Текст книги "ВС-4 "Ничего общего" (СИ)"
Автор книги: Марина Миролюбова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 23 (всего у книги 36 страниц)
– Можно еще раз проверить фамилии, – предложил Тихонов, доставая копию списка умерших в тюрьме.
Скворцова быстро пробежала его глазами.
– Мне они ни о чем не говорят, – пожала она плечами. – А есть их фотографии? Может, по лицу узнаем? Ну или кто-нибудь наведет нас на какую-нибудь мысль.
– Сейчас поищем…
Иван вбил в поиск все фамилии умерших заключенных, и вскоре на экране появилось тридцать пять фотографий как из школьного альбома. Все трое по очереди вглядывались в лица, пока Ольга не ахнула:
– О, боже…
– Что? – мгновенно среагировали лаборанты.
– Ну, конечно, он же Серов по документам, как же я забыла, – сокрушалась Скворцова и, видя непонимание экспертов, ткнула пальцем в центр экрана.
– Кого-то он мне напоминает, – признал Тихонов.
– Да, что-то знакомое… – согласилась Оксана.
– Воробейников Артем Васильевич, – как приговор произнесла Ольга. – О, господи, неужели это он все организовал… – она была белее мела.
Неожиданная мысль пронзила ее мозг. А что если это не Майскому мстят? Ведь именно она, Ольга, водила Сабурова по музеям. Именно она навела на него оперативников. Именно она испортила идеальное преступление Воробейникову. Именно она записала в испанском отеле экспертов так, чтобы Колышев Геннадий не смог их узнать. Мысли и воспоминания путались в голове, ясной была только одна: это из-за нее Мельникова оказалась в беде, а вовсе не из-за Майского! Они похитили Аню, чтобы сделать больно ей, Ольге. Отомстить за все былое…
– Это я виновата, – прошептала Скворцова, еле шевеля губами. – Это они мне мстят. Не Майскому, не ФЭС, а мне!
– Галина Николаевна, – Тихонов был уже у телефона, – среди умерших в тюрьме находится Воробейников. Ну помните дело МГЮА? Птица… Нет, он под фамилией Серов, потому мы его и не признали. А сейчас глянули по фотографиям все трупы и… Да, понял… Нет, она с нами… Мы постараемся…
– И? – кивком спросила Амелина.
– Галина Николаевна сказала, что пошлет сейчас домой к Воробейникову кого-нибудь из тех, кто остался, и будет добиваться эксгумации тела того, кто похоронен под его именем. Еще сказала тебя никуда не выпускать, – он перевел взгляд на Скворцову, но та сидела ни жива ни мертва, погруженная в свои какие-то мысли.
– Неужели Аню действительно похитили, чтобы отомстить Оле? – тихо спросила Амелина, сама не зная у кого, скорее, это были просто размышления вслух, но Иван ответил:
– Учитывая, что мать у нее в Испании, других родственников нет… Ну не Котова же им похищать, – он усмехнулся. – Этот сам кого хочешь… похитит.
========== Часть 35 ==========
Не успел Круглов переступить порог кабинета Рогозиной, как она заявила:
– Хорошо, что ты сам зашел… – она помедлила, увидев Гранина, выглядывающего из-за спины майора.
– Нам с Павлом нужно кое-куда отъехать, – воспользовался паузой Николай Петрович. – Это важно.
– Вам с Павлом? – удивленно дернула бровью Рогозина. Давно ли Круглов объединил усилия с чужаком, которого так рьяно подозревал в крысятничестве.
– Да, нам с Павлом, – кивком подтвердил свои слова зам.
– Отложите свою поездку. Сначала вам нужно будет съездить в другое место.
Галина Николаевна ввела оперативников в курс дела, сообщив последние новости, и отправила на квартиру к Воробейникову. Дверь открыла седовласая женщина, мать Артема, пропустила мужчин в дом, но, узнав, о ком они пришли спрашивать, решительно заявила:
– Артем умер и похоронен. И слава богу!
Гранин с Кругловым переглянулись. Но женщина лишь отвернулась к чайнику и стала неторопливо наливать в него воду из кувшина.
– То есть вы радуетесь смерти сына? – уточнил Николай Петрович.
