Огненная стрела, вылетевшая откуда-то из-за спины эрзумца, прошила мне руку насквозь, скользнула по щеке, распарывая маску, и не пробила голову только потому, что я успел дёрнуться в сторону. Я, снявший одну руку с Пронзателя, невольно ещё и ослабил напор, позволил эрзумцу вывернуть меч, ударить по мне огненным веером, сорвавшимся с него.

Веер я смёл выплеском стихии и ударом струны, но нет худа без добра – эрзумец не стал продолжать, а сбежал наконец-то, уйдя спиной на полсотни шагов назад.

Почти туда, куда Пересмешник и требовал.

Лучшего и большего тот не стал требовать.

В лесу внизу полыхнуло голубым и розовым, пространство расчертила такого же цвета молния, проломила огненный вихрь, врезалась в эрзумца.

В одну сторону, сдавленно хрипя и пытаясь лапами сбить с себя огонь, отлетел Балтор в облике Зверя, в другую отлетел эрзумец.

Там, где он через десять шагов остановил полёт, из пустоты возник Пересмешник, ударил в спину, заорал, охваченный огнём:

– Господин!

Через миг я уже был рядом, уже проломил огненный вихрь со своей стороны.

В этот раз не выдержал, лопнул кристалл защиты, но я тут же заменил его плотным туманом воды, а вот Пересмешник орал не переставая, окутанный огнём. Орал, но упирался в спину эрзумца.

Я ошибся. Он ударил не в спину. Он ударил выше, вскользь, вдоль шеи, даже не пытаясь ранить или убить, а лишь вспороть кожу. Его нож, тоже, как Пронзатель, способный пробить защиту Покрова даже у бога, сумел взять её и сейчас – окровавленный нож Пересмешника оттягивал цепочку Нефрита.

Туда я и ударил Пронзателем. Ровно между шеей и цепочкой. Теперь мы натягивали её вдвоём. Я и Пересмешник.

Каждый в свою сторону.

Ровно вдох.

Затем эрзумец выплеснул из себя какое-то повеление и удар души – огонь стал из багрового синим, и нас расшвыряло в стороны.

Пересмешника влево – обгоревшего, но крепко сжимающего в руке обломанный нож.

Рассечённую цепочку – вправо и вниз.

Я же удержался. Остановился всего в шаге, ответив встречным ударом души, удержался, раскручивая внутри водоворот.

Удержался.

Перестал скрывать мысли намерения.

– Да ты кто… – эрзумец осёкся.

А я ухмыльнулся сквозь обугленную, переставшую работать маску, ловя испуганный взгляд уже ощутившего конец эрзумца, и резко выбросил вперёд Пронзатель, вбивая острие ему в голову. Меньше болтать нужно, мертвец.

* * *

Звон лопнувшей струны… Сдвоенный удар лопнувшей струны сбил Тордака с летающего меча. Впрочем, не только его, но и его противника.

Но если он встал, то тот – нет. Рухнуть ошеломлённым, оглушённым посреди толпы Мастеров чужой фракции? Они не упустили случая победить Возвышение числом.

Тордак перекатился, отметил место, где упал меч, но не стал спешить за ним. Уроки Изарда говорили заботиться не о себе здесь и сейчас, а о собратьях и всей битве. Переместился на ближайшее дерево, добавляя обзор с него к сбитому на пару вздохов восприятию. Оценил битву со стороны. Через миг снова переместился, за две техники добираясь до слишком много возомнившего о себе эрзумца на зельях.

Дутый Предводитель не продержался и трёх ударов в спину, а Тордак уже спешил в другое место битвы, сжимая запасной меч.

Туда, где женский голос требовал:

– Силус! Силус! Где ты?

Небо не простит, если он не поможет этой женщине найти этого самого Силуса и прикончить его. Не ей, Мастеру, выходить против Предводителя, но сегодня он станет её мечом.

* * *

Звуки лопнувших струн, отдающиеся болезненной дрожью внутри тела.

Огонь, падающий с неба?

Ломающие деревья порывы ветра?

Мелочи, когда на расстоянии меча враг.

Враг, к которому столько вопросов.

Тола ударил раз, другой, добавил стихией, отшвыривая Далана в сторону.

Не этот враг, другой. Что этот может знать о главном?

Через миг Тола уже был в двух шагах от своего магистра. От своего старого магистра – и присоединил свой меч к его мечу.

– Трусливые ублюдки! – выдохнул Болайн, оказавшись один против двух. – Справедливость?

– Кто разрушил Ущелье в Академии? – яростно потребовал Тола.