– Нет у меня сына, – щелкнув кнопкой, резко обернулась мать и одарила гостей суровым взглядом. – Был сын, да нету больше. Не знаю, зачем вы пришли, но говорить о нем я не намерена.
– Простите, мне кажется, мы не совсем вас поняли… – вежливо начал Гранин, но чей-то звонкий голос перебил его.
– Да чего тут непонятного?! В семье не без урода – знаете пословицу?
Оперативники обернулись – в дверном проеме стояла девочка-подросток, сложив руки на груди и недовольно нахмурив брови.
– А вы кем будете? – первым среагировал Круглов.
– Дочь это моя, Алечка, – вздохнула женщина и, обращаясь к девочке, посетовала: – Ну чего ты вышла? Иди в свою комнату, я сама поговорю с товарищами.
– Да вот еще! – не послушалась Аля и глянула на гостей исподлобья. – Я вам все расскажу. Оставьте маму в покое – ей и так несладко пришлось! Что вы хотите знать? Про Артема? Он был для нас свет в окошке, пример, идеал, образец для подражания. А потом… – она махнула рукой. – Папу инфаркт накрыл, когда мы узнали, мама поседела на полголовы, а мне пришлось школу сменить! Урод! Вы бы видели, как на нас соседи смотрели! – недобро зыркнула она, словно именно Гранин и Круглов были в этом виноваты. – И хорошо, что сдох! Хоть забудут поскорее всю эту историю!
– Я смотрю, вы не сильно любили брата, – заметил Николай Петрович.
– А за что мне его любить? – с вызовом подошла к нему девочка. – За позорное клеймо? Я – сестра убийцы, приятно познакомиться! Да он мне всю жизнь испортил! Вот у тебя, дядя, есть в родственниках преступники?
– Алевтина! – ахнула мать, прикрывая рот ладонью. – Как ты разговариваешь!
– Как хочу, так и разговариваю! – огрызнулась дочь, но майор понимающе кивнул женщине, мол, ничего, пусть говорит. – Я у себя дома, между прочим! И мы никого в гости не звали!
– Кто-нибудь из вашей семьи приходил в тюрьму к Артему? – задал вопрос Гранин, и Аля переключилась на него.
– Нет, конечно! Я же говорю, что он нас опозорил!
– А когда он умер, кто тело ходил опознавать? – не смутился Павел, наблюдая за реакцией девочки. Та немного задумалась и неловко пожала плечами.
– Ну я ходила.
– Обычно ходят родители, – намекнул Круглов, переводя взгляд с матери на дочь.
– Чтобы добить окончательно, да? – тут же взвилась Аля. – Я ходила – я маму с папой пожалела! Да и что там опознавать было? Там доктора какие-то анализы сделали – и так было понятно… – ее запал вдруг стух, и она стала задумчиво ковырять свои ногти. – Вы поймите нас правильно, – негромко продолжила она. – После всего, что Артем натворил, он у нас был как кость поперек горла. И его смерть… это избавление. Похоронили по-быстрому и забыли. Как будто не было никогда, – она вскинула голову. – Нам жизни нормальной хочется! Папа уже думал квартиру менять, а теперь вот… И соседи вроде угомонились, типа поделом ему досталось, хоть вас теперь позорить не будет…
Задав еще пару дежурных вопросов, Гранин и Круглов распрощались с матерью и сестрой Воробейникова и вышли на улицу.
– Они от него отреклись, и он это знал, – подытожил встречу Павел. – Ему было несложно сбежать – он был уверен, что они не станут смотреть на него, доверившись бумагам, а там уже ушлый доктор все подготовил.
– Учитывая, что он в шайке, то он мог нарочно задурить девочке голову, чтобы она не стала смотреть на труп якобы брата, – согласился Круглов. – Надо сообщить нашим.
Скворцова судорожно пыталась придумать, как преступники хотят использовать Аню против нее, как вдруг услышала на своем телефоне мелодию, извещающую о приходе сообщения. Достав трубку и щелкнув клавишами, она подскочила со стула.
– Что там? – встрепенулась Оксана, уловив ее волнение.
Бросив на них быстрый взгляд, Тихонов переехал от компьютера к ноутбуку, на котором у него в режиме реального времени отслеживались все датчики, что он поставил на Ольгу и ее телефон, но никакого письма программа ему не предлагала.
– На испанский номер? – обернулся он к дамам, и Скворцова кивнула. – Преступник вышел на связь? – Иван встал.
– Не преступник – Аня… – прошептала Ольга и показала экран, но для Ивана текст был сродни китайской грамоте.
– «no llames peligro son 5 sos doctor profesor carcel fes murcia anamel», – коряво выговорил Тихонов и поднял глаза на Скворцову. – И что все это значит?
– «Не звони опасность их пять sos доктор профессор тюрьма ФЭС Мурсия», – перевела та. – Ваня, номер! Пробей, пожалуйста, номер! – ее руки дрожали.
– Погоди, но если это не номер Ани, как ты узнала, что это она? – Тихонов вернулся за компьютер. – Диктуй.
– Потому что последнее слово «анамель» означает Анна Мельникова. Это наш с ней условный знак еще со школы, – ответила Ольга, назвав цифры.
– Номер без регистрации, – озвучил Иван.
– Где он сейчас? – срывающимся голосом спросила Скворцова.
– Сейчас посмотрим… – пробормотал он.
– Я надеюсь, ты не собираешься туда ехать? – осторожно осведомилась Оксана.
– Конечно, собираюсь, – решительно ответила Ольга. – Она из-за меня попала в этот переплет! И именно от меня она ждет помощи!
– Оль, это безумие! Рогозина велела тебя никуда не пускать! – округлила от ужаса глаза Амелина.
– Оксана, у меня подруга в беде! Какое мне дело до того, что сказала Рогозина!
– Что за шум, а драки нету? – на пороге нарисовалась Власова и, окинув взглядом обстановку, задержалась глазами на племяннице полковника. То, что для разговора момент был неподходящий, было видно сразу.
– Мельникова прислала смску, и Оля рвется в бой! – всплеснула руками Оксана.
– А известно, где она? – Маргарита прошла внутрь и встала за спиной Тихонова, рядом со Скворцовой.
– Да! – наконец-то выпалил Иван. – Но это какая-то глушь подмосковная, я не вижу здесь жилых районов. Сплошные леса. Но телефон, с которого отправили смску, регистрируется именно это вышкой, – он ткнул пальцем. – И программа говорит, что он сам находится вот здесь, посреди чащи.
– А если они ее бросили в лесу? Если они там собираются ее убить и закопать? – Ольга побелела. – Ваня распечатай мне местонахождение, каждая секунда на счету!
– Я звоню Рогозиной, – решительно взяла телефон Амелина. – Надо предупредить Галину Николаевну и выслать туда группу захвата с оперативниками!
– Никого нет, – быстро ответила Власова. – Все оперативники разъехались, только я осталась.
– Как ты собралась туда ехать? Ты на машине? – меж тем спрашивал у Ольги Тихонов.
– Нет, я без машины, но я поймаю попутку или еще как-нибудь доберусь, не переживай, – она выхватила у него распечатанный лист с местонахождением телефона, но не успела ничего сделать или сказать, как Маргарита выдернула его у нее из рук.
– Мы доберемся, – поправила она и прямо посмотрела в глаза Скворцовой. – Если я правильно улавливаю ситуацию, нас здесь всех четвертуют, если с вами что-то случится, – она стойко выдержала тяжелый взгляд Ольги. – К тому же, я могу взять служебный джип.
Не говоря ни слова, Скворцова развернулась и направилась на выход.
– А Рогозиной ты все же позвони, – насмешливо посоветовала Власова Оксане, глядя, как та застыла с трубкой в руках, чуть ли не раскрыв рот от изумления. – Пусть высылает группу захвата вдогонку.
Когда Рита скрылась с глаз, Тихонов и Амелина с опаской переглянулись.
– Ну, по крайней мере, у нас на Ольге полно жучков и маячков, – с надеждой вздохнул он, пока Оксана набирала номер.
– Галина Николаевна… – робко начала она объяснять ситуацию, и разгневанная Рогозина в считанные секунды объявилась в лаборатории.
– Да вы хоть понимаете, куда вы ее отпустили? – полковник рвала и метала.
– Вообще-то Скворцова – взрослая девочка, и задерживать ее мы не имеем права, – флегматично заметил Иван, запасаясь терпением заранее. – Как и не имеем возможности, – философски добавил он.