– Ха! – оскалился Болайн и отскочил, бросая взгляд в небо.

Хорит тоже посмотрел туда, спросил:

– Что? Твоя ставка проигрывает?

Не дожидаясь ответа, прыгнул вперёд, окружённый вихрем коротких узких клинков. Тола поспешил следом, разя всем, чему научился после возвращения из бездны безразличия.

– Без меня⁈ – яростно закричал вырвавшийся из круговерти схватки Ксанрос. Длинные волосы давно растрепались, были покрыты кровью и волочились по земле, но ему было мало, и он добавил третий меч к схватке.

Пять вдохов – и Болайн рухнул на землю, оскалился окровавленным ртом:

– Ублюдки!

Хорит молча вскинул руку, выбрасывая по кругу пять Флагов.

Не только магистр Леград заглянул в тайный раздел знаний Ордена, но и он, Хорит, освежил его в памяти.

Орден Небесного Меча умел не только убивать сектантов, но и ловить их, не давая убить себя.

Ничуть не хуже, чем сами сектанты ловили имперцев, не давая умереть уже им.

И лучше не задумываться над тем, кто первым начал создавать эти способы.

* * *

Страж Иликан выглядел не очень. Гирон то и дело ловил себя на том, что пытается отвести взгляд. И упорно заставлял себя глядеть на лишившегося половины волос Стража, на его лицо с чёрным ожогом в половину щеки.

Хорошо, что халат прикрывал остальное.

Но отводить взгляд было нельзя.

Не сейчас.

Гирон постарался не сглатывать, не облизывать губы, ни единым другим жестом не выдавать своих истинных чувств и вообще выглядеть словно статуя. Ни единого лишнего движения. И дышать. Глубоко и спокойно. И говорить так же.

– Уважаемый Страж, не поймите меня неправильно, но меня… – Гирон постарался, чтобы голос звучал бесстрастно, – … беспокоит случившееся и беспокоят прозвучавшие слова.

Так же бесстрастно прозвучал и ответ:

– Не думаю, что вас должно волновать то, что не имеет к вам ни малейшего отношения, младший.

– Вы полностью правы, старший, – склонил голову Гирон. – Но… Неправы одновременно. Недопонимание между кланом Эрзум и Стражами может сильно сказаться на всём Втором Поясе. Уже сказывается. Сначала один странный, невероятно сильный идущий в городе Рассвета, затем странные события у Кавиот, теперь… Теперь вот это.

– Хм, – нахмурился Иликан. – Ладно северные земли, но Кавиот? У вас везде есть свои глаза? Это хорошо.

Гирон обещал себе быть бесстрастным, но невольно поджал губы, спохватился, снова расслабил лицо и чуть повёл руками:

– Вы же знаете наше прошлое. Мы всегда приглядываем за Кавиот.

– Только приглядываете, Тириот? Тц-тц-тц… – покачал головой Иликан и резко сменил тон. – Неудивительно, что другим приходится делать больше и у Стражей столько лишней работы. Я повторю снова, только другими словами, – взгляд Иликана окончательно затвердел. – К моему несчастью, вы стали свидетелями противоречий между фракциями Империи. Даже к моему стыду… Но… Так вы сказали? Но? Но это ничего не меняет для вас, Гирон, – жёстко сказал Иликан, – и ничего не меняет для вашего клана. Император назначил Стражей Границ присматривать за Поясами Отсева. И беспокоиться вам нужно будет лишь тогда, когда о смене Стражей объявят на все Пояса Отсева и Нулевой круг, не ранее.

Гирон скривился. Про себя. Да, конечно, не раньше. Беспокоиться нужно было ещё тогда, когда пришло это странное предложение.

А вот Иликан усмехнулся открыто:

– Но как только на Вратах вы смените людей Гарой на своих, то можете отправить человека с докладом напрямую в Империю, в обход всех Стражей Второго пояса. И даже не к Стражам Империи или клану Вилор, а, например, к самому клану Эрзум. Рассказать им, как на ваших глазах убивали их человека. Или рассказать об этом не им, а клану Мадов, клану Зверей, которые сейчас в Империи считаются сильнейшей фракцией, затмившей не только Эрзум, но и ставшей плечом к плечу с самим кланом Вилор. Или рассказать всем сразу. Вы можете это сделать, Гирон, — улыбка Иликана стала ледяной, – разве я смогу вам – первому клану Поясе – это запретить?