– Аня – ее подруга, – виновато развела руками Оксана.
– Подруга? – рявкнула Галина Николаевна. – А кто-нибудь из вас подумал, каким образом она отправила это сообщение, если она сама жертва? Водит она нас за нос! Вся эта история с банкоматом рассчитана специально на то, чтобы заманить Ольгу! Мне это сразу показалось подозрительным! – она в ярости схватила телефон и набрала номер. – Капитан Власова, немедленно вернитесь в ФЭС!
– Не могу, товарищ полковник, – спокойно отозвалась Маргарита, даже не глядя на свою спутницу. – Она выскочит из машины и пойдет пешком. Потом поймает какую-нибудь тачку, и только мы ее и видели. Нам бы лучше группу захвата на место… ну или группу поддержки, на крайний случай. Спасибо, товарищ полковник, – не дожидаясь ответа, Власова отбила вызов и уверенно свернула на трассу.
– Бардак! – бесновалась Рогозина. – Совсем от рук отбились! С ума посходили! Так, Иван, где этот телефон? – она вгляделась в экран. – Кто там у меня ближе всех… – пробормотала она, хмуря лоб.
Тихонов и Амелина отчаянно пытались не привлекать к себе внимания. Отправив оперативников и группу захвата вдогонку за Власовой и Скворцовой, полковник кивнула Ивану.
– Проверь хорошенько, что это за лесополоса такая. Если Мельникова с шайкой там, то должен быть какой-то дом или еще что-то, где можно находиться – не май-месяц все же. Телефон не двигается. Либо его выбросили, либо это жилое место, – она закусила губу. – Не нравится мне это. Как жертва может получить доступ к телефону? Кстати, номер пробивали на связь с остальными фигурантами?
Амелина метнулась к своему компьютеру.
– Одну секунду, Галина Николаевна, – она быстро-быстро застучала по клавишам, надеясь получить положительный результат, чтобы полковник сменила гнев на милость. – У этого телефона было всего пять абонентов, все они куплены без регистрации. Странно… – Оксана нахмурилась. – Если в банде пять человек, то абонентов должно быть четыре – ну сам же себе он не будет звонить.
– А шестая Мельникова! – наставительно заявила Рогозина. – Вот и сходится паззл! Я надеюсь, наши успеют вовремя и накроют всех разом! – она бессильно сжала кулаки.
– Два телефона в роуминге, – продолжала докладывать Амелина. – Скорее всего, это Колышевы, которые в Израиле сейчас.
– Кстати, по ним есть какие-нибудь новости? – вспомнила полковник.
– Нет, – пожала плечами Оксана. – Коллеги говорят, что ничего противозаконного и даже подозрительного они не совершали.
– В лесополосе никаких жилых домов нет, – подал голос Тихонов, тщательно изучавший порученную ему тему. – Но есть подозрение, что там все-таки стоит какой-то домик типа сторожки лесника, что ли. Если посмотреть на местность сверху, то вроде как видится небольшая полянка, но картинка размыта, четко сказать нельзя. И дороги сюда никакой нет. Я не понимаю, как они поедут… И там сугробы еще лежат. Туда на лыжах надо, а не на машине.
– Но если Мельникова там, значит, она туда как-то попала, – рассудила Оксана. – Не на лыжах же вся шайка туда забурилась. Хотя… чтобы не привлекать внимания…
Рогозина нервно кусала губы.
– Иван, где они сейчас?
– Едут по трассе, – сверился с ноутбуком Тихонов. – По идее здесь есть съезд, но дорога обрывается у леса. Если только преступники ее накатали сами там… внутри…
Галина Николаевна снова достала телефон.
– Алло, Оля, послушай, это очень опасно! Я знаю, что ты веришь в Аню, но это может быть ловушка! Подумай сама: если она жертва, как она могла отправить тебе сообщение? И почему только сейчас? Почему раньше не отправила? Чего ждала? Возвращайтесь с Власовой обратно! Я уже выслала туда оперативников и группу захвата… – она перевела дух.
– Чтобы они убили Аню? – холодно осведомилась племянница. – Вы не верите в нее, а я верю. Когда преступники поймут, что их раскрыли, они будут прикрываться ею, считая, что мы думаем про нее плохо, и ваша группа захвата будет стрелять на поражение. Я хочу быть там, чтобы помешать этому.
– Я предупрежу их, чтобы в твою Мельникову не стреляли, возвращайся, черт возьми! – потеряв над собой контроль, воскликнула Рогозина.
– Спасибо, – только и ответила Ольга и положила трубку.
– Господи, да что же это за порода такая! – бессильно взвыла Галина Николаевна, едва сдерживая слезы. – Я хочу! Я буду! – она взмахнула руками и выбежала из лаборатории, не обращая внимания на притихших лаборантов, которые в тот миг больше всего на свете желали, чтобы начальство не вспомнило об их существовании.
В коридоре Рогозина чуть не сбила Круглова.
– Галя! – удивился он. – Ты куда так летишь? Горим?
– Почти, – выдохнула та и вкратце пересказала ситуацию. – У вас что?
– Семья Воробейников отказалась от Артема, когда он совершил все те преступления. Труп опознавала сестра, но толком не смотрела – доверилась результатам анализов. Учитывая, что доктор там засланный, то он мог легко убедить девчонку не смотреть на труп.
– Мать отказалась от сына? – хмыкнула Рогозина. – А если нет? Если, как и мать Сабурова, она его покрывает? Пошли! – распорядилась она и направилась обратно в лабораторию. – Иван, пробей мне номера родственников Воробейникова, – с порога заявила она. – Они кому-нибудь звонили за последний час-два?
– Нет, Галина Николаевна, – ответил тот после минутной паузы. – Хотя… мать звонила отцу. Разговор длился минуту. На этом все.
– А если предположить, что телефон отца теперь у сына? – не желала отпускать свою идею Рогозина. – Если она только что его предупредила, что мы их вычислили? – нервничала она.
– Ну, во-первых, не вычислили, – пытался успокоить ее Круглов. – Мы всего лишь пришли к ним домой, поговорили и ушли. Если они не поймали Аню на отправлении сообщения, то ни о чем не беспокоятся. Галь, мне надо съездить кое-куда. Не могу пока сказать. Это имеет отношение к делу, но сначала мне надо все проверить самому.
– Еще один! – всплеснула руками Рогозина. – Какие все самостоятельные! Чем только все это закончится?
– Все будет хорошо, – улыбнулся Николай Петрович, вдруг легонько коснулся ладонью ее щеки и вышел из лаборатории.
Амелина и Тихонов сделали вид, что ничего не заметили.
– Где сейчас Воробейников-старший? – сурово спросила полковник, приходя в себя после внезапного жеста своего зама.
– Судя по локализации, недалеко от дома – в магазине, – ответила Оксана.
– Пробейте мне все номера с того мобильника на пересечения со всеми нашими фигурантами! – велела Рогозина и стремительно вышла из лаборатории.
Тихонов и Амелина переглянулись.
– Пробьешь? – спросил Иван. – Я все же хочу выяснить, что это за домик в деревне у нас посреди леса.
Оксана кивнула.
Власова вела машину быстро и ровно, сохраняя хладнокровие и здравомыслие. Вот это она попала. Всего-то поговорить хотела – «ничего не сделал, только вошел», называется. Маргарита украдкой бросала косые взгляды на свою спутницу, но Скворцова лишь хмуро следила за дорогой по карте, сверяясь с дорожными указателями.
– Здесь направо, – четко скомандовала она, и Власова послушно вывернула руль.
Рита уже успела пожалеть, что влезла в это дело. Блондинка была права – надо было вызывать Рогозину и высылать группу захвата, и она бы, Власова, отправилась на место с обученными профессионалами, а не с этой… Бросив быстрый взгляд на сосредоточенную Ольгу, Рита мысленно вздохнула. Что их ждет по приезду? Засада? Труп Мельниковой? Вся шайка целиком?
Власова достала телефон и хотела уже набрать номер Рогозиной, но передумала и нажала другие кнопочки.
– Ваня, подскажи мне, пожалуйста, нам тяжелую артиллерию выслали? – поинтересовалась она, словно спрашивала расписание фильмов в кинотеатре на вечер.