Гирон сглотнул, отлично понимая вложенные в слова Иликана смыслы. Клан Зверей, да? И клан Вилор? Зверь, который участвовал в схватке, Зверь этапа Властелина и юноша, что без особых усилий убил эрзумца. А ещё цена. Никогда ещё ни его самого, ни его клан Тириот не покупали так откровенно. Все эти осторожные переговоры ранее? Бессмыслица, чепуха. Истинный товар и его цена прозвучали только сейчас. Клан Тириот получал право стать голосом Стражей Второго пояса и доступ к Вратам. Что Первого, что Третьего пояса. Цена проста – молчать. Забыть, что он сегодня видел.

Клан Дизир потерпел ряд поражений в битвах за Пределы, а затем развалился из-за внутренних противоречий и исчез, став семьёй Молд. Клан Гарой погряз в нарушениях и был наказан. Коротко и просто. Если не считать деталей.

Гирон склонил голову и приложил кулак к ладони:

– Клан Тириот не посмеет совершить такой глупый поступок. Во всём Втором поясе не найдётся более верных Императору Раму Вилору людей, чем идущие нашего клана.

– Значит, Стражи Границ обрели верного союзника, — Иликан тоже приложил кулак к ладони, подтверждая союз и договорённости. Подтверждая цену.

Осталось только обсудить эти самые детали.

Гирон скосил глаза на лагерь в лесу, сглотнул снова и осторожно заметил:

– Старший, столько глаз.

– Они не ваша забота, или вы не знаете, что такое Указы в три цвета от Стражей? Ваша задача, как старшего клана Пояса, заткнуть рты от слухов и глупостей и направить их в нужное русло.

Гирон кивнул. Говорить на весь Пояс то, что желают рассказать Стражи, затыкать чужие рты и заботиться, чтобы везде звучало то, что нужно. Два десятка странствующих болтунов о нужном… Нет. Лучше пять десятков.

– Я услышал вас, старший. Что с Кунг, с этими Кунг? – Гирон вновь скосил глаза на лагерь внизу.

– Они пытались вмешаться в междуусобицу, остановить нарушения и пали от руки обезумевшего от горя Далана Дизир. Завтра.

– Понял, старший, – склонил голову Гирон. – Теперь…

* * *

– Заместитель главы, – достигла Виликор мыслеречь Рагедона. – Здесь у меня…

Его мыслеречь полностью забил другой голос:

– Все мои посланники возвращаются впустую, их даже не пускают за порог. Посмеешь ли ты отказать лично мне?

Перехватить чужую тропу для мыслеречи может только более сильный. В случае с опытным Рагедоном это мог бы быть только пиковый Властелин или…

Догадываясь, кого слышит, Виликор выпрямилась в кресле и всё же спросила:

– Старший, кто вы?

– Отличное начало, – процедили в ответ. – Я старейшина Кунг и твой отец. Отир, если ты забыла не только голос, но и имя, дочь.

– Я с радостью встречусь с вами, старший Отир, – ответила Виликор, поднимаясь из-за стола.

Спустя всего сотню вдохов она склонилась перед вошедшим в зал идущим:

– Старший Отир, приветствую вас.

Тот и не подумал ответно приветствовать её, холодно заметил:

– Второй раз напоминаю тебе, что ты считаешься моей дочерью. Скажу прямо – я строгий отец, который воспитывал сына и, конечно же, воспитывал и тебя в почтении к старшим и в почтении к себе, и сейчас я очень недоволен встречей. Так должна приветствовать почтительная дочь своего отца?

Рагедон поджал губы, принялся катать желваки по скулам.

Виликор же спокойно кивнула:

– Справедливо, – через миг снова согнулась в приветствии идущих. – Отец, рада приветствовать вас в моём новом доме.

Отир помедлил, кивнул:

– Уже лучше, пусть и не идеально. Теперь к сути. Мы с Иралом заключили сделку. Я недоволен её исполнением и говорил об этом ему при нашем расставании. Я дал время ему обдумать всё, и раз за разом хочу получить ответ, решение, но он избегает меня. Снова и снова.

– Стар… – Виликор осеклась под взглядом Отира, поправилась, – … отец, он не избегает ответа. Сразу после возвращения из похода за Ключом он покинул Исток и земли Сломанного Клинка.

Отир фыркнул:

– Пусть так. Тогда в его отсутствие ответ стоит дать тебе, моей дочери, его жене и старшей в Сломанном Клинке. Разве не твоё положение второй в Сломанном Клинке он включил в сделку?

Виликор спокойно выслушала это, кивнула:

– Понимаю вас, отец. Но… Вы говорите о продолжении поиска Ключей, верно?