– Выслали, – подтвердил Тихонов. – Судя по всему, помощь должна прибыть туда одновременно с вами. Я вас вижу на мониторе. Вам осталось не так далеко до съезда в лес. Слушай еще. Я накопал в интернете, в этом месте действительно когда-то был охотничий домик, но уже лет десять он стоит заброшенным. Ну там долгая история – был кооператив, дачные домики рядом с лесом и рекой – неважно. Важно то, что это абсолютно глухое место. Там поблизости никого и ничего. Хоть из пушки пали – никто не придет. Рит, вы бы не лезли туда сами – дождались бы наш десант. Хрен его знает, что там вас ждет…
– Ну, – ухмыльнулась Власова, – ты ж понимаешь, что это не ко мне вопрос. Нет, я могу, конечно, приковать ее наручниками, но… – она запнулась, увидев, как Скворцова медленно перевела свой взгляд с карты на нее. – Но я думаю, что это не метод, – закончила Рита фразу.
– Ты передай ей то, что я тебе сказал…
– Нет уж, – перебила его Власова. – Сам ей говори, – не дожидаясь ответа, она протянула трубку Ольге. – Тихонов.
– Да? – Скворцова приложила телефон к уху.
– Оль, я только что говорил Власовой, что это место очень глухое, там можно хоть войну устраивать – никто не догадается. Раньше там был охотничий домик, но он уже лет десять заброшен. В общем, не лезьте туда без группы захвата. Рогозина уже отправила за вами и наших, и ОМОН. Они должны приехать почти одновременно с вами. Одни туда не суйтесь.
– Оставление человека в опасности – это сто двадцать пятая статья УК РФ, Ванечка, – спокойно ответила Ольга. – Но я благодарна тебе за информацию.
Тихонов горестно вздохнул, услышав, что собеседница отключилась от разговора.
– Слушай, ну вот вроде разумный человек, а? – посетовал он Оксане. – Всегда такая мягкая, понимающая, гибкая… а ведь полезет сейчас на рожон, не задумываясь…
– Ну что ты хочешь, Аня – ее подруга, – с улыбкой пожала плечами Амелина и продолжила: – И я ей даже завидую…
– В смысле? – напрягся Иван.
– В смысле, что я не могу припомнить ни одну свою подругу, которая за меня бы вот так была готова в огонь и в воду, – объяснила девушка. – Скорее всего, решили бы как Рогозина – что я связалась с бандой, чтобы бабла по-легкому срубить или еще что-то такое.
– Кстати, еще неизвестно, кто из них прав в итоге – Галина Николаевна или Ольга.
– И это самое страшное, – посерьезнела Оксана. – Я как подумаю, что это засада, и Оля сама в пасть к волку лезет… Брр… Уж лучше бы Рогозина ошиблась.
– Ну, Скворцова, слава богу не одна, – заметил Тихонов. – С ней Власова, а она такая… любому волку пасть порвет.
– Твои бы слова да богу в уши, – покачала головой Амелина. – Но я надеюсь, что наши успеют туда к ним вовремя. И что Власова убедит Олю дождаться их.
Власова бы и хотела убедить Скворцову не высовываться, но нутром чуяла, что это дохлый номер. Однако договориться на берегу как-то надо было.
– Вот здесь съехать с дороги в лес, после указателя, – проинструктировала невозмутимая Ольга, но лишь она знала, чего ей стоила эта невозмутимость.
Она постаралась выкинуть из головы хотя бы на время, что она едет не просто с оперативником, а именно с Власовой, попыталась сосредоточиться целиком и полностью на Ане, чтобы не растрачивать впустую драгоценную энергию, ведь неизвестно, с чем им придется столкнуться. Нужно сохранять выдержку и копить силы для решающего броска.
– Значит так, – голос капитана отвлек ее от мыслей, – с этого момента мы, можно сказать, переступаем черту, отделяющую цивилизацию от черной дыры, – машина плавно съехала с обочины и медленно внедрялась в чащу. – Эмоции отключить, мозги включить. Под пули не соваться и вперед батьки в пекло не лезть.
– Был бы батька… – обронила в ответ Скворцова, и Власова вновь вздохнула мысленно: ну, она хотя бы попыталась.
– На заднем сидении лежит «бронник», – махнула головой в указанную сторону Рита и, заметив оценивающий взгляд спутницы, добавила: – Да, специально взяла запасной. Переодевайся.
========== Часть 36 ==========
Если бы не укатанная шинами колея, можно было бы подумать, что здесь не ступала нога человека – все в лесу росло само по себе, никаких насечек, вырубок или специальных посадок. Власова с опаской смотрела по сторонам, ожидая, что из-за любой сосны может выскочить преступник, а деваться им особо тут некуда. Колея ухабисто петляла между деревьями, так что служебный джип едва ли мог пройти, не срезав кору. Рита внутренне чертыхалась, вцепившись в руль, и пыталась вписаться в очередной поворот. Надежды на то, что ее спутница не полезет в дом впереди планеты всей, было мало, а значит, ей не только нужно было не въехать в ствол и бдеть окрестности, но еще и отвечать за первую леди ФЭС, как Рита ее сама окрестила. Какого дьявола она вообще подписалась на это безумие? С другой стороны, Рогозина ее оставила в команде именно для поимки Мельниковой, а эта мадам, судя по оперативным данным, была как раз здесь.
– Там огонь… – негромкий голос Скворцовой отвлек ее от так называемой дороги, и Власова чуть не уперлась капотом в ель.
– Что? – не сразу поняла она, потом проследила глазами за взглядом Ольги и не сдержалась: – Твою косматую!..
Им оставалось еще несколько сосен до опушки, на которой стоял дом, но уже сквозь голые скелеты лиственных деревьев было видно, что тот был объят пламенем с торца, а вокруг не было никаких признаков жизни.
– Звони Тихонову, – приказала Рита, пытаясь придать газу, чтобы выбраться из лесного лабиринта. – Пусть вызывает пожарных и предупреждает наших.
Скворцова послушно достала телефон и дрожащими пальцами набрала нужный номер.
– Ваня, дом в лесу горит. Нам нужны пожарные, только я не знаю, как они тут вырулят, мы еле-еле пробираемся через сосны. Остальных тоже нужно предупредить.
– Уф! – выдохнула Власова, выехав, наконец, на лужайку перед домом и притормозила в стороне, чтобы оставить место для следующих гостей, затем посмотрела на спутницу, убирающую телефон в карман, дождалась, пока та поднимет на нее глаза, и сказала: – Только без глупостей. Пожалуйста.
Скворцова кивнула и выскочила из машины. Рита последовала за ней и, достав оружие, махнула Ольге, мол, иди за мной – не высовывайся. Но та лишь помотала головой и ринулась к дому, пригибаясь, чтобы из окон не было видно.
– Ну вот попросила же, – процедила сквозь зубы Власова, не зная, куда ей бежать – в обход с другой стороны дома, внутрь или за неуемной девицей, учитывая, что оружия у той нет.
Скворцовой было все равно, что будет делать Рита. Пусть поступает, как считает нужным – ей виднее. Сама же Ольга будет искать Аню. Она пыталась заглянуть в окна, чтобы понять, в какой та комнате, прежде чем соваться в сам дом, и заклинала крышу продержаться до того момента, когда она вытащит оттуда свою подругу. О том, что Мельниковой может там уже не быть, Скворцова даже не думала.
Дым мешал разглядеть, что происходило внутри, если там, конечно, что-то происходило. Наконец, заглянув в очередное окно, Ольга увидела распростертую на кровати Аню. Скворцова стукнула в стекло, но Мельникова не шелохнулась. Господи, пусть она будет жива! – пронеслось в голове вместе с осознанием, что нормальный человек не лежит на кровати, когда дом горит. Влезть в окно не представлялось возможным – везде стояли решетки, чтобы не пострадать от диких зверей и мародеров, поставленные, видимо, еще во времена, когда дом использовали по назначению.
Ольга бросилась назад, считая окна, чтобы понять, где искать Аню внутри. Треск огня и грохот падающих деревянных перекладин заглушал остальной шум – Скворцова не слышала, как подоспела подмога. Она рванула на себя дверь, спрятавшись за ней на несколько секунд на случай, если преступник ждет ее прихода, затем аккуратно заглянула внутрь и, убедившись, что никого нет, стала осторожно пробираться в дом.
Ольга накинула капюшон куртки на голову, чтобы не опалить волосы и смягчить удар, если вдруг на нее что-то обрушится, закрыла варежками нос и рот, чтобы не наглотаться гари, и упрямо двинулась в нужном направлении. От дыма слезились глаза, но с каждым мгновением почему-то крепла уверенность, что дом был пуст, что преступник уже сбежал, оставив Аню погибать внутри.