– А ещё я, как отец, воспитывал детей не только послушными, но и умными. Не делай вид, что ты глупа.

Советник Бахар сделал шаг вперёд:

– Старший, при всём моём уважении к вашему положению и силе, не стоит забывать и об обычной вежливости.

Отир холодно улыбнулся:

– Отец не может сказать пару грубых слов дочери?

– Здесь нет посторонних, старший, – Бахар качнул головой, – и вы, и я знаем, старший, что она не ваша дочь.

– Что не мешает вам прикрываться моим именем и именем моего клана.

Бахар бесстрастно продолжил:

– Но даже отец, отдав дочь в чужую семью, не может вот так приходить к ней в гости и оскорблять её. Она теперь часть Сломанного Клинка. Оскорбляя её, вы оскорбляете весь Сломанный Клинок.

– Ха! – воскликнул Отир. – Ты хочешь поговорить о том, кто и кого оскорбляет?

Виликор подняла руку:

– Советник, – кивнула. – Спасибо, – повернула голову. – Отец, буду откровенна.

– Хотелось бы, – процедил Отир. – Если дочь, уйдя в чужую семью, скрывает что-то от отца, то здесь что-то не так. Как бы не пришлось спасать дочь из рук обидчика-зятя.

Что Рагедон, что Бахар под взглядом Виликор не посмели ничего сказать. Она же спокойно заметила:

– Отец. Как вы заключили договор с Иралом, так и я… я стала его женой потому, что так было надо.

– Отличные новости от дочери, – ухмыльнулся Отир. – Надо кому? Мне? Тебе? Названному зятю?

– Не вам, отец. Это дело между нами двоими. Надо было и ему, и мне, – спокойно ответила Виликор. – Мы разделили обязанности и права в семье Сломанного Клинка, как и должно между мужем и женой. И я говорю откровенно, отец, искатели семьи не подчиняются мне. Уверена, все ваши посланники, глаза и уши, отец, сообщали вам, что старейшина искателей Рутгош давно, ещё до сделки между вами и мужем, покинул Исток и ни разу за это время не возвращался. Отец, я решаю обычные дела города, фракции, обучения и прочего. Но дела Полей Битвы и дела искателей – это дела только моего мужа.

Бахар снова заговорил:

– Я вообще не понимаю этой настойчивости, – заметив ледяной взгляд Отира, всё же добавил, – старший, – но, дав эту слабость вежливости, жёстко продолжил. – Из клана Кунг, разочаровавшись в деле Ордена Небесного Меча, ушли не все искатели, даже не большинство, а лишь меньшая часть искателей Ордена, пусть и во главе с Рутгошем, их старшим. С вами остались оба его заместителя и множество талантливых искателей. Семья Сломанного Клинка исполнила свою часть договора, достала вам Ключ. Договор завершен. Разве не так?

– Не так, – отрезал Отир. – Вы могли играть в эти игры с фракциями Жала и Хаутар, но с Кунг не получится. Ирал не может вечно прятаться от меня за спиной дочери. Я даю ему последнюю отсрочку. В следующий раз, если он снова решит избежать встречи, я уже не буду так вежлив. Ты меня услышал, советник главы Сломанного Клинка?

– Услышал, старший.

Отир перевёл взгляд:

– Ты меня услышала, дочь?

– Услышала, отец.

– Я тоже услышал ваши ответы, – веско уронил Отир и развернулся, стремительно покинув зал встреч.

Виликор подождала, пока тот вместе с Рагедоном покинет стены и пределы защиты резиденции, и устало спросила:

– Как думаешь, сколько у нас времени до следующей встречи?

Бахар буркнул:

– Я надеюсь, что хотя бы месяц. Надеюсь, что за…

В этот миг и до него, и до Виликор, и до всех, кто должен был быть в курсе, донёсся новый доклад Рагедона:

– К городу приближается большой отряд. Вижу среди них наших из Родника, с ними Амма.

Бахар тяжело выдохнул и прикрыл глаза.

Амма – это отлично, это новости от главы. Новые люди тоже здорово, уже прямой намёк, где глава сейчас находится. Но как же это не вовремя. Если Рагедон и его патрули заметили отряд, есть шанс, что и Отир их заметит. Кто знает, куда сейчас направлено его внимание? А уж если он заметит в отряде знакомые лица искателей Ордена, которые и ведут отряд от Родника…

Столько недель не было вестей от главы – нельзя было задержаться с ними ещё хотя бы на малую палочку, пока Отир не шагнёт в портал?