Чем глубже пробиралась Скворцова, тем сложнее было делать следующий шаг. Наконец-то нужная комната!
– Аня! – бросилась к подруге Ольга и принялась тормошить ее, надеясь привести в чувство, но та не реагировала. Она не спала – она была без сознания. – Слава богу, пульс есть! – прошептала Скворцова, почувствовав признаки жизни под своими пальцами. – Крепись, Анечка, сейчас мы с тобой вылезем отсюда…
Ольга попыталась приподнять Мельникову, но, несмотря на невысокий рост и хрупкость фигуры той, сделать это было не очень легко. От подобных манипуляций Аня застонала, и Скворцова изо всех сил пыталась пробиться в ее сознание.
– Аня! Аня, ты меня слышишь? Очнись, ну же! Нам уходить надо! Аня! Это я, Оля, ну же, приходи в себя, – тормошила она подругу, пытаясь хлестать по щекам, но та лишь чуть приоткрыла глаза, губы ее едва дернулись в слабой улыбке, и Скворцова услышала тихий голос:
– Оля… ты пришла…
После чего Мельникова отключилась, и Ольга, пыхтя и сопя, вновь предприняла попытку соскрести ее с кровати, чтобы выбраться вместе из дома. Отчаявшись, она уже хотела тащить ее волоком за руки, как вдруг прямо над ее ухом раздался несколько виноватый голос:
– Лучше я…
Обернувшись и отшатнувшись одновременно, Скворцова увидела рядом с собой Майского и молча отодвинулась. Сергей подхватил Аню на руки и скомандовал:
– Иди вперед – будешь открывать двери. Только быстро. Этот сарай сейчас рухнет к чертовой бабушке!
Ольга выскочила в коридор и тут же прижала варежки к лицу. Пока она пыталась достучаться до Мельниковой, огонь успел расползтись по деревянной постройке во все стороны и практически отрезал пути к отступлению.
– Спрячьтесь в комнату! – послышался резкий окрик.
Сергей и Ольга послушно нырнули обратно. Треск, грохот и шипение перемешались в одном оглушающем шуме, после чего последовала команда на выход. Скворцова и Майский с Аней на руках быстро пробирались по обугленному и залитому пеной коридору на свежий воздух, оставив остов дома бригаде пожарных.
– Ее нужно в больницу, – откашлявшись, заявила Ольга и только тут заметила, что на площадке перед домом стоит лишь одна машина. – Но…
– Они с Белой уехали вслед за преступником, – быстро обронил Сергей. – Тут другая дорога еще есть, по ней ушел гад.
Майский отнес Аню в автомобиль, на котором приехали дамы, устроил ее на заднем сидении и гаркнул пожарным:
– Мужики! Тушить аккуратно! Нам там следы потом искать! Сейчас еще наши подъедут.
Скворцова молча забралась в машину и положила голову подруги себе на колени, не теряя надежды привести ее в чувство по пути. Сергей одной рукой держал руль, другой набирал номер на телефоне.
– Алло, Тихонов! Какая у меня тут ближайшая больница? Координаты скинь срочно!.. Нашли. Да обдолбанная она вся… или угоревшая – черт ее знает, без сознания. Ее к врачам нужно срочно! Да, давай, жду… – он выругался, чуть не задев ствол толстой березы. – Да, принято. И еще, Рогозиной передай, чтобы выслала сюда кого-нибудь. Мы с Ольгой едем в больницу с Аней, Власова и Белая преследуют уродов… а, знаешь уже. Ну вот. В доме как минимум один труп. Может, больше, у меня не было времени выяснять. Все, давай.
Бросив телефон на соседнее сидение, Майский осторожно глянул в зеркало, но ничего не сказал. До больницы ехали молча.
Все произошло мгновенно. Власова не успела еще даже определиться, в какую сторону бежать, как услышала звук мотора. Сначала она подумала, что это подмога так быстро оказалась на месте – как и обещал Тихонов, но потом увидела, как из-за дома выезжает белый автомобиль и, петляя между деревьями, скрывается из вида. В тот же миг позади нее послышался знакомый сигнал клаксона.
